Решение по делу № 2-1299/2024 от 24.11.2025 - о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка.

к делу 2-297/2025

23RS0012-01 -2024-001262-80

категория 2.219

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

г. Горячий Ключ 12 ноября 2025 года

Горячеключевской городской суд Краснодарского края в составе:

председательствующего судьи Черникова О.Ю.,

при секретаре судебного заседания Васильевой К.А.,

с участием сторон,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в Горячеключевской городской суд Краснодарского края с иском к ФИО2 о признании договора дарения недвижимого имущества недействительным, применения последствий недействительности сделки. В основание иска указала, что ее отец ФИО3, как ей стало известно, подарил ответчику жилой дом площадью 126,4 кв.м., с кадастровым №«...» и земельный участок общей площадью 814 кв.м. с кадастровым номером №«...», расположенные по адресу: <адрес>. Как указала истец, данное недвижимое имущество, по устной договоренности между родителями и детьми, должно было после смерти родителей перейти в равных долях сыну ФИО4 и дочери ФИО1 (в девичестве – ФИО13) О.В.. Далее она указала, что ее отец с 2009 года страдает серьезными заболеваниями, в том числе токсико-дисметаболической энцефалопатией, сенситивно-мозжечковой атаксией, когнитивными, мнестическими и эмоционально-волевыми нарушениями. Согласно выписному эпикризу №«...» от 29.12.2009г., родственников узнавал не всегда, резко снижена память на текущие события, частично на предшествующие. Согласно выписному эпикризу №«...» от 15.12.2010г., диагноз дополнился «органическим расстройством личности в связи со смешанным заболеванием (синдромом злоупотребления алкоголем, ДЭП). В тот момент уже наблюдались «выраженные когнитивные, мнестические и эмоционально-волевые нарушения». Выписным эпикризом от 12.06.2011г., а также медицинским заключением от 29.11.2011г. данный диагноз подтверждается. Истец считает, что ФИО3 в силу имеющихся заболеваний не способен ясно понимать значение своих действий или руководить ими. Истец задала вопрос отцу, осознает ли он, что подарил внуку все свое недвижимое имущество, на что последний ответил, что ничего дарить не хотел, договор ему прочитать толком не дали, он что-то подписал, но не понял, что именно.

В силу вышеизложенного, истец полагает, что заключенный договор дарения является недействительным, по основаниям, предусмотренным ст.166 и п.1 ст.177 ГК РФ. Просит признать недействительным договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО2, предметом которого является дарение жилого дома площадью 126,4 кв.м., с кадастровым №«...» и земельного участка общей площадью 814 кв.м. с кадастровым №«...», расположенных по адресу: <адрес>, применить последствия недействительности сделки; указать, что решение суда является основанием для исключения из ЕГРН записей о праве собственности ответчика ФИО2 на жилой дом площадью 126,4 кв.м., с кадастровым №«...» и земельный участок общей площадью 814 кв.м. с кадастровым №«...», расположенных по адресу: <адрес>, и внесения регистрационных записей о праве собственности ФИО3 на жилой дом площадью 126,4 кв.м., с кадастровым №«...» и земельный участок общей площадью 814 кв.м. с кадастровым номером №«...», расположенных по адресу: <адрес>.

В судебном заседании истец ФИО1 и ее представитель по доверенности ФИО6 на удовлетворении заявленных исковых требований настаивали в полном объеме.

Законный представитель ответчика – ФИО4 и его представитель по доверенности Головков В.П., против удовлетворения иска возражали, просили отказать в полном объеме. Полагали, что преклонный возраст ФИО3 не означает его невменяемость. Возражали против назначения судебной психиатрической экспертизы.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора ФИО3 в судебном заседании указал, что является собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, подтвердил подписание договора дарения внуку.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, отдела опеки и попечительства в отношении несовершеннолетних администрации г. Горячий Ключ в судебное заседание не явился, о месте, дате и времени слушания дела был извещен надлежащим образом, направил ходатайство, в котором просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Суд полагает возможным рассмотреть дело в соответствии с ч. 5 ст. 167 ГПК РФ при имеющейся явке сторон.

Суд, рассмотрев исковое заявление, выслушав участников судебного разбирательства, исследовав письменные материалы дела, оценив доказательства по делу, как по отдельности, так и в их совокупности и взаимосвязи, с учетом критериев допустимости и относимости, приходит к следующему выводу.

Статьей 35 Конституции Российской Федерации, право частной собственности охраняется законом. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

Согласно статье 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с частью 1 статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации дарение, сопровождаемое передачей дара одаряемому, может быть совершено устно, за исключением случаев, предусмотренных п. 2 и п. 3 настоящей статьи (договор дарения недвижимости). Передача дара осуществляется посредством его вручения, символической передачи (вручение ключей и т.п.) либо вручения правоустанавливающих документов.

В силу статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, защита гражданских прав осуществляется, в частности, путем признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным этим кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

По смыслу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации по указанным основаниям сделка может быть оспорена не только сторонами по сделке, но и по искам иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ответчик ФИО2 является собственником жилого дома площадью 126,4 кв.м., с кадастровым №«...» и земельного участка площадью 814 кв.м. с кадастровым №«...», расположенных по адресу: <адрес> (далее - спорный дом и земельный участок) (л.д.10-19).

Право собственности на спорный дом и земельный участок ответчику перешли на основании договора дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) в лице законного представителя ФИО4 (л.д.41-43).

Даритель ФИО3 является истцу ФИО1 отцом, что подтверждается свидетельством о рождении и свидетельством о заключении брака (л.д.7,8).

Исходя из представленных в дело истцом медицинских документов, ФИО3 с 2009 года страдает такими заболеваниями как - токсико-дисметаболической энцефалопатией, сенситивно-мозжечковой атаксией, когнитивными, мнестическими и эмоционально-волевыми нарушениями.

Так согласно выписным эпикризам от ДД.ММ.ГГГГ №«...» ФИО3 родственников узнавал не всегда, резко снижена память на текущие события, частично на предшествующие, от ДД.ММ.ГГГГ №«...» диагноз дополнился органическим расстройством личности в связи со смешанным заболеванием синдромом злоупотребления алкоголем, ДЭП (л.д.20,21). Выписным эпикризом от 12.06.2011г., а также медицинским заключением от 29.11.2011г. данные диагнозы подтверждаются (л.д.22,23).

Следовательно, медицинскими документами ФИО3 подтверждено, что с 2009 года он имел заболевания связанные с эмоционально-волевыми нарушениями. Данные документы стороной ответчика не оспорены и не поставлены под сомнения.

Допрошенные в судебном заседании свидетель ФИО7 пояснила, что ранее работала совместно с супругой ФИО3 - ФИО8 Может его охарактеризовать по личности и состоянию здоровья, была вхожа в семью и часто посещала их дом. Сообщила суду, что ФИО3 около 18 лет назад тяжело перенес инсульт, после которого долго лежал в больнице, а после дома, плохо помнил что делал, куда шел, мог заблудиться. Постоянно находился на таблетках, терял память. Забота о нем в основном лежала на супруге ФИО8 и дочери ФИО1, так как сын проживал на севере, то практически не помогал. Последний раз видела ФИО3 на похоронах его супруги ФИО8 в августе 2023 года, где она заметила, в том числе его неадекватность, забывчивость. Полагает, что ФИО3 не восстановился после инсульта, а также имеет серьезные проблемы с памятью и потерей в пространстве.

Допрошенная в качестве свидетеля ФИО9 пояснила суду, что является крестницей ФИО3, а также что он приходится дядей ее матери. Называет его дядя ФИО14, поддерживает семейные теплые отношения, посещает часто их дом, может пояснить о здоровье своего дяди. В частности ФИО3 проживал с супругой ФИО8, которая и обеспечивала его социально-бытовые нужды. Дочь ФИО1 помогала родителям, систематически приезжала, обеспечивала лечение, закупала продукты питания, находилась постоянно рядом с ними. Сын ФИО4 около 20 лет назад уехал из г. Горячий Ключ, с родителями общался только по телефону. Рассказала суду о произошедшем в сентябре 2023 года инциденте, в частности о том, что в два часа ночи ФИО3 пришел к ней домой и спрашивал о его маме (бабушке свидетеля), чтобы сообщить ей, что он ходил к родителям ФИО9 сообщить, что проживает с ФИО15, и что жить с ним он не желает. Пояснила, что бабушка, родители свидетеля и ФИО16 давно умерли. Полагает, что ФИО3 нуждается в медицинской помощи, так как у него имеются серьезные проблемы с памятью, он не в состоянии вести конструктивный диалог. Также пояснила, что насколько ей известно, ФИО3 ни с кем не обсуждал дарение недвижимости внуку, родственники об этом не знали.

Кроме того, суд учитывает пояснения самого ФИО3, данные им в судебном заседании, согласно которым он сообщил, что в настоящее время является собственником спорного дома и земельного участка. Пояснил, что является вдовцом, когда умерла жена и сколько прошло с тех пор времени не помнит. Подтвердил дарение недвижимого имущества внуку, однако, обстоятельства подписания договора и место его нахождения на вопрос суда, пояснить затруднился. Сообщил, что составил договор самостоятельно - «сел и написал» от руки, подписал договор дарения внуку, когда его супруга была жива. Утверждал, что не имеет никаких проблем с памятью, кроме проблем со зрением, видит одним глазом. Также пояснил, что у сына ФИО4, иного имущества, кроме подаренной недвижимости нет. Указал, что в настоящее время он проживает в своем доме вместе с сыном ФИО4 и его семьей. Затруднился ответить, сколько у него всего внуков и как их зовут. О разговоре с дочерью по поводу ошибочного подписания договора дарения не помнит.

Необходимо отметить, что ФИО3 указывает на подписание договора дарения внуку, в то время когда его супруга была жива, однако, данный факт опровергается материалами дела, поскольку договор дарения заключен ДД.ММ.ГГГГ, а супруга- ФИО8 умерла ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.84). Также ФИО3 ссылается на отсутствие проблем с памятью и утверждает, что имеет лишь проблемы со зрением, что опровергается подлинными заключениями медицинских специалистов, свидетельствующих о наличие иных заболеваний, в том числе неврологические (л.д.20-23). ФИО3, подтвердив дарение внуку ФИО5 спорного дома и земельного участка, не смог ответить сколько всего у него внуков и как их зовут. Не смог ответить, когда умерла его супруга и сколько прошло времени, не помнит о разговоре с дочерью.

Таким образом, учитывая, что ФИО3, в судебном заседании обстоятельства подписания и составления договора указать не смог, а также показания свидетелей подтверждающие, что уже более десяти лет ФИО3 ясно не мыслит, имеет проблемы с памятью и полностью последствиям своих действий не осознает, суд к его показаниям относится критически и считает, что действительно имеются основания полагать, что в момент совершения сделки ФИО3 не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Судом удовлетворено в судебном заседании ходатайство ФИО1 о просмотре видеозаписи с участием ее отца ФИО3 и ее, в ходе которого зафиксировано воля его по отчуждению спорного имущества.

В присутствии участников процесса судом обозрена видеозапись, представленная ФИО1, в ходе которой она пояснила, что действительно отец не собирался отчуждать спорное имущество в пользу своего внука. На видео ФИО3 утверждает, что его ввели в заблуждение относительно предмета договора, с содержанием не ознакомили.

Согласно ст. 59 ГПК РФ суд принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела.

В силу ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Таким образом, суд учитывает положения ст. 56 ГПК РФ, которые обязывают стороны представлять доказательства, на которых они основывают свои требования.

Поскольку стороны не возражали против обозрения видеозаписи в судебном заседании, а она содержит сведения, имеющие отношение к предмету судебного разбирательства, судом решен вопрос о ее приобщении, в связи с чем, приходит к выводу, что в совокупности с вышеописанные доказательствами, указанная видеозапись подтверждает доводы ФИО1 и отражает волю ФИО3 на отсутствие желания по отчуждению домовладения и земельного участка по адресу: г. Горячий Ключ, <адрес>.

Согласно ст. 79 ГПК РФ, при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

С целью проверки доводов истца, установленных в судебном заседании обстоятельств и получения медицинских документов, с учетом показаний свидетелей и самого ФИО3, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена судебная психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам ГБУЗ «Специализированная клиническая психиатрическая больница №«...»» МЗ КК.

При назначении экспертизы судом разъяснены положения ч. 3 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации о том, что при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым, о чем отобрана подписка (л.д.111).

Согласно письму заведующего отделением АСПЭ №«...» ГБУЗ «Специализированная клиническая психиатрическая больница №«...»» МЗ КК от ДД.ММ.ГГГГ экспертиза не проверена в связи с неявкой ФИО3 на экспертизу (л.д.113).

После возобновления производства по делу, стороной ответчика представлены суду медицинские документы подтверждающие уважительность неявки на экспертизу ФИО3, в связи с чем, определением суда от ДД.ММ.ГГГГ назначена психиатрическая экспертиза, проведение которой также поручено экспертам ГБУЗ «Специализированная клиническая психиатрическая больница №«...»» МЗ КК.

Однако, сторона ответчика повторно не обеспечила явку ФИО3 для участия в экспертизе при отсутствии уважительности неявки, что подтверждается письмом заведующего отделением АСПЭ №«...» ГБУЗ «Специализированная клиническая психиатрическая больница №«...»» МЗ КК от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.138).

Суд дважды (определениями от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ) назначал проведение судебной психиатрической экспертизы. На разрешение эксперта был поставлен вопрос - мог ли ФИО3 осознавать значение своих действий и руководить ими в момент совершения им сделки дарения недвижимого имущества ДД.ММ.ГГГГ. Однако, экспертиза не была проведена в связи с уклонением ФИО3 от его проведения.

При рассмотрении вопроса об уклонении дважды ФИО3 от явки в экспертное учреждение суд исходил из того, что он является пожилым человеком, проживает совместно со своим сыном по адресу: г. Горячий Ключ, <адрес>. При этом, его сын ФИО4 является законным представителем ответчика – несовершеннолетнего ФИО2, участвовал при обсуждении вопроса о назначении судебной экспертизы, высказывал свои возражения и несогласия, тем самым образом, был извещен о принятом судом решении о назначении экспертизы и необходимости обеспечения явки пожилого отца - ФИО3 в экспертное учреждение.

Помимо этого, судом получена от него подписка в порядке ч. 3 ст. 79 ГПК РФ. При этом, суд также учитывает, что в судебном заседании принимал участие представитель ФИО4 - адвокат Головков В.П., который должен также поступать добросовестно в целях всестороннего и полного рассмотрения исковых требований.

В соответствии с частью 3 статьи 79 ГПК РФ при уклонении стороны от участия в экспертизе, непредставлении экспертам необходимых материалов и документов для исследования и в иных случаях, если по обстоятельствам дела и без участия этой стороны экспертизу провести невозможно, суд в зависимости от того, какая сторона уклоняется от экспертизы, а также какое для нее она имеет значение, вправе признать факт, для выяснения которого экспертиза была назначена, установленным или опровергнутым.

Этот вопрос разрешается судом в каждом конкретном случае в зависимости от того, какая сторона, по каким причинам не явилась на экспертизу или не представила экспертам необходимые предметы исследования, а также какое значение для нее имеет заключение экспертизы, исходя из имеющихся в деле доказательств в их совокупности.

Поскольку сторона ответчика и третье лицо ФИО3 не явились для участия в судебной психиатрической экспертизе, самоустранились от установления обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора, иных доказательств, опровергающих позицию истца, суду не предоставили, суд пришел к выводу в соответствии с п. 3 ст. 79 ГПК РФ, считать установленным факт наличия у ФИО3 выраженных интеллектуально-мнестических, эмоционально-волевых нарушений, вследствие чего он не мог понимать значение своих действий и руководить ими в период заключения оспариваемого договора дарения.

С учетом изложенного, неспособность ФИО3 в момент совершения сделки – договора дарения земельного участка и расположенного на нем жилого дома от ДД.ММ.ГГГГ понимать значение своих действий или руководить ими является основанием для признания сделки недействительной и подлежит установлению.

Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства в момент подписания договора, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.

По смыслу пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

В соответствии с ч. 1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Статьей 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ч. 1).

На основании ч. 1 ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно части 2 статьи 56 этого же кодекса суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Довод ответчика, о том, что ФИО3 действовал осознано, опровергается материалами дела, показаниями свидетелей, и самого ФИО3, а также уклонением ФИО4, несовершеннолетнего ФИО2 и ФИО3 от участия в проведении судебной психиатрической экспертизы.

Изучив все представленные доказательства по делу в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка является законным, обоснованным на представленных в суд доказательствах, в связи с чем подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого дома и земельного участка - удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения, заключенный между ФИО3 и ФИО2, жилого дома площадью 126,4 кв.м, с кадастровым №«...» и земельного участка общей площадью 814 кв.м, с кадастровым №«...», расположенных по адресу: <адрес>, применить последствия недействительности сделки.

Решение суда является основанием для исключения из ЕГРН записей о праве собственности ответчика ФИО2 на жилой дом площадью 126,4 кв.м, с кадастровым №«...» и земельного участка общей площадью 814 кв.м, с кадастровым №«...», расположенных по адресу: <адрес> и внесения регистрационных записей о праве собственности ФИО3 на жилой дом площадью 126,4 кв.м, с кадастровым №«...» и земельного участка общей площадью 814 кв.м, с кадастровым №«...», расположенных по адресу: <адрес>.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Краснодарский краевой суд через Горячеключевской городской суд Краснодарского края в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий подпись О.Ю. Черников

Мотивированное решение суда изготовлено 24 ноября 2025 года.