Судья 1 инстанции Ягжова М.В.

УИД 38RS0001-01-2021-004492-56

Судья-докладчик Абрамчик И.М.

№ 33а-5919/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

6 сентября 2023 г.

г. Иркутск

Судебная коллегия по административным делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Абрамчика И.М.

судей Махмудовой О.С., Шуняевой Н.А.,

при секретаре Толмачевой К.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело № 2а-121/2022 по административному иску администрации Ангарского городского округа к Главному управлению МЧС России по Иркутской области, Управлению надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Иркутской области, Заместителю начальника отдела надзорных мероприятий в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Иркутской области ФИО1, главному специалисту отдела надзорных мероприятий в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Иркутской области ФИО2, начальнику отдела надзорной деятельности и профилактической работы по Ангарскому городскому округу Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Иркутской области ФИО3 о признании незаконным предписания

по апелляционной жалобе Главного управления МЧС России по Иркутской области на решение Ангарского городского суда Иркутской области от 24 июня 2022 г.,

установила:

в обоснование административного иска, с учетом уточнения требований, администрацией Ангарского городского округа (далее по тексту АГО) указано, что в 2021 году проведена плановая выездная проверка по соблюдению требований в области гражданской обороны. По результатам проверки составлен акт, выдано предписание об устранении нарушений требований в области гражданской обороны. Указанное предписание административный истец полагает незаконным. Вынесенное предписание в полном объеме не соответствует нормативно-правовым актам. При выдаче предписания органом государственного надзора не соблюдены требования нормативных правовых актов, устанавливающих основания для принятия предписания. Проведение проверки вне места нахождения проверяемого лица привели к неполноте проверки, преждевременным выводам. Кроме того, при вынесении предписания не учтено, что на территории АГО создана МКУ «Служба ГО и ЧС», предметом и целью деятельности которой является организация и проведение мероприятий по вопросам гражданской обороны. Кроме того, оспариваемое предписание не соответствует требованиям закона в части исполнимости, содержит общие формулировки, не содержит конкретных указаний, четких формулировок относительно конкретных действий, которые необходимо совершить в целях устранения выявленных нарушений. Предписание должно быть определенным, исполнимым и конкретным. Отсутствие в предписании способов устранения нарушений, действий, которые должны быть совершены, является основанием для признания предписания незаконным, а на администрацию АГО возложена обязанность по устранению нарушений, наличие которых не подтверждено доказательствами, что нарушает прав и интересы административного истца.

На основании изложенного административный истец просил суд признать незаконным предписание № 4 от 31 мая 2021 г. об устранении нарушений установленных требований в области гражданской обороны, выданное Управлением надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МСЧ России по Иркутской области.

Определением суда в качестве заинтересованного лица привлечено Территориальное управление Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Иркутской области.

Определением суда производство по административному делу в части требований о признании незаконным п.2 предписания от 31 мая 2021 г. № 4 об устранении нарушений установленных требований в области гражданской обороны прекращено в связи с частичным отказом административного истца от требований.

Решением Ангарского городского суда Иркутской области от 24 июня 2022 г. административное исковое заявление удовлетворено.

В апелляционной жалобе Главное управление МЧС России по Иркутской области просит решение суда отменить и принять по делу новое решение. В обоснование доводов жалобы ссылается на обстоятельства и правовые нормы, изложенные в отзыве на административное исковое заявление. Считают, что предъявляемые органом надзора требования являются законными и обоснованными. В оспариваемом предписании указаны выявленные нарушения, которые возможно устранить разными способами. Выбор какого-либо единственного способа устранения нарушений повлечет за собой ограничение в праве выбора способа устранения нарушений, наиболее подходящего для администрации АГО с учетом материального положения и других факторов.

В письменных возражениях относительно доводов апелляционной жалобы администрация АГО просит решение суда оставить без изменения.

Руководствуясь частью 2 статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о дате, времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав доклад судьи, объяснения представителя ГУ МЧС России по Иркутской области ФИО2, просившего об удовлетворении апелляционной жалобы, представителей администрации АГО ФИО4 и ФИО5, представителя МКУ «Служба по решению вопросов гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций» ФИО5, возражавших против удовлетворения апелляционной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в апелляционном порядке, судебная коллегия приходит к следующему.

Положениями части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации установлено, что гражданин, организация, иные лица могут обратиться в суд с требованиями об оспаривании решений, действий (бездействия) органа государственной власти, органа местного самоуправления, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями (включая решения, действия (бездействие) квалификационной коллегии судей, экзаменационной комиссии), должностного лица, государственного или муниципального служащего (далее - орган, организация, лицо, наделенные государственными или иными публичными полномочиями), если полагают, что нарушены или оспорены их права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению их прав, свобод и реализации законных интересов или на них незаконно возложены какие-либо обязанности. Гражданин, организация, иные лица могут обратиться непосредственно в суд или оспорить решения, действия (бездействие) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, в вышестоящие в порядке подчиненности орган, организацию, у вышестоящего в порядке подчиненности лица либо использовать иные внесудебные процедуры урегулирования споров.

Исходя из положений части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд удовлетворяет заявленные требования об оспаривании решения, действия (бездействия) должностного лица, государственного или муниципального служащего, если установит, что оспариваемое решение, действие (бездействие) нарушает права и свободы административного истца, а также не соответствует закону или иному нормативному правовому акту.

Согласно пункту 28 части 1 статьи 16 Федерального закона от 6 октября 2003 г. № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации» (далее - Закон № 131-ФЗ) к вопросам местного значения муниципального, городского округа относятся: организация и осуществление мероприятий по территориальной обороне и гражданской обороне, защите населения и территории муниципального, городского округа от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, включая поддержку в состоянии постоянной готовности к использованию систем оповещения населения об опасности, объектов гражданской обороны, создание и содержание в целях гражданской обороны запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств.

Пунктом 2 статьи 77 названного Закона предусмотрено, что государственные органы, уполномоченные на осуществление государственного контроля (надзора) за деятельностью органов местного самоуправления и должностных лиц местного самоуправления в соответствии с федеральными законами и законами субъектов Российской Федерации, включая территориальные органы федеральных органов исполнительной власти и органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации, осуществляют в пределах своей компетенции контроль (надзор) за исполнением органами местного самоуправления и должностными лицами местного самоуправления Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, уставов муниципальных образований и иных муниципальных нормативных правовых актов при решении ими вопросов местного значения, осуществлении полномочий по решению указанных вопросов, иных полномочий и реализации прав, закрепленных за ними в соответствии с федеральными законами, уставами муниципальных образований, а также за соответствием муниципальных правовых актов требованиям Конституции Российской Федерации, федеральных конституционных законов, федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, конституций (уставов), законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации, уставов муниципальных образований.

Согласно статье 1 Федерального закона от 12 февраля 1998 г. № 28-ФЗ «О гражданской обороне» (далее - Федеральный закон № 28-ФЗ) под «гражданской обороной» понимается система мероприятий по подготовке к защите и по защите населения, материальных и культурных ценностей на территории Российской Федерации от опасностей, возникающих при военных конфликтах или вследствие этих конфликтов, а также при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера.

К основным задачам в области гражданской обороны отнесено, в том числе, предоставление населению средств индивидуальной и коллективной защиты (статья 2 Федерального закона от № 28-ФЗ).

Пунктами 1 и 3 статьи 13.1 Федерального закона № 28-ФЗ предусмотрено, что федеральный государственный надзор в области гражданской обороны осуществляется федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на решение задач в области гражданской обороны.

Таким федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики, нормативно-правовому регулированию, а также по надзору и контролю в области гражданской обороны, защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера является Министерство Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий (МЧС России).

Порядок осуществления государственного надзора в области гражданской обороны определен постановлением Правительства Российской Федерации от 21 мая 2007 г. № 305 «Об утверждении Положения о государственном надзоре в области гражданской обороны», действовавшим в период возникновения спорных правоотношений (далее - Положение № 305).

Согласно подпункту «г» пункта 6 Положения № 305 должностные лица органов, осуществляющих государственный надзор в области гражданской обороны, в пределах своей компетенции имеют право выдавать руководителям федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, организаций, а также должностным лицам обязательные для исполнения предписания по устранению нарушений установленных требований в области гражданской обороны.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 23 апреля 2021 г. распоряжением Управления надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Иркутской области (далее УНДиПР ГУ МЧС России по Иркутской области) № 4 назначена плановая выездная проверка в отношении администрации АГО, расположенной по адресу, <...> дом. Цель проведения проверки: контроль соблюдения требований в области гражданской обороны на основании Плана проведения плановых проверок ГУ МЧС России по Иркутской области на 2021 год. Срок проведения проверки с 4 мая 2021 г. по 1 июня 2021 г.

На основании распоряжения администрации АГО № 93-ра от 4 мая 2021 г. директор МКУ «Служба по решению вопросов гражданской обороны и чрезвычайных ситуаций» ФИО5 назначен уполномоченным представителем интересов администрации АГО в период проведения плановой выездной проверки в период с 4 мая 2021 г. по 1 июня 2021 г., с правом предоставления пояснений, подписания и получения документов, формируемых в рамках проведения проверки.

Актом плановой выездной проверки № 4 от 31 мая 2021 г., составленным заместителем начальника отдела надзорных мероприятий в области ГО, ЗНТЧС УНДиПР ГУ МЧС России по Иркутской области ФИО1, главным специалистом отдела надзорных мероприятий в области ГО, ЗНТЧС УНДиПР ГУ МЧС России по Иркутской области ФИО2, начальником ОНДиПР по АГО УНДиПР ГУ МЧС России по Иркутской области ФИО3 выявлены нарушения в области гражданской обороны в соответствии с Федеральным законом № 28-ФЗ, Положением о гражданской обороне, иными нормативными правовыми актами.

По результатам плановой выездной проверки администрации АГО выдано предписание № 4 от 31 мая 2021 г., со сроком исполнения 15 января 2022 г. в котором указано, что администрация АГО нарушила следующие обязательные требования в области гражданской обороны: пункт 1 не создала и не организовала деятельность муниципальной пожарной охраны, не организовала ее подготовку в области гражданской обороны и взаимодействие с другими видами пожарной охраны; не организовано тушение пожаров в районах проведения аварийно-спасательных и других неотложных работ и в организациях, отнесенных в установленном порядке к категориям по гражданской обороне, в военное время; не организовано заблаговременное создание запасов химических реагентов для тушения пожаров; п.2 не определена организация, создающая нештатное формирование гражданской обороны – аварийно-техническая команда по газовым сетям (отменен); пункт 3 паспорт муниципальной автоматизированной системы централизованного оповещения населения АГО (далее МАСЦО АГО) содержит недостоверные сведения об организации, осуществляющей эксплуатационно-техническое обслуживание; пункт 4 положением о МАСЦО АГО не определен порядок совершенствования (замены устаревшего оборудования на современные технические средства оповещения); пункт 5 отсутствует проектно-сметная документация на МАСЦО АГО, в ходе проведенной проверки не представлена проектно-сметная документация, акты выполненных работ, акты ввода в эксплуатацию МАСЦО АГО; пункт 6 технические средства оповещения МАСЦО АГО эксплуатируются в неисправном состоянии, установлена исправность 39 абонентов из 74, т.е. 52,7%; пункт 7 не установлена номенклатура, объем, порядок создания и использования резерва мобильных технических средств оповещения населения; пункт 8 не установлен порядок создания и использования резерва стационарных технических средств оповещения населения; пункт 9 в рамках осуществления эксплуатационно-технического обслуживания МАСЦО АГО выключение технических средств оповещения осуществляется без согласования с дежурными службами органов повседневного управления РСЧС, уполномоченными на выключение (запуск) ТСО и без уведомления дежурно-диспетчерских служб органов повседневного управления РСЧС вышестоящего уровня; пункт 10 комплексная проверка готовности МАСЦО АГО проведена не в полном объеме, выводы по результатам комплексной проверки не соответствуют действительности; пункт 11 не разработан план осуществления комплексной маскировки территорий, не определен перечень объектов, подлежащих маскировке, представленный план отражает только мероприятия по световой маскировке; пункт 12 не созданы запасы материально-технических средств, необходимые для проведения мероприятий по световой и другим видам маскировки, не проводятся инженерно-технические мероприятия по уменьшению демаскирующих признаков территории г. Ангарска; пункт 13 статус материальных ценностей, спланированных к эвакуации, не подтвержден экспертной оценкой; пункт 14 не в полном объеме созданы запасы материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств, не созданы запасы продовольственных средств и медицинских средств, средств радиационной, химической, биологической защиты, средств химической и биологической разведки, табачных изделий, свечей, дезактивирующих, дегазирующих и дезинфицирующих веществ и растворов; пункт 15 не составлен перспективный план проведения оценок технического состояния защитных сооружений гражданской обороны, расположенных на территории АГО; пункты с 16 по 27 не проводится оценка технического состояния защитных сооружений гражданской обороны, не проводятся ежегодные, специальные (внеочередные) осмотры, комплексные оценки технического состояния защитных сооружений; инженерно-техническое оборудование ЗС ГО находится в нерабочем состоянии, не обеспечена сохранность защитных свойств входов, аварийных выходов, защитно-герметических и герметических дверей и ставен, противовзрывных устройств, герметизация и гидроизоляция всего сооружения, вентиляционной системы, системы отопления, системы энергоснабжения, системы водоснабжения, отсутствует возможность перевода защитного сооружения в любое время на эксплуатацию в режиме убежища; в защитном сооружении отсутствует документация, предусмотренная Правилами эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны – в отношении защитных сооружений, расположенных по адресу: г. Ангарск, квартал «А», дома 1, 2, 9, 11.

11 июня 2021 г. администрацией АГО направлены возражения в отношении оспариваемого предписания № 4 от 31 мая 2021 г. в ГУ МЧС России по Иркутской области.

9 июля 2021 г. начальником УНДиПР ГУ МЧС России по Иркутской области принято решение по рассмотрению возражений, которым исключен пункт 2 предписания № 4 от 31 мая 2021 г., а также внесены изменения в п. 10, 13 предписания в части сроков исполнения и норм права, которые нарушены администрацией АГО.

Разрешая заявленные исковые требования о признании пунктов 1, 3-27 оспариваемого предписания незаконными, суд первой инстанции, проанализировав, представленные сторонами доказательства, пришёл к выводу, что оспариваемое предписание не соответствует критериям исполнимости, в связи с не определением административным ответчиком способа исполнения предписания, административным ответчиком обязательные требования Федерального закона № 28 исполняются, часть требований предъявлена к ненадлежащему лицу.

Судебная коллегия не может согласиться с принятым решением в части по следующим основаниям.

Признавая незаконным пункт 1 оспариваемого предписания, суд первой инстанции пришёл к выводу, что создание муниципальной пожарной охраны является правом муниципального образования, и при этом надзирающим органом не оспорена достаточность деятельности существующей пожарной службы, суд приходит к выводу, что установленное обстоятельство не является нарушением. Кроме того, учитывая, что муниципальная пожарная охрана на территории АГО не создана, у административного истца отсутствует обязанность по созданию запасов химических реагентов для тушения пожаров.

Данный вывод суда основан на неправильном толковании норм права регулирующих спорные правоотношения.

Согласно пункту 28 части 1 статьи 16 Закона № 131-ФЗ к вопросам местного значения муниципального, городского округа относятся: организация и осуществление мероприятий по территориальной обороне и гражданской обороне, защите населения и территории муниципального, городского округа от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, включая поддержку в состоянии постоянной готовности к использованию систем оповещения населения об опасности, объектов гражданской обороны, создание и содержание в целях гражданской обороны запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств.

Согласно части 2 статьи 8 Закона № 28 органы местного самоуправления самостоятельно в пределах границ муниципальных образований проводят мероприятия по гражданской обороне, разрабатывают и реализовывают планы гражданской обороны и защиты населения; проводят подготовку населения в области гражданской обороны; создают и поддерживают в состоянии постоянной готовности к использованию муниципальные системы оповещения населения об опасностях, возникающих при военных конфликтах или вследствие этих конфликтов, а также при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, защитные сооружения и другие объекты гражданской обороны.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 ноября 2007 г. № 804 утверждено Положение о гражданской обороне в Российской Федерации (далее Положение № 804).

Согласно пункту 14 Положения № 804 основными мероприятиями по гражданской обороне, осуществляемыми в целях решения задачи, связанной с борьбой с пожарами, возникшими при военных конфликтах или вследствие этих конфликтов, являются создание необходимых противопожарных сил, их оснащение материально-техническими средствами и подготовка в области гражданской обороны; тушение пожаров в районах проведения аварийно-спасательных и других неотложных работ в военное время; тушение пожаров на объектах, отнесенных в установленном порядке к категориям по гражданской обороне, в военное время.

В соответствии с п. 15.8 Положения об организации и ведении гражданской обороны в муниципальных образованиях и организациях, утвержденных приказом МЧС России от 14 ноября 2008 г. № 687 (далее Положение № 687), органы местного самоуправления в целях решения задач в области гражданской обороны по борьбе с пожарами, возникающими при военных конфликтах или вследствие этих конфликтов планируют и осуществляют следующие основные мероприятия: создают и организуют деятельность муниципальной пожарной охраны, организуют ее подготовку в области гражданской обороны и взаимодействие с другими видами пожарной охраны; организуют тушение пожаров в районах проведения аварийно-спасательных и других неотложных работ и в организациях, отнесенных в установленном порядке к категориям по гражданской обороне, в военное время; заблаговременное создание запасов химических реагентов для тушения пожаров.

Кроме того, пунктом 6 постановления Правительства Российской Федерации от 27 апреля 2000 г. № 379 «О накоплении, хранении и использования в целях гражданской обороны запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств» предусмотрено создание запасов для оснащения аварийно-спасательных формирований в целях гражданской обороны, которое осуществляется на всех уровнях и возложено, в том числе на органы местного самоуправления.

Доводы административного истца о нецелесообразности формирования муниципальной пожарной охраны, а также доводы о том, что все необходимые меры администрацией приняты судебной коллегией отклоняются, поскольку исполнение требований, изложенных в пункте № 1 оспариваемого предписания, прямо предусмотрено совокупностью положений указанных нормативных правовых актов, в том числе по созданию и организации муниципальной пожарной охраны, заблаговременному созданию в целях обеспечения работы, запасов химических реагентов для тушения пожаров.

Согласно пункту 3 предписания паспорт муниципальной автоматизированной системы централизованного оповещения населения АГО (МАСЦО АГО) содержит недостоверные сведения об организации, осуществляющей эксплуатационно-техническое обслуживание.

Признавая незаконным пункт 3 оспариваемого предписания суд первой инстанции пришёл к выводу, что согласно представленному паспорту о муниципальной системе оповещения, в нем отражены сведения об организации, на балансе которой находится система оповещения. В 2020 году ООО «БТК» на основании муниципального контракта № 1700019020 от 31 декабря 2019 г., в 2021 году ИП ФИО6 по муниципальному контракту № 1700021007 от 23 марта 2021 г. На 30 апреля 2021 г. паспорт МСО не содержал сведений об организации, на балансе которой находится система оповещения - ИП ФИО6, указанная копия изготовлена до проведения проверки, происходившей в период с 4 мая 2021 г. по 31 мая 2021 г. Вместе с тем, из пояснений представителя администрации АГО ФИО5 усматривается, что в ходе проводимой проверки, до ее окончания была представлена копия паспорта МСО со сведениями, актуальными на период проведения проверки.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда первой инстанции в указанной части по следующим основаниям.

Подпунктами «в», «м» части 2 статьи 11 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» определено, что органы местного самоуправления самостоятельно информируют население о чрезвычайных ситуациях; создают и поддерживают в постоянной готовности муниципальные системы оповещения и информирования населения о чрезвычайных ситуациях.

В пункте 3 Положения № 804 определено, что федеральные органы исполнительной власти, органы государственной власти субъектов Российской Федерации, органы местного самоуправления и организации в целях решения задач в области гражданской обороны в соответствии с установленными полномочиями создают и содержат силы, средства, объекты гражданской обороны, запасы материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств, планируют и осуществляют мероприятия по гражданской обороне.

Системы оповещения населения создаются на региональном уровне - региональная система оповещения, на муниципальном уровне - муниципальная система оповещения, на объектовом уровне - локальная система оповещения. Муниципальные системы оповещения создают органы местного самоуправления (пункт 7 Положения о системах оповещения населения, утвержденное Приказом МЧС России № 578, Минкомсвязи России № 365 от 31 июля 2020 г. (далее – Положение № 578/365).

Пунктом 10 Положения № 578/365 предусмотрено, что системы оповещения населения должны соответствовать требованиям, изложенным в приложении № 1 к настоящему Положению. На системы оповещения населения оформляются паспорта, рекомендуемые образцы которых приведены в приложении № 2 к настоящему Положению.

Пунктом 6 Положения № 578/365 предусмотрено, что готовность систем оповещения населения достигается своевременным эксплуатационно-техническим обслуживанием, ремонтом неисправных и заменой выслуживших установленный эксплуатационный ресурс технических средств оповещения.

Согласно приложению № 2 к Положению № 578/365 в паспорте муниципальной системы оповещения должна быть указана организация эксплуатационно-технического обслуживания (ЭТО) систем оповещения населения.

Из представленных сторонами доказательств следует, что при проведении должностными лицами ГУ МЧС России по Иркутской области проверки соблюдения обязательных требований законодательства о гражданской обороне администрацией АГО представлен паспорт МСО, без произведенной корректировки (переработки) паспорта муниципальной автоматизированной системы централизованного оповещения, в части организации осуществляющей ЭТО - ИП ФИО6, осуществляющий работы по муниципальному контракту № 1700021007 от 23 марта 2021 г.

Вопреки положениям ст.ст. 62, 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации суд первой инстанции при наличии возражений со стороны органа, выдавшего предписание, в отсутствие достаточных доказательств того, что ГУ МЧС России по Иркутской области во время проверки представлена копия паспорта МСО со сведениями, актуальными на период проведения проверки, необоснованно распределил бремя доказывания, возложив на административных ответчиков обязанность по доказыванию отрицательного для них факта - непредставления органу надзора актуального паспорта МСО.

Давая оценку представленным сторонами доказательствам, судебная коллегия приходит к выводу о наличии у органа надзора оснований на включения оспариваемого пункта в предписание, поскольку представленный органу надзора в период проверки паспорт МСО содержал сведения об организации, которая на момент проверки не осуществляла ЭТО, актуализация паспорта МСО административным истцом произведена в период проверки и в отсутствие доказательств его предоставления должностным лицам ГУ МЧС России по Иркутской области о незаконности предписания не свидетельствует, расценивается как устранение нарушений обязательных требований закона и исполнение предписания.

Муниципальная автоматизированная система централизованного оповещения (далее МАСЦО) спроектирована на оборудовании П-166М ОАО «КЗТА». Комплекс П-166М разработан по техническому заданию МЧС РФ и ВНИИ ГОЧС (ФЦ) и принят для построения Региональной системы оповещения населения на территории Иркутской области, ответственным субъектом которого определено министерство имущественных отношений Правительства Иркутской области.

МАСЦО АГО спроектирована и введена в эксплуатацию в рамках государственного контракта в 2013 году (распоряжение Министерства имущественных отношений Иркутской области от 6 декабря 2012 г. № 1039/и). Договором безвозмездного пользования от 26 мая 2014 г. № 4 ДУМИ администрации г. Ангарска оборудование МАСЦО передано в МКУ «Служба ГО и ЧС» для организации и осуществлению мероприятий ГО, защиты населения от ЧС. Распоряжением администрации АГО от 27 апреля 2018 г. № 649 оборудование МАСЦО закреплено на праве оперативного управления за МКУ «Служба ГО и ЧС» по акту приема-передачи имущества.

Из объяснений представителей административного истца следует, что построение и введение в эксплуатацию Ангарского сегмента автоматизированной системы централизованного оповещения населения проводилось министерством имущественных отношений Иркутской области, проектно-сметная документация на систему находится у заказчика проведения работ. Передача оборудования в администрацию АГО произведена по приходному ордеру на приемку материальных ценностей. Проектно-сметная документация, акты выполненных работ, акты ввода в эксплуатацию МАСЦО находятся в Правительстве Иркутской области и в адрес администрации АГО не передавались.

Признавая незаконным пункт 5 предписания, суд пришёл к выводу о наличии у органа надзора обязанности по направлению запроса в министерство имущественных отношений Иркутской области на ознакомление с проектно-сметной документацией. Поскольку в полном объеме надзирающим органом не проведена проверка наличия проектно-сметной документации, вывод о ее отсутствии являлся преждевременным, не нашел своего подтверждения в ходе рассмотрения дела.

С указанными выводами в обжалуемом решении согласиться нельзя.

Согласно пункту 4 Положения № 305 органы, осуществляющие государственный надзор в области гражданской обороны, в пределах своих полномочий организуют и проводят проверки выполнения федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, а также должностными лицами и гражданами требований законодательства Российской Федерации в области гражданской обороны, в том числе правил эксплуатации технических систем управления гражданской обороны и объектов гражданской обороны, правил использования и содержания систем оповещения, средств индивидуальной защиты и другой специальной техники и имущества гражданской обороны.

Пунктом 6 Положения № 305 предусмотрено, что должностные лица органов, осуществляющих государственный надзор в области гражданской обороны, в пределах своей компетенции имеют право осуществлять проверку выполнения установленных требований в области гражданской обороны федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, а также должностными лицами и гражданами, выдавать руководителям федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления, организаций, а также должностным лицам обязательные для исполнения предписания по устранению нарушений установленных требований в области гражданской обороны.

В силу пункта 26 Положения № 578/365 готовность систем оповещения населения достигается наличием, исправностью и соответствием проектно-сметной документации на систему оповещения населения технических средств оповещения.

Приложением № 3 к Положению № 578/365 установлено, что муниципальная система оповещения оценивается как «готова к выполнению задач», если: а) муниципальная система оповещения создана, соответствует проектно-сметной документации и введена в эксплуатацию.

Таким образом, в силу вышеприведенных доказательств обязанность по эксплуатации МСО в соответствии с проектно-сметной документацией лежит на административном истце и именно администрация АГО обязана в рамках проводимой проверки представить надзорному органу проектно-сметную документацию. Доказательств невозможности предоставления проектно-сметной документации органом местного самоуправления не представлено, как и не представлено доказательства её наличия, в связи с чем основания для признания незаконным пункта 5 оспариваемого предписания отсутствуют.

Приложением № 1 к Положению № 578/365 установлены требования к функциям, выполняемым системой оповещения населения: и) передача и сбор автоматических и ручных подтверждений о приеме сигнала оповещения и экстренной информации; н) дистанционное управление оконечными средствами оповещения населения, должностных лиц, органов управления и сил ГО и РСЧС; о) приостановка или отмена выполнения сеанса (сценария) оповещения по команде; п) контроль и визуализация хода оповещения в реальном времени с отображением списка оповещаемых объектов, типа сигнала оповещения, состояния оповещения, результирующего времени оповещения для каждого объекта, а также каналов, по которым проведено оповещение; с) контроль и визуализация состояния технических средств оповещения и каналов связи.

Как установлено материалами дела и не оспорено сторонами, технические средства оповещения МСО АГО, включая оконечные устройства интегрированные в систему П-166М в 2013 году сирены С-40 должны соответствовать вышеуказанным требованиям приложения № 1 к Положению № 578/365, и обеспечивать передачу сигналов об их состоянии (исправности). Факт отсутствия указанных функций у интегрированных в МСО в 2013 году сирен С-40 не оспаривался сторонами. Контроль и визуализация в реальном времени состояния технических средств оповещения (сирен С-40) не осуществляются, терминал управления ТСО П-166-М сигнализирует о неисправности данных абонентов.

В соответствии с пунктом 19 Положения № 578/365 передача сигналов оповещения и экстренной информации может осуществляться в автоматическом, автоматизированном либо ручном режимах функционирования систем оповещения населения.

В автоматическом режиме функционирования системы оповещения населения включаются (запускаются) по заранее установленным программам при получении управляющих сигналов (команд) от систем оповещения населения вышестоящего уровня или непосредственно от систем мониторинга опасных природных явлений и техногенных процессов без участия соответствующих дежурных (дежурно-диспетчерских) служб, ответственных за включение (запуск) систем оповещения населения.

В автоматизированном режиме функционирования включение (запуск) систем оповещения населения осуществляется соответствующими дежурными (дежурно-диспетчерскими) службами, уполномоченными на включение (запуск) систем оповещения населения, с автоматизированных рабочих мест при поступлении установленных сигналов (команд) и распоряжений.

В ручном режиме функционирования: уполномоченные дежурные (дежурно-диспетчерские) службы органов повседневного управления РСЧС осуществляют включение (запуск) оконечных средств оповещения непосредственно с мест их установки, а также направляют заявки операторам связи и (или) редакциям средств массовой информации на передачу сигналов оповещения и экстренной информации в соответствии с законодательством Российской Федерации; задействуются громкоговорящие средства на подвижных объектах, мобильные и носимые средства оповещения.

Основной режим функционирования региональных и муниципальных систем оповещения - автоматизированный.

Материалами дела подтверждается и администрацией при рассмотрении дела по существу не оспаривается, что в нарушение вышеуказанных требований система передача сигналов оповещения и экстренной информации на территории органа местного самоуправления не работает в приоритетном автоматизированном режиме, в связи с чем основания для внесения предписания у административного ответчика имелись.

Пунктами 7,8 оспариваемого предписания административному истцу вменены нарушения, выразившиеся в том, что в администрации АГО не установлены номенклатура, объем, порядок создания и использования резерва «мобильных технических средств оповещения населения»; не установлен порядок создания и использования резерва стационарных технических средств оповещения населения.

Признавая незаконными указанные пункты предписания суд пришёл к выводу, что административным истцом представлена информация о наличии резерва стационарных технических средств оповещения населения, при этом ГУ МЧС России по Иркутской области не предоставлены доказательства недостаточности имеющегося резерва.

Согласно пп. «д, м» п. 2 ст. 11 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» органы местного самоуправления самостоятельно создают резервы финансовых и материальных ресурсов для ликвидации чрезвычайных ситуаций самостоятельно создают и поддерживают в постоянной готовности муниципальные системы оповещения и информирования населения о чрезвычайных ситуациях.

Определение объемов необходимых резервов средств оповещения осуществляется в соответствии с требованиями Положения о накоплении, хранении и использовании в целях гражданской обороны запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 27 апреля 2000 г. № 379, приказа МЧС России от 23 декабря 2005 г. № 999 «Об утверждении Порядка создания нештатных аварийно-спасательных формирований», Положения № 578/365 и Положения по организации эксплуатационно-технического обслуживания систем оповещения населения, утвержденного совместным приказом МЧС России и Минцифры России от 31 июля 2020 г. № 579/366 (далее Положение № 579/366).

Резервы ТСО создаются заблаговременно в мирное время и хранятся в условиях, отвечающих установленным требованиям по обеспечению их сохранности.

Согласно п. 7 Положения № 578/365 границами зон действия муниципальной системы оповещения являются административные границы муниципального образования.

Из положений п. 28 Положения № 578/365 следует, что для обеспечения оповещения максимального количества людей, попавших в зону чрезвычайной ситуации, в том числе на территориях, неохваченных автоматизированными системами централизованного оповещения, создается резерв технических средств оповещения (стационарных и мобильных).

Номенклатура, объем, порядок создания и использования устанавливаются создающими резерв технических средств оповещения органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями.

Порядок создания, использования и восполнения резервов финансовых и материальных ресурсов определяется законодательством Российской Федерации, законодательством субъектов Российской Федерации и нормативными правовыми актами органов местного самоуправления и организациями.

Номенклатура и объем резервов материальных ресурсов для ликвидации чрезвычайных ситуаций, а также контроль за их созданием, хранением, использованием и восполнением устанавливаются создающим их органом.

Организациям, осуществляющим ЭТО, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления и организациями, в ведении или собственности которых находятся системы оповещения населения, ТСО, а также запасные части, инструмент и принадлежности (далее - ЗИП) к ним передаются по договорам в работоспособном состоянии в комплекте, поставленном производителями (пункт 7 Положения № 579/366).

Муниципальная система оповещения оценивается как: «готова к выполнению задач», если созданы, поддерживаются в исправном состоянии соответствующие потребностям резервы стационарных и мобильных (перевозимых и переносных) технических средств оповещения, спланировано их использование в соответствии с руководящими документами (Приложение № 3 к Положению № 578/365).

Таким образом, резерв технических средств оповещения, предназначен для восстановления функционирования региональных, муниципальных систем оповещения населения и Комплексной системы экстренного оповещения населения (КСЭОН).

К основным исходным данным для определения номенклатуры и расчета объемов резервов технических средств оповещения служит проектно-сметная документация на создание (реконструкцию) региональной (муниципальных, локальных) систем оповещения населения, в том числе расчеты показателей надежности и устойчивости региональных, муниципальных и локальных систем оповещения населения.

Пунктом 10 Приложения № 1 к Положению № 578/365 определены требования к громкоговорящим средствам на подвижных объектах, мобильным и носимым техническим средствам оповещения: технические средства оповещения должны размещаться на транспортных средствах повышенной готовности и проходимости (при необходимости могут использоваться водные и другие транспортные средства), а также соответствующего климатического исполнения; подвижные, мобильные, носимые технические средства оповещения должны обеспечивать автономное функционирование; технические средства оповещения должны обеспечивать, в том числе с помощью мощных акустических систем, подачу сигнала «ВНИМАНИЕ ВСЕМ!» и передачу речевых сообщений; передача речевых сообщений должна осуществляться с микрофона либо ранее записанного сообщения на электронном или магнитом носителе.

При отсутствии проектно-сметной документации и расчётов показателей постановления администрации АГО от 31 марта 2017 г. № 525-па и от 31 марта 2017 г. № 527-па не подтверждают утверждение номенклатуры резерва стационарных и мобильных технических средств оповещения, а также установление порядка создания и использования стационарных технических средств оповещения населения, соответствующих требованиям Положения № 578/365, в связи с чем основания для признания незаконными пунктов 7 и 8 оспариваемого предписания у суда не имелось.

Должностными лицами ГУ МЧС России по Иркутской области при проведении проверки установлено, что в рамках осуществления эксплуатационно-технического обслуживания МАСЦО АГО выключение технических средств оповещения осуществляется без согласования с дежурными службами органов повседневного управления РСЧС, уполномоченными на выключение (запуск) ТСО и без уведомления дежурно-диспетчерских служб органов повседневного управления РСЧС вышестоящего уровня, в связи с чем на административного истца пунктом 9 оспариваемого предписания возложена соответствующая обязанность по устранению выявленного нарушения.

Признавая незаконным пункт 9 предписания суд пришёл к выводу, что факт допущенных нарушений не подтвержден административными ответчиками в ходе рассмотрения спора по существу, при этом в рамках муниципальных контрактов 2020-2021 годы на проведение эксплуатационно-технического обслуживания муниципальной системы оповещения населения АГО обязанность о согласовании с ЕДДС АГО и передаче информации об отключении технических средств оповещения при проведении эксплуатационно-технического обслуживания поставлена на исполнение перед обслуживающей организацией. Требований к оформлению порядка оповещения Положением № 579/366 не определено, запрета на согласование мероприятий по техническому обслуживанию в устном порядке не установлено, а административными ответчиками не представлено доказательств того, что установлены факты проведения отключения системы оповещения без согласования с руководством и оперативной дежурной сменой ЕДДС АГО, либо того, что администрация АГО ставилась в известность об определенном на уровне Иркутской области порядке проведения оповещения.

Выводы суда первой инстанции в указанной части признаются судебной коллегией ошибочными, поскольку противоречат установленным обстоятельствам по делу.

Пунктом 22 Положения № 579/366 предусмотрено, что выключение ТСО осуществляется по согласованию с дежурными (дежурно-диспетчерскими) службами органов повседневного управления РСЧС, уполномоченными на включение (запуск) ТСО, на которых должно проводиться техническое обслуживание, и уведомлением (дежурно-диспетчерских) служб органов повседневного управления РСЧС вышестоящего уровня функционирования не позднее чем за два часа до начала проведения ТО-1 (ТО-2) ТСО.

Факты выключения ТСО в связи с техническим обслуживанием, в период, предшествующий проверке, административным истцом не оспаривались.

Из информации начальника ГУ МЧС России по Иркутской области от 20 декабря 2021 г. № ИВ-236-9977 (Т. 2 л.д. 243) следует, что в адрес ГУ МЧС России по Иркутской области, в том числе, в адрес структурного подразделения – Центра управления в кризисных ситуациях Главного управления, уведомления об отключении технических средств оповещения муниципальной системы оповещения АГО, от организации, осуществляющей эксплуатационно-техническое обслуживание муниципальной системы оповещения АГО не поступали.

Таким образом, в отсутствие достоверных доказательств об исполнении администрацией АГО обязательных требований пункта 22 Положения № 579/366, у административных ответчиков имелись основания для внесения предписания в указанной части.

Признавая незаконным пункт 10 предписания, суд пришёл к выводу, что акт комплексной проверки от 3 марта 2021 г. составлен в установленном законом порядке, с привлечением представителей ГУ МСЧ по Иркутской области, которыми замечаний при составлении акта не указано, следовательно, выводы о несоответствии готовности системы оповещения не подтверждены административными ответчиками в ходе судебного заседания.

С данным выводом суда невозможно согласиться по следующим основаниям.

В силу пункта 27 Положения №578/365, с целью контроля за поддержанием в готовности систем оповещения населения организуются и проводятся: комплексные проверки готовности систем оповещения населения с включением оконечных средств оповещения и доведением проверочных сигналов и информации до населения; технические проверки готовности к задействованию систем оповещения населения без включения оконечных средств оповещения населения. По результатам комплексной проверки готовности системы оповещения населения оформляется акт, в котором отражаются проверенные вопросы, выявленные недостатки, предложения по их своевременному устранению и оценка готовности системы оповещения населения, определяемая в соответствии с приложением № 3 к настоящему Положению, а также уточняется паспорт системы оповещения населения.

Из материалов дела следует, что Распоряжением Правительства Иркутской области от 24 февраля 2021 г. № 99-рп утвержден План проведения комплексных проверок готовности региональной автоматизированной системы централизованного оповещения населения Иркутской области в 2021 г. Главам муниципальных образований Иркутской области рекомендовано образовать комиссии и провести проверки и предоставить в ГУ МЧС России по Иркутской области соответствующие акты по утвержденной форме.

Актом комплексной проверки муниципальной автоматизированной системы оповещения населения АГО от 3 марта 2021 г. с участием представителей ГУ МЧС по Иркутской области (ФИО7, ФИО3) МАСЦО населения АГО признана готовой к исполнению задач по оповещению населения. Комплексная проверка готовности МАСЦО АГО от 3 марта 2021 г. утверждена первым заместителем мэра АГО, заместителем председателя КЧС и ПБ АГО ФИО8 10 марта 2021 г.

Приложением № 3 к Положению № 578/365 установлено, что муниципальная система оповещения оценивается как «готова к выполнению задач», если: а) муниципальная система оповещения создана, соответствует проектно-сметной документации и введена в эксплуатацию; б) муниципальная система оповещения сопряжена с региональной системой оповещения; в) на территории муниципального образования КСЭОН во всех зонах экстренного оповещения населения созданы, соответствуют проектно-сметной документации, введены в эксплуатацию и сопряжены с системой оповещения соответствующего уровня; д) муниципальная система оповещения в установленное настоящим Положением время и с установленных пунктов управления обеспечивает доведение сигналов оповещения и экстренной информации до: руководящего состава ГО и звена территориальной подсистемы РСЧС муниципального образования; сил ГО и РСЧС муниципального образования; дежурных (дежурно-диспетчерских) служб организаций, эксплуатирующих опасные производственные объекты I и II классов опасности, особо радиационно опасных и ядерно опасных производств и объектов, последствия аварий на которых могут причинять вред жизни и здоровью населения, проживающего или осуществляющего хозяйственную деятельность в зонах воздействия поражающих факторов за пределами их территорий, гидротехнических сооружений чрезвычайно высокой опасности и гидротехнических сооружений высокой опасности; дежурных служб (руководителей) социально значимых объектов; людей, находящихся на территории соответствующего муниципального образования; з) техническое состояние системы оповещения населения оценено как «удовлетворительно»; и) не менее 75% населения муниципального образования проживает или осуществляет хозяйственную деятельность в границах зоны действия технических средств оповещения (электрических, электронных сирен и мощных акустических системам) муниципальной системы оповещения; к) организовано дежурство персонала, ответственного за включение (запуск) системы оповещения населения, и его профессиональная подготовка; м) созданы, поддерживаются в исправном состоянии соответствующие потребностям резервы стационарных и мобильных (перевозимых и переносных) технических средств оповещения, спланировано их использование в соответствии с руководящими документами; н) своевременно проводятся мероприятий по созданию и совершенствованию муниципальной системы оповещения и КСЭОН.

Доказательств того, что муниципальная система оповещения создана, соответствует проектно-сметной документации и эксплуатируется в соответствии с ней в материалы дела не представлено. Администрацией АГО не отрицался факт отсутствия проектно-сметной документации на МАСЦО, что также следует из пункта 5 оспариваемого предписания, что свидетельствует о несоответствии акта комплексной проверки пунктам «а,в» приложения № 3 Положения № 578/365.

Пунктами 7,8 оспариваемого предписания установлено, что в администрации АГО не установлены номенклатура, объем, порядок создания и использования резерва «мобильных технических средств оповещения населения»; не установлен порядок создания и использования резерва стационарных технических средств оповещения населения, что также подтверждает несоответствие акта пункту «м» приложения № 3 Положения № 578/365.

Таким образом, из представленных доказательств следует, что оценка готовности системы оповещения комиссией произведена не в полном объеме, администрацией АГО не приняты исчерпывающие меры, направленные на организацию и осуществление мероприятий по защите населения и территории городского округа от чрезвычайных ситуаций, включая поддержку в состоянии постоянной готовности к использованию систем оповещения населения об опасности, в связи с чем оснований для признания пункта 10 оспариваемого предписания незаконным не установлено.

Признавая незаконными пункты 11,12 предписания суд пришёл к выводу, что на территории Ангарского городского округа могут быть применены различные виды маскировки, при этом, выбор способа маскировки принадлежит муниципальному образованию, и должен быть достаточным для соблюдения требований гражданской обороны, т.к. законодательством не установлено, что все виды маскировок обязательны к применению. При этом недостаточность произведенных мер может быть выявлена при проведении проверки контролирующим органом. Оспариваемое предписание и Акт проверки не содержат выводов о недостаточности принятых мер по маскировке территории, в связи с чем пункты 10,11 предписания не отвечают признакам законности.

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда в указанной части, а доводы апелляционной жалобы заслуживают внимание по следующим основаниям.

Согласно пункту 28 части 1 статьи 16 Федерального закона № 131-ФЗ к вопросам местного значения городского округа относятся организация и осуществление мероприятий по гражданской обороне, защите населения и территории городского округа от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, включая поддержку в состоянии постоянной готовности к использованию объектов гражданской обороны.

В соответствии с пунктом 2 статьи 8 Федерального закона № 28-ФЗ органы местного самоуправления самостоятельно в пределах границ муниципальных образований проводят мероприятия по гражданской обороне, разрабатывают и реализовывают планы гражданской обороны и защиты населения.

Пунктом 11 Положения № 804 определено, что основными мероприятиями по гражданской обороне, осуществляемыми в целях решения задачи, связанной с проведением мероприятий по световой маскировке и другим видам маскировки, являются: определение перечня объектов, подлежащих маскировке; разработка планов осуществления комплексной маскировки территорий, отнесенных в установленном порядке к группам по гражданской обороне, а также организаций, являющихся вероятными целями при использовании современных средств поражения; создание и поддержание организациями, отнесенными в установленном порядке к категориям по гражданской обороне, в состоянии постоянной готовности к использованию по предназначению запасов материально-технических средств, необходимых для проведения мероприятий по световой маскировке и другим видам маскировки; проведение инженерно-технических мероприятий по уменьшению демаскирующих признаков организаций, отнесенных в установленном порядке к категориям по гражданской обороне.

Пунктом 15.5 Положения № 687 установлено, что органы местного самоуправления в целях решения задач в области гражданской обороны планируют и осуществляют мероприятия по световой и другим видам маскировки: определение перечня объектов, подлежащих маскировке; разработка планов осуществления комплексной маскировки территорий, отнесенных в установленном порядке к группам по гражданской обороне; создание и поддержание в состоянии постоянной готовности к использованию по предназначению запасов материально-технических средств, необходимых для проведения мероприятий по световой и другим видам маскировки; проведение инженерно-технических мероприятий по уменьшению демаскирующих признаков территорий, отнесенных в установленном порядке к группам по гражданской обороне.

В силу пункта 1.1. СП 165.1325800.2014 требования к инженерно-техническим мероприятиям по гражданской обороне должны соблюдаться при подготовке документов территориального планирования и документации по планировке территорий, при проектировании, строительстве и эксплуатации объектов использования атомной энергии (в том числе ядерных установок, пунктов хранения ядерных материалов и радиоактивных веществ, пунктов хранения радиоактивных отходов), опасных производственных объектов, особо опасных, технически сложных, уникальных объектов и объектов гражданской обороны.

Постановлением Правительства Российской Федерации от 20 июля 2011 г. № 597 акционерное общество «Ангарский электролизный химический комбинат», г. Ангарск, Иркутская область включено в перечень эксплуатирующих организаций, на которые распространяется действие Федерального закона «Устав о дисциплине работников организаций, эксплуатирующих особо радиационно опасные и ядерно опасные производства и объекты в области использования атомной энергии».

Вопросы безопасности эксплуатации в области использования атомной энергии находятся в сфере публичных интересов.

Согласно Распоряжению Правительства Иркутской области от 10 ноября 2021 г. № 664-рп «Об утверждении Концепции перспективного развития противопожарной и аварийно-спасательной служб Иркутской области на период 2022 - 2026 годы» Иркутская область относится к территориям высокого уровня техногенной и природной опасности, более половины населения Иркутской области проживает в условиях повышенного риска, вызванных угрозой чрезвычайных ситуаций различного характера. Наибольшую опасность для населения и территорий представляют производственные аварии, приводящие к выбросу аварийно химически опасных веществ на ОАО «АНХК» (г. Ангарск).

Санитарно-защитная зона Акционерного общества «Ангарская нефтехимическая компания», в соответствии с санитарной классификацией, утвержденной СанПиН 2.2.1./2.1.1.1200-03 является промышленным объектом и производством 1 класса опасности, что следует из решения Иркутского областного суда от 27 апреля 2018 г. по иску о признании не действующим в части отдельных положений решения Думы Ангарского городского округа от 26 мая 2017 г. № 302-35/01рД «Об утверждении Правил землепользования и застройки Ангарского городского округа» и апелляционного определения Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда РФ от 25 октября 2018 г. № 66-АПГ18-32.

Пунктом 10.1 СП 165.1325800.2014 предусмотрено, что подготовку к ведению маскировочных мероприятий на объектах и территориях следует осуществлять в мирное время заблаговременно, путем разработки планирующих документов, подготовки личного состава аварийно-спасательных формирований и спасательных служб, а также накоплением имущества и технических средств, необходимых для их проведения.

В соответствии с пунктом 10.8 СП 165.1325800.2014 в городских округах и поселениях, на объектах капитального строительства, указанных в 1.1 настоящего свода правил, попадающих в зоны ведения маскировки, заблаговременно следует осуществлять инженерно-технические мероприятия по обеспечению: снижения параметров физических полей; снижения параметров упругих колебаний и гравитации объектов; по проверке и наладке отключения наружного освещения населенных пунктов и объектов капитального строительства; созданию ложных объектов, а также организационные мероприятия по подготовке и обеспечению световой маскировки производственных огней при подаче сигнала «Воздушная тревога».

В ходе проведенной проверки соблюдения администрацией АГО обязательных требований гражданской обороны установлено, что административным истцом не спланирован комплекс мероприятий, включающий другие, нежели чем световая, виды маскировки территории г. Ангарска, не проводятся инженерно-технические мероприятия по уменьшению демаскирующих признаков организаций, отнесенных в установленном порядке к категориям по гражданской обороне; не созданы запасы материально-технических средств, необходимых для проведения мероприятий по световой маскировке и другим видам маскировки, при наличии обязанности к тому, в связи с чем требования пунктов 11,12 предписания являются обоснованными.

Согласно пункту 9 Положения № 804 основными мероприятиями по гражданской обороне, осуществляемыми в целях решения задачи, связанной с эвакуацией населения, материальных и культурных ценностей в безопасные районы, являются: организация планирования, подготовки и проведения эвакуации; подготовка районов размещения населения, материальных и культурных ценностей, подлежащих эвакуации; создание и организация деятельности эвакуационных органов, а также подготовка их личного состава.

Пунктом 1.3 Методических рекомендаций по организации и ведению гражданской обороны в субъекте Российской Федерации и муниципальном образовании, утвержденных Приказом МЧС России от 13 декабря 2012 г. № 2-4-87-30-14, установлено, что организация планирования, подготовки и проведения эвакуации, а также подготовка районов для размещения эвакуированного населения и его жизнеобеспечения, хранения материальных и культурных ценностей возлагаются в субъектах РФ и входящих в их состав муниципальных образованиях - на руководителей органов исполнительной власти субъектов РФ и руководителей органов местного самоуправления;

Правила эвакуации населения, материальных и культурных ценностей в безопасные районы установлены Постановлением Правительства РФ от 22 июня 2004 г. № 303-дсп «О порядке эвакуации населения, материальных и культурных ценностей в безопасные районы».

К материальным ценностям, подлежащим эвакуации, относятся; а) государственные ценности (золотовалютные резервы, банковские активы, ценные бумаги, эталоны измерения, запасы драгоценных камней и металлов, документы текущего делопроизводства и ведомственные архивы государственных органов и организаций, электронно-вычислительные системы и базы данных); б) производственные и научные ценности (особо ценное научное и производственное оборудование, страховой фонд технической документации, особо ценная научная документация, базы данных на электронных носителях, научные собрания и фонды организаций); в) запасы продовольствия, медицинское оборудование объектов здравоохранения, оборудование объектов водоснабжения, запасы медицинского имущества и запасы материальных средств, необходимые для первоочередного жизнеобеспечения населения; г) сельскохозяйственные животные, запасы зерновых культур, семенные и фуражные запасы; д) запасы материальных средств для обеспечения проведения аварийно-спасательных и других неотложных работ (п. 11 Порядка эвакуации).

К культурным ценностям, подлежащим эвакуации, относятся: а) культурные ценности мирового значения; б) российский страховой фонд документов библиотечных фондов; в) культурные ценности федерального (общероссийского) значения; г) электронные информационные ресурсы на жестких носителях; д) культурные ценности, имеющие исключительное значение для культуры народов РФ (п. 12 Порядка эвакуации).

Пунктом 14 Правил эвакуации установлено, что основанием для отнесения к материальным и культурным ценностям, подлежащим эвакуации, является экспертная оценка, проводимая соответствующими специалистами органов местного самоуправления. Экспертная комиссия, созданная в соответствии с постановлением администрации АГО от 14 декабря 2015 г. № 1927-па оценку и отбор материальных и культурных ценностей, подлежащих эвакуации в безопасные районы, не производят. Суждения представителей администрации АГО о недостаточном законодательном регулировании порядка работы экспертных комиссий, не освобождают истца от обязанности исполнения требований законодательства о гражданской обороне, в связи с чем выводы суда о незаконности пункта 13 предписания являются необоснованными.

Признавая пункт 14 предписания незаконным суд пришёл к выводу, что предписание в указанной части не содержит сведений о количестве данных запасов, а также доказательств недостаточности имеющихся запасов. Акт осмотра (ревизии) материального резерва в ходе осмотра должностными лицами органа государственного надзора не составлялся. Кроме того, суд учёл, что планом приведения в готовность гражданской обороны АГО от 20 октября 2021 г. № 793-01-дсп предусмотрено, что при переводе с мирного на военное время планируется заключение договоров (контрактов) на выполнение заданий (заказов), обеспечивающих выполнение мероприятий по гражданской обороне в соответствии с мобилизационным планом АГО и Планом приведения в готовность гражданской обороны АГО, включая доведение до установленных нормативов объемов запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств, создаваемых в целях гражданской обороны. С указанными выводами нельзя согласиться по следующим основаниям.

Основы государственной политики Российской Федерации в области гражданской обороны на период до 2030 года утверждены Указом Президента Российской Федерации от 20 декабря 2016 г. № 696.

Основными мероприятиями по гражданской обороне, осуществляемыми в целях решения задачи, связанной с первоочередным жизнеобеспечением населения, пострадавшего при военных конфликтах или вследствие этих конфликтов, а также при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, являются: планирование и организация основных видов жизнеобеспечения населения; создание и поддержание в постоянной готовности к использованию по предназначению запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств; нормированное снабжение населения продовольственными и непродовольственными товарами; предоставление населению коммунально-бытовых услуг; проведение санитарно-гигиенических и противоэпидемических мероприятий среди населения, пострадавшего при военных конфликтах или вследствие этих конфликтов (п. 13 Положения № 804).

Пунктом 16 Положения № 804, предусмотрено, что основными мероприятиями по гражданской обороне, осуществляемыми в целях решения задачи, связанной с санитарной обработкой населения, обеззараживанием зданий и сооружений, со специальной обработкой техники и территорий, являются: заблаговременное создание запасов дезактивирующих, дегазирующих и дезинфицирующих веществ и растворов; создание сил гражданской обороны для проведения санитарной обработки населения и обеззараживания техники, зданий и территорий, а также их оснащение и подготовка, в области гражданской обороны; организация проведения мероприятий по обеззараживанию техники, зданий и территорий, санитарной обработке населения.

В соответствии с пунктом 15.10 Положения № 687 органы местного самоуправления в целях решения задач в области гражданской обороны осуществляют следующие основные мероприятия по санитарной обработке населения, обеззараживанию зданий и сооружений, специальной обработке техники и территорий: заблаговременное создание запасов дезактивирующих, дегазирующих веществ и растворов; создание и оснащение сил для проведения санитарной обработки населения, обеззараживания зданий и сооружений, специальной обработки техники и территорий, подготовка их в области гражданской обороны; организация проведения мероприятий по санитарной обработке населения, обеззараживанию зданий и сооружений, специальной обработке техники и территорий.

В соответствии с пунктом 5 Положения о накоплении, хранении и использовании в целях ГО запасов материально-технических, производственных, медицинских и иных средств, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 27 апреля 2000 г. № 379, также предусмотрено, что запасы накапливаются заблаговременно, в мирное время, в объемах, определяемых создающими их федеральными органами исполнительной власти, органами исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, и хранятся в условиях, отвечающих установленным требованиям по обеспечению их сохранности. Не допускается хранение запасов с истекшим сроком годности. Требования к специализированным складским помещениям (местам хранения), а также к порядку накопления, хранения, учета, использования и восполнения запасов определятся Министерством Российской Федерации по делам гражданской обороны, чрезвычайным ситуациям и ликвидации последствий стихийных бедствий. Согласно пункту 6 Положения, создание запасов осуществляется для первоочередного жизнеобеспечения населения, пострадавшего при военных конфликтах, а также при ЧС природного и техногенного характера.

Действующее законодательство реализацию норм, закрепляющих требования гражданской обороны, в конкретном муниципальном образовании не ставит в зависимость от прогнозов неблагоприятных последствий, в том числе ведения военных действий, поскольку такие прогнозы не могут исключить возможности наступления последствий, влекущих необходимость экстренного реагирования на последствия чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера, как не устраняют и вероятности массовой гибели людей в условиях военного времени, либо при возникновении чрезвычайной ситуации и обязывают орган местного самоуправления заблаговременно создавать запас материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств.

Таким образом, формирование материальных резервов для нужд гражданской обороны не допускается путем заключения договоров на поставку определенных товаров в особый период – резервы должны быть фактически сформированы в натуральном виде в мирное время, в связи с чем план приведения в готовность гражданской обороны АГО от 20 октября 2021 г. № 793-01-дсп, предусматривающий заключение муниципальных контрактов на восполнение недостатка материальных запасов не может быть принят во внимание и не подтверждает исполнение администрацией АГО обязательных требований в части гражданской обороны. Согласно сведениям о накоплении и использовании материальных ресурсов для ликвидации последствий ЧС (т.2, л.д. 244) и объяснений представителей администрации АГО, материальные запасы, установленные номенклатурой и объемом запасов на ГО утвержденной постановлением администрации АГО от 31 марта 2017 г. № 525-па «О создании и содержании в целях гражданской обороны запасов материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств в Ангарском городском округе» в натуральном выражении не созданы, их восполнение запланировано на декабрь 2021 г., в связи с чем выводы суда о недоказанности факта нарушения со стороны органа местного самоуправления требований законодательства в части создания запаса материально-технических, продовольственных, медицинских и иных средств и незаконности предписания противоречит установленным фактическим обстоятельствам по делу.

Пунктами 15-27 предписания на административного истца возложена обязанность по устранению нарушений обязательных требований гражданской обороны, выраженных в том, что администрацией АГО не составлен перспективный план проведения оценок технического состояния защитных сооружений гражданской обороны, расположенных на территории АГО; не проводится оценка технического состояния защитных сооружений гражданской обороны, не проводятся ежегодные, специальные (внеочередные) осмотры, комплексные оценки технического состояния защитных сооружений; инженерно-техническое оборудование ЗС ГО находится в нерабочем состоянии, не обеспечена сохранность защитных свойств входов, аварийных выходов, защитно-герметических и герметических дверей и ставен, противовзрывных устройств, герметизация и гидроизоляция всего сооружения, вентиляционной системы, системы отопления, системы энергоснабжения, системы водоснабжения, отсутствует возможность перевода защитного сооружения в любое время на эксплуатацию в режиме убежища; в защитном сооружении отсутствует документация, предусмотренная Правилами эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны – в отношении защитных сооружений, расположенных по адресу: г. Ангарск, квартал «А», дома 1, 2, 9, 11.

Признавая пункты 15-27 предписания незаконными суд пришёл к выводу, что административными ответчиками не представлено доказательств, подтверждающих, что администрацией АГО в установленном законом порядке созданы защитные сооружения, расположенные по адресу: г. Ангарск, квартал «А», дома 1, 2, 9, 11. Также, не представлены доказательства нахождения защитных сооружений у администрации на основании какого-либо права. Следовательно, вывод о наличии у административного истца обязанностей по составлению перспективного плана проведения оценок технического состояния защитных сооружений гражданской обороны, по проведению оценки технического состояния, по приведению инженерно-технического оборудования в пригодное состояние не подтвержден в ходе рассмотрения дела.

Судебная коллегия не может согласиться с принятым решением в указанной части по следующим основаниям.

В силу пунктов 27, 31 Положения об учете федерального имущества, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16 июля 2007 г. № 447, Территориальное управление принимает решение об отказе в учете в реестре объекта учета, если установлено, что представленное к учету имущество, в том числе имущество, право собственности Российской Федерации на которое не зарегистрировано или не подлежит регистрации, не находится в собственности Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзацах 3 и 4 пункта 36 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРН. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца. Факт включения недвижимого имущества в реестр государственной или муниципальной собственности, а также факт нахождения имущества на балансе лица сами по себе не являются доказательствами права собственности или законного владения.

В соответствии с п. 1 ст. 214 Гражданского кодекса Российской Федерации государственной собственностью в Российской Федерации является имущество, принадлежащее на праве собственности Российской Федерации (федеральная собственность), и имущество, принадлежащее на праве собственности субъектам Российской Федерации - республикам, краям, областям, городам федерального значения, автономной области, автономным округам (собственность субъекта Российской Федерации).

Частью 1 статьи 215 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, принадлежащее на праве собственности городским и сельским поселениям, а также другим муниципальным образованиям, является муниципальной собственностью.

В силу статьи 210 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.

Согласно части 1 статьи 296 Гражданского кодекса Российской Федерации учреждение и казенное предприятие, за которыми имущество закреплено на праве оперативного управления, владеют, пользуются этим имуществом в пределах, установленных законом, в соответствии с целями своей деятельности, назначением этого имущества и, если иное не установлено законом, распоряжаются этим имуществом с согласия собственника этого имущества.

В соответствии с п. п. «а», «г» ч. 2 ст. 11 Федерального закона от 21 декабря 1994 г. № 68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» органы местного самоуправления самостоятельно осуществляют подготовку и содержание в готовности необходимых сил и средств для защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, осуществляют финансирование мероприятий в этой области.

Уставом АГО определено, что администрация муниципального образования является исполнительно-распорядительным органом муниципального округа, наделенным полномочиями по решению вопросов местного значения, предусмотренных статьей 7 Устава (статья 41 Устава).

Согласно пункту 32 части 1 статьи 11 Устава, к вопросам местного значения муниципального округа относится организация и осуществление мероприятий по территориальной обороне и гражданской обороне, защите населения и территории муниципального района от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Распоряжением Правительства Российской Федерации от 4 января 1999 г. № 4-р произведена передача в муниципальную собственность Ангарского муниципального образования находящиеся в федеральной собственности объекты социально-культурного и коммунально-бытового назначения государственного унитарного предприятия «Ангарский электролизный химический комбинат».

Согласно Приложению №2 к указанному Распоряжению в собственность Ангарского муниципального образования переданы жилые дома и объекты благоустройства, расположенные, в том числе, в «А» квартале дома № 1 – 7, 9 – 15, 17, 18.

Комитетом по управлению государственным имуществом Иркутской области принято распоряжение от 12 февраля 1999 г. № 21/4 согласно которому, передача, находящихся в федеральной собственности объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения, производится на основании Актов приема-передачи.

Указанным Распоряжением утвержден Перечень объектов социально-культурного и коммунально-бытового назначения, передаваемых в собственность Ангарского муниципального образования: жилые дома и объекты благоустройства; здание и имущество конторы ЖКУ АЭХК, Ремонтно-строительный участок по обслуживанию жилого фонда, здание библиотеки, баня с объектами благоустройства, прачечные, База РСУ по ремонту объектов социальной сферы, склад лакокрасочных материалов; сооружения (общественные туалеты, павильон); благоустройство парковой зоны, государственное предприятие «Радиовещание и радиосвязь № 10».

Постановлением Мэра Ангарского муниципального образования от 1 марта 1999 г. № 526 на баланс приняты жилые дома, объекты социально-культурного и коммунально-бытового назначения в соответствии с приведенным Перечнем.

Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 20 декабря 2018 г. № 46-П «По делу о проверке конституционности абзаца второго пункта 40 Правил предоставления коммунальных услуг собственникам и пользователям помещений в многоквартирных домах и жилых домов в связи с жалобами граждан ФИО9 и ФИО10» в пункте 4 исходил из следующего определения многоквартирного дома: многоквартирный дом, будучи объектом капитального строительства, представляет собой, как следует из пункта 6 части 2 статьи 2 Федерального закона от 30 декабря 2009 г. № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений», объемную строительную систему, имеющую надземную и подземную части, включающую в себя помещения (квартиры, нежилые помещения и помещения общего пользования), сети и системы инженерно-технического обеспечения и предназначенную для проживания и деятельности людей.

Как следует из материалов дела, в 2018 г. комиссией под председательством первого заместителя мэра АГО произведена инвентаризация, оценка содержания и использования спорных защитных сооружений ГО (убежищ) с инвентарными номерами А/59-38, А/60-38, А/90-38, А/91-38. В ходе работы комиссии установлено, что защитные сооружения приняты в эксплуатацию в 1985, 1986 годах на ФГУП «Ангарский электролизный химический комбинат». В 1999 году жилые дома, в которых учтены убежища переданы в собственность Ангарского муниципального образования, при этом убежище не выделены в отдельные объекты и не поставлены на муниципальный учет. На балансе МТУ Росимущества в Иркутской области, Республике Бурятия и Забайкальском крае убежища не числятся, ЗС ГО не используется, потребность в них отсутствует.

Согласно выводам комиссии, изложенным в указанных актах, ЗС ГО находятся в подвалах многоквартирных домов по адресу: г. Ангарск, квартал А, дома №№ 1, 2, 9, 11, паспорт ЗС ГО в наличии, поэтажные планы экспликации имеются в техническом паспорте на жилой дом в целом, согласно которому ЗС ГО это спецподвал.

Таким образом, из материалов дела достоверно установлено, что распоряжением Правительства Российской Федерации от 4 января 1999 г. № 4-р в собственность органа местного самоуправления переданы многоквартирные дома, в том числе и подвальные помещения в них, являющиеся спорными ЗС ГО. Факт того, что спорные помещения не включены в реестр муниципального имущества правового значения при разрешении публичного спора, не свидетельствует о том, что администрация АГО не является собственником ЗС ГО.

Приказом Министерства чрезвычайных ситуаций Российской Федерации от 15 декабря 2002 г. № 583 утверждены Правила эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны, рассчитанные на все случаи: режим повседневной деятельности, военное время, чрезвычайные ситуации природного и техногенного характера (далее Правила № 583).

В соответствии с пунктом 1.2 Правил № 583 эксплуатации защитных сооружений статус защитного сооружения гражданской обороны определяется наличием паспорта убежища.

Исходя из представленных по делу доказательств, в том числе, журнала учета ЗСГО, фактов присвоения спорным убежищам инвентарных номеров, буквального содержания актов инвентаризации и оценки, свидетельствующих о наличии у администрации АГО, как технической документации, так и паспортов на спорные ЗС ГО, судебная коллегия приходит к выводу о наличии у ГУ МЧС России по Иркутской области оснований для отнесения спорных помещений к защитным сооружениям гражданской обороны и что они являются муниципальной собственностью АГО.

Доводы административного истца об отсутствии паспортов ЗСГО противоречат содержанию актов инвентаризации и оценки.

Кроме того, в силу пункта 2.4 Правил № 583 инвентарные номера убежищам и противорадиационным укрытиям присваиваются органом управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям в соответствии с нумерацией защитного сооружения гражданской обороны, устанавливаемой на территории субъекта Российской Федерации.

Для присвоения инвентарных номеров организации представляют в органы управления по делам гражданской обороны и чрезвычайным ситуациям субъектов Российской Федерации данные о месте расположения защитного сооружения гражданской обороны и копии паспортов сооружений.

Присвоение защитным сооружениям гражданской обороны инвентарного номера свидетельствует о их постановке на учет в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Из материалов дела следует, что спорным помещениям компетентным органом присвоены № А/59-38, А/60-38, А/90-38, А/91-38.

При этом доказательств, свидетельствующих об утрате спорными помещениями статуса защитного сооружения гражданской обороны, материалы дела не содержат. Само по себе отсутствие паспортов ЗС ГО не свидетельствует о том, что спорные помещения не относятся к ЗС ГО, в связи с чем доводы административного истца об отсутствии паспортов и технической документации, подтверждающих статус ЗС ГО, отклоняются судебной коллегией, поскольку не опровергают того, что спорные объекты являются ЗС ГО.

Защитные сооружения гражданской обороны в установленном порядке в пользование иным лицам не передавались, в связи с чем обязанность по их содержанию и поддержанию в состоянии постоянной готовности к использованию лежит на администрации АГО, как собственнике данных объектов.

В силу статьи 19 Федерального закона № 28-ФЗ нарушение законодательства Российской Федерации в области гражданской обороны, в том числе, несоблюдение требований законодательства по надлежащему созданию и содержанию объектов гражданской обороны, влечет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с абзацем 4 части 2 статьи 8 Федерального закона № 28-ФЗ органы местного самоуправления самостоятельно в пределах границ муниципальных образований создают, реконструируют и поддерживают в состоянии постоянной готовности к использованию защитные сооружения и другие объекты гражданской обороны.

Согласно пункту 9 постановления Правительства Российской Федерации от 29 ноября 1999 г. № 1309 «О порядке создания убежищ и иных объектов гражданской обороны» органы местного самоуправления самостоятельно в пределах границ муниципальных образований в мирное время создают, сохраняют существующие объекты гражданской обороны и поддерживают их в состоянии постоянной готовности к использованию.

Состояние ЗС ГО проверяется при ежегодных, специальных (внеочередных) осмотрах, комплексных проверках и инвентаризации. Ежегодные и специальные осмотры производятся в порядке, устанавливаемом руководителем организации, эксплуатирующей ЗС ГО. Специальные осмотры проводятся после пожаров, землетрясений, ураганов, ливней и наводнений (пункт 4.1.1. Правил № 583).

Комплексная оценка технического состояния ЗС ГО проводится один раз в три года организацией, эксплуатирующей ЗС ГО, а органы исполнительной власти субъектов Российской Федерации и органы местного самоуправления составляют перспективные планы проведения оценок технического состояния (пункт 4.1.3 Правил № 583).

Согласно пункту 4.1.6 Правил № 583 результаты оценки технического состояния ЗС ГО оформляются актом, форма которого приведена в приложении № 13. При обнаружении неисправностей и дефектов строительных и ограждающих конструкций, оборудования технических систем или их отдельных элементов составляется ведомость дефектов, форма которой приведена в приложении № 14. Кроме того, недостатки, выявленные в ходе оценки технического состояния ЗС ГО, предложения по их устранению отражаются в журнале оценки технического состояния ЗС ГО (приложение № 7).

В соответствии с пунктом 3.2.1 Правил № 583 при эксплуатации ЗС ГО в режиме повседневной деятельности должны выполняться требования по обеспечению постоянной готовности помещений к переводу их в установленные сроки на режим защитных сооружений и необходимые условия для безопасного пребывания укрываемых в ЗС ГО как в военное время, так и в условиях чрезвычайных ситуаций мирного времени. При этом должна быть обеспечена сохранность: защитных свойств как сооружения в целом, так и отдельных его элементов: входов, аварийных выходов, защитно-герметических и герметических дверей и ставней, противовзрывных устройств; герметизации и гидроизоляции всего сооружения; инженерно-технического оборудования и возможность перевода его в любое время на эксплуатацию в режиме чрезвычайной ситуации.

Инженерно-техническое оборудование ЗС ГО должно содержаться в исправном состоянии и готовности к использованию по назначению (пункт 3.2.11 Правил № 583).

Содержание, эксплуатация, текущий и плановый ремонты инженерно-технического оборудования осуществляются в соответствии с инструкциями заводов-изготовителей, уточненными с учетом особенностей эксплуатации ЗС ГО (пункт 3.2.12 Правил № 583).

Аналогичные требования установлены пунктами 2,5,6 приказа МЧС России от 21 июля 2005 г. № 575 «Об утверждении Порядка содержания и использования защитных сооружений гражданской обороны в мирное время».

Судебной коллегией установлено, что администрацией АГО не обеспечено выполнение перечисленных выше требований нормативно-правовых актов, материалами дела подтверждается неисполнение администрацией обязанности по контролю за содержанием защитных сооружений, доказательств обратного в материалах дела не имеется и указанные обстоятельства не оспаривались административным истцом при рассмотрении дела, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что требования пунктов 15-27 обоснованно включены в предписание.

Необоснованными также являются доводы административного истца относительно неопределенности предписания, поскольку предписание содержит конкретные указания, сведения о выявленных нарушениях, нарушенные нормы права; сомнений в том, какие именно нарушения должны быть устранены, не возникает; формулировка предписания оставляет за административным истцом право выбора способа его исполнения.

Доводы заявителя жалобы в части не указания в оспариваемом предписании способа устранения нарушений, конкретных мероприятий и действий, которые должен совершить административный истец подлежат отклонению как несостоятельные, поскольку само по себе указанное не влечет признание предписания незаконным и не освобождает орган местного самоуправления от обязанности соблюдать требования гражданской обороны, нарушение которых послужило основанием для выдачи оспариваемого предписания.

Предписание выдается об устранении конкретных выявленных нарушений, но не о способе такого устранения. Закон не предоставляет должностному лицу право определять конкретные действия, подлежащие совершению лицом, получившим предписание, путем ограничения круга мер, которые могут быть предприняты в соответствии с законом для устранения нарушения.

Отсутствие указания в предписании на конкретные действия, которые должны быть выполнены административным истцом, не является препятствием для исполнения предписания. Конкретные действия, которые необходимо совершить административному истцу в целях устранения выявленного нарушения, и способ исполнения предписания административный истец вправе определить самостоятельно.

В силу части 2 статьи 227 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения административного дела об оспаривании решения, действия (бездействия) органа, организации, лица, наделенных государственными или иными публичными полномочиями, судом принимается решение об удовлетворении полностью или в части заявленных требований о признании оспариваемых решения, действия (бездействия) незаконными, если суд признает их не соответствующими нормативным правовым актам и нарушающими права, свободы и законные интересы административного истца.

Таким образом, для удовлетворения заявленных административных исковых требований суду необходимо установить как несоответствие решений, действий органа власти нормативным правовым актам, так и нарушение указанными решениями, действиями прав административного истца.

При этом на лицо, обратившееся в суд, возлагается обязанность доказывать факт нарушения его прав, свобод и законных интересов (пункт 1 части 9 и часть 11 статьи 226 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Изложенные административным истцом в обоснование административного иска доводы, оцениваемые применительно к нормам материального и процессуального закона, регулирующим рассматриваемые правоотношения, не свидетельствуют о нарушении прав административного истца.

Приведенные выше обстоятельства позволяют сделать вывод, что обжалуемый судебный акт не отвечает требованиям законности и обоснованности, решение Ангарского городского суда Иркутской области от 24 июня 2022 г. в части признания незаконными пунктов 1, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27 предписания № 4 от 31 мая 2021 г. об устранении нарушений установленных требований в области гражданской обороны, выданного Управлением надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МСЧ России по Иркутской области подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении административного искового заявления.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с решением суда в части признания незаконным пункта 4 оспариваемого предписания подлежат отклонению по следующим основаниям.

Согласно пункту 4 оспариваемого предписания положением о МАСЦО АГО не определен порядок совершенствования (замены устаревшего оборудования на современные технические средства оповещения).

Пунктом 26 Правил № 578/365 установлено, что готовность систем оповещения населения достигается своевременным проведением мероприятий по созданию, в том числе совершенствованию, систем оповещения населения.

Согласно пункту 30 Правил № 578/365 порядок создания, в том числе совершенствования, систем оповещения населения определяется положениями о региональных, муниципальных и локальных системах оповещения соответственно.

На территории Ангарского городского округа Иркутской области разработано Положение о муниципальной системе оповещения населения, главой 5 которого определен Порядок создания и совершенствования муниципальной системы оповещения населения (Т.2 л.д.43-49), то есть нарушения требований пункт 26, 30 Правил № 578/365 административным истцом не допущено.

Из объяснений представителя ГУ МЧС России по Иркутской области в суде апелляционной инстанции следует, что основанием для включения указанного нарушения является несоответствие главы 5 Положения о муниципальной системе оповещения населения Методическим рекомендациям по созданию и реконструкции систем оповещения населения», утвержденным протоколом заседания рабочей группы Правительственной комиссии по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций и обеспечению пожарной безопасности по координации создания и поддержания в постоянной готовности систем оповещения населения от 19 февраля 2021 г. № 1, что также следует из решения от 9 июля 2021 г. по рассмотрению возражения на акт проверки органа государственного контроля (надзора), органа местного самоуправления от 31 мая 2021 г. № 4. Поскольку Методические рекомендации не являются нормативным правовым актом, выводы суда первой инстанции о незаконности пункта 4 предписания являются обоснованными, в связи с чем основания для отмены или изменения решения в указанной части отсутствуют.

На основании изложенного, руководствуясь пунктом 2 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ангарского городского суда Иркутской области от 24 июня 2022 г. по данному административному делу отменить в части признания незаконными пунктов 1, 3, 5, 6, 7, 8, 9, 10, 11, 12, 13, 14, 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26, 27 предписания № 4 от 31 мая 2021 г. об устранении нарушений установленных требований в области гражданской обороны, выданного Управлением надзорной деятельности и профилактической работы ГУ МСЧ России по Иркутской области.

Принять в отмененной части новое решение, которым в удовлетворении административного иска администрации Ангарского городского округа в указанной части отказать.

В остальной части решение суда оставить без изменения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения.

Судья-председательствующий

И.М. Абрамчик

Судьи

О.С. Махмудова

Н.А. Шуняева