Решение по делу № 2-1096/2023 от 18.03.2025 - о взыскании неосновательного обогащения.

Изготовлено: 18 марта 2025 года.

Дело № 2-2/2025, УИД 76RS0011-01-2023-001351-77

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 февраля 2025 г. г. Углич

Угличский районный суд Ярославской области в составе

председательствующего судьи Грачевой Н.А.,

при секретаре Тужилкиной Н.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании неосновательного обогащения,

установил:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО2 и с учетом уточнения исковых требований (л.д. 91-95 т. 1) просил взыскать денежные средства в сумме 10 145 421,71 руб.

В обоснование исковых требований ФИО1 указал, что между ним, ФИО2 и ее сожителем ФИО3 сложились дружеские отношения, были общие планы по развитию бизнеса на территории г. Углича и Угличского района. Они доверяли друг другу, совместно участвовали в финансировании общих проектов.

По просьбе ответчицы истец с октября 2018 года до декабря 2020 года включительно выполнял строительные работы в принадлежащем ответчице нежилом здании, расположенном по <адрес> и на прилегающей к нему территории. Это двухэтажное здание находилось в недостроенном состоянии, располагалось на ленточном фундаменте. Ответчица пообещала истцу по окончании строительства возвратить ему всю сумму потраченных им денежных средств. Фактически стороны заключили договор подряда, однако письменно его не оформили.

С октября 2018 года до декабря 2020 года включительно истец выполнил взятые на себя обязательства: привлёк к работе строительных рабочих, нанял бригадира, контролирующего организующего ход работ, оплатил необходимые материалы, оборудование и произведённые работы: были возведены стены, крыша и перекрытия между первым и вторым этажами.

Так, с октября 2018 года до декабря 2020 года включительно, истцом силами привлечённых работников были, произведены следующие работы:

1. Первый этаж, правое крыло: прокладка силового кабеля 380 кВТ к щитку; демонтаж старой канализации; установка новой канализации с частичным разбором фундамента; установка отопления с установкой и подключением электрическогокотла; прокладка водопровода к зданию; установка водоснабжения; демонтаж старых перегородок; установка новых перегородок из гипсокартона; подводка электричества к зданию; выполнение электропроводки внутри помещений; установка электросчётчика на 380 кВТ; установка электрощита; усиление ленточного фундамента; заливка новой стяжки с армированием; прорубка проёма и окон между помещениями; установка приточно-отточной вентиляции в двух помещениях с функциями жироулавливания и подогрева помещения; подключение и наладка управления вытяжкой; установка и подключение септика

2. Первый этаж, левое крыло: штукатурка стен с выравниванием под маяк; покраска стен краской в два слоя; штрабление стен под электропроводку; проведение электропроводки; проведение отопления: прокладка труб и установка радиаторов; установка электрического котла на 9 кВТ; заливка пола стяжкой в 10 см под маяк; укладка плитки на весь пол; прорубка проёма между помещениями; замена технической двери с увеличением проёма до 1200 мм; обезжиривание потолка; покраска потолка в два слоя краски; установка потолочных светильников; установка пожарной сигнализации; прокладка проводки для видеонаблюдения; установка перегородок кабинета и санузла; проводка и монтирование вентиляции в помещениях с установкой принудительных вентиляторов; установка дверей в технических помещениях; установка подоконников на окно и откосов; установка откосов на дверной проём

3. Второй этаж: полное утепление перекрытия между крышей и вторым этажом с укладкой утеплителя толщиной 200 мм с натяжкой специальной ткани; ремонт крыши специалистами-высотниками по устранению протечек; организация электропроводки по всему этажу; установка перегородок с целью организации офисных помещений; оборудование пожарной сигнализации и видеонаблюдения в помещениях 2-ого этажа; вывод проводки для организации наружного видеонаблюдения; установка подвесного потолка армстронг со светильниками; переборка и усиление пола с дальнейшей укладкой дополнительной фанеры; подготовка стен для оклейки виниловыми обоями под покраску; оклеивание стен виниловыми обоями; грунтовка и штукатурка стен из гипсокартона в офисных помесях; подготовка стен под покраску; организация двойного потолка из гипсокартона, проводка под точечные светильники; ремонт и отделка откосов окон второго этажа с установкой подоконников;

4.Территория вокруг здания: уборка и расчистка территории перед зданием; заливка площадки перед зданием с армированием; вывоз мусора; подсыпка площадки перед зданием и выравнивание песком и ПГС.

Общая сумма расходов на материалы и оборудование составила 3 330 420 руб., общая сумма затрат на заработную плату наёмных рабочих – 4 075 000 руб. Всего потрачено 7 405 420 руб.

Согласно экспертному заключению частно-практикующего оценщика ФИО4 № 05/2023 от 27.12.2023 г., рыночная стоимость затрат на ремонт нежилого здания составила 10 145 421,71 руб.

ФИО2 и ФИО3 интересовались ходом строительства, давали истцу необходимые советы и высказывали пожелания. Когда строительство практически было завершено, ФИО2 взяла ключи от здания и прекратила в него доступ рабочих. Все выполненные работы ФИО2 были приняты. В ходе переговоров она обещала выплатить истцу потраченные денежные средства, но так и не сделала этого.

Истец полагает, что денежные средства, потраченные им на достройку здания ответчицы и производство строительных работ на земельном участке вокруг здания, являются неосновательным обогащением ответчицы. У ФИО2 не имеется никаких оснований для сбережения указанных денежных средств.

В судебное заседание истец ФИО1 не явился, реализовав право на участие в суде через представителя по доверенности ФИО5

Представитель истца ФИО5 уточненные исковые требования поддержала в полном объеме. Пояснила, что все действия и работы по принадлежащему ФИО2 зданию согласовывались ФИО1 с ней и с ФИО3 Строительные и ремонтные работы производились нанятыми работниками внутри здания в присутствии ФИО2, поэтому тоже были с ней согласованы. О том, что работы производились с согласия ответчицы следует из переписки между ФИО3 и ФИО1, представленной в материалы дела, показаний свидетелей. Истец доказал факт выполненных работ на объекте ответчицы за его счет.

Выполнение работ установлено заключением ИП ФИО4, выходившей на объект, включившей в объем работ весь перечень, указанный в уточненном иске истца, зафиксировавшей изменения на объекте. Кроме того это подтверждено свидетельскими показаниями.

Документы, которые представила сторона ответчика, в подтверждение якобы оплаты по зданию ответчицы, не имеют отношения к делу. Часть из них датирована 2013 – 2014 г.г., часть оформлена ООО «СТК», ФИО6 как на покупателей, которые к зданию ответчицы отношения не имеют.

Представитель истца настаивала на объеме строительных и ремонтных воздействий, указанных в уточненном иске ФИО1, не согласившись с выводами судебной экспертизы, поскольку производство работ, указанных в уточненном иске, подтверждено показаниями свидетелей.

Ответчица ФИО2 и ее представители ФИО7 и ФИО8 исковые требования не признали. В обоснование возражений указали, что отрицают какие-либо договоренности ФИО2 с ФИО1 о производстве строительных и ремонтных работ в здании и прилегающей к нему территории по <адрес>. Отрицают, что ФИО1 производил какие-то работы в этом здании ответчицы в период с 2018 по 2020 годы, а те улучшения, которые имеются на объекте, производились до 2018 года и не истцом. Подрядчиком всех работ является ФИО3 с 2014 года (когда получено разрешение на строительство здания) и периодически он производил в здании какие-то работы, закупал материалы, делал это на личные денежные средства ФИО2, а не ФИО1 ФИО2 ведение этих работ не контролировала. До настоящего времени работы ФИО3 ФИО2 не сданы. Многое вообще нужно переделывать. Принимать там пока нечего. Перечень работ и объем строительных материалов, якобы израсходованных истцом на ремонт здания, не соответствует тому, что в здании реально сделано как минимум на 50 %, это подтверждено результатами судебной экспертизы. Судебный эксперт приезжал в здание, проводил осмотр, по результатам которого не установил тот объем работ, о котором заявляет истец. Судебный эксперт ответил на все вопросы суда, был предупрежден об уголовной ответственности, его заключение соответствует закону, а не желаниям истца.

Ответчица не согласна с расценками, которые применены в экспертном заключении истца. Полагает, что подача настоящего иска направлена на побуждение ее отдать истцу свою долю в уставном капитале Отрадновского Охотничье-рыболовного хозяйства.

В данном случае нельзя говорить о том, что стороны договорились по всем существенным условиям договора подряда (строительного подряда). Нет ни только договора строительного подряда, нет и актов выполненных работ либо иных доказательств того, что истец работы выполнил, а ответчик их одобрил, принял. Ответчица не признает наличие договоренностей между ней и истцом о цене работ, сроках, самих работах, а также о том, что она обещала вернуть ФИО1 деньги за проведенные работы.

В подтверждение обязательства истец не может ссылаться на свидетельские показания, т.к. обязательство на сумму более 10 тыс. руб. Других допустимых доказательств им не представлено. Поставили под сомнение показания свидетелей, поскольку ФИО2 отрицала знакомство с ними. В расписках Царукяна о получении якобы от Мирзояна денежных средств за проведенные работы, указаны те суммы, которые дублируются выполнением договоров другими лицами. В частности, монтаж системы вентиляции. Охранная сигнализация и вентиляция в здании вообще не установлены.

В таком случае, даже, если исходить, что ФИО1 произвел какие-то личные вложения в улучшения имущества ответчицы, данные вложения он производил в рамках несуществующего обязательства, и по правилам ч. 4 ст. 1109 ГК РФ неосновательное обогащение не возвращается.

Единственные письменные доказательства о проведении работ: договоры и акты от 2019 г. вызывают у стороны ответчика сомнения в достоверности. Более того, требования о взыскании расходов по этим работам заявлены истцом за пределами сроков исковой давности. Поэтому основанием для удовлетворения требований в части взыскания расходов по этим работам быть не могут.

Третье лицо ФИО3 исковые требования не поддержал. Подтвердил, что по просьбе ФИО2 занимался строительными работами в здании ответчицы по <адрес>. У него даже осталась часть документов, подтверждающих это, которые он приобщил к материалам дела. Наличие договоренностей по ремонтным и строительным работам в отношении данного здания с ФИО1 и его работниками отрицал. Пояснил, что сначала взаимоотношения с ФИО1 были хорошими, потом ухудшились и стали даже неприязненными. Этим объясняет подачу настоящего иска. Допускает, что ФИО1 и его люди (свидетели, назвавшиеся работниками) могли воспользоваться ключами от здания ФИО2 (взять ключи у оператора здания АЗС, которое находится поблизости, когда АЗС работала) и даже могли хранить там какие-то свои вещи, инструмент. Однако он, ФИО3, их к производству работ в здании ответчицы и на земельном участке вокруг него не привлекал. У ФИО3 сохранилась вся переписка с ФИО1 в приложении «Вотсап», из которой видно, что ФИО1 свои деньги в здание ответчицы не вкладывал. Представленная ФИО1 часть переписки с фотографиями чеков по другому объекту, который строился в д. Осеево, а не по зданию по <адрес>.

Выслушав стороны, третье лицо, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела ФИО2 на основании договора аренды № 3609 от 06.04.2022 г. является арендатором земельного участка с кадастровым номером №, государственная собственность на который не разграничена (участок площадью 1 200 кв.м, категория земель - земли населенных пунктов, вид разрешенного использования - для расширения автозаправочной станции), расположенный по <адрес>.

На вышеуказанном земельном участке расположен объект незавершенного строительства с кадастровым номером № общей площадью 278,2 кв.м., принадлежащий на праве собственности ФИО2, дата государственной регистрации 19.05.2014 г., согласно сведениям из ЕГРН.

Согласно техническому плану, выполненному по заданию ответчицы кадастровым инженером ФИО9 31.08.2022 г., здание с кадастровым номером № является нежилым, 2022 года постройки, общей площадью 536,0 кв.м., двухэтажное.

По мнению истца ФИО1, между ним и ответчицей ФИО2 с привлечением третьего лица ФИО3, выступающего от имени и в интересах ФИО2, фактически был заключен договор подряда на достройку принадлежащего ФИО2 здания по <адрес>. В письменной форме договор оформлен не был. Однако, с октября 2018 года до декабря 2020 года 2020 года включительно истец по просьбе ответчицы выполнил взятые на себя обязательства по достройке принадлежащего ответчице здания и прилегающей к нему территории по <адрес>, перечисленные в уточненном иске (л.д. 91-95 т. 1), привлек к работе рабочих, оплатил необходимые материалы, оборудование и произведенные работы. ФИО2 приняв работы, не возместила ФИО1 вложенные им денежные средства.

Суд оценивая позицию и требования истца, учитывает следующее.

В соответствии со статьями 702, 711 ГК РФ по договору подряда подрядчик обязуется выполнить по заданию заказчика определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его. Заказчик обязан уплатить подрядчику обусловленную цену после окончательной сдачи результатов работы при условии, что работа выполнена надлежащим образом и в согласованный срок.

Согласно пункту 1, пункту 2 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. Договор строительного подряда заключается на строительство или реконструкцию предприятия, здания (в том числе жилого дома), сооружения или иного объекта, а также на выполнение монтажных, пусконаладочных и иных неразрывно связанных со строящимся объектом работ.

В силу статьи 709 ГК РФ в договоре подряда указываются цена подлежащей выполнению работы или способы ее определения. Цена в договоре подряда включает компенсацию издержек подрядчика и причитающееся ему вознаграждение. Цена работы может быть определена путем составления сметы. В случае, когда работа выполняется в соответствии со сметой, составленной подрядчиком, смета приобретает силу и становится частью договора подряда с момента подтверждения ее заказчиком.

Как указывает истец, заявленные им работы выполнялись по заданию ответчицы в отсутствие заключенного между ними договора в надлежащей письменной форме.

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 ГК РФ обязательства возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности, в том числе из договоров и иных сделок.

Согласно пункту 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

В силу статьи 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

К существенным условиям договора строительного подряда относится согласование сторонами предмета договора, а также сроков начала и окончания работ (п. 1 ст. 708, п.1, п. 2 ст. 740 ГК РФ).

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора" разъяснено, что если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ).

Таким образом, при рассмотрении спора о взыскании задолженности за выполненные в отсутствие договора подряда работы подлежат доказыванию факты выполнения истцом порученных ответчиком работ, их объем и стоимость, а также факт принятия результата работ заказчиком (ответчиком).

Сдача результата работ лицом, выполнившим их в отсутствие договора подряда, и его принятие лицом, для которого эти работы выполнены, означает заключение сторонами соглашения. Обязательства из такого соглашения равнозначны обязательствам из исполненного подрядчиком договора подряда. В этом случае между сторонами уже после выполнения работ возникают обязательство по их оплате и гарантия их качества, так же как и тогда, когда между сторонами изначально был заключен договор подряда.

Доказательством сдачи подрядчиком результатов работы и приемки его заказчиком (ответчиком) является двусторонний акт, удостоверяющий приемку выполненных работ (статьи 720, 783 ГК РФ), что в силу требований пункта 1 статьи 711 ГК РФ является основанием возникновения на стороне заказчика обязательства по оплате принятых результатов работ.

Доводы представителя истца о наличии договоренностей между истцом и ответчицей с привлечением третьего лица ФИО3 о строительно-монтажных работах, проводимых истцом в здании истицы по <адрес> и прилегающей к нему территории, ответчица ФИО2 и третье лицо ФИО3 отрицают, как отрицают и приемку ФИО2 как заказчицей каких-либо работ от ФИО1, в том числе через посредников – работников.

В опровержение указанным объяснениям представителя истца ответчица ФИО2 и третье лицо ФИО3 приводят свои объяснения о том, что ФИО2 действительно договаривалась о проведении определенных строительно-монтажных работ, но не с ФИО1, а с ФИО3, у него есть соответствующее инженерно-техническое образование, ФИО3 выступал в этих правоотношениях подрядчиком, ФИО2 заказчиком. ФИО3 к работам в здании ответчицы по <адрес>, ФИО1 не привлекал, производство работ в этом здании и на прилегающей к нему территории не поручал. Работы в здании начались задолго до 2018 года, до настоящего времени не все работы выполнены. Заявленные в иске работы не соответствует тому объему работ, которые реально выполнены в здании ответчицы силами ФИО3, а часть работ до сих пор не приняты ФИО2, о чем свидетельствует акт о приемке работ между ней и ФИО3 от 11.06.2024 г. (л.д. 44 т. 1), по некоторым работам у ФИО2 имеются претензии по качеству.

В соответствии с ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

В силу статьи 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно ст. 60 ГПК РФ обстоятельства дела, которые в соответствии с законом должны быть подтверждены определенными средствами доказывания, не могут подтверждаться никакими другими доказательствами.

Суд из материалов дела не усматривает, что имеются какие-либо доказательства заключения сторонами договора подряда, а также согласования каких-либо работ, этапов работ, подлежащих выполнению ответчиком для истицы в ее здании по адресу: <...> и на прилегающей к нему территории, сроки их проведения, наличие согласованной воли сторон на проведение упомянутых работ, надлежащей приемки работ ответчицей или ее поверенным.

Переписка между сторонами и третьим лицом ФИО3 посредством приложения «Вотсап» (л.д. 49-75 т. 1, 162-206 т. 2) данные обстоятельства не подтверждает, поскольку не содержит конкретных поручений заказчика исполнителю, не содержит согласований о сроках, этапах работ, согласования самих работ и материалов, фотографий исполнительной документации по выполненным работам и установленному оборудованию в здании по <адрес> и на прилегающей территории.

Направленная истцом ответчице посредством указанного приложения фотография счета на оплату электроэнергии, относится к другому объекту: <адрес>, что подтверждено копией счета, представленной ответчицей в материалы дела (л.д. 84, 85, 86-89 т. 1). Соответственно и требования истца к ответчице об оплате электроэнергии дела (л.д. 84, 85, 86-89 т. 1) с объектом, расположенным по <адрес>, не относится.

Показания свидетелей ФИО , пояснивших, что производили работы в здании по <адрес>, видели там ответчицу и ФИО3, к числу таких доказательств не относятся, поскольку в силу п. 2 ч. 1 ст. 161 ГК РФ, сделки граждан между собой на сумму, превышающую десять тысяч рублей, а в случаях, предусмотренных законом, - независимо от суммы сделки, должны совершаться в простой письменной форме. Несоблюдение простой письменной формы сделки лишает стороны права в случае спора ссылаться в подтверждение сделки и ее условий на свидетельские показания, но не лишает их права приводить письменные и другие доказательства (ч. 1 ст. 162 ГК РФ).

Суд разделяет позицию представителя истца о том, что отсутствие документального подтверждения подрядных отношений между сторонами, не лишает истца права предъявить ответчице требования о взыскании денежных средств за вложения в имущество ответчицы по правилам о неосновательном обогащении, но при условии документального подтверждения факта выполнения конкретных работ, их объема и стоимости.

Об этом разъяснено в пункте 6 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 N 127 "Обзор практики применения судами статьи 10 ГК РФ", согласно которому отсутствие договора подряда не лишает подрядчика права взыскать стоимость фактически выполненных им и принятых заказчиком работ в соответствии с нормами главы 60 ГК РФ о неосновательном обогащении при условии документального подтверждения факта их выполнения, объема и стоимости.

В соответствии со статьей 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 настоящего Кодекса (пункт 1).

Правила, предусмотренные главой 60 ГК РФ, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателя имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло помимо их воли (пункт 2).

В силу подпункта 3 статьи 1103 ГК РФ поскольку иное не установлено настоящим Кодексом, другими законами или иными правовыми актами и не вытекает из существа соответствующих отношений, правила, предусмотренные настоящей главой, подлежат применению также к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.

Обязательство из неосновательного обогащения возникает при наличии определенных условий, которые составляют фактический состав, порождающий указанные правоотношения.

Условиями возникновения неосновательного обогащения являются следующие обстоятельства: имело место приобретение (сбережение) имущества, приобретение произведено за счет другого лица (за чужой счет), приобретение (сбережение) имущества не основано ни на законе (иных правовых актах), ни на сделке, прежде всего договоре, то есть произошло неосновательно. При этом указанные обстоятельства должны иметь место в совокупности.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения на истце лежит обязанность доказать, что на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение, обогащение произошло за счет истца и правовые основания для такого обогащения отсутствуют. В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, наличие правовых оснований для такого обогащения либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

В обоснование требований о взыскании неосновательного обогащения истец ссылался на то, что им понесены расходы по договору подряда, заключенному с ответчицей, включающие в себя расходы на выполнение работ, приобретение строительных материалов в объеме, указанном в уточненном иске (л.д. 91-95 т. 1).

Неосновательное обогащение рассчитано истцом в размере 10 145 421,71 руб., на основании заключения частно-практикующего оценщика ФИО4 № 05/2023 от 27.12.2023 г. (л.д. 99-177 т. 1).

Согласно заключению № 05/2023 от 27.12.2023 г., оценщиком ФИО4 определена рыночная стоимость всех затрат на ремонт нежилого здания по <адрес>, в общей сумме 10 145 421,71 руб., в указанную сумму включены:

сумма по договору от 19.10.2019 г. на монтаж вентиляционного оборудования 2 545 302,31 руб. (с учетом индексации),

сумма по договору от 11.12.2019 г. на поставку и монтаж системы охранной сигнализации 611 776,32 руб. (с учетом индексации),

сумма по договору от 31.10.2019 г. на поставку и монтаж системы видеонаблюдения 661 351,34 руб. (с учетом индексации),

сумма по договору от 06.08.2019 г. на монтаж системы индивидуальной канализации 235 950,36 руб. (с учетом индексации),

затраты на ремонт здания – 6 091 041,39 руб.

Из письменных доказательств в материалы дела истцом представлены копии:

- договора № 482/5 от 31.10.2019 г. на поставку оборудования и монтажные работы системы видеонаблюдения по <адрес>, заключенные между ФИО1 (заказчиком) и ООО Мигратио» (исполнителем) и акт передачи оборудования между ними от 05.11.2019 г., квитанция от 04.11.2019 г. к приходному кассовому ордеру о внесении ФИО1 в кассу ООО «Мигратио» по данному договору 483 550,00 руб. (л.д. 178-181 т. 1);

- договора от 19.10.2019 г. между ООО «Континент» (исполнителем) и ФИО1 (заказчиком), акт об оказании услуг по договору от 10.12.2019 г. и квитанции об оплате от 10.12.2019 г. на сумму 1 861 009,22 руб. на монтаж вентиляционного оборудования по тому же адресу (л.д. 182-185);

- договора подряда № М-102/2019 от 06.08.2019 г. между ООО «Юникс» (подрядчик) и ФИО1 (заказчиком) на земельные и пуско-наладочные работы (по канализации), товарная накаладная и счет-фактура от 06.08.2019 г. на сумму 138 200,00 руб. (л.д. 186 – 187);

- договора на поставку оборудования и монтажные работы системы охранной сигнализации № 42 от 11.12.2019 г. между ФИО1 и ИП ФИО10, акт передачи оборудования от 21.12.2019 г. на сумму 449 142,00 руб. (л.д. 188-190 т. 1);

- тетрадь, в которой содержатся подписи ФИО за получение денежных средств; расписки ФИО о получении денежных средств от ФИО1 (л.д. 17-35 т. 1).

В остальном истец ссылается на показания свидетелей ФИО ., которые в силу указанных выше требований закона к числу допустимых доказательств не относятся и не могут приниматься во внимание, поскольку как указано выше не относятся к числу документальных доказательств.

Более того, показания свидетелей противоречат между собой и указанным выше документальным доказательствам истца в части работ.

Так свидетель ФИО , утверждавший, что являлся лицом, контролировавшим ход работ в здании ответчицы, пояснил, что нанятые им работники ФИО и ФИО произвели в том числе работы по обустройству охранной сигнализации и вентиляции. За проведение, в том числе этих работ, а также работ по канализации ФИО . расписался в получении денежных средств в представленной в суд тетради (л.д. 21-23 т.).

В суде же при допросе свидетели ФИО отрицали проведение работ по вентиляции, свидетель ФИО – нет. Однако и ФИО , и ФИО показали, что точно выполняли работы по видеонаблюдению (устанавливали камеры).

В целом показания свидетелей противоречат указанным выше письменным доказательствам (договорам и актам), предоставленным самим же истцом, согласно которым работы по видеонаблюдению (включая установку камер), по устройству вентиляции, сигнализации проводились иными лицами, не свидетелями.

Представленные истцом договор на поставку оборудования и монтажные работы системы видеонаблюдения между ФИО1 и ООО Мигратио» от 31.10.2019 г. и акт передачи оборудования между ними от 05.11.2019 г., а также договор на поставку оборудования и монтажные работы системы охранной сигнализации № 42 от 11.12.2019 г. между ФИО1 и ИП ФИО10, акт передачи оборудования между ними от 21.12.2019 г. не могут рассматриваться судом как доказательства документального подтверждения факта выполненных работ в объеме работ, указанных в них, и соответственно в указанной в них стоимости, поскольку заключением судебной экспертизы от 28.11.2024 г. – 27.01.2025 г. № 172/24 (т. 3), установлено, что работы по установке видеонаблюдения и охранной сигнализации в здании ответчицы вообще не проводились.

В остальной части документального подтверждения, а это договор от 19.10.2019 г. между ООО «Континент» и ФИО1, акт об оказании услуг по договору от 10.12.2019 г. и квитанция об оплате от 10.12.2019 г. на сумму 1 861 009,22 руб., а также договор подряда № М-102/2019 от 06.08.2019 г. между ООО «Юникс» и ФИО1 на земельные и пуско-наладочные работы, товарная накладная и счет-фактура от 06.08.2019 г. на сумму 138 200,00 руб., суд учитывает, что они также не могут являться основанием для взыскания указанных в них расходов, поскольку заключением судебной экспертизы установлено, что работы по установке вентиляции и канализации в том объеме и по перечню оборудования для этих работ, указанным в этих договорах, на объекте ответчицы не выполнены.

В то же время в материалы дела ответчицей и третьим лицом представлены многочисленные документы о несении расходов (т. 4, т. 5), которые как утверждает ответчица и третье лицо ФИО3, были затрачены на здание по <адрес>.

Вопреки позиции представителя истца суд не может согласиться с заключением ЧПО ФИО4, определившей рыночную стоимость всех затрат на ремонт нежилого здания по <адрес>, в общей сумме 10 145 421,71 руб., включившую в эту стоимость все вложения, включая те, которые там вообще не проводились.

Суд с выводами судебного эксперта соглашается, поскольку они мотивированы, в отличие от заключения ЧПО ФИО4 основаны на материалах дела и на реальном состоянии объекта, сделаны после осмотра объекта экспертом. Объем вложений, перечисленный в уточненном иске истца, сопоставлен с теми изменениями, которые имеются на объекте и были зафиксированы судебным экспертом в отличие от частно-практикующего оценщика ФИО4, сопровождается подробным цветным фотоматериалом.

С учетом изложенного, суд не может согласиться с позицией представителя истца и отдает предпочтение заключению судебной экспертизы и учитывает, что оно полностью соответствует требованиям статьи 86 ГПК РФ, Федерального закона от 31 мая 2001 года N 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, конкретные ответы на поставленные судом вопросы, является полным, научно обоснованным, последовательным, не допускает неоднозначного толкования в отличие от заключения ЧПО «ФИО4 Судебный эксперт ФИО11 был предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. При указанных выше обстоятельствах не доверять заключению судебной экспертизы оснований не имеется.

Кроме того, договор от 19.10.2019 г. между ООО «Континент» и истцом, акт об оказании услуг по договору от 10.12.2019 г. и квитанция об оплате от 10.12.2019 г. на сумму 1 861 009,22 руб., а также договор подряда № М-102/2019 от 06.08.2019 г., как и другие договоры и акты за 2019 год, представленные истцом, не могут являться основанием для удовлетворения требований истца, поскольку ответчиком заявлено о пропуске истцом сроков исковой давности по заявленным требованиям.

Как установлено ст. 195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ (п. 1 ст. 196 этого же кодекса).

Если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 названного кодекса).

В абзаце втором п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 г. N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо, право которого нарушено, узнало или должно было узнать о совокупности следующих обстоятельств: о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (п. 1 ст. 200 ГК РФ).

Исходя из актов оказания услуг (актов приемки), выполнение указанных в них работ датируется самое позднее 21.12.2019 г. В тетради о получении работниками истца денежных средств за указанные выполненные работы значится дата 01.03.2020 г.

С настоящим иском истец обратился в суд 15.09.2023 г., пропустив трехлетний срок для взыскания расходов по указанным договорам в качестве неосновательного обогащения.

Документальных доказательств несения истцом иных расходов по улучшению имущества ответчицы в материалы дела не представлено.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения исковых требований у суда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

ФИО1 (<данные изъяты>) в удовлетворении исковых требований к ФИО2 (<данные изъяты>) отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Ярославского областного суда через Угличский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Н.А. Грачева