Дело № 2-992/2025
УИД 66RS0043-01-2025-000951-57
Мотивированное решение изготовлено 23.07.2025
РЕШЕНИЕ
ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
15 июля 2025 года г. Новоуральск
Новоуральский городской суд Свердловской области в составе председательствующего судьи Чувашевой К.А., при секретаре судебного заседания Шинелевой С.Г.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ф. к ФИО2 чу о возмещении ущерба и компенсации морального вреда,
УСТАНОВИЛ:
ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ф., обратилась в суд с иском к ФИО2 чу о возмещении ущерба и компенсации морального вреда.
В обоснование исковых требований указала, что ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов <данные изъяты> минут ответчик со своей собакой породы «<данные изъяты>» проходили мимо ее дома по <адрес> в <адрес>. На улице возле дома находился шестилетний ребенок Ф. с собакой «<данные изъяты>». Собака ответчика, находясь не на поводке, набросилась на собаку истца, схватила ее за заднюю лапу, начала трепать, держа в зубах, побежала в сторону своего дома, где выплюнула собаку. Испуганный ребенок побежал домой и сообщил о случившемся отцу - Ф.. Собачке требовалась срочная ветеринарной помощь, и ФИО1 была вынуждена выезжать в г, Екатеринбург, в ветеринарную клинику, где у собаки были диагностированы: <данные изъяты>. Т.к. врачи пришли к выводу, что при операции большой риск летального исхода, было принято решение усыпить собаку. Ответчик, как собственник собаки, должен знать, что собака является источником повышенной опасности. Полагает, что ответчик нарушил ч.3 ст. 8.52 КоАП РФ - несоблюдение требований к содержанию животных. Именно поэтому ФИО1 обратилась с заявлением в УВД. Ответчик не отрицает, что его собака была выпущена из вольера, без намордника и поводка выбежала в открытую калитку за забор. Т.е. ответчик не обеспечил безопасность граждан и животных, могущих быть на улице. В результате действий и бездействия ответчика истцу причинен ущерб. Погиб ее домашний питомец, которого семья истца воспитывали <данные изъяты> лет. Размер возмещения материального ущерба следующий: стоимость собаки <данные изъяты> руб., стоимость оплаты лечения <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> руб., всего <данные изъяты> руб., суммы указаны без учета транспортных расходов. Самый большой моральный вред причинен ребенку, т.к. на его глазах «зыгрызли» его любимого питомца, «члена семьи», собачку по имени «<данные изъяты>». После случившегося родители вынуждены обращаться к психологу в детском саду. ФИО1 также нравственно страдаю, т.к. погиб ее воспитанник. Размер компенсации морального вреда истец оценивает в 150 000 руб., из которых 100 000 руб. в пользу малолетнего ребенка, 50 000 в свою пользу.ФИО1 неоднократно пыталась решить с ответчиком вопрос мирным путем, без обращения в суд. В ответ слышала оскорбления, в том числе в нецензурной форме. Письменная претензия осталась без удовлетворения.
На основании изложенного, просила взыскать с ФИО2 ча в свою пользу в счет причиненного ущерба 26 735,60 руб, в счет компенсации морального вреда, причиненного ее малолетнему ребенку, сыну Ф., ДД.ММ.ГГГГ года рождения - 100 000 руб., в счет компенсации морального вреда, причиненного ей лично 50 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины, почтовые расходы, расходы по оплате помощи представителя, согласно приложенных квитанций.
В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца – адвокат Сальников С.А., действующий на основании ордера от ДД.ММ.ГГГГ, исковые требования поддерживали, просили удовлетворить в полном объеме и взыскать с ответчика ущерб и компенсацию морального вреда в заявленном размере.
Ответчик ФИО2 в судебном заседании против удовлетворения иска возражал частично по доводам письменного отзыва на исковое заявление, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ ответчиком была спланирована прогулка с собакой на территории леса за пределами населенного пункта (дом по адресу <адрес> расположен у леса). В указанных целях, собака была выпущена из вольера и ожидала команды владельца к началу прогулки на территории участка. Планируя начало прогулки в лес, ответчик открыл засов калитки забора. За воротами был слышен лай собаки, свободно перемещающейся по улице. В целях удостовериться в отсутствии каких-либо затруднений для прогулки и причине лая собаки, ответчик вышел из калитки на улицу. На активный лай собаки среагировала собака ответчика, выбежала через калитку и скрылась на улице. «<данные изъяты>» свободно перемещался в границах территории общего пользования (улица), без поводка и контроля владельца (самовыгул). Ответчик содержит собаку в соответствии с требованиями, предусмотренными Федеральным законом "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" от 27.12.2018 N 498-ФЗ, а именно: постоянным местом содержания собаки является частное домовладение, огороженное забором, расположенное в сельской местности рядом с лесом (<адрес>); домашнее животное содержится в закрытом вольере в границах земельного участка, на котором расположен жилой дом. Владельцем собаки породы «<данные изъяты>» (истец) не были предприняты достаточные меры для обеспечения должного контроля за животным, что подтверждает нахождение животного в местах общего пользования (на <адрес>) без поводка и надзора, в отсутствие контроля со стороны владельца, способного оказывать влияние на поведение животного и заблаговременно предпринять возможные действия для устранения нежелательных вероятных рисков случайной гибели или повреждения имущества. Отсутствие должного контроля со стороны истца обеспечило «<данные изъяты>» возможность активного неконтролируемого передвижения по улице с напористым звонким лаем, что спровоцировало реакцию собаки «<данные изъяты>» (собака выбежала на лай из калитки на улицу и скрылась вне зоны видимости владельца). На основании изложенного, ответчик не обязан возмещать ущерб (стоимость щенка по договору от ДД.ММ.ГГГГ - <данные изъяты> руб.), возможность такого возмещения в рассматриваемом случае нормами действующего законодательства не предусмотрена, поскольку возмещению подлежит причиненный в результате виновных действий ущерб, к которому уплаченная по договору о приобретении собаки сумма не относится. На основании вышеизложенного, в отсутствие виновных действий (бездействия) ответчик не обязан возмещать ущерб (стоимость лечения собаки <данные изъяты> руб. + <данные изъяты> руб.). Собака ответчика согласно описанию собаки породы «<данные изъяты>» - порода охотничьих собак, относится к группе шпицев и их прототипов(используются как охотничьи собаки, ездовые собаки, или для помощи в различных видах деятельности, включая поиск людей под завалами). Порода собаки «<данные изъяты>» не включена в перечень, утвержденный Правительством Российской Федерации, собака ответчика не является потенциально опасной собакой, а следовательно, не обладает признаками, присущими источникам повышенной опасности по смыслу закона, то есть повышенной опасностью для окружающих. В отсутствие вины ответчика в происшествии, принимая во внимание, породу собаки «<данные изъяты>», учитывая, допущенное истцом нарушение требований по выгулу собак, а также, основные принципы обращения с животными, закрепленные ст. 4 закона №498-ФЗ, полагает не подлежащим удовлетворению требования о компенсации морального вреда. Кроме того поясняет, что требование истца о компенсации морального вреда в сумме 150 000 руб. заявлены без учета разумности и справедливости. Взыскание заявленной суммы не совместимо с осуществлением нормальной жизнедеятельности ответчика, финансовое положение которого ограничено пенсионным содержанием, предоставляемым государством.
Руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело при данной явке.
Заслушав истца ФИО1 и ее представителя Сальникова С.А., ответчика ФИО2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают вследствие причинения вреда другому лицу.
Как указано в ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб).
По общему правилу, установленному в п. 1 ст. 1064 ГК РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.
Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).
Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (п. 1 ст. 1079 ГК РФ).
На основании ст. 137 ГК РФ к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.
Согласно ст. 210 ГК РФ, собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором.
Статьей 3 Федерального закона от 27 декабря 2018 года N 498-ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", владелец животного - физическое лицо или юридическое лицо, которым животное принадлежит на праве собственности или ином законном основании; домашние животные - животные (за исключением животных, включенных в перечень животных, запрещенных к содержанию), которые находятся на содержании владельца - физического лица, под его временным или постоянным надзором и местом содержания которых не являются зоопарки, зоосады, цирки, зоотеатры, дельфинарии, океанариумы.
Исходя из ст. 4 Федерального закона от 27 декабря 2018 года N 498-ФЗ, обращение с животными основывается на таких нравственных принципах и принципах гуманности, как отношение к животным как существам, способным испытывать эмоции и физические страдания, ответственность человека за судьбу животного, нравственном и гуманном отношении населения к животным.
Положениями ч. ч. 1, 4, 5 ст. 13 вышеуказанного Федерального закона предусмотрено, что при содержании домашних животных их владельцам необходимо соблюдать общие требования к содержанию животных, а также права и законные интересы лиц, проживающих в многоквартирном доме, в помещениях которого содержатся домашние животные. Выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц. При выгуле домашнего животного, за исключением собаки-проводника, сопровождающей инвалида по зрению, необходимо соблюдать следующие требования: исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных; не допускать выгул животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных, и соблюдать иные требования к его выгулу.
На основании ст. 21 ФЗ "Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" за нарушение требований данного Федерального закона владельцы животных и иные лица несут административную, уголовную и иную ответственность в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.
В Перечне потенциально опасных собак, утвержденного Постановлением Правительства Российской Федерации от 29 июля 2019 года N 974 "Об утверждении перечня потенциально опасных собака" собака породы "<данные изъяты>" не указана.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (ст. 151 ГК РФ).
Как следует из материалов дела ФИО1 принадлежала собака породы «<данные изъяты>» по кличке Кекс, ФИО2 чу принадлежит собака породы «<данные изъяты>».
Из пояснений сторон, данных в исковом заявлении и отзыве на исковое заявление следует, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в <данные изъяты> часов <данные изъяты> минуты ФИО2 была спланирована прогулка с собакой на территории леса за пределами населенного пункта (дом по адресу <данные изъяты> расположен у леса). В указанных целях, собака была выпущена из вольера и ожидала команды владельца к началу прогулки на территории участка. Планируя начало прогулки в лес, ответчик открыл засов калитки забора. За воротами был слышен лай собаки, свободно перемещающейся по улице. На активный лай собаки породы «<данные изъяты>» среагировала собака породы «<данные изъяты>», выбежала через калитку и скрылась на улице. На улице возле дома по адресу: <адрес> в <адрес> находился шестилетний ребенок истца – Ф. с собакой породы «<данные изъяты>». Собака ответчика набросилась на собаку истца, схватила ее, начала трепать, держа в зубах, побежала в сторону своего дома. Испуганный ребенок побежал домой и сообщил о случившемся отцу - Ф..
Собаке породы «<данные изъяты>» требовалась срочная ветеринарной помощь, и ФИО1 обратилась в ветеринарную клинику <адрес> – ООО «Ветклиника Хатико», где у собаки были диагностированы: <данные изъяты>.
Согласно пояснениям истца и стороной ответчика не оспаривается, состояние собаки породы «<данные изъяты>» на момент поступления в ветеринарную клинику оценено как крайне тяжелое, существовала угроза летального исхода при проведении операции, в связи с чем собаку было принято усыпить.
При этом истцом оплачена услуги ООО «<данные изъяты>» на общую сумму <данные изъяты> руб.
В ходе рассмотрения дела ответчик не отрицал тот факт, что его собака породы «<данные изъяты>» причинила телесные повреждения собаке ФИО1 породы «<данные изъяты>».
Из материала КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ по заявлению ФИО1 установлено, что по адресу: <адрес>, <адрес> на своем огороженном забором земельном участке проживает ФИО2 ч, ДД.ММ.ГГГГ г.р. У ФИО2 в собственности имеется собака породы «<данные изъяты>», которая содержится в вольере. ДД.ММ.ГГГГ около <данные изъяты> часов ФИО2 со своей собакой собрался погулять и выпустил ее из вольера на свой земельный участок. После этого ФИО2 открыл калитку, ведущую на улицу и обратил внимание, что возле калитки со стороны улицы находилась собака породы «<данные изъяты>», которая принадлежит соседке по земельному участку ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ г.р. проживающей по адресу: <адрес>, <адрес>. После того как ФИО2 открыл калитку, собака ФИО3 стала лаять на ФИО2 В это время через калитку выбежала собака ФИО2 и накинулась на собаку ФИО1 и стала кусать ее. После этого ФИО2 командами загнал свою собаку на свой земельный участок и запер ее. После этого ФИО2 вышел на улицу, собака ФИО1 лежала на земле и не давалась взять ее, пыталась укусить. Неподалёку находился <данные изъяты> летний сын ФИО1, который так же не смог забрать собаку домой. Через некоторое время пришел муж ФИО1 Ф., <данные изъяты> г.р. и забрал собаку домой. Позднее Ф-вы отвезли свою собаку в ветклинику <адрес>, где было принято решение об усыплении собаки, в связи с нанесенными ей повреждений.
Указанные обстоятельства подтверждаются объяснениями ФИО1, ФИО2, протоколом осмотра места происшествия, фототаблицей.
Постановлением участкового уполномоченного полиции МУ МВД России по ЗАТО г. Новоуральск и пос. Уральский лейтенантом полиции Р. от ДД.ММ.ГГГГ в возбуждении уголовного дела отказано в связи с отсутствием состава преступления.
Истцом ФИО1 определена стоимость собаки породы «<данные изъяты>» в размере 10 000 руб. на основании договора о продаже щенка от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного с ФИО5. Стоимость указанная истцом, ФИО2 не оспаривалась
В доказательство причинения Ф. нравственных страданий истцом в материалы дела передана справка, выданная МУДОУ Новоуральского городского округа – детский сад комбинированного вида «<данные изъяты>», согласно которой сын истца посещал игры-занятия с педагогом-психологом по снятию эмоционального напряжения. Причиной проведения работы явилось обращение мамы за помощью, так как мальчик стал свидетелем гибели любимого питомца в результате нападения другой собаки.
Доводы ответчика в отзыве на исковое заявление о том, что собака истца находилась на самовыгуле без надлежащего контроля со стороны хозяев под наблюдением малолетнего ребенка, и, соответственно, в его действиях нет вины, поскольку собака породы «<данные изъяты>» содержится надлежащим образом в соответствии с установленными в законе правилами, а также отсутствует причинно-следственная связь между его действиями и причинением вреда истцу, он принял все возможные меры, обеспечивающие безопасное содержание собаки, обеспечил условия содержания животного, при которых исключалось бы причинение вреда другим лицам, суд отклоняет отклоняет в силу следующего.
Из разъяснений, данных в п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" следует, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.
Таким образом, в деликтных правоотношениях вина причинителя вреда предполагается (презюмируется), пока им не доказано ее отсутствие. При этом потерпевшему не требуется доказывать наличие вины причинителя вреда. Иными словами, лицо признается виновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, которая от него требовалась по характеру обстоятельств, оно не приняло всех мер для предотвращения неблагоприятных последствий.
Поскольку животное является объектом гражданских правоотношений, ответственность за причинение животным вреда третьим лицам возлагается на его владельца.
Следовательно, владелец собаки обязан обеспечить такие условия содержания животного, при которых исключалось бы причинение вреда другим лицам. В случае же невыполнения владельцем домашнего животного такой обязанности, причиненный в результате такого действия (бездействия) вред подлежит возмещению.
Учитывая, что ФИО2 готовясь к прогулке должен был обеспечивать надлежащее содержание своей собаки и принимать необходимые меры безопасности, исключающие возможность причинения ею ущерба третьим лицам, суд приходит к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика обязанности компенсировать истцу причиненный моральный и материальный вред.
Факт причинения истцу вреда собакой, принадлежащей ответчику, подтверждается совокупностью имеющихся в деле доказательств, в том числе материалом проверки КУСП от ДД.ММ.ГГГГ №, самим ответчиком не оспаривается, из чего следует вывод о том, что ФИО2, как владелец собаки, не принял всех необходимых мер, обеспечивающих безопасность окружающих, не исключил возможность нападения собаки на другое животное.
При этом, открывая калитку участка и выпуская свою собаку из вольера ФИО2, мог и должен был предполагать, что собака может выбежать с придомовой территории и причинить вред, однако необходимых мер для исключения причинения вреда не предпринял.
Так как установлен как факт беспрепятственного выхода собаки с территории земельного участка, принадлежащего ФИО2, так и факт ее нападения на собаку породы «<данные изъяты>», принадлежащей ФИО1, то доказать отсутствие своей вины в причинении истцу ущерба и морального вреда являлось обязанностью ФИО2, который свою невиновность не доказал.
Утверждение ответчика о том, что именно грубая неосторожность самой ФИО1, отпустившей гулять собаку с малолетним ребенком, послужила причиной возникновения вреда, также не влекут отказа в удовлетворении требований истца.
Статьей 1083 ГК РФ предусмотрено, что, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.
В соответствии с п. 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учетом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).
При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определенную деятельность. При простой неосторожности, наоборот, не соблюдаются повышенные требования. К проявлению грубой неосторожности, как правило, относятся нарушения обязательных правил и норм поведения.
Исследование вопроса о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2008 года N 120-О-О).
По смыслу названных норм права и разъяснений понятие грубой неосторожности применимо в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия или бездействия, повлекшие неблагоприятные последствия. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим значительной вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и легкомысленного расчета, что они не наступят.
Как следует из материалов дела, в момент нападения собаки породы «<данные изъяты>» Ф. гулял рядом с территорией жилого дома, принадлежащего семье истца, ее собака породы «<данные изъяты>» находилась рядом с ребенком, действий, явно провоцирующих агрессивное поведение собаки, принадлежащей ФИО2, допущено не было. Неосторожность истца, на которую ссылается ответчик в отзыве на исковое заявление, а так же то, что собака истца лаяла и находились на свободном выгуле, подходила к его земельному участку, чем спроецировала собаку породы «<данные изъяты>», материалами дела не подтверждается, и в свою очередь является простой, но не грубой неосторожностью, и не дает оснований для применения п. 2 ст. 1083 ГК РФ, которая предусматривает возможность уменьшения возмещения вреда только при наличии грубой неосторожности потерпевшего.
Таким образом, конкретные обстоятельства данного дела не позволяют сделать вывод о наличии в действиях истца грубой неосторожности, которая бы содействовала возникновению либо увеличению вреда, доказательств такого поведения ФИО2, которое могло бы спровоцировать собаку ответчика на агрессию и нападение на собаку истца, в материалах дела не представлено, в связи с чем доводы ответчика о наличии в действиях истца грубой неосторожности безосновательны.
В виду изложенного оснований для освобождения ФИО2 от ответственности за причиненный материальный ущерб судом не установлено, требования истца о взыскании материального ущерба в обще сумме 26 735,60 руб. подлежат удовлетворению в полном объеме.
В соответствии со ст. 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.
Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).
В связи с этим законом охраняются как имущественные права человека и гражданина, так и его неимущественные права и принадлежащие ему нематериальные блага.
Предусматривая ответственность в виде компенсации морального вреда за нарушение неимущественного права гражданина или принадлежащего ему нематериального блага, ст. 151 ГК РФ не устанавливает какой-либо исчерпывающий перечень таких нематериальных благ и способы, какими они могут быть нарушены.
Закрепляя в части первой ст. 151 ГК РФ общий принцип компенсации морального вреда, причиненного действиями, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага, законодатель не установил каких-либо ограничений в отношении действий, которые могут рассматриваться как основание для такой компенсации.
Исходя из этого, Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал, что компенсация морального вреда как самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частноправовой - причиняется такой вред, не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими, в том числе имущественные права гражданина, - в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (в частности, Постановление от 26 октября 2021 года N 45-П, Постановление от 8 июня 2015 года N 14-П, Определение от 27 октября 2015 года N 2506-О и др.).
В частности, Конституционным Судом Российской Федерации указано, что действующее правовое регулирование не предполагает безусловного отказа в компенсации морального вреда лицу, которому физические или нравственные страдания были причинены в результате преступления, в силу одного лишь факта квалификации данного деяния как посягающего на имущественные права (Постановление от 26 октября 2021 года N 45-П).
В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13 октября 2020 года N 23 "О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу" также разъяснено, что по общему правилу гражданский иск о компенсации морального вреда может быть предъявлен по уголовному делу в тех случаях, когда такой вред причинен потерпевшему преступными действиями, нарушающими его личные неимущественные права (например, права на неприкосновенность жилища, частной жизни, личную и семейную тайну, авторские и смежные права) либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности и др.).
Из приведенных положений закона и актов его толкования следует, что посягательством на имущественные права гражданина могут одновременно нарушаться и его неимущественные права, и принадлежащие ему нематериальные блага.
Распространяя на животных общие правила об имуществе, положения ст. 137 ГК РФ тем не менее отличают их от прочего имущества, устанавливая, в частности, запрет на жестокое отношение, противоречащее принципам гуманности.
Кроме того, за жестокое обращение с животными установлена и уголовная ответственность в соответствии со ст. 245 УК РФ находящейся в главе 25 данного кодекса "Преступления против здоровья населения и общественной нравственности".
Из этого следует, что запрет на жестокое обращение с животными, содержащийся как в уголовном, так и в гражданском законодательстве, направлен не на охрану имущества как такового, а на охрану отношений нравственности.
Применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложение на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.
Аналогичная правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации, изложена в Обзоре Верховного Суда Российской Федерации N 2 от 19 июля 2023 года, из которой следует, что применение законодателем по отношению к животным таких категорий, как жестокость, нравственность, гуманизм, свидетельствует о том, что при определенных обстоятельствах гибель животных может причинять их владельцу не только имущественный вред, но и нравственные страдания, в частности, в силу эмоциональной привязанности, психологической зависимости, потребности в общении по отношению к конкретному животному, что не исключает возложения на причинителя вреда обязанности компенсировать не только имущественный ущерб, но и моральный вред.
Также в соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда.
Пунктом 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
Как следует из разъяснений, изложенных в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда", причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда.
В п. 25 указанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.
Пунктами 27, 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ).
В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.
В силу положений ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации объяснения истцов являются самостоятельным средством доказывания по делу относительно степени и объема перенесенных ими физических и нравственных страданий и их последствиях.
В рамках рассмотрения настоящего спора судом установлено причинение истцу и ее ребенку – Ф. моральных и нравственных страданий в виде гибели любимого домашнего питомца, выразившиеся в чувстве утраты, ухудшении морального состояния истца и ее несовершеннолетнего ребенка, наличии у Ф. психологической травмы, требующей работы с педагогом-психологом.
Исходя из вины ответчика, выразившейся в несоблюдении мер предосторожности при выгуле собаки, имеющейся простой неосторожности в выгуле собаки самим истцом, пенсионный возраст ответчика ФИО2, его материальное положение, суд приходит к выводу о достаточности и разумности размера компенсации морального вреда в размере 10 000 руб. в пользу ФИО1, и 30 000 руб. в пользу Ф.
К тому же ответчиком в нарушение ст. 56 ГПК РФ доказательств отсутствие своей вины в причинение морального вреда потерпевшему в материалы дела представлено не было.
В силу положений ст. ст. 88, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.
Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.
В силу ч. 1 ст. 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В силу разъяснений, изложенных в абз 2 п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» при неполном (частичном) удовлетворении требований расходы на оплату представителя распределяются в соответствии с правилом о пропорциональном распределении судебных расходов. В то же время в силу п. 21 указанного Постановления пропорциональный принцип распределения судебных расходов не применяется при разрешении неимущественных требований.
Истцом заявлено требования о взыскании расходов, понесенных на оплату услуг представителя. Несение указанных расходов подтверждаются квитанцией № от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 40 000 руб., выданную адвокатом Сальниковым С.А.
Принимая во внимание принципа разумности, учитывая объём фактически оказанных истцу услуг и выполненной работы, сложность рассмотренного дела, объем составленных документов, в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон, суд находит, что заявленная сумма расходов на услуги представителя подлежит компенсации в заявленных пределах – 40 000 руб.
В соответствии с ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом удовлетворения требований, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины за подачу иска в суд в размере 7 000 руб., уплаченные истцом при обращении в суд с исковым заявлением, что подтверждается чеками по операциям от ДД.ММ.ГГГГ на сумму <данные изъяты> руб. и <данные изъяты> руб.
На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
исковые требования ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетнего Ф. к ФИО2 чу о возмещении ущерба и компенсации морального вреда – удовлетворить частично.
Взыскать с ФИО2 ча (паспорт гражданина Российской Федерации №) в пользу ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) материальный ущерб в размере 26 735,60 руб., компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 7 000 руб.
Взыскать с ФИО2 ча (паспорт гражданина Российской Федерации №) в пользу Ф. (свидетельство о рождении №) в лице законного представителя ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации №) компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб.
В удовлетворении остальной части требований - отказать.
Решение может быть обжаловано лицами, участвующими в деле, в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда через Новоуральский городской суд Свердловской области в течение месяца с момента изготовления решения суда в окончательной форме.
Судья К.А. Чувашева