Решение по делу № 2-1621/2025 от 23.09.2025 - о признании кредитного договора недействительным.

Дело № 2-1621/2025

24RS0028-01-2024-006136-08

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 сентября 2025 года г. Красноярск

Кировский районный суд города Красноярска в составе:

председательствующего судьи Байсариевой С.Е.,

с участием истца ФИО1,

при секретаре Лейхтлинг Е.М.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» о признании кредитного договора недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с исковым заявлением к ПАО Банк ВТБ о признании кредитного договора недействительным. Свои требования мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ между Банком ВТБ (ПАО) и неустановленным лицом, незаконно воспользовавшимся конфиденциальными банковскими данными истца от имени последнего, посредством информационного сервиса путем подписания документов простой электронной подписью заемщика заключен кредитный договор № № о предоставлении истцу потребительского кредита в размере 29.679 руб. сроком на 12 мес. под 45,80% годовых. После чего неустановленное лицо из корыстных побуждений похитило указанные денежные средства со счета истца, в связи с чем, истец обратилась в правоохранительные органы с заявлением о привлечении неустановленного лица к уголовной ответственности. ДД.ММ.ГГГГ между Банк ВТБ (ПАО) и ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» заключен договор уступки прав (требований) №, в соответствии с условиями которого, право требования задолженности по вышеуказанному договору от ДД.ММ.ГГГГ в полном объеме перешло к ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС». Истец полагает, что поскольку при заключении вышеуказанного кредитного договора имелся порок воли, истец данный кредитный договор не заключала, денежные средства по кредитному договору не получала, в связи с чем, данная сделка является ничтожной и просит суд признать кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ № №, заключенный между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО1, недействительным.

Определением Кировского районного суда г. Красноярска от ДД.ММ.ГГГГ произведена замена по данному гражданскому делу ответчика ПАО Банк ВТБ на ответчика ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» в порядке процессуального правопреемства.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования к ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» в полном объеме.

Представитель ответчика ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» в судебное заседание не явился, о времени, дате и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, причины неявки суду не сообщил, с ходатайством об отложении судебного заседания не обращался. Согласно письменному заявлению просил рассмотреть дело в его отсутствие, отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.

В судебное заседание представитель третьего лица Банк ВТБ (ПАО), третьи лица ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 не явились, о времени, дате и месте судебного заседания извещены надлежащим образом, причины неявки суду не сообщили, с ходатайством об отложении судебного заседания не обращались.

Суд, выслушав мнение истца, изучив позиции участников процесса, исследовав представленные доказательства, приходит к следующим выводам.

В силу положений ст. 819 ГК РФ, по кредитному договору банк или иная кредитная организация (кредитор) обязуются предоставить денежные средства (кредит) заемщику в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик обязуется возвратить полученную денежную сумму и уплатить проценты.

Статьей 432 ГК РФ предусмотрено, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В силу ст. 434 ГК РФ договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договора данного вида установлена определенная форма.

Договор в письменной форме может быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена документами посредством почтовой, телеграфной, телетайпной, телефонной, электронной или иной связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В соответствии с п. 2 ст. 160 ГК РФ, использование при совершении сделок факсимильного воспроизведения подписи с помощью средств механического или иного копирования, электронной подписи либо иного аналога собственноручной подписи допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон.

Согласно п. 4 ст. 11 Федерального закона от 27.07.2006 № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях и о защите информации», в целях заключения гражданско-правовых договоров или оформления иных правоотношений, в которых участвуют лица, обменивающиеся электронными сообщениями, обмен электронными сообщениями, каждое из которых подписано электронной подписью или иным аналогом собственноручной подписи отправителя такого сообщения, в порядке, установленном федеральными законами, иными нормативными правовыми актами или соглашением сторон, рассматривается как обмен документами.

В силу п. 1 ст. 2 Федерального закона от 06.04.2011 № 63-ФЗ «Об электронной подписи», электронная подпись - информация в электронной форме, которая присоединена к другой информации в электронной форме (подписываемой информации) или иным образом связана с такой информацией и которая используется для определения лица, подписывающего информацию.

Простой электронной подписью является электронная подпись, которая посредством использования кодов, паролей или иных средств подтверждает факт формирования электронной подписи определенным лицом.

Информация в электронной форме, подписанная простой электронной подписью или неквалифицированной электронной подписью, признается электронным документом, равнозначным документу на бумажном носителе, подписанному собственноручной подписью, в случаях, установленных федеральными законами, принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами, нормативными актами Центрального банка Российской Федерации (далее - нормативные правовые акты) или соглашением между участниками электронного взаимодействия, в том числе правилами платежных систем (далее - соглашения между участниками электронного взаимодействия).

Таким образом, возможность использования простой электронной подписи для заключения договора прямо предусмотрена нормами гражданского законодательства и положениями Федерального закона №63-ФЗ «Об электронной подписи».

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, истец ФИО1 является клиентом Банка ВТБ (ПАО).

Согласно ответу Банка ВТБ (ПАО) от ДД.ММ.ГГГГ на имя ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ открыт в указанном банке счет №, выпущена банковская карта №, ФИО1 подключена услуга «ВТБ-Онлайн», контактный мобильный телефон для получения смс-кодов №.

ДД.ММ.ГГГГ между Банком ВТБ (ПАО) и ФИО1 оформлен кредитный договор №№ на предоставление денежных средств в сумме 29.679 руб. на срок 12 месяцев под 45,8 % годовых.

Согласно п.17 вышеуказанного кредитного договора, кредитные денежные средства предоставляются Банком на счет №.

В тот же день, ДД.ММ.ГГГГ, как следует из выписки по банковскому счету №, ФИО1 на указанный счет поступили кредитные денежные средства в размере 29.679 руб., в также произведен перевод денежных средств на сумму 29.435 руб. на банковскую карту №, а также на сумму 7.247 руб. на банковскую карту №.

ДД.ММ.ГГГГ отделом № 3 СУ МУ МВД России «Красноярское» возбуждено уголовное дело № по признакам состава преступления, предусмотренного п. «а, г» ч. 2 ст. 161 УК РФ по факту открытого хищения ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 06 часов 51 минуты до 06 часов 55 минут имущества ФИО1, в том числе сотового телефона «Samsung Galaxy A33».

Из протокола допроса потерпевшей ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ в утреннее время, находясь в подъезде № 3 по <адрес>, неизвестные лица открыто похитили у ФИО1 имущество, в том числе сотовый телефон марки «Samsung Galaxy A33».

Согласно копиям материалов уголовного дела, представленных суду, подозреваемыми и обвиняемыми по уголовному делу по факту хищения сотового телефона у истца признаны ФИО6, ФИО7, ФИО8

Из показаний подозреваемого ФИО7, обвиняемых ФИО6 и ФИО8 следует, что ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 06 часов 51 минуты до 06 часов 55 минут, находясь в подъезде № 3 по <адрес>, они совместно совершили нападение на ФИО1 и похитили принадлежащее последней имущество, в том числе сотовый телефон «Samsung Galaxy A33», с которого впоследствии оформили кредит от имени ФИО1 в ПАО Банк ВТБ через онлайн приложение, денежные средства, поступившие в качестве кредита, перевели на счет ФИО8

Согласно информации следователя отдела № 3 СУ МУ МВД России «Красноярское», ДД.ММ.ГГГГ сотовый телефон марки «Samsung Galaxy A33» изъят в ходе выемки в комиссионном магазине «Комиссионыч» по <адрес>, заложенный на паспортные данные ФИО6

ДД.ММ.ГГГГ в ходе предварительного следствия данный сотовый телефон осмотрен, признан вещественным доказательством и приобщен к материалам уголовного дела в качестве вещественного доказательства, передан на ответственное хранение потерпевшей ФИО1

Таким образом, материалами дела достоверно подтверждается, что оспариваемый кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ № № заключен Банком дистанционным способом, путем совершения противоправных действий третьими лицами и ФИО1 не заключался.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 умер, что подтверждается ответом ТОА ЗАГС Красноярского края по Ленинскому району от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО7, что подтверждается ответом ТОА ЗАГС Красноярского края по Ленинскому району от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 умер, что подтверждается записью акта о смерти № от ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ между Банк ВТБ (ПАО) и ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» заключен договор уступки прав (требований) №, в соответствии с условиями которого, право требования задолженности по вышеуказанному договору от ДД.ММ.ГГГГ в полном объеме перешло к ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС».

Рассматривая требования истца и удовлетворяя их в полном объеме, суд руководствовался следующим.

Согласно ст. 153 ГК РФ, сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.

Указание в законе на цель действия свидетельствует о волевом характере действий участников сделки.

Так, в пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).

При этом сделка может быть признана недействительной как в случае нарушения требований закона (ст.168 ГК РФ), так и по специальным основаниям в случае порока воли при ее совершении, в частности при совершении сделки под влиянием существенного заблуждения или обмана (ст.178, п.2 ст.179 ГК РФ).

В соответствии с п.1 ст. 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Заключение договора в результате мошеннических действий является неправомерным действием, посягающим на интересы лица, не подписывавшего соответствующий договор и являющегося применительно к п.2 ст.168 ГК РФ третьим лицом, права которого нарушены заключением такого договора.

Кредитный договор, который подписан от имени заемщика неустановленным лицом, не может подтверждать соблюдение его сторонами обязательной письменной формы кредитного договора при отсутствии волеизъявление истца на возникновение кредитных правоотношений.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 24 апреля 2019 г., указано, что согласно ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности могут порождаться как правомерными, так и неправомерными действиями.

В соответствии со ст. 307 ГК РФ при установлении, исполнении обязательства и после его прекращения стороны обязаны действовать добросовестно, учитывая права и законные интересы друг друга, взаимно оказывая необходимое содействие для достижения цели обязательства, а также предоставляя друг другу необходимую информацию (пункт 3).

Пунктом 1 ст.10 ГК РФ, установлено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п.7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 13 октября 2022 г. N 2669-О указано, что в большинстве случаев телефонного мошенничества сделки оспариваются как совершенные под влиянием обмана потерпевшего третьим лицом. При рассмотрении таких споров особого внимания требует исследование добросовестности и осмотрительности банков. В частности, к числу обстоятельств, при которых кредитной организации в случае дистанционного оформления кредитного договора надлежит принимать повышенные меры предосторожности, следует отнести факт подачи заявки на получение клиентом кредита и незамедлительная выдача банку распоряжения о перечислении кредитных денежных средств в пользу третьего лица.

Принцип ответственности банка как субъекта предпринимательской деятельности на началах риска закреплен в п. 3 ст. 401 ГК РФ, в силу положений которого лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Клиент банка - физическое лицо несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства только при наличии своей вины по основаниям, установленным ч. 1 ст. 401 ГК РФ.

Аналогичные основания ответственности и условия освобождения от ответственности предусмотрены ст. ст. 13, 14 Закона РФ от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей».

Исходя из положений п.2,3 ст. 401 ГК РФ, а также соответствующих положений п. 4 ст. 13 Закон о защите прав потребителей, факт надлежащего исполнения обязательства при осуществлении предпринимательской деятельности, а также отсутствие вины подлежит доказыванию именно исполнителем услуги. Банк в силу своего положения является специалистом на рынке финансовых услуг, занимается предпринимательской деятельностью, в связи с чем несет риски, определяемые характером такой деятельности.

Поскольку Банк в данном случае выступает экономически сильной стороной сделки, то именно на нем лежит обязанность проверки значимых обстоятельств, а именно реальное наличие воли заемщика на заключение договора и тот факт, что полученные данные принадлежат именно тому лицу, которое заключает договор.

Каких-либо доказательств, подтверждающих реальное наличие воли заемщика на заключение договора и то, что полученные данные принадлежат именно тому лицу, которое заключает договор, ни ответчиком, ни представителем третьего лица – Банка ВТБ (ПАО), в нарушение положении ст.56 ГПК РФ, суду не предоставлено.

Согласно Правилам дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), Банк вправе ограничить перечень Банковских продуктов и/или видов Распоряжений/Заявлений П/У, оформление которых возможно с использованием Каналов дистанционного доступа и/или в Системах ДБО, в том числе с использованием Технологии «Цифровое подписание» (пункт 3.1.2)

Банк вправе без предварительного уведомления Клиента временно приостановить или ограничить доступ Клиента к Системе ДБО/одному или нескольким Каналам дистанционного доступа: при наличии у Банка оснований полагать, что по Системе ДБО/Каналам дистанционного доступа возможна попытка несанкционированного доступа или совершения противоправных действий, нарушающих законодательство Российской Федерации, от имени Клиента (пункт 3.1.3)

Банк обязан в случае выявления Операции по Счету, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия Клиента, приостановить исполнение Распоряжения о проведении Операции по Счету на срок до 2 (двух) рабочих дней (пункт 3.4.3).

Банк вправе в любой момент потребовать от Клиента подписания документов на бумажном носителе, эквивалентных по смыслу и содержанию переданным Клиентом по Системе ДБО и принятым Банком Распоряжениям/Заявления П/У, независимо от того, были ли исполнены эти Распоряжения/Заявления П/У Банком. Клиент обязан по требованию Банка предоставить указанные в настоящем пункте документы, а также подписать бумажные копии переданных им Распоряжений/Заявлений П/У в срок не позднее 1 (одного) рабочего дня с даты получения указанного требования Банка (пункт 3.4.6).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что Банк ВТБ (ПАО) не довел до истца как потребителя финансовых услуг всю предусмотренную законом информацию; информировал истца об условиях заключаемой сделки; предпринял меры, направленные на идентификацию клиента и его аутентификацию в информационной системе; дополнительно удостоверился в волеизъявлении клиента, направленном на получение кредита, а также практически одновременный с получением кредита, перевод данных кредитных денежных средств на счета третьих лиц.

В свою очередь, истец ФИО1 суду пояснила, что оформление кредита в ПАО Банк ВТБ, должно было вызвать у банка сомнение в ее воле, поскольку банковским счетом и банковской картой ПАО Банк ВТБ, она не пользовалась последние 8-9 месяцев до рассматриваемых событий.

Каких-либо доказательств того, что Банк воспользовался своими правами по договору банковского обслуживания, предпринял меры, предусмотренные Правилами дистанционного банковского обслуживания физических лиц в Банке ВТБ (ПАО), в нарушение положений ст.56 ГПК РФ суду не представлено.

Упрощенная форма заключения договора в электронном виде предполагает полную добросовестность банка при оформлении такого рода договоров и соблюдения не только формальных процедур выдачи кредита, но и принятия надлежащих мер безопасности и проверки сведений, полученных в электронной форме. В связи с чем, банк должен надлежащим образом установить личность заемщика, удостовериться, что поручения поступают именно от клиента банка, учитывая, что в результате неправомерных действий неустановленных лиц полученные кредитные средства были тут же переведены на счета третьих лиц.

В соответствии с пунктами 4, 5, 6 статьи 27 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе", операторы по переводу денежных средств, операторы платежных систем, операторы услуг платежной инфраструктуры, операторы электронных платформ обязаны реализовывать мероприятия по противодействию осуществлению переводов денежных средств без согласия клиента в порядке, установленном Банком России. В целях обеспечения защиты информации при осуществлении переводов денежных средств Банк России осуществляет формирование и ведение базы данных о случаях и попытках осуществления переводов денежных средств без согласия клиента. Операторы по переводу денежных средств, операторы платежных систем, операторы услуг платежной инфраструктуры, операторы электронных платформ обязаны направлять в Банк России информацию обо всех случаях и (или) попытках осуществления переводов денежных средств без согласия клиента по форме и в порядке, которые установлены Банком России.

В соответствии с частью 9.1 статьи 9 вышеуказанного закона, в случаях выявления оператором по переводу денежных средств операций, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, оператор по переводу денежных средств приостанавливает использование клиентом электронного средства платежа и осуществляет в отношении уменьшения остатка электронных денежных средств плательщика действия, предусмотренные частями 5.1 - 5.3 статьи 8 настоящего Федерального закона.

Согласно частям 5.1 - 5.3 статьи 8 вышеназванного закона, оператор по переводу денежных средств при выявлении им операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, обязан до осуществления списания денежных средств с банковского счета клиента на срок не более двух рабочих дней приостановить исполнение распоряжения о совершении операции, соответствующей признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента. Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента устанавливаются Банком России и размещаются на его официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет". Оператор по переводу денежных средств в рамках реализуемой им системы управления рисками определяет в документах, регламентирующих процедуры управления рисками, процедуры выявления операций, соответствующих признакам осуществления переводов денежных средств без согласия клиента, на основе анализа характера, параметров и объема совершаемых его клиентами операций (осуществляемой клиентами деятельности).

Оператор по переводу денежных средств после выполнения действий, предусмотренных частью 5.1 настоящей статьи, обязан в порядке, установленном договором, заключенным с клиентом: 1) предоставить клиенту информацию: а) о совершении им действий, предусмотренных частью 5.1 настоящей статьи; б) о рекомендациях по снижению рисков повторного осуществления перевода денежных средств без согласия клиента; 2) незамедлительно запрашивать у клиента подтверждение возобновления исполнения распоряжения.

Приказом Банка России от 27 сентября 2018 г. N ОД-2525 утверждены "Признаки осуществления перевода денежных средств без согласия клиента" к которым, в том числе, относится несоответствие характера, и (или) параметров, и (или) объема проводимой операции (время (дни) осуществления операции, место осуществления операции, устройство, с использованием которого осуществляется операция и параметры его использования, сумма осуществления операции, периодичность (частота) осуществления операций, получатель средств) операциям, обычно совершаемым клиентом оператора по переводу денежных средств (осуществляемой клиентом деятельности).

Положения названных частей 5.1 - 5.3 статьи 9 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" устанавливают порядок осуществления оператором блокировки операций по переводу денежных средств без согласия самого клиента. Такая блокировка возможна при осуществлении сомнительных операций, вызывающих у оператора подозрения в их осуществлении клиентом. Выявление сомнительных операций должно осуществляться оператором в рамках процедур, установленных самим оператором с учетом признаков сомнительных операций, установленных Банком России.

Оператор обязан выработать систему управления рисками на основе проведенного им анализа привычно совершаемых его клиентами операций. Система привычных параметров проводимых клиентами операций должна позволить оператору своевременно выявить потенциальную операцию, совершаемую без согласия клиента.

Доказательств соблюдения Банком установленной процедуры выявления операций, соответствующих признакам осуществления перевода денежных средств без согласия клиента, Банком ВТБ (ПАО) в нарушение положений ст.56 ГПК РФ суду не представлены.

Суд полагает, что Банк, как профессиональный участник финансовых правоотношений, при предоставлении кредита ФИО1 обязан был действовать добросовестно, разумно и осмотрительно. Предоставление истцу кредита без надлежащего установления ее фактического волеизъявления, не доведение до истца предусмотренной законом информации, перечисление денежных средств со счета истца на счета третьих лиц непосредственно после предоставления кредита без распоряжения истца, который длительное время не пользовался банковским счетом и банковской картой, не отвечают требованиям добросовестности, разумности и осмотрительности.

Банк, действуя добросовестно и осмотрительно, учитывая интересы клиента и оказывая ему содействие, обязан был принять во внимание характер операции - получение кредитных средств с одновременным их перечислением в другой банк на счета карт, принадлежащих третьим лицам, и предпринять соответствующие меры предосторожности, чтобы убедиться в том, что данные операции в действительности совершаются клиентом и в соответствии с его волеизъявлением. О заключении кредитного договора от имени истца без ее участия свидетельствует обращение истца в правоохранительные органы.

Кроме того, суд не может принять во внимание доводы Банка ВТБ (ПАО) о том, что в действиях ФИО1 присутствует неосмотрительность, которая допустила третьих лиц к принадлежащим ей банковской карте и устройствам, поскольку телефон вместе с банковской картой ПАО Банк ВТБ выбыли из владения собственника помимо ее воли.

В силу ст.56 ГПК РФ обязанность доказать соблюдение требований закона при заключении договора потребительского кредита, в частности того, что заемщику была предоставлена полная информация о кредите, что индивидуальные условия договора кредита были согласованы с заемщиком, что волеизъявление на заключение договоров исходило именно от заемщика, что способ предоставления кредита и номер карты для перечисления денег были указаны заемщиком и т.д., возложена на Банк. Таких доказательств ответчиком суду не представлено.

С учетом изложенного, исковые требовании ФИО1 подлежат удовлетворению, кредитный договор № № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенный между Банк ВТБ (ПАО) и ФИО1 на сумму 29.679 руб., необходимо признать недействительным, применить последствия недействительности сделки.

Кроме того, в силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой освобожден истец, с учетом ч. 1 ст. 333.19 НК РФ, в размере 3.000 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, удовлетворить.

Признать недействительным кредитный договор от ДД.ММ.ГГГГ №№, заключенный между ПАО Банк ВТБ и ФИО1 на сумму 29.679 руб.

Применить последствия недействительности кредитного договора от ДД.ММ.ГГГГ №№ в виде признания не возникшими обязательств ФИО1 по указанному кредитному договору.

Взыскать с ООО Профессиональная коллекторская организация юридическая фирма «НЕРИС» (ИНН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 3.000 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Красноярского краевого суда путем подачи на него апелляционной жалобы через Кировский районный суд г. Красноярска в течение месяца с даты его принятия в окончательной форме.

Решение принято в окончательной форме 23 сентября 2025 года.

Председательствующий С.Е. Байсариева