№2-3159/2025 19RS0001-02-2025-002129-68
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
г. Абакан Республика Хакасия 24 ноября 2025 года
Абаканский городской суд Республики Хакасия в составе:
председательствующего судьи Рябовой О.С.,
при секретаре Бабаевой А.П.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО28 к ФИО4 ФИО28, ФИО1 ФИО28 о признании недействительными свидетельства о праве на наследство, договора дарения, признании права собственности на жилое помещение,
с участием истца ФИО2, представителя истца ФИО3, представителя ответчика ФИО4 – ФИО5,
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО4, ФИО6 о признании недействительными свидетельства о праве на наследство от 07.10.2022, выданного ФИО4 после смерти ФИО7, а также договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного 27.10.2022 между ФИО6 и ФИО4. Просила также признать за ней право собственности на жилое помещение, расположенное по адресу: <...>.
В обоснование иска указала, что спорный дом принадлежал ее матери – ФИО6 на основании свидетельства о праве на наследство и договора купли-продажи. Поскольку 1/2 доля в праве на дом была приобретена в период брака, половина этой доли (1/4) вошла в наследственную массу после смерти супруга ФИО6 – ФИО7 (отца истца), умершего 07.10.2022. Полагая, что указанное имущество наследственным не является, она не стала обращаться к нотариусу за принятием наследства. В спорном доме вместе со своей семьей проживает с 1989 года, в период с 2011 года по 2013 года за счет своих средств произвела его реконструкцию, фактически возвела новое благоустроенное строение. Впоследствии ей стало известно, что право собственности на дом перешло к ее сестре ФИО4 – на основании свидетельства о праве на наследство и договора дарения, заключенного с ФИО6. Считает, что после смерти отца фактическими действиями приняла наследство, поскольку продолжает проживать в спорном доме. Требования о признании недействительным договора дарения основаны на положениях ст. 177 ГК РФ, полагает, что ФИО6 оказалась под воздействием ФИО4, в момент совершения сделки не могла понимать значение своих действий, поскольку перенесла три инсульта, принимала сильнодействующие препараты.
В ходе рассмотрения дела исковые требования были уточнены.
Истец также просила признать за ней право собственности на 1\4 долю земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, 1\3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, 1/2 доли в праве на денежные средства, находящиеся на счетах в ПАО Сбербанк России, взыскать компенсацию морального вреда в размере 100 000 рублей, судебные расходы.
В судебном заседании истец ФИО2, представитель истца ФИО3 заявленные требования поддержали. Истец пояснила, что спорный дом принадлежал ее бабушке – ФИО8, после ее смерти перешел в равных долях к ее матери ФИО6 и ее тете ФИО9. Впоследствии между ними был заключен договор купли-продажи, на основании которого дом и земельный участок перешли в единоличную собственность ФИО6. Истец вместе с семьей и матерью ФИО6 проживала в этом доме, в связи с чем предоставила своей матери денежные средства для выкупа доли. С согласия матери была произведена реконструкция дома: залит фундамент, возведены стены, смонтирована кровля, выполнена система отопления, установлен котел, есть система водоснабжения и водоотведения в виде септика. Неблагоустроенный дом, площадь которого составляла 41 кв.м., увеличился до 100 кв.м., стал благоустроенными. Для строительства дома были использованы денежные средства истца и ее супруга. После смерти отца она приняла решение не вступать в наследство, поскольку желала, чтобы его квартира, расположенная по адресу: <адрес>, перешла ее сестре ФИО4. О том, что в праве собственности на дом, зарегистрированным за ее матерью ФИО6 будет выделена доля отца, ей не было известно. Когда умер отец, ФИО6 переехала жить к ФИО4, после чего сестра ограничила их общение. Впоследствии ей стало известно, что собственником дома стала ФИО4. После смерти отца она проживала в доме, оплачивала коммунальные услуги, указывая плательщиком собственника – ФИО6, обеспечивала сохранность дома, продолжала обустройство прилегающей территории.
Ответчики ФИО4, ФИО6 в судебное заседание не явились, были уведомлены о времени и месте рассмотрения дела.
Ответчик ФИО6 направила в адрес суда письменный отзыв на исковое заявление, в котором не согласилась с требованиями ФИО6. На момент подписания договора купли-продажи понимала характер своих действий, ее дееспособность проверена нотариусом, удостоверившим подпись в договоре.
Ответчик ФИО4 в письменном отзыве также не согласилась с исковыми требованиями, настаивая на том, что ее сестра ФИО2 пропустила срок для принятия наследства после смерти отца. В реконструкции дома участвовали все члены семьи, их родители, ФИО6 копила и отдавала истцу свою пенсию, чтобы строить дом. Она также договаривалась со специалистами по монтажу электропроводки, выполнении внутренней отделки. ФИО6 намеревалась жить в своем доме, но из-за конфликтов с ФИО2 и ее супругом вынуждена была переехать, живет с ФИО4. На момент заключения договора дарения ФИО6 отдавала отчет своим действиям.
Представитель ответчика ФИО4 – ФИО10 с исковыми требованиями не согласился, поддержав доводы, изложенные в письменных отзывах ответчиков.
Представитель третьего лица - Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республике Хакасия ФИО11 направила в адрес суда письменный отзыв на исковое заявление, в котором возражений по предмету иска не указала, просила принять решение по усмотрению суда, рассмотреть дело в отсутствие представителя третьего лица.
В соответствии с требованиями ст. 167 ГПК РФ, признав уведомление участников процесса о времени и месте рассмотрения дела надлежащим, суд рассмотрел дело при имеющейся явке
Выслушав стороны, исследовав материалы дела, оценив в совокупности представленные сторонами доказательства, суд пришел к следующему.
14.02.2022 умер ФИО7 (отец истца), что подтверждается свидетельством о его смерти I-ПВ №, выданным ДД.ММ.ГГГГ Отделом департамента ЗАГС Министерства по делам юстиции и региональной безопасности Республики Хакасия по <адрес>.
После его смерти к нотариусу за принятием наследства обратились его супруга - ответчик ФИО6 (мать истца) и дочь – ФИО4 (сестра истца).
В состав наследственного имущества были включены следующие объекты:
- 1/3 доли в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>,
- 1/4 доля в праве общей долевой собственности на жилое здание, находящееся по адресу: <адрес>, пр-кт Ленина, <адрес>,
- 1/2 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок, находящийся по адресу: <адрес>, пр-кт Ленина, <адрес>,
- 1/2 доля в праве на денежные средства, находящиеся на счетах №, № в ПАО Сбербанк России с причитающимися процентами и компенсацией.
Право на дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> вошли в наследственную массу как общее имущество, приобретенное в период брака. Согласно данных Единого государственного реестра недвижимости, указанные объекты на момент смерти наследодателя были зарегистрированы за его супругой ФИО6 – 1/2 доля в праве перешла ей в порядке наследования, 1/2 доля – на основании возмездной сделки купли-продажи.
В наследственную массу после смерти ФИО7 были включены 1/4 доля в праве собственности на спорный дом и 1/2 доля в праве собственности на спорный земельный участок, что подтверждается свидетельством о праве собственности на долю в общем имуществе супругов, выдаваемое пережившему супругу.
ФИО6 отказалась от наследства в пользу своей дочери ФИО4, что подтверждается ее заявлением, имеющимся в материалах наследственного дела, в связи с чем право на имущество, принадлежащее ФИО7, перешло ФИО4 в полном объеме, в том числе:
27.10.2022 между ответчиками ФИО6 (матерою истца) и ФИО4 (сестрой истца) заключен договор дарения, согласно которому ФИО6 безвозмездно передала в собственность ФИО4 принадлежащее ей право на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок и 3/4 доли в праве общей долевой собственности на спорный дом.
Таким образом, после вступления в наследство и заключения договора дарения, ФИО4 стала единоличным собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, пр-кт Ленина, <адрес>. Ее право зарегистрировано в Едином государственном реестре недвижимости с ДД.ММ.ГГГГ.
Также в порядке наследования после смерти ФИО7 ей перешло право на 1/3 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, на 1/2 долю в праве на денежные средства, находящиеся на счетах №, №, 22/4082902, 1/21199 в ПАО Сбербанк России с причитающимися процентами и компенсацией.
В адрес дочерей наследодателя – истца ФИО2 и свидетеля ФИО12 были направлены уведомления об открытии наследственного дела. Однако истец ФИО2 и ее сестра ФИО12 за принятием наследства после смерти отца к нотариусу не обратились.
Обращаясь в суд с исковыми требованиями о признании права собственности на наследственное имущество, оставшееся после смерти отца, ФИО2 ссылается на совершение действий по фактическому принятию наследства, указывая, что на момент смерти проживала в доме по адресу: пр-кт Ленина, 22, поддерживала его в надлежащем состоянии, оплачивала коммунальные услуги на имя титульного собственника ФИО6.
Основанием для возникновения наследственных правоотношений является открытие наследства, под которым закон понимает смерть гражданина или объявление его умершим в установленном законом порядке (ст. 1113 ГК РФ).
Круг наследников, призываемых к наследованию по закону, определяется исходя из принципа очередности. К наследникам первой очереди по закону относятся дети, супруг и родители наследодателя (п. 1 ст. 1142 ГК РФ).
Для приобретения наследства наследник должен его принять (п. 1 ст. 1152 ГК РФ).
Принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство (п. 1 ст. 1153 ГК РФ). Законом также установлен срок для принятия наследства, который составляет шесть месяцев со дня открытия наследства, то есть со дня смерти наследодателя (п. 1 ст. 1154 ГК РФ).
В соответствии с п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса РФ признается, пока не доказано иное, что наследник принял наследство, если он совершил действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, в частности если наследник: вступил во владение или в управление наследственным имуществом; принял меры по сохранению наследственного имущества, защите его от посягательств или притязаний третьих лиц; произвел за свой счет расходы на содержание наследственного имущества; оплатил за свой счет долги наследодателя или получил от третьих лиц причитавшиеся наследодателю денежные средства.
Как следует из пояснений истца, в спорном доме, расположенном по адресу: <адрес>, она проживает с 1989 года по настоящее время.
Как видно из правоустанавливающих документов, сведений из Единого государственного реестра недвижимости, материалов наследственного дела, технической документации, до 2013 года на указанном земельном участке был расположен жилой дом с печным отоплением площадью 41, 5 кв.м..
Указанное строение принадлежало бабушке истца по линии матери ФИО8 на основании договора купли-продажи от 03.10.1955, что следует из технического паспорта от 07.01.1989.
После смерти ФИО8 17.09.1989 наследство по завещанию в равных долях приняли ее дочери: мать истца ФИО6 и тетя истца ФИО13, что следует из свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданного нотариусом Абаканской нотариальной конторы 20.03.1990.
16.05.1995 между ФИО6 и ФИО13 заключен договор купли-продажи, на основании которого 1/2 доля в праве собственности на дом перешла к ФИО6.
Таким образом, ответчик ФИО6 (мать истца) в период с 20.03.1990 являлась собственником 1/2 доли в праве на указанный дом, а с 16.05.1995 - единоличным собственником указанного имущества.
03.10.2013 в Единый государственный реестр недвижимости внесены сведения о реконструкции здания. Данное обстоятельство подтверждается техническим паспортом здания от 12.08.2013, где имеются сведения о проведенной реконструкции, согласно которым общая площадь дома составила 101, 3 кв.м., заменен ленточный фундамент, капитальные стены, крыша выполнена из шифера, установлены пластиковые стеклопакеты, имеется котельная, санузел, оборудованы местный водопровод и канализация (септик). Также за ФИО6 зарегистрировано право на земельный участок, на котором был возведен жилой дом.
Согласно данных Единого государственного реестра недвижимости, указанный дом, общей площадью 101, 3 кв.м., с кадастровым номером № количество этажей – 2, состоит на кадастровом учете с 03.10.2013. Данное строение расположено на земельном участке с кадастровым номером 19:01:040204:77 площадью 559 кв.м., право собственности зарегистрировано за ответчиком ФИО6.
Право собственности ФИО14 – супруга ФИО6 на указанный объект недвижимости зарегистрировано не было. Поскольку 1/2 доля в праве на указанное имущество была приобретена в период брака, в силу закон возник режим совместной собственности супругов как на жилой дом, так и на земельный участок, на котором дом расположен.
Исследованными судом доказательствами подтверждается, что на момент смерти наследодателя ФИО7 его дочь - истец ФИО2 проживала в спорном доме, поддерживала его в надлежащем состоянии.
Так, согласно домовой книги, ФИО2 была зарегистрирована проживающей в доме с 26.06.2009. Допрошенные в судебном заседании свидетели ФИО15, ФИО12, ФИО16, ФИО17 подтвердили, что истец вместе с членами своей семьи проживала в доме как до, так и после смерти своего отца.
Свидетель ФИО17 пояснил, что проживает по соседству с ФИО2 по адресу: <...> с 1947 года. Изначально у соседей был одноэтажный деревянный дом. Когда в доме остались проживать истец ФИО2, ее муж и ее мать ФИО6, была проведена реконструкция. Усилили фундамент, сделали второй этаж, новую крышу, установили водяное отопление, сделали кочегарку, скважину. Утеплили фундамент, стены обшили гипсокартоном, привели в порядок полы на первом этаже. ФИО6 нанимала мастера, чтобы сделал крышу, но все работы оплачивала ФИО2. Когда у ФИО6 умер муж, она перебралась жить в его квартиру. ФИО2 со своим супругом остались жить в доме.
Свидетель ФИО15 (супруг истца) пояснил, что с супругой ФИО2 около 15 лет проживает в доме по адресу: <...>, имеет регистрацию по указанному месту жительства. Вместе реконструировали дом. Полностью его разобрали, залили фундамент, сделали крышу, постелили пол. Все делали за счет средств ФИО2. На момент реконструкции ее матери ФИО6 было около 70 лет, она участия в строительстве не принимала, хотя жила вместе с ними. Отец ФИО2 жил в квартире и также в строительстве дома не помогал.
Свидетель ФИО16 (двоюродная сестра истца) подтвердила, что ответчик ФИО6 является ее тетей. ФИО6 вместе с ее матерью получили в наследство спорный дом. Впоследствии ФИО6 выкупила у ее матери долю. Знает, что деньги за дом отдавала истец ФИО2. Впоследствии она же реконструировала дом. Укрепила фундамент, достроила второй этаж, благоустроила дом.
Свидетель ФИО12 (сестра истца) пояснила, что ФИО2 и ФИО4 ее сестры. ФИО2 выкупила долю в праве собственности на дом у тети, отдав деньги по договору купли-продажи, который был заключен между их тетей и их мамой ФИО18. На месте старого дома фактически построила новый дом. Родители участия в строительстве не принимали. У отца было несколько инсультов, он жил отдельно, в квартире, у мамы небольшая пенсия, она не имела возможности вкладывать деньги в строительство. После смерти отца ФИО2 вместе с мужем продолжают проживать в доме, поставили новый забор.
Из показаний свидетелей следует, что ФИО2 проживала в спорном доме длительное время, задолго до смерти своего отца, занималась реконструкцией дома, после которой продолжает проживать в указанном жилом помещении, пользуется им как своим собственным.
Вместе с тем, действия ФИО2 по проживанию в спорном доме не могут быть расценены судом как волеизъявление на принятие наследства после смерти отца.
Из анализа ст. 1153 ГК РФ следует, что наследник вправе выбрать по своему усмотрению любой из способов принятия наследства: либо путем подачи соответствующего заявления нотариусу, либо путем фактического принятия наследства.
Если наследником были совершены действия, свидетельствующие о фактическом принятии наследства, то в этом случае закон не требует обязательной подачи заявления наследником о принятии наследства. Принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени и способа его принятия, а также вне зависимости от момента государственной регистрации прав на наследственное имущество (п. 4 ст. 1152 ГК РФ).
В п. 34 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что наследник, принявший наследство, независимо от времени и способа его принятия считается собственником наследственного имущества, носителем имущественных прав и обязанностей со дня открытия наследства вне зависимости от факта государственной регистрации прав на наследственное имущество и ее момента (если такая регистрация предусмотрена законом).
Как разъяснено в п. 36 постановления Пленума Верховного Суда РФ 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» под совершением наследником действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства, следует понимать совершение предусмотренных п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса РФ действий, а также иных действий по управлению, распоряжению и пользованию наследственным имуществом, поддержанию его в надлежащем состоянии, в которых проявляется отношение наследника к наследству как к собственному имуществу.
В качестве таких действий, в частности, могут выступать: вселение наследника в принадлежавшее наследодателю жилое помещение или проживание в нем на день открытия наследства (в том числе без регистрации наследника по месту жительства или по месту пребывания), обработка наследником земельного участка, подача в суд заявления о защите своих наследственных прав, обращение с требованием о проведении описи имущества наследодателя, осуществление оплаты коммунальных услуг, страховых платежей, возмещение за счет наследственного имущества расходов, предусмотренных ст. 1174 Гражданского кодекса РФ, иные действия по владению, пользованию и распоряжению наследственным имуществом. При этом такие действия могут быть совершены как самим наследником, так и по его поручению другими лицами. Указанные действия должны быть совершены в течение срока принятия наследства, установленного ст. 1154 Гражданского кодекса РФ.
В целях подтверждения фактического принятия наследства (п. 2 ст. 1153 Гражданского кодекса РФ) наследником могут быть представлены, в частности, справка о проживании совместно с наследодателем, квитанция об уплате налога, о внесении платы за жилое помещение и коммунальные услуги, сберегательная книжка на имя наследодателя, паспорт транспортного средства, принадлежавшего наследодателю, договор подряда на проведение ремонтных работ и т.п. документы.
При отсутствии у наследника возможности представить документы, содержащие сведения об обстоятельствах, на которые он ссылается как на обоснование своих требований, судом может быть установлен факт принятия наследства, а при наличии спора соответствующие требования рассматриваются в порядке искового производства.
Пунктом 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании» разъяснено, что наследник, совершивший действия, которые могут свидетельствовать о принятии наследства (например, проживание совместно с наследодателем, уплата долгов наследодателя), не для приобретения наследства, а в иных целях, вправе доказывать отсутствие у него намерения принять наследство, в том числе и по истечении срока принятия наследства (статья 1154 ГК РФ), представив нотариусу соответствующие доказательства либо обратившись в суд с заявлением об установлении факта непринятия наследства.
По смыслу приведенных норм и разъяснений, юридически значимым обстоятельством для подтверждения факта принятия наследства является волеизъявления наследника, которое может проявляться в различного рода действиях. При этом оценка указанных действий должна осуществляться исходя из направленности воли наследника, одни и те же действия которого могут быть осуществлены как в целях принятиях наследства, так и в иных целях.
Ка установлено судом, право собственности на спорный жилой дом было зарегистрировано за матерью истца ФИО6. При жизни родители истца проживали раздельно – мать вместе с ней в спорном жилом доме, а отец по адресу: <адрес>20.
В судебном заседании истец утверждала, что была убеждена в том, что дом является личным имуществом ее матери. Она знала о смерти своего отца, но не имела намерения принимать наследство, поскольку считала, что к наследственному имуществу относится квартира, расположенная по адресу: <адрес> желала, чтобы указанное имущество перешло в единоличную собственность сестре ФИО4. Данные обстоятельства подтвердила свидетель ФИО12 (сестра истца).
Как видно из материалов наследственного дела, 05.08.2022 нотариусом в адрес ФИО2 было направлено извещение о заведении наследственного дела после смерти ФИО7, предложено в течение 10 дней с момента получения извещения подать заявление о принятии наследства. Однако каких либо действий по оформлению наследственных прав не последовало.
Таким образом, истцу было известно о смерти своего отца.
Однако намерения принимать наследство она не имела, в установленный законом шестимесячный срок со дня принятия наследства каких либо действий, которые бы свидетельствовали об обратном, не предприняла. Действия по реконструкции жилого дома, на которые ссылается истец, были предприняты в 2013 году, задолго до смерти наследодателя. Заблуждение истца относительно объектов, входящих в состав наследственной массы, юридического значения для разрешения спора не имеет. Суд приходит к выводу, что продолжая проживать в спорном доме после смерти отца, ФИО2 не имела цели принять наследство после его смерти, в связи с чем не может быть установлен факт принятия ею наследства, а также отсутствуют правовые основания для удовлетворения исковых требований в части признания недействительным свидетельства о праве на наследство, выданного ответчику ФИО4.
Доводы истца о том, что за счет ее средств и ее силами была произведена реконструкция жилого дома, также не являются основанием для признания за ней права собственности на спорное имущество.
В соответствии с разъяснениями п. 52 постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» государственная регистрация прав на недвижимое имущество и сделок с ним - это юридический акт признания и подтверждения государством возникновения, ограничения (обременения), перехода или прекращения прав на недвижимое имущество в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации. Государственная регистрация является единственным доказательством существования зарегистрированного права.
Лицо, считающее себя собственником находящегося в его владении недвижимого имущества, право на которое зарегистрировано за иным субъектом, вправе обратиться в суд с иском о признании права собственности (п. 58 указанного постановления).
Если иное не предусмотрено законом, иск о признании права подлежит удовлетворению в случае представления истцом доказательств возникновения у него соответствующего права. Иск о признании права, заявленный лицами, права и сделки которых в отношении спорного имущества никогда не были зарегистрированы, могут быть удовлетворены в тех случаях, когда права на спорное имущество возникли до вступления в силу Закона о регистрации и не регистрировались в соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 6 названного Закона, либо возникли независимо от их регистрации (п. 59 указанного постановления).
В силу приведенных разъяснений, истец, заявляя о возникновении права собственности на жилой дом и земельный участок, обязана представить доказательства, которые бы подтверждали возникновение у нее соответствующего права.
Для определения юридически значимых обстоятельств, подлежащих доказыванию, необходимо руководствоваться нормами ГК РФ, регулирующими основания возникновения права собственности, права общей собственности на недвижимое имущество.
Основания для возникновения права собственности на имущество, которое имеет собственника, предусмотрены п. 2 ст. 218 ГК РФ. Другим лицам такое право может быть передано на основании сделки об отчуждении этого имущества (в том числе, договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки); в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
Право собственности на недвижимое имущество возникает с момента государственной регистрации. В соответствии с п. 1 ст. 131 ГК РФ право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней.
В соответствии с п. 2 ст. 8.1 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, если иное не установлено законом.
В п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что статья 8.1 ГК РФ содержит основополагающие правила государственной регистрации прав на имущество, подлежащие применению независимо от того, что является объектом регистрации (права на недвижимое имущество, доля в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью и др.). Данная норма распространяется на регистрацию в различных реестрах: Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, Едином государственном реестре юридических лиц и т.д.
Для лиц, не являющихся сторонами сделки и не участвовавших в деле, считается, что подлежащие государственной регистрации права на имущество возникают, изменяются и прекращаются с момента внесения соответствующей записи в государственный реестр, а не в момент совершения или фактического исполнения сделки либо вступления в законную силу судебного решения, на основании которых возникают, изменяются или прекращаются такие права (пункт 2 статьи 8.1, пункт 2 статьи 551 ГК РФ). При этом с момента возникновения соответствующего основания для государственной регистрации права стороны такой сделки или лица, участвовавшие в деле, в результате рассмотрения которого принято названное судебное решение, не вправе в отношениях между собой недобросовестно ссылаться на отсутствие в государственном реестре записи об этом праве.
Иной момент возникновения, изменения или прекращения прав на указанное имущество может быть установлен только законом. Например, вне зависимости от осуществления соответствующей государственной регистрации право переходит в случаях универсального правопреемства (статьи 58, 1110 ГК РФ), в случае полного внесения членом соответствующего кооператива его паевого взноса за квартиру, дачу, гараж, иное помещение, предоставленное кооперативом этому лицу (пункт 4 статьи 218 ГК РФ).
По смыслу приведенных норм ГК РФ и разъяснений к ним, право собственности на недвижимое имущество, которое имеет собственника, возникает на основании сделок об отчуждении этого имущества, с момента государственной регистрации, а также независимо от государственной регистрации в случаях, прямо предусмотренных законом.
Как следует из материалов дела, и установлено судом в период с 16.05.1995 ответчик ФИО6 являлась единоличным собственником спорного имущества: дома и земельного участка, расположенных в <адрес>.
Указанное право перешло ей на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданного нотариусом Абаканской нотариальной конторы 20.03.1990, а также на основании договора купли-продажи, заключенного 16.05.1995.
После проведенной реконструкции право собственности ФИО6 на реконструированный объект недвижимости было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 19АА 585633, выданным 26.12.2013.
За ответчиком ФИО4 право собственности зарегистрировано 31.10.2022 на основании договора дарения от 27.10.2022 и свидетельства о праве на наследство по закону от 07.10.2022.
Вышеприведенными показаниями свидетелей подтверждается, что истец ФИО2 не только проживала в спорном доме, но и с согласия собственника принимала участие в его реконструкции, несла расходы на проведение строительных работ. Свидетели подтвердили, что ответчик ФИО6 (собственник дома) на момент проведения реконструкции проживала на территории домовладения, реконструкция проводилась с ее согласия, она принимала в этом посильное участие, в том числе, наняла работника для выполнения работ по устройству крыши. Свидетели настаивали, что все расходы по реконструкции понесла истец ФИО2.
Истцом также представлены товарные и кассовые чеки, подтверждающие приобретение строительных материалов в период с 2011 года по 2013 год на общую сумму 74758, 74 руб..
Согласно выписки по вкладу ФИО6 (собственника дома), в период с 15.01.2010 по 26.12.2012 на ее счет ежемесячно зачислялась пенсия, всего поступило 291571, 07 руб.. В среднем, ежемесячная сумма поступлений составила 8099, 19 руб.. По мнению истца, данный размер дохода не позволял собственнику участвовать в расходах на реконструкцию. Ответчики настаивали, что ФИО6 всю пенсию передавала истцу для реконструкции.
Проанализировав указанные доказательства, суд приходит к выводу, что выполнение работ и несение расходов на реконструкцию, находящегося в собственности другого лица, само себе не является основанием для перехода права собственности на реконструированный объект недвижимости. В связи с чем не имеет правового значения степень участия каждой из сторон в проведенных работах.
Между истцом ФИО2 и ответчиком ФИО6 (собственником дома) на момент реконструкции какие либо соглашения о переходе прав на недвижимое имущество в связи с проведенной реконструкцией не заключались. Истцу ФИО2 было известно, что ФИО6 является собственником реконструированного объекта, а также то, что после реконструкции объект поставлен на кадастровый учет, в Единый государственный реестр недвижимости внесена запись о праве собственности ФИО6.
Таким образом, правовые основания для перехода права собственности, предусмотренные ст. 218 ГК РФ, отсутствуют, в связи с чем проведение работ по реконструкции объекта не повлекло за собой возникновение у ФИО2 права собственности.
Оспаривая договор дарения, заключенный 27.10.2022 между ответчиками ФИО6 (матерою истца) и ФИО4 (сестрой истца) истец ссылается на требования ст. 177 ГК РФ, указывая, что договор дарения был заключен под воздействием ФИО4, даритель ФИО6 не могла понимать значение своих действий, поскольку перенесла несколько инсультов.
В силу ст. 12 ГК РФ одним из способов защиты гражданских прав являемся признание оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применение последствий недействительности ничтожной сделки.
В силу пункта 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума ВАС Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения.
На основании п. 1 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.
Правовым последствием недействительной сделки является двусторонняя реституция, которая предполагает обязанность каждой из сторон возвратить все полученное по сделке (п.2 ст. 167 ГК РФ).
К числу сделок, совершенных с пороками воли, относятся сделки, совершенные гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими. Такая сделка может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (ст. 177 ГК РФ).
По смыслу указанной нормы, юридически значимыми обстоятельствами по делам о признании сделок, совершенных гражданином, не способным понимать значение своих действий или руководить ими, является неспособность гражданина на момент заключения оспариваемой сделки отдавать отчет своим действиям или руководить ими, при этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств по данной категории дел лежит на истце. Для признания сделки недействительной необходимо установить нарушение одного из элементов: интеллектуального либо волевого.
Согласно выписных эпикризов, ответчик ФИО6 в период с 20.06.2017 по 30.06.2017 она находилась на стационарном лечении с диагнозом «Ишемический кардиоэмболический инсульт», в период с 24.09.2018 по 08.10.2018 с аналогичным диагнозом, в период с 19.03.2019 по 03.04.2019 с диагнозом «ХИМ смешанного генеза, деменция легкой степени».
Согласно заключения судебно-психиатрической экспертизы, ФИО6 в настоящее время страдает хроническим психическим расстройством в форме другого уточненного непсихотического расстройства, обусловленного сосудистыми заболеваниями, с когнитивным снижением до легкой деменции (F06.8 по МКБ-10). В юридически значимый период с 27.06.222 по 27.10.2022 у ФИО6 имелись умеренные когнитивные нарушения в рамках другого уточненного непсихотического расстройства вследствие сосудистых заболеваний, об этом свидетельствуют данные анамнеза о том, что подэкспертная много лет страдает гипертонической болезнью, цереброваскулярной болезнью, перенесла три инсульта (в 2017, 2018, 2019 г.г.), после которых у нее отмечались умеренные когнитивные нарушения, отмеченные в медицинской документации. Диагноз подтверждают и данные настоящего обследования, выявившего замедление темпа мышления, снижение памяти, внимания, интеллекта с нарушением ориентировки, снижение критики к своему состоянию. Однако в материалах дела не имеется сведений о грубых психических нарушениях, дезориентировки в месте, времени и собственной личности, грубом интеллектульно-мнистическом снижении, нарушении сознания, наличии какой-либо патологической психо-продуктивной симптоматики, необходимости наблюдения и лечения у врача-психиатра в юридически значимые периоды у подэкспертной. Ее действия в отношении спорного имущества последовательны и не противоречат друг другу в течение указанного периода, с 27.06.2022 по 27.10.2022 и подтверждаются подэкспертной при настоящем психолого-психиатрическом освидетельствовании.
Экспертное заключение опровергает доводы искового заявления о том, что в момент совершения сделки дарения ФИО6 находилась в состоянии, когда не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Иных доказательств, которые бы подтверждали нарушение воли дарителя, представлено не было, в связи с чем суд не находит оснований для удовлетворения иска в данной части.
Требования о компенсации морального вреда вытекают из вышеприведенных требований о нарушении имущественных прав.
В соответствии со ст. 151 ГК РФ основанием для взыскания компенсации морального вреда является нарушение личных неимущественных прав либо принадлежащих гражданину нематериальных благ. Моральный вред вследствие нарушения имущественных прав может быть взыскан только в случаях, предусмотренных законом.
Обстоятельства, указанные истцом в обоснование требований о взыскании компенсации морального вреда, а именно нарушение ее наследственных прав, основанием для компенсации морального вреда не является.
В связи с отказом в удовлетворении исковых требований отсутствуют основания и для взыскания в пользу истца судебных расходов.
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 193-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 ФИО28 к ФИО4 ФИО28, ФИО1 ФИО28 о признании недействительным свидетельства о праве наследство от ДД.ММ.ГГГГ, выданного ФИО4 после смерти ФИО7; признании недействительным договора дарения 3/4 доли в праве собственности на жилой дом и 1/2 доли в праве собственности на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 ФИО28 и ФИО4 ФИО28, признании права собственности на жилой дом, 1/4 долю в праве собственности на земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>, 1/3 доли в праве собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, на денежные средства, находящиеся на счетах №/221199 в ПАО «Сбербанк России» с причитающимися процентами и компенсацией, взыскании компенсации морального вреда, взыскании расходов, связанных с рассмотрением дела, оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Хакасия в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Абаканский городской суд
Судья О.С. Рябова
Мотивированное решение изготовлено 12 декабря 2025 г.