Решение по делу № 2-353/2022 от 14.07.2022 - об установлении факта понуждения к увольнению, признании действий незаконными, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

34RS0024-01-2022-000348-36

Дело № 2-353/2022

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Краснослободск 14 июля 2022 года

Среднеахтубинского района

Волгоградской области

Краснослободский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Новикова Ф.А.,

при секретаре судебного заседания ФИО10,

с участием представителя истца ФИО27,

представителей ответчика и третьего лица ФИО28, ФИО11,

представителя третьего лица ФИО29,

прокурора ФИО12

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Центр Бизнес-услуг ТМК-ФИО7» об установлении факта понуждения к увольнению, признании действий незаконными, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО6 обратился в суд с иском к ООО «Центр Бизнес-услуг ТМК-ФИО7» об установлении факта понуждения к увольнению, признании действий незаконными, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда.

Указывает, что с ДД.ММ.ГГГГ он работал в ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», в должности ФИО8 Дирекции по юридическому сопровождению, что подтверждается трудовым договором № от ДД.ММ.ГГГГ и приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ. На основании приказа №-лс от ДД.ММ.ГГГГ он был уволен с работы по собственной инициативе на основании пункта 3 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Свое увольнение считает незаконным, в связи с тем, что решение уволиться по собственной инициативе не являлось его добровольным волеизъявлением, а заявление на увольнение по собственному желанию от ДД.ММ.ГГГГ он написал под сильнейшим психологическим давлением Работодателя, то есть по причине понуждения к увольнению. Его стаж работы в ФИО32 ТМК составляет более дести лет, занимаемые им в этот период времени должности были исключительно руководящими в сфере юридического сопровождения. С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - ОАО «Волжский трубный завод» - Начальник правового управления; ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ - ПАО «Трубная Металлургическая Компания», обособленное подразделение в <адрес> - ФИО8 Дирекции правового обеспечения; 20.10.2020г. - ДД.ММ.ГГГГ - ПАО «Трубная Металлургическая Компания», Руководитель направления по правовой работе проекта «Центр единого сервиса» («ЦЕС»); 01.04.2021г.-ДД.ММ.ГГГГ - ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», по совместительству ФИО8 Дирекции по юридическому сопровождению на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ и приказа №-лс от ДД.ММ.ГГГГ; ДД.ММ.ГГГГ - ДД.ММ.ГГГГ - ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», ФИО8 Дирекции по юридическому сопровождению. С приказом об увольнении №-лс от ДД.ММ.ГГГГ он бы фактически ознакомлен под роспись ДД.ММ.ГГГГ, так как в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ по причине нетрудоспособности в <адрес> был открыт электронный лист нетрудоспособности, ДД.ММ.ГГГГ он прилетел в <адрес>, а ДД.ММ.ГГГГ прибыл в офис Ответчика для ознакомления с приказом об увольнении и получения трудовой книжки.

С ДД.ММ.ГГГГ - дата старта обслуживания предприятий ФИО32 ТМК и ФИО3 по договорам оказания услуг с ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», он со своей рабочей ФИО32, состоящей из высококвалифицированных исторических юристов - экспертов по бизнес-процессам, столкнулся с тем, что результаты совместно проделанной ПАО «ТМК» с подрядчиком ООО «Северсталь ЦЕС» работы по оптимизации и стандартизации бизнес-процессов в части юридического сопровождения оказались неприменимы на практике, являлись формальными, не были автоматизированы и адаптированы под какой-либо программный продукт в отличие от других функциональных направлений деятельности ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» (финансы, кадры, бухгалтерия). Затраты на финансирование автоматизации юридических процессов не были ранее включены Генеральным ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 и ФИО5 по правовым вопросам ПАО «ТМК» ФИО18 в бюджет проекта «ЦЕС» в 2020 г., а также в бюджет ООО «ЦБУ ТМК-Сицара» на 2021-2022 годы, что усложняло эффективную реализацию проекта в части оказания услуг по юридическому сопровождению предприятиям ФИО32 ТМК и ФИО3. Для исправления выявленных в работе недостатков, он хотел сформировать высокопрофессиональный юридический штат сотрудников в ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» с приоритетом найма/перевода исторического персонала предприятий ФИО32 ТМК ФИО3. Однако, это не увенчалось успехом, поскольку руководство ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» в лице ФИО5 ФИО13 и ФИО8 Дирекции сервисов по управлению персоналом ФИО14 бойкотировали практически все его кадровые решения, навязывали ему своих протеже со своих прежних мест работы в ФИО32 ТМК и из сторонних организаций. С ДД.ММ.ГГГГ ряд должностей начальников Управлений и Отделов Дирекции по юридическому сопровождению оставались вакантными, так как он не был согласен на предложенные руководством кандидатуры, поэтому ФИО13 и ФИО14 под различными предлогами отказывались согласовывать перевод на вакантные руководящие должности квалифицированных сотрудников из его подчинения, хотя данные сотрудники фактически выполняли все это время свои должностные обязанности и обязанности начальников Управлений и Отделов его Дирекции. Его совместные с рабочей ФИО32 попытки внедрить адаптированный программный продукт для автоматизации операционной деятельности Дирекции по юридическому сопровождению ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» были также заблокированы Генеральным ФИО8 ФИО13, в чью компетенцию входило принятие такого рода управленческих решений, а в штате ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» отсутствовали IT-специалисты, которые могли бы реализовать такие технические задачи своими силами. Ввиду сложившихся обстоятельств, он неоднократно обращался к ФИО5 по правовым вопросам ПАО «ТМК» ФИО18, как к вышестоящему руководителю, и его подчиненным за помощью и пытался их вовлечь в процесс организации работы Дирекции по юридическому сопровождению ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7». Однако, коллеги из ПАО «ТМК» во главе с ФИО18 не проявили никакой заинтересованности и не оказали поддержки, полностью самоустранившись. Дирекция по юридическому сопровождению ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» под его руководством с самой наименьшей численностью персонала - около 49 человек обслуживала в 2 раза больше предприятий ФИО32 ТМК и ФИО3 - 15 и к проекту присоединялись еще 13. Для сравнения другие функциональными направлениями ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» в тот же период ДД.ММ.ГГГГ - первый квартал 2022 г.: Бухгалтерия - численность персонала 200 чел., Финансы - численность персонала 150 чел., Кадры - численность персонала 148 чел., Фронт-офис - численность персонала 76 чел./ количество обслуживаемых предприятий на обслуживании - 7 и к проекту присоединялись еще 3. Несмотря на вышеописанные сложности, ключевые показатели эффективности работы Дирекции по юридическому сопровождению и уровни удовлетворенности обслуживаемых предприятий составляли более 85 % и также являлись самыми высокими среди других функциональных направлений ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7». Учитывая все вышеперечисленные препятствия для развития функционального направления «Юристы», эффективной работы Дирекции по юридическому сопровождению и достижения экономического эффекта не путем сокращения затрат на фонд оплаты труда и увольнения квалифицированного исторического персонала ФИО32 ТМК и ФИО3, а путем сокращения иных хозяйственных расходов, у него совместно с рабочей ФИО32, в которую входили Начальник отдела правового анализа ФИО15 и Главный юрисконсульт Отдела судебной работы ФИО16, возникла идея вывода его юридического структурного подразделения из штата ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» и создания единого для ФИО32 ТМК и ФИО3 юридического центра оказания услуг, которую они изложили в наглядной презентации. В сентябре-октябре 2021 года он обратился к ФИО5 по правовым вопросам ПАО «ТМК» ФИО18 с просьбой довести до сведения ФИО5 ПAO «ТМК» ФИО17 его проектную инициативу по созданию юридического центра, однако ФИО18 был резко против его проекта. С учетом негативной позиции ФИО18 он был вынужден обратиться к другим коллегам из ПАО «ТМК» для оказания помощи в продвижении проектной инициативы и передачи всех проектных материалов ФИО2 ПАО «ТМК» ФИО19 Ему не известно были ли переданы материалы ФИО19, но через некоторое время у него состоялся неприятный разговор с ФИО18 и ФИО13, которые в ходе этого разговора выразили свое явное недовольство проявленной им инициативой, а затем сообщили, что ФИО17 ознакомился с его проектной инициативой и не поддержал ее. Впоследствии из проявленного негативного отношения и бойкота, который ему устроили коллеги из руководства ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», в руководстве ПАО «ТМК» его проектная инициатива по созданию отдельного юридического центра была расценена как саботирование действующего проекта «ЦЕС» и подрыв авторитета ФИО5 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 и ФИО5 по правовым вопросам ПАО «ТМК» ФИО18

Далее, ДД.ММ.ГГГГ после обеда по рабочему телефону ФИО5 начальника Службы безопасности АО ФИО3 М.А. пригласил его в Службу безопасности ФИО3 для опроса и проведения психофизиологического исследования на полиграфе по факту поступившей в отношении него анонимной записки от некой госпожи ФИО1, данная анонимная записка была представлена ему на обозрение без права снятия копии или фотосъемки. В данной анонимной записке госпожа ФИО1 изложила негативную информацию о его профессиональной деятельности в АО «ВТЗ», ПАО «ТМК», ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», которая не нашла никакого доказательственного подтверждения, а лишь порочила его честь и достоинство, профессиональную репутацию, хотя за весь период работы никаких дисциплинарных взысканий к нему вышеуказанными работодателями применено не было, имеются исключительно поощрения за высокие результаты и достижения в профессиональной деятельности. Кроме того, в ходе устного разговора, который состоялся ДД.ММ.ГГГГ с ним после проведения психофизиологического исследования на полиграфе, Генеральный ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 в своем кабинете без свидетелей сообщил ему, что в штате ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» работников по фамилии ФИО1 нет, анонимная записка от ФИО1 первоначально поступила на официальную корпоративную рабочую почту в адрес ФИО19 В ходе личного разговора с Начальником Службы безопасности АО ФИО3 ФИО20 ему стало известно, что психофизиологическое исследование на полиграфе в отношении него сотрудники Службы безопасности АО ФИО3 провели на основании служебной записки от ФИО5 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13, с которой он также не был ознакомлен. В ходе проведения психофизиологического исследования на полиграфе, ему задавались общие вопросы относительно наличия возможной коррупционной составляющей в его деятельности за весь период работы в АО «ВТЗ», ПАО «ТМК», ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», без оглашения каких-либо конкретных фактов, предъявления на обозрение документальных доказательств и перечисления наименований каких-либо контрагентов и т.<адрес> служебная проверка или расследование в отношении него для выяснения достоверности или опровержения фактов, изложенных в анонимной записке, Генеральным ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13, ФИО8 Дирекции сервисов по управлению персоналом ФИО14 и Службой безопасности АО ФИО3 не проводились, так как объяснения, предусмотренные ч. 1 ст. 193 Трудового кодекса Российской Федерации, у него Работодателем не отбирались, он также не был ознакомлен с соответствующими заключения служебной проверки или расследования, приказами Работодателя.

ДД.ММ.ГГГГ Начальник Службы безопасности АО ФИО4 М.Н. пригласили его на беседу к себе в кабинет, в ходе которой сообщил, что один из его ответов во время проведения психофизиологического исследования на полиграфе был якобы подсвечен «красным цветом», что является основанием для нелояльного отношения руководства ПАО «ТМК» и основанием расторжения трудового договора, поэтому ФИО9 М.Н. настоятельно предложил ему еще раз подумать и написать заявление на увольнение по собственному желанию, чтобы не создавать себе проблем и спокойно уйти из компании, не ждать увольнения по отрицательным мотивам. При этом, официального заключения психофизиологического исследования на полиграфе ему для ознакомления и защиты его трудовых и гражданских прав ФИО9 М.Н. не представил по причине отсутствия полномочий, а также сославшись на то, что, по его мнению, окончательное решение по его увольнению будет принимать Генеральный ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ ему на личный сотовый номер телефона позвонил ФИО5 по правовым вопросам ПАО «ТМК» ФИО18 и сообщил, что ФИО5 ПАО «ТМК» ФИО17 и ФИО5 по управлению персоналом ПАО «ТМК» ФИО21 известна сложившаяся ситуация и они уже предварительно согласовали его увольнение на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации с предоставлением хорошей рекомендации от ПАО «ТМК» для нового места работы. ДД.ММ.ГГГГ после утреннего оперативного директорского совещания в комнате для переговоров № на 6 этаже Генеральный ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13, попросил его остаться для обсуждения его результатов психофизиологического исследования на полиграфе, в ходе разговора он заявил, что все негативные факты в его трудовой деятельности были выявлены еще в период работы в АО «ВТЗ», сказал, что Служба экономической безопасности АО ФИО3 показала ему отрицательное заключение его психофизиологического исследования на полиграфе. ФИО13 оказывал на него психологическое давление и настаивал написать заявление на увольнение по собственному желанию, при этом никаких документальных оснований для увольнения ему не было представлено в ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7». На его предложение о проведении официальной служебной проверки по данному факту ФИО13 ответил отказом, поскольку ему достаточно якобы наличия «красного цвета полиграфа» для принятия решения об увольнении сотрудника. Он отказался писать заявление на увольнение по собственному желанию и запросил встречу с руководством ПАО «ТМК», которые утвердили его на должность, ФИО13 проигнорировал его просьбу. Во второй половине дня ДД.ММ.ГГГГ ФИО13 пришел в его кабинет на 6 этаже и вновь требовал, чтобы он написал заявление на увольнение по собственному желанию, свидетелем этого была его подчиненная Главный юрисконсульт Отдела судебной работы ФИО16 Он вновь отказался писать заявление на увольнение по собственному желанию, поскольку у ФИО5 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 не было никаких доказательств якобы его причастности к имеющимся у ФИО1 «фактам о его нарушениях», анонимная записка от начала и до конца была полностью сфабрикована, проведение психофизиологического исследования на полиграфе было также элементом сильнейшего психологического давления на него, оно стало полной неожиданностью и явно планировалось его руководством не один день, однако, он не отказался от него, так как полностью был уверен в своей непричастности к нарушениям, которые были указаны в анонимной записке. Все время, пока в отношении него руководством ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» и Службой безопасности АО ФИО3 предпринимались вышеописанные попытки психологического и морального давления, поступали угрозы увольнения по отрицательным мотивам в целях понуждения к увольнению, он испытывал сильные нравственные, моральные и физические страдания, которые привели к продолжительному периоду нетрудоспособности. В период временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ он испытывал сильные физические страдания и боль, на фоне сильнейшего нервного потрясения от произошедших на работе событий, его состояние здоровья ухудшилось, обострились хронические заболевания, он долгое время проходил амбулаторное и стационарное лечение. Начиная с ДД.ММ.ГГГГ и по настоящее время, он не переставал нервничать, так как осознавал то, что у него на иждивении находятся четверо несовершеннолетних детей, своей семье он является единственным кормильцем, его супруга не работает и ухаживает за двумя малолетними детьми. Находясь на больничном, он получал только пособие по нетрудоспособности (всего около 100 000 руб. за три месяца) и не мог в полной мере обеспечивать свои нужды, потребности своей супруги и всех детей. Более того, в октябре 2021 г. он приобрел в ипотеку квартиру в <адрес>, за которую он ежемесячно должен был совершать ипотечный платеж в размере 46 000 руб. Данные обстоятельства еще сильнее давили на него и усугубляли его нравственные и моральные страдания. Из-за открытой неприязни к нему и понуждению к увольнению Руководство ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» оказывало сильнейшее психологическое давление на Начальника Отдела правового анализа ФИО15 и Главного юрисконсульта Отдела судебной работы ФИО16, также понуждая их к увольнению.

В период его отсутствия по причине временной нетрудоспособности, Генеральным ФИО8 ПАО «ТМК» ФИО17, ФИО5 по правовым вопросам ПАО «ТМК» ФИО18, Генеральным ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13, в отношении него были приняты следующие необоснованные с точки зрения трудового законодательства Российской Федерации решения, которые были направлены на понуждение его к увольнению: 1) приказом ПАО «ТМК» № от ДД.ММ.ГГГГ и Приказом АО «ТД «ТМК» № от ДД.ММ.ГГГГ у него были отозваны все доверенности на представление интересов, обслуживаемых по юридической части предприятий ФИО32 ТМК; 2) по заявке ФИО13 с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ у него были отключены (заблокированы): компьютерная учетная запись; доступ к Системе электронного документооборота WSS Docs и Директум; корпоративный электронный почтовый ящик. 3) все предприятия ФИО32 ТМК и ФИО3 были проинформированы о его предстоящем увольнении и необходимости прекращения всех рабочих контактов, как с «неблагонадежным» сотрудником; 4) с ДД.ММ.ГГГГ на его подчиненных также оказывалось сильнейшее психологическое давление, некоторых также всячески понуждали к увольнению по собственному желанию Начальника Отдела правового анализа ФИО15 (10 лет в компании), Главного юрисконсульта Отдела судебной работы ФИО16 (5 лет в компании); 5) ФИО13 и ФИО18 полностью отключили его от всех рабочих процессов, настроили его подчиненных против него. В коллективе ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» распространялись заведомо ложные сведения, порочащие его честь и достоинство о том, что в отношении него полицией, ФСБ проводятся проверки и возбуждены уголовные дела, психофизиологическое исследование на полиграфе он не прошёл из-за коррупционной составляющей, у него в собственности находятся гостиницы в <адрес>, а также о том, что он больше не вернется на работу; 6) в ходе телефонного разговора от его подчиненного - начальника Отдела по правовым вопросам в <адрес> ФИО22 ему стало известно о том, что на корпоративной платформе SOTA2U в отношении него среди его подчиненных проводился опрос на предмет его стиля руководства, профессиональных компетенций, удовлетворенности их уровнем заработной платы и занимаемой должности. ФИО22 проходил вышеуказанный опрос; назначенного им ФИО5 на время его отсутствия - Начальника Отдела правового анализа ФИО15 на оперативные директорские совещания ФИО23 не допустил; 8) под предлогом антиковидных мер по приказу ФИО23 Главный юрисконсульт Отдела судебной работы ФИО16 с ДД.ММ.ГГГГ и до особого распоряжения была отправлена на принудительную удаленную работу с блокировкой пропуска и запретом явки в офис ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7»; 9) под предлогом антиковидных мер по приказу ФИО13 подчиненные Начальника Отдела правового анализа ФИО15 были направлены с ДД.ММ.ГГГГ и до особого распоряжения на принудительную удаленную работу, а затем переведены в подчинение протеже ФИО13 – ФИО24; 10) начальнику Отдела правового анализа ФИО15 и Главному юрисконсульту Отдела судебной работы ФИО16 руководством ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» были предъявлены необоснованные обвинения в якобы дисциплинарных нарушениях, неоднократно запрашивались письменные объяснения, которые могли послужить основанием для увольнения по отрицательным мотивам; 11) протеже ФИО5 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 - ФИО24, ФИО25 и протеже ФИО8 Дирекции сервисов по управлению персоналом ФИО14 - ФИО26 были назначены на должности Начальников Управлений его Дирекции, ФИО24 и ФИО25 исполняли его обязанности. Осознавая, что вышеуказанные неправомерные действия направлены на его понуждение к увольнению, а также тот факт, что он не может остаться без средств к существованию, ДД.ММ.ГГГГ он написал обращение ФИО2 ПАО «ТМК» ФИО19, в котором изложил все обстоятельства произошедшего и попросил провести проверку. От секретаря ФИО19 ему стало известно, что его обращение отписано в работу руководителям Служб безопасности ПАО «ТМК и АО ФИО3. Кроме того, он обратился с заявлением в Инспекцию труда <адрес> для защиты своих трудовых прав, однако, до настоящего времени не получил заключения проверки в отношении ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7».

ДД.ММ.ГГГГ он прибыл в офис на работу, однако его пропуск был заблокирован, после звонка сотрудника рецепции АО ФИО3 в Службу экономической безопасности АО ФИО3 его пропусти к его стационарному рабочему месту. В офисе все сотрудники демонстративно отворачивались и не здоровались, его подчиненные игнорировали его, как руководителя, его компьютерная учётная запись была заблокирована, в связи с чем он был лишен возможности исполнять свои трудовые обязанности. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ его компьютерная учётная запись была заблокирована, его подчинённые и коллеги продолжали бойкотировать его, Генеральный ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7ё» не приглашал его на директорские оперативные совещания, не допускали к каким-либо иным рабочим совещаниям и вопросам. Испытывая нравственные страдания, он продолжал бороться за свое законное право выполнять трудовые обязанности ФИО8 Дирекции по юридическому сопровождению ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7». В свою очередь, Генеральный ФИО8 ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ФИО13 и ФИО8 Дирекции сервисов по управлению персоналом ФИО14 не оставили попыток понуждения его к увольнению и необоснованно запросили у него объяснения за выявленные нарушения, а затем дважды на основании Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ и Приказа № от ДД.ММ.ГГГГ неправомерно привлекли его к дисциплинарной ответственности. Далее вышеуказанные лица поручили ему заведомо невыполнимые задания по работе, и как следствие, готовили следующий запрос объяснений и приказ об увольнении по инициативе Работодателя. С момента выхода с больничного на работу в ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» он испытывал дискриминацию и находился в условиях не совместимых с нормальной возможностью исполнять свои трудовые обязанности, он постоянного испытывал стресс и угрозу увольнения по отрицательным мотивам по инициативе Работодателя. В связи с вышеизложенным, под сильнейшим психологическим давлением со стороны Ответчика на фоне понуждения к увольнению ДД.ММ.ГГГГ, он был вынужден написать заявление на увольнение по собственному желанию. После данного решения и последующего увольнения он продолжает испытывать нравственные страдания, поскольку вынужденно потерял работу в период экономического и политического кризиса и высокой безработицы в России. Более того, из-за угрозы увольнения Работодателем по отрицательным мотивам, ФИО15 и ФИО16 были вынуждены ДД.ММ.ГГГГ в период своей нетрудоспособности написать заявления на увольнение по собственному желанию и направить их экспресс-почтой в адрес ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7». ДД.ММ.ГГГГ они были уволены, с приказами ознакомились ДД.ММ.ГГГГ (в период больничного). Вынужденное увольнение ФИО15 и ФИО16, которое, по сути, не являлось добровольным, оказало на него сильнейшее психологическое воздействие, из-за чего он и по сей день испытывает нравственные страдания, так как его подчиненные оказались в трудном финансовом положении, без средств к существованию. У ФИО15 на иждивении двое малолетних детей, неисполненные кредитные обязательства, у ФИО16 имеется ипотечный кредит на единственное жилье. Он не перестает чувствовать свою ответственность за то, что ФИО15 и ФИО16 стали жертвами травли, которая была организована Ответчиком на работе из-за понуждения его к увольнению. Указанные выше действия ответчика по незаконному увольнению стали причиной нравственных переживаний, физических страданий, в связи с чем ему причинен моральный вред.

Просит: установить факт понуждения его к увольнению; признать действия ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7», направленные на понуждение его к увольнению, незаконными; признать незаконным его увольнение по собственному желанию на основании заявления от ДД.ММ.ГГГГ и приказа №-лс от ДД.ММ.ГГГГ; восстановить его на работе на прежней должности ФИО8 Дирекции по юридическому сопровождению ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7»; взыскать с ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» в его пользу сумму среднего заработка за время вынужденного прогула в размере 390 068 руб. 66 коп; взыскать с ООО «ЦБУГ ТМК-ФИО7» в его пользу компенсацию за причиненный моральный вред в размере 1 000 000 руб.

Истец ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки не сообщил, доверил представлять свои интересы ФИО27

Представитель истца ФИО27, действующая на основании доверенности, в судебном заседании исковые требования поддерживает в полном объеме, просит их удовлетворить по основаниям, изложенным в иске, пояснив, при этом, что срок исковой давности не пропущен, поскольку исковое заявление подано в суд в предпоследний день его истечения.

Представители ответчика ООО «Центр Бизнес-услуг ТМК-ФИО7» ФИО28, ФИО11, действующие на основании доверенностей, в судебном заседании возражали против удовлетворения исковых требований, по основаниям, изложенным в письменных возражениях, считая, что ФИО6 принял решение об увольнении по собственному желанию, никакого давления на него не оказывалось, при этом каких-либо нарушений при его увольнении допущено не было. Также указывают, что исковое заявление было подано за пределами срока исковой давности, что является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Представитель третьего лица ПАО «ТМК» ФИО29, действующая по доверенности, в судебном заседании возражает против удовлетворения исковых требований, по основаниям, изложенным в письменных возражениях.

Суд, выслушав представителей сторон, третьего лица, заключение прокурора, полагавшего необходимым отказать в удовлетворении исковых требований, исследовав письменные доказательства по делу, показания свидетеля, приходит к следующему.

Индивидуальные трудовые споры рассматриваются комиссиями по трудовым спорам и судами (ст. 382 ТК РФ).

Сроки обращения работника в суд за разрешением индивидуального трудового спора установлены ст. 392 ТК РФ.

В ч. 1 ст. 392 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора в течение трех месяцев со дня, когда он узнал или должен был узнать о нарушении своего права, а по спорам об увольнении - в течение одного месяца со дня вручения ему копии приказа об увольнении либо со дня выдачи трудовой книжки или со дня предоставления работнику в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности (статья 66.1 настоящего Кодекса) у работодателя по последнему месту работы.

При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных чч. 1, 2 и 3 ст. 392 ТК РФ, они могут быть восстановлены судом (ч. 4 ст. 392 ТК РФ).

Согласно п. 2 ст. 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со ст. 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на обоснование своих требований и возражений, суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие либо из них не ссылались.

Судом установлено, что Приказом №-лс от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 был уволен с ДД.ММ.ГГГГ на основании п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника. С приказом ФИО6 ознакомлен ДД.ММ.ГГГГ, о чем имеется его подпись в приказе. В этот же день ему была вручена трудовая книжка, что подтверждается распиской.

С заявлением к работодателю о предоставлении в связи с его увольнением сведений о трудовой деятельности, ФИО6 не обращался.

В таком случае, срок для обращения в суд с требованием о восстановлении на работе истек ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно штампу входящей корреспонденции, исковое заявление зарегистрировано в суде ДД.ММ.ГГГГ.

Из искового заявления усматривается, что оно подписано ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании допрошена свидетель ФИО16, которая пояснила, что исковое заявление было подано ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ. В этот день, это был четверг, они встретились с ним, после обеда они направили исковое заявление лицам, участвующим в деле, после чего, примерно в 16 часов 45 минут, они вместе приехали в Краснослободский районный суд <адрес>. Они обратились к судебному приставу, который пояснил, что в связи с действующими антиковидными ограничениями, все документы принимаются через ящик входящей корреспонденции, расположенный на стене. При этом он сообщил, что в журнале не фиксируется посещение граждан по этому вопросу. Они опустили исковое заявление в красной пластиковой папке в указанный судебным приставом ящик, других документов в нем не было. Следующий день – пятница, был рабочим, после чего были праздничные дни, и первым рабочим днем было ДД.ММ.ГГГГ. В этот день на сайте она увидела информацию о том, что исковое заявление было зарегистрировано ДД.ММ.ГГГГ.

Указанные показания суд признает допустимым доказательством, достоверность их сомнений не вызывает, изложенные свидетелем обстоятельства соотносятся с датой подписания ФИО6 искового заявления и с имеющимися в описываемый период времени антиковидными ограничениями.

Ссылка представителя ответчика на п.1 ч.3 ст. 69 ГПК РФ, согласно которому не подлежат допросу в качестве свидетелей представители по гражданскому делу об обстоятельствах, которые стали им известны в связи с исполнением обязанностей представителя, судом не принимается во внимание, поскольку в данном гражданском деле ФИО16 участие в качестве представителя не принимала.

Таким образом, суд, в соответствии со ст. 67 ГПК РФ, оценив представленные доказательства, приходит к выводу, что ФИО6 обратился в суд за защитой своих прав, связанных с его увольнением, в течение месячного срока со дня ознакомления с приказом об увольнении и вручения ему трудовой книжки, то есть в установленный ст. 392 ТК РФ, срок.

Согласно ст. 1 ТК РФ целями трудового законодательства являются установление государственных гарантий трудовых прав и свобод граждан, создание благоприятных условий труда, защита прав и интересов работников и работодателей.

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в частности, свобода труда, включая право на труд, который каждый свободно выбирает или на который свободно соглашается, право распоряжаться своими способностями к труду, выбирать профессию и род деятельности, запрещение принудительного труда и дискриминации в сфере труда, обеспечение права каждого работника на справедливые условия труда, в том числе на условия труда, отвечающие требованиям безопасности и гигиены, права на отдых, включая ограничение рабочего времени, предоставление ежедневного отдыха, выходных и нерабочих праздничных дней, оплачиваемого ежегодного отпуска (абзацы первый, второй, третий и пятый ст. 2 ТК РФ).

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ трудовой договор может быть прекращен по инициативе работника (ст. 80 ТК РФ).

Частью 1 ст. 80 ТК РФ предусмотрено, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен данным кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении (ч. 2 ст. 80 ТК РФ).

До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с данным кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора (ч. 4 ст. 80 ТК РФ).

В подп. «а» п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Из приведенных выше правовых норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что правовой механизм, обеспечивающий реализацию права граждан на свободное распоряжение своими способностями к труду, предусматривает в том числе возможность работника беспрепятственно в любое время уволиться по собственной инициативе, подав работодателю соответствующее заявление, основанное на добровольном волеизъявлении, предупредив об увольнении работодателя не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен ТК РФ или иным федеральным законом, а также предоставляет возможность сторонам трудового договора достичь соглашения о дате увольнения, определив ее иначе, чем предусмотрено законом. Для защиты интересов работника как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении за работником закреплено право отозвать свое заявление до истечения срока предупреждения об увольнении (если только на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому не может быть отказано в заключении трудового договора).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

Судом установлено, что ФИО6 был принят на работу в Дирекцию по юридическому сопровождению в ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» на должность ФИО8 Дирекции с ДД.ММ.ГГГГ по основному месту работы, что подтверждается копией трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. До этого, с ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 работал в этой же организации, в той же должности по совместительству, что подтверждается копией договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 написано заявление об увольнении из ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» с ДД.ММ.ГГГГ по собственному желанию.

Дата увольнения ДД.ММ.ГГГГ сторонами согласована не была, в связи с чем работодатель имел права уволить ФИО6 по истечении двух недель со дня, следующего за днем подачи заявления об увольнении по инициативе работника.

Тем самым, ДД.ММ.ГГГГ на основании приказа №-лс от ДД.ММ.ГГГГ, истец уволен с должности ФИО8 Дирекции в соответствии с п.3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации, по инициативе работника.

Поскольку ФИО6 в день увольнения отсутствовал на рабочем месте по болезни, в его адрес ДД.ММ.ГГГГ работодателем было направлено уведомление о необходимости явиться за получением трудовой книжки и справок с места работы, с разъяснением ему права обратиться с заявлением о направлении ему трудовой книжки по почте.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 был лично ознакомлен с приказом о расторжении трудового договора, и ему была вручена трудовая книжка под роспись. Также ему были осуществлены все выплаты, положенные при увольнении, что подтверждается платежными поручениями.

С целью проверки доводов истца о понуждении его работодателем к увольнению по собственному желанию судом исследованы обстоятельства, предшествующие написанию ФИО6 заявления об увольнении по собственному желанию, обстоятельства, свидетельствующие о наличии или отсутствии факторов, повлиявших на принятое истцом решение об увольнении, а также мотивы, которыми он руководствовался при написании такого заявления.

Так, в судебном заседании установлено, что ФИО6 собственноручно подписал заявление об увольнении по собственному желанию и лично его передал работодателю ДД.ММ.ГГГГ. При этом в заявлении каких-либо иных мотивов, кроме как по собственному желанию, им не указано.

Ответчиком было рассмотрено заявление истца об увольнении в день написания заявления, и он был приглашен к ФИО5 ФИО13 для согласования другой, более приемлемой, для сторон даты увольнения до истечения двухнедельного срока предупреждения об увольнении, а также выяснения обстоятельств увольнения, разъяснения последствий увольнения, прав истца, в том числе, его возможности отзыва заявления об увольнении.

Сторонам не удалось прийти к согласию относительно иной даты увольнения, в связи с чем ответчик, исчислил дату увольнения, руководствуясь нормами ТК РФ, определив её как ДД.ММ.ГГГГ. Указанная дата была зафиксирована в резолюции, наложенной на заявление истца об увольнении. С указанной резолюцией истец отказался знакомиться под роспись, в связи с чем был составлен соответствующий акт, содержание документа (резолюции) было зачитано истцу вслух.

В день увольнения, ДД.ММ.ГГГГ представитель работодателя дополнительно связался с ФИО6 для подтверждения сохранения его волеизъявления на увольнение и уточнения информации о передаче кадровых документов. Истец свое намерение на увольнение подтвердил.

После увольнения истец лично явился в офис компании для ознакомления с приказом, получения трудовой книжки и иных документов, предоставляемых при увольнении. При этом истцом не было выражено никакого несогласия с действиями работодателя.

Более того, в течение предоставленных для работы двух недель истец не воспользовался своим правом отозвать свое заявление об увольнении.

Кроме того, следует отметить, что ФИО6 занимал в ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» должность ФИО8 Дирекции по юридическому сопровождению, имея высшее юридическое образование, длительный стаж работы по специальности, не мог не осознавать значение и правовые последствия обращения к работодателю с заявлением об увольнении по собственному желанию.

При этом ФИО6 после написания заявления об увольнении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ находился на больничном. В течение указанного периода истец не мог быть под влиянием со стороны работодателя, имел возможность тщательно оценить все обстоятельства, получить квалифицированную помощь и своевременно обратиться к ответчику с заявлением об отзыве ранее поданного заявления на увольнения.

В совокупности вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о совершении ФИО6 последовательных действий с намерением расторгнуть трудовой договор по собственному желанию.

Также судом проверены доводы истца, свидетельствующие, по его мнению, об оказании на него давления, в результате которого он был вынужден написать заявление об увольнении по собственному желанию.

В соответствии со ст. 185 Гражданского кодекса РФ доверенностью признается письменное уполномочие, выдаваемое одним лицом другому лицу или другим лицам для представительства перед третьими лицами. Предоставление доверенности является правом юридического лица, а не его обязанностью, и подразумевает полную или частичную передачу полномочий доверяемому лицу в целях действительного выполнения обязанностей, предусмотренных трудовым договором и/или гражданско-правовым договором.

Процедура отмены доверенностей предусмотрена ГК РФ и является законным правом работодателя, при этом отмена доверенностей не повлияла на возможность ФИО6 выполнять свои трудовые обязанности, на уровень заработной платы и гарантий, предоставляемых работнику.

Соответственно, приказы об отзыве доверенностей вынесены в пределах предоставленных ответчику полномочий и в полном соответствии с требованиями ст.ст. 185, 188 ГК РФ. При этом самостоятельным фактором, влияющим на принятие ФИО6 решения об увольнении, данное обстоятельство не является.

Как следует из возражений ответчика ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» ведет деятельность в высококонкурентной отрасли экономики. В связи с этим компания имеет законный интерес в сохранении конфиденциальности информации и коммерческой тайны, а также в недопущении ее раскрытия или передачи третьим лицам, в связи с тем, что использование и раскрытие корпоративной конфиденциальной информации и коммерческой тайны может нанести Компании значительный ущерб. В компании проводятся регулярные внутренние проверки соблюдения и обеспечения информационной безопасности, а также проводятся психофизиологические исследования.

Психофизиологические исследования проводятся только при наличии письменного согласия опрашиваемого лица. Использование такого формата исследования возможно только в случаях, предусмотренных Положением «О порядке проведения психофизиологических исследований с применением полиграфа». В соответствии с п.6.10 Положения «О порядке проведения психофизиологических исследований с применением полиграфа» вопросы, задаваемый в ходе проверки, строятся таким образом, чтобы исключить появления у опрашиваемого лица чувства унижения или оскорбления.

В случае выявления подозрительной активности и/или нарушений локальных нормативных актов компании проводятся действия по предотвращению нарушений, в том числе посредством блокировки корпоративных электронных почт и аккаунтов пользователей/работников до выяснения дополнительных обстоятельств.

ФИО6 занимал должность, которая предоставляет доступ к конфиденциальной информации. В ходе проведения внутренней проверки по информации от службы безопасности компании существовала угроза утечки конфиденциальной информации, в связи с чем электронная почта истца была временно заблокирована до выяснения дополнительных обстоятельств.

Кроме того, сам истец на момент проведения внутренней проверки был временно нетрудоспособен, и ответчик не имел ни юридической, ни фактической возможности получить от истца объяснения и дополнительную информацию о сложившейся ситуации. После окончания периода временной нетрудоспособности и выхода ФИО6 на работу, с ним была проведена разъяснительная беседа по вопросам конфиденциальности данных и обеспечения их безопасности. После соблюдения всех внутренних процедур и обеспечения безопасности конфиденциальной информации, учетные записи истца были разблокированы, что подтверждается соответствующей перепиской и представленными документами.

При этом, согласно ст. 22 ТК РФ к обязанностям работодателя относится обеспечение работников оборудованием, инструментами, технической документацией и иными средствами, необходимыми для исполнения ими трудовых обязанностей. Поскольку истец в указанный период никаких трудовых обязанностей не исполнял, и исполнять не мог, блокировка его учетной записи не нарушала его трудовых прав.

Доводы истца об информировании предприятий о предстоящем его увольнении, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, какими-либо доказательствами не подтверждаются.

Ссылка на то, что в отношении него проводился опрос среди коллег о его профессиональных качествах, судом отклоняется, поскольку согласно представленным документам, указанный опрос касался не только ФИО6, а всех руководителей организации. Данный опрос проводится ежегодно с использованием онлайн платформы SOTA2U и осуществляется методом «360°», что является распространённой практикой по оценке сотрудников, который заключается в выявлении степени соответствия сотрудника занимаемой должности через опрос делового окружения сотрудника.

Утверждения ФИО6 о распространении сведений, порочащих его честь и достоинство, допустимыми доказательствами не подтверждаются. Правом на судебную защиту чести, достоинства и деловой репутации истец не воспользовался.

Доводы истца об оказании психологического давления и понуждение к увольнению ФИО16 и ФИО15 также не нашли своего подтверждения в ходе рассмотрения данного дела.

Отсылки истца на принудительную удаленную работу ФИО16 и ФИО15 не состоятельны, так как в указанный период на территории <адрес> происходило активное распространение новой коронавирусной инфекции. В связи с ужесточением требований законодательства и необходимостью обеспечения безопасности работников ответчик перевел ряд работников на дистанционный режим работы. При этом указанный перевод на дистанционную работу касался не только ФИО16, а целого ряда подразделений и отделов компании. Более того, приказ № от ДД.ММ.ГГГГ обязывал ФИО15 приступить к исполнению обязанностей путем личного посещения офиса, то есть указанный работник по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ не находилась на дистанционном режиме работы.

Сам по себе факт истребования ответчиком от ФИО16 и ФИО15 письменных объяснений представляет собой реализацию работодателем своего права контроля исполнения работниками должностных обязанностей и требований локальных нормативных актов. Как следует из представленных материалов, за весь период работы ФИО16 и ФИО15 не были привлечены к дисциплинарной ответственности, уволились по собственному желанию.

Назначение ФИО30 и ФИО25 на Начальников управления Дирекции по юридическому сопровождению осуществлялось ответчиком в рамках полномочий и в связи с производственной необходимостью.

Как подтверждается материалами дела, ФИО6 продолжительное время находился на больничном, фактически с ноября 2021 г. по март 2022 г.. В связи с необходимостью функционирования Дирекции по юридическому сопровождению и обеспечения деятельности компании, в том числе, в части оказания услуг обслуживаемым предприятиям, ФИО25 и ФИО24 временно назначались ответчиком на различные должности на время отсутствия истца. Данное обстоятельство непосредственно подтверждается приказами и соотнесением их с периодами временной нетрудоспособности ФИО6

Сам по себе факт привлечения ФИО6 к дисциплинарной ответственности не свидетельствует об оказании на истца давления с целью понудить его к увольнению. Ответчик вправе оценивать работу истца, и при наличии оснований, привлекать его к дисциплинарной ответственности. Дисциплинарное взыскание в этом случае - способ реагирования работодателя на реально имевшее место нарушение истцом трудовой дисциплины.

В подтверждение доводов о том, что работодатель оказывал на истца давление с целью понудить написать заявление об увольнении по собственному желанию, ФИО6 в исковом заявлении указывает на угрозу увольнения по отрицательным мотивам.

Однако само по себе наличие у истца опасений о возможной отрицательной оценке его работы со стороны работодателя, как мотив обращения с заявлением об увольнении по собственному желанию, не свидетельствует о наличии порока воли, поскольку эти действия обусловлены осознанным желанием работника избежать последствий отрицательной оценки его работы. Работодатель вправе оценивать труд работника как отрицательно, так и положительно. В случае неправомерных действий работодателя при оценке труда работника, последний имеет право оспорить действия работодателя, в том числе и в суде.

Кроме того, как следует из искового заявления, угрозы увольнения по отрицательным основаниям поступали истцу с 15 по ДД.ММ.ГГГГ. Однако достаточных доказательств, бесспорно свидетельствующих об этом, истцом не представлено. При этом, как следует из иска, в ответ на эти угрозы, ФИО6 отказался писать заявление на увольнение по собственному желанию, а решение об увольнении принял ДД.ММ.ГГГГ, спустя продолжительное время.

Указание ФИО6 на то, что ему давали заведомо невыполнимые задания по работе объективного подтверждения не нашло. Так, после временной нетрудоспособности истцу было дано два поручения: провести аналитику изменений законодательства для топ-менеджмента компании, и предоставить работодателю отчет о результатах деятельности. Тем не менее, квалификация, образование истца, занимаемая должность и сроки выполнения задания в полной мере позволяли ему выполнить указанное задание, что и было им сделано.

Также суд учитывает, что доводы истца являлись предметом проверки Государственной инспекции труда в Свердловской области, согласно представленному Акту документарной проверки, каких-либо нарушений и/или фактов принуждения к увольнению выявлено не было.

Имеющиеся у ФИО6 обязательства в виде ипотеки и алиментных платежей на содержание несовершеннолетних детей, являются личными обстоятельствами истца, с учетом которых им было принято решение об увольнении.

Таким образом, разрешая спор, суд приходит к выводу, что доказательств, подтверждающих факт понуждения ФИО6 работодателем к увольнению, каких-либо неправомерных действий со стороны работодателя, ограничивающих волю работника на продолжение трудовых отношений, в материалах дела не имеется, равно как и доказательств наличия угроз со стороны руководства ООО «ЦБУ ТМК-ФИО7» об увольнении ФИО6 по порочащим основаниям также не имеется, при этом наличие у работодателя претензий относительно исполнения истцом трудовых обязанностей, само по себе, не может являться подтверждением оказания давления на работника, так же как и возможность увольнения истца по дискредитирующим основаниям, так как не свидетельствует об отсутствии свободного волеизъявления истца при написании заявления об увольнении.

Изложенные в иске доводы о том, что заявление об увольнении по собственному желанию подано им вынужденно под психологическим и физическим принуждением со стороны работодателя, не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства.

По мнению суда обстоятельства, на которые ФИО6 ссылался в обоснование своих требований, свидетельствуют о том, что решение об увольнении принято им самостоятельно с учетом всех факторов и условий работы в коллективе. При продвижении своего проекта ФИО6 действовал не по заданию работодателя и с привлечением кадровых и иных ресурсов предприятия. При этом одобрение разного рода проектов и инициатив своих работников – это право работодателя, а не обязанность. Такие решения принимаются руководством компании, исходя из стратегических целей развития предприятия, экономической обоснованности и производственной необходимости, и в случае неодобрения какого-либо предложения, это не может быть расценено работником как личная неприязнь либо негативное отношение к нему, и зависит от его субъективного восприятия происходящих событий.

Иными словами, истцом не представлено достаточных доказательств, а судом не установлено обстоятельств могущих послужить основанием для установления факта понуждения ФИО6 к увольнению по собственному желанию. Процедура увольнения истца произведена в соответствии с действующим законодательством, каких-либо неправомерных действий, направленных на понуждение ФИО6 к увольнению судом не установлено.

В связи со сказанным отсутствуют правовые основания и для восстановления истца на работе, взыскания суммы среднего заработка за время вынужденного прогула, а также компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

исковые требования ФИО6 к обществу с ограниченной ответственностью «Центр Бизнес-услуг ТМК-ФИО7» об установлении факта понуждения к увольнению, признании действий незаконными, признании увольнения незаконным, восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда, - оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи жалобы через Краснослободский районный суд Волгоградской области.

Судья Ф.А. Новиков

СПРАВКА: решение в окончательной форме изготовлено 21 июля 2022 года.

Судья Ф.А. Новиков