Решение по делу № 2-608/2025 от 19.05.2025 - о взыскании убытков.

Дело № 2-608/2025

УИД 75RS0025-01-2025-000507-81

Категория 2.219

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 мая 2025 года г. Чита

Читинский районный суд Забайкальского края в составе судьи Мигуновой С.Б., при секретаре Поповой И.П., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью «Становик» к ФИО1 о взыскании убытков,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Становик» обратилось в Арбитражный суд Забайкальского края с иском к учредителю указанного общества ФИО1, ссылаясь на то, что 2 августа 2021 года между обществом и ответчиком заключен договор о полной материальной ответственности, по условиям которого стороны установили порядок передачи ответчику бланков строгой отчетности (путевок и разрешений на добычу охотничьих ресурсов) и обязанность реализации таких документов населению. Выгодоприобретателем при реализации путевок и разрешений населению является общество, поскольку его деятельностью является охота, отлов и отстрел диких животных, включая предоставление услуг в этих областях. 5 марта 2021 года на общем собрании участников общества утверждена стоимость путевок на право производство охоты в охотугодьях ООО «Становк» по видам животных и птиц с указанием стоимости путевок. В тот же день приказом директора общества утверждена стоимость путевок (разрешений) на право охоты, составлен прейскурант. Внутри общества сложился способ реализации путевок и разрешений через участников общества, которые после их реализации врученные денежные средства передавали в общество, а нереализованные - возвращали. В период со 2 августа 2021 года по 9 августа 2023 года ФИО1 выдавались бланки разрешений и путевок для их реализации, однако ответчик возвратил не все денежные средства от реализованных путевок и разрешений. По данным истца ответчик удерживает вырученные от реализации путевок и разрешений денежные средства в размере 57 000 рублей, требования общества представить отчет и вернуть деньги не исполняет. Ссылаясь на положения статей 15, 53 и 53.1 Гражданского кодекса РФ, полагая, что ответчик причинил убытки обществу, в иске ООО «Становик» просил взыскать с ФИО1 такие убытки в указанном размере, а также проценты по статье 395 Гражданского кодекса РФ в сумме 2 516,72 рублей с их взысканием по день фактического исполнения основного обязательства, а также взыскать судебные расходы в виде оплаченной при подаче иска государственной пошлины.

На стадии подготовки дела к рассмотрению определением судьи Арбитражного суда Забайкальского края к участию в деле в качестве третьего лица привлечено УФНС России по Забайкальскому краю.

Определением Арбитражного суда Забайкальского края от 4 февраля 2025 года дело передано в Забайкальский краевой суд для направления его в суд общей юрисдикции, к подсудности которого оно отнесено законом.

Письмом судьи Забайкальского краевого суда от 4 марта 2025 года дело направлено для рассмотрения в Читинский районный суд Забайкальского края.

В суде интересы истца ООО «Становик» представлял ФИО2, который исковые требования уточнил, уменьшив заявленную ко взысканию сумму убытков до 43 000 рублей, рассчитав размер процентов по статье 395 Гражданского кодекса РФ на 16 мая 2025 года в сумме 9 584,36 рублей. В своих пояснениях в обоснование заявленных требований указывал, что для осуществления охоты в закрепленных за обществом охотугодьях охотник обязан иметь при себе путевку в соответствующие охотугодья и разрешение на добычу охотничьих ресурсов. В связи с этим ООО «Становик» реализует охотникам путевки одновременно с передачей разрешения на добычу. Путевки реализуются в коммерческих целях и подтверждают заключение договора об оказании услуг в сфере охотничьего хозяйства в закрепленных охотничьих угодьях. В свою очередь общество передало функцию по реализации путевок и разрешений ФИО1 в пределах предоставленных ему под отчет бланков, следовательно, врученные от реализации деньги подлежат возврату в общество. В обществе сложилась ситуация, когда участники осуществляют деятельность в интересах общества безвозмездно, в качестве вклада в хозяйственную деятельность, что, по мнению представителя истца, не противоречит Закону об обществах с ограниченной ответственностью, статья 8 которого допускает возможность заключения договора об осуществлении участниками общества действий, связанных с управлением обществом. Полагал, что заключенный с ответчиком договор о полной материальной ответственности является безвозмездным гражданско-правовым договором, что не означает безвозмездного предоставления путевок участникам, поскольку иначе это приведет к убыткам и потери смысла ведения обществом коммерческой деятельности. Обращал внимание на то, что при расчете убытков истец исходит из того, что ценность для общества имеет реализация путевки, стоимость которой определяется тем, на какой вид охотресурса охотник желает охотиться. Поэтому предоставление разрешений учетчика бесплатно значения для дела не имеет, а расчет произведен именно на основании реализованных путевок (услуг), за которые охотник обязан уплатить деньги в ООО «Становик» как охотпользователю. В данном случае расчет убытков произведен как разница между суммой реализованных путевок и суммой поступлений от их реализации в общество.

Ответчик ФИО1 в суде против удовлетворения иска возражал, пояснял, что вместе со своим братом ФИО3 действительно реализовывал населению полученные в обществе путевки и разрешения на добычу охотничьих ресурсов, при этом с путевкой, полученной им, могло быть реализовано разрешение, полученное братом, и наоборот. Деньги, поступающие от охотников в качестве платы, принимал ФИО3, который, имея смартфон, перечислял деньги как за себя, так и за него в общество в полном размере. Отчетность по реализованным путевкам и разрешениям также составлял за них обоих ФИО3 В своих возражениях, в том числе письменных, ответчик указывал на то, что представленный в обоснование иска договор о полной материальной ответственности не является таковым по смыслу трудового законодательства, не имеет юридической силы, так как не может распространяться на правоотношения между обществом и его участником. Бланки разрешений на добычу охотничьих ресурсов учредители общества получают в счет своих долей в уставном капитале. В этом порядке согласно акту № 3 от 1 августа 2023 года он получил от общества только разрешения на добычу кабана в количестве 28 штук, реализовав за плату с 1 августа 2023 года 22 путевки на сумму 110 000 рублей. При этом 118 000 рублей 14 августа и 18 августа 2023 года тремя платежами были перечислены в общество по его просьбе его братом и учредителем общества ФИО3, что исключает наличие задолженности. Обращал внимание на то, что денежные средства от реализованных разрешений возвращаются в общество по сложившемуся между участниками общества обычаю, прямой обязанности делать это не установлено. Полагал, что сам расчет заявленных требований является арифметически не верным, не логичным и запутанным, указывал на то, что расчет и пояснения к нему составлены неуполномоченным лицом. Полагал, что стороной истца не представлено доказательств причинения реального ущерба, наступления негативных последствий, недобросовестности с его стороны, поскольку, получая разрешения у общества и реализовывая их гражданам, он внес вырученные деньги на счет общества, а нереализованные разрешения вернул. Дополнительно указывал на то, что документы по акту № 4 от 9 августа 2023 года не получал. Получал их и расписывался за получение разрешений ФИО3, которых их реализовывал и перечислял деньги на счет общества. Указывал, что путевка, которую использует общество, не является бланком строгой отчетности, сдавать своей экземпляр путевки охотник не должен, сама путевка бесплатная и привязка конкретной путевки к конкретному разрешению законом не предусмотрена. Платными являются услуги охотпользователя, при этом при взимании платы, начиная с 2019 года, обязательно применение контрольно-кассовой техники, которой в обществе до 2024 года не имелось. Сама передача бланков строгой отчетности может осуществлять только работникам, включенным в соответствующий перечень, и в присутствии комиссии. Этот порядок обществом не соблюден. Ему комиссионно бланки строгой отчетности не передавали. Полагал, что попытка истца ссылаться на такие доказательства является фальсификацией, в связи с чем просил в иске отказать, а материалы о фальсификации направить в следственные органы.

Представитель истца ФИО4 также полагал исковые требования не подлежащими удовлетворению ввиду недоказанности самого факта и размера убытков. В своих возражениях ссылался на нелегитимность договора о полной материальной ответственности и составленных на его основании актов о приемке – передаче документов. Акцентировал внимание на то, что акт № 4 по 9 августа 2023 года подписан ФИО3, не содержит ссылки на то, что последний действовал по доверенности от ответчика, ФИО3 не имел соответствующих полномочий, а ответчик не одобрял такой сделки. Указывал на то, что расчеты заявленных требований не имеют отношения к ответчику, поскольку большинство разрешений, указанных в расчете за 2023 год, выдавались ФИО3 Обращал внимание на несоответствие между собой цифр, указанных в итоговых подсчетах, а также на то, что иски обществом поданы в суд как к ФИО1, так и к ФИО3, при этом в обоих расчетах номера выданных разрешений перепутаны, а именно, разрешения, выданные ФИО3, указаны в расчетах для ФИО1 и наоборот. Ссылался на то, что ответчиком в общество по данным самого общества в 2023 году было сдано за реализованные услуги 166 000 рублей, что превышает сумму несуществующего долга и сумму поступлений от реализации выданных ответчику разрешений. Полагал, что это указывает на фальсификацию расчетов, на злоупотреблением правом со стороны директора общества, который своим обращением в суд мстит ответчику.

Привлеченный судом к участию в деле в качестве третьего лица ФИО3 в суде также полагал заявленные к ФИО1 требования необоснованными. В своих возражениях приводил доводы аналогичные доводам ответчика, подтвердив, что в августе 2023 года им по просьбе ФИО1 и за него были перечислены в ООО «Становик» денежные средства в общей сумме 118 000 рублей, при том, что ФИО1 за плату в 2023 году было реализовано 23 разрешения (путевки) по 5 000 рублей каждая.

Заслушав лиц, участвующих в деле, рассмотрев дело в отсутствие представителя третьего лица УФНС России по Забайкальскому краю, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено, что истец ООО «Становик» является юридическим лицом, основным видом деятельности которого является охота, отлов и отстрел диких животных, включая предоставление услуг в этих областях. Ответчик ФИО1, также как и третье лицо ФИО3 наряду с еще двумя лицами являются учредителями и участниками общества, каждому из которых принадлежит 25 % от уставного капитала. В договоре об учреждении общества от 1 сентября 2015 года учредители определили, что выполнение услуг производится обществом на коммерческой основе.

Между Госохотслужбой и ООО «Становик» 24 декабря 2015 года заключено охотхозяйственное соглашение, в рамках которого Госохотслужба предоставила обществу как охотпользователю право на добычу охотничьих ресурсов в границах определенного соглашением охотничьего угодья, а охотпользователь обязался обеспечить проведение мероприятий по сохранению и рациональному использованию охотничьих ресурсов и среды их обитания. Среди прав охотпользователя соглашением определено право выдавать охотникам разрешения на добычу охотничьих ресурсов в закрепленных угодьях в пределах установленных квот, нормативов и норм, а также путевки как документ, подтверждающий заключение договора об оказании услуг в сфере охотничьего хозяйства. Эти права охотпользователя согласуются с требованиями Федерального закона № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» и Правилами охоты, утвержденными приказом Минприроды России от 24 июля 2020 года № 477, согласно которым охоты в закрепленных охотничьих угодьях допускается при наличии у охотника путевки и разрешения на добычу охотничьих ресурсов.

В рамках охотхозяйственного соглашения по требованиям-накладным Министерством природных ресурсов Забайкальского края ООО «Становик» выданы разрешения на добычу различных охотничьих ресурсов с указанием серии и номеров таких разрешений. Это обусловлено тем, что бланки разрешений на добычу охотничьих ресурсов являются документами строгой отчетности, имеют учетные серию и номер (часть 3 статьи 29 Федерального закона № 209-ФЗ «Об охоте и о сохранении охотничьих ресурсов и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации»).

За предоставление разрешения на добычу объектов животного мира налоговым законодательством (пункт 96 статьи 333.33 Налогового кодекса РФ) предусмотрена уплата охотником государственной пошлины. При этом, поскольку результаты коммерческой деятельности охотопользователь продает охотникам на основании договора, подтверждением заключения которого является путевка, таким образом оплата путевки не является платой государству за пользование государственной собственностью (охотничьими животными), а по своей сути является платой за услуги, которые оказывает охотникам охотпользователь на закрепленных за ним охотничьих угодьях. Размер такой платы охотпользователь определяет самостоятельно, и законом не запрещено определять плату в зависимости от конкретного вида охотничьего ресурса, на который желает охотиться лицо. В таком случае размер платы за конкретную реализованную путевку (плату за услугу) зависит от того, на какой вид животного (птицы) охотнику вместе с путевкой выдано разрешение на охоту.

Согласно имеющемуся в деле протоколу собрания учредителей ООО «Становик» от 5 марта 2021 года была утверждена стоимость путевок на право охоты в охотугодьях общества по видам животных и птиц. На основании такого решения в тот же день 5 марта 2021 года директором ООО «Становик» утвержден прейскурант стоимости путевок (разрешений) по использованию объектов животного мира в целях любительской и спортивной охоты.

Как указывает истец и в суде никем не оспаривалось, реализация участниками общества разрешений на охоту и путевок по сложившейся практике осуществлялась самими участниками, каждый из которых получал соответствующее количество разрешений и путевок. При этом документально этот порядок был оформлен заключением с участниками общества договора, поименованного как договор о полной индивидуальной материальной ответственности. Такой договор был заключен и с ответчиком ФИО1 2 августа 2021 года. Из буквального содержания этого договора следует, что учредитель общества ФИО1 принимает на себя полную материальную ответственность за вверенные ему обществом бланки строгой отчетности (разрешение, путевки) по акту приема-передачи. При этом учредитель обязуется обеспечить хранение переданных бланков в сейфе, вести учет и выдачу бланков в соответствии с законодательством, осуществлять прием денежных средств от населения согласно путевкам. Общество со своей стороны обязуется создавать условия, необходимые для нормальной работы и обеспечения полной сохранности вверенного имущества, знакомить с законодательством о материальной ответственности за ущерб, причиненный обществу, иными актами о порядке хранения, приема денежных средств. В разделе договора, посвященном ответственности сторон, указано, что определение размера ущерба, причиненного учредителем обществу, а также ущерба, возникшего у общества в результате возмещения им ущерба иным лицам, порядок их возмещения производятся в соответствии с действующим законодательством.

Давая оценку данному договору, суд соглашается с доводами стороны ответчика о том, что он не может быть признан договором о полной индивидуальной материальной ответственности в том смысле, который придается ему в статье 244 Трудового кодекса РФ, поскольку такие договоры могут заключаться только между работодателем и работниками, непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество. В данном случае ответчик и истец в трудовых отношениях не состоят.

В то же время суд приходит к выводу о том, что это обстоятельство не исключает возможности расценивать данный договор как гражданско-правовой, которым в силу статьи 420 Гражданского кодекса РФ признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей и к которому применяются общие положения об обязательствах. Этот вывод основан на положениях статьи 421 Гражданского кодекса РФ. Согласно пункту 2 данной статьи стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. К договору, не предусмотренному законом или иными правовыми актами, при отсутствии признаков, указанных в пункте 3 настоящей статьи, правила об отдельных видах договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами, не применяются, что не исключает возможности применения правил об аналогии закона (пункт 1 статьи 6) к отдельным отношениям сторон по договору. В силу пункта 3 той же статьи стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. В силу пункта 4 статьи 421 Гражданского кодекса РФ условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Квалифицировать данный договор как предусмотренный в части 3 статьи 8 Федерального закона от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» договор об осуществлении прав участников общества, как на это указывал истец, суд не может, поскольку такой договор по смыслу указанной нормы закона заключается между участниками общества. В таком случае суд приходит к выводу о том, что к договору могут быть применены положения главы 49 Гражданского кодекса РФ о договоре поручения, по которому согласно статье 971 Гражданского кодекса РФ одна сторона (поверенный) обязуется совершить от имени и за счет другой стороны (доверителя) определенные юридические действия. Права и обязанности по сделке, совершенной поверенным, возникают непосредственно у доверителя. Согласно статье 974 Гражданского кодекса РФ, определяющей права поверенного, он обязан, в том числе лично исполнять данное ему поручение, за исключением случаев, указанных в статье 976 настоящего Кодекса; сообщать доверителю по его требованию все сведения о ходе исполнения поручения; передавать доверителю без промедления все полученное по сделкам, совершенным во исполнение поручения; по исполнении поручения или при прекращении договора поручения до его исполнения без промедления возвратить доверителю доверенность, срок действия которой не истек, и представить отчет с приложением оправдательных документов, если это требуется по условиям договора или характеру поручения.

Трактуя условия заключенного сторонами договора, истец указывает на то, что из возникших на его основании у ответчика обязанностей по учету и выдаче переданных ему бланков разрешений и путевок и по приему денежных средств от населения согласно путевкам вытекает обязанность передать в общество вырученные от реализации денежные средства, а не реализованные бланки вернуть как неиспользованные. Несмотря на то, что ответчик не признавал наличие у себя этой обязанности, суд соглашается с доводами истца в данной части, исходя из того, что в обратном случае, а именно при отсутствии у лица, получившего для реализации переданные ему документы, обязанность вернуть в общество вырученные от такой реализации денежные средства, такой подход прямо противоречит смыслу деятельности истца как коммерческой организации, имеющей своей целью извлечение прибыли при том, что деятельность по оказанию услуг в области охоты является для него основной. В этой связи суд также учитывает, что реализация охотникам путевок на право охоты в угодьях истца как охотпользователя осуществляется от имени ООО «Становик», а не от имени его участников, которым прямо такое право не предоставлено. Следовательно, и правом на получение дохода, возникающего от реализации путевок (услуг) обладает именно истец как охотпользователь, в то время как участники общества имеют право на получение дивидендов от чистой прибыли общества. В противном случае, ввиду отсутствия на стороне ответчика законных оснований для удержания вырученных от реализации путевок денежных средств, это повлечет возникновение неосновательного обогащения.

Неполученные от реализации соответствующих услуг истцом как охотпользователем денежные средства возможно квалифицировать как убытки в том смысле, в котором им дано определение в статье 15 Гражданского кодекса РФ. Согласно данной норме закона лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По общему правилу, определенному в статьях 309 – 310 Гражданского кодекса РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона. Односторонний отказ от исполнения обязательства не допускается.

Пункт 1 статьи 393 Гражданского кодекса РФ определяет обязанность должника возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, заявившее требование об этом, должно доказать факт причинения убытков, противоправность действий их причинителя (неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства), причинную связь между противоправными действиями и возникшими убытками, а также размер причиненных убытков.

Как указано в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», по смыслу статей 15 и 393 Гражданского кодекса РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского кодекса РФ).

В данном деле суд находит, что со стороны истца доказано причинение ему убытков результате действий ответчика, нарушившим свои обязанности передать истцу денежные средства, вырученные от реализации оказываемых истцом услуг, оформленных выданными путевками на право охоты в охотугодьях истца. При этом суд соглашается с тем, что размер таких убытков должен определяться по количеству переданных ответчику для реализации путевок как документов, подтверждающих факт представления услуги, и исходя из той стоимости путевки (услуги), которая была определена самим участниками общества решением их собрания, с учетом вида животного (птицы), указанного в переданном охотнику вместе с путевкой разрешении.

В обоснование заявленных требований истцом представлены копии актов приемки документов строгой отчетности по договору о полной индивидуальной материальной ответственности: акт без даты, составленный согласно пояснениям представителя истца при заключении договора, то есть 2 августа 2021 года; акт от 09 сентября 2021 года № 1; акт от 4 августа 2022 года № 2; акт от 1 августа 2023 года № 3; акт от 9 августа 2023 года № 4. Все эти акты содержат сведения о передаче ФИО1 разрешений на добычу различных видов животных и птиц с указанием серии и номеров разрешений. Сведения о передаче ответчику путевок с данными о серии и номерах бланков таких путевок содержатся в акте от 09 сентября 2021 года № 1 (24 путевки с номерами 000550-000573), в акте от 4 августа 2022 года № 2 (100 путевок с номерами 000101-000200) и акте № 1 без номера (20 путевок с номерами 000450-000469). В судебном заседании ответчик ФИО1 указывал, что в акте от 9 августа 2023 года № 4 он за получение разрешений не расписывался, а данные документы получил ФИО3, что последний в суде также подтвердил. В отношении принадлежности ему подписи во всех остальных актах ответчик, отвечая на вопрос представителя истца, подтвердил, что в них стоит его подпись.

Как следует из дела, производя расчет убытков, истец опирался на представленные в качестве отчетов ведомости учета бланков разрешений, сами сданные бланки путевок и разрешений, определив тем самым, какие именно путевки были выданы охотникам получившим их у общества ФИО1, определена стоимость таких путевок (услуг), исходя из разрешений, переданных охотникам весте с путевкой (услугой), учтено, сколько из них реализовано, сколько возвращено как неиспользованные, из реализованных сколько денежных средств от реализации внесено на счет общества. Как разница между стоимостью реализованных путевок на сумму 108 000 рублей и поступившими на счет денежными средствами на сумму 65 000 рублей определены убытки (недостача) на сумму 43 000 рублей.

Проверяя расчет истца, суд считает возможным с ним согласиться, с учетом того, что все указанные в нем номера путевок согласуются с данными актов об их передаче обществом ответчику. При этом доводы ответчика о том, что в расчете необоснованно учтены разрешения, выданные не ему, суд находит не влияющими на существо спора, поскольку, как указано выше, материальную ценность для истца как охотпользователя дает именно путевка, предусматривающая взимание платы за услуги, оказываемые истцом. Такую путевку получал под отчет именно ответчик. Следовательно, он же был обязан передать в общество вырученные от ее реализации денежные средства. В этой связи также не имеют правового значения доводы ответчика о том, что он не получал разрешений, которые значатся переданными ему по акту от 9 августа 2023 года № 4.

При уточнении исковых требований истец дополнительно учел, что 8 августа 2024 года наличными денежными средствами в кассу от ФИО3 за ФИО1 были внесены денежные средства в общей сумме 14 000 рублей (два платежа по 7 000 рублей). По путевкам с №№ 000123 и 000124, переданным под отчет ФИО1, с которыми были реализованы разрешения, указанные в назначении платежа в приходных кассовых ордерах, отчет был представлен после подачи иска, в связи с чем изначально в расчет не вошел.

Возражая против размера заявленной ко взысканию суммы ответчик, также как и третье лицо единообразно указывали на то, что ФИО3 за ФИО1 на счет общества были перечислены денежные средства в счет реализованных ответчиком путевок, в подтверждение чего представлены чеки о переводах денежных средств от 14 августа 2023 года на сумму 76 500 рублей, от 18 августа 2023 года на сумму 20 000 рублей и от 18 августа 2023 года на сумму 21 500 рублей. Поступление этих денежных средств на счет истца представитель истца подтвердил, со своей стороны также представил платежные поручения на эти суммы, вместе с тем не усматривал оснований принимать их в счет путевок, реализованных ФИО1, указывая на то, что эти платежи поступили не от ответчика, а от ФИО3 и вошли в расчет за реализацию путевок последним. Эти доводы суд находит состоятельными, поскольку назначение этих платежей о внесении их за ответчика и за реализованные им путевки не свидетельствует. Соглашений об изменении назначения платежа не заключено. Согласно расчету, составленному в обоснование исковых требований, заявленных обществом к ФИО3, данные платежи учтены при определении размера таких требований.

При таких обстоятельствах оснований полагать, что требования истца подтверждены исключительно сфальсифицированными доказательствами, как об этом указывал ответчик, суд не находит. Более того, фальсификация доказательства в гражданском процессуальном законодательства рассматривается как подлог. Подлог представляет собой внесение в документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание. Подлог совершается из корыстной или иной личной заинтересованности. Он может быть выражен в подделке всего доказательства или его части, внесении в него изменений или исправлений и может касаться не только письменных, но и иных доказательств, в частности вещественных, аудио- и видеозаписей, заключений. В данном случае обстоятельств, указывающих на подложность представленных истцом в обоснование своих требований доказательств, не установлено.

Расчет заявленных ко взысканию сумм доказательством не является. Доводы ответчика о том, что расчет не подписан директором общества, подготовлен вместе с пояснительной запиской лицом, не имеющим на то полномочий и квалификации, не лишают суд возможности проверить правильность такого расчета, а ответчика – возможности представить свой контррасчет. Иные доводы ответчика, в том числе об отсутствии у директора ООО «Становик» соответствующих полномочий ввиду незаключенности с ним трудового договора, утверждении финансовых результатов деятельности общества и не возможности в связи с этим взыскивать задолженность, действиях директора общества, инициировавшего данный иск из чувства мести, являются субъективным мнением ответчика и не основаны на законе.

Поскольку ответчиком в обоснование своих возражений относительно размера причиненных кредитору убытков иных платежных документов, которые бы свидетельствовали о передаче им истцу денежных средств за реализованные путевки в большем размере, нежели чем учтено самим истцом, не представлено, суд приходит к выводу об обоснованности заявленных требований и взыскании убытков в размере 43 000 рублей с ответчика в пользу истца.

Кроме требований о взыскании убытков истцом также заявлены требования о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, в том числе до фактического погашения задолженности. Эти требования основаны на нормах статьи 395 Гражданского кодекса РФ, согласно которой в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором. Проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 48 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 марта 2016 года № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», сумма процентов, подлежащих взысканию по правилам статьи 395 ГК РФ, определяется на день вынесения решения судом исходя из периодов, имевших место до указанного дня. Проценты за пользование чужими денежными средствами по требованию истца взимаются по день уплаты этих средств кредитору. Одновременно с установлением суммы процентов, подлежащих взысканию, суд при наличии требования истца в резолютивной части решения указывает на взыскание процентов до момента фактического исполнения обязательства (пункт 3 статьи 395 ГК РФ). При этом день фактического исполнения обязательства, в частности уплаты задолженности кредитору, включается в период расчета процентов. Расчет процентов, начисляемых после вынесения решения, осуществляется в процессе его исполнения судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). Размер процентов, начисленных за периоды просрочки, имевшие место с 1 июня 2015 года по 31 июля 2016 года включительно, определяется по средним ставкам банковского процента по вкладам физических лиц, а за периоды, имевшие место после 31 июля 2016 года, - исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды после вынесения решения. В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 202 ГПК РФ, статья 179 АПК РФ).

Поскольку согласно материалам дела ответчику 9 апреля 2024 года было вручено требование о возврате удерживаемых денежных средств, с 17 апреля 2024 года (на восьмой день, исходя из положений пункта 2 статьи 314 Гражданского кодекса РФ) истец рассчитал размер процентов по правилам статьи 395 Гражданского кодекса РФ, который составил на 16 мая 2025 года 9 584,36 рублей. Как видно из расчета, он обоснованно учитывал уменьшение суммы основного долга с 57 000 рублей до 43 000 рублей с учетом его частичной оплаты 8 августа 2024 года на сумму 14 000 рублей. Поскольку истцом заявлены требования о взыскании процентов на будущее, суд, руководствуясь приведенными выше разъяснениями Пленума Верховного Суда РФ, полагает необходимым определить размер процентов на день вынесения решения, то есть еще дополнительно за три дня просрочки. Таким образом, размер процентов за пользование чужими денежными средствами на 19 мая 2025 года составит 9 658,58 рублей. С 20 мая 2025 года начисление процентов следует продолжить в том же порядке до дня погашения основного долга.

Поскольку заявленные истцом требования судом удовлетворены, по правилам статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца следует взыскать 2 381 рубль расходов по оплате государственной пошлины.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 <данные изъяты> в пользу ООО «Становик» (ИНН <***>) в счет возмещения убытков 43 000 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами за период по 19 мая 2025 года в размере 9 658,58 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 2 381 рубль. Начиная с 20 мая 2025 года по день фактического исполнения основного обязательства на сумму 43 000 рублей взыскивать с ФИО1 в пользу ООО «Становик» проценты за пользование чужими денежными средствами, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение месяца со дня его вынесения в окончательной форме в Забайкальский краевой суд путем подачи жалобы через Читинский районный суд Забайкальского края.

Судья С.Б.Мигунова

Мотивированное решение изготовлено 22 мая 2025 года.