Дело № 2-565/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
город Ишим 24 ноября 2022 года
Ишимский городской суд Тюменской области в составе:
председательствующего судьи Турсуковой Т.С.,
с участием прокурора Нуруллина В.А.,
представителя истца ФИО1 - адвоката Ипатенко А.М.,
представителя ответчика ООО «Нео Транс» - ФИО2,
при секретаре Чалковой Л.В.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «Нео Транс» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Нео Транс» о возмещении материального ущерба и компенсации морального вреда. Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ около 18.33 ФИО3, являвшийся работником ООО «Нео Транс», исполняя трудовые обязанности, управляя автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на <данные изъяты>, в нарушение п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, при выполнении маневра - начале движения и выезде на полосу дороги, предназначенную для движения, перед началом движения, не убедился в безопасности совершаемого маневра и не уступив дорогу, создал помеху для движения автомобилю <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением истца. Автомобиль истца в результате съехал в кювет, получив значительные механические повреждения, водитель автомобиля ФИО1 получил телесные повреждения. По факту указанного ДТП в МО МВД России «<данные изъяты>» была проведена проверка, в отношении ФИО3 вынесено постановление по делу об административном правонарушении, в соответствии с которым он признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.14 КоАП РФ. Противоправные действия ФИО3 находятся в прямой причинно - следственной связи как с причинением собственнику автомобиля материального ущерба, так и с причинением телесных повреждений истцу ФИО1. На момент произошедшего ДТП, имущественные интересы, связанные с риском гражданской ответственности владельца транспортного средства - ООО «Нео Транс» по обязательствам, возникающим вследствие причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших были застрахованы в СК «Согласие», в соответствии с действующим на момент ДТП страховым полисом серии <данные изъяты>, с лимитом ответственности по причинению ущерба - 400000 рублей. Истец обратился в страховую компанию. ДД.ММ.ГГГГ страховщик в рамках действия полиса ОСАГО произвел истцу выплату суммы страхового возмещения в размере 400000 рублей. В соответствии с заключением ООО Западно - Сибирского центра независимой экспертизы и кадастра «<данные изъяты>» расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 1460700 рублей, размер затрат на проведение восстановительного ремонта автомобиля составляет 1460700 рублей. Размер не возмещенного истцу материального ущерба на день подачи иска составляет 1060700 рублей. За составление заключения истцом уплачено 9000 рублей. В момент произошедшего ДТП истец находился за рулем автомобиля, был пристегнут ремнем безопасности, при этом при падении автомобиля с проезжей части в кювет, где имеется значительный перепад по высоте, ударился несколько раз <данные изъяты>. Находясь после ДТП в шоковом состоянии, истец за медицинской помощью не обращался. По приезду домой в <адрес> в последующие дни боли от причиненных повреждений не утихали, потому ДД.ММ.ГГГГ он обратился за медицинском помощью в <данные изъяты>, по результатам приёма были выписаны для амбулаторного лечения лекарственные препараты. Из-за указанных повреждений истец перенес физические и нравственные страдания, выразившиеся в том, что обращался за помощью в медицинское учреждение, так как из-за полученных травм чувствовал постоянные физические боли, а также переживал за состояние своего здоровья. Учитывая изложенное, истец оценивает причиненный моральный вред в 100000 рублей.
В судебное заседание истец ФИО1 при надлежащем извещении не явился, просил в заявлении о рассмотрении дела в свое отсутствие, его представитель адвокат Ипатенко А.М. требования поддержал по изложенным в иске основаниям, уточнив, что в иске допущена описка в указании места ДТП, оно произошло на <данные изъяты>. Также пояснил, что единственной причиной ДТП являются противоправные действия водителя автомобиля <данные изъяты>, который не убедился в безопасности маневра, создал препятствия для движения автомобилю истца, он должен был видеть автомобиль истца, движущийся в темное время со включенным светом фар. Полагает, что какое-либо превышение истцом скорости в причинно-следственной связи с ДТП не состоит, отворот истца от автомобиля <данные изъяты> позволил избежать более тяжких последствий, которые могли бы наступить в случае столкновения транспортных средств, учитывая их массу и вид. Какой-либо грубой неосторожности в действиях истца нет, он не привлекался к административной ответственности, в том числе за превышение скорости.
Представитель ответчика ООО «Нео Транс» ФИО2 представил письменные возражения с дополнениями /л.д. 92-95 том 1, л.д. 12-16, 108-114 том 2/, по доводам которых ФИО3 припарковал транспортное средство, которым управлял, на обочине дороги со включённой аварийной сигнализацией. Перед началом манёвра убедился в отсутствии иных транспортных средств, отключил аварийную сигнализацию, включил сигнал левого поворота и начал выезжать на проезжую часть. В этот момент мимо на большой скорости проследовал джип и без соприкосновения с транспортным средством, которым управлял ФИО3, «улетел» в кювет. Соприкосновения транспортных средств не произошло. Достоверных доказательств отсутствия светового сигнала левого поворота со стороны автомобиля Камаз в материалы дела не представлено. На схеме места совершения административного правонарушения, имеющейся у ответчика, не указано наличие следов движения автомобиля <данные изъяты> на проезжую часть с последующем возвращением на обочину. Ни ответчик, ни третье лицо не могут нести ответственность за поведение и предпринимаемые истцом меры реагирования на дорожную ситуацию. Факт съезда с проезжей части может быть обусловлен не только действиями, предпринимаемыми самим истцом, но и скоростью движения его транспортного средства. Ответчик полагает, что на стороне истца имеется вина в возникновении (увеличении) ущерба и просит суд определить степень вины всех участников ДТП. Также по доводам возражений ответчик оспаривает размер причинённого ущерба, не согласен с размером, определенным в представленном истцом заключении. Среднерыночные цены на заменяемые детали не основаны на всех объективных данных. Согласно Заключению эксперта № 800 от 25.12.2021 в целях определения среднерыночной стоимости запчастей, подлежащих замене, использовались данные интернет ресурсов. Однако сведения о среднерыночных ценах запчастей, опубликованные на официальном сайте РСА - уже определённые как среднерыночные для соответствующего региона, не использовались. В данной части не согласны и с заключением судебной экспертизы по оценке ущерба, приводя собственные расчеты с учетом средней стоимости заменяемых запасных частей и данных сайта РСА, полагает, что вероятная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца без учета износа 935049,37 рубля, с учетом износа 591031,48 рубля. Указывает, что объективных доказательств причинения вреда здоровью истца, телесных повреждений вследствие ДТП нет, что исключает возложение на ответчика обязанности по компенсации морального вреда. При оформлении ДТП, непосредственно после него истец за медицинской помощью не обращался. Согласно сведениям о транспортном средстве истца, данная комплектация предусматривает наличие боковых подушек безопасности. Однако, данные подушки безопасности в качестве повреждённых в справке о ДТП не указаны, не включены в перечень запасных частей, подлежащих замене, как и центральная со стороны водителя. Поскольку подушки безопасности не сработали, представитель ответчика полагает, что либо обстоятельства ДТП не предполагают возможность возникновения бокового удара, что могло привести к повреждениям в области <данные изъяты> истца, либо подушки безопасности не сработали в штатном режиме, что возлагает ответственность за возможный вред, на самого истца, не обеспечившего штатную работоспособность всех элементов автомобиля. Не обращался истец и за возмещением вреда здоровью в рамках Закона Об ОСАГО. Просит в удовлетворении иска отказать. Также указывает, что при грубой неосторожности потерпевшего размер вреда может быть уменьшен, при этом полагает, что при соблюдении скоростного режима водителем автомобиля <данные изъяты> и незамедлительном принятии мер реагирования в соответствии с п.10.1 ПДД РФ, расстояние было достаточным для полной остановки транспортного средства, истцом была превышена скорость движения на участке автодороги, что не позволило принять меры для исключения съезда в кювет. Кроме того полагает, что истцом нарушен п.10.1 ПДД, он не снижал скорость движения либо снижал недостаточно, что и привело к съезду в кювет, а скорость движения влияет и на объем, и на характер повреждений. Полагает, что съезда в кювет можно было избежать иными способами, например завершением маневра отворота в виде поворота налево.
В судебном заседании представитель ответчика ФИО2 доводы возражений поддержал, не оспаривал, что ФИО3 на момент ДТП, управляя автомобилем <данные изъяты> находился в трудовых отношениях с ответчиком, исполнял трудовые обязанности, в иске просил отказать, полагая, что съезд автомобиля истца в кювет обусловлен неправильным выбором скорости самим истцом. Также полагает, что возмещение ущерба без учета износа может привести к неосновательному обогащению на стороне истца, который просит взыскать возмещение предполагаемого ущерба, а не фактически понесенных расходов на восстановление транспортного средства. Доказательств наличия рынка запчастей с определенным процентом износа нет, но имеется множество объявлений о продаже бывших в употреблении запасных частей.
Третье лицо ФИО4 в судебное заседание не явился, ходатайств об отложении дела слушанием не заявлял.
Представители третьих лиц САО ВСК, ООО «СК Согласие», АО «Лизинговая компания «КАМАЗ» в судебное заседание при надлежащем извещении не явились, ходатайств об отложении дела слушанием не заявляли.
Заслушав участвующих по делу лиц, заключение прокурора, полагавшего требование о компенсации морального вреда подлежащим удовлетворению с учетом принципов соразмерности и справедливости, изучив представленные доказательства, суд приходит к следующему.
По делу установлено, что ДД.ММ.ГГГГ около 18.33 ФИО3, являвшийся работником ООО «Нео Транс», исполняя трудовые обязанности, управлял автомобилем <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, на <данные изъяты> в нарушение п. 8.1 Правил дорожного движения РФ, при выполнении поворота налево с места на убедился в безопасности маневра и создал помеху для движения автомобилю <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, под управлением ФИО1, принадлежащим ему же, двигавшемуся в попутном напарвлении, что привело к съезду автомобиля <данные изъяты> в кювет и его повреждению.
Данные обстоятельства подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами, в том числе материалами дела об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.14 КоАП РФ, предоставленными МО МВД России «<данные изъяты>» в отношении ФИО3.
Согласно материалам указанного дела постановлением № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 за указанное нарушение Правил был привлечен к административной ответственности по ч.1 ст. 12.14 КоАП РФ /л.д. 117 том 1/.
Также суду представлены из материалов указанного дела схема места ДТП /л.д.116 том 1/, сведения о водителях, транспортных средствах и полисах ОСАГО, видимых повреждениях транспортных средств /л.д.118 том 1/, согласно которым автомобиль истца <данные изъяты> получил повреждения четырех колес, кассеты радиатора, переднего и заднего бампера, двух передних блок-фар, защиты двигателя, правого порога, рулевой рейки, указано о возможных скрытых повреждениях. Из сведений следует, что гражданская ответственность владельца автомобиля <данные изъяты> застрахована в САО ВСК, автомобиля <данные изъяты> – в АО «СК «Согласие».
Также суду представлены копия объяснений, которые были даны водителями в рамках дела об административном правонарушении:
- ФИО3, из которых следует, что он работает водителем ООО Нео Транс, ДД.ММ.ГГГГ в 18.30 на рабочем автомобиле <данные изъяты>, г/н №, выполнил остановку на <адрес>, осмотрев ближайший кемпинг кафе, решил к нему подъехать и начал движение, поворот налево, не убедившись в безопасности маневра и что не создает помех иным транспортным средствам, во время маневра услышал сигнал автомобиля и увидел, что белый <данные изъяты> съехал в левый кювет по ходу движения. Завершив маневр, поспешил на помощь пострадавшим /л.д.169 том 1/;
- ФИО1, из которых следует, что на автомобиле <данные изъяты>, г/н № ехал из <адрес> в 18.30 с правой обочины на полосу его движения начал двигаться автомобиль <данные изъяты>, г/н№. Чтобы избежать столкновения он резко повернул влево, что привело к съезду в левый кювет и повреждению автомобиля. Также указал, что в результате ДТП он не пострадал, в госпитализации не нуждается /л.д.170 том 1/.
Оба водителя согласно объяснений считают друг друга трезвыми.
Также из материалов дела следует, что автомобиль <данные изъяты>, государственный регистрационный знак <данные изъяты>, принадлежит истцу ФИО1 /л.д.128-130 том 2/, а владельцем автомобиля <данные изъяты> государственный регистрационный знак № является ООО «Нео Транс», лизингодатель АО Лизинговая компания КАМАЗ /л.д.10 том 1/.
В связи с повреждением автомобиля истец обратился к страховщику – САО «ВСК», которым случай признан страховым, составлен акт о страховом случае и осуществлена выплата страхового возмещения в размере 400000 рублей, что следует из представленной истцом справки <данные изъяты> об операции /л.д.52 том 1/ и представленных страховщиком САО ВСК материалов страхового дела /л.д.73-75 том 1/, а также представленных АО «СК «Согласие» материалов /л.д.82-91 том 1/.
Истец обратился в ООО Западно - Сибирский центр независимой экспертизы и кадастра <данные изъяты>, согласно заключению которого расчетная стоимость восстановительного ремонта автомобиля истца составляет 1460700 рублей, размер затрат на проведение восстановительного ремонта автомобиля с учетом износа составляет 934800 рублей /л.д. 13-50 том 1/, за проведение оценки ущерба истцом оплачено согласно квитанции 9000 рублей /л.д.51/.
По делу по ходатайству стороны ответчика была назначена судебная авто техническая экспертиза, а также дополнительная судебная авто техническая экспертиза, исполнение которой было поручено экспертам ООО «<данные изъяты>» (<адрес>).
Согласно заключению экспертов ООО «<данные изъяты>» № в сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты> с полуприцепом, государственный регистрационный знак №, ФИО3 должен был руководствоваться требованиями Правил дорожного движения РФ:
ч.1 ст. 8.1 - перед началом движения, перестроением, поворотом (разворотом) и остановкой водитель обязан подавать сигналы световыми указателями поворота соответствующего направления, а если они отсутствуют или неисправны - рукой. При выполнении маневра не должны создаваться опасность для движения, а также помехи другим участникам дорожного движения;
п.8.2 – подача сигнала указателями поворота или рукой должна производиться заблаговременно до начала выполнения маневра и прекращаться немедленно после его завершения (подача сигнала рукой может быть закончена непосредственно перед выполнением маневра). При этом сигнал не должен вводить в заблуждение других участников движения. Подача сигнала не дает водителю преимущества и не освобождает его от принятия мер предосторожности.
В сложившейся дорожной ситуации водитель автомобиля <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, ФИО1 должен был руководствоваться требованиями ПДД РФ:
- ч.2 п.10.1 - при возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.
В создавшейся дорожно-транспортной ситуации, в результате которой произошло ДТП ДД.ММ.ГГГГ около 18 часов 30 минут на <данные изъяты> действия водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО3 с технической точки зрения не соответствовали вышеизложенным требованиям п.8.1 ч.1, п.8.2 ПДД РФ в части создания этим водителем опасности для движения и помехи, а также отсутствия у него преимущества и не принятия им мер предосторожности, поскольку при выполнении данным водителем этих требований указанное ДТП с технической точки зрения было бы невозможным.
Решение поставленного вопроса о соответствии действий водителя автомобиля <данные изъяты> ФИО1 вышеизложенным требованиям ч.2 п.10.1 ПДД РФ с технической точки зрения не имеет смысла по выводам заключения, так как в создавшейся дорожно-транспортной ситуации, в результате которой произошло указанное ДТП, выполнение данным водителем этих требований без применения им маневра отворота влево с технической точки зрения не являлось достаточным условием для предотвращения им столкновения с выехавшим на его полосу движения автомобилем <данные изъяты>.
Также экспертами определен наиболее вероятный размер (стоимость) восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, поврежденного вследствие ДТП ДД.ММ.ГГГГ, который без учета износа составляет 1155300 рублей, с учетом износа – 717600 рублей. При этом стоимость восстановительного ремонта данного автомобиля не превышает его рыночную стоимость, которая на момент ДТП составляла 4089000 рублей /л.д.195-235 том 1/.
Экспертом исследована представленная видеозапись видеорегистратора автомобиля истца. Из исследовательской части заключения № следует, что в момент обнаружения водителем автомобиля <данные изъяты> впереди него у правой обочины в попутном направлении автомобиля <данные изъяты> с полуприцепом, у которого горел левый сигнал поворота, он предпринял маневр его объезда (обгона), начав смещаться влево в сторону встречной полосы движения, вероятнее всего считая, что последний, выезжая с обочины, начинает движение в попутном с ним направлении в сторону <адрес>. В свою очередь водитель автомобиля <данные изъяты> с полуприцепом, начав движение, начал смещаться влево на проезжую часть автодороги, а далее совершать маневр поворота налево. В момент выезда автомобиля <данные изъяты> на центр проезжей части <данные изъяты> автомобиль <данные изъяты> с полуприцепом уже полностью перекрыл правую полосу проезжей части, предназначенную для движения ТС в сторону <адрес>. Водитель автомобиля <данные изъяты> пытаясь уйти от столкновения с автомобилем <данные изъяты> с полуприцепом, начал смещаться еще левее, выехав в конечном итоге за пределы проезжей части <данные изъяты> на встречное закругление выезда с поворота <адрес>. Разминувшись в результате этого маневра с автомобилем <данные изъяты>, продолжающим маневр поворота налево на въезд в <адрес>, водитель автомобиля <данные изъяты> съехал с обочины в находящийся на пути его движения в поперечном направлении кювет, при этом съезд из-за крутизны уклона кювета сопровождался ударом элементами передней нижней части данного ТС об основание кювета с дальнейшими 4-мя клевками (раскачками) данного автомобиля в продольном направлении при перемещении его по дугообразной траектории за пределами уклона кювета до его полной остановки /л.д.212 том 1/.
Также из заключения следует, что по видеозаписи с камеры видеорегистратора экспертом установлено, что предпринятый водителем автомобиля <данные изъяты> с полуприцепом маневр поворота налево в сторону <адрес>, а не выезд на полосу автомобиля <данные изъяты> в попутном направлении в сторону <адрес>, визуально начинает просматриваться только когда автомобиль <данные изъяты> уже движется посередине проезжей части, т.е. за 3,3 сек. до момента, когда автомобиль <данные изъяты> разъехался с автомобилем <данные изъяты>. Согласно заключению в сложившейся дорожной ситуации именно данное время оставалось у водителя автомобиля <данные изъяты> для предотвращения столкновения с автомобилем <данные изъяты> с момента обнаружения им опасности для движения.
Согласно заключению экспертом при просмотре видеозаписи установлено, что в определенный момент автомобиль <данные изъяты>, совершая указанный маневр, полностью перекрывает всю ширину проезжей части <данные изъяты>л.д.205 том 1/.
Согласно заключению эксперта № (дополнительному) /л.д.85-93 том 2/ экспертом определена вероятная скорость движения автомобиля <данные изъяты>. С момента, когда передняя часть автомобиля <данные изъяты> приблизительно поравнялась с километровым указателем <данные изъяты>, до момента, когда автомобиль <данные изъяты> выехал примерно в центр поворота с автодороги <данные изъяты> на <адрес>, разминуясь с передней частью автомобиля <данные изъяты>, средняя скорость его движения на этом отрезке пути составила около 102,5 км/ч.
При этом из исследовательской части дополнительного заключения, в которой приведен экспертом расчет данной скорости следует, что она составила около 103,5 км/ч. В судебном заседании представители сторон не оспаривали, что указание в выводе эксперта скорости на указанном участке – около 102,5 км/ч является явной опиской, поскольку в исследовательской части эксперт расчетным путем определил скорость – около 103,5 км/ч /л.д.89 оборотная сторона, лист 10 дополнительного заключения/.
Также согласно выводов дополнительного заключения с момента, когда передняя часть автомобиля <данные изъяты> приблизительно поравнялась с левой стеной остановочного комплекса, расположенного справа у <данные изъяты> перед перекрестком на <адрес>, до момента, когда автомобиль <данные изъяты> выехал примерное в центр поворота с автодороги <данные изъяты> на <адрес>, разминуясь с передней частью автомобиля <данные изъяты>, средняя скорость его движения на этом отрезке пути составила около 102,5 км/ч.
Эксперт также отмечает, что получение выше среднего значения скоростей движения автомобиля <данные изъяты> на указанных отрезках пути с учетом погрешности измерений расстояний с использованием приложения с масштабной линейкой по данным сайта Яндекс-карты могут несколько отличаться от фактических значений скорости движения данного транспортного средства в условиях места ДТП.
Также согласно выводов эксперта в условиях рассматриваемого ДТП водитель автомобиля <данные изъяты> при установленном выше значении его средней скорости вероятнее всего также не располагал технической возможностью для предотвращения столкновения с автомобилем <данные изъяты> экстренным торможением без предпринятого им маневра отворота влево в сторону обочины и кювета с момента обнаружения последнего на пути своего движения.
Оценивая заключения экспертов (учитывая заключение дополнительной экспертизы), суд принимает их в качестве допустимого и достоверного доказательства, они соответствуют требованиям ст. 86 ГПК РФ, даны в письменной форме, содержат подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, ссылку на использованную литературу, ответы на поставленные судом вопросы, являются последовательными. Эксперты, проводившие экспертизу, до начала исследования предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, имеют необходимое образование для проведения подобного рода экспертиз, квалификацию и экспертные специальности, стаж экспертной работы. Выводы экспертов полно и подробно мотивированы.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что имеющимися в материалах дела доказательствами, отвечающими принципам относимости, допустимости, достоверности и достаточности, подтверждается, что ДТП, в котором повреждено транспортное средство истца, имело место по вине водителя ФИО3, данное ДТП было бы невозможным при выполнении им требований ч.1 п.8.1 и п.8.2 ПДД РФ.
Оценивая довод стороны ответчика о наличии в действиях истца грубой неосторожности, выразившейся в превышении установленной скорости движения, которая привела к причинению (увеличению) вреда, и требование определить степень вины каждого водителя в ДТП, суд приходит к следующему.
В соответствии со ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается. Вина потерпевшего не учитывается при возмещении дополнительных расходов (пункт 1 статьи 1085), при возмещении вреда в связи со смертью кормильца (статья 1089), а также при возмещении расходов на погребение (статья 1094) (пункт 2).
При этом простая неосторожность потерпевшего, как следует из пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации, если ею обусловлено причинение потерпевшему вреда, не только не освобождает владельца источника повышенной опасности от обязанности этот вред возместить, но не является основанием и для снижения размера возмещения: в силу пункта 2 статьи 1083 названного Кодекса таким основанием может быть лишь грубая неосторожность потерпевшего, которую причинитель должен доказать. Более того, вред, невиновно причиненный потерпевшему и обусловленный его грубой неосторожностью, не освобождает владельца источника повышенной опасности от обязанности возместить этот вред, если он причинен жизни или здоровью гражданина; допускается лишь снижение размера возмещения (абзац второй пункта 2 статьи 1083 ГК Российской Федерации) (Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 4 октября 2012 года N 1833-О).
Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом случае судом с учетом конкретных обстоятельств (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. N 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина").
По смыслу названных норм права, понятие грубой неосторожности применимо лишь в случае возможности правильной оценки ситуации, которой потерпевший пренебрег, допустив действия либо бездействия, привлекшие к неблагоприятным последствиям. Грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчета, что они не наступят.
Обязанность доказывания обстоятельств, освобождающих причинителя вреда от ответственности или уменьшающих ее размер, по общему правилу п. 2 ст. 1064 ГК РФ, лежит на причинителе вреда.
Обосновывая довод о наличии в действия истца грубой неосторожности, сторона ответчика ссылается на нарушение истцом п.10.1 ПДД РФ, согласно которому водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил (ч.1). При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства (ч.2).
Согласно заключению эксперта с технической точки зрения рассматриваемое ДТП было бы невозможным в случае соблюдения водителем автомобиля <данные изъяты> требований ч.2 п.8.1 и п.8.2 ПДД РФ. При этом с момента обнаружения опасности для движения, когда визуально водитель автомобиля <данные изъяты> мог определить, что автомобиль <данные изъяты> движется не в попутном с ним направлении, а совершает маневр поворота налево, перекрывая всю проезжую часть дороги, у него (водителя <данные изъяты>) оставалось около 3 секунд (3,3 сек.). Согласно заключению эксперта в сложившейся дорожной ситуации именно данное время оставалось у водителя автомобиля <данные изъяты> для предотвращения столкновения с автомобилем <данные изъяты> с момента обнаружения им опасности для движения. Также эксперт пришел к выводу, что водитель автомобиля <данные изъяты> вероятнее всего не располагал технической возможностью для предотвращения столкновения с автомобилем <данные изъяты> без предпринятого маневра отворота влево в сторону обочины и кювета.
Значения скорости автомобиля <данные изъяты> определенные экспертом могут отличаться от фактической скорости в условиях места ДТП, поскольку определены с учетом погрешностей измерений расстояний с использованием приложения с масштабной линейкой по данным сайта Яндекс-карты.
Для установления в данном случае наличия в действиях истца грубой неосторожности необходимо учитывать обстановку причинения вреда, при этом ответчик должен доказать, что истец в данной ситуации с большой вероятностью предвидел наступление вредоносных последствий своих действий, но легкомысленно рассчитывал на то, то они не наступят.
Между тем, таких доказательств ответчиком не представлено, поскольку рассматриваемое ДТП произошло вследствие нарушения водителем автомобиля <данные изъяты> вышеуказанных Правил дорожного движения, а учитывая обстоятельства ДТП, водитель автомобиля <данные изъяты> располагал крайне незначительным временем для принятия решения о способе реагирования на сложившуюся дорожную ситуацию и как указал эксперт вероятнее всего не располагал технической возможностью для предотвращения столкновения с автомобилем <данные изъяты> без предпринятого маневра отворота влево в сторону обочины и кювета.
Доказательства наличия вины водителя автомобиля <данные изъяты> в произошедшем ДТП в материалы дела не представлено.
Согласно преамбуле Федерального закона от 25 апреля 2002 г. N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Закон об ОСАГО) данный Закон определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.
Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим Законом (абзац второй статьи 3 Закона об ОСАГО).
При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным Законом как лимитом страхового возмещения (статья 7 Закона об ОСАГО), так и установлением специального порядка расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме (пункт 19 статьи 12 Закона об ОСАГО).
В силу пункта 15.1 статьи 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных пунктом 16.1 указанной статьи) в соответствии с пунктами 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).
В соответствии с приведенной нормой пунктом 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего.
В частности, подпунктом "д" пункта 16.1 статьи 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено, если стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства превышает установленную подпунктом "б" статьи 7 настоящего Федерального закона страховую сумму или максимальный размер страхового возмещения, установленный для случаев оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции, либо если в соответствии с пунктом 22 настоящей статьи все участники дорожно-транспортного происшествия признаны ответственными за причиненный вред при условии, что в указанных случаях потерпевший не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания.
Порядок расчета страховой выплаты установлен статьей 12 Закона об ОСАГО, согласно которой размер подлежащих возмещению страховщиком убытков в случае повреждения имущества определяется в размере расходов, необходимых для приведения его в состояние, в котором оно находилось до момента наступления страхового случая (пункт 18); к указанным расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом; размер расходов на запасные части определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте; размер расходов на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на оплату связанных с таким ремонтом работ и стоимость годных остатков определяются в порядке, установленном Банком России (пункт 19).
Такой порядок установлен Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 04.03.2021 № 755-П (далее - Единая методика).
Из разъяснений, изложенных в пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31"О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее - Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 31), следует, что при осуществлении страхового возмещения в форме страховой выплаты размер расходов на запасные части, в том числе и по договорам обязательного страхования, заключенным начиная с 28 апреля 2017 г., определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене при восстановительном ремонте. При этом на указанные комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты) не может начисляться износ свыше 50 процентов их стоимости (абзац второй пункта 19 статьи 12 Закона об ОСАГО).
Из приведенных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что в тех случаях, когда страховое возмещение вреда осуществляется в форме страховой выплаты, ее размер определяется с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов и агрегатов), подлежащих замене.
В то же время пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.
Согласно статье 1072 названного Кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.
В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 31 указано, что причинитель вреда, застраховавший свою ответственность в порядке обязательного страхования в пользу потерпевшего, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда надлежащее страховое возмещение является недостаточным для полного возмещения причиненного вреда (статья 15, пункт 1 статьи 1064, статья 1072, пункт 1 статьи 1079, статья 1083 ГК РФ). К правоотношениям, возникающим между причинителем вреда, застраховавшим свою гражданскую ответственность в соответствии с Законом об ОСАГО, и потерпевшим в связи с причинением вреда жизни, здоровью или имуществу последнего в результате дорожно-транспортного происшествия, положения Закона об ОСАГО, а также Методики не применяются.
Суд может уменьшить размер возмещения ущерба, подлежащего выплате причинителем вреда, если последним будет доказано или из обстоятельств дела с очевидностью следует, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ восстановления транспортного средства либо в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.
Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 31 мая 2005 г. № 6-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.
Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 г. N 6-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.
Взаимосвязанные положения статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.
В пунктах 5 и 5.3 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 10 марта 2017 года N 6-П указано, что поскольку полное возмещение вреда предполагает восстановление поврежденного имущества до состояния, в котором оно находилось до нарушения права, в таких случаях - притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене, - неосновательного обогащения собственника поврежденного имущества не происходит, даже если в результате замены поврежденных деталей, узлов и агрегатов его стоимость выросла. Соответственно, при исчислении размера расходов, необходимых для приведения транспортного средства в состояние, в котором оно находилось до повреждения, и подлежащих возмещению лицом, причинившим вред, должны приниматься во внимание реальные, т.е. необходимые, экономически обоснованные, отвечающие требованиям завода-изготовителя, учитывающие условия эксплуатации транспортного средства и достоверно подтвержденные расходы, в том числе расходы на новые комплектующие изделия (детали, узлы и агрегаты).
Как следует из Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", если для устранения повреждений имущества истца использовались или будут использованы новые материалы, то за исключением случаев, установленных законом или договором, расходы на такое устранение включаются в состав реального ущерба истца полностью, несмотря на то что стоимость имущества увеличилась или может увеличиться по сравнению с его стоимостью до повреждения; размер подлежащего выплате возмещения может быть уменьшен, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной, более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества (пункт 13).
Как разъяснено в п. 11, 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", применяя статью 15 ГК РФ, следует учитывать, что по общему правилу лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. Возмещение убытков в меньшем размере возможно в случаях, предусмотренных законом или договором в пределах, установленных гражданским законодательством.
Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу п. 1 ст. 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению (п. 12).
По делу установлено, что страховое возмещение в соответствии с Законом Об ОСАГО истцу выплачено в максимально возможном согласно указанному Закону размере – 400000 рублей, истец просит взыскать разницу между суммой выплаченного страхового возмещения и размером ущерба – стоимостью восстановительного ремонта автомобиля согласно заключению об оценке без учета износа.
Согласно вышеприведенному заключению судебной экспертизы наиболее вероятный размер (стоимость) восстановительного ремонта автомобиля <данные изъяты>, поврежденного вследствие ДТП ДД.ММ.ГГГГ, без учета износа составляет 1155300 рублей, с учетом износа – 717600 рублей.
В связи с изложенным в пользу истца с ответчика надлежит взыскать в счет возмещения ущерба 755300 рублей (1155300-400000), в остальной части данного требования надлежит отказать, поскольку судом в подтверждение размера ущерба принимается заключение судебной экспертизы. Заключение, представленное истцом выполнено специалистом, который об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения не предупреждался.
Доводы представителя ответчика о том, что ущерб подлежит возмещению с учетом износа, судом отклоняется ввиду вышеприведенных положений законодательства и разъяснений, поскольку истец имеет право на полное возмещение вреда, а ответчиком не представлено доказательств иного, более разумного и распространенного в обороте способа исправления повреждений транспортного средства, а именно наличие рынка запасных частей с заранее определенным процентом износа, притом что на потерпевшего не может быть возложено бремя самостоятельного поиска деталей, узлов и агрегатов с той же степенью износа, что и у подлежащих замене. Также отсутствуют доказательства того, что в результате возмещения потерпевшему вреда с учетом стоимости новых деталей произойдет значительное улучшение транспортного средства, влекущее существенное и явно несправедливое увеличение его стоимости за счет причинителя вреда.
Довод представителя ответчика о том, что экспертом при проведении судебной экспертизы не были использованы справочники РСА для определения стоимости восстановительного ремонта, судом также отклоняется, поскольку формирование и утверждение Справочников средней стоимости запасных частей, материалов и нормо-часа работ предусмотрено Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Банка России от 04.03.2021 N 755-П. Согласно п.1.1. указанного Положения об утверждении Единой методики настоящее Положение содержит единые требования к определению размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств.
При этом согласно приведенных выше положений закона и акта его толкования следует, что Единая методика, предназначенная для определения размера страхового возмещения на основании договора ОСАГО, не может применяться для определения размера деликтного правоотношения, предполагающего право потерпевшего на полное возмещение убытков.
В части требования о компенсации морального вреда, заявленного истцом, суд учитывает следующее.
Согласно статье 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.
Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред жизни и здоровью гражданина причинен источником повышенной опасности (ст. 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации).
Истец обосновывает данное требование тем, что вследствие ДТП испытал физические и нравственные страдания, так как он несколько раз ударился <данные изъяты> автомобиля, испытал физическую боль, позже появились боли, обратился к врачу и ему было назначено лечение, переживал за состояние своего здоровья. Иных оснований для компенсации не указано.
По делу установлено, что истец после ДТП, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ, в объяснениях указал, что в ДТП не пострадал, в госпитализации не нуждается /л.д.170 том 1/, к врачу терапевту в ГБУЗ ТО Областная больница №4 согласно протоколу осмотра он обратился только ДД.ММ.ГГГГ с жалобами на <данные изъяты>, появившиеся спустя 4 дня после ДТП как указано в протоколе осмотра, поставлен диагноз <данные изъяты> <данные изъяты> /л.д.54-55 том 1/, при этом назначенную согласно данному протоколу рентгенографию он не проходил, о чем сообщил в телефонограмме /л.д.167 том 1/ и указано в сообщении лечебного учреждения /л.д.191 том 1/.
Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы №, проведенной экспертом Ишимского межрайонного отделения ГБУЗ ТО «Областное бюро судебно-медицинской экспертизы», на момент обращения за медицинской помощью у ФИО1 телесных повреждений не обнаружено /л.д.75-77 том 2/.
Таким образом, доказательств того, что в результате рассматриваемого ДТП здоровью истца был причинен вред, в материалы дела не представлено, также как и доказательств получения истцом в результате ДТП каких-либо телесных повреждений, не сопровождающихся вредом здоровью. Также отсутствуют доказательств того, что указанный в протоколе осмотра терапевта <данные изъяты> является следствием либо каким-либо иным образом связан с ДТП, обострился вследствие ДТП.
Ввиду изложенного в удовлетворении требования о компенсации морального вреда истцу надлежит отказать.
Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, к числу которых, согласно статье 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, относятся суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам, и другие признанные судом необходимыми расходы.
Согласно материалов дела истцом понесены расходы по оценке ущерба до обращения в суд, за подготовку экспертного заключения ООО Западно - Сибирский центр независимой экспертизы и кадастра <данные изъяты> оплачено согласно квитанции 9000 рублей /л.д.51 том 1/.
В соответствии с ч. 1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав.
Согласно ст. 12 ГПК РФ, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.
В силу ч. 1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.
Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио - и видеозаписей, заключений экспертов.
При этом, согласно ст. 67 ГПК РФ, суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Таким образом, то обстоятельство, что при постановлении по делу решения суд, давая оценку представленным сторонам доказательствам, отверг одни из них, посчитав необходимым положить в основу решения другие, не является основанием для отказа в возмещении судебных издержек, понесенных сторонами в связи с их предоставлением, являющимся в силу ст. 56 ГПК РФ обязанностью сторон.
Кроме того, согласно ст. 131 ч. 2 п. 6 ГПК РФ в исковом заявлении должны быть указаны цена иска, если он подлежит оценке, а также расчет взыскиваемых или оспариваемых денежных сумм.
Поскольку расходы на получение экспертного заключения № ООО Западно - Сибирский центр независимой экспертизы и кадастра <данные изъяты> были понесены истцом в связи с собиранием доказательств для предъявления иска в суд, несение таких расходов являлось необходимым для реализации права на обращение в суд для определения цены иска в части материально-правового требования истца о возмещении материального ущерба, суд полагает данные расходы необходимыми, относит их к судебным издержкам и полагает возможным взыскать их с ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям с учетом положений ст. 98 ГПК РФ в сумме 6408,9 рубля согласно расчетам: требования истца удовлетворены в части имущественного требования в размере 71,21% (755300*100/1060700 =71,21%). Размер подлежащих возмещению судебных расходов по оценке ущерба 6408,9 рубля (9000/100*71,21).
Также пропорционально удовлетворенным требованиям подлежат возмещению расходы по оплате государственной пошлины в размере 10753 рубля ((755300-200000)/100*1+5200).
Руководствуясь ст. 56, 98, 194-199 ГПК РФ, суд
РЕШИЛ:
Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с ООО «Нео Транс» (<данные изъяты> в пользу ФИО1 (<данные изъяты>) в счет возмещения материального ущерба 755300 рублей, в счет возмещения судебных расходов по оплате государственной пошлины 10753 рубля, по проведению оценки ущерба 6408 рублей 90 копеек, в остальной части требований отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Тюменский областной суд с подачей апелляционной жалобы через Ишимский городской суд в течение месяца с момента написания решения в окончательной форме.
Мотивированное решение изготовлено 01 декабря 2022 года.
Председательствующий: /подпись/
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>
<данные изъяты>