Дело № 10-4408/2022 Судья Коломиец Ю.Г.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ постановление

г. Челябинск 19 июля 2023 года

Челябинский областной суд в составе судьи Иванова С.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Беленковым В.Н.,

с участием:

прокурора Таракановой Т.И.,

защитника осужденного ФИО1 – адвоката Белова К.О.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя ФИО6 и апелляционной жалобе осужденного на приговор Чебаркульского городского суда Челябинской области от 17 мая 2023 года, которым

ФИО1 ФИО10, родившийся ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, гражданин <данные изъяты>, не судимый,

осужден по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ к наказанию в виде обязательных работ на срок 100 часов с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на срок 2 года 9 месяцев, и с применением меры уголовно-правового характера в виде конфискации в доход государства легкового автомобиля марки «CHEVROLET AVEO» (государственный регистрационный знак №).

Изучив материалы уголовного дела, заслушав выступления прокурора Таракановой Т.И., просившей об изменении приговора по доводам апелляционного представления; адвоката Белова К.О., возражавшего против них и просившего об удовлетворении доводов апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, будучи лицом, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянения, осужден за управление автомобилем в состоянии опьянения, совершенное в вечернее время 27 марта 2023 года при обстоятельствах, описанных в приговоре, постановленном в порядке гл. 40 УПК РФ.

Государственный обвинитель ФИО6 просит изменить приговор по основаниям, предусмотренным пп. 2-4 ст. 389.15 УПК РФ, усилив чрезмерно мягкое наказание, назначенное ФИО1, ссылаясь в апелляционном представлении в обоснование своих доводов на то, что уголовное дело рассмотрено при особом порядке принятия судебного решения, однако суд, как следует из приговора, руководствовался ст. 226.9 УПК РФ, чем «незаконно улучшил положение осужденного», поскольку дознание в сокращенной форме по уголовному делу не проводилось. При этом не обсужден вопрос о применении положений чч. 1 и 5 ст. 62 УК РФ, а равно судом не учтено отсутствие отягчающих наказание ФИО1 обстоятельств.

По мнению государственного обвинителя «нарушения уголовного и уголовно-процессуального законов, допущенные судом, являются существенными, повлиявшими на исход дела, искажающими саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, поскольку необоснованно улучшили положение осужденного».

В апелляционной жалобе осужденный, полагая приговор чрезмерно суровым, просит его изменить в части решения о конфискации принадлежащего ему автомобиля, ссылаясь на нуждаемость в нем всех членов его семьи, и возможность использования этого транспортного средства его супругой, которая относится к числу лиц, застрахованных по ОСАГО, и могла бы возить детей в школу, детский лагерь, медицинские учреждения, в том числе, в Челябинскую областную больницу. Средств на покупку другого автомобиля у семьи нет.

Кроме того ФИО1 обращает внимание на то, что в момент остановки автомобиля сотрудниками полиции с ним находились его жена и малолетний ребенок, что свидетельствует о том, что он был абсолютно трезвым.

Обсудив доводы сторон, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для того, чтобы согласиться с ними, и каких-либо оснований для отмены или изменения обжалуемого приговора.

Позиция прокурора базируется по существу на наличии в приговоре предложения «На основании изложенного и руководствуясь ст. 226.9 УПК РФ, суд…», которым начинается его резолютивная часть, которое каким-либо образом не повлияло на правильность применения уголовного и уголовно-процессуального законов судом.

Доводы осужденного не основаны на применимых требованиях уголовного закона.

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 вину в инкриминированном ему преступлении признал полностью, вследствие чего судом удовлетворено его согласованное с адвокатом ходатайство о рассмотрении уголовного дела при особом порядке принятия судебного решения, предусмотренном гл. 40 УПК РФ, против чего государственный обвинитель не возражал.

При этом ФИО6 непосредственно принимал участие в судебном заседании, присутствовал при разъяснении подсудимому оснований и условий для принятия судом решения в названном порядке, и не имел каких-либо возражения против действий председательствующего.

Соответствующие требования уголовно-процессуального закона соблюдены: данное ходатайство своевременно и добровольно заявлено обвиняемым после ознакомления с материалами уголовного дела в соответствии с положениями ст. 217 УПК РФ совместно с защитником (л.д. 141-142, 143).

Уголовное дело по итогам подготовки к судебному заседанию назначено к рассмотрению в особом порядке судебного разбирательства (л.д. 147).

У суда апелляционной инстанции нет никаких оснований сомневаться в том, что председательствующим при рассмотрении уголовного дела по существу судьей были надлежаще изучены его материалы, в том числе, проверена своевременность вручения ФИО1 составленного обвинительного акта (а не обвинительного постановления), исходя из чего для него было очевидно, что дознания в сокращенной форме в ходе досудебного производства не проводилось, а оно осуществлялось в общем порядке.

Несогласие водителя, отстраненного от управления транспортным средством, с направлением его на медицинское освидетельствование и при отказе пройти таковое по требованию уполномоченного должностного лица, в силу примечания 2 к ст. 264 УК РФ – влечет презумпцию нахождения такого водителя в состоянии опьянения.

В судебном заседании подсудимому надлежащим образом разъяснены процессуальные последствия рассмотрения уголовного дела без проведения судебного разбирательства в общем порядке, а равно установленные ст. 317 УПК РФ пределы обжалования приговора (л.д. 156, об-157).

В этой связи доводы осужденного, касающиеся оценки обстоятельств, связанные с его действительным физиологическим состоянием и обстоятельствами, при которых он отказался от проведения медицинского освидетельствования, суд апелляционной инстанции не принимает, поскольку они выходят за пределы, установленные названной статьей закона, устанавливающей, что приговор, постановленный в соответствии со ст. 316 УПК РФ, не может быть обжалован в апелляционном порядке по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 389.15 данного Кодекса.

При этом подсудимому, в частности, непосредственно разъяснялось, что наказание при рассмотрении уголовного дела при особом порядке принятия судебного решения не может превышать две трети максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступления (л.д. 157).

Положения ч. 6 ст. 226.9 УПК РФ, напротив, ФИО1 не разъяснялись.

Нужно отметить, что в силу ч. 1 ст. 226.9 УПК РФ по уголовному делу, дознание по которому производилось в сокращенной форме, судебное производство осуществляется в порядке, установленном ст.ст. 316 и 317 УПК РФ, с изъятиями, предусмотренными настоящей статьей.

Единственным изъятием, которое предусмотрено данной нормой, которое не касается порядка представления дополнительных доказательств по данным о личности подсудимого и основания для возвращения уголовного дела прокурору, касается сокращения верхнего предела наиболее строгого вида наказания – до одной второй, вместо двух третей, как это предусмотрено ч. 7 ст. 316 УПК РФ.

По смыслу уголовного закона под наиболее строгим видом наказания в ст. 62 УК РФ следует понимать тот из перечисленных в санкции статьи вид наказания, который является наиболее строгим из применяемых в соответствии с действующим уголовным законом видов наказаний с учетом положений ст. 44 УК РФ (например, в этих целях арест не учитывается).

При этом не имеет значения, может ли данный вид наказания быть назначен виновному с учетом положений Общей части УК РФ (например, ч. 1 ст. 56 УК РФ) или Особенной части УК РФ (например, п. 2 примечаний к ст. 134 УК РФ) (абз. 1 п. 33 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами РФ уголовного наказания»).

Санкция ч. 1 ст. 264.1 УК РФ, которая предусматривает ответственность за преступление небольшой тяжести, предусматривает в качестве наиболее строгого вида наказания лишение свободы, то есть тот вид наказания, который не мог был быть назначен ФИО1

Таким образом довод государственного обвинителя основывается на голословном предположении о том, что суд необоснованно улучшил положение осужденного, исходя из неверного определения того верхнего предела наиболее строгого вида наказания, который в силу закона не мог быть назначен подсудимому ФИО1 в силу императивного запрета ч. 1 ст. 56 УК РФ.

Более того, председательствующим подсудимому разъяснены именно положения ч. 7 ст. 316 УПК РФ, а не ч. 6 ст. 226.9 УПК РФ, что прямо следует из протокола судебного заседания.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора в целом соответствует требованиям ч. 8 ст. 316 УПК РФ.

Уголовно-процессуальный закон не требует указывать в резолютивной части обвинительного приговора статью, предусматривающую форму уголовного судопроизводства и порядок рассмотрения уголовного дела.

Такого требования не содержат ни ст. 226.9, ни ст.ст. 314-316, ни ст.ст. 308-309 УПК РФ.

Не придается иной смысл приведенным законоположениям Пленумом Верховного Суда Российской Федерации (пп. 1 и 29 постановления от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре»).

Во всех случаях резолютивная часть обвинительного приговора должна быть изложена таким образом, чтобы не возникало сомнений и неясностей при его исполнении. В связи с этим в резолютивной части обвинительного приговора должны быть приведены решения суда по каждому из вопросов, указанных ст.ст. 308 и 309 УПК РФ, разрешаемых судом по данному делу

Этим требованиям резолютивная часть обжалуемого обвинительного приговора в целом соответствует.

При изложенных обстоятельствах никаких оснований сомневаться в том, что уголовное дело было рассмотрено в порядке гл. 40 УПК РФ, у суда апелляционной инстанции не имеется.

В силу прямых указаний уголовного закона с учетом категории преступления, того факта, что подсудимый ранее не судим, никаких оснований для того, чтобы констатировать, что суд первой инстанции каким-то не указанным в апелляционном представлении образом «незаконно улучшил положение осужденного», у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, признав, что обвинение подтверждается доказательствами, собранными по уголовному делу, суд на основании ст.ст. 314-316 и с соблюдением требований ст. 252 УПК РФ постановил обвинительный приговор, правильно квалифицировав действия подсудимого по ч. 1 ст. 264.1 УК РФ как управление автомобилем лицом, находящимся в состоянии опьянения, подвергнутым административному наказанию за управление транспортным средством в состоянии опьянении.

Суд апелляционной инстанции не находит каких-либо веских оснований ставить данные выводы суда под сомнение.

При назначении ФИО1 наказания суд в соответствии с требованиями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ учел характер и степень общественной опасности преступления небольшой тяжести, направленного против безопасности дорожного движения, фактические обстоятельства его совершения, данные о личности виновного, включая обстоятельства, смягчающие наказание, его влияние на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

Правильность установления судом круга смягчающих наказание обстоятельств по уголовному делу, к которым согласно приговору отнесены признание ФИО1 вины в совершении преступления, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, совершение преступления впервые, положительные характеристики, наличие <данные изъяты>, сторонами не обжалуется.

Иных обстоятельств, прямо предусмотренных уголовным законом в качестве смягчающих, достоверные сведения о которые имеются в материалах дела, но не учтенных при назначении наказания, равно как и других обстоятельств, которые применительно к совершенному деянию и личности осужденного в данном конкретном случае должны были бы быть признаны смягчающими наказание в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено.

С достаточной полнотой отражены в приговоре и все иные юридически значимые сведения, характеризующие личность осужденного, связанные с его положительными характеристиками.

Отягчающие наказание ФИО1 обстоятельства по делу не установлены, о чем прямо указано в приговоре (л.д. 163).

Ссылки автора апелляционного представления на ненадлежащий учет судом отсутствия обстоятельств, отягчающих наказание, не основаны на правильном толковании уголовного закона.

В силу ч. 3 ст. 60 УК РФ при назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Отсутствие обстоятельств, отягчающих наказание, является основанием для применения привилегированных норм уголовного закона – ч. 6 ст. 15, ч. 1 ст. 56, ч. 1 ст. 62 УК РФ. Никаких иных уголовно-правовых последствий факт отсутствия таковых обстоятельств не влечет.

Следует отметить, что к предмету доказывания по уголовному делу в силу п. 6 ст. 74 УПК РФ относятся обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а не их отсутствие.

Субъективные представления государственного обвинителя о том, как надлежит учитывать при назначении наказания и отражать в приговоре факт отсутствия по уголовному делу обстоятельств, отягчающих наказание, для оценки законности и обоснованности обжалуемого приговора значения не имеют.

Доводы апелляционного представления о том, что судом «не обсуждено» применение положений чч. 1 и 5 ст. 62 УК РФ противоречат правовой позиции, содержащейся в п. 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2015 года № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», в соответствии с которой суд обязан мотивировать применение норм, ограничивающих срок или размер наказания определенной частью наиболее строгого вида наказания, в описательно-мотивировочной части приговора.

Назначение подсудимому наказания, которое не является наиболее строгим из числа предусмотренных санкцией статьи Особенной части УК РФ, исключает необходимость мотивировать применение норм 62, 65, 66 и 68 УК РФ.

Учитывая отсутствие каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО1 во время и после преступления, его мотива, а равно иных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, суд первой инстанции обоснованно не счел возможным применить по уголовному делу положения ст. 64 УК РФ.

Исходя из того, что степень общественной опасности преступного деяния определяется именно конкретными обстоятельствами его совершения, в частности, способом, видом умысла, а также обстоятельствами, смягчающими наказание, относящимися к преступлению, оснований для переоценки данного вывода, суд апелляционной инстанции не усматривает.

При указанных обстоятельствах суд обоснованно счел, что достижение целей наказания, предусмотренных ст. 43 УК РФ, в отношении ФИО1 возможно путем применения обязательных работ на срок близкий к нижней границе данного вида наказания и лишения его права управления транспортным средством на срок близкий к верхнему пределу, установленному санкцией ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Сочетание данных основного и дополнительного видов наказания в полной мере отвечает целям ст. 43 УК РФ и соответствует характеру и степени общественной опасности содеянного.

Применение обязательного дополнительного наказания в виде лишения права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на определенный судом первой инстанции срок соразмерно и данным о личности виновного.

Исходя из того, что все положительные данные о личности осужденного и смягчающие наказание обстоятельства имели место и на момент совершения им преступления, либо связаны исключительно с признанием вины в преступлении, выявленном в условиях очевидности, оснований полагать необходимость для смягчения дополнительного наказания суд не усматривает.

Таким образом, мотивы избрания вида и срока наказания, назначенного ФИО1, приведены в приговоре и основаны на требованиях закона. Оно соответствует характеру и степени общественной опасности совершенного преступления против безопасности дорожного движения, фактическим обстоятельствам его совершения и личности осужденного, поэтому оснований для признания его несправедливым ввиду чрезмерной мягкости или суровости судом апелляционной инстанции не усматривается.

Государственный обвинитель, предлагая суду усилить наказание, не сослался ни на один из признаков, установленных законом, свидетельствующих о несправедливости наказания.

В силу требований ч. 2 ст. 389.18 УПК РФ, сообразующейся с положениями ст.ст. 6, 43 и 60 УК РФ, несправедливым является приговор, по которому было назначено наказание, не соответствующее тяжести преступления, личности осужденного, либо наказание, которое хотя и не выходит за пределы, предусмотренные соответствующей статьей Особенной части УК РФ, но по своему виду или размеру является несправедливым как вследствие чрезмерной мягкости, так и вследствие чрезмерной суровости.

В апелляционном представлении не указано, по каким мотивам назначенное ФИО1 наказание не соответствует характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, и не приведены факты, которые свидетельствовали бы о том, что судом не учтено влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи, в связи с чем такое представление нельзя рассматривать как надлежащий процессуальный повод для ухудшения положения осужденного по смыслу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ.

Положения о конфискации автомобиля, принадлежащего осужденному, судом первой инстанции применены правильно.

Доводы апелляционной жалобы о несправедливости конфискации автомобиля, принадлежащего осужденному, суд апелляционной инстанции считает несостоятельными.

Так, согласно п. «д» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ конфискация имущества есть принудительное безвозмездное изъятие и обращение в собственность государства на основании обвинительного приговора транспортного средства, принадлежащего обвиняемому и использованного им при совершении преступления, предусмотренного ст. 264.1 УК РФ настоящего Кодекса. Каких-либо оснований, связанных с неприменением данной меры уголовно-правового характера закон не содержит.

Из материалов уголовного дела видно, что автомобиль «CHEVROLET AVEO» (государственный регистрационный знак №) принадлежит осужденному на праве собственности (л.д. 24, 47, 83) и использовался им при совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264.1 УК РФ.

Данная автомашина была приобщена к материалам дела в качестве вещественного доказательства и хранится на специализированной стоянке, на нее в установленном порядке наложен арест.

Ни суду первой инстанции, ни суду апелляционной инстанции никаких дополнительных документов или доводов, способных повлиять на решение вопроса о конфискации, представлено не было.

При этом суд первой инстанции предоставил сторонам в прениях и подсудимому в последнем слове возможность высказаться, в том числе по вопросу, о возможной конфискации имущества.

Приобретение автомобиля в период брака, а также использование для его приобретения кредитных средств банка, не препятствуют его конфискации.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, конфискация имущества является не наказанием, а мерой уголовно-правового характера, применяемой к лицу, совершившему преступление, в том числе в целях устранения условий, способствующих совершению новых преступлений.

Таким образом, уголовное дело рассмотрено судом первой инстанции верно, уголовный закон применен правильно, судебное разбирательство приведено в соответствии с принципами равноправия и состязательности сторон, при этом нарушений требований УПК РФ, влекущих отмену приговора, не допущено.

Оставляя без удовлетворения, как апелляционную жалобу, так и апелляционное представление, суд апелляционной инстанции исходит из того, что круг оснований для отмены или изменения приговора определен ст. 389.15 УПК РФ.

Если уголовный закон применен правильно, а осужденному назначено справедливое наказание, то основаниями к отмене приговора, постановленного в порядке гл. 40 УПК РФ, являются не предполагаемые сторонами недочеты или недостатки приговора, а только такие существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных данным Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

Таких нарушений по настоящему уголовному делу ни в ходе дознания, ни судом первой инстанции не допущено.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что факт выявления нарушений, повлиявших на исход дела, искажающих саму суть правосудия и смысл судебного решения как акта правосудия, который необоснованно усмотрен государственным обвинителем, в любом случае свидетельствует о необходимости безусловной отмены судебного решения, а не его изменения, поскольку именно такие нарушения по смыслу закона являются неустранимыми судами вышестоящих инстанций.

Руководствуясь п. 1 ч. 1 ст. 389.20, ст. 389.28, ч. 2 ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

постановил:

приговор Чебаркульского городского суда Челябинской области от 17 мая 2023 года в отношении ФИО1 ФИО11 оставить без изменения, апелляционные представление государственного обвинителя ФИО6 и жалобу осужденного – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке с соблюдением требований ст. 401.4 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции путем подачи кассационных жалоб, представления через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу.

В случае пропуска срока кассационного обжалования или отказа в его восстановлении кассационные жалоба, представление подаются непосредственно в суд кассационной инстанции и рассматриваются в порядке, предусмотренном ст. 401.10 – 401.12 УПК РФ.

В случае подачи кассационных жалоб, представления лица, участвующие в уголовном деле, вправе ходатайствовать о своем участии в его рассмотрении судом кассационной инстанции.

Судья