Судья Петрашкевич О.В.

35RS0001-01-2021-002966-53

№ 22-1418/2023

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Вологда

18 сентября 2023 года

Вологодский областной суд в составе: председательствующего судьи Кузьмина С.В., судей Киселева А.В., Шаталова А.В.,

при ведении протокола секретарем Ворошиловой А.С.,

с участием:

прокурора Колосовой Н.А.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Рюмина Е.Г.,

представителя потерпевшей П – адвоката Л,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционным жалобам осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Мойсейчика Ю.С. на приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 21 апреля 2023 года.

Заслушав доклад судьи Кузьмина С.В., суд

установил:

приговором Череповецкого городского суда Вологодской области от 21 апреля 2023 года

ФИО1, <ДАТА> года рождения, уроженец <адрес>, судимый:

- 11.10.2022 Череповецким городским судом (с учетом апелляционного определения судебной коллегии по уголовным дела Вологодского областного суда от 27.01.2023) по ч.4 ст.159 УК РФ (10 преступлений), ч.3 ст.159.2, ч.3 ст.30, ч.4 ст.159 УК РФ к 6 годам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима,

осужден:

- по ч.3 ст.159 УК РФ к 2 годам лишения свободы,

на основании ч.5 ст.69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания по настоящему приговору с наказанием, назначенным по приговору Череповецкого городского суда Вологодской области от 11 октября 2022 года, назначено окончательное наказание в виде лишения свободы сроком 6 лет 6 месяцев, с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима,

мера пресечения на апелляционный срок избрана в виде заключения под стражу, взят под стражу в зале суда, срок отбытия наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу,

в срок отбытия наказания зачтено время содержания под стражей в период с 26.10.2020 по 12.07.2021, с 13.10.2022 по 26.01.2023, время отбытого наказания по приговору Череповецкого городского суда Вологодской области от 11.10.2022 с 27.01.2023 по 20.04.2023, время нахождения под стражей с 21.04.2023 года до вступления настоящего приговора в законную силу,

в соответствии с п.«б» ч.3.1 ст.72 УК РФ время содержания под стражей с 26.10.2020 по 12.07.2021, с 13.10.2022 по 26.01.2023 и с 21.04.2023 до вступления настоящего приговора в законную силу зачтено в срок лишения свободы из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима,

в соответствии с ч.5 ст.69 УК РФ период отбытия наказания с 27.01.2023 по 20.04.2023 по приговору Череповецкого городского суда Вологодской области от 11.10.2022 зачтен в срок отбытия наказания по настоящему приговору из расчета один день отбытия наказания по приговору от 11.10.2022 за один день отбывания наказания по настоящему приговору в исправительной колонии общего режима,

взыскано с ФИО1 в пользу потерпевшей П в счет возмещения материального ущерба 700 000 рублей,

принято решение по вещественным доказательствам.

ФИО1 осужден за совершение мошенничества, то есть хищения чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, в крупном размере.

Преступление совершено 29.12.2016 в <адрес> при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе защитник осужденного ФИО1 – адвокат Мойсейчик Ю.С. указывает, что вопреки выводам суда, ФИО1 не имел корыстного или иного мотива.

Договор купли-продажи заключался на предприятие ООО «...», в его офисе и в лице директора агентства П Сам подсудимый документами не занимался, ничего не подписывал. Деньги от авансового платежа также не забирал, они хранились в сейфе агентства ООО «...».

В ООО «...» ФИО1 не работал, трудовых отношений не имел. Оно приняло заявку П на покупку квартиры, и заявку К на продажу этой же квартиры. После этого одновременно были оформлены документы на приватизацию <адрес>, принадлежащей муниципальному образованию «<адрес>», предоставленной К по договору социального найма. Оформлением сделки по приватизации занимался сотрудник агентства Б, которая готовила документы по приватизации, относила их в мэрию <адрес>. После отказа в приватизации ФИО1 за свои деньги нанимает адвоката К и оспаривает отказ мэрии в приватизации данной квартиры через суд.

Исходя из этих действий, у ФИО1 не было никакого умысла на совершение мошеннических действий по продаже квартиры П на момент заключения с ней договора купли-продажи квартиры. В случае успешной приватизации квартиры К сделка агентства недвижимости с П была бы успешно завершена.

Свидетель ФИО2, юрист, представляющая потерпевшую П, допрошенная в рамках судебного заседания, подтвердила, что ФИО1 на очной встрече сказал, что деньги у него. Он подошел к сейфу и показал деньги. По срокам возврата не говорил. Он говорил, что готов вернуть деньги хоть сейчас. Деньги он убрал в сейф. Она не была уполномочена на получение денег. Деньги не были присвоены ФИО1, они лежали в сейфе агентства, и если бы С хотела получить их, она бы смогла это сделать.

Полагает, что все вышесказанное говорит о том, что в действиях ФИО1 нет состава преступления. Все вменяемые эпизоды противоправной деятельности носят признаки гражданско-правовых отношений и подлежат разрешению в гражданском судопроизводстве.

Указывает, что все действия, инкриминируемые судом ФИО1, лежат в сфере предпринимательской деятельности, которой он занимался длительное время. Поэтому считает, что приговор с реальным сроком заключения необоснованно суров.

Полагает, что суд не учел наличие у ФИО1 грамот и благодарственных писем от организаций за проведение обширной деятельности по оказанию благотворительной помощи нуждающимся людям. Также не учел наличие хронического тяжелого заболевания у его ребенка, проживающего с ним. Заболевание предполагает постоянное прохождение лечения и реабилитации в клинических центрах <адрес> и <адрес>.

Сам ФИО1 также имеет тяжелое заболевание, отягощенное сахарным диабетом второго типа, поэтому в период судебного заседания суд вынужден был прерывать заседания для восстановления состояния здоровья подсудимого. Один раз заседание прервали из-за вынужденной госпитализации ФИО1 в условия стационара.

В материалах дела представлены медицинские документы о наличии у ФИО1 .... С этим диагнозом он является постоянным клиентом БУЗ ВО «... областная клиническая больница №...». Согласно Постановлению Правительства РФ N598 от 19.05.2017 п.15 это заболевание может служить препятствием для отбывания наказания, связанного с лишением свободы.

Просит приговор в отношении Вракова отменить, производство по делу прекратить за отсутствием состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.159 УК РФ.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО1, ссылаясь на Постановление Пленума Верховного Суда РФ №55 от 29.11.2016, ст.14 Международного пакта о гражданских и политических правах от 16.12.1966 и позицию Конституционного Суда РФ, изложенную в Постановлении от 16.05.2007 №-6-П, указывает, что приговор должен быть постановлен по результатам справедливого судебного разбирательства.

Считает, что суд не признал в качестве смягчающего вину обстоятельства наличие у него инвалидности 3 группы, и не указал и не мотивировал это в описательно-мотивировочной части приговора от 11.10.2022.

В качестве смягчающего обстоятельства просит признать добровольное пожертвование денежных средств для военнослужащих, участвующих в СВО.

Указывает, что просил время для приглашения второго адвоката для допроса в качестве подсудимого. Считает, что суд, удовлетворив ходатайство, предоставил мало времени, вследствие чего он не успел поговорить с родственниками, чтобы они заключили соглашение с новым адвокатом. Указывает, что имел основание не доверять адвокату Мойсейчику Ю.С., так как по приговору от 11.10.2022 он высказывался о вынесении обвинительного приговора, где рассматривался, в том числе и эпизод по ч.3 ст.159 УК РФ. Считает, что суд не в полной мере выполнил обязанность по обеспечению его права на приглашение нового адвоката.

Указывает также, что суд неправомерно взыскал с него в пользу П в счет возмещения материального ущерба 700 000 рублей, поскольку этот иск был удовлетворен приговором от 11.10.2022, и это решение не было отменено судом апелляционной инстанции.

Просит приговор суда отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение.

В судебном заседании апелляционной инстанции осужденный ФИО1 и его защитник – адвокат Рюмин Е.Г. поддержали апелляционные жалобы.

Представитель потерпевшей П – адвокат Лаптев Е.В. просил в удовлетворении апелляционных жалоб отказать.

Прокурор Колосова Н.А. полагала, что оснований для изменения либо отмены приговора не имеется.

Проверив материалы дела, заслушав мнения сторон, изучив доводы, изложенные в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Вывод суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления соответствует установленным по делу фактическим обстоятельствам и основан на проверенных в судебном заседании доказательствах, которым в приговоре дана надлежащая оценка.

Так, потерпевшая П показала, что у нее имелись личные сбережения в размере 700 000 рублей, которые планировала потратить на приобретение жилья, остальную недостающую сумму хотела взять в ипотеку. 27 декабря 2016 года на сайте «...» ей пришло сообщение от абонента «Н» о том, что предлагается к продаже двухкомнатная квартира по цене однокомнатной по адресу: <адрес> за 1 250 000 рублей. Данное сообщение было подписано от имени «Л». С Л, которая представилась представителем агентства, она осмотрела данную квартиру 28 декабря 2016 года. О собственнике данной квартиры «Л» ей ничего не говорила, говорила лишь, что раз такая цена, то и желающих на приобретение данной квартиры много, соответственно с решением лучше не медлить. Данная квартира и ее стоимость устроили, в связи с чем она согласилась на ее приобретение, о чем сообщила Л. Л пояснила, что данную квартиру продает агентство недвижимости, расположенное по адресу: <адрес>. 28 декабря 2016 года в вечернее время она с Л поехала в данное агентство для обсуждения вопроса о покупке указанной квартиры. В связи с чем цена на квартиру была низкой Л ей не поясняла, она у Л об этом не спрашивала. На момент их приезда в офисе находились ранее не знакомые ей двое мужчин, одним из которых являлся, как впоследствии ей стало известно, ФИО1, второго мужчину звали С. Позднее ФИО1 говорил ей о том, что именно он нанимал Л для того, чтобы та показывала данную квартиру. В офисе данного агентства она внесла залог и передала 5 000 рублей Л. При этом никаких документов на передачу данных денежных средств не составлялось. Она осталась в офисе, для решения вопроса покупки указанной квартиры. Беседу по поводу указанной квартиры с ней вел ФИО1 ФИО3 по имени С присутствовал при данном разговоре, но участия в нем не принимал. Она сообщила ФИО1 о том, что согласна на приобретение указанной квартиры. Также пояснила, что у неё имеется 700 000 рублей на первоначальный взнос, а оставшуюся денежную сумму планирует взять в ипотеку. ФИО1 показал ей уже подготовленные к ее приходу: договор на оказание ей услуг по покупке квартиры, составленный от имени П, являющейся директором ООО «...»; расписку, написанную от имени П в получении от нее денежных средств в размере 700 000 рублей – задаток за приобретаемую ей квартиру. Расписка была оформлена рукописным текстом на бланке. Когда ФИО1 показывал ей данные документы, то подписи от имени П как в договоре, так и в расписке уже имелись. Кто составлял и подписывал данные документы, ей не известно. П при описанных ею выше обстоятельствах 28 декабря 2016 года в вечернее время в помещении данного офиса не присутствовала. Прочтя договор, она заметила, имеющуюся в нем ошибку в ее персональных данных, на что указала ФИО1 и попросила данную ошибку исправить. ФИО1 сразу кому-то позвонил, со своего мобильного телефона и после данного звонка в офис приехала девушка по имени С, в дальнейшем ей стало известно, что фамилия С – ФИО4 (в настоящее время Б), которая в ее присутствии составила новый договор на оказание услуг, а именно: заполнила своей рукой уже имеющийся в помещении офиса распечатанный бланк договора. На переделанном договоре также имелась подпись П, возможно в офисе имелись уже подготовленные бланки договоров, то есть уже подписанные от имени П Данный договор на оказание ей услуг П в приобретении вышеуказанной квартиры она подписала. В договоре было указано, что квартиру она приобретает за 1 300 000 рублей. После составления договора Р ушла из офиса. Денежные средства в размере 700 000 рублей, предназначенные для покупки жилья, находились у нее на банковской карте банка .... О чем она также сообщила ФИО1, после того, как тот предложил внести их в качестве задатка в тот же день в указанном ей помещении офиса. ФИО1 дал ей номер его банковской карты банка ..., для того, чтобы она осуществила на нее перевод денежных средств в размере 700 000 рублей в качестве первоначального взноса для приобретения данной квартиры. 28 декабря 2016 года около 19 часов, находясь в помещении офиса данного агентства недвижимости, она со своей банковской карты банка «...» пыталась осуществить перевод денежных средств в размере 700 000 рублей на банковскую карту банка ... ФИО1, однако, осуществить перевод не получилось, поскольку сумма превышала лимит разового перевода, установленного банком. Утром 29 декабря 2016 года. После этого, так же в помещении указанного офиса ФИО1 передал ей указанные выше договор, расписку, а также два комплекта ключей от квартиры, документы на счетчики по учету потребления воды. При этом ФИО1 говорил, что она может уже въезжать в данную квартиру, делать в ней ремонт. О том, что данная квартира еще не была приватизирована, ей ФИО1 не говорил. Они обсудили с ним вопрос передачи денег, за приобретаемую ей данную квартиру, а именно то, что 29 декабря 2016 года она отдает ФИО1 в качестве первоначального взноса 700 000 рублей, а оставшуюся денежную сумму в размере 600 000 рублей берет в ипотеку и оплачивает при регистрации сделки. 29 декабря 2016 года в первой половине дня она сняла со своего счета денежные средства в отделении центрального банка ..., расположенного на <адрес> После снятия денежных средств, позвонила ФИО1 ФИО1 сказал, что находится по адресу: <адрес> и, чтобы для передачи денег она подъезжала к данному дому. После данного разговора она проехала к дому, позвонила ФИО1 Он вышел из центрального входа данного дома, подошел к ее автомобилю, и она, продолжая находится в салоне своего автомобиля на водительском сиденье, через переднюю пассажирскую дверь, не выходя из автомобиля, передала ФИО1 из рук в руки деньги в сумме 700 000 рублей, купюрами по 5 000 рублей в банковской упаковке. Деньги ФИО1 не пересчитывал, никакой расписки в их получении ей не писал. Она от ФИО1 расписку о получении денег не просила, так как у нее имелись договор и расписка от имени П на получение данной суммы денег. К тому же ФИО1 по общению расположил ее к себе. ФИО1 вел себя корректно, грамотно разговаривал, она считала, что он является работником данного агентства, оснований не доверять ФИО1 у нее не было. Взяв деньги, ФИО1 пояснил ей, что на сделку по оформлению данной квартиры в ее собственность выйдут после новогодних праздников. О том, что квартира, за которую она передала денежные средства, еще не была приватизирована владельцем, на тот период времени ей известно не было. ФИО1 ей об этом ничего не говорил. В последующем в приватизации квартиры было отказано, приобрести квартиру она не смогла, ФИО1 денежные средства ей не вернул.

Свидетель Л показал, что он состоял в должности старшего оперуполномоченного ОУР УМВД России по <адрес>. С 2017 года проводились оперативно-розыскные мероприятия в отношении ФИО1 в связи с тем, что была получена оперативная информация о том, что ФИО1 может быть причастен к совершению ряда преступлений в сфере недвижимости, а именно, мошенничеств в отношении жителей <адрес>, а также к обналичиванию средств федерального бюджета, предоставленных гражданам <адрес> в виде социальной выплаты - материнский (семейный) капитал. В ходе проведенных ОРМ было установлено, что ФИО1 содержит агентство недвижимости ООО «...», офис которого располагается по адресу: <адрес>. Номинальным учредителем и директором ООО «...» числится П, однако, всеми действиями П, а также работающими в данном ООО (без оформления) иными лицами (Б, Ш) руководит непосредственно ФИО1 Все результаты ОРМ, проведенных в отношении ФИО1, подтверждающие его причастность к совершенным преступлениям, приобщены к материалам уголовного дела (т.38 л.д.241-244).

При осмотре копии договора оказания услуг по покупке недвижимости, составленном в <адрес> 28 декабря 2016 года, заключенном между ООО «...» в лице директора П (именуемой исполнителем) с одной стороны и П (именуемой клиентом) указано, что согласно п.1 договора предметом договора является взаимоотношение сторон по приобретению клиентом объекта недвижимости находящегося по адресу: <адрес>, за сумму 1 300 000 рублей. Согласно п. 2.6 данного договора при заключении настоящего договора клиент обязуется внести денежную сумму в размере 700 000 рублей. Согласно п.2.7 данного договора клиент обязуется оплатить посреднические услуги исполнителю в размере «2 % от стоимости квартиры». Согласно п.4.1 данного договора срок его действия установлен с 28 декабря 2016 года до 01 мая 2017 года. Согласно копии расписки, составленной 28 декабря 2016 года, П получила деньги в сумме 700 000 рублей в счет задатка за квартиру, находящуюся по адресу: <адрес>. Указанную денежную сумму получила полностью, претензий к П не имеет. Согласно копии расписки, составленной 29 декабря 2016 года, К получил деньги в сумме 700 000 рублей в счет продажи квартиры по адресу: <адрес>, после ее приватизации от П, указанная денежная сумма пересчитана. Претензий к П не имеет (т.30 л.д.113-114, 115-117, 118-119, 110-112).

Согласно сведений о движении денежных средств по счету №... за период времени с 01 декабря 2016 года по 01 января 2017 год, оформленному на имя П установлено, что 28 декабря 2016 года П осуществлен перевод между собственными счетами и картами денежных средств в размере 700 000 рублей; 29 декабря 2016 года со счета осуществлено снятие наличных денежных средств в размере 700 000 рублей (т.30 л.д.120-121, 122, 123, 124).

Свидетель С показала, что работает юристом. В феврале 2017 года к ней обратилась за юридической помощью П, которая объяснила, что в декабре 2016 года через агентство недвижимости, расположенное по адресу: <адрес>, решила приобрести квартиру по адресу: г., <адрес> внесла за нее задаток в размере 700 000 рублей. П денежные средства в указанной сумме передала из рук в руки ФИО1, подписала договор с агентством на оказание услуг по приобретению данной квартиры, получила от ФИО1 расписку о получении от нее данных денежных средств, однако, расписка была составлена не от имени ФИО1, а от имени директора данного агентства – П. ФИО1 передал последней ключи, сказал, что П может въезжать в квартиру, что та и сделала. Однако в собственность П данную квартиру не оформляли, так как квартира не была приватизирована ее нанимателем.

Она совместно с П после ее обращения к ней встречались в вышеуказанном офисе агентства недвижимости с ФИО1 в феврале 2017 года, где находилась П. ФИО1 пояснил, что приватизация квартиры, за которую П внесла задаток, уже подходит к концу, и что после того, как квартира будет приватизирована, сразу пройдет сделка ее купли-продажи. Кто именно занимался вопросом приватизации данной квартиры, ФИО1 не говорил, всегда говорил обобщенно - «мы», подразумевая, в том числе и себя. Также он говорил, что в мэрии ему нежелательно появляться, поэтому он направляет туда своих работников. Она понимала, что ФИО1 в курсе всего, поскольку ему не приходилось кому-либо звонить, что-то спрашивать для того, чтобы ответить на какой-либо вопрос, отвечал сам, уверенно. Получения денег от П в качестве задатка за квартиру не отрицал. ФИО1 сообщил, что у нанимателя где-то на Севере есть женщина, к которой наниматель хочет переехать жить и там работать. ФИО1 предложил им встретиться в его офисе с владельцем квартиры, который подтвердит его слова. Она сразу в тот же день попросила ФИО1 вернуть денежные средства П, на что тот ответил, что денег у него нет, что он отдал их К, который как ей в последующем стало известно, и был нанимателем у мэрии вышеуказанной квартиры. По достигнутой с ФИО1 договоренности, она и П пришли в офис к ФИО1, где находился К, которого ФИО1 представил им как владельца данной квартиры. В присутствии К ФИО1 вновь сообщил им, что договор купли-продажи данной квартиры К П будет подписан сразу после того, как пройдет ее приватизация. К участия в данном разговоре не принимал, подтвердил, что действительно от мэрии тому досталась данная квартира, он хочет ее продать. ФИО1 говорил, что у К имеются какие-то долги перед ним (ФИО1), которые К сможет погасить после продажи квартиры, также К будет куплена комната с денежной доплатой. В ходе данного разговора ФИО1 предложил П переподписать договор на оказание услуг по продаже П указанной квартиры с целью продления срока действия договора, предложил П аннулировать ранее переданную той расписку о получении 700 000 рублей директором данного агентства П, и составить новую расписку уже от имени К с указанием в ней сведений о том, что данные денежные средства от П получил К Переподписать договор они согласились, а составлять новую расписку отказались, так как деньги П переданы ФИО1, а не К В ее присутствии П был предоставлен новый уже заполненный бланк договора на оказание услуг по приобретению данной квартиры, который та подписала. Данный договор был составлен находящейся в тот день в офисе П На их отказ в аннулировании ранее написанной расписки ФИО1 отреагировал негативно. П было предложено ФИО1 написать расписку П о получении им (ФИО1) от П денежных средств в размере 700 000 рублей, которые П были переданы ФИО1 От написания расписки ФИО1 отказался. Она один раз встречалась с ФИО1 одна без П, поскольку та уезжала из города. Инициатором данной встречи был сам ФИО1, пояснив, что на встрече будет и К К в офисе не было, ФИО1 пояснил, что тот не сможет прийти, так как пьян. При данной встрече ФИО1 сказал: «Я готов отдать деньги», - но тут же сразу поправил себя, сказав - не он, а К При этом ФИО1 открыл находящийся в его офисе сейф, достал из него пачку денег, показал пачку ей, сказал: «Здесь больше», - а затем убрал их обратно в сейф. Полагает, что ФИО1 просто продемонстрировал ей наличие у него денег, отдавать их не планировал, так как знал, что П в городе нет. ФИО1 П отказал в возврате денег, при этом сказав, что теперь квартиру ФИО1 будет продавать дороже. После ФИО1 заверял ее и П в том, что приватизация данной квартиры уже почти подходит к концу. Позднее ФИО1 сказал, что К выписался из квартиры раньше, чем нужно было, поэтому в приватизации получили отказ. Летом 2017 года она и П встречались с К без ФИО1, чтобы прояснить сложившуюся ситуацию. К рассказал им, что перед новогодними праздниками ФИО1 дал К денежные средства в размере 40 000 рублей с той суммы денег, которую П передала ФИО1 в качестве задатка за приобретаемую ею квартиру и больше никаких денег не передавал. Со слов К она поняла, что после продажи данной квартиры ФИО1 обещал купить К другое жилье, меньшее по площади, и дать доплату, в какой сумме, не называл. По какой причине затянулась приватизация квартиры, К пояснить не мог. К делает то, что последнему говорят. При этом К говорил, что всем занимались ФИО1, Р При какой-то из встреч ФИО1, находясь в своем офисе, показывал ей, как она поняла, оригинал договора о передаче жилого помещения в собственность К мэрией, а также доверенность на К от мэрии. При этом ФИО1 говорил, что не понимает, в чем дело (по поводу того, что приватизация затягивается), выражал свое удивление. В конце лета 2017 года она и П решили приобрести данную квартиру у К без помощи ФИО1, на что К согласился. Далее она заказала выписку из ЕГРП, в которой было указано, что собственником квартиры является К, подготовила договор купли-продажи, который подписали и К и П Данный договор после подписания был сдан в МФЦ на регистрацию, однако в регистрации перехода права собственности на данную квартиру от К П было отказано по причине того, что был наложен запрет на регистрационные действия по обращению мэрии. У нее имеются записи разговора с ФИО1 (т.30 л.д.135-140).

При осмотре диска с записями разговора с ФИО1, последний сообщает, что в любой момент готов вернуть П денежные средства (т.30 л.д.149-152, 153,143-147, 148, 154-155).

Свидетель К показал, что в 2016 году обратился к ФИО1 для продажи квартиры по адресу: <адрес>, с покупкой в последующем квартиры меньшей площади. В данной квартире проживал по договору социального найма. ФИО1 помогал ему в приватизации. В декабре 2016 года ФИО1 позвонил ему и сказал, что нашел покупателя. Он, когда ему сказал ФИО1, подъехал в офис, где первый раз увидел П, которая покупала у него квартиру, и вторую Е. П его спросила, действительно ли он продает квартиру, он ей сказал, так как ему велел ФИО1, при этом ФИО1 тоже присутствовал. Он только пообщался с П, то есть ответил на все ее вопросы и ушел, то есть при нем ничего не обсуждалось, когда будет переоформление его квартиры на нее, никаких денег при нем П никому не передавала, никаких расписок не писалось. Предъявленная ему расписка, написанная от его имени и датированная 29 декабря 2016 года, согласно которой П передала ему денежные средства в сумме 700 000 рублей в счет продажи данной квартиры, написана его подчерком, стоит его подпись. Он помнит, что ФИО1 позвонил ему и сказал, что нужно приехать и написать расписку, это после того, как ФИО1 его представил П Он приехал к ФИО1 в офис и написал расписку, текст которой уже не помнит, а позже ФИО1 ему позвонил и сказал, что нужно опять к нему подъехать и написать еще раз расписку, так как в той расписке, что-то не так написано, и тогда он написал расписку, которая ему предъявлена. Текст расписки диктовал ему ФИО1, ему пояснил, что на сумму денег, которая указана в расписке, ФИО1 будет покупать ему жилье, в связи с чем он понял, что П передала ФИО1 деньги. От ФИО1 он денежных средств никаких не получал, которые тому передала П, от П тоже. Сдать договор купли-продажи данной квартиры от 23 августа 2017 года П за 1 300 000 рублей в МФЦ на регистрацию предложила ему П, сказав, что если регистрация пройдет, то та ему купит однокомнатную квартиру, также П его убедила сделать это без участия ФИО1 Всего ФИО1 за весь период общения с ним, ему дал где-то 60 000 рублей - 70 000 рублей. 21 января 2017 года для регистрации права собственности на квартиру им в МФЦ <адрес> были сданы поддельные договор №..., доверенность 767/01-20-176, которые ему были переданы ФИО1 Об их поддельности он не знал (т.23 л.д.133-144, 212-217).

Согласно ответу мэрии <адрес> от 05 мая 2017 года договор передачи жилого помещения в собственность граждан от 19 декабря 2016 года №... по адресу: <адрес>, жилищным управлением мэрии не выдавался; доверенность на представление интересов мэрии <адрес> при государственной регистрации права собственности на жилое помещение по указанному адресу от 19 декабря 2016 года №... К не выдавалась. Выписки из регистрационных журналов по выдаче указанных документов в мэрии <адрес> отсутствуют (т.22 л.д.262).

Правоустанавливающие документы на объект недвижимости – <адрес>, подтверждают факт неправомерного завладения правом собственности на данную квартиру, принадлежащую муниципальному образованию «<адрес>» (т.23 л.д.4-7, 8-12, 190-269, 66, 13-65, 270-272).

Из показаний свидетеля П следует, что она работала в АН «...», где была номинальным руководителем. Фактически деятельностью агентства руководил ФИО1 ФИО1 предложил стать директором ООО «...» формально. Юридический адрес данного агентства недвижимости был указан: <адрес>. В агентстве был сейф, ключ от которого был у нее и ФИО1 Денежные средства по сделкам хранились в сейфе, ими распоряжался ФИО1 Где хранил ФИО1 деньги П, она не знает. Денежные средства П не возвращались, квартиру в собственность П не получила. С П договор заключала, но в ту дату, которая указана в договоре. Предъявленный ей следователем договор был заключен уже после внесения денег П ФИО1, насколько она понимает, П попросила договор, и они его подписали. При этом П не присутствовала, договор написать ее попросил ФИО1, продиктовав ей данные П К ней П по поводу приобретения квартиры не обращалась. П она видела только один раз, уже после возбуждения уголовного дела по данной квартире. Не знакома с Л, которая показывала П данную квартиру. О данном объекте узнала, когда за него было взято 700 000 рублей. Узнала об этом от ФИО1, она удивилась, спросила, как так деньги получены без всяких документов, и квартира еще не была приватизирована. ФИО1 сказал, что приватизацией занимаются. Предъявленная ей копия расписки от 28 декабря 2016 года, согласно которой П получила от П денежные средства в размере 700 000 рублей в счет задатка за данную квартиру, написана не ею, почерк в расписке - не ее, подпись в расписке - не ее. П денежные средства в размере 700 000 рублей ей не передавала. П передала денежные средства в размере 700 000 рублей в счет задатка за данную квартиру ФИО1 При передаче денежных средств П, в счет задатка за данную квартиру ФИО1 она не присутствовала, знает об этом со слов ФИО1 К не знает. Расписка от 29 декабря 2016 года, по которой К получил от П деньги в сумме 700 000 рублей в счет продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, после ее приватизации, копия которой ей предъявлена, была написана К под диктовку ФИО1 уже летом, тогда же был составлен и договор на оказание услуг К по продаже данной квартиры. Данная расписка является фиктивной. С П общалась по квартире, когда та уже отказалась от приобретения данной квартиры, так как было понятно, что ее уже не получит, она приехала и деньги требовала с нее, так как договор был подписан от ее имени. Просмотрев предъявленные ей видеозаписи от 01 февраля 2017 года в период времени с 15 часов 50 минут до 16 часов 05 минут с камеры видеонаблюдения, расположенной в помещении МФЦ по адресу: <адрес>, пояснила, что запечатленными на записях мужчиной и женщиной, сидящими сначала у окна выдачи документов №... и в последующем совместно прошедшими к окну выдачи документов №... являются К и она. Были там для получения документов по его квартире, а именно, о том, что К стал ее собственником после приватизации. Сходить в МФЦ и получить документы ей сказал ФИО1 После получения документов она об этом сообщила ФИО1 Она про данную квартиру узнала только в январе 2017 года от ФИО1, что есть эта квартира, есть покупатель, который уже внес задаток, как в дальнейшем ей стало известно это была П, ФИО1 попросил её составить договор, который был предъявлен ей для ознакомления. Приватизацией данной квартиры занималась Б Об этом она также узнала в январе 2017 года от ФИО1 С К договор на оказание услуг по продаже данной квартиры был подписан задним числом летом 2017 года, тогда же была написана К и фиктивная расписка о получении от П 700 000 рублей за данную квартиру. Выпиской К не занималась, но позднее ФИО1 говорил, что там что-то было не так. ФИО1 говорил ей лишь о том, что будут документы по приватизации готовы, и ей надо будет выйти на сделку по продаже данной квартиры П Она относила в мэрию копию паспорта по просьбе ФИО1 (т.34 л.д.206-247, 202-205).

Кроме того, вина ФИО1 в совершении мошенничества подтверждается результатами оперативно-розыскных мероприятий, решениями Череповецкого городского суда и другими исследованными в судебном заседании и приведенными в приговоре доказательствами.

Проверив и оценив приведенные доказательства, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что для постановления обвинительного приговора доказательств по делу собрано достаточно, и все они, положенные в его обоснование, являются допустимыми. Предусмотренные ст.73 УПК РФ и подлежащие доказыванию обстоятельства, судом установлены, а сам приговор в полной мере соответствует требованиям ст.ст.307-309 УПК РФ, противоречий и неясностей не содержит.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку исследованным и проверенным судом доказательствам, а также тем фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения о виновности осужденного, поскольку нарушений уголовно-процессуального закона при оценке доказательств по делу не допущено.

Доводы стороны защиты об отсутствии состава преступления в виду наличия гражданско-правовых отношений у П с агентством недвижимости, П и К, о том, что ФИО1 денежных средств от потерпевшей не получал, об оговоре ФИО1 со стороны П, С, П, К были известны и проверялись судом первой инстанции, и результаты проверки отражены в приговоре с указанием мотивов принятого решения.

Суд апелляционной инстанции, проверив аналогичные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, также приходит к выводу о том, что они полностью опровергаются исследованными судом и изложенными в приговоре доказательствами в их совокупности, причем данные доказательства не содержат существенных противоречий, влияющих на доказанность вины осужденного или ставящих под сомнение правильность применения уголовного закона.

Оценка показаниям ФИО1, потерпевшей П, свидетелей С, П, К судом первой инстанции дана. Оснований не согласиться с ней не имеется.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшей П, свидетелей С, П, К не имеется, их показания подробные, последовательные согласуются как между собой, так и с другими доказательствами. Причин для оговора ФИО1 со стороны указанных лиц не имеется.

Исходя из установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела, квалификация действий ФИО1 по ч.3 ст.159 УК РФ как мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем обмана и злоупотребления доверием, совершенное в крупном размере, является правильной и в приговоре подробно мотивирована.

Приведенными в приговоре доказательствами установлено, что ФИО1 с целью хищения денежных средств, принадлежащих П, сообщил последней заведомо ложные сведения о том, что продаваемая квартира, принадлежащая муниципальному образованию «<адрес>», принадлежит К, а также передал ключи от квартиры и сообщил о возможности проживания в данной квартире. П, будучи введенная в заблуждение и доверяя ФИО1, передала ему в счет оплаты покупаемой квартиры денежные средства в сумме 700 000 рублей, которые ФИО1 похитил.

Нарушений норм уголовно-процессуального закона органами следствия при производстве предварительного расследования и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, влекущих отмену приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне и объективно. В ходе судебного разбирательства исследованы все представленные сторонами доказательства, имеющие значение для установления фактических обстоятельств дела.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что суд нарушил требования ч.3 ст.50 УПК РФ о процедуре замены защитника, несостоятельны, поскольку из протокола судебного заседания следует, что в ходе судебного заседания защиту ФИО1 осуществлял адвокат Мойсейчик Ю.С. по соглашению. 11.04.2023 ФИО1 заявил ходатайство, в котором просил привлечь еще одного защитника для его допроса в качестве подсудимого, мотивировав это тем, что с адвокатом Мойсейчиком Ю.С. нет возможности встретиться в условиях СИЗО (т.64 л.д.106). Суд в удовлетворении ходатайства осужденного отказал, поскольку подсудимый ранее отказался от услуг адвоката К и доверил свою защиту адвокату Мойсейчику Ю.С., сведений о соглашении с иным адвокатом ФИО1 не указал.

При этом ФИО1 не был ограничен в возможности заключения соглашения и с другими адвокатами.

Участвующий в деле защитник – адвокат Мойсейчик Ю.С. в ходе производства по уголовному делу, в том числе в судебных заседаниях по приговору Череповецкого городского суда от 11.10.2022, отстаивал единую позицию с подсудимым, действовал в его интересах. Позиция защитника соответствовала позиции подсудимого. Мнение защитника о назначении наказания, не связанного с реальным отбыванием лишения свободы в случае постановления обвинительного приговора, не указывает на то, что он считает подсудимого виновным. В суде апелляционной инстанции осужденный ФИО1 поддержал апелляционную жалобу защитника.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает нарушения права на защиту осужденного ФИО1

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, отсутствия отягчающих наказание обстоятельств и наличия смягчающих обстоятельств, которыми суд признал: наличие несовершеннолетнего ребенка, состояние здоровья как самого ФИО1, так и его родственников.

Оснований для признания иных обстоятельств смягчающими наказание, в том числе и тех, на которые ссылается осужденный, не имеется.

При назначении наказания судом учтено и то, что ФИО1 имеет благодарственные письма, является инвалидом ... группы, занимался благотворительностью, о чем прямо указано в приговоре.

Назначение наказания в виде лишения свободы в приговоре надлежаще мотивировано.

Суд обсудил вопрос о возможности назначения осужденному наказания условно в соответствии со ст.73 УК РФ, назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление в соответствии со ст.64 УК РФ, применения положений ст.53.1 УК РФ в части замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами, изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ, и подробно мотивировал свое решение об отсутствии оснований для применения данных положений. Суд апелляционной инстанции соглашается с указанными выводами суда первой инстанции.

Судом также обоснованно назначено наказание по правилам ч.5 ст.69 УК РФ, поскольку осужденным совершено преступление до вынесения в отношении него приговора Череповецкого городского суда Вологодской области от 11.10.2022, при этом судом в окончательное наказание зачтено наказание, отбытое по предыдущему приговору.

Отбывание наказания осужденному назначено в соответствии с требованиями ст.58 УК РФ в исправительной колонии общего режима.

Оснований для признания назначенного наказания несправедливым вследствие чрезмерной суровости суд апелляционной инстанции не находит.

Доводы осужденного, в части несогласия с назначенным наказанием по приговору Череповецкого городского суда от 11.10.2022, не подлежат оценке при рассмотрении в апелляционном порядке приговора Череповецкого городского суда от 21.04.2023.

Решение по гражданскому иску потерпевшей П соответствует требованиям закона. С осужденного взыскана сумма в размере 700 000 рублей в счет компенсации материального ущерба, причиненного непосредственно преступлением.

Кассационным определением третьего кассационного суда общей юрисдикции от 10.08.2023 приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 11.10.2022 и апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Вологодского областного суда от 27.01.2023 изменены: исключено из приговора указание на удовлетворение гражданского иска потерпевшей П о взыскании в ее пользу 700 000 рублей.

Таким образом, решение по гражданскому иску потерпевшей П принято по приговору Череповецкого городского суда Вологодской области от 21.04.2023.

При таких обстоятельствах оснований для изменения либо отмены приговора, в том числе по доводам апелляционных жалоб осужденного и защитника, суд апелляционной инстанции не находит.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд

определил:

приговор Череповецкого городского суда Вологодской области от 21 апреля 2023 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст.ст.401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанцией.

Председательствующий:

Судьи: