РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

с. Большое Болдино 10 ноября 2022 года

Большеболдинский районный суд Нижегородской области в составе председательствующего судьи Белова А.М., с участием истца, ответчика по встречному иску ФИО1, представителя ответчика, истца по встречному иску ФИО2 - ФИО4, при секретаре Туршатовой Т.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, по встречному иску ФИО2 к ФИО1, ФИО5, ФИО6 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, разделе совместно нажитого имущества,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, ФИО5, ФИО6, указав, что 01.07.2013 года между истцом и его дочерью ФИО3 был заключен договор дарения земельного участок и жилого дома по адресу: <адрес>. Право собственности ФИО3 зарегистрировано 16.07.2013 года. 22.02.2022 года ФИО3 умерла. Указанный дом построен истцом в 1984 году. Изначально в данном доме проживал истец вместе со своей супругой ФИО2 и двумя дочерями. <дата> брак между истцом и ФИО2 расторгнут, раздел совместно нажитого имущества не производился. После расторжения брака ФИО2 вместе с детьми до их совершеннолетия продолжала проживать в этом доме и вести на земельном участке приусадебное хозяйство. Однако истец не получал согласие ФИО2 на совершение сделки по отчуждению совместно нажитого имущества по договору дарения. Кроме того, истец относится к числу лиц, подвергшихся воздействию радиации вследствие чернобыльской катастрофы, поскольку в <дата> принимал участие в работах по ликвидации последствий чернобыльской катастрофы. Вследствие нарушения здоровья и наличия хронических заболеваний <дата> ему установлена <данные изъяты> группа инвалидности по общему заболеванию бессрочно. По состоянию здоровья в момент подписания договора истец не понимал сути сделки, не отдавал себе отчет в том, какие последствия будет иметь подписание договора, не имея юридического образования, думал, что право собственности перейдет одаряемой только после смерти дарителя. При этом истец считал, что подписывал завещание. Упоминание статей ГК РФ о дарении, содержание которых сторонам понятно, договор дарения не содержит (п.10). Кроме того, кадастровый номер жилого дома в договоре дарения не соответствует кадастровому номеру жилого дома, указанному в выписке из ЕГРН. Указанные обстоятельства подтверждают, что сделка совершена истцом под влиянием заблуждения. На этом основании ФИО1 просит суд признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома от <дата>, заключенный между ФИО1 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки путем признания недействительными записей о государственной регистрации права собственности ФИО3 и признания права собственности ФИО1 на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес>.

Ответчик ФИО2 предъявила встречный иск, в обоснование которого, с учетом дополнения, указала, что спорный жилой дом по адресу: <адрес> построен в 1984 году в период ее брака с ФИО1 на совместно нажитые средства и является совместной собственностью супругов. С 11.01.1984 года по настоящее время она проживает и состоит на регистрационном учете по указанному адресу, единолично несет все расходы по его содержанию. <дата> брак между ней и ФИО1 расторгнут. После расторжения брака ФИО1 ушел из дома, а она вместе с детьми до их совершеннолетия продолжала проживать в указанном доме и вести на земельном участке приусадебное хозяйство. Раздел совместно нажитого имущества после расторжения брака между ней и ФИО1 не производился. Однако от своих прав на совместное имущество она не отказывалась, ранее не заявляла о своих правах, поскольку ФИО1 никаких действий по воспрепятствованию в проживании в доме не предпринимал. О намерении подарить их общий дом одной из дочерей ФИО1 ей не сообщал. Кроме того, ФИО1 не получал от нее устного либо письменного согласия на совершение сделки по отчуждению совместно нажитого имущества по договору дарения. О заключении договора дарения от 01.07.2013 года ей стало известно только после смерти дочери ФИО3 в июне 2022 года после обращения ФИО1 в суд. Кроме того, договор дарения от <дата> является мнимым, заключен его сторонами лишь для вида, без намерения создать соответствующий правовые последствия, поскольку спорное имущество во владение ФИО3 не передавалось, она в доме не проживала, не несла бремени его содержания, земельным участком не пользовалась. Напротив, спорное имущество из ее (ФИО2) владения не выбывало. На этом основании ФИО2 просит суд признать недействительным договор дарения земельного участка и жилого дома от <дата>, заключенный между ФИО1 и ФИО3; применить последствия недействительности сделки путем признания недействительными записей о государственной регистрации права собственности ФИО3 и признания права собственности ФИО1 на земельный участок и жилой дом по адресу: <адрес>; произвести раздел совместно нажитого имущества в виде земельного участка и жилого дома по адресу: <адрес> и признать за ФИО2 право собственности на 1/2 долю в праве на данные земельный участок и дом.

В судебное заседание не явились ответчик, истец по встречному иску ФИО2, ответчики ФИО5, ФИО6, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

С учетом того, что данных, подтверждающих наличие оснований для отложения судебного разбирательства, не представлено, суд на основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации счел возможным рассмотреть настоящее гражданское дело по существу в отсутствие неявившихся лиц.

В судебном заседании истец, ответчик по встречному иску ФИО1 свои исковые требования поддержал, не возражал против удовлетворения встречных исковых требований ФИО2

Представитель ответчика, истца по встречному иску ФИО2 - ФИО4, действующая на основании доверенности, поддержала встречные исковые требования, не возражала против удовлетворения встречных исковых требований ФИО1

Свидетель ФИО9 показала суду, что ее родители ФИО1 и ФИО2 до развода проживали совместно в <адрес>. После развода родителей в <дата> ее мать продолжала проживать в данном доме, а отец стал проживать отдельно. Данный дом был построен ее родителями совместно в браке. Она проживала в данном доме вместе с родителями до <дата>, после чего стала проживать в <адрес>. Ее младшая сестра ФИО3 проживала в данном доме вместе с родителями до <дата> после чего стала также проживать в <адрес>. Когда она вместе с сестрой ФИО3 приезжала во время каникул и отпусков к матери, они также общались с отцом. Отец всегда признавал дом и земельный участок совместным имуществом с матерью. Ей было известно о том, что мать хотела оформить дом и земельный участок на себя. О том, что отец подарил дом и земельный участок ее сестре ФИО3, она узнала в 2020 году, когда сестра оформляла прописку ей и ее детям в родительском доме, ранее она была прописана в доме бабушки в <адрес>. ФИО3 пояснила ей, что знала о желании матери оформить дом и земельный участок на себя, но отец решил оформить дом и земельный участок на нее формально, чтобы потом они с сестрой разделили дом и участок между собой. После этого разговора с сестрой отец предлагал ей переоформить права на дом и земельный участок, но она отказалась. ФИО3 также пояснила ей о том, что о дарении дома и участка матери не сообщала. Она не стала говорить матери о том, что дом и земельный участок подарены отцом ФИО3, так как мать болела, и она старалась не беспокоить мать. О дарении отцом дома и земельного участка мать узнала только после смерти ФИО3 из искового заявления отца.

Суд, выслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания свидетеля, исследовав и оценив собранные по делу доказательства в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, установив юридически значимые обстоятельства, пришел к следующим выводам.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 с <дата> состояли в зарегистрированном браке (л.д.113). На основании решения мирового судьи судебного участка Большеболдинского судебного района Нижегородской области от <дата> брак между ними прекращен <дата> (л.д.114). ФИО1 и ФИО2 являются родителями ФИО10, <дата> года рождения (л.д.72, 73).

Согласно выписке из похозяйственной книги, выданной администрацией Большеболдинского сельсовета <дата>, ФИО1 на праве собственности принадлежал земельный участок площадью 2200 кв.м. по адресу: <адрес>, о чем сделана запись на основании свидетельства № от <дата> (л.д.157).

Кроме того, согласно выписке из похозяйственной книги, выданной администрацией Большеболдинского сельсовета <дата>, ФИО1 на праве собственности принадлежал жилой дом 1984 года постройки площадью 100,2 кв.м. по адресу: <адрес>, лицевой счет № (л.д.158).

Право собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером № по адресу: <адрес> зарегистрировано 25.01.2012 года на основании его заявления (л.д.152, 155). В качестве документов, прилагаемых к заявлению, указаны выписка из похозяйственной книги от <дата> и кадастровый паспорт земельного участка.

Право собственности ФИО1 на жилой дом с кадастровым номером № по адресу: <адрес> зарегистрировано <дата> на основании его заявления (л.д.154, 172). В качестве документа, прилагаемого к заявлению, указан кадастровый паспорт здания.

Согласно кадастровому паспорту и техническому паспорту жилой дом по адресу: <адрес>, 1984 года постройки, имеет площадь 100,2 кв.м. (л.д.164-171, 173).

Поскольку спорные земельный участок и жилой дом приобретены ФИО1 и ФИО2 в период брака, данное имущество по правилам п. п. 1, 2 ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации является имуществом, принадлежащим ФИО1 и ФИО2 на праве совместной собственности, что не оспаривалось сторонами.

Согласно исследованным в судебном заседании выпискам из ЕГРН и материалам реестрового дела 01.07.2013 года между ФИО1 и ФИО3 заключен договор дарения земельного участка с кадастровым номером № и жилого дома с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>. Право собственности ФИО3 на указанные жилой дом и земельный участок зарегистрировано <дата> (л.д.152, 154, 184-185).

<дата> ФИО3 умерла (л.д.67).

Согласно исследованным в судебном заседании материалам наследственного дела наследниками имущества ФИО3, обратившимися к нотариусу с заявлениями о принятии наследства, являются отец ФИО1 (л.д.68) и супруг ФИО5 (л.д.69, 73). Кроме того, наследниками имущества ФИО3 первой очереди являются мать ФИО2 и сын ФИО6, которые к нотариусу с заявлениями о принятии наследства не обращались.

В соответствии со статьей 2 Семейного кодекса Российской Федерации семейное законодательство устанавливает условия и порядок вступления в брак, прекращения брака и признания его недействительным, регулирует личные неимущественные и имущественные отношения между членами семьи: супругами, родителями и детьми (усыновителями и усыновленными), а в случаях и в пределах, предусмотренных семейным законодательством, между другими родственниками и иными лицами, а также определяет формы и порядок устройства в семью детей, оставшихся без попечения родителей.

Таким образом, предметом регулирования семейного законодательства являются, в частности, имущественные отношения между членами семьи - супругами, другими родственниками и иными лицами. Семейное законодательство не регулирует отношения, возникающие между участниками гражданского оборота, не относящимся к членам семьи.

Как установлено судом, брак между ФИО1 и ФИО2 прекращен <дата>.

Оспариваемый договор дарения заключен 01.07.2013 года, то есть когда ФИО1 и ФИО2 перестали быть супругами, владение, пользование и распоряжение общим имуществом которых определялось положениями статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации, и приобрели статус участников совместной собственности, регламентация которой осуществляется положениями Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 2 статьи 576 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение имущества, находящегося в общей совместной собственности, допускается по согласию всех участников совместной собственности с соблюдением правил, предусмотренных статьей 253 настоящего Кодекса.

Согласно пункту 1 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации участники совместной собственности, если иное не предусмотрено соглашением между ними, сообща владеют и пользуются общим имуществом.

Распоряжение имуществом, находящимся в совместной собственности, осуществляется по согласию всех участников, которое предполагается независимо от того, кем из участников совершается сделка по распоряжению имуществом (пункт 2 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 3 статьи 253 Гражданского кодекса Российской Федерации каждый из участников совместной собственности вправе совершать сделки по распоряжению общим имуществом, если иное не вытекает из соглашения всех участников. Совершенная одним из участников совместной собственности сделка, связанная с распоряжением общим имуществом, может быть признана недействительной по требованию остальных участников по мотивам отсутствия у участника, совершившего сделку, необходимых полномочий только в случае, если доказано, что другая сторона в сделке знала или заведомо должна была знать об этом.

Таким образом, применительно к положениям ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка по распоряжению общим имуществом, совершенная одним из участников совместной собственности, совершенная в отсутствие согласия другого участника, когда необходимость его получения предусмотрена законом, является оспоримой.

Исходя из положений вышеприведенных правовых норм, при разрешении спора о признании недействительной сделки по распоряжению общим имуществом, совершенной одним из участников совместной собственности, необходимо установить наличие или отсутствие полномочий у другого участника совместной собственности на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у этого участника в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки.

Кроме того, при разрешении указанного спора необходимо установить наличие или отсутствие осведомленности другой стороны по сделке об отсутствии у участника совместной собственности полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом и обстоятельства, с учетом которых другая сторона по сделке должна была знать о неправомерности действий участника совместной собственности.

Как следует из материалов дела, в том числе пояснений истца, ответчика по встречному иску ФИО1, представителя ответчика, истца по встречному иску ФИО2 - ФИО4, показаний свидетеля ФИО9, ФИО1 вопрос о распоряжении общим совместным имуществом, в том числе спорным земельным участком и жилым домом, с ФИО2 не обсуждался.

Кроме того, о том, что ФИО2 не была поставлен в известность о заключении оспариваемого договора дарения, свидетельствует содержание договора дарения, в котором не оговорены права ФИО2 проживающей и зарегистрированной в спорном жилом помещении, относительно ее права пользования им.

Таким образом, в ходе судебного разбирательства достоверно подтверждены доводы встречного иска ФИО2 о том, что у ФИО1 отсутствовали полномочия на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, которые возникают у участника совместной собственности в случае согласия остальных участников совместной собственности на совершение такой сделки.

Исходя из изложенного, а также конкретных обстоятельств дела, свидетельствующих о том, что ФИО1 являлся отцом ФИО3, которая знала о приобретении спорных земельного участка и жилого дома в браке ее родителями, суд приходит к выводу о том, что ФИО3, как другая сторона договора дарения, была осведомлена об отсутствии у ФИО1 полномочий на совершение сделки по распоряжению общим имуществом, могла и должна была знать о неправомерности его действий как участника совместной собственности. Указанные обстоятельства подтверждены в судебном заседании показаниями свидетеля ФИО9

Таким образом, принимая во внимание отсутствие у ФИО1 полномочий на совершение сделки по отчуждению в пользу ФИО3 земельного участка и жилого дома, являющихся совместной собственностью, при том, что ФИО3, исходя из конкретных обстоятельств дела, должна была знать об отсутствии у ФИО1 законных оснований без согласия ФИО2 по распоряжению данным имуществом, суд приходит к выводу о недействительности договора дарения земельного участка и жилого дома, заключенного <дата> между ФИО1 и ФИО3

Вместе с тем, ФИО1 не представлено относимых, допустимых доказательств, с бесспорностью свидетельствующих о том, что оспариваемая сделка дарения совершена им под влиянием заблуждения.

Кроме того, суд находит обоснованными доводы встречного иска ФИО2 о том, что оспариваемый договор дарения от 01.07.2013 года, носил мнимый характер.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации под мнимой сделкой понимается сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" от 23 июня 2015 года N 25, следует учитывать, что при совершении мнимой сделки стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п. 1 ст. 170 ГК РФ.

Таким образом, из приведенных законоположений следует, что оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, необходимо исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

В соответствии со статьей 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу пункта 3 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.

По смыслу приведенных норм, договор дарения, как одна из сделок по отчуждению имущества, предусматривает, что право собственности на предмет дарения прекращается у дарителя и возникает у одаряемого.

Согласно пункту 1 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Объяснениями сторон и показаниями свидетеля ФИО9 подтверждается, сделка не повлекла наступление каких-либо последствий для ФИО3, из материалов дела не усматривается, что оспариваемая сделка представляла имущественный интерес для ФИО3, так как свои права собственника жилого дома и земельного участка она не осуществляла, фактически во владение спорным имуществом не вступала, обязанности по оплате жилья и коммунальных услуг не исполняла.

Как подтверждается материалами дела, в том числе квитанциями об оплате коммунальных услуг, при возникновении вопросов, связанных с содержанием жилого дома, в качестве владельца выступала ФИО2

При таких обстоятельствах формальное подписание договора дарения и государственная регистрация перехода права собственности не могли свидетельствовать о том, что стороны данного договора были намерены создать соответствующие указанной сделке по отчуждению жилого дома и земельного участка правовые последствия.

Таким образом, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для признания договора дарения мнимой сделкой, поскольку поведение участников сделки свидетельствовало о том, что у них отсутствовали намерения создать соответствующие ей правовые последствия, фактически указанная сделка была совершена ФИО1 с целью выведения спорного имущества из состава имущества, подлежащего разделу с бывшей супругой ФИО2

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Таким образом, договор дарения земельного участка и жилого дома, заключенный 01.07.2013 года между ФИО1 и ФИО3 является недействительным, а требования ФИО1 и встречные требования ФИО2 в этой части подлежат удовлетворению.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей на момент заключения договора дарения) при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость в деньгах, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Таким образом, признание договора дарения недействительным влечет применение последствий недействительности сделки путем аннулирования в ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 на спорные земельный участок и жилой дом.

Вместе с тем, суд считает требования ФИО1 и встречные требования ФИО2 в части признания права собственности ФИО1 заявленными излишне, поскольку решение суда в части применения последствий недействительности сделки путем аннулирования в ЕГРН записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 будет являться основанием для восстановления регистрационной записи о праве собственности ФИО1

Разрешая встречное требование ФИО2 о разделе совместно нажитого имущества, суд исходит из того, что нарушенное право ФИО2 в части распоряжения принадлежащей ей 1/2 долей в совместно нажитом имуществе, учитывая равенство долей супругов, пока не доказано иное (39 Семейного кодекса Российской Федерации), отсутствие встречных требований ФИО1 и представленных им доказательств передачи ФИО2 денежных средств за принадлежащую ей долю, исходя из заявленного ФИО2 требования о признании за ней права собственности на 1/2 долю вышеуказанных объектов недвижимости, подлежит восстановлению путем удовлетворения встречного иска о разделе спорных земельного участка и жилого дома, как совместно нажитого в браке имущества, с установлением долей ФИО1 и ФИО2 по 1/2 доле в праве собственности за каждым.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, ИНН №, к ФИО2, ИНН №, ФИО5, ИНН №, ФИО6, ИНН №, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, встречные исковые требования ФИО2, ИНН №, к ФИО1, ИНН №, ФИО5, ИНН №, ФИО6, ИНН №, о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, разделе совместно нажитого имущества удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения земельного участка с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>А и жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>, заключенный 01.07.2013 года между ФИО1 и ФИО3.

Применить последствия недействительности сделки путем аннулирования в Едином государственном реестре недвижимости записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, дата регистрации права: <дата>, номер регистрации права: №, аннулирования записи о государственной регистрации права собственности ФИО3 на жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, дата регистрации права: <дата>, номер регистрации права: №.

Разделить имущество, являющееся совместной собственностью ФИО1 и ФИО2.

Признать право общей долевой собственности ФИО1 и ФИО2, по ? доле за каждым, на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> и жилой дом с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 и встречных исковых требований ФИО2 в остальной части отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Нижегородского областного суда через Большеболдинский районный суд Нижегородской области в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Судья