Решение по делу № 2-1014/2023 от 14.04.2025 - о признании недействительными результатов межевания, признании недействительным соглашения о перераспределении земель, установлении границ земельного участка.

Мотивированное решение составлено 14 апреля 2025 года

66RS0020-01-2023-000730-64

Дело № 2-2/2025 (2-22/2024; 2-1014/2023)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

31 марта 2025 года пгт. Белоярский

Белоярский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Коняхина А.А., при секретаре судебного заседания Дильмиевой В.А., с участием представителя истца ЦВ.ой В.С., представителя ответчика ФИО1 – ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО1, ФИО4, ФИО5, Администрации Белоярского муниципального округа, Комитету по управлению муниципальным имуществом, архитектуре и градостроительству Администрации Белоярского муниципального округа о признании недействительными результатов межевания, признании недействительным соглашения о перераспределении земель, установлении границ земельного участка,

установил:

ФИО3 обратился в суд с исковым заявлением, в котором с учетом принятых судом уточнений просит:

- признать недействительным результат кадастровых работ по установлению границ земельного участка с кадастровым номером <номер>;

- установить границы земельного участка с кадастровым номером <номер> по координатам, указанным в таблице № 2 заключения дополнительной судебной землеустроительной экспертизы от 19 февраля 2025 года, подготовленной кадастровым инженером ФИО6:

номер точки X Y

н1 380163.87 1554984.12

н2 380187.3 1555006.48

н3 380199.36 1555017.96

н4 380185.04 1555031.74

н5 380171.4 1555045.18

н6 380168.83 1555042.95

н7 380133.17 1555012.04

н1 380163.87 1554984.12

- признать недействительным соглашение о перераспределении земель и(или) земельных участков № 167/22-С от 06 декабря 2022 года, заключенное между Белоярским городским округом и ФИО1, применить последствия недействительности ничтожной сделки.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО3 является собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, площадью 1995,57 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>. Земельный участок был приобретен у ФИО7, которому он был предоставлен в собственность на основании распоряжения Косулинской сельской Управы МО «Белоярский район» № 208 от 30 августа 2000 года. К распоряжению прилагался план земельного участка от 24 августа 2000 года, согласно которому земельный участок ФИО7 имел смежные границы с земельными участками №<номер>, <номер> по <адрес>, по задней меже - с хозяйственным проездом, с фронтовой части - с землями общего пользования по улице Садовой. В плане также указаны длины всех сторон участка. Кроме того, в пределах границ отводимого участка расположен водопровод, в связи с чем на участок налагалось обременение - защитная зона водопровода площадью 120,3 кв.м, что позволяет сделать вывод, что водопровод отстоял от фасадной границы участка примерно на 1,5 м. В целях установления границы своего земельного участка в соответствии с требованиями действующего законодательства, истец обратился к кадастровому инженеру для подготовки межевого плана. Споров по границам с соседями по <адрес> и <номер> у истца нет, границы обозначены заборами, по фасадной части столбы под забор были установлены в 2006 году, сам забор четко прослеживается на аэрофотоснимках с 2010 года. Все хозяйственные постройки были огорожены забором по периметру, площадь огороженной территории составила 1215 кв.м, забором не огораживалась часть участка, используемая под сельскохозяйственное нужды площадью 781 кв.м. Этот участок обрабатывался полностью вплоть до 2017 год, с 2017 года - частично. При проведении кадастровых работ границы обрабатываемого участка были обозначены кадастровому инженеру и совпали с длинами, указанными в документах 2000 года. В ходе проведения работ было установлено, что границы земельного участка с кадастровым номером 66:06:0401003:1231, принадлежащего ответчику и сформированного путем перераспределения земельного участка ответчика с неразграниченными землями на основании соглашения о перераспределении земель, пересекают границу земельного участка истца, сведения о которой установлены в межевом деле 2000 года, площадь пересечения составляет 103 кв.м. До заключения соглашения о перераспределении 09 ноября 2022 года истец направил возражения в Администрацию Белоярского городского округа о наложении границ вновь образованного земельного участка на границы принадлежащего ему земельного участка. Однако, соглашение было заключено, тем самым орган местного самоуправления распорядился земельным участком, находящимся в частной собственности и не относящимся к землям, государственная собственность на которые не разграничена. Земельный участок неправомерно возник как объект права, фактически образован частично на месте чужого земельного участка, соответственно он незаконно введен в гражданский оборот и не мог быть объектом соглашения о перераспределении.

В отзыве и на исковое заявление и дополнение к нему ответчик ФИО1 просит в удовлетворении иска отказать, указывает, что истцом неверно избран способ защиты права. Заявляя о реестровой ошибке, истец ссылается на пересечение фактических границ принадлежащего ему земельного участка с юридическими границами земельного участка ответчика на площади 103 кв.м, в связи с чем подлежит установлению вопрос о принадлежности спорной части земельного участка ответчика, что указывает на наличие спора о праве. Истцом не представлено надлежащих доказательств пользования своим земельным участком в заявленной конфигурации в течение 15 и более лет до момент проведение работ по межеванию его земельного участка в 2022 году. Реестровой ошибки при установлении границ земельного участка ответчика не допущено. С 2015 по 2022 годы следы деятельности на спорной территории отсутствуют, что не позволяет определить фактическое использование границ земельного участка истца, в том числе историческое. Предложенный экспертом в дополнительном заключении вариант установления границ земельного участка истца будет нарушать права ответчика, т.к. участки будут пересекаться на площади 81,3 кв.м. Конфигурации земельного участка истца по координатам поворотных точек, предложенная в заключении эксперта № 20/24 не пересекает границ земельного участка ответчика, при этом сохраняет площадь земельного участка истца. В связи с отсутствием нарушений прав истца заключенным соглашение о перераспределении от 06 декабря 2022 года, нет оснований для признания этой сделки недействительной.

В отзыве ответчик ФИО4 указал, что исковые требования поддерживает.

В отзыве представитель ответчика Администрации Белоярского муниципального округа просит в удовлетворении требований к Администрации отказать как к ненадлежащему ответчику (т. 4 л.д. 86-89).

Определением суда от 06 июня 2023 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Управление Росреестра по Свердловской области (т. 1 л.д. 177-182).

Определением суда от 06 июня 2023 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена кадастровый инженер ФИО8 (т. 1 л.д. 224).

Определением суда от 23 августа 2023 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен КУМИ Администрации Белоярского городского округа (т. 1 л.д. 18-21).

Определением суда от 01 сентября 2023 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (т. 2 л.д. 86-94).

Определением суда от 31 октября 2023 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ФИО5, ФИО4, Администрация Белоярского городского округа (т. 2 л.д. 161-166).

Определением суда от 04 июля 2024 года, изложенным в протоколе судебного заседания, к участию в деле в качестве ответчика привлечен КУМИАГ Администрации Белоярского городского округа (т. 4 л.д. 8-11).

В судебном заседании представитель истца заявленные требования поддержала по доводам искового заявления, просила их удовлетворить.

В судебном заседании представитель ответчика ФИО1 против удовлетворения заявленных требований возражала по доводам отзыва и дополнения к нему.

Ответчики ФИО4, ФИО9, представители ответчиков Администрации Белоярского муниципального округа и КУМИАГ Администрации Белоярского муниципального округа, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, филиала Управления Росреестра по Свердловской области, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, кадастровый инженер ФИО8, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания – заказной почтовой корреспонденцией, по электронной почте, повестками под расписку, а также путем размещения информации на официальном сайте Белоярского районного суда Свердловской области в сети «Интернет», в суд не явились, ответчик ФИО4 и представитель ответчика Администрации Белоярского муниципального округа ходатайствовали о рассмотрении дела в свое отсутствие (т. 2 л.д. 15, 100, т. 4 л.д. 86-89), остальные лица о причинах неявки суд не уведомили.

При наличии сведений о надлежащем извещении всех лиц, участвующих в деле, и заявленных ходатайств, с учетом положения ч. 3, 4, 5 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд рассмотрел дело в отсутствие ответчиков и третьих лиц.

Выслушав объяснения представителя истца ЦВ.ой В.С., представителя ответчика ФИО1 – ФИО2, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно положениям части 1 статьи 46 Конституции Российской Федерации каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Вместе с тем право на судебную защиту, как оно сформулировано в статье 46 Конституции Российской Федерации, не свидетельствует о возможности выбора гражданином по своему усмотрению того или иного способа и процедуры судебной защиты, особенности которых определяются законом.

В соответствии со статьей 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу положений статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации защита гражданских прав осуществляется путем: признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; признания недействительным решения собрания; признания недействительным акта государственного органа или органа местного самоуправления; самозащиты права; присуждения к исполнению обязанности в натуре; возмещения убытков; взыскания неустойки; компенсации морального вреда; прекращения или изменения правоотношения; неприменения судом акта государственного органа или органа местного самоуправления, противоречащего закону; иными способами, предусмотренными законом.

Выбор конкретного способа защиты прав осуществляется самостоятельно управомоченным лицом, за исключением случаев, когда способ защиты нарушенного права прямо определен правовой нормой, регулирующей соответствующее правоотношение. При этом избранный лицом способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и спорного правоотношения и в конечном итоге привести к восстановлению нарушенного права.

Следовательно, предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов истца посредством предусмотренных действующим законодательством способов защиты. При этом избранный способ защиты нарушенного права и законных интересов должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения, а в результате применения соответствующего способа судебной защиты нарушенное право должно быть восстановлено. Ненадлежащий способ судебной защиты является основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований.

Согласно статье 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В силу статьи 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 45 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10 и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», следует, что иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению в случае, если истец докажет, что он является собственником или лицом, владеющим имуществом по основанию, предусмотренному законом или договором, и что действиями ответчика, не связанными с лишением владения, нарушается его право собственности или законное владение.

Негаторный иск является универсальным средством защиты, направленным на восстановление положения по нормальному и естественному владению и пользованию собственником его вещью либо его вещным правом и на пресечение помех и стеснений в сфере исключительных полномочий собственника и реализующимся в судебной форме посредством иска, сфера применения которого касается только разрешения споров об устранении незаконных фактических помех и стеснений во владении и пользовании спорной вещью. Предметом негаторного иска является требование истца об устранении длящихся нарушений (противоправного состояния), не связанных с лишением владения, приводящих к угнетению или стеснению правомочий пользования вещью.

Таким образом, условием удовлетворения иска об устранении препятствий является совокупность доказанных юридических фактов, которые свидетельствуют о том, что собственник или иной титульный владелец претерпевает нарушения своего права, при этом у истца имеется право собственности или иное вещное право, им представлены доказательства наличия препятствий в осуществлении прав собственности, а также обстоятельств, свидетельствующих о том, что именно ответчиком чинятся препятствия в использовании собственником имущества.

Такое нарушение права на вещь, не связанное с лишением владения, в том числе, может выражаться в ухудшении свойств и качеств вещи, невозможности ее использования по назначению, а равно утраты доступа к вещи или ее части.

Иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, подлежит удовлетворению независимо от того, на своем или чужом земельном участке либо ином объекте недвижимости ответчик совершает действия (бездействие), нарушающие право истца.

Удовлетворяя иск об устранении нарушений права, не связанных с лишением владения, суд вправе как запретить ответчику совершать определенные действия, так и обязать ответчика устранить последствия нарушения права истца.

В соответствии с пунктом 2 части 1 статьи 60 Земельного кодекса Российской Федерации нарушенное право на земельный участок подлежит восстановлению в случаях самовольного занятия земельного участка.

В силу части 2 статьи 62 Земельного кодекса Российской Федерации на основании решения суда лицо, виновное в нарушении прав собственников земельных участков, землепользователей, землевладельцев и арендаторов земельных участков, может быть принуждено к исполнению обязанности в натуре, в частности, восстановлению земельных участков в прежних границах, сносу незаконно возведенных зданий, строений, сооружений.

Согласно части 2 статьи 76 Земельного кодекса Российской Федерации самовольно занятые земельные участки возвращаются их собственникам, землепользователям, землевладельцам, арендаторам земельных участков без возмещения затрат, произведенных лицами, виновными в нарушении земельного законодательства, за время незаконного пользования этими земельными участками.

Земельный участок согласно пункту 3 статьи 6 Земельного кодекса Российской Федерации является объектом недвижимости, представляющим собой часть земной поверхности, имеющую характеристики, позволяющие определить ее в качестве индивидуально определенной вещи.

В силу пунктов 1, 8 статьи 22 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» местоположение границ земельного участка устанавливается посредством определения координат характерных точек таких границ, то есть точек изменения описания границ земельного участка и деления их на части и определяется в межевом плане, являющемся основанием для внесения соответствующих сведений в Единый государственный реестр недвижимости.

В соответствии с частью 5 статьи 40 Федерального закона от 24 июля 2007 года № 221-ФЗ «О кадастровой деятельности» споры, не урегулированные в результате согласования местоположения границ, разрешаются в судебном порядке.

Установление судом границ земельного участка позволяет провести его окончательную индивидуализацию, создает определенность в отношениях по использованию заинтересованными лицами смежных земельных участков и предполагает разрешение спора о принадлежности той или иной их части. Итогом рассмотрения указанного требования должен быть судебный акт, которым установлена смежная граница по координатам характерных точек (вопрос 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 июля 2019 года).

Повторное определение границ при наличии в ЕГРН сведений об их местоположении, определенных с требуемой точностью, законом не допускается (подпункт 31 пункта 1 статьи 26 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости»).

Однако, по смыслу положений статьи 61 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» при ошибочности внесенных в ЕГРН сведений о границах, может быть произведена их замена.

Так, согласно положений статьи 61 Федерального закона от 13 июля 2015 года № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» техническая ошибка (описка, опечатка, грамматическая или арифметическая ошибка либо подобная ошибка) представляет собой допущенную органом регистрации прав при осуществлении государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав и приведшая к несоответствию сведений, содержащихся в ЕГРН, сведениям, содержащимся в документах, на основании которых вносились сведения в ЕГРН (далее - техническая ошибка в записях), исправляется по решению государственного регистратора прав в течение трех рабочих дней со дня обнаружения технической ошибки в записях или получения от любого заинтересованного лица заявления об исправлении технической ошибки в записях либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении технической ошибки в записях. Орган регистрации прав в течение трех рабочих дней со дня исправления технической ошибки в записях уведомляет соответствующих участников отношений, возникающих при государственной регистрации прав, об исправлении технической ошибки в записях. Исправление технической ошибки в записях осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости. Вместе с тем, воспроизведенная в Едином государственном реестре недвижимости ошибка, содержащаяся в межевом плане, техническом плане, карте-плане территории или акте обследования, возникшая вследствие ошибки, допущенной лицом, выполнившим кадастровые работы, или ошибка, содержащаяся в документах, направленных или представленных в орган регистрации прав иными лицами и (или) органами в порядке информационного взаимодействия, а также в ином порядке, установленном настоящим Федеральным законом (далее - реестровая ошибка), подлежит исправлению по решению государственного регистратора прав в течение пяти рабочих дней со дня получения документов, в том числе в порядке информационного взаимодействия, свидетельствующих о наличии реестровых ошибок и содержащих необходимые для их исправления сведения, либо на основании вступившего в законную силу решения суда об исправлении реестровой ошибки. Исправление реестровой ошибки осуществляется в случае, если такое исправление не влечет за собой прекращение, возникновение, переход зарегистрированного права на объект недвижимости.

Перераспределение земельных участков является одним из способов образования земельного участка (пункт 1 статьи 11.2 Земельного кодекса Российской Федерации), поэтому до заключения соглашения о перераспределении земельных участков органом, уполномоченным на предоставление земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, должна быть утверждена схема расположения земельного участка с целью его формирования и постановки на кадастровый учет (пункт 13 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации).

Статья 39.28 Земельного кодекса Российской Федерации устанавливает случаи и основания перераспределения земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и земельных участков, находящихся в частной собственности. Так, подпункт 3 пункта 1 указанной статьи предусмотрено, что допускается перераспределение земель и (или) земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности и земельных участков, находящихся в собственности граждан и предназначенных для ведения личного подсобного хозяйства, огородничества, садоводства, индивидуального жилищного строительства, при условии, что площадь земельных участков, находящихся в собственности граждан, увеличивается в результате этого перераспределения не более чем до установленных предельных размеров земельных участков.

В соответствии с пунктом 8 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации в срок не более чем тридцать дней со дня поступления заявления о перераспределении земельных участков уполномоченный орган по результатам его рассмотрения совершает одно из следующих действий: 1) принимает решение об утверждении схемы расположения земельного участка и направляет это решение с приложением указанной схемы заявителю; 2) направляет заявителю согласие на заключение соглашения о перераспределении земельных участков в соответствии с утвержденным проектом межевания территории; 3) принимает решение об отказе в заключении соглашения о перераспределении земельных участков при наличии оснований, предусмотренных пунктом 9 настоящей статьи.

В пункте 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации приведен исчерпывающий перечень оснований для отказа в заключении соглашения о перераспределении земельных участков.

В частности, согласно подпункту 11 пункте 9 статьи 39.29 Земельного кодекса Российской Федерации может быть отказано, если имеются основания для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка, предусмотренные пунктом 16 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации.

В свою очередь основания для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка исчерпывающим образом приведены в пункте 16 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации

В частности, подпунктом 1 пункта 16 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что основанием для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка является несоответствие схемы расположения земельного участка ее форме, формату или требованиям к ее подготовке, которые установлены в соответствии с пунктом 12 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 12 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации форма схемы расположения земельного участка, подготовка которой осуществляется в форме документа на бумажном носителе, требования к формату схемы расположения земельного участка при подготовке схемы расположения земельного участка в форме электронного документа, требования к подготовке схемы расположения земельного участка устанавливаются уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти.

Приказом Росреестра от 19 апреля 2022 года № П/0148 утверждены требования к подготовке схемы расположения земельного участка или земельных участков на кадастровом плане территории, согласно которым схема расположения земельного участка подготавливается на основе сведений Единого государственного реестра недвижимости об определенной территории (кадастрового плана территории); при подготовке схемы расположения земельного участка учитываются в том числе материалы и сведения о земельных участках общего пользования и территориях общего пользования, красных линиях, местоположении границ земельных участков.

Согласно подпункту 3 пункта 16 статьи 11.10 Земельного кодекса Российской Федерации основанием для отказа в утверждении схемы расположения земельного участка также является разработка схемы расположения земельного участка с нарушением предусмотренных статьей 11.9 настоящего Кодекса требований к образуемым земельным участкам.

Статья 11.9 Земельного кодекса Российской Федерации содержит требования к образуемым и измененным земельным участкам.

Как следует из материалов дела и установлено в судебном заседании, истец ФИО3 с 12 августа 2002 года является собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1995,57 кв.м, на момент подачи иска граница не была установлена в соответствии с требованиями земельного законодательства, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 17 мая 2023 года (т. 1 л.д. 57-58).

В ходе рассмотрения дела в ЕГРН внесены изменения о границах и площади земельного участка истца – они стали уточненными, площадь составила 1996 +/- 154 кв.м, что подтверждается выпиской из ЕГРН от 27 марта 2025 года (т. 4 л.д. 81-83).

При этом по материалам реестрового дела не имеется сведений о том, на основании каких документов внесены вышеуказанные сведения, истец с соответствующим заявлением не обращался, межевой план не предоставлял.

Кроме того, суд обращает внимание, что внесенные в ЕГРН сведения о координатах характерных точек границ имеют недопустимые значения погрешности – 1 м, при максимально допустимой погрешности – 0,2 м.

Изначально земельный участок был предоставлен ФИО7 на основании распоряжения Косулинской сельской управы от 30 августа 2000 года № 208 (т. 1 л.д. 158), право собственности зарегистрировано 28 сентября 2000 года (т. 1 л.д. 156 оборот), согласно выписке из кадастрового дела (т. 1 л.д. 159) и плану земельного участка (т. 1 л.д. 159 оборот), его площадь составляет 1995, 57 кв.м, указаны длины сторон, дирекционные углы, имеется описание смежеств.

В межевом деле в отношении земельного участка, выполненном Косулинской сельской Управой в 2000 году (т. 1 л.д. 36-39), имеется акт согласования границ, в котором содержится план границ участка прямоугольной формы с указанием дирекционных углов и длин линий, описание смежеств: от точки 2 до точки 3 – Садовая, 23, от точки 4 до точки 1 – Садовая, 25, от точки 1 до точки 2 – хозпроезд, от точки 3 до точки 4 – ул. Садовая.

Фактически смежными с земельным участком истца являются земельные участки с кадастровыми номерами <номер>, <номер> (с западной стороны) и <номер> (с восточной стороны).

Собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, поставленного на кадастровый учет 29 июля 2019 года, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1569 +/- 13,86 кв.м с 30 июля 2019 года является ответчик ФИО5, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 2 л.д. 31-32).

Собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, поставленного на кадастровый учет 29 июля 2019 года, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1131 +/- 12 кв.м с 30 июля 2019 года является ответчик ФИО5, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 2 л.д. 33-34).

Земельные участки образованы в результате раздела земельного участка с кадастровым номером <номер> (т. 2 л.д. 119).

Собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, поставленного на кадастровый учет 17 декабря 1992 года, расположенного по адресу: <адрес>, площадью 1474 +/- 134 кв.м с 23 января 2006 года является ответчик ФИО4, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 4 л.д. 78-80). Координаты характерных точек границ также имеют недопустимую погрешность – 1 м.

Ответчик ФИО1 с 19 декабря 2022 года является собственником земельного участка с кадастровым номером <номер> площадью 2213 +/- 16 кв.м, расположенного по адресу: <адрес>, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д.55-56).

Земельный участок образован в результате перераспределения – постановлением главы Белоярского городского округа от 06 октября 2022 года №128 утверждена схема расположения земельного участка на кадастровом плане территории (т. 1 л.д. 124), а 06 декабря 2022 года между Белоярским городским округом и ФИО1 заключено соглашение № 167/22-С о перераспределении земельного участка с кадастровым номером <номер> площадью 1900 кв.м и части земель, государственная собственность на которые не разграничена, площадью 313 кв.м, в результате чего образован земельный участок с кадастровым номером <номер> площадью 2213 кв.м (т. 1 л.д. 126-129).

Земельный участок с кадастровым номером <номер> был поставлен на кадастровый учет 03 февраля 1995 года, имел площадь 1900 +/- 15 кв.м, что подтверждается выпиской из ЕГРН (т. 1 л.д. 54).

Истец в судебном заседании 31 октября 2023 года пояснил, что пользовался земельным участком не только в огороженных забором границах, за забором садили картошку, последние несколько лет не использовали. При покупке продавец показал колышки, забором участок огорожен не был (т. 2 л.д. 161-166).

Ответчик ФИО1 в судебном заседании 23 августа 2023 года не признала, что истец пользовался территорией за забором своего участка для посадки картошки, пояснила, что там был пустырь и росла высокая трава (т. 2 л.д. 18-21).

Ответчик ФИО5 в судебном заседании 23 ноября 2023 года (т. 2 л.д. 189-191) пояснила, что является собственником участка в <адрес> 2005 года, между ее участком и участком истца находится деревянный забор, установлен давно, более 15 лет назад, также пояснила, что истец обрабатывал земельный участок в том числе за своим домом, садил картошку, кроме последнего года.

В судебном заседании 01 сентября 2023 года свидетель ФИО10, являющийся собственником земельного участка с кадастровым номером <номер>, смежного с участками ответчиком ФИО1 и ФИО4, пояснил, что у всех соседей задняя часть участка не огорожена, использовалась под посадку картошки, приезжали пахать общую площадь на 4-5 домов, в том числе истец садил картошку около своего забора (т. 2 л.д. 86-94).

На представленных спутниковых снимках (т. 2 л.д. 6-14) четко видны следы использования территории – обработки земли в продолжение земельного участка истца от забора в сторону земельного участка ответчика ФИО1 Обработанная территория вплотную примыкает к забору истца, имеет четкий прямоугольный контур.

Из заключения кадастрового инженера ФИО8 от 17 марта 2023 года следует, что границы земельного участка с кадастровым номером <номер> не установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства, по правоустанавливающим документам площадь земельного участка составляет 1995,57 кв.м, исходя из линейных размеров 39,94м*50,59м*40,10м*49,13м. Внесенные в ЕГРН границы земельного участка с кадастровым номером <номер> пересекают границу земельного участка с кадастровым номером <номер>, сведения о которой содержатся в межевом деле 2000 года, площадь пересечения составляет 103 кв.м (т. 1 л.д. 186-194).

Из заключения кадастрового инженера Солодкой Т.Г. (т. 2 л.д. 49-83) следует, что однозначно отнести неиспользуемую территории к земельному участку истца не представляется возможным, т.к. нет ограждения, нет признаков использования территории. Координаты земельного участка в межевом деле 2000 года представлены в условной системе координат, привязок к каким-либо легко опознаваемым объектам местности не имеется, в связи с чем невозможно пересчитать их в систему координат МСК-66. Заключение кадастрового инженера ФИО8 проведено на основании совмещения ограждения земельного участка иска, существующего на местности, с геоданными из межевого дела 2000 года, что является несостоятельным, поскольку нет достоверного подтверждения, что ограждение не меняло своего местоположения с 2000 года, или что при измерениях в 2000 году были определены именно данные углы ограждения земельного участка. Кроме того, земельные участки с кадастровыми номерами <номер> и <номер> по межевому делу 2000 года является смежными, а по предложенному кадастровым инженером ФИО8 варианту границ между ними оставлена территория, не относящаяся ни к одному земельному участку. Также указала, что учитывая установленные в соответствии с земельным законодательством границы земельных участков с кадастровыми номерами <номер>, <номер>, <номер> и <номер>, возможно сформировать земельный участок 6 с сохранением его площади в 1995,57 кв.м.

Свои выводы кадастровый инженер ФИО11 основывает на том факте, что границы земельного участка с кадастровым номером <номер> установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства и ошибок не имеют, однако это не так, поскольку сведения о границах внесены в ЕГРН с недопустимой погрешностью – 1 м, по сути являются декларированными, не соответствуют фактическим границам, в частности, заборному ограждению между земельными участками с кадастровыми номерами <номер> и <номер>, в связи с чем выводы данного кадастрового инженера являются необоснованными, не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не могут быть приняты во внимание судом. Кроме того, именно этим кадастровым инженером готовилась схема границ земельного участка с кадастровым номером <номер>, в связи с чем имеется ее заинтересованность в исходе дела.

Определением суда от 23 ноября 2023 года по делу была назначена землеустроительная экспертиза, производство которой поручено кадастровому инженеру ФИО6 (т. 2 л.д. 192-195).

В заключении № 20/24 от 03 мая 2024 года (т. 3 л.д. 1-132) эксперт <...> указывает, что площадь земельного участка с кадастровым номером <номер>, по координатам, содержащимся в выписке из ЕГРН, составляет 1080 кв.м, то есть меньше его площади по правоустанавливающему документу, расхождение площади обусловлено тем, что границы земельного участка не уточнены, являются ориентировочными. Фактическая площадь земельного участка истца, огороженного забором, составляет 1215 кв.м, что значительно меньше его площади по правоустанавливающему документу.

Фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером <номер> по границам фактического землепользования, указанным истцом при натурном обследовании, составила 2287 кв.м, однако на местности объектов естественного или искусственного происхождения, закрепляющих границы данного участка по указанному варианту, не имеется, под снежным покровом следы деятельности на данной территории определить невозможно. Сведения о координатах характерных точек отводимого земельного участка представлены в условной системе координат, а координаты характерных точек фактических границ земельного участка с кадастровым номером <номер> представлены в системе координат МСК-66, в связи с чем проведение сравнительного анализа этих координат не представляется возможным. Расхождения горизонтальных приложений границы по фасадной стороне по правоустанавливающим документом и по фактическим граница составляет 1,46 м (40,1 м – по правоустанавливающему документу, 41,56 м - фактическая), по задней меже – 0,08 м (по существующему забору), 1,34 м (по границам, указанным истцом).

Из анализа спутниковых снимков за период с 2002 по 2015 годы следует, что территория, которая со слов истца находилась в фактических границах земельного участка с кадастровым номером <номер>, имеет следы использования, за период с 2015 по 2022 годы следы использования отсутствуют, что не позволяет определить фактические использование границ земельного участка с кадастровым номером <номер> как историческое, то есть существующее на местности 15 и более лет (т. 3 л.д. 41-45).

Фактическая площадь земельного участка с кадастровым номером <номер> составила 1840 кв.м, что обусловлено тем, что после перераспределения земельного участка с кадастровым номером <номер> местоположение забора ответчиком не изменялось. Установленные экспертом расхождения координат характерных точек фактических и юридических границ земельного участка с кадастровым номером <номер> и как следствие - земельного участка с кадастровым номером <номер> является не следствием ошибочного определения координат характерных точек в 2016 году, а следствием разной геодезической основы, использованной при работах в 2016 году и при исследовании в 2024 году. В 2022 году границы в большей степени определены аналитическим методом, а часть границ определена геодезическим методом. Часть границ земельного участка с кадастровым номером <номер> на местности не пересекает каких-либо объектов искусственного или естественного происхождения, закрепляющих границу земельного участка с кадастровым номером <номер>.

Реестровая ошибка в местоположении границ земельного участка с кадастровым номером <номер>, в том числе в части границы, смежной с земельным участком с кадастровым номером 66:06:0401003:6, не выявлена.

При этом экспертом предложено два варианта установления границ земельного участка с кадастровым номером <номер>.

Экспертом учтено, что в границах земельного участка расположен водопровод с кадастровым номером <номер>, в соответствии с материалами межевого дела, он располагается на расстоянии 1 м от фасадной границы земельного участка, а по материалам инвентаризации 1997 года водопровод расположен примерно на 1 линии со скважиной на плане. Наличие сведения о местоположении газопровода в ЕГРН позволяет определить местоположение фасадной границы отводимо в 2000 году участка и от фасадной границы с учетом указанных в межевом деле горизонтальных проложений определить ориентировочные границы земельного участка площадью 1996 кв.м. Такой вариант установления границы не соответствует местоположению существующих заборов, земельный участок значительно сдвигается в сторону <адрес>, что наглядно видно на рис. 23 и 24 заключения (т. 3 л.д. 38, 39), кроме того, в границах участка оказывает часть газопровода. Эксперт для недопущения препятствий в использовании газопровода предлагает к установлению границу участка с отступом от оси газопровода на 2 м, а по задней меже – не допуская пересечений с границами земельных участков с кадастровыми номерами <номер> и <номер>, по левой и правой меже – по существующим заборным ограждениям, площадь участка составит 1901 кв.м, координаты границы приведены таблице № 8, схема – в приложении № 19 (т. 3 л.д. 127).

Второй вариант установления границы предложен экспертом с учетом исключения вкрапливания государственных земель, ограниченных земельными участками с кадастровыми номерами <номер>, <номер>, <номер>, <номер>, по фасадной стороне – по существующему ограждению, площадь составит 2049 кв.м, координаты приведены в таблице № 9, схема – в приложении № 20 (т. 3 л.д. 128).

Кадастровым инженером ФИО8 подготовлено дополнение к заключению от14 июня 2024 года (т. 4 л.д. 1-3), из которого следует, что водопроводный колодец расположен вглубь границ земельного участка истца на расстоянии 9,4 м от забора.

Определением суда от 04 июля 2024 года по делу была назначена дополнительная землеустроительная экспертиза, производство которой поручено кадастровому инженеру ФИО6 (т. 4 л.д. 12-17).

В дополнительном заключении № 16/25 от 19 февраля 2025 года (т. 4 л.д. 23-63) эксперт <...>. указывает, что на местности ей было обследовано два колодца сооружения с кадастровым номером <номер>, один из которых находится в границах земельного участка истца. При выносе точек сооружения с кадастровым номером <номер> на местности, установлено, что сооружение в тех характерных точках, которые в отношении него внесены в ЕГРН, отсутствует. Фактическое его местоположение отличается от местоположения по сведениям ЕГРН в пределах от 24,95 м до 31,96 м, сооружение расположено вглубь земельного участка истца на расстояние от 7,46 м до 12,32 м от фасадной части, что наглядно изображено на схеме (т. 4 л.д. 41).

Восстановленная от долговременного ориентира граница земельного участка истца пересекает границу земельного участка с кадастровым номером <номер>, которая существует на местности с 1992 года, в связи с чем эксперт предполагает, что положение долговременного ориентира в межевом деле земельного участка истца 2000 года указано некорректно, без учета его фактического местоположения, следовательно, использовать данный ориентир для определения границ земельного участка недопустимо.

Также экспертом были выстроены границы земельного участка истца по имеющимся горизонтальным проложениям и дирекционным углам (т. 4 л.д. 33), однако сопоставить полученные границы с фактическими границами земельного участка без точных привязок к четко определенным объектам (зданиям, строениям, объектам искусственного происхождения) не представляется возможным, а совмещение характерных точек с фактическими не допускается, поскольку нет достоверного подтверждения, что ограждение земельного участка не меняло своего местоположения, или что при измерении границ земельного участка в 2000 году в качестве характерных точек границ были взяты именно углы ограждения земельного участка, в связи с чем невозможно определить с достаточной точностью границы земельного участка с кадастровым номером <номер> исходя из сведений, содержащихся в правоустанавливающем документе не представляется возможным.

Также экспертом сделан вывод о невозможности с достаточной точностью определить границы земельного участка с кадастровым номером <номер> исходя из фактического землепользования, сведения о котором имеются на спутниковых снимках, поскольку при таком способе определения границ имеет место превышение средней квадратичной погрешности, которая должна составлять 0,1 м, а фактически составляет 0,4 м.

При этом экспертом предложен вариант установления границы земельного участка <номер> по координатам, указанным в таблице № 2 (т. 4 л.д. 44), схема границ изображена на рисунке 14 (т. 4 л.д. 45).

Предлагая такой вариант установления границ эксперт исходил из того, что в отношении земельного участка истца отсутствуют документы, позволяющие определить местоположение земельного участка, соответственно границы участка следует определять по объектам, существующим на местности 15 и более лет, а также для недопущения значительного уменьшения площади земельного участка при уточнении границ следует руководствовать и землеотводными документами. Граница земельного участка закреплена забором как минимум с 2011 года, при этом сложившийся порядок пользования прослеживается ориентировочно с 2006 года. Исходя из документов 2000 года земельный участок истца по задней меже граничил с землями общего пользования, смежеств с земельным участком 66:06:0401003:184 не имел, в связи с чем граница участка истца не должна определяться по фактического ограждению участка <номер> (<номер>), а по отводным документам. От точки н1 до точки н3 (по левой меже) граница определена по фактическим ограждениям на местности, по правой меже граница в большей степени закреплена забором (по точкам н9-н7), разделяющим земельные участки с кадастровыми номерами <номер>.

В пояснениях (т. 4 л.д. 101) экспертом указано, что граница, предложенная к установлению, восстановлена с учетом горизонтальных проложений, представленных в первичных землеотводных документах, в продолжение фактических границ.

Оценивая доводы истца о незаконности перераспределения земельного участка ответчика ФИО1, необходимости установления границ земельного участка истца по координатам, предложенным экспертом в дополнительном заключении, а также доводы ответчика о возможности установления границ участка истца по варианту № 2 первоначального заключения эксперта, отсутствии оснований для изменения границ земельного участка ответчика, суд приходит к следующему.

Огораживание забором лишь части территории земельного участка, значительно меньшей, чем вся его площадь, не свидетельствует об отказе истца от права собственности на часть земельного участка. Неиспользование части земельного участка в течение нескольких лет также не свидетельствует об отказе истца от права собственности на часть земельного участка, не свидетельствует об утрате права пользования этой частью участка, не может являться основанием для выбытия этой части участка из владения истца.

Установление границ в соответствии с требованиями земельного законодательства является правом, а не обязанностью собственника земельного участка.

Фактически ответчик ФИО1, испрашивая спорную территорию для перераспределения, воспользовалась тем, что границы земельного участка истца не были установлены в соответствии с требованиями земельного законодательства, а также не были закреплены на местности с использованием объектов искусственного происхождения (забора).

При этом ответчик, проживая на своем земельном участке около 30 лет, не могла не знать в силу близости расположения земельных участков, что ответчик использует принадлежащий ему земельный участок не только в границах, огороженных забором, но и за забором - часть территории между своим забор и земельным участком истца.

Суд усматривает признаки недобросовестного поведения со стороны ответчика ФИО1, а также незаконность проведенного перераспределения, поскольку в результате утверждения схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории в его границы была включена часть земельного участка истца, сведения о границах которого не были внесены в ЕГРН.

Истец не может лишиться части принадлежащего ему земельного участка только потому, что его границы не были внесены в ЕГРН, что и позволило перераспределить часть принадлежащего ему земельного участка под видом земель, государственная собственность на которые не разграничена.

Результатом исправления реестровой ошибки должно быть приведение в соответствие сведений ЕГРН о границах фактическим границам земельного участка, при этом не должна значительным образом меняться площадь, конфигурация и местоположение земельного участка.

Суд считает доказанным факт использования истцом земельного участка не только в части, огороженной забором, но и по всей его площади 1996 кв.м, что подтверждается совокупностью согласующихся между собой доказательств – пояснений истца, ответчиков ФИО5, показаниями свидетеля, спутниковыми снимками.

Сторона ответчика предлагает установить границу земельного участка истца без изменения границы своего земельного участка с существенными отличиями от того, как граница участка истца расположена на местности и от того, в каких границах участок был предоставлен истцу.

В правоустанавливающем документе действительно не содержится сведений, позволяющих установить границу в соответствии с действующими требованиями к точности определения координат поворотных точек, однако в правоустанавливающем документе были указаны линейные размеры земельного участка истца и его конфигурация – прямоугольной формы.

Предложенный экспертом в дополнительном заключении вариант установления границы, основанный как на существующих длительное время заборных ограждениях, так и на восстановлении границ путем продолжения существующей на местности границы с учетом горизонтальных проложений из межевого дела 2000 года, является приемлемым, поскольку контур участка истца исходя из линейных размеров с южной и западной части полностью соответствует фактической границе, обозначенной на местности забором, по восточной границе имеются незначительные различия, но в целом ширина участка по правоустанавливающему документу и фактическая ширина участка совпадают.

В дополнении к заключению кадастрового инженера Солодкой Т.Г. (т. 4 л.д. 106-108) указано на наличие площади в 440,4 кв.м между предложенной экспертом границей земельного участка истца и границей участка с кадастровым номером <номер> по сведениям ЕГРН, которая по мнению стороны ответчика ФИО1 может быть использована при установлении границ земельного участка истца. Такое суждение не основано на законе, поскольку в этом случае земельный участок истца стал бы шире на 9,59 м, существенно изменилась бы его конфигурация, а также имело бы место наложение на фактические границы смежного земельного участка с кадастровым номером <номер>, принадлежащего ответчику ФИО12, что недопустимо.

Установление границы земельного участка истца за счет незанятых земель (государственная собственность на которые не разграничена) с сохранением площади, но существенным изменением конфигурации (как в варианте 2 из заключения эксперта, где участок истца становится шестиугольным), закону также не соответствует, исправление реестровой ошибки не должно приводить к существенному изменению конфигурации участка, тем более, не соответствует такой вариант границ и фактическому землепользованию. Присоединение к земельному участку, находящемуся в частной собственности, земель, государственная собственность на которые не разграничена, может осуществляться в результате перераспределения земель, которое не должно подменяться исправлением реестровой ошибки.

Суд полагает, что не имеется оснований с целью исправления реестровой ошибки устанавливать границы земельного участка истца, основываясь лишь на сохранении площади земельного участка, без учета фактического землепользования.

Забор с фасадной части земельных участков с кадастровыми номерами <номер> и <номер> представляет собой единую прямую линию, параллельную <адрес>, его местоположение не изменялось более 15 лет, фактическая ширина участка <номер> по фасадной части сопоставима с шириной участка согласно межевому делу 2000 года, в связи с чем граница по фасадной части должны быть установлена по координатам существующего заборного ограждения, аналогичные выводы следует и в отношении границ, смежных с участками с кадастровыми номерами <номер> <номер> и <номер>.

Иные вариант установления границ, учитывая закрепленные в законе критерии их установления, установленное судом фактическое землепользование и отсутствие иных документов, кроме межевого дела 2000 года, в отношении границ земельного участка истца, по мнению суда отсутствуют.

Учитывая, что в настоящее время в ЕГРН содержатся недостоверные сведения о границе земельного участка истца, на что указано экспертом, в том числе в дополнении от 10 марта 2025 года (т. 4 л.д. 94-95), суд полагает необходимым устранить реестровую ошибку в определении местоположения границы земельного участка c кадастровым номером <номер> путем ее установления по координатам характерных точек, приведенных в каталоге координат в дополнительном заключении эксперта <...>

номер точки X Y

н1 380163.87 1554984.12

н2 380187.3 1555006.48

н3 380199.36 1555017.96

н4 380185.04 1555031.74

н5 380171.4 1555045.18

н6 380168.83 1555042.95

н7 380133.17 1555012.04

н1 380163.87 1554984.12

в том числе смежной границы земельных участков с кадастровыми номерами <номер> и <номер> по координатам характерных точек, приведенных в каталоге координат в дополнительном заключении эксперта <...>

номер точки X Y

н4 380185.04 1555031.74

н5 380171.4 1555045.18

н6 380168.83 1555042.95

При этом суд не усматривает оснований для признания недействительным соглашения о перераспределении земель, поскольку в данном случае нарушения закона были допущены при вынесении постановления об утверждении схемы расположения земельного участка на кадастровом плане территории и лишь в той части, в которой границы участка стали накладываются на земельный участок с кадастровым номером <номер>

Право истца уже восстановлено путем установления границ (устранения реестровой ошибки) земельного участка с кадастровым номером <номер>, в том числе, смежной с земельным участком с кадастровым номером <номер>, в связи с чем признания недействительным соглашения о перераспределении для восстановления прав истца не требуется.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

иск ФИО3 к ФИО1, ФИО4, ФИО5, Администрации Белоярского муниципального округа, Комитету по управлению муниципальным имуществом, архитектуре и градостроительству Администрации Белоярского муниципального округа о признании недействительными результатов межевания, признании недействительным соглашения о перераспределении земель, установлении границ земельного участка – удовлетворить частично.

Устранить реестровую ошибку в определении местоположения границы земельного участка c кадастровым номером <номер> путем ее установления по координатам характерных точек, приведенных в каталоге координат в дополнительном заключении эксперта <...>

номер точки X Y

н1 380163.87 1554984.12

н2 380187.3 1555006.48

н3 380199.36 1555017.96

н4 380185.04 1555031.74

н5 380171.4 1555045.18

н6 380168.83 1555042.95

н7 380133.17 1555012.04

н1 380163.87 1554984.12

в том числе смежной границы земельных участков с кадастровыми номерами <номер> и <номер> по координатам характерных точек, приведенных в каталоге координат в дополнительном заключении эксперта <...>

номер точки X Y

н4 380185.04 1555031.74

н5 380171.4 1555045.18

н6 380168.83 1555042.95

В удовлетворении остальной части иска ФИО3 – отказать.

Решение является основанием для внесения соответствующих сведений в Единый государственный реестр недвижимости.

Решение может быть обжаловано в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Белоярский районный суд Свердловской области.

Судья А.А. Коняхин