Дело № 2-4538/2022 04 октября 2022 года
УИД: 78RS0014-01-2022-003149-84
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
Московский районный суд Санкт-Петербурга
в составе председательствующего судьи Виноградовой О.Е.,
при секретаре Волковой А.О.,
рассмотрев в открытом основном судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о взыскании задолженности по договору подряда,
УСТАНОВИЛ:
Истец ФИО1 обратился в Московский районный суд г. Санкт-Петербурга с иском к ответчику ФИО2 о взыскании задолженности по договору подряда № на выполнение работ по устройству сруба индивидуального жилого дома от 25.11.2018 в размере 1 850 000 руб., процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 16.02.2019 по дату вынесения судебного решения, а также по дату фактического исполнения обязательства по выплате суммы задолженности в размере 1 850 000 рублей.
В обоснование исковых требований истец указал, что 25.11.2018 между ООО «Велес-дом» как подрядчиком и ответчиком как заказчиком был заключен договор подряда № на выполнение работ по устройству сруба индивидуального жилого дома на земельном участке, принадлежащем ответчику по адресу: <адрес>. По условиям договора ответчик внес подрядчику первую часть оплаты по договору в размере 410 000 рублей при его заключении. В отношении второй части оплаты договор предполагал два альтернативных варианта исполнения обязанности по оплате – либо заказчик оплачивает подрядчику за проделанную работу 1 850 000 рублей, либо осуществляет государственную регистрацию перехода права собственности на земельный участок с кадастровым номером № на подрядчика. Однако оплата ответчиком как заказчиком по завершению 18.04.2019 работ подрядчиком по договору произведена не была, при этом заказчик уклонилась от подписания каких-либо актом приема-сдачи работ. В период с 18.04.2019 по 08.06.2020 истец как генеральный директор ООО «Велес-дом» вел с ответчиком переговоры о возможностях урегулирования спора об оплате по договору в досудебном порядке. 14.08.2019 подрядчик направил ответчику требование об оплате и акт выполненных работ, от получения которых ответчик уклонилась. 10.01.2020 подрядчик и истец заключили договор о переходе всех прав подрядчика по спорному договору к истцу. При этом 17.06.2020 земельный участок, на котором возводился сруб по спорному договору, был отчужден ответчиком в пользу ФИО5, а 09.08.2021 ответчиком был отчужден в польщу ФИО6 земельный участок, которым могла бы быть оплачена цена спорного договора. 29.10.2021 истец направил ответчику уведомление о состоявшейся уступке прав по договору и требование о погашении задолженности по договору. В связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательства по оплате оказанных работ, истец был вынужден обратиться в суд с требованием о взыскании задолженности по договору.
Представитель истца в судебное заседание явился, поддержал заявленные исковые требования.
Представитель ответчика в судебное заседание явилась, возражала против заявленных исковых требований.
Третье лицо ФИО3 в судебное заседание явился, возражал против заявленных исковых требований.
Стороны в судебное заседание не явились, о дате и времени судебного заседания извещались неоднократно надлежащим образом, сведений об уважительности причин неявки суду не сообщили, ходатайств об отложении слушания дела суду не заявили; в порядке ст. 48 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) направили в суд представителей.
На основании ст. 167 ГПК РФ суд считает возможным рассматривать дело в отсутствие не явившихся сторон, надлежащим образом извещенных о слушании дела.
Выслушав участников процесса, допросив свидетеля ФИО7, исследовав материалы дела, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу, что заявленные исковые требования подлежат частичному удовлетворению.
Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.
В соответствии с п. 1 ст. 310 ГК РФ односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами.
На основании п. 1 ст. 702 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.
К отдельным видам договора подряда относят бытовой подряд (п. 2 ст. 702 ГК РФ).
Согласно п. 1 ст. 730 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору бытового подряда подрядчик, осуществляющий соответствующую предпринимательскую деятельность, обязуется выполнить по заданию гражданина (заказчика) определенную работу, предназначенную удовлетворять бытовые или другие личные потребности заказчика, а заказчик обязуется принять и оплатить работу.
В соответствии с п. 3 ст. 715 Гражданского кодекса Российской Федерации если во время выполнения работы станет очевидным, что она не будет выполнена надлежащим образом, заказчик вправе назначить подрядчику разумный срок для устранения недостатков и при неисполнении подрядчиком в назначенный срок этого требования отказаться от договора подряда либо поручить исправление работ другому лицу за счет подрядчика, а также потребовать возмещения убытков.
В соответствии со ст. 735 Гражданского кодекса Российской Федерации цена работы в договоре бытового подряда определяется соглашением сторон и не может быть выше устанавливаемой или регулируемой соответствующими государственными органами. Работа оплачивается заказчиком после ее окончательной сдачи подрядчиком. С согласия заказчика работа может быть оплачена им при заключении договора полностью или путем выдачи аванса.
Согласно ст. 711 Гражданского кодекса Российской Федерации если договором подряда не предусмотрена предварительная оплата выполненной работы или отдельных ее этапов, заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок, либо с согласия заказчика досрочно. Подрядчик вправе требовать выплаты ему аванса либо задатка только в случаях и в размере, указанных в законе или договоре подряда.
Согласно п. 1 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена данным кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.
Из приведенных норм права следует, что вопрос об оплате работ по договору согласовывается сторонами при заключении договора.
Как следует из материалов дела, 25.11.2018 между ООО «Велес-дом» как исполнителем, генеральным директором которого является истец ФИО1, и ответчиком ФИО2 как заказчиком был заключен договор подряда № на выполнение работ по устройству сруба индивидуального жилого дома на земельном участке, принадлежащем ответчику по адресу: <адрес>.
Согласно п. 2.1 договора сумма договора определена в размере 2 260 000 руб.
В силу п. 2.3. договора исполнительно обязуется выполнить все работы по настоящему договору в течение 2-х месяцев с момента получения предварительной оплаты. Датой окончания работ по строительству дома является дата подписания акта сдачи-приемки работ по данному договору, договор может быть пролонгирован по взаимному соглашению сторон.
Согласно п. 3.2.1 договора в случае непринятия работ заказчиком (не подписания акта выполненных работ), он обязан в 7-дневный срок в письменном виде (по электронной почте исполнителя) предоставить исполнителю причины отказа от приемки работ с перечислением претензий. В противном случае работы считаются выполненными, принимаются в полном объеме и подлежат оплате.
По условиям договора ответчик внес подрядчику первую часть оплаты по договору в размере 410 000 рублей при его заключении (л.д. 29), что сторонами не оспаривалось.
В отношении второй части оплаты договор предполагал два альтернативных варианта исполнения обязанности по оплате – либо заказчик оплачивает подрядчику за проделанную работу 1 850 000 рублей, либо осуществляет государственную регистрацию перехода права собственности на земельный участок с кадастровым номером № на подрядчика (л.д. 28).
14.08.2019 подрядчик направил ответчику требование об оплате и акт выполненных работ, от получения которых ответчик уклонилась.
10.01.2020 подрядчик и истец заключили договор о переходе всех прав подрядчика по спорному договору к истцу.
17.06.2020 земельный участок, на котором возводился сруб по спорному договору, был отчужден ответчиком в пользу ФИО5, а 09.08.2021 ответчиком был отчужден в польщу ФИО6 земельный участок, которым могла бы быть оплачена цена спорного договора.
29.10.2021 истец направил ответчику уведомление о состоявшейся уступке прав по договору и требование о погашении задолженности по договору.
Согласно правовой позиции истца и пояснениям ФИО1, данным суду в ходе судебного разбирательства и являющимся в силу ст. 68 ГПК РФ самостоятельным видом доказательства, стороны договорились о постройке сруба жилого дома, при этом этап по возведению фундамента для данного сруба на основании отдельного договора прошел без каких-либо конфликтов между сторонами, ответчик оплатила данные работы ООО «Велес-дом», претензий к качеству работ не имела, в связи с чем заключила с истцом спорный договор подряда на строительство сруба жилого дома, внесла 410 000 рублей в счет аванса по договору (для приобретения лесоматериалов), при этом истец знал, что возможно оплата по договору будет не денежными средствами, а зачетом иного земельного участка, что его устраивало. Однако оплата ответчиком как заказчиком по завершению 18.04.2019 работ подрядчиком по договору произведена не была, при этом заказчик уклонилась от подписания каких-либо актом приема-сдачи работ, на земельном участке, где был возведен сруб она не появлялась, в садоводство их периодически, открывая ворота, запускал бывший супруг ответчика – ФИО3, а по почте направить односторонний акт сдачи-приемки работ ФИО1 не догадался, поскольку не обладает юридическими познаниями, является строителем, его фирма не является крупным бизнесом, фактически выполнением работ по договорам он занимается сам с привлечением субподрядчиков. В период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ истец как генеральный директор ООО «Велес-дом» вел с ответчиком переговоры о возможностях урегулирования спора об оплате по договору в досудебном порядке, поскольку у ответчика не было возможности оплатить цену договора ни денежными средствами, ни земельным участком. При этом истец помогал ответчику продать данный сруб с целью погашения долга по договору, даже помогал вешать баннер о продаже на сруб, впоследствии ответчик перестала выходить на связь, а позднее истец узнал, что сруб вывезен с участка, что технически возможно, поскольку он является сборно-разборным, сам участок продан другому лицу, равно как и продан ответчиком земельный участок, которым могла быть произведена оплата по договору.
Данные пояснения истца подтверждаются как показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО7, надлежащим образом предупрежденного о возможности наступления уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, который показал, что он как плотник по заданию истца собирал сборный сруб, и работы были окончены весной 2019 года, при этом ответчик на земельный участок не приезжала, ее муж ФИО3 открывал ворота в садоводство раза три, когда приезжали машины с лесоматериалами, чтобы он мог приступить к работе, так и нотариально оформленным протоколом осмотра письменных доказательств – переписки сторон в мессенджере (л.д. 30 – 58).
Так, ФИО2, со своего номера телефона направляла 06.06.2018 истцу в мессенджере с целью организации помощи ей истцом в продаже сруба сообщение следующего содержания: «Прекрасный сказочный терем в уютном элитном коттеджном поселке <данные изъяты>Дом отстоялся. Диаметр 28. Теплый дом для круглогодичного проживания с грамотной планировкой и вторым светом…. (л.д. 33). Также 16.06.2019 ответчик просит истца аккуратно вешать баннер о продаже на крышу дома, чтобы ее не повредить (л.д. 34). На листе дела 34 представлена переписка истца и ответчика о продаже данного сруба, ответчиком направлены истцу фотографии сруба с целью его продажи. 01.07.2019 ответчик интересовалась у истца, нет ли у него желающих приобрести готовый дом. 30.12.2019 ответчик писала истцу, что удивлена, поскольку нашла срубы по цене ниже, чем у истца – у истца 2 700 000 руб. (цена спорного договора + фундамент, который не является предметом спора), а ей предлагали за 1 500 000 руб. По 11 июня 2020 года ответчик выходила на связь в мессенджере с истцом, после чего перестала реагировать на его сообщения. До 11.06.2020 продолжалась переписка сторон о вариантах погашения ответчиком долга перед истцом за проделанные работы.
Между тем согласно первоначальной правовой позиции стороны ответчика, поскольку истцом не представлен акт приема-сдачи работ, то им не подтвержден факт строительства сруба жилого дома на земельном участке ответчика и исполнения условий договора, в связи с чем ответчик не имеет никаких задолженностей перед истцом.
Суд критически отнесся к данным пояснениям ответчика, исходя из следующего.
Пунктом 3 ст. 432 ГК РФ установлено, что сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (п. 3 ст. 1).
В п. 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ).
Например, если работы выполнены до согласования всех существенных условий договора подряда, но впоследствии сданы подрядчиком и приняты заказчиком, то к отношениям сторон подлежат применению правила о подряде и между ними возникают соответствующие обязательства.
Таким образом, если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем своими действиями по исполнению договора и его принятию фактически выполнили такое условие, то стороны не вправе ссылаться на его незаключенность.
Кроме того, незаключенность договора подряда не освобождает заказчика от оплаты фактически выполненных подрядчиком и принятых заказчиком работ, имеющих для последнего потребительскую ценность. В случае если результат выполненных работ находится у заказчика, у него отсутствуют какие-либо замечания по объему и качеству работ и их результат может им использоваться, незаключенность договора подряда не может являться основанием для освобождения заказчика от оплаты работ.
Между тем акты выполненных работ хотя и являются наиболее распространенными в гражданском обороте документами, фиксирующими выполнение подрядчиком работ, в то же время не являются единственным средством доказывания соответствующих обстоятельств. Законом не предусмотрено, что факт выполнения работ подрядчиком может доказываться только актами выполненных работ (ст. 60 ГПК РФ). Указанная правовая позиция Верховного Суда Российской Федерации изложена в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденном Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2020.
Судом с учетом вышеизложенной позиции суда вышестоящей инстанции и имеющейся в материалах дела переписки сторон был отклонен указанный довод ответчика, и представителю ФИО2 было предложено представить дополнительные письменные доказательства в обоснование ее правовой позиции по делу.
Кроме того третье лицо ФИО3 (бывший супруг ответчика) пояснил суду, что ему звонили и он открывал ворота строителям, видел, что сруб возводится на земельном участке, уже был изготовлен фундамент и было установлено в районе трех венцов сруба, потом он перестал приезжать на участок, не видел конечный результат работ, поскольку с января 2019 года они с ответчиком перестали жить вместе, также полагал, что внесенные им денежные средства по договору, заключенному им с ООО «Велес-дом», должны были пойти в счет оплаты договора ответчика на строительство сруба жилого дома.
В уточненной правовой позиции сторона ответчика ссылалась на то, что сруб жилого дома возводился на земельном участке ФИО2, однако не был до конца завершен, кроме того, изначально аналогичный договор был заключен с бывшим супругом ФИО2 – ФИО3, который уже вносил часть денежных средств по своему договору, а потом договор был перезаключен на ответчика, поэтому ответчик имела право не доплачивать цену договору, так как с учетом объема проделанных работ, внесенного ею аванса 410 000 рублей и денежных средств, внесенных ФИО3, она полностью погасила задолженность перед истцом.
С учетом данных пояснений представителя ответчика истец дал подробные письменные и устные пояснения суду и подтвердил, что сначала договор на изготовление фундамента, по которому у сторон нет спора, и спорный договор действительно были заключены с бывшим супругом ответчика ФИО3, однако впоследствии, учитывая, что ФИО3 не являлся собственником земельного участка, не взаимодействовал с ООО «Велес-дом» и истцом, только иногда предоставлял доступ на участок ответчика, данный договор был фактически просто переписан на ответчика, при этом у ответчика в распоряжении остались документы от имени ФИО3, ввиду чего и произошло задвоение сумм оплат по договору. Так расписка от 09.10.2018 на сумму 730 000 руб., полученных истцом от ответчика, просто подытоживает все расписки и общую сумму оплаты цены изготовления фундамента и аванс за изготовление бани в размере 60 000 рублей, однако впоследствии ответчик отказалась от постройки бани, и 60 000 рублей без расписки наличными денежными средствами были возвращены ФИО2
Суд считает возможным согласиться с позицией стороны истца, исходя из следующего.
27.09.2018 до заключения спорного договора между ООО «Велес-дом» и ФИО3 был заключен договор № на изготовление фундамента по цене 682 000 руб., и по данному договору по акту от ФИО3 ФИО1 были переданы денежные средства в размере 200 000 рублей. Кроме того аналогичный договор на аналогичный фундамент и на том же земельном участке был заключен с ФИО2, и по данному договору по акту от ФИО3 ФИО1 были переданы денежные средства также в размере 200 000 рублей.
Также в счет оплаты изготовления фундамента в материалах дела имеется расписка от 02.10.2018 на 630 000 рублей, полученных истцом от ФИО3, чек о переводе от 09.10.2018 ФИО2 истцу денежной суммы в размере 98 000 руб. Кроме того в деле имеется расписка от 09.10.2019 на сумму 730 000 рублей, полученных истцом от ответчика также за изготовление фундамента.
Сторона ответчика в ходе судебного разбирательства не оспаривала, что между сторонами в части изготовления фундамента по иному договору спора нет.
Изготовление фундамента, его качество не является предметом настоящего спора, равно как и невозвращение денежных средств в размере 60000 руб. за баню, от постройки которой ответчик отказалась. При этом ответчик не представила суду письменных доказательств того, что она или ее бывший супруг просили общество как исполнителя или истца вернуть сумму переплаты по договору № от 27.09.2018 на изготовление фундамента на общую сумму 1 236 000 рублей (200 000 руб. + 200 000 руб. + 630 000 руб. + 98 000 руб. + 730 000 руб. + 60 000 руб. – 682 000 руб. (цена изготовления фундамента)), либо просили зачесть данную сумму переплаты в счет оплаты по спорному договору от 25.11.2018 № с ответчиком; встречные требования, самостоятельные требования ни ответчиком, ни третьим лицом в рамках настоящего дела не предъявлялись, несмотря на разъяснение таких прав сторонам.
Напротив, из переписки сторон в мессенджере явно следует, что ответчик признает наличие перед истцом задолженности и пытается продать сруб жилого дома с целью ее погашения. Доказательств того, что между сторонами имеется еще какой-либо спор по оплате какого-либо договора, который и явился был предметом переписки в мессенджере, стороной ответчика в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено.
При этом суд посчитал возможным в настоящем случае отклонить ходатайство ответчика, заявленное в последнем судебном заседании о назначении по делу судебной экспертизы с целью определения объема проделанной ООО «Велес-дом» по спорному договору работы, поскольку в настоящее время сруб жилого дома в неизвестном направлении вывезен с бывшего земельного участка ответчика, что ответчиком не оспорено, учитывая первоначально данные пояснения ответчика, что сруб ООО «Велес-дом» вообще не возводил, акты об этом не подписывались, земельный участок отчужден иному лицу, а потому в отсутствие каких-либо фото- и видеоматериалов у сторон не представится возможным провести такое исследование, в связи с чем применение в настоящем случае специальных познаний представляется суду нецелесообразным ввиду отсутствия объекта исследования.
Из общих начал гражданского законодательства и является частным случаем проявления принципа добросовестности, установленного пунктами 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения, вытекает правило, согласно которому сторона, подтвердившая каким-либо образом действие договора, не вправе ссылаться на незаключенность этого договора («эстоппель»).
В настоящий момент, а именно с 01 июня 2015 года, данное правило нашло свое закрепление в пункте 3 статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, в соответствие с которой сторона, принявшая от контрагента полное или частичное исполнение по договору или иным образом подтвердившая действие договора, лишается права требовать признания этого договора незаключенным.
К данному спору, по мнению суда, применимо правило эстоппель, означающее лишение стороны права ссылаться на какие-либо факты, оспаривать или отрицать их ввиду ранее ею же сделанного заявления или совершенных действий об обратном в ущерб противоположной стороне в процессе судебного разбирательства.
При таких данных, отмечая содержание удостоверенной нотариусом между сторонами переписки в мессенджере, принимая во внимание, что за период с 2019 по дату предъявления настоящего иска в суд ответчик не направляла в адрес ООО «Велес-дом» или истца как генерального директора общества претензии, требования о нарушении обязательств по спорному договору в части сроков, качества, переплаты по договору и т.п., равно как и не предъявляла в настоящем деле встречных исковых требований, основанных на нормах о защите прав потребителей, напротив, указывала в переписке, что дом готов, отстоялся, готов к продаже, дом теплый и с продуманной планировкой, учитывая, что ответчиком истцу от общей цены спорного договора оплачено только 410 000 рублей аванса (390 000 рублей за сруб и 20 000 руб. за проект), суд приходит к выводу об обоснованности и правомерности требований истца и их удовлетворении на сумму 1 850 000 руб.
В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований.
Не использование стороной диспозитивного права на представление доказательств, влечет соответствующие процессуальные последствия, в том числе и постановление решения только на основании тех доказательств, которые представлены в материалы дела другой стороной.
Допустимых и достоверных доказательств в опровержение заявленных требований от ответчика не поступило, вместе с тем, при должной осмотрительности и заинтересованности ответчик не была лишена возможности представить по делу доказательства в опровержение заявленных исковых требований.
В силу п. 1 ст. 395 ГК РФ в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.
В настоящем случае, отмечая, что ответчик не представила суду доказательства частичной или полной оплаты цены договора, суд считает возможным взыскать проценты за пользование чужими денежными средствами по ст. 395 ГК РФ на сумму 1 850 000 рублей с 18.04.2019 (дата изготовления дома согласно правовой позиции истца), а не с 16.02.2019, как просит истец в иске, учитывая, показания свидетеля ФИО7 о том, что сруб был готов весной 2019 года, а также сообщение ответчика от 06.06.2019 в мессенджере о том, что дом отстоялся, то есть в готовом виде простоял некоторое время до полной усадки, подсыхания и т.п. Иной даты готовности дома суду не представлено ни стороной истца, ни стороной ответчика, а материалы дела не содержат.
Таким образом, за период с 18.04.2019 по 04.10.2022 сумма таких процентов составит 595 038,47 рублей, при этом по общему правилу данные проценты не подлежат снижению на основании ст. 333 ГК РФ.
А кроме того правомерно и подлежит удовлетворению требование истца о взыскании таких процентов, начиная со следующего дня вынесения решения и по дату фактического исполнения нарушенного обязательства на сумму 1 850 000 рублей.
В силу ст. 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 18 933 рубля (л.д. 8).
Также на основании ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина в размере 1 492,19 рубля, не доплаченная истцом при заявленной цене иска ((1 850 000 руб. + 595 038,47 руб. – 1 000 000 руб.) х 0,5% + 13 200 руб. – 18 933 руб.).
На основании изложенного, руководствуясь статьями 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд
РЕШИЛ:
Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью ФИО1 – удовлетворить частично.
Взыскать со ФИО2 в пользу ФИО1 задолженность по договору подряда № на выполнение работ по устройству сруба индивидуального жилого дома от 25 ноября 2018 года в размере 1 850 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 18 апреля 2019 года по 04 октября 2022 года в размере 595 038 рублей 47 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами за период, начиная с 05 октября 2022 года по день фактического исполнения должником обязательства по возврату суммы основного долга в полном объеме, по правилам статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации из расчета ключевой ставки Банка России, исходя из суммы основного долга в размере 1 850 000 рублей, расходы на оплату государственной пошлины в размере 18 933 рубля.
В удовлетворении остальной части требований ФИО1 – отказать.
Взыскать со ФИО2 в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 1 492 рубля 19 копеек.
Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца с даты изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Московский районный суд <адрес>.
Судья: О.Е. Виноградова
Мотивированное решение суда изготовлено 27 ноября 2022 года.