дело № 2-1933/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Волгоград 18 июля 2022 г.

Краснооктябрьский районный суд г. Волгограда в составе:

председательствующего судьи Данковцевой Л.В.,

при секретаре судебного заседания Дрожжине Л.А.,

с участием:

представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ФИО3 – ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 ФИО8 к Половинко ФИО9 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности на жилое помещение, прекращении права пользования жилым помещением,

установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности на жилое помещение, прекращении права пользования жилым помещением.

В обоснование заявленных исковых требований указала, что 27 ноября 2015 г. между ней и ФИО3 был заключен договор дарения <данные изъяты> доли жилого дома с кадастровым номером №, расположенного по адресу: <адрес>. По условиям договора дарения ответчик приняла обязательства соразмерно своей доли в праве собственности нести расходы по ремонту и эксплуатации указанного жилого дома. До подписания указанного договора дарения она была введена в заблуждение относительно последствий подписания договора ответчик обещала создать условия для достойного и комфортного проживания в данном доме, ухаживать за ней, оказывать материальную помощь. В нарушение условий договора дарения от 27 ноября 2015 г. ФИО3 самоустранилась от содержания спорного жилого помещения, оплату коммунальных услуг не производит, материальную помощь не оказывает.

Также истец указала, что договор дарения является недействительным по тем основаниям, что в нарушение статьи 42 Федерального закона №218-ФЗ от 13 июля 2015 г. «О государственной регистрации недвижимости» договор нотариально не удостоверен. Кроме того, отчуждение доли жилого дома без отчуждения земельного участка, находящегося в муниципальной собственности, является незаконным.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просила суд признать недействительным договор дарения <данные изъяты> доли жилого <адрес>, с кадастровым номером №, применить последствия недействительности сделки, восстановить право собственности на жилое помещение за ФИО1, прекратить право пользования жилым помещением его приобретателем по договору ФИО3

Истец ФИО1 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом, об уважительности причин неявки суду не сообщила.

Представитель истца ФИО1 по доверенности - ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержал, настаивал на их удовлетворении в полном объеме.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного разбирательства извещена надлежащим образом, представила заявление, в котором просит в удовлетворении исковых требований отказать, рассмотреть дело в ее отсутствие с участием представителя по доверенности - ФИО4

Представитель ответчика ФИО3 по доверенности - ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признал, заявил о пропуске истцом срока исковой давности.

Выслушав представителей сторон, исследовав письменные материалы дела, допросив свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.

В силу статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В соответствии с пунктом 3 статьи 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

В силу пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 4 статьи 578 Гражданского кодекса Российской Федерации в договоре дарения может быть обусловлено право дарителя отменить дарение в случае, если он переживет одаряемого.

В соответствии с пунктом 5 статьи 578 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае отмены дарения одаряемый обязан возвратить подаренную вещь, если она сохранилась в натуре к моменту отмены дарения.

В соответствии с положениями статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел (пункт 1).

При наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если:

1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.;

2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные;

3) сторона заблуждается в отношении природы сделки;

4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой;

5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку (пункт 2).

Заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной (пункт 3).

По смыслу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделки, совершенные под влиянием заблуждения, относятся к сделкам с пороком внутренней воли, которая может сформироваться в условиях искаженного представления лица об обстоятельствах, имеющих существенное значение для заключения сделки.

Порок воли при совершении сделок может быть обусловлен отсутствием, неправильным формированием или несоответствием волеизъявлению внутренней воли лица, заключающего сделку.

Пороки воли отличаются тем, что носят скрытый характер. Судить о несоответствии волеизъявления внутренней воле субъектов можно по косвенным признакам: поведению сторон в период до и после совершения сделки (включая переговоры по условиям сделки, совершение реальных действий по ее исполнению), наличию или отсутствию какого-либо смысла (разумных мотивов) в передаче имущества и прочее.

Заблуждение означает неверное представление лица об определенных обстоятельствах, имеющих значение для заключения сделки, вследствие чего результат по сделке не соответствует истинной воле стороны. Сделка признается судом недействительной, если заблуждение присутствовало на момент совершения сделки и имело существенное значение для ее совершения. Существенное заблуждение должно затрагивать основные элементы сделки, и его последствия, которые либо вообще невозможно исправить, либо их устранение будет сопряжено с существенными затратами заблуждавшейся стороны.

Заблуждением, имеющим существенное значение, законодатель признает заблуждение относительно природы сделки либо тождества или таких качеств ее предмета, которые значительно снижают возможность его использования по назначению.

В соответствии с пунктами 1 и 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота. Сделка, совершенная под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом, может быть признана недействительной по иску потерпевшего при условии, что другая сторона либо лицо, к которому обращена односторонняя сделка, знали или должны были знать об обмане.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что 27 ноября 2015 г. между ФИО1 (даритель) и ФИО3 (одаряемый) был заключен договор дарения № доли жилого <адрес>, принадлежащего дарителю ФИО1 на праве общей долевой собственности на основании договора купли-продажи от 16 октября 2013 г.

Указанный договор был зарегистрирован в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, о чем в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним 09 декабря 2015 г. внесена запись о регистрации №.

В обоснование исковых требований истец ФИО1 указывала, что, заключая договор дарения, она полагала, что подписывает договор с условием ухода за ней и оказания материальной помощи со стороны ответчика, вследствие чего у нее создалось неправильное представление о природе совершаемой сделки. Однако сразу после подписания договора дарения ответчик изменила свое отношение к ней, помощи не оказывает, бремя содержания спорного имущества не несет.

Вместе с тем приведенные истцом обстоятельства не являются основанием для удовлетворения требований о признании договора дарения от 27 ноября 2015 г. недействительным, восстановлении ее права собственности на ? доли жилого дома, расположенного по адресу: <адрес>, поскольку из смысла пункта 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что заблуждение относительно условий сделки должно иметь место на момент совершения сделки. Приведенный в названной статье перечень случаев, имеющих существенное значение, является исчерпывающим. Неправильное представление о любых других обстоятельствах, помимо перечисленных в законе, не может быть признано существенным заблуждением и не может служить основанием для признания сделки недействительной.

Из текста договора дарения от 27 ноября 2015 г. усматривается, что сторонами согласованы все его существенные условия, четко выражены его предмет и воля сторон, договор дарения подписан истцом собственноручно, оснований полагать, что, выполняя подпись на документе, истец не была ознакомлена с его содержанием, не имеется. Изложенный в договоре дарения текст является ясным, однозначным, исключает иное толкование смысла договора.

Изложенное свидетельствует, что на момент заключения оспариваемого договора волеизъявление ФИО1, выразившееся в оформлении договора дарения, полностью соответствовало ее намерению безвозмездно передать ответчику без встречных условий 1/2 доли жилого <адрес>. Последующее изменение истцом своего решения не является основанием для признания недействительным заключенного договора по мотиву заблуждения.Доводы стороны истца о том, что ФИО1 заблуждалась относительно существа сделки, поскольку полагала, что в будущем ответчик будет оказывать ей помощь и содержание, судом не могут быть приняты во внимание, поскольку договор дарения не содержит встречного обязательства ответчика по осуществлению ухода за истцом.

К тому же, по смыслу статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, заблуждение относительно мотивов сделки не имеет правового значения.

Кроме того, из совокупности действий истца, сопряженных с отчуждением доли спорного жилого помещения: подписание договора дарения, обращение в Управление Росреестра по Волгоградской области, подписание заявления и передача документов на государственную регистрацию, не усматривается наличие заблуждения в отношении существа сделки.

Учитывая, что истцом не представлено доказательств совершения договора дарения № доли жилого дома под влиянием заблуждения, в том смысле, как это предусмотрено статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, доказательств отсутствия ее воли на совершение сделки дарения либо того, что воля сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, правовых оснований для признания договора дарения от 27 ноября 2015 г. недействительным у суда не имеется.

Доводы стороны истца о недействительности договора дарения от 27 ноября 2015 г. в силу несоблюдения нотариальной формы сделки суд не принимает во внимание, поскольку на момент заключения оспариваемого договора дарения нотариального удостоверения данной сделки не требовалось.

Требование о нотариальном удостоверении сделок по отчуждению долей в праве общей долевой собственности на недвижимое имущество появилось после вступления в силу Федерального закона № 172-ФЗ от 02 июня 2016 г. «О внесении изменений отдельные законодательные акты Российской Федерации».

2 июня 2016 г. вступил в силу Федеральный закон № 172-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации (далее – Закон о внесении изменений), которым внесены очередные изменения в статьи 24 и 30 Федерального Закона от 21 июля 1997 г. № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» (далее – Закон о регистрации) в части сделок, подлежащих обязательному нотариальному удостоверению.

Закон о внесении изменений вступил в силу 02 июня 2016 г. и, соответственно, требования данного закона об обязательном нотариальном удостоверении некоторых сделок применяются к отношениям, возникшим в силу Закона о внесении изменений. К договорам, заключенным до вступления в силу указанного выше закона, применяются требования законодательства, действовавшие до указанной даты. Сделки, для которых обязательная нотариальная форма ранее не требовалась и заключенные до 02 июня 2016 г. в простой письменной форме, являются юридически действительными, вне зависимости от даты обращения за государственной регистрацией права.

Доводы истца о невозможности отчуждения доли спорного жилого помещения без отчуждения доли земельного участка, находящегося в муниципальной собственности, суд находит несостоятельными.

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации при переходе права собственности на здание, сооружение, находящиеся на чужом земельном участке, к другому лицу оно приобретает право на использование соответствующей части земельного участка, занятой зданием, сооружением и необходимой для их использования, на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний их собственник.

В случае перехода права собственности на здание, сооружение к нескольким собственникам порядок пользования земельным участком определяется с учетом долей в праве собственности на здание, сооружение или сложившегося порядка пользования земельным участком.

Как следует из материалов дела администрацией Волгограда 22 июля 2016г. внесены изменения в договор аренды земельного участка от 09 августа 2004 г. №, согласно которым арендаторами земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, с 09 декабря 2015 г. являются ФИО3, ФИО5, что свидетельствует о несостоятельности соответствующего довода стороны истца.

Возражая относительно удовлетворения исковых требований, стороной ответчика заявлено о пропуске срока исковой давности.

Рассматривая требования о применении срока исковой давности, суд приходит к следующему.

В силу пунктов 1 и 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, начало течения срока исковой давности по требованию о применении последствий недействительности ничтожной сделки, равно как и по требованию о признании сделки недействительной в силу ничтожности, обусловлено началом исполнения такой сделки, а по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности - со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Как разъяснено в пункте 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. По смыслу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации, если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

Поскольку исполнение оспариваемого договора дарения началось с момента его подписания (27 ноября 2015 г.), и согласно представленным в материалы дела доказательствам, в частности заявлению истца от 27 ноября 2015 г. о государственной регистрации перехода права собственности на основании заключенного с ответчиком договора дарения, а также, учитывая пояснение представителя истца, данное в ходе рассмотрения гражданского дела о том, что с даты совершения сделки ответчик изменил отношение к истцу, прекратив осуществлять помощь, а также объяснения истца, данные 25 июля 2019 г. в ходе рассмотрения гражданского дела 2-1731/2019 по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения и регистрации права в ЕГРП недействительными, возврате сторон в первоначальное положение согласно которым о состоявшемся договоре дарения ей было известно с момента его заключения, истец не могла не знать о нарушении своего права после 27 ноября 2015 г., в защиту которого обратилась в суд с настоящим иском 24 декабря 2021 г., то есть с пропуском установленного статьей 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срока исковой давности, о применении которого заявлено ответчиком.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В соответствии со статьей 205 Гражданского кодекса Российской Федерации в исключительных случаях, когда суд признает уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца (тяжелая болезнь, беспомощное состояние, неграмотность и т.п.), нарушенное право гражданина подлежит защите. Причины пропуска срока исковой давности могут признаваться уважительными, если они имели место в последние шесть месяцев срока давности, а если этот срок равен шести месяцам или менее шести месяцев - в течение срока давности.

В пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» указано, что бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск.

Доказательств исключительности обстоятельств, связанных с личностью истца, при которых суд мог бы признать уважительными причины пропуска срока исковой давности и оснований восстановить этот срок, материалы дела не содержат.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии уважительных причин пропуска срока исковой давности по оспариванию договора дарения от 27 ноября 2015 г.

При таких обстоятельствах суд считает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения от 27 ноября 2015 г. недействительным отказать.

В связи с тем, что отказано в удовлетворении основного требования о признании договора дарения недействительным, суд отказывает в удовлетворении производных требований о применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности на жилое помещение, прекращении права пользования жилым помещением.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

в удовлетворении искового заявления ФИО1 ФИО10 к Половинко ФИО11 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки, восстановлении права собственности на жилое помещение, прекращении права пользования жилым помещением отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи жалобы через Краснооктябрьский районный суд г. Волгограда.

Мотивированное решение изготовлено 25 июля 2022 г.

Судья Л.В. Данковцева