Решение по делу № 2А-565/2022 от 18.08.2022 - о признании незаконными действий (бездействия) сотрудников администрации исправительного учреждения в части не обеспечения соответствующих условий содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении.

Мотивированное решение изготовлено: ДД.ММ.ГГГГ.

Дело № 2а-565/2022

УИД № 27RS0021-01-2022-000614-57

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

п. Переяславка 18.08.2022

Суд района имени Лазо Хабаровского края в составе: председательствующего судьи Абузярова А.В., при секретаре судебного заседания Нагорном А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению ФИО1 к федеральному казенному учреждению <данные изъяты>, УФСИН России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконными действий (бездействия) сотрудников администрации исправительного учреждения в части не обеспечения соответствующих условий содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к федеральному казенному учреждению <данные изъяты>, УФСИН России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконными действий (бездействия) сотрудников администрации названного исправительного учреждения в части не обеспечения соответствующих условий содержания в этом исправительном учреждении, взыскании компенсации в сумме 5000000 за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении на протяжении <данные изъяты>

В обоснование иска указано, что ФИО1 осужден ДД.ММ.ГГГГ к пожизненному лишению свободы. ДД.ММ.ГГГГ для дальнейшего отбывания наказания он прибыл в <данные изъяты>). ДД.ММ.ГГГГ он был переведен из названного исправительного учреждения в <данные изъяты>, куда прибыл 26.04.2019 и находится там по настоящее время.

При этом, в <данные изъяты>, по словам ФИО1, он находился <данные изъяты>

По мнению административного истца, условия содержания в данном исправительном учреждении противоречили нормативам, установленным законодательством Российской Федерации и общим принципам гуманности и человечности.

В камерах, где он находился, отсутствовало горячее водоснабжение, имелась лишь холодная вода, что в свою очередь усложняло жизнь осужденного. Это выражалось в трудностях по соблюдению осужденным гигиены, поскольку вода была очень холодной и этим доставляла дискомфорт и болезненные ощущения.

По мнению административного истца, данное нарушение не нуждается в доказывании, так как отсутствие горячего водоснабжения в камерах лиц, осужденных к пожизненному лишению свободы, признано судебной практикой общеизвестным нарушением прав последних.

Кроме этого, в камерах, где находился осужденный, отсутствовала достаточная приватность туалета, так как унитаз не был огорожен от остальной части камеры.

Учитывая, что в камере установлена система круглосуточного видеонаблюдения и ФИО1 находился в камере не один, посещение туалета причиняло ему серьезные неудобства, так как он ощущал постоянное наблюдение за собой, что, по его мнению, недопустимо в современном цивилизованном обществе и противоречит нормам закона.

В конце 2018 года администрация исправительного учреждения <данные изъяты> установила перегородку, высотой один метр с одной стороны унитаза, но данная перегородка не обеспечивала надлежащей приватности в туалете, так как отсутствовала дверца кабинки, высота парапета, на котором установлен унитаз, равна 50 см от пола, а высота всей перегородки составляла 1 м, следовательно, приватности перегородка не обеспечивала.

Также в названном исправительном учреждении запрещалось выполнение физических упражнений и занятие спортом, что, по мнению, ФИО1 противоречит здравому смыслу и политике Президента России. При этом, ни уголовно-исполнительным кодексом, ни правилами внутреннего распорядка исправительного учреждения данное ограничение не установлено. Из чего последним сделан вывод о том, что данный запрет носит произвольный, ничем не подкрепленный запрет и, соответственно, является незаконным.

Также, ФИО1 просит суд учесть, что ввиду данного запрета, он вынужден был меньше двигаться, что привело к ухудшению его здоровья, а именно развитию ряда заболеваний.

Помимо изложенного, административный истец указывает, что при выводе его из камеры на него надевали наручники, то есть использовали спецсредства без какой-либо надобности, что причиняло ему дискомфорт и физическую боль. При этом, ФИО1 ничего противоправного, что давало бы основания для использования наручников, не совершалось. Постоянное применение к нему наручников носит произвольный характер и является незаконным.

В камере было недостаточно освещения, так как свет попадал в камеру от лампочки, установленной около двери, что явно противоречит установленным стандартам. Кроме того, имело место нарушение требований к инсоляции и солнцезащите жилых помещений, ввиду того, что несколько решеток на окнах ухудшали светопропускную способность окон.

По словам административного истца, это привело к ухудшению его зрения, что подтверждается записями в медицинской книжке. В настоящее время он нуждается в ношении очков, которые необходимо приобретать за свой счет.

Наряду с этим, администрацией учреждения запрещалось осужденным отправлять заявления, жалобы, предложения и т.п. в государственные органы и различные учреждения без их цензуры (в закрытом виде), что приводило к невозможности оспаривания решений администрации учреждения и отстаивания своих законных прав.

Осужденный указывает, что площадь камер не соответствовала нормативным требованиям, установленным законодательством Российской Федерации. В камере содержалось 2, 4 или 6 человек, имелась мебель, а габаритные размеры камер 3*4,5 м. Необходимо также принимать во внимание, что от окна и от двери проходила отсекающая перегородка, что в свою очередь отнимало от общей квадратуры еще по одному метру от окна и до двери.

Также стоит учесть недостаточность приточно-вытяжной вентиляции, которая при своей номинальности явно не справлялась со своей функцией, что особенно в летний период выражалось в духоте и повышенной влажности. Это приносило физические страдания, сверх допустимых, что можно приравнять к пыткам и издевательствам. Данное обстоятельство противоречит основополагающему закону нашей страны.

Таким образом, унижалось человеческое достоинство ФИО1, как личности, что приносило страдания и чувство неполноценности, что происходило в течение 16,5 лет.

Вместе с тем, осужденным к пожизненному лишению свободы регламентирована установленная форма одежды, черные брюки со светлой полоской на уровне колена и куртка с полоской 4 см на спине в районе лопаток, короткой полосой по диагонали на выходе бокового кармана и двумя полосами, по одной справа и слева в районе плеча, спереди от горловины до начала рукава.

Однако, вопреки установленной форме одежды администрация <данные изъяты> заставляла осужденных пришивать дополнительные три белые полосы на брюках, три полосы на куртке и три полосы на рукавах куртки, тем самым нарушая указанные положения исправительного учреждения и провоцируя осужденных нарушать закон.

Кроме этого, в камерах отсутствовали тумбочки для хранения личных вещей. В результате приходилось хранить их под кроватью, что нарушало права ФИО1

Также, администрация исправительного учреждения принуждала ФИО1 брить голову наголо, что причиняло ему дискомфорт и ущербность по отношению к другим людям, что носит произвольный и дискриминирующе-унизительный характер.

С учетом изложенного, административный истец ФИО1 полагает, что все перечисленные нарушения условий содержания в исправительном учреждении вполне очевидно доказывают те физические страдания и лишения, которые он переносил на протяжении 16 лет и 5 месяцев, что не соответствует положениям законов Российской Федерации.

Из чего, осужденный полагает справедливым и отвечающим принципам разумности и соразмерности заявить требование о присуждении ему компенсации в сумме 5000000 рублей, исходя из среднего расчета – 600 рублей за сутки.

На основании изложенного, административный истец ФИО1 просит суд признать незаконными действия (бездействия) сотрудников администрации <данные изъяты> в части необеспечения соответствующих условий содержания в исправительном учреждении и взыскании с <данные изъяты> в пользу административного истца компенсацию в размере 5000000 рублей за нарушение условий содержания его в исправительном учреждении в течение <данные изъяты>.

Определением судьи от 20.07.2022 к участию в деле в порядке ст. 41 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) в качестве соответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации.

Административный истец ФИО1, надлежащим образом извещенный о времени и месте проведения судебного разбирательства, в судебном заседании участие посредством видеоконференц-связи на базе <данные изъяты> краю не принимал в связи с отсутствием технической возможности (отсутствие соединения по техническим причинам).

Административные ответчики <данные изъяты>, УФСИН России по Оренбургской области, Федеральная служба исполнения наказаний России, Министерство финансов Российской Федерации в судебное заседание представителей не направили, письменные отзывы не представили, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовали, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом.

Согласно ч. 6 ст. 45 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ) лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами.

В силу ч. 2 ст. 289 КАС РФ суд извещает лиц, участвующих в деле, о времени и месте судебного заседания. Неявка в судебное заседание указанных лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не является препятствием к рассмотрению административного дела, если суд не признал их явку обязательной.

В соответствии с ч. 2 ст. 150 КАС РФ лица, участвующие в деле, обязаны до начала судебного заседания известить суд о невозможности явки в судебное заседание и причинах неявки. Если указанные лица не сообщили суду о причинах своей неявки в судебное заседание в установленный срок, такие причины считаются неуважительными и не могут служить основанием для вывода о нарушении процессуальных прав этих лиц.

Неявка в судебное заседание административного истца, представителей административных ответчиков не препятствует рассмотрению дела, суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие указанных участников процесса.

Исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

В силу ст. 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод.

Статьей 21 Конституции Российской Федерации предусмотрено, что достоинство личности охраняется государством. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Частью 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации определено, что права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (Рим, 04.01.1950) никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

В соответствии со ст. 1 КАС РФ суды в порядке, предусмотренном настоящим Кодексом, рассматривают и разрешают подведомственные им административные дела о защите нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, об оспаривании решений, действий (бездействия) органов государственной власти, иных государственных органов, органов военного управления, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих, о присуждении компенсации за нарушение условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Частью 1 статьи 218 КАС РФ предусмотрено, что гражданин может обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего, если полагает, что нарушены или оспорены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению его прав, свобод и реализации законных интересов или на него незаконно возложены какие-либо обязанности.

Согласно ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном гл. 22 КАС РФ, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

При рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с ч. 1 ст. 227.1 КАС РФ, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия (ч. 5 ст. 227.1 КАС РФ).

В случае присуждения компенсации решение суда должно содержать указание на это и сведения о размере компенсации, наименование органа, осуществляющего полномочия главного распорядителя средств федерального бюджета в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации и представлявшего интересы Российской Федерации по делу о присуждении компенсации (подп. «б» п. 2 ч. 7 ст. 227.1 КАС РФ).

В соответствии с ч.ч. 1 и 2 ст. 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном КАС РФ, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение. Компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Статьей 10 УИК РФ установлено, что Российская Федерация уважает и охраняет права, свободы и законные интересы осужденных, обеспечивает законность применения средств их исправления, их правовую защиту и личную безопасность при исполнении наказаний. При исполнении наказаний осужденным гарантируются права и свободы граждан Российской Федерации с изъятиями и ограничениями, установленными уголовным, уголовно-исполнительным и иным законодательством Российской Федерации. Права и обязанности осужденных определяются УИК РФ исходя из порядка и условий отбывания конкретного вида наказания.

Статьей 12 УИК РФ предусмотрены права лиц, отбывающих уголовное наказание в виде лишения свободы, в том числе право на охрану здоровья, запрет на жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение или взыскание. При осуществлении прав осужденных не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы других лиц.

В соответствии со ст. 99 УИК РФ минимальные нормы материально-бытового обеспечения осужденных к лишению свободы устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Статьями 9, 13 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» (далее – Закон Российской Федерации № 5473-1) предусмотрено, что учреждения, исполняющие наказания, обязаны создавать условия для обеспечения правопорядка и законности, безопасности осужденных, обеспечивать охрану их здоровья, осуществлять деятельность по развитию своей материально-технической базы и социальной сферы; финансовое обеспечение функционирования уголовно-исполнительной системы является расходным обязательством Российской Федерации.

Из содержания подп. 6 п. 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Согласно п.п. 20.1, 20.5 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 02.06.2003 № 130-ДСП (далее – Инструкция), здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям, в том числе СНиП 2.04.01-85 «Внутренний водопровод и канализация зданий». Подводку холодной и горячей воды в жилой (режимной, лечебной) зоне следует предусматривать, в том числе к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях.

Аналогично, в силу п.п. 19.2.1, 19.2.5 Свода правил 308.1325800.2017 «Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования», утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 №1454/пр (далее – Свод правил), здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водоводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям действующих нормативных документов; подводку холодной и горячей воды следует предусматривать, в том числе, к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.), а также ко всем зданиям исправительных учреждений, требующим обеспечения холодной и горячей водой.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, будучи осужденным к пожизненному лишению свободы, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в <данные изъяты>

В последующем, ДД.ММ.ГГГГ осужденный ФИО1 переведен из <данные изъяты> и ДД.ММ.ГГГГ прибыл в <данные изъяты>, где с ДД.ММ.ГГГГ отбывает наказание по настоящее время.

Обращаясь в суд с административным иском, ФИО1 указал, что он, ранее отбывая наказание в <данные изъяты>, содержался в помещениях камерного типа. Однако в указанных помещениях отсутствовало горячее водоснабжение, имелась только холодная вода. При этом, на протяжении его пребывания в исправительной колонии он не мог пользоваться горячей водой, поскольку горячая вода в камеру не подавалась, что существенно усложняло условия отбывания наказания. ФИО1 приходилось в холодной воде осуществлять стирку одежды, мыть посуду, проводить гигиенические процедуры, что причиняло дискомфорт и болезненные ощущения.

Приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20.10.2017 № 1454/пр утвержден и введен в действие Свод правил «308.1325800.2017. Свод правил. Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования (в двух частях)». Пунктом 19.2.1 главы 19 приведенного Свода правил предусмотрено, что здания ИУ должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводами, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, (4), а также других действующих нормативных документов.

В соответствии с п. 19.2.5 Свода правил подводку холодной и горячей воды следует предусматривать к санитарно-техническим приборам, требующим обеспечения холодной и горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Требования о подводке горячей воды к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях были предусмотрены также упомянутой Инструкцией, утратившей силу на основании приказа Минюста России от 22.10.2018 № 217-ДСП.

Согласно п. 8.1.1 СанПиН 2.1.2.2645-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к условиям проживания в жилых зданиях и помещениях. Санитарно-эпидемиологические правила и нормативы», утвержденных постановлением Главного государственного врача Российской Федерации от 10.06.2010 № 64, в жилых зданиях предусмотрено хозяйственно-питьевое и горячее водоснабжение, а также канализация и водостоки.

В силу положений Федерального закона от 30.03.1999 № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения» соблюдение санитарных правил является обязательным для граждан, индивидуальных предпринимателей и юридических лиц.

С учетом приведенных положений законодательства, обеспечение помещений исправительных учреждений горячим водоснабжением является обязательным.

В судебном заседании установлено, что в ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ отбывал наказание в виде пожизненного лишения свободы в <данные изъяты>. В названном Учреждении содержался в помещениях камерного типа, где отсутствовало горячее водоснабжение, что являлось нарушением условий его содержания в исправительном учреждении, следовательно, требование административного истца в данной части подлежит удовлетворению.

В административном исковом заявлении осужденный указывает, что в нарушение условий его содержания в <данные изъяты> отсутствовала приватность туалетной зоны, что в свою очередь усложняло условия отбывания наказания и причиняло серьезные неудобства.

В обоснование своего довода ФИО1 указывает, что в камерах установлено круглосуточное видеонаблюдение, при этом в помещении находилось от 2-х до 6-ти человек, однако зона туалета не была огорожена от жилой зоны камеры, что причиняло истцу значительные неудобства, ощущение наблюдения за ним при посещении туалета.

В 2018 году администрацией исправительного учреждения была установлена перегородка, высотой 1 м, однако перегородка все же не обеспечивала приватность туалетной зоны, поскольку отсутствовала дверца кабинки туалета. При этом, унитаз был установлен на парапете, высота которого от пола составляла 50 см, следовательно, по мнению ФИО1, никакой приватности туалетной зоны в камерном помещении создано не было.

В соответствии со ст. 3 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод от 04.11.1950 и требованиями, содержащимися в постановлениях Европейского Суда по правам человека, условия содержания обвиняемых под стражей должны быть совместимы с уважением к человеческому достоинству. При этом лицу не должны причиняться лишения и страдания в более высокой степени, чем тот уровень страданий, который неизбежен при лишении свободы, а здоровье и благополучие лица должны быть гарантированы с учетом практических требований режима содержания.

Минимальными стандартными правилами обращения с заключенными (принятыми на первом Конгрессе ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в городе Женеве 30.08.1955) предусмотрено, что все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, кубатуру этих помещений, их минимальную площадь, освещение, отопление и вентиляцию.

Пунктом 14.53 приказа Минюста России от 02.06.2003 № 130-дсп предусмотрено, что камеры для содержания заключенных в местах лишения свободы следует оборудовать унитазами (напольными чашами) и умывальниками. В камерах на 2 и более мест напольные чаши (унитазы) и умывальники следует размещать в отдельных кабинах с дверьми, открывающимися наружу. Кабины должны иметь перегородки высотой 1 м от пола уборной. Допускается в камерах на 2 и более мест в кабине размещать только напольные чаши (унитазы), умывальники – за пределами кабины.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на личную безопасность, право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий (п. 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания»).

Условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий. О наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, затрудненный доступ к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены (п. 14 названного выше Постановления).

Учитывая изложенное, наличие туалетного оборудования, которое отгорожено от остальной части помещения таким образом, чтобы обеспечивалась приватность отправления санитарно-гигиенических процедур, безусловно, является обязательным элементом для признания условий содержания в исправительном учреждении надлежащими.

Несмотря на отсутствие законодательного определения приватности туалета и требований к его обеспечению в спорный период отбытия ФИО1 наказания в исправительной колонии, суд полагает, что перегородка высотой 1 м, разделяющая санитарный узел и остальное пространство камеры, не обеспечивала приватность при пользовании туалетом, поскольку со всей очевидностью препятствовала осужденному уединенно, то есть вне обозрения других лиц отправлять физиологические потребности.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что отсутствие в туалетной комнате (помещении, специально отведенном для туалета месте) кабин, дверей, обеспечивающих приватность со стороны подхода к чашам (унитазам), вызывало неудобство, стеснение (как было отмечено ранее в камерных помещениях содержалось от 2-х до 6-ти осужденных), в момент справления естественных потребностей организма и соответственно причиняло страдания и создавало определенные трудности.

Посещение туалетной комнаты (кабины), без имеющихся перегородок и дверей, безусловно приводило к необоснованному ограничению возможности нормального справления естественных потребностей человека, вызывало неудобства, в том числе и при наличии небольших (полностью не закрывающих обзор места, где установлен унитаз) перегородок, отделяющих санузел от жилой части камерного помещения.

Учитывая характер причиненных истцу нравственных страданий, выразившихся в отсутствие в санитарном помещении достаточной приватности, что не обеспечивало полного уединения при использовании туалета, вызывало неудобства, стеснения, суд считает требование истца в данной части подлежащим удовлетворению.

Каких-либо убедительных доказательств, опровергающих эти выводы, либо иных доказательств в обоснование своей позиции администрацией <данные изъяты> суду не представлено.

Помимо изложенного, ФИО1 указывает, что в период его нахождения в исправительном учреждении ему запрещалось выполнение физических упражнений, что привело к ухудшению здоровья осужденного.

Исходя из положений ч. 10 ст. 16, ч. 6 ст. 74 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации (далее – УИК РФ) осужденные к пожизненному лишению свободы отбывают наказание в исправительных колониях особого режима.

Особенности режима отбывания пожизненного лишения свободы обусловлены общественной опасностью таких осужденных, бессрочностью наказания, в связи с чем, законодатель предусмотрел повышенные требования к обеспечению безопасности.

Отдельно от других осужденных в исправительных колониях особого режима отбывают наказание осужденные к пожизненному лишению свободы, а также осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена пожизненным лишением свободы (ст. 126 УИК РФ).

В соответствии с ч. 1 ст. 127 УИК РФ осужденные к пожизненному лишению свободы размещаются в камерах, как правило, не более чем по два человека. По просьбе осужденных и в иных необходимых случаях по постановлению начальника исправительной колонии при возникновении угрозы личной безопасности осужденных они могут содержаться в одиночных камерах. Труд указанных осужденных организуется с учетом требований содержания осужденных в камерах.

Согласно ч. 3 поименованной статьи названного Кодекса в строгие условия отбывания наказания по прибытии в исправительную колонию особого режима помещаются все осужденные. Перевод из строгих условий отбывания наказания в обычные условия отбывания наказания производится по отбытии не менее 10 лет в строгих условиях отбывания наказания по основаниям, указанным в ч. 6 ст. 124 настоящего Кодекса. Если в период пребывания в следственном изоляторе к осужденному не применялась мера взыскания в виде водворения в карцер, срок его нахождения в строгих условиях отбывания наказания исчисляется со дня заключения под стражу.

Перевод из строгих условий отбывания наказания в обычные производится не ранее чем через один год при отсутствии взысканий за нарушения установленного порядка отбывания наказания (ч. 6 ст. 124 УИК РФ).

По отбытии не менее 10 лет в обычных условиях отбывания наказания осужденные могут быть переведены в облегченные условия по основаниям, указанным в ч. 2 ст. 124 названного Кодекса (ч. 4 ст. 127 УИК РФ).

Пунктом 613 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений установлено, что спортивно-массовые мероприятия с осужденными к лишению свободы в ИК особого режима, отбывающими наказание в строгих условиях или отбывающими пожизненное лишение свободы, а также осужденными к лишению свободы, отбывающими наказание в тюрьме, не проводятся.

Принимая во внимание, что административным истцом ФИО1 не представлено сведений о переводе его из строгих условий отбывания наказания в обычные или облегченные условия отбывания наказания, суд не имеет возможности определить, имелись ли в данном случае предусмотренные законом основания для предоставления осужденному ФИО1 в период его содержания в <данные изъяты> возможности занятия спортом и физическими упражнениями.

По утверждениям административного истца, площадь камерного помещения исправительной колонии не соответствовала нормативным требованиям, установленным законодательством Российской Федерации.

По словам осужденного, в камерном помещении содержалось от 2-х до 6-ти осужденных, а также располагалась мебель, при этом, габаритные размеры камеры составляли 3*4,5 кв. м, от окна до двери проходила отсекающая перегородка, что отнимало от общей квадратуры камерного помещения по одному метру от окна и от двери. Административный истец содержался в камерах №№ № и др.

Право на свободу и личную неприкосновенность является неотчуждаемым правом каждого человека, что предопределяет наличие конституционных гарантий охраны и защиты достоинства личности, запрета применения пыток, насилия, другого жестокого или унижающего человеческое достоинство обращения или наказания (ст.ст. 17, 21, 22 Конституции Российской Федерации).

Меры принуждения, ограничивающие свободу и личную неприкосновенность, применяемые в связи с необходимостью изоляции лица от общества, пребывания в ограниченном пространстве, должны осуществляться без нарушения условий содержания лиц, подвергнутых таким мерам.

Уголовно-исполнительным законодательством установлено, что норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров (ч. 1 ст.99 УИК РФ).

Исходя из того, что площадь камерного помещения составляла 3*4,5 кв. м, что в целом составляет 13,5 кв. м общей площади помещения, то установленная норма жилой площади на одного осужденного, содержащегося в камерном помещении (при пребывании в камере максимального количества осужденных, то есть 6-ти осужденных) составляла 2,25 кв. м на одного осужденного, что соответствует установленным требованиям и не ниже минимальной нормы жилой площади из расчета на одного осужденного, содержащегося в исправительном учреждении.

Довод ФИО1 относительно того, что от окна до двери камерного помещения проходила отсекающая перегородка (решетка), которая отнимала от общей квадратуры камерного помещения по одному метру от окна и от двери, судом не принимается и отклоняется, поскольку истцом исходных (объективных) данных, указывающих на параметры упомянутой перегородки (решетки), установленной в камерном помещении, а именно на её характеристики, административным истцом суду не представлено, возможность произвести соответствующие расчеты в этой части отсутствует (не имеется возможности рассчитать площадь занимаемой перегородкой (решеткой) поверхности камерного помещения, определить её габариты и функциональное назначение).

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу, что условия содержания ФИО1 в камерных помещениях <данные изъяты> в части нормативов площади камер соответствовали требованиям закона, оснований для удовлетворения указанного довода не имеется.

Разрешая доводы ФИО1 в части того, что в период отбывания наказания истец был лишен доступа к естественному освещению, так как свет в камеру попадал от лампочки, установленной возле двери камеры, при этом, камера была оборудована металлическими решетками на окнах, что ухудшало светопропускную способность окон, суд пришел к следующему выводу.

Минимальные стандартные правила обращения с заключенными (принятые в г. Женева 30.08.1955) предусматривают, что санитарные установки должны быть достаточными для того, чтобы каждый заключенный мог удовлетворять свои естественные потребности, когда ему это нужно, в условиях чистоты и пристойности (п. 12 ч. 1).

Все помещения, которыми пользуются заключенные, особенно все спальные помещения, должны отвечать всем санитарным требованиям, причем должное внимание следует обращать на климатические условия, особенно на кубатуру этих помещений, на минимальную их площадь, на освещение, отопление и вентиляцию (п. 10 ч. 1 указанных Правил). В помещениях, где живут и работают заключенные: a) окна должны иметь достаточные размеры для того, чтобы заключенные могли читать и работать при дневном свете, и должны быть сконструированы так, чтобы обеспечивать доступ свежего воздуха, независимо от того, существует ли или нет искусственная система вентиляции; b) искусственное освещение должно быть достаточным для того, чтобы заключенные могли читать или работать без опасности для зрения (п. 11 ч. 1 названных Правил).

Между тем, административным истцом в материалы дела не представлено объективных, исходных данных, позволяющих установить параметры (характеристики) оконных проемов, наличие (в т.ч. количество и размеры) решеток на окнах, а также оценить характеристики (мощность) осветительного оборудования и др.

Наряду с изложенным, суд считает заслуживающим внимания и признает обоснованным утверждение административного истца о недостаточности вентиляции камерного помещения, что выражалось в повышенной влажности и духоте помещения, в котором находился осужденный, что причиняло последнему физические страдания. Доказательств обратного <данные изъяты> суду не представлено, данное обстоятельство административным ответчиком не опровергнуто.

Довод ФИО2 о том, что администрация колонии принуждала осужденного к пожизненному лишению свободы нашивать дополнительные полосы на установленной форменной одежде, что приводило к нарушению положений правил внутреннего распорядка и провоцировало осужденных, признается судом несостоятельным и отклоняется.

Пунктом 10.12 приказа Минюста России от 04.07.2022 № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» установлено, что осужденные к лишению свободы обязаны носить одежду установленного образца (образец формы одежды, исходя из сезона, климатических условий, проводимых мероприятий с осужденными к лишению свободы, их распорядка дня и других особенностей исполнения наказания, определяется приказом начальника исправительного учреждения или лица, его замещающего, в соответствии с нормами вещевого довольствия).

Согласно ч. 3 ст. 11 УИК РФ осужденные обязаны выполнять законные требования администрации учреждений и органов, исполняющих наказания.

Учитывая изложенное, наличие дополнительных полос на одежде административного истца ФИО1 за время его содержания в <данные изъяты>, по мнению суда, не могло привести к существенным нарушениям его прав и законных интересов. При этом, административным истцом доказательств, свидетельствующих о том, каким образом эти требования администрации исправительного учреждения нарушили его права, причинили ему нравственные страдания, а также как это обстоятельство связано с нарушением положений Правил внутреннего распорядка и поведением осужденных, суду не представлено.

По мнению административного истца, административным ответчиком допущены нарушения закона, выразившиеся в отсутствии в камерных помещениях тумбочек для размещения личных вещей, принудительном бритье головы.

По словам ФИО1, за время его нахождения в исправительной колонии в камерных помещениях отсутствовали тумбочки для хранения его личных вещей, что нарушало права последнего, поскольку вещи приходилось хранить под кроватью, что причиняло дополнительные неудобства. Кроме того, администрация исправительной колонии в принудительном порядке заставляла его брить голову наголо, что причиняло ФИО1 дискомфорт, он испытывал ущербность по отношению к другим людям.

Приказом ФСИН России от 27.07.2006 № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» камера должна быть обеспечена тумбочкой в количестве 1 шт. на 2 человека.

Пунктом 10.11 раздела II приказа Минюста России от 04.07.2022 № 110 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы» предусмотрено обязательное соблюдение осужденными правил гигиены, и опрятного внешнего вида, в том числе длина волос на голове (для мужчин) с учетом стрижки машинкой с использованием насадок, обеспечивающих сохранение длины волос, - до 20 мм (стрижка волос на голове осуществляется, в том числе во время помывки осужденного к лишению свободы).

Вопреки требованиям ч.ч. 2, 3 ст. 62 КАС РФ административным ответчиком не представлено достоверных и допустимых доказательств соблюдения надлежащих условий содержания ФИО1 в исправительном учреждении, в частности относительно указанных выше требований.

Судом ФКУ ИК-6 УФСИН России по Оренбургской области неоднократно предлагалось представить сведения об условиях содержания административного истца в исправительном учреждении. Однако таких сведений административным ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, указанные доводы административного истца ФИО1 административным ответчиком не опровергнуты, учреждением не представлены доказательства, опровергающие доводы истца, и обосновывающие свои возражения в данной части.

На основе установленных по делу обстоятельств суд признает факт нарушения прав административного истца в части признания ненадлежащими таких условий содержания в исправительном учреждении, как: отсутствие в камерных помещениях тумбочек; принудительное бритье головы осужденного наголо.

Рассматривая довод административного истца ФИО1 о применении к нему спецсредств в виде наручников, суд приходит к следующему выводу.

Пунктом 47 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 16.12.2016 № 295, было предусмотрено, что передвижение осужденных к пожизненному лишению свободы за пределами камер осуществляется при положении рук за спиной. Применение специальных средств осуществляется в соответствии с Законом Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы».

Статьей 30 Закона Российской Федерации от 21.07.1993 № 5473-1 «Об учреждениях и органах, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы» установлено, что сотрудник уголовно-исполнительной системы имеет право лично или в составе подразделения (группы) применять специальные средства – наручники, в том числе при конвоировании, охране или сопровождении осужденных и лиц, заключенных под стражу, если они своим поведением дают основание полагать, что намерены совершить побег либо причинить вред окружающим или себе и в других случаях.

Таким образом, применение к осужденным к пожизненному лишению свободы спецсредств (наручников) при передвижении их по территории исправительного учреждения, является правом сотрудников уголовно-исполнительной системы, которое им представлено законом, в том числе, в случае если осужденный своим поведением дает основание полагать, что он может совершить побег или причинить вред себе и окружающим, а также в иных случаях, когда, по мнению администрации исправительного учреждения, необходимо применение спецсредств при передвижении осужденного по территории исправительного учреждения.

Доказательств того, что имели место случаи неправомерного применения к административному истцу спецсредств (наручников) при сопровождении его за пределами камер, суду не представлено, в рамках судебного разбирательства судом не получено.

По словам ФИО1 исправительным учреждением при раздаче пищи использовалась специальная деревянная лопата, пища раздавалась «словно диким зверям», что является недопустимым. Указанное обстоятельство, по мнению осужденного, унижало его человеческое достоинство, как личности, а также приносило страдания и чувство неполноценности в течение длительного периода времени.

Данный довод ФИО1 судом не принимается и отклоняется, поскольку истцом допустимых доказательств, свидетельствующих о том, что двери камер исправительной колонии, в которых содержался осужденный, дверные проемы, технические отверстия для раздачи продуктов питания и другие элементы камерных помещений, отделяющих жилое пространство камер от помещений, предназначенных для передвижения сотрудников уголовно-исполнительной системы, и приспособления (оборудование), используемые для раздачи пищи заключенным, не соответствуют нормативным требованиям, а также доказательств, указывающих на то, что имелись другие (альтернативные) способы (соответствующие, в том числе положениям законодательства, регулирующего порядок и правила содержания заключенных в местах лишения свободы, требованиям безопасности хозяйственных работников исправительного учреждения и др.), суду не представлено. При этом, сведений о том, каким образом этот способ раздачи пищи мог унижать (умолять) достоинство заключенных, причинять им нравственные страдания, не имеется.

Таким образом, суд считает, что доводы административного истца о том, что указанный способ подачи пищи осужденным не соответствует требованиям, установленным законодательством Российской Федерации, и оскорбляет (унижает) честь и достоинство осужденных, по мнению суда, недостаточно убедителен.

Сведений о конкретных случаях (фактах), когда ФИО1 администрацией исправительного учреждения запрещалось отправлять корреспонденцию в государственные органы без проведения цензуры (в закрытом виде) не представлено, судом не получено, данный довод в ходе судебного разбирательства не подтвердился.

В силу ч. 2 ст. 62 и ч. 11 ст. 226 КАС РФ обязанность доказывания законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов, организаций и должностных лиц возлагается на соответствующие орган, организацию и должностное лицо. Указанные органы, организации и должностные лица обязаны также подтверждать факты, на которые они ссылаются как на основания своих возражений. Обязанность по доказыванию того, какие права и свободы нарушены этими решениями, действиями (бездействием), соответственно возлагается на лицо, которое их оспаривает.

Из содержания указанной нормы следует, что обязанность доказывания соблюдения (обеспечения) надлежащих условий содержания лишенных свободы лиц возлагается на административного ответчика – соответствующие орган или учреждение, должностное лицо, которым следует подтверждать факты, обосновывающие их возражения.

Кодекс административного судопроизводства Российской Федерации в ст. 3 определяет задачи административного судопроизводства, а в ст. 6 – принципы, в том числе правильное рассмотрение административных дел, законность и справедливость при их разрешении. Данные положения корреспондируют ч. 1 ст.176 указанного Кодекса, согласно которой решение суда должно быть законным и обоснованным.

Задачами административного судопроизводства являются защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, укрепление законности и предупреждение нарушений в сфере административных и иных публичных правоотношений (п.п. 2 и 4 ст. 3 КАС РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении», судебный акт является законным в том случае, когда он принят при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, и обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, а также тогда, когда такой акт содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Таким образом, правовое регулирование, обеспечивающее реализацию задач по правильному и своевременному рассмотрению и разрешению административных дел, не позволяет принимать произвольные и немотивированные судебные акты без учета всех доводов, приведенных сторонами судебного разбирательства.

Положения ст. 311 КАС РФ, действующей в системной связи с другими положениями гл. 34 этого Кодекса, являются процессуальной гарантией правильного рассмотрения и разрешения судом административных дел.

При принятии данного решения суд исходит из установленных нарушений условий содержания, связанных с необеспечением горячим водоснабжением жилых камер, отсутствием в камерах, где отбывал наказание осужденный, приточной вентиляции, необеспечением жилой камеры камерной мебелью (тумбочками) для хранения личных вещей осужденного, расположением в камерах туалетов (без перегородок), где одновременно находится жилая зона (недостаточное обеспечение приватности в туалетной комнате), принудительным бритьем головы.

Иных нарушений, на которые ссылается административный истец, по настоящему делу судом не установлено.

Таким образом, установив факт содержания ФИО1 в исправительном учреждении <данные изъяты> в условиях, не соответствующих установленным нормам, суд приходит к выводу о том, что это обстоятельство влечет нарушение прав осужденного, гарантированных законом, и само по себе является достаточным для того, чтобы причинить страдания и переживания в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, и служит основанием для удовлетворения требования о взыскании соответствующей компенсации.

При определении размера компенсации за нарушения условий содержания осужденного суд должен учитывать характер и продолжительность нарушений, обстоятельства, при которых эти нарушения допущены, а также их последствия или отсутствие таковых.

Вместе с тем, <данные изъяты> является казенным учреждением.

Каких-либо существенных негативных последствий, связанных с допущенными ответчиком нарушениями, судом не установлено.

Учитывая изложенное, основываясь на принципах разумности и справедливости, суд полагает возможным определить сумму компенсации за допущенные ответчиком нарушения условий содержания административного истца в исправительном учреждении в размере 300 000 рублей.

В соответствии со ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств и согласно п. 3 указанной статьи выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Согласно пп. 6 п. 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний России, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13.10.2004 № 1314, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

административное исковое заявление ФИО1 к федеральному казенному учреждению <данные изъяты>, УФСИН России по Оренбургской области, Федеральной службе исполнения наказаний России о признании незаконными действий (бездействия) сотрудников администрации исправительного учреждения в части не обеспечения соответствующих условий содержания в исправительном учреждении, взыскании компенсации за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении удовлетворить частично.

Признать незаконными и нарушающими права осужденного ФИО1 действия (бездействие) администрации федерального казенного учреждения <данные изъяты> выразившиеся в необеспечении горячим водоснабжением жилых камер, отсутствии в камерах, где отбывал наказание осужденный, приточной вентиляции, необеспечении жилой камеры камерной мебелью (тумбочками) для хранения личных вещей осужденного, расположении в камерах туалетов (без перегородок), где одновременно находится жилая зона (недостаточное обеспечение приватности в туалетной комнате), принудительном бритье головы.

Взыскать с главного распорядителя средств федерального бюджета – Федеральной службы исполнения наказаний России в пользу ФИО1 компенсацию за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 300000 (триста тысяч) рублей.

В остальной части иска отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Хабаровский краевой суд через суд района имени Лазо в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий А.В. Абузяров