Апелляционное определение по делу № 22-3788/2023 от 10.07.2023

Судья Корытов В.А. Дело №22-3788/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Нижний Новгород 10 июля 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Нижегородского областного суда в составе:

председательствующего Медведевой М.А.,

судей Козлова Н.В., Ярошенко О.Н.,

при секретаре судебного заседания Кокине Н.А.,

с участием:

прокурора апелляционного отдела прокуратуры Нижегородской области ФИО1,

осужденных: ФИО2 у., ФИО3,

защитников – адвокатов: Амбарова В.А., Антонова М.Ю.,

переводчика Т.Ф.И.у.,

рассмотрев в апелляционном порядке в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой (с дополнением) адвоката Малиной И.Н. в защиту ФИО2 у., апелляционной жалобой (с дополнением) адвоката Ларионовой Т.Л. в защиту ФИО3, апелляционной жалобой (с дополнением) осужденного ФИО2 у., апелляционной жалобой осужденного ФИО3, с возражениями государственного обвинителя Гагариной О.А. на апелляционные жалобы защитников, на приговор Сормовского районного суда г. Нижний Новгород от 17 марта 2023 года, которым,

ФИО2 у., ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <адрес>, образование среднее, холостой, детей не имеющий, не работающий, проживающий по адресу: <адрес>, не судимый;

осужден по п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ к 2 годам лишения свободы без штрафа и ограничения свободы; по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 12 годам лишения свободы, без штрафа и лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений, путем частичного сложения назначенных наказаний, окончательно назначено ФИО2 у. наказание в виде лишения свободы сроком на 12 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, без ограничения свободы, без штрафа.

Мера пресечения ФИО2 у. до вступления приговора в законную оставлена без изменения – заключение под стражу.

Срок наказания ФИО2 у. исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено ФИО2 у. в срок отбытия наказания время задержания в порядке ст. 91-92 УПК РФ и время его содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима,

ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженец <адрес>, гражданин <адрес>, образование среднее, холостой, детей не имеющий, не работающий, проживающий по адресу: <адрес>, не судимый;

осужден по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима, без лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, без штрафа.

Мера пресечения ФИО3 до вступления приговора в законную оставлена без изменения – заключение под стражу.

Срок наказания ФИО3 исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено ФИО3 в срок отбытия наказания время задержания в порядке ст. 91-92 УПК РФ и время его содержания под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу, из расчета один день за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Разрешен по делу вопрос по гражданскому иску и вещественным доказательствам.

Заслушав доклад судьи Козлова Н.В., выслушав участников процесса, проверив материалы уголовного дела, судебная коллегия

установила:

названным приговором суда ФИО2 у. признан виновным и осужден за грабеж, то есть открытое хищение чужого имущества, совершенный с применением насилия не опасного для жизни или здоровья; за покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

ФИО3 признан виновным и осужден за покушение, то есть умышленные действия лица, непосредственно направленные на незаконный сбыт наркотических средств, совершенный с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере, если при этом преступление не было доведено до конца по не зависящим от этого лица обстоятельствам.

Преступления совершены во время и при обстоятельствах подробно изложенных в приговоре суда.

В суде первой инстанции подсудимый ФИО2 у. вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ признал полностью, в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ не признал; подсудимый ФИО3 вину в совершении преступления предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ признал частично.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 у. выражает несогласие с приговором. Указывает, что ему не было разъяснено право на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, чем нарушено его право на защиту. Просит обжалуемый приговор отменить, направить уголовное дело на новое судебно разбирательство в том же суд в ином составе.

В дополнительной апелляционной жалобе осужденный ФИО2 у. выражает несогласие с приговором, считает выводы суда несоответствующими фактическим обстоятельствам дела. В обоснование доводов, по преступлению, связанного с хищением имущества Б.И.К., приводит собственный анализ обстоятельств дела и доказательств хищения указанного в приговоре имущества. Указывает, что ударил Б.И.К., находящегося в состоянии алкогольного опьянения на почве конфликта. Телефон выпал из рук Б.И.К. Умысел на хищение имущества возник у него после произошедшего. Считает, что хищение являлось тайным и неочевидным для потерпевшего, в связи с тем, что потерпевший не заметил кто, когда и как завладел его телефоном, обнаружил его отсутствие позже. Полагает, что содеянное необходимо квалифицировать по ч.2 ст.158 УК РФ как тайное хищение имущества с причинением значительного ущерба. В части покушения на незаконный сбыт наркотических средств, указывает, что обвинение основано на недопустимых доказательствах. Приводит собственный анализ доказательств по данному преступлению. Указывает на ненадлежащее изучение судом материалов ОРМ «Наблюдение», на не изучение оригиналов материалов ОРМ в полном объеме, на фальсификацию показаний свидетеля Свидетель №10 и иных доказательств, на их несоответствия материалам уголовного дела. Полагает, что судом не указано в приговоре по какой причине приняты во внимание одни доказательства и отвергнуты другие, не дана оценка протоколу допроса свидетеля Свидетель №10 (т.3 л.д. 113-115) и отверг данное доказательство, исследованное в судебном заседании. Обращает внимание на неточность в указанных в заключении эксперта № и протоколе осмотра места происшествия адресах, где были изъяты наркотические средства, в связи с чем считает, что представленные на экспертизу наркотические средства не имеют отношение к настоящему уголовному делу. Полагает, что к вещественному доказательству – телефону имелся доступ до проведения осмотра, при осмотре телефона на фотографии указано неверное время, в связи с чем считает, что указанный телефон необходимо признать недопустимым доказательством. Полагает необходимо по делу допросить следователя Ж.О.А. об обстоятельствах расследования уголовного дела и провести служебную проверку в отношении сотрудников полиции по факту фальсификации материалов уголовного дела. Просит обжалуемый приговор отменить, уголовное дело направить на новое судебное разбирательство, в то же суд, в ином составе.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО2 у. – адвокат Малина И.Н. не соглашается с приговором, считает его, в части осуждения ФИО2 у. незаконным, необоснованным и несправедливым. Приводит положения действующего законодательства. В обоснование доводов приводит из приговора, установленные судом обстоятельства, с которыми выражает свое несогласие, приводит собственную оценку доказательств. Считает, что в основу приговора положены недопустимые доказательства, полученные с нарушением норм УПК РФ, а приговор основан на предположениях. Обращает внимание на существенные нарушения норм УПК РФ, допущенные в стадии предварительного расследования. Полагает, что ФИО2 у. не видел чем занимался ФИО3 после выхода из автомобиля, показания свидетелей – сотрудников полиции об обратном, по мнению автора жалобы, основаны не предположениях. Считает, что при осмотре места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, около домов <адрес>, во время изъятия свертков, найденных на значительном расстоянии друг от друга, свертки упаковывались в один конверт, не опечатывались надлежащим образом, их индивидуальные признаки и особенности в протоколе осмотра не указывались, что делает невозможным установление индивидуальных признаков изъятых предметов, таких как размер, вес, цвет, состав. Приводит показания осужденных и свидетелей, изложенных в версии защитника. Полагает, что доказательства по делу получены с нарушением и являются недопустимыми. Обращает внимание на то, что судом удовлетворено ходатайство защиты о признании недопустимыми показаний свидетеля Свидетель №10, принимавшего участие в качестве понятого, вместе с тем в приговоре указано, что суд принимает показания Свидетель №10 данные им в суде. Указывает, что в ходе личного досмотра ФИО2 у. при нем не находились какие-либо запрещенные вещества, последний не знал о наличии запрещенных веществ по месту их совместного проживания с ФИО3 Полагает, что поскольку обыск проводился без согласия собственника жилого помещения, то протокол обыска жилища и производные доказательства не могут являться таковыми. Указывает, что согласно справке о проведении ОРМ «Наблюдение», последнее проводилось по адресу проживания: <адрес>. Полагает, что ФИО2 у. не мог знать, что по данному адресу могло находиться запрещенные к обороту вещества. Указывает на противоречие показаний свидетеля Ш.Э.В. в части количества изъятых свертков при производстве обыска сведениям, указанным в протоколе обыска в части количества изъятых свертков. Полагает, что указанный протокол обыска и производное от него заключение эксперта №Э от ДД.ММ.ГГГГ не могут быть допустимыми доказательствами. Полагает, что по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ ФИО2 у. должен быть оправдан с признанием права на реабилитацию. Приводит перечень смягчающих наказание обстоятельств по преступлению по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, указывает, что ФИО2 у. длительное время находится под стражей и срок его содержания под стражей подлежит зачету в срок отбытия наказания. Просит обжалуемый приговор изменить, оправдать ФИО2 у. по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с признанием права на реабилитацию, снизить ФИО2 у. размер назначенного наказания по п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ, зачесть в срок отбытия наказания период его содержания под стражей, освободить ФИО2 у. по отбытию наказания.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО2 у. – адвокат Малина И.Н. указывает, что доводы ФИО2 у., о непричастности к незаконному сбыту наркотических средств, стороной обвинения не опровергнуты. Полагает, что в деле отсутствуют сведения об источнике получения оперативной информации для проведения ОРМ о сбыте наркотических средств и о причастности к нему именно ФИО2 у., а также в справке ОРМ указан иной адрес проживания ее подзащитного, в связи с чем ставит под сомнение показания свидетелей – сотрудников полиции Свидетель №4 и Свидетель №5 Приводит собственный анализ фактических обстоятельств уголовного дела, опровергающий причастность ФИО2 у. к незаконному сбыту наркотических средств. Приводит доводы апелляционной жалобы осужденного ФИО2 у. в части хищения имущества Б.И.К. аналогичные, изложенным в жалобе осужденного. Считает, что вина ее подзащитного по преступлению, связанного с покушением на сбыт наркотических средств, не доказана. Оспаривает вывод суда о том, что подзащитный осуществлял переводы денежных средств в значительном размере, полученные от противоправной деятельности, а их переводы не свидетельствуют о незаконности их получения. По мнению защитника, ФИО2 у. подлежит оправданию по данному преступлению. Также разделяет позицию своего подзащитного о необходимости переквалификации его действий по преступлению в отношении потерпевшего Б. на п. «в» ч. 2 ст. 158 УК РФ. Просит обжалуемый приговор отменить, оправдать ФИО2 у. по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ, с признанием права на реабилитацию, переквалифицировать действия ФИО2 у. с п. «г» ч.2 ст.161 УК РФ на п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ, назначить минимальное наказание по п. «в» ч.2 ст.158 УК РФ. Зачесть в срок отбытия наказания период его содержания под стражей, освободить ФИО2 у. по отбытии наказания.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО3 не соглашается с приговором суда, в следствии чрезмерной суровости назначенного наказания. Приводит собственный анализ правил назначения наказания и приводит его расчет. Считает, что c учетом примененных к нему положений Общей части УК РФ, а именно ч.3 ст. 66, ч.1 ст. 62 УК РФ и наличии иных смягчающих вину обстоятельств, размер наказания, по его мнению, должен составлять менее 7 лет 6 месяцев. Просит обжалуемый приговор изменить, соразмерно снизить срок лишения свободы.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат Ларионова Т.Л. выражает несогласие с приговором, считает его несправедливым, а назначенное наказание чрезмерно суровым. Приводит положения действующего законодательства. В обоснование доводов приводит совокупность смягчающих наказание обстоятельств, указывает, что ФИО3 преступление совершено впервые и вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств. Обращает внимание на то, что ФИО3 официально не трудоустроен, однако фактически постоянно осуществлял трудовую деятельность. Указывает, что изъятие сотрудниками полиции наркотических средств из незаконного оборота на начальных этапах расследования существенно снизило степень общественной опасности преступления, поскольку наркотические средства не дошли до конечного потребителя. Полагает, что с учетом фактических обстоятельств дела суду надлежало изменить категорию преступления на менее тяжкую. Просит обжалуемый приговор изменить, снизить размер назначенного ФИО3 наказания.

В дополнительной апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО3 – адвокат Ларионова Т.Л. считает приговор незаконным, необоснованным и несправедливым. Полагает, что судом безосновательно не принята позиция защиты об исключении квалифицирующего признака «совершенное группой лиц по предварительному сговору». Полагает, что при учтенных судом обстоятельствах о личности ФИО3, наличии смягчающих наказание обстоятельств, назначенное наказание является чрезмерно суровым. Просит обжалуемый приговор изменить, исключить квалифицирующий признак «совершенное группой лиц по предварительному сговору», снизить назначенное ФИО3 наказание.

В возражениях на апелляционные жалобы государственный обвинитель Гагарина О.А. считает обжалуемый приговор законным, обоснованным и не подлежащим отмене или изменению, выводы суда о виновности осужденных соответствующими фактическим обстоятельствам дела, назначенное наказание справедливым, а доводы апелляционных жалоб несостоятельными.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции, осужденные и их защитники поддержали доводы апелляционных жалоб стороны защиты, осужденный ФИО2 у. и его защитник - адвокат Амбаров В.А. просили приговор отменить, дело направить в суд первой инстанции на новое рассмотрение; осужденный ФИО3 и его защитник - адвокат Антонов М.Ю. просили приговор изменить, смягчив назначенное наказание; прокурор просил приговор изменить, исключить из квалификации обоих осужденных квалифицирующий признак совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)», назначенное наказание соразмерно снизив, в остальной части просил приговор оставить без изменения жалобы стороны защиты без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела с учетом доводов апелляционных жалоб осужденных и адвокатов, выслушав мнение участников процесса, судебная коллегия приходит к следующему.

Обвинительный приговор соответствует требованиям ст. ст. 303-304, 307-309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства совершенных преступлений, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности осужденных в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации их действий и назначенного наказания.

Все собранные по делу доказательства были оценены судом в соответствии с требованиями ст. 88 УПК РФ, то есть с точки зрения относимости, допустимости и достоверности, а в своей совокупности достаточности для разрешения уголовного дела по существу.

В соответствии со ст. 307 УПК РФ в приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд принял в качестве допустимых и достаточных именно указанные выше доказательства, как соответствующие реальным событиям, обстоятельства которых правильно установлены судом.

Суд подробно изложил по каждому преступлению описание преступного деяния с указанием места, времени, способа совершения, формы вины, мотива, цели и привел доказательства, на которых основаны выводы суда о виновности в совершении данных преступлений ФИО2 у. и ФИО3 Обстоятельства совершенных преступлений, имеющие существенное значение по делу, предусмотренные статьей 73 УПК РФ и подлежащие доказыванию, установлены верно.

Виновность ФИО2 у. по преступлению в отношении потерпевшего Б.И.К. установлена в полном объеме и подтверждена совокупностью доказательств, надлежащим образом исследованных в суде и приведенных в приговоре, в том числе:

- показаниями потерпевшего Б.И.К., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ, об обстоятельствах знакомства с О. (ФИО2 у.), о цели приезда последнего к потерпевшему и о передаче потерпевшим О. мобильного телефона, нанесении ему О. трех ударов в область лица, от которых он испытывал физическую боль, об обнаружении потерпевшим после отъезда О. на машине, что тот увез с собой его сотовый телефон, об ущербе причиненного в результате хищения телефона, об отсутствии каких-либо долгов и конфликтов у потерпевшего с ФИО2 у. (т. 1 л.д. 179-183);

- показаниями законного представителя потерпевшего Б.И.К. - Б.Н.К., данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ, об обстоятельствах приобретения мобильного телефона Б.И.К. и о хищении у Б.И.К. мобильного телефона, о телесных повреждениях, имевшихся на лице последнего, о пояснениях Б.И.К., о том, что на него напали, ударили несколько раз по лицу и забрали телефон, об обстоятельствах смерти Б.И.К., о согласии с оценкой стоимости мобильного телефона и желании заявить гражданский иск (т.1 л.д. 235-237).

Оснований не доверять показаниям потерпевшего и его законного представителя у суда не имелось, поскольку ими были даны подробные, последовательные показания, согласующиеся с другими доказательствами, положенными в основу обвинительного приговора.

Кроме того, виновность осужденного ФИО2 у. подтверждается письменными материалами дела, а именно: протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, в том числе гарантийного талона на телефон (т. 1 л.д. 193); заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что стоимость мобильного телефона «<данные изъяты>» составляет <данные изъяты> (т.1 л.д. 212-223); заявлением Б.Н.К. от ДД.ММ.ГГГГ о допуске в качестве законного представителя ее родного брата - Б.И.К., в связи со смертью последнего (т.1 л.д. 228); протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, из которого следует, что соединений абонентов (между потерпевшим Б.И.К. и О. (ФИО2 у) не имелось (т.2 л.д. 6-7); явкой с повинной ФИО2 у., где последний заявил о хищении сотового телефона в <адрес> (т. 2 л.д. 11); протоколом проверки показаний на месте ФИО2 у., где последний показал о цели приезда к потерпевшему, об ударе потерпевшего кулаком в лицо, после чего он забрал мобильный телефон и уехал на автомобиле (т.2 л.д.25-29); другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, указанными в приговоре.

Судом первой инстанции верно установлены фактические обстоятельства совершения ФИО2 у. грабежа, то есть открытого хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия не опасного для жизни или здоровья.

В судебном заседании ФИО2 у. вину в предъявленном обвинении признал в полном объеме, в содеянном раскаялся, квалификация действий по п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ ему понятна. Пояснил, что хотел похитить телефон потерпевшего и нанес ему удары, чтобы потерпевший не оказывал сопротивление. Подтвердил показания, данные в ходе предварительного расследования, в которых ФИО2 у. частично признавал вину в совершении преступления.

В судебном заседании также были оглашены показания ФИО2 у., где вину в совершении преступления, предусмотренного п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ он признавал частично, дав показания об обстоятельствах дела (т.2 л.д. 19-23, 36-38, т.4 л.д. 132-134).

Показания в судебном заседании и на следствии ФИО2 у. в приговоре получили надлежащую оценку и правомерно положены судом в основу обвинительного приговора в части не противоречащим установленным обстоятельствам дела.

На основании совокупности исследованных в судебном заседании доказательств, подробное содержание, анализ и оценка которых приведены в приговоре, суд пришел к правильному выводу о виновности осужденного ФИО2 у. в инкриминируемом преступлении, а судом первой инстанции правильно установлены фактические обстоятельства совершения ФИО2 у. указанного преступления.

Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего, законного представителя потерпевшего, чьи показания были положены в основу приговора, и оснований для оговора осужденного, не установлено, не находит таковых и судебная коллегия.

Достоверность доказательств, положенных судом в основу обвинительного приговора по данному преступлению, у судебной коллегии сомнений не вызывает.

Выводы суда первой инстанции о доказанности вины ФИО2 у. по данному преступлению судебная коллегия признает обоснованными и мотивированными.

Существенных противоречий в показаниях потерпевшего, законного представителя потерпевшего которые бы ставили под сомнение выводы суда о фактических обстоятельствах уголовного дела, не имеется, они последовательны и подтверждаются другими приведенными в приговоре доказательствами.

Признанные судом допустимыми и достоверными доказательства не содержат существенных противоречий, которые могли бы повлиять на правильное установление судом фактических обстоятельств совершенного преступления и на законность, обоснованность приговора.

Нарушений процессуальных требований закона при сборе доказательств по данному уголовному делу не допущено. Оснований не согласиться с оценкой, данной судом всем исследованным доказательствам и доводам стороны защиты, судебная коллегия не находит.

Какие-либо не устраненные судом существенные противоречия в доказательствах по делу отсутствуют.

Оценка показаний потерпевшего, его законного представителя со стороны защиты носит односторонний характер, что противоречит требованиями уголовно-процессуального закона, предъявляемым к правилам оценки доказательств.

Доводы стороны защиты о неверной квалификации органом следствия действий ФИО2 у. по данному преступлению были предметом проверки судом первой инстанции и обоснованно признаны несостоятельными, поскольку опровергаются исследованными судом доказательствами. Выводы суда первой инстанции в этой части достаточно мотивированы и оснований не соглашаться с ними не имеется.

Версия ФИО2 у. о том, что хищение телефона у Б.И.К. являлось тайным и неочевидным для потерпевшего, в связи с тем, что потерпевший не заметил кто, когда и как завладел его телефоном, позднее обнаружив его отсутствие, судом проверена, оценена и обоснованно признана несостоятельной.

Вопреки доводам стороны защиты, суд первой инстанции верно пришел к выводу, что ФИО2 у., не имея на то законных оснований, действуя противоправно, открыто и безвозмездно, применив к Б.И.К. насилие, завладел имуществом последнего (телефоном), скрылся с ним и в дальнейшем распорядился похищенным имуществом по своему усмотрению, причинив материальный ущерб.

При этом, ФИО2 у., осознавая, что его преступные действия очевидны для Б.И.К., с целью открытого хищения чужого имущества, нанес потерпевшему три удара, в результате которых последний упал на землю, тем самым подсудимый применил в отношении Б.И.К. насилие, с учетом его характера и последствий в виде физической боли, не причинившее вреда жизни или здоровью Б.И.К., т.е. не опасное для жизни или здоровья потерпевшего. Данное насилие в отношении потерпевшего было применено ФИО2 у. в качестве средства завладения имуществом потерпевшего и применение его в качестве такового охватывалось умыслом подсудимого, преследовавшего цель открыто похитить чужое имущество.

Судебная коллегия находит обоснованной квалификацию действий ФИО2 у. с квалифицирующим признаком «с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья».

При таких обстоятельствах доводы стороны защиты и необходимости квалификации его действий по ч.2 ст. 158 УК РФ как кражи чужого имущества, судебная коллегия отвергает.

Ущерб от преступления в отношении Б.И.К. установлен материалами дела и сторонами не оспаривался.

Судебная коллегия приходит к выводу о доказанности совершения подсудимым ФИО2 у. деяния, указанного в описательной части приговора, о доказанности вины подсудимого в совершении этого деяния.

Содержащиеся в приговоре выводы суда относительно квалификации действий осужденного надлежащим образом мотивированы и соответствуют собранным по делу доказательствам, оснований не согласиться с ними не имеется.

С учетом изложенного фактические обстоятельства по делу судом установлены верно, действия осужденного получили правильную юридическую оценку. Правовая оценка действий осужденного ФИО2 у. по ст. 161 ч. 2 п. «г» УК РФ судом дана правильно.

Виновность ФИО2 у. и ФИО3, каждого, в совершении преступления, связанного с покушением на сбыт наркотических средств, установлена в полном объеме и подтверждена совокупностью доказательств, надлежащим образом исследованных в суде и приведенных в приговоре, а именно:

- показаниями подсудимого ФИО3 данными в ходе судебного заседания, о том, что вину в предъявленном обвинении признает частично, не признал совершение преступления в составе группы лиц по предварительному сговору. Пояснил, что наркотические средства, изъятые в квартире, автомобиле, при личном досмотре и в ходе осмотра места происшествия получил одной партией от одного человека в одном свертке, которые были уже расфасованы. По договоренности с неустановленным следствием лицом он должен был сбыть весь объем наркотиков. Два свертка, изъятые в квартире, отличающихся по составу от остальных, так же находились в общей партии наркотиков. Наркотические средства из квартиры не взял сразу, так как не хотел одновременно при себе иметь большой объем наркотических средств;

- показаниями ФИО3, данными на предварительном следствии, оглашенными в судебном заседании на основании ст. 276 УПК РФ, где он вину признал частично, дав показания об обстоятельствах дела (т.3 л.д. 212-214, 169-171, 177-178);

- показаниями свидетеля Свидетель №3 данными им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ (т. 3 л.д. 85-87), об его работе в должности старшего оперуполномоченного отдела ОКОН УМВД России по г. Н. Новгороду, об участии в осмотре изъятого телефона, о совместном со следственно-оперативной группой выездом на участки местности, устанволенные по фотографиям и координатам, обнаруженным в изъятом телефоне, об обнаружении и изъятии тайников-закладок;

- показаниями свидетеля Свидетель №4 данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ, об его работе в должности оперуполномоченного по ОВД 4 отдела УКОН ГУ МВД России по <адрес>, об имеющейся оперативной информации о том, что на территории г. Н.Новгорода осуществлялся сбыт наркотических средств бесконтактным способом гражданами Узбекистана, о наблюдении за подсудимыми и совершении подсудимыми действий по размещению тайников-закладок, о задержании подсудимых, о проведении личного досмотра ФИО3 в ходе которого у того изъяты 5 свёртков и другие предметы, о получении справки о результатах исследования, согласно которой представленное на исследование вещество, изъятое у ФИО3 является наркотическим средством (т. 3 л.д. 95-98);

- показаниями свидетеля Свидетель №5 данными им в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 99-102), об его работе в должности оперуполномоченного отдел УКОН ГУ МВД России по <адрес>, о получении оперативной информации о сбыте лицами узбекской национальности наркотических веществ на территории г. Н.Новгорода, о наблюдении за ФИО3 и ФИО2 у., о совершении подсудимыми действий по размещению тайников-закладок, о задержании подсудимых, где во время задержания ФИО2 у. предпринял попытку скрыться на автомобиле, о проведении личного досмотра ФИО2 у., в ходе которого у него были обнаружены денежные средства, банковские карты, другие предметы, об обнаружении в ходе осмотра автомобиля двух свертков перемотанных зеленой изолентой, об обыске по месту жительства подсудимых, проводимого с участием собственника жилья и понятых, где были изъяты денежные средства, а также около 80 свертков, согласно заключению экспертов с наркотическим веществом, об обнаружении и изъятии в ходе осмотра участков местности свертков, расположенные на расстоянии 20 метров друг от друга у разных домов;

- показаниями свидетеля Ш.Э.В. данными в судебном заседании и в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании в соответствии со ст. 281 УПК РФ (т.3 л.д. 119-121), об ее работе следователем отдела по расследованию преступлений на территории <адрес>, о поступлении заявки о задержании двоих граждан <данные изъяты> по подозрению о незаконном обороте наркотических средств, о выезде в составе СОГ на <адрес> и проведении осмотра места происшествия, о результатах личных досмотров, в ходе которых у ФИО3 был обнаружен полиэтиленовый пакет внутри которого находилось 5 свертков с веществом внутри, об осмотре автомобиля, в ходе которого изъяты два свертка с веществом внутри, о проведения осмотров участков местности, по информации, полученной из изъятого у ФИО3 мобильного телефона и об изъятии на указанных участках местности у домов <адрес> трех свертков в зеленой изоленте, о допущенных технических описках в протоколах следственных действий в названии улицы, где изъяты свертки (<адрес> вместо <адрес>), о допущенной технической описке в протоколе обыска в жилище подсудимых, в количестве изъятых свертках, указав, что в постановлении о назначении судебной экспертизы допущена аналогичная техническая описка;

- показаниями, данными на следствии свидетелем Свидетель №8 (т.3 л.д. 107-109); показаниями, данными в судебном заседании и на следствии свидетелем Свидетель №11 (т.3 л.д. 116-118); показаниями, данными на следствии свидетелем Свидетель №6 (т.3 л.д. 103-104); показаниями, данными на следствии свидетелем Свидетель №7 (т.3 л.д. 105-106); показаниями, данными на следствии свидетелем К.А.В. (т.3 л.д. 110-112); показаниями свидетеля Свидетель №10, данными в ходе судебного заседания, об участии их в качестве понятых при проведении следственных действий и удостоверивших факты производства следственных действий с их участием, о содержании, ходе и результатах следственных действий, в которых они принимали участие.

Оснований не доверять показаниям ФИО3 в части не противоречащим установленным обстоятельствам дела, а также показаниям указанных выше свидетелей у суда не имелось, поскольку ими были даны подробные, последовательные показания, согласующиеся с другими доказательствами, положенными в основу обвинительного приговора.

Показания в судебном заседании и на следствии ФИО2 у. и ФИО3 получили в приговоре надлежащую оценку, с которой судебная коллегия соглашается.

При этом, суд обоснованно критически отнесся к показаниям ФИО2 у., о непризнании вины по данному преступлению, поскольку они противоречат исследованным доказательствам по делу. Суд обоснованно принял показания ФИО3 в той части, в которой они не противоречат иным доказательствам по делу. С указанной оценкой показаний подсудимых судебная коллегия соглашается. Выводы суда в указанной части надлежаще мотивированы.

Кроме того, виновность осужденного ФИО2 у. и ФИО3, каждого, подтверждается письменными материалами дела, а именно: постановлением о предоставлении результатов ОРД от ДД.ММ.ГГГГ, (т. 2 л.д. 50); протоколом личного досмотра ФИО3, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого у него изъято 5 свёртков белого цвета, банковские карты (т.2 л.д. 54); протоколом личного досмотра ФИО2 у, проведенного ДД.ММ.ГГГГ, где изъяты денежные средства, банковская карта, иные документы (т.2 л.д. 58); справкой о результатах исследования №И от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой представленное вещество содержит в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), масса вещества составила 9,69 грамма (т.2 л.д. 63); протоколом осмотра места происшествия, от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого осмотрен автомобиль марки «<данные изъяты>» г.н. № в салоне автомобиля были обнаружены и изъяты, в том числе мобильные телефоны, два свертка из полимерного материала зелёного цвета (т.2 л.д. 64-68); справкой о результатах исследования №И от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой представленное вещество содержит в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), масса вещества составила 19,52 грамма (т.2 л.д. 72); протоколом обыска, проведенного в жилище ФИО3 и ФИО2 у. от ДД.ММ.ГГГГ в ходе обыска, в том числе изъяты сотовый телефон; свертки в изоленте; денежные средства; банковские карты; сим-карты (т.2 л.д. 74-81); протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ в ходе которого у <адрес>, обнаружено и изъято по одному свёртку в изоленте, всего в ходе осмотра изъято три свертка в зеленной изоленте (т.2 л.д. 84-88); протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого осмотрен мобильный телефон ФИО3, в котором обнаружены 7 фотографий с координатами (т.2 л.д. 89-100); заключением эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ о том, что изъятые в квартире, автомобиле, при личном досмотре и в ходе осмотра места происшествия вещества являются наркотическими веществами с указанием их состава и количества (т.2 л.д. 151-171); протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, с фототаблицей (т.2 л.д. 176-187); протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, с фототаблицей, в ходе осмотра в мессенджерах мобильного телефона имеются аудиозаписи разговоров относительно получения денежных средств; обнаружены фотографии, на которых изображены свертки, наркотическое средство россыпью, а так же участки местности с изображениями в виде стрелок, плюсиков и других обозначений, фотографии ФИО2 у и ФИО3 (т. 2 л.д. 197- 211); ответами на запросы из банков о собственниках лицевых счетов банковских карт и о движении денежных средств между счетами, исчисляемое сотнями тысяч рублей (т.3 л.д. 39, 42); протоколом осмотра детализации телефонных соединений абонентских номеров №, №, №, № (т. 3 л.д. 64-72); протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 88-94); протоколом очной ставки между свидетелем Свидетель №5 и ФИО3, в ходе которой свидетель указал, что непосредственно наблюдал как автомашина под управлением ФИО2 у., которая останавливалась у нескольких домов по <адрес> г.Н.Новгорода, после чего ФИО3, находившийся в салоне автомашины делал закладки с наркотическим средством, фотографировал их на мобильный телефон, ФИО2 у. не мог не видеть противоправные действия по осуществлению тайников-закладок (т.3. л.д. 216-219); протоколом очной ставки между свидетелем Свидетель №5 и ФИО2 у., в ходе которой свидетель подтвердил ранее данные показания (т.4 л.д. 136-139); другими доказательствами, исследованными в судебном заседании, указанными в приговоре.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания недопустимым доказательством протокола обыска жилище (в случаях, не требующих отлагательств) по месту жительства подсудимых, проведенного с участием законного владельца Свидетель №2, не установлено. Имеющиеся исправления в протоколе надлежаще оговорены следователем и удостоверены печатью. Данное следственное действие проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Наличие технической описки в протоколе обыска относительно количества изъятых пакетиков с наркотическим средством, не может являться безусловным основанием для признания данного процессуального документа незаконным. При этом, суд первой инстанции в судебном заседании убедился в соответствии количества имеющихся свертков, количеству свертков с наркотическим средствами по которым была проведена физико-химическая экспертиза, а так же количеству свертков вмененных подсудимым в качестве предмета преступления. О наличии указанной технической описки, в том числе и в производных от протокола документах, в судебном заседании показала и свидетель следователь Ш.Э.В., оснований ставить под сомнение данные показания у судебной коллегии не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, заключение эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ соответствует требованиям УПК РФ. Следователем Ш.Э.В. В порядке, предусмотренном ст. 195 УПК РФ ДД.ММ.ГГГГ была назначена указанная физико-химическая экспертиза по наркотическим средствам. Доводы защиты о непредставлении эксперту одного свертка с наркотическим средством не свидетельствуют о недопустимости данного доказательства, при этом эксперт провел исследование фактически имеющегося объема наркотических средств, ответив на поставленные следователем вопросы.

Доводы стороны защиты о признании недопустимым доказательством протокола обыска от ДД.ММ.ГГГГ, в ходе которого на трех участках местности изъято наркотическое средство, судебная коллегия находит несостоятельными. Как следует из материалов дела, данное следственное действие проведено уполномоченным на то должностным лицом, в присутствии понятых с разъяснением им прав и обязанностей. По окончании его проведения составлен протокол, замечаний и дополнений к нему не поступило. В силу положений ч. 3 ст. 177 УПК РФ, изъятые свертки были упакованы и опечатаны на месте производства следственного действия. Осмотр места происшествия проводился на участках местности, расположенных в непосредственной близости друг от друга, следственное действие проводилось непродолжительное время, что свидетельствует об отсутствии у следователя обязанности по упаковке свертков с наркотическим средством в отдельные упаковки.

Вопреки доводам стороны защиты оперативно-розыскные мероприятия произведены в соответствии с законом, условия проведения оперативно-розыскных мероприятий, предусмотренные ст. 8 Федерального закона от 12.08.1995 «Об оперативно-розыскной деятельности», выполнены. Признаков провокации совершения преступления со стороны должностных лиц правоохранительного органа в отношении подсудимых не установлено. В связи с этим результаты оперативно-розыскного мероприятия судом правомерно учтены в качестве доказательств виновности подсудимых в совершенном преступлении. При этом, ни суду первой инстанции, ни судебной коллегии стороной защиты не представлено доказательств нарушения норм действующего законодательства при проведении сотрудниками полиции оперативно-розыскных мероприятий, последние были проведены с целью проверки информации в отношении ФИО2 у. и ФИО3 о сбыте наркотических средств, что в дальнейшем подтвердилось при осуществлении наблюдения. Действия ФИО2 у. и ФИО3 по совершению противоправных действий – покушения на сбыт наркотических средств, носили активный и добровольный характер.

Вопреки доводам стороны защиты, при осмотре автомашины подсудимых, участков местности, личном досмотре ФИО3, обыске по месту проживания подсудимых были обнаружены свертки наркотических средств в схожей упаковке, факт проведения данных следственных действий и их результат подтвердили в своих показаниях понятые. Закладки наркотических средств были обнаружены именно на тех участках местности на около которых останавливал транспортное средство ФИО2 у., которые отражены в фотографических снимках, полученных в ходе осмотра мобильного телефона ФИО3.

Аналогичным доводам стороны защиты о недопустимости указанных выше доказательств судом первой инстанции дана надлежащая оценка, с которой судебная коллегия соглашается.

Доводы стороны защиты об отсутствии квалифицирующего признака преступления «группой лиц по предварительному сговору», судебная коллегия признает несостоятельными, опровергаются показаниями свидетелей Свидетель №4, Свидетель №5 о сбыте наркотических средств гражданами <данные изъяты>, о том, что в день произошедшего подсудимые находились на автомашине под управлением ФИО2 у. на <адрес>, ФИО2 у. несколько раз останавливал автомашину, а ФИО3 осуществлял закладки наркотических средств, при совершении данных действий подсудимые были задержаны, в автомашине подсудимых, в квартире, где они совместно проживали, а так же при ФИО3 обнаружены свертки с наркотическим средством. Групповой характер преступления подтверждается также сведениями ОРМ. При этом, ФИО2 у., управляя автомобилем, находился в непосредственной близости от ФИО3, осуществлявшего закладки наркотического средства их фотографирование, понимал незаконный характер действий соучастника и участвовал в них. ФИО2 у. осуществлял остановки автомобиля, создавая условия для осуществления закладок с наркотическим средством, именно в тех местах, где в ходе осмотра места происшествия были обнаружены и изъяты наркотические средства из тайников-закладок, а при попытке остановки и задержания автомашины сотрудниками полиции, попытался скрыться.

Вопреки доводам стороны защиты оснований для признания показаний свидетелей сотрудников правоохранительных органов, в том числе Свидетель №4 и Свидетель №5 недостоверными либо оснований оговаривать подсудимых со стороны свидетелей судом не установлено.

Вопреки доводам стороны защиты, подсудимые проживали в квартире совместно, использовали ее как место для хранения наркотических средств с целью их последующего сбыта. При этом в ходе обыска данной квартиры, изъято значительное количество наркотических средств. При таком значительном количестве свертков с наркотическим средством, местах их расположения, наличия факта постоянного проживания ФИО2 у. в указанной квартире, суд обоснованно пришел к выводу о том, что подсудимый ФИО2 у. не только знал о незаконном обороте наркотических средств ФИО3, но и с учетом последующих действий ФИО2 у. по исполнению своей роли в организации тайников-закладок на <адрес>, участвовал в составе группы лиц по предварительному сговору в совершении указанного преступления.

Суд обоснованно пришел к выводу о групповом характере преступления и распределении полученных от его совершения денежных средств с помощью счетов-карт, исходя из материалов дела, подсудимые за период времени, в том числе непосредственно предшествующий их задержанию, осуществляли переводы денежных средств по счетам банковских карт в значительных суммах. При этом подсудимые не имеют постоянного официального места работы и легального дохода, что в совокупности с возмездным осуществлением подсудимыми закладок с наркотическими средствами, получением за осуществление противоправной деятельности денежных средств, наряду с иными обстоятельствами установленными судом, позволяют сделать вывод о групповом характере преступления и распределении полученных от его совершения денежных средств с помощью карт.

Суд правомерно пришел к выводу, что подсудимые, а так же неустановленное следствием лицо, действуя совместно и согласованно, преследуя единую цель сбыта наркотических средств в крупном размере, вступили в преступный сговор. В указанной преступной группе имелось распределение ролей, так подсудимые должны были разместить наркотические средства в тайниках для последующего сбыта, при этом получая за выполненные действия денежные средства. Действия подсудимых были совместны, согласованы и дополняли друг друга, поскольку при отсутствии наркотического средства, поставляемого неустановленным следствием лицом, была бы невозможной его реализация, а в случае невыполнения своей роли в преступлении подсудимыми, доставка наркотического средства потребителям была бы исключена.

Суд, оценив доказательства, правомерно установил, что подсудимыми совершены последовательные действия, направленные на незаконный сбыт всей массы полученных от неустановленного лица наркотических средств и направлении одному лицу фотографических снимков с местами расположения тайников-закладок. Наркотические средства были предоставлены подсудимым в одном свертке, с указанием от неустановленного лица сбыть весь объем предоставленных наркотических средств, что, с учетом фактически совершенных подсудимыми действий, выразившихся в осуществлении закладок в виде свертков с наркотическими средствами в течение непродолжительного времени и на незначительном отдалении друг от друга, в сохранении оставшейся части наркотических средств в квартире подсудимых для осуществлении тайников-закладок в тот же день, и задержания подсудимых с оставшимися свертками с наркотическими средствами, намеревавшихся таким же способом сокрыть их в тайники и сбыть аналогичным способом - свидетельствует о наличии у подсудимых единого преступного умысла, направленного на сбыт одной партии предназначенных к сбыту наркотических средств, и их действия судом верно квалифицированы как одно совершенное преступление. Мотивы принятого судом решения подробно приведены в приговоре, с которыми судебная коллегия соглашается, не усматривая оснований для иной оценки указанных обстоятельств.

Судебная коллегия признает верным квалификацию действий подсудимых как покушение на совершение преступления, поскольку все наркотические средства, предназначавшееся для сбыта, были изъяты сотрудниками полиции из незаконного оборота, в связи с чем, преступление подсудимыми до конца доведено не было по независящим от них обстоятельствам.

Вид и размер наркотического средства установлен материалами дела. Основания ставить под сомнение заключение проведенной по делу физико-химической экспертизы и исследований, не имеется. Выводы экспертов о виде, массе изъятого наркотического средства достаточно аргументированы, основаны на представленных надлежащим образом и исследованных объектах. Компетентность экспертов сомнений у суда не вызывает. Вид наркотического средства обоснованно отнесен к Списку № 1 Перечня наркотических средств и психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации, а размер смеси - содержащей в своем составе наркотическое средство мефедрон (4-метилметкатинон), общей массой 255,878 гр., обосновано определен как крупный, смеси - содержащей в своем составе наркотическое средство метадон (фенадон, долофин), массой 0,916 гр., обосновано определен как значительный, смеси - содержащей в своем составе наркотическое средство ?-пирролидиновалерофенон - производное наркотического средства N-метилэфедрона, массой 0,539 гр., обосновано определен как значительный. Данным заключением экспертизы и исследованиями полностью нашел свое подтверждение квалифицирующий признак «крупный размер наркотического средства».

Вопреки доводам стороны защиты, судом в качестве доказательств по уголовному делу не принимались показания свидетеля Свидетель №10, данные им на предварительном следствии, напротив, указанные показания по ходатайству стороны защиты отдельным постановлением признаны судом недопустимыми (т.7 л.д. 67), при этом, оснований для признания недопустимыми показаний свидетеля Свидетель №10, данных им в судебном заседании и указанных в приговоре в качестве доказательств, оснований не имеется. Они получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и оценены судом в соответствии с правилами оценки доказательств.

Доводы стороны защиты о не разъяснении ФИО2 у. на предварительном следствии права на заключение досудебного соглашения о сотрудничестве, и как следствие необходимости отмены приговора в связи с нарушением его права на защиту, судебная коллегия признает несостоятельными, поскольку они не свидетельствуют о незаконности постановленного приговора. При этом, судебная коллегия констатирует, что в силу положений ч.3 ст. 317.1 УПК РФ ходатайство о заключении досудебного соглашения о сотрудничестве представляется прокурору подозреваемым или обвиняемым, его защитником через следователя. Вместе с тем, при наличии у ФИО2 у. профессионального защитника-адвоката, сведений о направлении ходатайств о заключении досудебного соглашения в отношении данного лица стороной защиты следователю материалы дела не содержат.

Вопреки доводам ФИО2 у. доказательств о несанкционированном доступе третьих лиц к вещественному доказательству – телефону до проведения его осмотра, суду первой инстанции не представлено, как не представлено их и судебной коллегии.

Несоответствие выставленных стороной защиты в указанном сотовом телефоне при его осмотре времени реальному, не опровергает выводы суда о причастности ФИО2 у. и ФИО3 к незаконному обороту наркотических средств, не свидетельствует, вопреки доводам стороны защиты, о фальсификации доказательств иными лицами уже после задержания, а связаны с настройками телефона.

Вопреки доводам стороны защиты, судебная коллегия приходит к выводу о доказанности совершения подсудимыми ФИО2 у. и ФИО3 преступления, связанного с покушением на незаконный сбыт наркотических средств, о доказанности вины подсудимых в совершении этого деяния.

Доводы осужденного ФИО2 у. о необходимости допроса следователя Ж.О.А. о фальсификации доказательств, признаются несостоятельными. Так в суд апелляционной инстанции не представлено доказательств незаконного отказа стороне защиты в допросе данного свидетеля в суде первой инстанции, при этом фактов фальсификации доказательств по уголовному делу стороной защиты судебной коллегии не представлено.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для оправдания ФИО2 у. по преступлению, связанному с покушением на незаконный сбыт наркотических средств, как на то указывает в жалобе сторона защиты, судом не установлено по основаниям указанным выше.

Вопреки доводам стороны защиты, содержащиеся в приговоре выводы суда относительно квалификации действий осужденных мотивированы.

Указанная в приговоре суда совокупность доказательств не содержит взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу. Сведений о нарушении судом правил оценки доказательств, обжалуемый приговор и представленные материалы уголовного дела не содержат.

В приговоре приведены убедительные мотивы, по которым суд принял в качестве допустимых и достаточных именно указанные выше доказательства, как соответствующие реальным событиям, обстоятельства которых правильно установлены судом.

Все необходимые требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает правильное и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции в части надлежащего исследования и оценки представленных сторонами доказательств по данному уголовному делу были выполнены.

На основании полно и всесторонне исследованных в судебном заседании доказательств судом объективно установлены фактические обстоятельство по делу и сделан обоснованный вывод о виновности каждого подсудимого.

Каких-либо существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на правильность принятого судом решения, влекущих отмену приговора, ни в ходе предварительного расследования, ни и в ходе судебного разбирательства по делу не допущено. Все следственные действия, процессуальную легитимность которых оспаривает сторона защиты, соответствуют требованиям уголовно-процессуального закона.

Все версии стороны защиты, озвученные в суде первой инстанции и приведенные стороной защиты в апелляционных жалобах, в качестве оснований для отмены приговора, являлись предметом тщательной проверки суда первой инстанции, получили надлежащую оценку в приговоре суда и правомерно опровергнуты.

В этой связи, доводы, изложенные в апелляционных жалобах стороны защиты, не свидетельствуют о наличии правовых оснований к отмене или изменению состоявшего в отношении ФИО2 у. и ФИО3 приговора, поскольку по существу сводятся к выражению несогласия с произведенной ранее судом оценкой доказательств, а также фактически повторяют изложенную им позицию, которая являлась предметом исследования и оценки суда первой инстанции.

Фальсификации доказательств со стороны правоохранительных органов по делу не установлено, доказательств нарушения прав осужденного, в том числе и на защиту, по уголовному делу также не установлено и таких суду не представлено.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права.

Как следует из протокола судебного заседания, судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273-291 УПК РФ, представленные суду доказательства исследованы, заявленные в судебном следствии ходатайства рассмотрены, по ним судом приняты решения в установленном законом порядке, с приведением мотивов принятых решений, при этом в судебном заседании председательствующий создал сторонам все необходимые условия для исполнения ими процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Данных о лишении стороны защиты возможности задавать вопросы свидетелям и заявлять ходатайства не имеется. Сторона защиты активно пользовалась правами, предоставленными законом, исследуя доказательства и участвуя в разрешении процессуальных вопросов. Основанные на законе мнения и возражения сторон судом принимались во внимание. Как видно из протокола судебного заседания, существо показаний лиц, допрошенных по делу, отражено правильно.

Данных о том, что судебное разбирательство проводилось предвзято, с обвинительным уклоном, с нарушением прав осужденного на справедливый и беспристрастный суд, с ущемлением его процессуальных и общегражданских прав и свобод из материалов дела не усматривается.

Все требования уголовно-процессуального закона, строгое соблюдение которых обеспечивает полное, всестороннее и объективное рассмотрение дела, судом первой инстанции были выполнены.

Все доводы стороны защиты в судебном заседании проверялись судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты с приведением в приговоре мотивов принятых решений. Оснований не соглашаться с указанными выводами также не имеется.

Несогласие лиц подавших жалобы с показаниями участников процесса и положенными в основу приговора доказательствами, как и с приведенной в приговоре их оценкой, не может свидетельствовать о несоответствии выводов суда фактическим обстоятельствам дела, установленным в ходе судебного заседания, недоказанности виновности подсудимых, мотива содеянного им, неправильном применении уголовного закона, как и об обвинительном уклоне суда.

Оснований ставить под сомнение данную судом оценку указанных выше доказательств, суд апелляционной инстанции не находит, поскольку в указанных выше показаниях, в письменных доказательствах, на которых основаны выводы суда о виновности осужденных, каких-либо противоречий, которые свидетельствовали бы об их недостоверности или противоречивости, не имеется, так как доказательства собраны в соответствии с законом, дополняют друг друга и не содержат взаимоисключающих сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу.

Вопреки доводам стороны защиты, все имеющиеся противоречия в показаниях указанных выше лиц в предусмотренном законом порядке судом устранены.

Каких-либо сведений о заинтересованности лиц чьи показания были положены в основу приговора и оснований для оговора осужденных, не установлено, не находит таковых и судебная коллегия.

Оценив в приговоре аналогичные доводам жалоб доводы стороны защиты, суд обоснованно указал, что нарушений процессуальных требований закона при сборе доказательств по данному уголовному делу не допущено. Оснований не согласиться с оценкой, данной судом всем исследованным доказательствам и доводам стороны защиты, судебная коллегия не находит.

Оснований для признания доказательств недопустимыми по делу судом не установлено.

При назначении ФИО2 у. и ФИО3 наказания суд первой инстанции руководствовался общими принципами назначения наказания, предусмотренными уголовным законом, учел характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, данные о личности виновных, другие характеризующие данные, обстоятельства смягчающие наказание, влияние назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семей.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО2 у. в соответствии с ч. 1 ст. 61 УК РФ признано по преступлению, предусмотренному п. «г» ч. 2 ст. 161 УК РФ - явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание по каждому из преступлений ФИО2 у., признано состояние его здоровья и его близких родственников, оказание им помощи, а по преступлению, предусмотренному п. «г» ч.2 ст. 161 УК РФ - полное признание вины, раскаяние в содеянном, принесение публичных извинений.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств ФИО3 признано - активное способствование раскрытию и расследованию преступления. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3 признано состояние здоровья его и его близких родственников, частичное признание виды и раскаяние в содеянном, оказание помощи престарелым родственникам.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО2 у. и ФИО3 предусмотренных ст. 63 УК РФ, не установлено.

При назначении ФИО2 у. и ФИО3 наказания судом первой инстанции также учтено, что подсудимые, каждый, на учете врача-нарколога и врача-психиатра не состоят, положительно характеризуются, имеют хронические заболевания, а также учтены заключения судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ соответственно.

Таким образом, все обстоятельства, влияющие на наказание осужденным, в полной мере учтены судом и указаны в приговоре.

Доводы осужденного ФИО3 о назначении ему судом наказания в размере, превышающем максимальный с учетом правил назначения наказания по ч.3 ст. 66, ч.1 ст. 62 УК РФ основаны на неверном толковании норм права и являются несостоятельными, наказание данному осужденному назначено в рамках санкций статьи, по которой он осужден и в размере не превышающим максимально допустимые пределы с учетом указанных норм.

Вместе с тем судебная коллегия находит судебное решение подлежащим изменению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 389.19 УПК РФ, суд апелляционной инстанции не связан доводами апелляционной жалобы, представления и вправе проверить производство по уголовному делу в полном объеме.

Согласно ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются существенные нарушения уголовно-процессуального и (или) уголовного закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения по настоящему уголовному делу допущены.

Согласно ст. 297 УПК РФ приговор суда должен быть законным, обоснованным и справедливым, то есть постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Указанные требования закона судом выполнены не были.

Действия осужденных ФИО2 у. и ФИО3, при обстоятельствах, указанных в приговоре, были квалифицированы судом как покушение на незаконный сбыт наркотических средств, совершенное с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), группой лиц по предварительному сговору, в крупном размере.

Между тем, по смыслу закона, преступление квалифицируется как совершенное с использованием электронных или информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»), если для выполнения хотя бы одного из умышленных действий, создающих условия для совершения соответствующего преступления или входящих в его объективную сторону, лицо использовало такие сети.

При этом доступ к электронным или информационно-телекоммуникационным сетям, в том числе сети «Интернет», может осуществляться с различных компьютерных устройств, технологически предназначенных для этого, с использованием программ, имеющих разнообразные функции (браузеров, программ, предназначенных для обмена сообщениями, - мессенджеров, специальных приложений социальных сетей, онлайн-игр. других программ и приложений).

По смыслу закона, при квалификации действий лиц как совершенных с использованием данных сетей необходимо установить, какие именно компьютерные устройства и программы использовались и какие действия совершены с их помощью.

Вместе с тем, предъявленное ФИО2 у. и ФИО3 обвинение и установленные судом обстоятельства не содержат сведений о том, какие именно компьютерные устройства и программы использовались осужденными для совершения преступления и какие конкретные действия совершены с их помощью.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает необходимым исключить осуждение ФИО2 у. и ФИО3 за покушение на незаконный сбыт наркотических средств «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть Интернет»)», и соразмерно смягчить назначенное наказание.

В остальном правовая оценка действий ФИО2 у. и ФИО3 по ч.3 ст.30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ судом дана правильно.

Судебная коллегия, принимая во внимание обстоятельства, которые были учтены судом первой инстанции, а именно характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновных, наличие смягчающих и отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, влияние назначенного наказания на их исправление и условия жизни семьей, и считает, что наказание ФИО2 у. и ФИО3, назначено в соответствии с требованиями ст. ст. 6, 43. 60 УК РФ.

Все установленные на момент рассмотрения дела и заслуживающие внимания обстоятельства, данные о личности осужденных, были учтены при решении вопроса о виде и размере наказания.

Положения ч.3 ст.66, ч.1 ст.62 УК РФ при назначении наказания судом соблюдены.

При этом, суд пришел к выводу о возможности исправления ФИО2 у. и ФИО3 только в условиях их изоляции от общества без назначения дополнительных наказаний и не нашел оснований для применения ст. 64, 73 УК РФ, изменения категории преступления на основании ч.6 ст. 15 УК РФ. Выводы суда обоснованы, оснований для иных выводов судебная коллегия не имеет.

Вид исправительного учреждения каждому подсудимому определен верно в соответствии со ст. 58 УК РФ – исправительная колония строгого режима.

Гражданский иск, судьба вещественных доказательств по делу разрешены в соответствии с требованиями действующего законодательства.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые могли бы повлиять на правильность принятого решения и влекущих отмену или изменение приговора, судом апелляционной инстанции не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 389.13, 389.15, 389.19, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия,

определила:

апелляционную жалобу (с дополнением) осужденного ФИО2 у., апелляционную жалобу осужденного ФИО3, апелляционную жалобу (с дополнением) адвоката Малиной И.Н. в защиту ФИО2 у., апелляционную жалобу (с дополнением) адвоката Ларионовой Т.Л. в защиту ФИО3 удовлетворить частично.

Приговор Сормовского районного суда г. Нижний Новгорода от 17 марта 2023 года в отношении ФИО2 у. и ФИО3 изменить:

- исключить из квалификации действий ФИО2 у. по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ признак совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)»,

смягчить назначенное ФИО2 у. наказание по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ до 11 лет 10 месяцев лишения свободы,

в соответствии с ч.3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний окончательно определить ФИО2 у. наказание в виде лишения свободы на срок 12 лет 4 месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима;

- исключить из квалификации действий ФИО3 по ч. 3 ст. 30, п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ признак совершения преступления «с использованием информационно-телекоммуникационных сетей (включая сеть «Интернет»)»,

смягчить назначенное ФИО3 наказание по преступлению, предусмотренному ч. 3 ст. 30 п. «г» ч. 4 ст. 228.1 УК РФ до 7 лет 10 месяцев лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

В остальной части приговор в отношении ФИО2 у. и ФИО3 оставить без изменения.

Апелляционное определение вступает в законную силу немедленно, но может быть обжаловано в Первый кассационной суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня вступления его в законную силу (осужденными, содержащимися под стражей, в тот же срок со дня вручения копии апелляционного определения).

Осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи: