Апелляционное определение по делу № 33А-10234/2023 от 21.09.2023.

УИД 59RS0043-01-2023-000245-87

Дело 33а-10234/2023

Судья Хорошева Н.Н.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по административным делам Пермского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Никитиной Т.А.,

судей Алексеева А.А., Дульцевой Л.Ю.,

при секретаре Елоховой А.С.,

рассмотрела 21 сентября 2023 г. в г. Перми в открытом судебном заседании административное дело по апелляционным жалобам административного истца ФИО1 и административных ответчиков ФСИН России, ГУ ФСИН России по Пермскому краю, ФКУ ИК-** ГУ ФСИН России по Пермскому краю на решение Чердынского районного суда Пермского края от 25 мая 2023 г.

Изучив материалы дела, заслушав доклад судьи Алексеева А.А., объяснения представителя административного истца ФИО1 – ФИО2 (участвует по ВКС), представителя административных ответчиков ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России ФИО3, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с административным исковым заявлением к ФСИН России, ГУФСИН по Пермскому краю, ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю о признании незаконным бездействия по обеспечению надлежащих условий содержания в ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю, взыскании компенсации за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 850000 руб., а также судебных расходов на оплату государственной пошлины 300 руб., услуг представителя 15000 руб., оформление нотариальной доверенности 1850 руб.

В обоснование требований указал, что в период с 23 ноября 2016 г. по 27 января 2023 г. содержался в ИК-** в отрядах № **, № ** и на участке колонии-поселения в ненадлежащих условиях, унижающих его человеческое достоинство. Отряды № ** и № ** располагались в ветхих кирпичных зданиях. Вход в отряд № ** на второй этаж по уличной металлической лестнице, на которой в зимнее время намерзал лед. Численность осужденных в отрядах существенно превышала вместимость помещения, на одного заключенного приходилось от 1,1 до 1,7 кв.м жилой площади. По всей площади расставлены кровати и мебель, в связи с чем свободного места для передвижения было недостаточно. Кровати установлены попарно, отчего осужденные мешали друг другу спать. Межкроватные проходы меньше минимальной противопожарной нормы. Тумбочек, табуретов, мест в комнате хранения вещей на всех не хватало. Пищевые комнаты были переполнены, питаться приходилось по очереди, обычно стоя, столики всегда были заняты. За кипятком всегда была длинная очередь. Не хватало приспособлений для хранения осужденными кухонных принадлежностей, посуды и продуктов питания, стеллажи для хранения продуктов отсутствовали. В комнатах приема пищи антисанитария, тараканы и мыши. В санузле отряда № ** всегда были длинные очереди, всего 4 металлических раковины и 4 напольных чаши «Генуя», унитазы и писсуары отсутствовали, кабинки не были полностью изолированными (высота перегородок ~1 метр). В отряде № ** санузел был совмещенным: имелось 3 рабочих унитаза и 3 напольных чаши «Генуя», а из 9 металлических раковин работало только 6. Сливные бачки в туалетах неисправны, в санузлах постоянно стоял зловонный запах. Горячая вода в отрядах отсутствовала, умываться, бриться, чистить зубы, стирать одежду и мыть посуду всегда приходилось только в холодной воде. В помещениях-сушилках отсутствовали вытяжки, сыро, на стенах и потолке грибок и плесень, вещи плохо сохли. Постельное белье до апреля 2019 года стирали без использования моющих средств и выдавали сырым. В помещениях отрядов сырость и грязь, водились мыши и разные насекомые, на стенах и потолке налет из плесени и грибка. Помещения не дезинфицировались. Отопление недостаточное, зимой в отрядах температура опускалась до +14 градусов. Осужденные спали в верхней одежде. Освещение в отрядах было недостаточным. Дневного света не хватало, искусственное освещение было тусклым, читать и писать приходилось напрягая зрение. Вытяжки не было. Вентиляция осуществлялась проветриванием помещений. В туалете осужденные курили, из-за чего в нем постоянно висел табачный дым, в отрядах стоял запах дыма от сигарет. Спать и бодрствовать всегда приходилось в душном помещении со спертым воздухом и стойким запахом пота. Прогулочные дворики малы для большого количества осужденных, огорожены стальными прутьями, сверху покрыты колючей проволокой. Никаких строений, спортивного оборудования в них не было, в сухую погоду от покрытия в них поднималась цементная пыль. Зимой и весной с крыши падал снег. Не обеспечивалась защита от табачного дыма из мест для курения. При организации питания не соблюдались правила мытья посуды, условия хранения продуктов. Питание было скудным, недостаточным и однообразным. Не соблюдались нормы питания, в том числе по калорийности, белкам, жирам и углеводам. Фрукты и свежие овощи не выдавали. В пище находили камни, личинки насекомых. Лица, работавшие в столовой, не имели санитарных книжек. Площадь обеденного зала в столовой ИК-** недостаточна для размещения всех осужденных, не все получали горячую пищу, приходилось ждать, когда освободятся места, и есть остывшую пищу. Промежуток между обедом и ужином 8 часов (с 11:30 до 19:30). Баня (душ) до конца 2018 года предоставлялась 1 раз в неделю (затем 2 раза) продолжительностью 15 минут. В помывочном помещении было 4 лейки, а заводили одновременно 15 человек, не все успевали помыться. В бане были плесень, грибок, санобработка помещения не проводилась, перегородки отсутствовали. Помещение плохо отапливалось: мыться и одеваться было холодно. 7 апреля 2019 г. баня в ИК-** полностью сгорела и до 15 октября 2019 г. не функционировала. В связи с чем осуществлять помывочно-постирочные мероприятия приходилось в отряде в порядке очередности. Из-за того, что в отряде имелась только одна душевая кабина на всех, а воды, нагреваемой бойлером, не хватало, помыться удавалось не чаще одного раза в неделю. Магазин в ИК-** не оборудован туалетом и раковиной для мытья рук, отсутствовало водоснабжение и канализация, вентиляция, нарушались правила хранения продуктов, допускалась реализация продуктов с истекшим сроком годности. Ежедневные длительные (до 40 минут) проверки проводились на открытом воздухе в любую погоду, в том числе во время дождя и при низких температурах воздуха. Одежда по сезону и по размеру почти не выдавались. Истцу выдали старые вещи и постельные принадлежности (изношенные и непригодные к использованию), и не в полном объеме. За время содержания в ИК-** и работы в промышленной зоне колонии ему ни разу не выдавали рабочую спецодежду и обувь. Истца, трудоустроенного на 0,5 ставки, принуждали работать полный рабочий день. Осужденным постоянно отказывали в медпомощи. Прием вели фельдшеры, которые не могли оказать профессиональную медицинскую помощь, попасть на прием к ним было сложно. Попасть на прием к врачу получалось раз в месяц. Лекарства первой необходимости отсутствовали, от всех болезней давали анальгин и парацетамол. Отряд участка колонии-поселения (УКП) располагался в ветхом деревянном здании с протекающей крышей, прогнившими стенами и полом. В спальных секциях было тесно, комнаты воспитательной работы не было, в связи с чем истец был лишен возможности полезной деятельности и проведения досуга. В санузле УКП имелось 4 металлические раковины и 3 унитаза, водопровод только с холодной водой, в санузле сырость, плесень, грибок, прогнившие и провалившиеся полы. Горячей воды из нагревателя не хватало на всех осужденных. В комнате приема пищи сырость и плесень. Комната не вмещала всех осужденных, имелось 2 стола, один электрический чайник и одна электроплита. Пищу доставляли в бачках из колонии всегда холодной, ее качество было таким же неудовлетворительным. В помещениях отряда УКП антисанитария, сырость, плесень, грибок, насекомые и мыши. Зимой в помещениях стены промерзали, температурный режим не соблюдался. Вентиляция отсутствовала. В туалете постоянно висел табачный дым. Освещение было тусклым и недостаточным, дневного света остро не хватало, окна в отряде были очень маленькими и частично заклеены в целях утепления помещений. Баня предоставлялась один раз в неделю, на 30-48 осужденных в бане было только 2 лейки. 1 августа 2021 г. баня на участке колонии-поселения тоже сгорела, после чего помывка стала возможной только в душевой. Баня-санпропускник и прачечная в отряде УКП отсутствовали. Медицинское обеспечение было ненадлежащим. Сотрудники медчасти ИК-** не обслуживали осужденных отряда УКП. За медицинской помощью осужденные обращались в фельдшерско-акушерский пункт поселка Половинка, в который не всегда удавалось попасть из-за недостаточности сотрудников сопровождения. Прогулочный дворик в виде полоски земли без какого-либо покрытия шириной 2-4 метра вокруг здания общежития, огороженной по периметру высоким глухим деревянным забором. Не обеспечена защита от воздействия табачного дыма из места для курения. Рецидивисты постоянно передвигались, содержались и трудились совместно с лицами, ранее не отбывавшими наказание в виде лишения свободы, здоровые осужденные содержались совместно с имеющими инфекционные и вирусные заболевания. По требованию администрации учреждения носил на одежде нагрудный знак, содержащий больше сведений о личных данных осужденного, чем предусмотрено правилами: дату рождения, статью УК РФ, даты начала и конца срока отбывания наказания.

Определением суда от 14 апреля 2023 г. к участию в деле в качестве заинтересованных лиц привлечены ФКУЗ «МСЧ -59 ФСИН» г. Чусовой, ФКУЗ МСЧ-59 ФСИН России по Пермскому краю (том 1 л.д. 1).

Решением Чердынского районного суда Пермского края от 25 мая 2023 г. исковые требования ФИО1 удовлетворены частично. Признано незаконным бездействие ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю по обеспечению надлежащих условий содержания осужденного в исправительном учреждении. В пользу ФИО1 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний за счет казны Российской Федерации взыскана компенсация за нарушение условий содержания в исправительном учреждении в размере 80000 руб., судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 10000 руб., расходы на оплату государственной пошлины 300 руб. В удовлетворении исковых требований в остальной части отказано.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит решение суда первой инстанции изменить, увеличить размер компенсации и полностью возместить судебные расходы. Указывает, что размер компенсации не соответствует количеству и характеру нарушений, длительности пребывания ФИО1 в ненадлежащих условиях содержания, не обеспечивает эффективность правовой защиты, не соответствует сложившейся судебной практике по аналогичным делам, практике Европейского суда по правам человека. Считает, что судом необоснованно отклонены его доводы о нарушении нормы жилой площади в отряде № 3 в периоды с 2016 года по 25 января 2018 г. и с 25 октября 2018 г. по 12 ноября 2018 г. Наличие нарушения нормы жилой площади в 2017 году подтверждается представлением прокурора. Наличие грибка и плесени в помещениях отрядов подтверждается представлением прокурора от 12 мая 2017 г. Представлением прокурора от 18 марта 2022 г. подтверждается неисправность отопительной системы и системы подогрева воды в общежитии колонии-поселения. Судом не учтено нарушение в 2018 году предельной численности отрядов (более 100 человек). Доказательства, представленные ответчиками, не заслуживают доверия. Сумма судебных расходов 15000 руб. соответствует объему работы, проделанной представителем, не оспаривалась ответчиками.

Административные ответчики ФСИН России, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю в апелляционной жалобе просят решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований в полном объеме, ссылаясь на то, что суд не установил факт причинения потерпевшему нравственных и физических страданий вследствие нарушения условий содержания, истцом доказательств в обоснование компенсации морального вреда не представлено. Полагают, что размер присужденной компенсации завышен и не отвечает требованиям разумности и справедливости. Не согласны с взысканием государственной пошлины, поскольку освобождены от ее уплаты в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.35 Налогового кодекса Российской Федерации.

В возражениях на апелляционную жалобу представитель административного истца ссылается на доказательства, подтверждающие факты установленных судом нарушений условий содержания ФИО1 в исправительном учреждении (т.3 л.д. 127-144).

Представитель административного истца ФИО2 в судебном заседании поддержал доводы апелляционной жалобы. Просит апелляционную жалобу административных ответчиков оставить без удовлетворения. Пояснил, что сумма компенсации занижена, просит ее увеличить. Также просит увеличить расходы на оплату услуг представителя. Доводы представителя административных ответчиков о пропуске срока исковой давности являются не состоятельными, поскольку иск подан в течении трех месяцев с момента освобождения истца из колонии.

Представитель административных ответчиков ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю, ГУФСИН России по Пермскому краю, ФСИН России ФИО3 в судебном заседании поддержала доводы апелляционной жалобы. Пояснила, что истцом пропущен срок исковой давности. Истец, находясь в исправительном учреждении, не лишался права для ведения административной переписки в период с 2019 по 2023 годы. ФИО1 не выходил с иском в установленном порядке. Сумма компенсации не подлежит увеличению, просит ее уменьшить, учитывая судебную практику. Также не согласна с тем, что сумма на услуги представителя должна быть увеличена. Просит апелляционную жалобу административного истца оставить без удовлетворения.

Административный истец ФИО1 в судебное заседание не явился, направил в суд письменное заявление о рассмотрении дела без его участия, с участием его представителя. Поддержал доводы своей апелляционной жалобы и письменные возражения на апелляционную жалобу административных ответчиков. Просит апелляционную жалобу административных ответчиков оставить без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом.

На основании части 2 статьи 150 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия считает возможным рассмотреть административное дело в отсутствие неявившихся лиц.

Исследовав материалы административного дела, выслушав представителя административного истца, представителя административных ответчиков, обсудив доводы апелляционных жалоб, возражений на апелляционную жалобу административных ответчиков, судебная коллегия приходит к следующему.

Положения части 1 статьи 218 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предоставляют гражданину право обратиться в суд с требованиями об оспаривании действий (бездействия) органа государственной власти, иного органа, организации, наделенных отдельными государственными или иными публичными полномочиями, должностного лица, если он полагает, что нарушены его права, свободы и законные интересы, созданы препятствия к осуществлению прав, свобод и реализации законных интересов.

Из содержания подпункта 6 пункта 3 Положения о Федеральной службе исполнения наказаний, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от 13 октября 2004 г. № 1314, следует, что задачей ФСИН России является создание осужденным и лицам, содержащимся под стражей, условий содержания, соответствующих нормам международного права, положениям международных договоров Российской Федерации и федеральных законов.

Частью 1 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Суд первой инстанции, разрешая доводы административных ответчиков о пропуске административным истцом срока для обращения в суд, пришел к выводу о том, что такой срок не пропущен.

Часть 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации предусматривает, что административное исковое заявление может быть подано в суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации, иному лицу стало известно о нарушении их прав, свобод и законных интересов.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47, проверяя соблюдение предусмотренного частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячного срока для обращения в суд, судам необходимо исходить из того, что нарушение условий содержания лишенных свободы лиц может носить длящийся характер, следовательно, административное исковое заявление о признании незаконными бездействия органа или учреждения, должностного лица, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, может быть подано в течение всего срока, в рамках которого у органа или учреждения, должностного лица сохраняется обязанность совершить определенное действие, а также в течение трех месяцев после прекращения такой обязанности.

Согласно справке № ** от 27 января 2023 г. ФИО1 содержался в местах лишения свободы с 20 июля 2014 г. по 27 января 2023 г. (т. 1 л.д. 14). Исковое заявление направлено в суд первой инстанции 4 апреля 2023 г. (т. 1 л.д. 31), в установленный частью 1 статьи 219 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации трехмесячный срок.

Учитывая изложенное, вопреки доводам апелляционной жалобы административных ответчиков, суд верно пришел к выводу о том, что административным истцом срок на обращение в суд с данным административным исковым заявлением не пропущен.

В пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что условия содержания лишенных свободы лиц должны соответствовать требованиям, установленным законом, с учетом режима места принудительного содержания, поэтому существенные отклонения от таких требований могут рассматриваться в качестве нарушений указанных условий.

Так, судам необходимо учитывать, что о наличии нарушений условий содержания лишенных свободы лиц могут свидетельствовать, например, переполненность камер (помещений), невозможность свободного перемещения между предметами мебели, отсутствие индивидуального спального места, естественного освещения либо искусственного освещения, достаточного для чтения, отсутствие либо недостаточность вентиляции, отопления, отсутствие либо непредоставление возможности пребывания на открытом воздухе, затрудненный доступ к местам общего пользования, соответствующим режиму мест принудительного содержания, в том числе к санитарным помещениям, отсутствие достаточной приватности таких мест, не обусловленное целями безопасности, невозможность поддержания удовлетворительной степени личной гигиены, нарушение требований к микроклимату помещений, качеству воздуха, еды, питьевой воды, защиты лишенных свободы лиц от шума и вибрации.

Судебная коллегия приходит к выводу, что судом первой инстанции правильно установлено несоответствие условий содержания ФИО1 обязательным требованиям к условиям содержания лиц лишенных свободы, в связи с чем удовлетворены заявленные требования.

Суд первой инстанции пришел к выводу о том, что доводы ФИО1 о ненадлежащих условиях содержания в помещениях отрядов исправительного учреждения, а также в отряде участка колонии-поселения ИК-**, частично нашли подтверждение.

Судебная коллегия соглашается с выводами суд первой инстанции.

Из материалов дела следует, что в ФКУ ИК-** ОУХД ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО1 прибыл 23 ноября 2016 г., 6 декабря 2016 г. закреплен за отрядом № **, ** ноября 2018 г. – переведен в отряд № **, 26 мая 2020 г. переведен на участок колонии-поселения, 27 января 2023 г. освобожден по отбытии срока наказания (т. 2 л.д. 34, 36). Согласно справке ИК-** от 27 апреля 2023 г. обращений ФИО1 к психологам с подавленным состоянием не имелось (т. 2 л.д. 35).

В исковом заявлении истец указывает в качестве ненадлежащих условий своего содержания то, что отряды № ** и № ** располагались на вторых этажах зданий, подниматься в отряд № ** приходилось по уличной металлической лестнице, которая в зимнее время года была обледенелой, поэтому осужденные на лестнице неоднократно падали, получая ушибы и травмы.

Проверяя доводы в данной части требований, суд пришел к выводу, что они не свидетельствует о существенном нарушении прав осужденного, поскольку сведений о получении им травм, телесных повреждений либо иного вреда здоровью в период отбывания наказания не представлено, равно как и сведений о невозможности либо наличия затруднений для подъема на второй этаж по лестнице.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции об отсутствии нарушений условий содержания необходимостью подниматься в помещение отряда по лестнице на второй этаж. Доводы истца в указанной части не свидетельствуют о наличии нарушения его прав.

В исковом заявлении истец ссылается на недостаточность жилой площади отряда № **, отряда № **. Часть осужденных вынуждено размещали в нежилых помещениях и на путях эвакуации (в комнате воспитательной работы, сушилке, коридорах). Тумбочек, табуретов, а также мест в комнате хранения вещей на всех не хватало. В спальных секциях отряда участка колонии поселения ИК-** было тесно, они были заставлены одноярусными и двухъярусными кроватями.

Проверяя доводы административного истца в указной части, суд первой инстанции пришел к выводу, что в период отбывания наказания ФИО1 в отряде № ** нашел подтверждение факт превышения наполняемости в помещении в период с 25 января 2018 г. по 25 октября 2018 г. При установленном превышении лимита количества мест осужденных лиц в ИК-** не могли надлежащим образом обеспечиваться и иные нормы по надлежащему обеспечению осужденных в материально-бытовом инвентаре (прикроватные тумбочки, табуреты, иная мебель), из-за ограниченной площади помещений отрядов, а также умывальников, унитазов и иного санитарно-технического оборудования. Сведений о помещении административного истца для сна в комнате воспитательной работы, сушилке, коридоре не представлено.

Отклоняя доводы истца о несоответствии жилой площади в отряде № ** и отряде участка колонии поселения ИК-**, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что с ноября 2018 г. по 23 января 2023 г. доводы своего подтверждения не нашли, равно как о нарушении норм по надлежащему обеспечению осужденных материально-бытовым инвентарем.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции на основании следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации норма жилой площади в расчете на одного осужденного к лишению свободы в исправительных колониях не может быть менее двух квадратных метров.

Согласно справке о наполняемости отрядов № **, **, участка колонии поселения (т. 1 л.д. 171), в отряде № ** с 25 января 2018 г. по 25 октября 2018 г. имелось постоянное превышение лимита осужденных 66 человек; в отряде № ** с 25 ноября 2018 г. по 25 мая 2020 г. превышения лимита 130 человек не допускалось; на участке колонии поселения с 25 июня 2020 г. по 25 июля 2021 г. превышения лимита 53 человека не допускалось.

Вместе с тем, представлением заместителя прокуратура Пермского края от 28 марта 2018 г. подтверждается, что по состоянию на 14 марта 2018 г. в ИК-** содержалось 668 осужденных при лимите наполнения учреждения 572 осужденных (лимит с УКП 602 осужденных), что нарушает права осужденных на надлежащие материально-бытовые условия содержания (т. 1 л.д. 129).

Согласно справке о результатах проверки состояния законности в ИК-** от 23 апреля 2018 г., проведенной 18 апреля 2018 г. заместителем прокурора Пермского края, на день проверки в исправительном учреждении при лимите наполнения колонии в 602 человека фактически содержалось 728 осужденных. Предыдущие проверки проведены в мае 2017 г., в марте 2018 г., по результатам которых были внесены представления. Вместе с тем после вынесения актов прокурорского реагирования нарушения уголовно-исполнительного законодательства ГУФСИН устранены не были. Обход территории показал, что созданные для осужденных жилищно-бытовые условия не отвечают в полной мере предъявляемым законодательством требованиям: осужденные не обеспечены жилой площадью по 2 кв.м на каждого; спальные места осужденных размещены в бытовых и вспомогательных помещениях отрядов, в коридорах и проходах, на путях эвакуации. Осужденные не обеспечены тумбочками и табуретами, так как их некуда ставить из-за ограниченной площади помещений отрядов. Количество умывальников и унитазов, установленных в санитарных узлах общежитий отрядов ИК-**, также не соответствует количеству осужденных, проживающих в них. Так, в отряде № ** на 160 осужденных установлено 14 умывальников и 9 исправных унитазов, 1 унитаз на момент проверки сломан. В нарушение установленных статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации санитарно-гигиенических требований стены и оконные проемы в спальных помещениях отряда № ** и отряда карантин поражены грибком (т. 1 л.д. 131-133).

Согласно представлению от 20 июля 2018 г. заместителя Генерального прокурора Российской Федерации, внесенному директору ФСИН России, в ходе проведенных прокуратурой Пермского края проверок установлено, что в марте 2018 г. в ИК-** при лимите наполнения 572 места фактически содержалось 668 осужденных (114 %), жилая площадь на одного осужденного составляла 1,84 кв.м. По состоянию на 18 апреля 2018 г. отбывало наказание 716 осужденных (120 %), жилая площадь на каждого из которых составляла 1,71 кв.м. Часть спальных мест для осужденных оборудованы не в жилых помещениях отрядов, а в бытовых и вспомогательных помещениях, коридорах и проходах, на путях эвакуации. По состоянию на 31 мая 2018 г. в колонии содержалось 742 осужденных (123 %), жилая площадь на одного составляла 1,65 кв.м. Проведенной в июне текущего года Кизеловской прокуратурой по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях Пермского края проверкой имевшие место нарушения уголовно-исполнительного законодательства вновь подтвердились. По состоянию на 1 июля 2018 г. в ИК-** отбывали наказание 754 осужденных (124 %), жилая площадь на одного осужденного составляла 1,63 кв.м. По состоянию на 18 июля 2018 г. в колонии содержалось 722 осужденных (т. 1 л.д. 135-136).

Согласно ответу директора ФСИН России от 21 августа 2018 г. по состоянию на 1 января 2018 г. количество лиц, содержащихся в ИК-**, составило 508 осужденных, по состоянию на 1 марта 2018 г. численность осужденных увеличилась до 622 человек, к 1 апреля 2018 г. количество лиц, содержащихся в Учреждении, составило 674 человека, в связи с чем решениями ФСИН России от 28 апреля 2018 г. прекращено направление в ИК-** осужденных из части регионов. По состоянию на 1 июля 2018 г. количество лиц, содержащихся в ИК-**, составило 754 человека. Мероприятия по переводу осужденных в другие субъекты планируется завершить до 1 октября 2018 г. (т. 1 л.д. 137-139).

Судебная коллегия находит верными выводы суда первой инстанции о нарушении норм жилой площади в отряде № 3 ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю в период с 25 января 2018 г. по 25 октября 2018 г.

Однако, из ответа директора ФСИН России от 21 августа 2018 г. (т. 1 л.д. 137-139) следует, что по состоянию на 1 января 2018 г. количество лиц, содержащихся в ИК-**, составило 508 человек, что соответствует лимиту наполнения учреждения 572 места.

Прокурорскими проверками перенаполнение исправительного учреждения зафиксировано с марта 2018 года.

Не может быть принят во внимание судебной коллегии приобщенный к исковому заявлению ответ от 1 февраля 2017 г. № 33ж-2017 заместителя прокурора на обращение по вопросу материально-бытового обеспечения осужденных (т. 1 л.д. 17), поскольку проверка проводилась в декабре 2016 г. в отряде № **, тогда как с 6 декабря 2016 г. по 11 ноября 2018 г. ФИО1 содержался в отряде № **.

В связи с изложенным, доводы апелляционной жалобы о нарушении норматива жилой площади в отряде № ** в периоды с 2016 года по 25 января 2018 г. опровергаются исследованными доказательствами и в удовлетворении требований ФИО1 в этой части судом первой инстанции обоснованно отказано.

Вместе с тем, доказательств соблюдения норматива жилой площади в отряде № ** в период с 26 октября 2018 г. по 11 ноября 2018 г. (до момента перевода ФИО1 в отряд № 1) административными ответчиками суду не представлено. Отсутствие сведений о наполнении отряда в справке ИК-** не может служить доказательством отсутствия нарушения прав ФИО1, поскольку не содержит необходимой информации, опровергающей доводы осужденного.

В связи с изложенным, судебная коллегия находит обоснованными требования ФИО1 о нарушении условий его содержания в связи с переполненностью помещений отряда № ** в период с 25 января 2018 г. по 11 ноября 2018 г.

Доводов о превышении предельной численности отрядов (более 100 человек) административный истец в обоснование требований не заявлял. Учитывая, что количество мест в отрядах определено администрацией учреждения в соответствии с нормативом жилой площади, факт превышения предельной численности отрядов права административного истца на надлежащие условия содержания не нарушает.

В исковом заявлении истец указывает в качестве ненадлежащих условий своего содержания то, что комнаты, предназначенные для приема пищи в отрядах, были небольшого размера, питаться приходилось по очереди, обычно стоя; приходилось принимать пищу в коридорах, присев на корточки; в комнатах приема пищи было лишь по 2 небольших холодильника и одному электрическому чайнику; комната приема пищи в отряде на участке колонии поселения была небольшой, оборудована одним электрическим чайником и одной электроплитой.

Согласно пункту 31 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, при отсутствии в камере водонагревательных приборов либо горячей водопроводной воды горячая вода для стирки и гигиенических целей и кипяченая вода для питья выдаются ежедневно в установленное распорядком дня подозреваемых и обвиняемых время с учетом их потребности.

В силу пункта 59 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений прием осужденными к лишению свободы пищи производится в часы, установленные их распорядком дня, поотрядно в столовой ИУ. Столовая в ВК оборудуется 4 - 6-местными столами.

В соответствии с пунктом 73 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений столовая посуда и столовые приборы, установленные нормами обеспечения учреждений УИС техникой, продукцией общехозяйственного назначения и имуществом продовольственной службы, выдаются осужденным к лишению свободы в пользование только на время приема пищи, определенное распорядком дня осужденных к лишению свободы (распорядком дня осужденных к лишению свободы, содержащихся в ДИЗО, ШИЗО, ПКТ, ЕПКТ и в одиночных камерах).

Норма № 1 приложения № 1 к Приказу ФСИН России от 4 июля 2018 г. № 570 "Об утверждении норм и порядка обеспечения учреждений уголовно-исполнительной системы техникой, продукцией общехозяйственного назначения и имуществом продовольственной службы" предусматривает один алюминиевый чайник объемом 5 л на 10 человек (пункт 20).

Разрешая требования в данной части, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что доводы административного истца о нарушении его права на прием пищи, на получение кипятка во время приема пищи, на предоставление холодных блюд, о приеме пищи в коридоре, сидя на корточках, не нашли своего подтверждения. С жалобами к администрации исправительного учреждения и к надзирающему прокурору на указанные нарушения ФИО1 не обращался, в связи с чем нарушения не были зафиксированы объективными доказательствами. Сами по себе перечисленные выше доводы административного истца о недостаточном оснащении комнат приема пищи сведений о нарушении условий содержания не содержат.

В исковом заявлении истец указывает, что в санузле отряда № ** на всех осужденных имелось 4 металлических раковины и 4 напольных чаши «Генуя», унитазы и писсуары отсутствовали, кабинки не были полностью изолированными (высота перегородок ~1 метр), аналогичная ситуация была и в других отрядах, при этом истец ссылается на представление прокурора от 25 декабря 2017 г., в котором указано на нарушение обеспеченности санитарным оборудованием отрядов.

Рассматривая доводы истца о том, что количество унитазов и умывальников, установленных в санитарных узлах общежитий отрядов, не соответствовало количеству осужденных, проживающих в них, суд пришел к выводу что доводы не нашли своего подтверждения. Суд установил, что выявленные в 2016-2018 годах нарушения не относились к отряду № 3, где отбывал наказание ФИО1 до 12 ноября 2018 г.

Ссылки административного истца на устаревание сантехнического оборудования, отсутствие приватности, низкую комфортность пребывания, обоснованно отнесены судом к субъективной неудовлетворенности ФИО1 условиями содержания, не основанной на требованиях нормативно-правовых актов, что не может свидетельствовать о допущенных нарушениях со стороны ответчиков.

Приказом ФСИН России от 27 июля 2006 г. № 512 "Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, инвентаря, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" утверждены нормы обеспечения мебелью, инвентарем, оборудованием и предметами хозяйственного обихода для учреждений, исполняющих уголовные наказания в виде лишения свободы, и следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы. Согласно указанному приказу для учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы 1 умывальник рассчитан на 10 человек.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 2 июня 2006 г. № 130-дсп утверждена Инструкция по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции РФ (СП 17-02 Минюста России), в соответствии с которой расчет унитазов производился с учетом 1 единица на 15 осужденных.

Из представления, внесенного заместителем прокурора по Пермскому краю начальнику ГУФСИН по Пермскому краю 15 декабря 2016 г., следует, что в учреждении не соблюдаются установленные статьей 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации и приказом ФСИН России от 27 июля 2006 г. № 512 «Об утверждении номенклатуры, норм обеспечения и сроков эксплуатации мебели, оборудования и предметов хозяйственного обихода (имущества) для учреждений, исполняющих наказание в виде лишения свободы, следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы» нормы обеспеченности осужденных санитарным оборудованием, мебелью, инвентарем и вспомогательными помещениями (т. 1 л.д. 115). Однако, в данном представлении не указано о нарушении норм обеспеченности осужденных санитарным оборудование отряда № **.

Вместе с тем, из представления, внесенного начальнику ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (исх. дата 25 декабря 2017 г.), следует, что в ходе проверки выявлены нарушения уголовно-исполнительного законодательства, в частности, количество умывальников и унитазов, установленных в санитарных узлах общежитий, не соответствуют количеству осужденных, проживающих в отрядах. Так, в отряде № ** на 120 человек установлено 14 умывальников и 9 исправных унитазов, 1 унитаз на момент проверки сломан; в отряде № ** на 116 осужденных 10 умывальников и 6 унитазов; в отряде № ** на 79 осужденных установлено 8 умывальников и 7 унитазов. В отряде № ** на 76 осужденных 8 умывальников и 6 унитазов; в отряде № ** на 79 человек 8 умывальников и 6 унитазов. Указанные в представлении нарушения нарушают права осужденных на надлежащие условия содержания (т. 1 л.д. 125-126).

Доказательств устранения вывяленных прокурором нарушений условий содержания в отряде № ** административными ответчиками суду первой инстанции не представлено.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы истца в части нарушений обеспечения санитарным оборудованием отряда № ** в 2017-2018 годах являются обоснованными.

ФИО1 в исковом заявлении указывает в качестве ненадлежащих условий своего содержания то, что горячая вода в отрядах отсутствовала, умываться, бриться, чистить зубы, стирать одежду и мыть посуду всегда приходилось только в холодной воде. Горячая вода на участке колонии поселения была только из нагревателя (бойлера) объемом 50 литров, которого не хватало на осужденных.

Согласно пункту 20.1 Инструкции по проектированию исправительных и специализированных учреждений уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, утвержденной приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 2 июня 2003 г. № 130-ДСП (признанной утратившей силу Приказом Минюста России от 22 октября 2018 г. № 217-дсп), здания исправительных учреждений должны быть оборудованы хозяйственно-питьевым и противопожарным водопроводом, горячим водоснабжением, канализацией и водостоками согласно требованиям, в том числе СНиП 2.04.01-85 "Внутренний водопровод и канализация зданий". Подводку холодной и горячей воды в жилой (режимной, лечебной) зоне следует предусматривать, в том числе к умывальникам и душевым установкам во всех зданиях (пункт 20.5 Инструкции).

В силу пунктов 19.2.1 и 19.2.5 Свода Правил 308.1325800.2017 "Исправительные учреждения и центры уголовно-исполнительной системы. Правила проектирования", утвержденного приказом Министерства строительства и жилищно-коммунального хозяйства Российской Федерации от 20 октября 2017 г. N 1454/пр., здания исправительных учреждений должны быть оборудованы горячим водоснабжением согласно требованиям СП 30.13330, СП 31.13330, СП 32.13330, СП 118.13330, а также действующим нормативным документам. Подводку горячей воды следует предусматривать к санитарным приборам, требующим обеспечения горячей водой (умывальникам, раковинам, мойкам (ваннам), душевым сеткам и т.п.).

Разрешая требования в данной части, суд первой инстанции пришел к выводу, что ссылка ФИО1 на отсутствие в отрядах, где он содержался, горячего водоснабжения не свидетельствует о допущенных нарушениях со стороны административных ответчиков, поскольку из технических паспортов зданий отрядов установлено, что в помещениях отрядов предусмотрено горячее водоснабжение - бойлеры, в отрядах установлены электрические нагревательные приборы для воды, которые использовались осужденными без ограничений. Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В административном исковом заявлении истец указал, что санитарное состояние отрядов было ненадлежащим. Отряды были сырыми и грязными, во всех помещениях водились мыши, тараканы, клопы, мокрицы, пауки, жуки и иные насекомые, на стенах и потолке во многих местах имелся налет из плесени и грибка, в том числе в спальных секциях. Помещения ни разу не дезинфицировались. Санитарное состояние помещений отряда участка колонии поселения также было ужасным: антисанитария, сырость, повсеместно плесень, грибок, тараканы, пауки, мыши.

Разрешая требования в данной части, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что данные доводы не нашли своего подтверждения, доказательств в обоснование своих доводов истцом не приведено.

В соответствии с частью 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

Абзацем двенадцатым пункта 16 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Минюста России от 16 декабря 2016 г. № 295 (действовавших до 4 июля 2022 г.), установлена обязанность осужденного содержать в чистоте и опрятности жилые помещения, спальные и рабочие места.

Суд установил, что факта нехватки инвентаря и расходных материалов в учреждении не зафиксировано, жалоб от осужденных не поступало, и в результате прокурорских проверок не выявлено. Учреждением ежегодно заключаются договоры на проведение санитарно-профилактических мероприятий, мероприятия по дезинсекции и дератизации проводятся регулярно.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В письменных дополнениях к апелляционной жалобе истец ссылается на представление прокурора в адрес начальника ГУФСИН России по Пермскому краю от 15 декабря 2016 г., в котором указано на нарушение установленных статьей 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации санитарно-гигиенических требований, а именно стены и потолки в спальных и вспомогательных помещениях отрядов № 1, 2, 5 поражены грибком. Помещения отрядов нуждаются в проведении ремонта (т. 1 л.д. 104).

Судебная коллегия не принимает во внимание указанное представление прокурора, поскольку в 2016 году истец находился в отряде № **, тогда как нарушения были установлены в отрядах № 1, 2 и 5.

Вместе с тем, административными ответчиками не представлено доказательств устранения данного нарушения в отряде № ** на момент помещения в него ФИО1 В связи с этим имеются основания для признания ненадлежащими условий содержания ФИО1 в отряде № ** в период с 12 ноября 2018 г. по 25 мая 2020 г. в части наличия грибка на стенах и потолках в спальных и вспомогательных помещениях.

В остальной части судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что доводы истца о ненадлежащем санитарном состоянии отрядов исправительной колонии и отряда участка колонии поселения не нашли подтверждения материалами дела.

В исковом заявлении ФИО1 ссылался на недостаточное отопление в отрядах, несоблюдение температурного режима.

Проверяя данные доводы, суд первой инстанции пришел к выводу, что температурный режим должным образом не поддерживался, батареи системы отопления были холодными.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда.

Из представления, внесенного заместителем прокурора по Пермскому краю начальнику ГУФСИН по Пермскому краю 15 декабря 2016 г., следует, что в ходе проверки законности в деятельности ФКУ ИК-** ГУФСИН России выявлен ряд нарушений законодательства, а именно: во всех помещениях должным образом не поддерживается температурный режим. Батареи системы отопления холодные. При проверке котельной, обеспечивающей теплом всю территорию колонии, установлено, что из четырех установленных котлов в рабочем состоянии только два. Температура теплоносителя не соответствует предусмотренным нормативам. При температуре окружающего воздуха минус 30 С градусов по Цельсию в день проверки данный показатель составлял 29 и 32 градуса соответственно, что явно недостаточно. Запас дров отсутствует (т. 1 л.д. 115).

В представлении, внесенном 12 мая 2017 г. заместителем прокурора по Пермскому краю на имя врио начальника ГУФСИН по Пермскому краю, указано также на то, что ранее выявленные нарушения законодательства, указанные в представлении от 15 декабря 2016 г., не устранены (т. 1 л.д. 122-123).

Из докладной записки старшего прокурора по надзору за соблюдением законов при исполнении уголовных наказаний Пермского края на имя прокурора Пермского края от 12 мая 2017 г. следует, что ранее выявленные нарушения законодательства, указанные в представлении от 15 декабря 2016 г., в ИК-** не устранены. Жилищно-бытовые условия в ИК-** не отвечают в полной мере предъявляемым законодательством требованиям. А именно, оконные проемы и углы в помещениях для проведения длительных свиданий, стены и потолки в спальных и вспомогательных помещениях отрядов № 1-5, а также камеры запираемых помещений нуждаются в проведении ремонта; не соблюдаются нормы обеспеченности осужденных санитарным оборудованием, мебелью, инвентарем и вспомогательными помещениями (т. 1 л.д. 118-120).

Из представления, внесенного начальнику ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 18 марта 2022 г., следует, что на участке колонии-поселения в декабре 2021 г. элементы, преобразующие электрическую энергию в тепловую, в отопительной системе и системе подогрева воды в общежитиях участка колонии-поселения приведены неисправное состояние (т. 1 л.д. 216).

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции, что температурный режим в отрядах и на участке колонии поселения должным образом не соблюдался.

Административный истец ссылается на недостаточное освещение в отрядах и на участке колонии поселения. Искусственное освещение было тусклым. Окна в отряде участка колонии поселения слишком маленькие и частично заклеены в целях утепления помещений.

Суд первой инстанции, разрешая данные доводы, пришел к выводу, что фактов, свидетельствующих о нарушении освещенности помещений, нарушающих условия содержания осужденного ФИО1, не установлено.

Из материалов дела следует, что в отрядах установлены лампы, обеспечивающие достаточное освещение. Из справки ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю следует, что спальное помещение отряда № ** оборудовано 17 плафонами по 1 лампе, коридор - 3 плафона по 4 лампы, комната для приема пищи - 3 плафона по 1 лампе (т. 2 л.д. 1).

Спальное помещение отряда № ** оборудовано 12 плафонами по 1 лампе в них, ночное освещение 2 лампы; коридор – 4 плафона светодиодные (т. 2 л.д. 3).

Из копии технического паспорта следует, что помещение отряда № ** оборудовано двенадцатью оконными проемами, что достаточно для проникновения солнечного света. Препятствий для проветривания помещений, а также для доступа дневного света в камеры не имеется (т. 2 л.д.7-8).

Судебная коллегия приходит к выводу, что доводы истца о недостаточности естественного и искусственного освещения опровергаются материалами дела.

В исковом заявлении истец указывает, что вентиляция осуществлялась посредством редкого проветривания помещений. Кроме того, многие осужденные курили в туалете, из-за чего в нем постоянно висела плотная пелена едкого табачного дыма. А также отсутствие системы принудительной вентиляции в отряде участка колонии поселения.

Разрешая требования в данной части, суд первой инстанции пришел к выводу, что вентиляция помещений осуществляется через окна и регулируется осужденными самостоятельно, путем открывания и закрывания форточек.

Суд установил, что помещения отрядов оборудованы системой приточно-вытяжной вентиляции. Фактов, свидетельствующих о нарушении режима проветривания, наличия в отрядах запах дыма и сигарет не установлено.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Места для курения установлены внутренними приказами (т. 2 л.д. 14, 16).

Из справки ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю следует, что в отряде № ** вентиляция осуществляется как естественным путем проветривания через оконные блоки с форточками, так и с помощью приточно - вытяжной вентиляции шахтного типа (т. 2 л.д. 1); в отряде № ** в спальном помещении имеется принудительная вентиляция - 2 шт., а также естественная вентиляция – 1 шт., в сушильном помещении принудительная вентиляция – 1 шт. в помещении туалета имеется форточный вентилятор – 1 шт. (т. 2 л.д. 4).

В связи с этим доводы ФИО1 об отсутствии достаточной вентиляции в отрядах, судебной коллегией отклоняются.

Заявляя о нарушении условий содержания в исправительном учреждении, ФИО1 ссылается на то, что условия для прогулки на свежем воздухе были неудовлетворительными.

Рассматривая доводы в указанной части, суд первой инстанции установил, что пребывая в учреждении, истец не был лишен права, и ему предоставлялась возможность пребывания регулярно на открытом воздухе; локальные участки имеют достаточную площадь для прогулок и содержится в надлежащем состоянии, и пришел к обоснованному выводу, что фактов, свидетельствующих о нарушении режима прогулок в отношении ФИО1, не установлено.

В исковом заявлении истец указал, что при организации питания в ИК-** допускались многочисленные нарушения санитарных норм и правил.

Рассматривая доводы истца о том, что питание в отрядах было скудным, недостаточным и единообразным, фрукты и свежие овощи не давали, продукты были гнилыми, пища была плохого качества, суд пришел к выводу, что они опровергаются достаточной совокупностью исследованных судом доказательств.

Суд установил, что сведений о наличии в готовых блюдах камней, червей, личинок, насекомых, в крупах – прелого запаха в материалах дела не имеется. Факт работы осужденных в столовых без санитарных книжек, в отсутствие сведений того, что данный факт повлек ухудшение состояния здоровья истца, свидетельствует о нарушении организации правил питания в исправительном учреждении, но не указывает на существенное нарушение прав ФИО1

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В силу части 3 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации администрация исправительных учреждений несет ответственность за выполнение установленных санитарно-гигиенических и противоэпидемических требований, обеспечивающих охрану здоровья осужденных.

В протоколе (акте) санитарно-эпидемиологического обследования столовой и хлебопекарни ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю от 26 февраля 2019 г., составленном врачом по гигиене питания Восточного филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Пермском крае», отражено, что проба компота не соответствует требованиям Технического регламента Таможенного союза 021/2011 «О безопасности пищевой продукции» прил. 2 по показателю КМАФАнМ (количество мезофильных аэробных и факультативных анаэробных микробов), по выполнению раскладки не соответствуют требованиям технологических карт по показателям: белки+углеводы, жир, сухие вещества, калорийность. Столовая ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю не соответствует п. 6.2, 6.16, 13.1 СП 2.3.6.1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья», Прил.2 Технического регламента Таможенного союза 021/2011 «О безопасности пищевой продукции» (т. 1 л.д. 187).

В протоколе (акте) санитарно-эпидемиологического обследования от 20 мая 2020 г., составленном врачом по коммунальной гигиене Восточного филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Пермском крае», сделан вывод, что столовая, баня, прачечная, магазин ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю не соответствует п. 3.3, 6.2, 6.16, 5.5, 5.16, 5.1, 4.7, 5.13, 8.19, 5.15, 6.21, 4.5, 14.3, 13.1, 13.3, 4.1 СП 2.3.6.1079-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации общественного питания, изготовлению и оборотоспособности в них пищевых продуктов и продовольственного сырья»; п.3.12, 2.5 СанПиН 2.1.2.3150-13 «Санитарно-эпидемиологические требования к размещению, устройству, оборудованию, содержанию и режиму работы бань и саун»; п. 8.18, 3.1, 3.9, 13.3, 4.2, 5.6, 7.6, 7.7, 8.24 СП 2.3.6.1066-01 «Санитарно-эпидемиологические требования к организации торговли и обороту в них продовольственного сырья и пищевых продуктов»; п. 2.1, 2.3, 2.11 СанПиН 2.1.2.2646-10 «Санитарно-эпидемиологические требования к устройству, оборудованию, содержанию и режиму работы прачечных» (т. 1 л.д. 189-191).

Из представления, внесенного начальнику ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (исх. дата 20 марта 2019 г.), следует, что в ходе проверки выявлены нарушения законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии населения, а именно: мытье кухонной посуды производится в одной ванне; для мытья посуды установлена одна ванна бетонная, облицованная плиткой; ряд осужденных допущены к работе в столовой без обследования у врача-психиатра, врача-нарколога, ЛОРа, стоматолога; отсутствуют исследования кал на гельминты, крови на брюшной тиф, мазков из зева и носа на стафилококк. Также установлены нарушения допустимых пределов калорийности готовых блюд. Таким образом, администрацией колонии нарушены права осужденных на надлежащее материально-бытовое обеспечение (т. 1 л.д. 205).

Из представления, внесенного начальнику ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях (исх. дата 4 июня 2020 г.), следует, что в ходе проверки выявлены многочисленные нарушения санитарно-эпидемиологического благополучия населения в банно-прачечном комплексе, в помещении столовой, в помещении магазина. Выявлены нарушения при приготовлении готовых блюд для осужденных. Согласно ответу на данное представление от 08 июля 2020 г. администрацией учреждения все выявленные нарушения признаются, принимаются меры к их устранению (т. 1 л.д. 209-210).

Как следует из представления Кизеловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 2 июня 2022 г., внесенного в адрес начальника ИК-**, в ходе проверки выявлены нарушения требований уголовно-исполнительного законодательства и законодательства в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения в деятельности колонии, а именно: в организации питания осужденных, факты несоответствия готовых блюд технологическим картам, нарушения условий хранения продуктов, правил использования кухонных принадлежностей. Вышеуказанные обстоятельства влекут нарушение прав осужденных на надлежащие условия отбывания наказаний. Сотрудниками учреждения меры к устранению данных нарушений не применяются. Согласно ответу на данное представление от 24 июня 2022 г., администрацией учреждения все выявленные нарушения признаются, принимаются меры к их устранению (т. 1 л.д. 224).

Также имело место нарушение требований законодательства о санитарно-эпидемиологическом благополучии осужденных в столовой, не соблюдалась калорийность готовых блюд, готовые блюда не соответствовали технологическим картам, нарушались условия хранения продуктов и т.д. Данные нарушения были выявлены в результате проведенных проверок в 2019, 2020, 2022 годах, также в 2020, 2021, 2022 годах выявлено и соответствие установленным требованиям закона в результате лабораторных испытаний (т. 2 л.д. 19-32).

С учетом изложенного, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для признания незаконным бездействия ФКУ ИК-** ГУ ФСИН России по Пермскому краю по обеспечению надлежащих условий содержания ФИО1 в период с 2019 по 2022 годы в части организации питания осужденных.

В исковом заявлении истец ссылается на нарушение его права на личную гигиену (помывку). Указывает, что санитарно-гигиенические условия бани были ужасными (плесень, грибок), санобработка помещения ни разу не проводилась, перегородки отсутствовали.

Разрешая требования в данной части, суд пришел к выводу о нарушении прав ФИО1 на соблюдение санитарно-гигиенических норм, которое имело место в период с апреля по сентябрь 2019 г., и в последующем в колонии-поселении.

Суд установил, что в результате пожара в банно-прачечном комбинате произошло нарушение режима помывки осужденных и стирки белья.

Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 г. № 295 утверждены Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, зарегистрированные в Министерстве юстиции Российской Федерации 26 декабря 2016 г. № 44930 (действовавшие до 4 июля 2022 г., после указанной даты - Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений и Правил внутреннего распорядка исправительных центров уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Минюста России от 4 июля 2022 г. № 110).

Пунктом 15 Правил внутреннего распорядка, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 года № 295 установлено, что при осуществлении осужденными своих прав администрацией исправительного учреждения не должны нарушаться порядок и условия отбывания наказаний, а также ущемляться права и законные интересы осужденных.

В пункте 21 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденных приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 г. № 295 указано, что не менее двух раз в семь дней обеспечивается помывка осужденных с еженедельной сменой нательного и постельного белья. Помывка осужденных, содержащихся в штрафном изоляторе, помещениях камерного типа, единых помещениях камерного типа, транзитно-пересыльных пунктах, одиночных камерах производится в душевых, оборудованных в указанных помещениях, с обеспечением изоляции осужденных, содержащихся в разных камерах.

Из представления, внесенного начальнику ИК-** Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 25 февраля 2022 г., усматривается, что на участке колонии-поселения отсутствует баня-санпропускник и прачечная. Помывка осужденных осуществляется в одной душевой. Данные обстоятельства влекут нарушение прав осужденных на санитарно-эпидемиологическое благополучие (т. 1 л.д. 214).

Представлением прокуратуры Пермского края от 29 апреля 2022 г. в адрес начальника ГУФСИН России по Пермскому краю установлено, что УКП ИК-** не оборудовано баней-санпропускником и прачечной. Количество душевых не соответствует установленной норме, осужденным УКП не выдаются гигиенические наборы (т. 2 л.д. 60-62).

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о нарушении прав ФИО1 на соблюдение санитарно-гигиенических норм, которое имело место в период с апреля по сентябрь 2019 года, и в период содержания на участке колонии-поселения.

В исковом заявлении истец ссылался на то, что стирать вещи приходилось в холодной воде, так как горячего водоснабжения в отрядах никогда не было, прачечная в отряде участка колонии поселения отсутствовала, что вызывало большие неудобства для осужденных.

Проверяя данные доводы, суд первой инстанции пришел к выводу, что не установлено фактов, свидетельствующих о ненадлежащей стирке белья. Суд установил, что стирка белья происходила согласно графику в отрядах, где имеются бытовые стиральные машинки, что подтверждается справками ИК-**, накладными на приобретение стирального порошка, хозяйственного мыла.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В исковом заявлении истец указал, что магазин в ИК-** работал с многочисленными нарушениями: не оборудован туалетом и раковиной для мытья рук, отсутствовало водоснабжение и канализация, вентиляция, нарушались правила хранения продуктов, допускалась реализация продуктов с истекшим сроком годности.

Разрешая требования в указанной части, суд пришел к правильному выводу, что нарушения правил хранения продуктов в магазине, их реализации с истекшим сроком годности не нашли своего подтверждения. Данные факты какими-либо объективными доказательствами не зафиксированы, указание в представлении на нарушение санитарно-экологического благополучия в помещении магазина не подтверждает именно указанные доводы истца. Учитывая изложенное, суд первой инстанции обоснованно отклонил доводы истца в указанной части.

В исковом заявлении ФИО1 указал, что вопреки требованиям пункта 42 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений ежедневные длительные (до 40 минут) проверки проводились на открытом воздухе в любую погоду.

В соответствии с пунктами 39, 40, 42 Правил внутреннего распорядка исправительных учреждений (от 16 декабря 2016 г.) проверки наличия осужденных в исправительных учреждениях осуществляются ежедневно утром и вечером в часы, определенные распорядком дня. Одновременно проверяется внешний вид осужденных. Проверки наличия осужденных проводятся в установленном месте на общем построении путем количественного подсчета и пофамильной переклички. При проведении проверки после объявления фамилии осужденного администрацией исправительного учреждения осужденный называет свои имя и отчество. При неблагоприятных погодных условиях (дождь, снег, сильные порывы ветра, температура ниже минус 25 градусов по Цельсию) проверки наличия осужденных проводятся в помещении.

Проверяя доводы в данной части, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что они несостоятельны и опровергаются материалами дела.

Суд установил, что в учреждении в ненастную погоду (дождь, снег, при сильных порывах ветра, понижении температуры 25 градусов по Цельсию) утренняя физическая зарядка не проводится. Прокурорскими проверками наличия каких-либо нарушений действующего законодательства в указанной части не установлены и таких нарушений не установлено судом. Судебная коллегия находит указанные выводы суда первой инстанции правильными.

Проверяя доводы административного истца о неудовлетворительности материального обеспечения вещевым довольствием, суд пришел к выводу о наличии нарушений прав истца на обеспечение вещевым довольствием: не выдавались предметы одежды, нарушались сроки носки, установленные Приказом Минюста Российской Федерации от 3 декабря 2013 г. № 216 «Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах».

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Согласно части 2 статьи 99 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденным предоставляются индивидуальные спальные и постельные принадлежности. Они обеспечиваются одеждой по сезону с учетом пола и климатических условий, индивидуальными средствами гигиены (как минимум мылом, зубной щеткой, зубной пастой (зубным порошком), туалетной бумагой, одноразовыми бритвами (для мужчин), средствами личной гигиены (для женщин).

Из ведомости выдачи предметов вещевого довольствия следует, что ФИО1 выдавались 23 ноября 2016 г. следующие вещи в количестве 1 штуки за каждое наименование: телогрейка, куртка х/б, головной убор зимний, сапоги утепленные, рукавицы, матрац, одеяло, подушка, наволочка, ложка, а также простыни в количестве 2 шт.; 18 декабря 2016 г. выдавались: телогрейка, куртка х/б 2 шт., брюки х/б 2 пары, белье нательное зимнее 2 шт., майка 3 шт., трусы 2 шт., 1 головной убор зимний, 1 головной убор летний, ботинки, сапоги утепленные, рукавицы, 2 сорочки, 1 свитер, 1 полотенце банное, 2 полотенца; 14 октября 2017 г. - шаровары утепленные 1 пара, 2 простыни, 1 наволочка, 1 кружка; 16 марта 2018 г. - 2 полотенце 2 шт., 6 августа 2019 г. куртка х/б 2 шт., брюки х/б 2 шт., 12 сентября 2019 г. - 2 простыни, 1 наволочка (т. 1 л.д. 249).

31 января 2020 г. Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях внесено представление начальнику ИК-**, в котором указано, что в ходе проверки выявлены нарушения уголовно-исполнительного законодательства в части обеспечения осужденных одеждой по сезону. Осужденным, отбывающим наказание в ИК-**, не выдаются предметы одежды, а также нарушаются сроки носки, установленные Приказом Минюста России от 3 декабря 2013 г. № 216 «Об утверждении норм вещевого довольствия осужденных к лишению свободы и лиц, содержащихся в следственных изоляторах».

Таким образом, доводы ФИО1 о нарушении администрацией ИК-37 права осужденного на обеспечение вещевым довольствием нашли подтверждение. Согласно ответу на представление от 6 марта 2020 г. администрацией учреждения все выявленные нарушения признаются, приняты меры к их устранению (т. 1 л.д. 207).

На основании изложенного, судебная коллегия находит обоснованными выводы суда об удовлетворении требований о признании незаконным бездействия ФКУ ИК-** ГУ ФСИН России по Пермскому краю по обеспечению ФИО1 надлежащим вещевым довольствием.

Разрешая доводы истца о нарушении условий труда в ИК-**, суд первой инстанции, установил что в представлении прокурора установлено нарушение трудовых прав иных осужденных, в данном списке фамилия административного истца не значится, и пришел к выводу, что доводы истца не нашли своего подтверждения.

В силу части 1 статьи 103 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации каждый осужденный к лишению свободы обязан трудиться в местах и на работах, определяемых администрацией исправительных учреждений. Администрация исправительных учреждений обязана привлекать осужденных к труду с учетом их пола, возраста, трудоспособности, состояния здоровья и, по возможности, специальности, а также исходя из наличия рабочих мест. Осужденные привлекаются к труду в центрах трудовой адаптации осужденных и производственных (трудовых) мастерских исправительных учреждений, на федеральных государственных унитарных предприятиях уголовно-исполнительной системы и в организациях иных организационно-правовых форм, расположенных на территориях исправительных учреждений и (или) вне их, при условии обеспечения надлежащей охраны и изоляции осужденных.

Продолжительность рабочего времени осужденных к лишению свободы, правила охраны труда, техники безопасности и производственной санитарии устанавливаются в соответствии с законодательством Российской Федерации о труде (часть 1 статьи 104 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Время начала и окончания работы (смены) определяется графиками сменности, устанавливаемыми администрацией исправительного учреждения по согласованию с администрацией предприятия, на котором работают осужденные.

Согласно части 1 статьи 106 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации осужденные к лишению свободы могут привлекаться без оплаты труда только к выполнению работ по благоустройству исправительных учреждений и прилегающих к ним территорий.

В представлении Кизеловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 28 июля 2022 г. в адрес начальника ИК-** указано о нарушении администрацией ИК-** трудовых прав осужденных: при проведении проверки на рабочих местах установлено, что осужденные, трудоустроенные на 0,5 ставки, работают весь рабочий день, а нетрудоустроенные осужденные в феврале 2022 г. выведены на производственный объект для участия в выполнении срочных производственных заказов без оплаты труда. Согласно ответу на данное представление от 5 сентября 2022 г. администрацией учреждения все выявленные нарушения признаются, принимаются меры к их устранению (т. 1 л.д. 226).

Учитывая, что факты нарушений установлены прокурором в отношении конкретных осужденных, чьи фамилии перечислены в представлении прокурора, ФИО1 в их числе не имеется, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии указанных нарушений условий труда в ИК-** в отношении ФИО1

Разрешая требования ФИО1 о невозможности получения квалифицированной медицинской помощи и отсутствии лекарств и отказывая в их удовлетворении, суд пришел к выводу, что истцом не представлено доказательств, подтверждающих ненадлежащее оказание медицинской помощи, либо отказ в оказании медицинской помощи, в том числе в колонии-поселении.

Суд установил, что со стороны медицинских работников не допущено бездействия, все случаи обращений административного истца за медицинской помощью в медицинскую часть № 3 в период отбывания ФИО1 наказания зафиксированы в медицинской карте, ежегодно проводились лабораторные исследования и консультации узких врачей-специалистов, а также необходимая медикаментозная терапия.

Суд признал несостоятельными доводы административного истца и его представителя об отсутствии в колонии врачей-специалистов, неспособности фельдшеров оказать профессиональную медицинскую помощь, отсутствии лекарств, невозможности попасть на прием к врачу, поскольку факты обращения истца за медицинской помощью оставленные без надлежащего реагирования не установлены и опровергаются исследованными в судебном заседании материалами дела. Необходимости сопровождения истца в медицинскую организацию, расположенную за пределами колонии-поселения, из медицинских документов ФИО1 не усматривается.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда.

Лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений законодательством Российской Федерации (часть 1 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Правилами внутреннего распорядка исправительных учреждений, утвержденными приказом Минюста России от 16 декабря 2016 г. № 295, предусмотрено, что лечебно-профилактическая и санитарно-профилактическая помощь осужденным к лишению свободы организуется и предоставляется в соответствии с Федеральным законом от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" и уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации (пункт 123); в исправительных учреждениях осуществляется: медицинское обследование и наблюдение осужденных в целях профилактики у них заболеваний, диспансерный учет, наблюдение и лечение, а также определение их трудоспособности (пункт 124).

В пункте 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" разъяснено, что при рассмотрении административных дел, связанных с непредоставлением или ненадлежащим оказанием лишенному свободы лицу медицинской помощи, судам с учетом конституционного права на охрану здоровья и медицинскую помощь следует принимать во внимание законодательство об охране здоровья граждан, а также исходить из того, что качество необходимого медицинского обслуживания, предоставляемого в местах принудительного содержания, должно быть надлежащего уровня с учетом режима мест принудительного содержания и соответствовать порядкам оказания медицинской помощи, обязательным для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями, и стандартам медицинской помощи (статья 41 Конституции Российской Федерации, статья 4, части 2, 4 и 7 статьи 26, часть 1 статьи 37, часть 1 статьи 80 Федерального закона от 21 ноября 2011 г. № 323-ФЗ "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

Суд, оценивая соответствие медицинского обслуживания лишенных свободы лиц установленным требованиям, с учетом принципов охраны здоровья граждан может принимать во внимание, в частности, доступность такого обслуживания (обеспеченность лекарственными препаратами с надлежащими сроками годности), своевременность, правильность диагностики, тождественность оказания медицинской помощи состоянию здоровья, лечебную и профилактическую направленность, последовательность, регулярность и непрерывность лечения, конфиденциальность, информированность пациента, документированность, профессиональную компетентность медицинских работников, обеспечение лишенного свободы лица техническими средствами реабилитации и услугами, предусмотренными индивидуальной программой реабилитации или реабилитации инвалида (статья 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации", часть 7 статьи 101 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

При этом необходимо учитывать, что само по себе состояние здоровья лишенного свободы лица не может свидетельствовать о качестве оказываемой ему медицинской помощи. Доказательствами надлежащей реализации права на медицинскую помощь, включая право на медицинское освидетельствование, могут являться, например, акты медицинского освидетельствования и иная медицинская документация. Отсутствие сведений о проведении необходимых медицинских осмотров и (или) медицинских исследований может свидетельствовать о нарушении условий содержания лишенных свободы лиц (статья 24 Федерального закона № 103-ФЗ, статья 84 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).

Из медицинской карты амбулаторного больного следует, что в период содержания в ИК-** ФИО1 регулярно оказывалась квалифицированная медицинская помощь, включая профилактические осмотры, медицинские осмотры, амбулаторный прием, консультации и лечение у врачей-специалистов, вакцинации и лабораторные исследования (анализы).

Учитывая изложенное, судебная коллегия находит обоснованными выводы суда об отсутствии нарушений условий содержания ФИО1 в части медицинской помощи.

Требование ФИО1 признать ненадлежащими условия содержания с нарушением правил раздельного содержания разных категорий осужденных суд первой инстанции признал обоснованным, исходя из того, что материалами дела подтверждается нарушение части 2 статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации - не была обеспечена изоляция осужденных, ранее отбывавших лишение свободы, от лиц, впервые осужденных к лишению свободы, в медицинской части, столовой, банно-прачечном комплексе, на производственных участках, библиотеке, магазине, других объектах, доступных для посещения осужденными, что создавало условия для негативного влияния на осужденных, ранее не отбывавших лишение свободы.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

В соответствии с пунктом 2 статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лица, впервые осужденные к лишению свободы, содержатся отдельно от осужденных, ранее отбывавших лишение свободы.

Осужденные, больные разными инфекционными заболеваниями, содержатся раздельно и отдельно от здоровых осужденных (пункт 5 статьи 80 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации).

Из представления заместителя прокурора Пермского края от 28 марта 2018 г. в адрес начальника ГУФСИН России по Пермскому краю, следует, что в ИК-** не обеспечена изоляция осужденных, ранее отбывавших лишение свободы от лиц, впервые осужденных к лишению свободы в медицинской части, в столовой, в банно-прачечном комплексе, на производственных участках, в библиотеке, в магазине и других объектах, доступных к посещению осужденными (т. 1 л.д. 129).

В представлении Кизеловского прокурора по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях от 8 июня 2020 г. в адрес врио начальника ИК-**, указано о нарушении администрацией ИК-** правил раздельного содержания осужденных: в столовой, промышленной зоне, ХЛО ИК-** совместно трудоустроены осужденные, ранее отбывавшие лишение свободы, и осужденные, впервые осужденные к данному виду наказания, что создает условия для негативного влияния на осужденных, ранее не отбывавших лишение свободы, ухудшения оперативной обстановки в учреждении. Согласно ответу на данное представление от 19 июня 2020 г. мер к устранению данных нарушений администрацией учреждения не принято (т. 1 л.д. 211).

На основании изложенного, судебная коллегия находит обоснованными выводы суда об удовлетворении требований о признании незаконным бездействия ФКУ ИК-** ГУ ФСИН России по Пермскому краю по обеспечению раздельного содержания осужденных.

ФИО1 также заявляет, что в ИК-** (в колонии строгого режима и на участке колонии-поселения) по требованию администрации учреждения он и другие осужденные были вынуждены носить на одежде нагрудный знак, содержащий сведения о личных данных осужденного сверх тех, которые установлены приложением № 5 к Правилам внутреннего распорядка.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что данный довод нашел свое подтверждение в материалах прокурорских проверок. Суд признал в данной части требований нарушение прав ФИО1

Судебная коллегия находит выводы суда первой инстанции обоснованными.

В исправительных учреждениях действуют Правила внутреннего распорядка исправительных учреждений, утверждаемые федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере исполнения уголовных наказаний, по согласованию с Генеральной прокуратурой Российской Федерации (часть 3 статьи 82 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации). Такие Правила утверждены Приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 16 декабря 2016 г. № 295.

Приложением № 5 к Правилам внутреннего распорядка исправительных учреждений установлен образец нагрудного знака, где должны быть отражены сведения: фамилия, инициалы осужденного и номер отряда (отделения).

Из представления, внесенного 23 июля 2021 г. Кизеловским прокурором по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях начальнику ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю, следует, что в ходе проверки выявлены нарушения закона в части размещения информации на нагрудных знаках. Проверка показала, что нагрудные знаки осужденных содержат объем информации, превышающий установленный нормативным актом, а именно, на нагрудных знаках, кроме установленной, содержится информация: полностью имя отчество, дата рождения, статья, срок, начало и конец срока (т. 1 л.д. 212).

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что доводы ФИО1 в указанной части нашли подтверждение.

В исковом заявлении истец ссылается на то, что в период отбывания наказания в исправительной колонии он находился в уязвимом и незащищенном положении, опасался подавать письменные жалобы на условия содержания.

Представителем административных ответчиков суду апелляционной инстанции представлена справка по переписке ФИО1 в период с 9 апреля 2019 г. по 19 апреля 2022 г.

Кроме того, согласно справке ИК-** от 27 апреля 2023 г. осужденный ФИО1 обращался на прием по личным вопросам в адрес администрации учреждения 23 ноября 2016 г. и 5 декабря 2016 г. других обращений за период с ноября 2016 г. по январь 2023 г. от осужденного ФИО1 в адрес администрации не поступало (т. 3 л.д. 111).

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что истец, находясь в исправительном учреждении, не был лишен права ведения переписки с надзорными органами и судом.

Довод апелляционной жалобы административного истца о том, что размер компенсации не соответствует количеству и характеру нарушений, длительности его пребывания в ненадлежащих условиях содержания, не обеспечивает эффективность правовой защиты, не соответствует сложившейся судебной практике по аналогичным делам, практике Европейского суда по правам человека, судебной коллегией отклоняется.

В соответствии с частью 1 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации лицо, осужденное к лишению свободы и отбывающее наказание в исправительном учреждении, в случае нарушения условий его содержания в исправительном учреждении, предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации, имеет право обратиться в суд в порядке, установленном Кодексом административного судопроизводства Российской Федерации, с административным исковым заявлением к Российской Федерации о присуждении за счет казны Российской Федерации компенсации за такое нарушение.

Согласно части 2 статьи 12.1 Уголовно-исполнительного кодекса Российской Федерации компенсация за нарушение условий содержания осужденного в исправительном учреждении присуждается исходя из требований заявителя с учетом фактических обстоятельств допущенных нарушений, их продолжительности и последствий и не зависит от наличия либо отсутствия вины органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих.

Исходя из анализа приведенных норм и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, компенсаторного механизма присуждения компенсации за нарушение условий содержания, для правильного разрешения вопроса о размере компенсации необходимо учитывать в совокупности характер выявленных нарушений условий содержания, их длительность, какие последствия они повлекли именно для административного истца с учетом его индивидуальных особенностей (например, возраст, состояние здоровья), были ли они восполнены каким-либо иным способом. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации должны быть приведены в судебном акте во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

Определяя размер компенсации в размере 80000 рублей, суд первой инстанции принял во внимание обстоятельства дела, учел длительность (более 6 лет) отбывания наказания в ИК-37, часть времени в ненадлежащих условиях, которые не имели постоянный и продолжительный характер, вредных последствий для здоровья административного истца в результате бездействия ФКУ ИК-** ГУФСИН России по Пермскому краю не повлекли.

Приведенные административным истцом в дополнениях к апелляционной жалобе ссылки на судебную практику во внимание судебной коллегией не принимаются, поскольку обстоятельства дела по каждому спору устанавливаются судом самостоятельно.

На основании изложенного доводы жалобы административного истца о заниженном размере компенсации не могут быть приняты во внимание и не свидетельствуют о наличии оснований для отмены судебного акта.

Напротив, исходя из принципа разумности и справедливости, учитывая характер и продолжительность данных нарушений, обстоятельства, при которых они допущены, а также отсутствие последствий для административного истца, судебная коллегия полагает, что взысканная судом за установленные нарушения условий отбывания наказания сумма 80000 рублей являлась необоснованно завышенной.

Вместе с тем, учитывая, что судом апелляционной инстанции установлены дополнительные факты незаконного бездействия ФКУ ИК-** ГУ ФСИН России по Пермскому краю в части нарушения норм жилой площади в отряде № ** в период с 26 октября 2018 г. по 11 ноября 2018 г., нарушения обеспечения санитарным оборудованием отряда № ** в 2017 году, ненадлежащих условий содержания ФИО1 в отряде № ** в период с 12 ноября 2018 г. по 25 мая 2020 г. в части наличия грибка на стенах и потолках в спальных и вспомогательных помещениях, в части организации питания осужденных, судебная коллегия полагает, что взысканная судом первой инстанции денежная сумма будет являться достаточной и соответствующей компенсационной мерой, позволяющей восстановить права административного истца, нарушения которых установлены судебной коллегией, в связи с чем решение суда в указанной части отмене или изменению не подлежит.

В исковом заявлении истец просит взыскать судебные расходы в размере 300 руб. за уплату государственной пошлины.

Суд первой инстанции установил, что расходы истца подтверждаются чек-ордером от 27 марта 2023 г. и удовлетворил требование о взыскании уплаченной истцом государственной пошлины в сумме 300 руб.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции.

Согласно пункту 1 статьи 103 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением административного дела, к которым в соответствии с пунктами 4, 7 статьи 106 данного Кодекса относятся, в том числе, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимыми расходы.

В соответствии с частью 1 статьи 111 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных статьей 107 и частью 3 статьи 109 названного Кодекса.

В соответствии с пунктом 25 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25 декабря 2018 г. № 47 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания" при удовлетворении административного иска, связанного с нарушением условий содержания лишенных свободы лиц, понесенные судебные расходы, включая расходы по уплате государственной пошлины, подлежат взысканию с административного ответчика, в том числе, являющегося государственным органом, поскольку КАС РФ не содержит исключений при возмещении судебных расходов стороне, в пользу которой состоялось решение, в том случае, когда другая сторона в силу закона освобождена от уплаты государственной пошлины (часть 1 статьи 111 КАС РФ).

На основании изложенного, судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о необходимости взыскания расходов на оплату государственной пошлины в размере 300 руб. с административного ответчика.

Доводы апелляционной жалобы административного ответчика о том, что ФСИН России освобождена от ее уплаты в силу подпункта 4 пункта 1 статьи 333.35 Налогового кодекса Российской Федерации, подлежат отклонению, поскольку основаны на неверном толковании норм права.

Согласно статье 112 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В силу разъяснений, содержащихся в пунктах 12, 13 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1, расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

Суд первой инстанции, исходя из конкретных обстоятельств дела, предмета и степени сложности спора, объема и характера услуг, оказанных в рамках договора, их необходимости, количества подготовленных процессуальных документов, объема и сложности проделанной юридической работы, исходя из принципов разумности и справедливости, а также из цен, которые обычно устанавливаются за аналогичные юридические услуги при сравнимых обстоятельствах, пришел к выводу о том, что сумма расходов на представителя в размере 10 000 руб. будет являться обоснованной.

Из материалов дела следует, что ФИО1 понесены расходы на оплату услуг представителя ФИО2 в сумме 15 000 руб., что подтверждается договором от 2 марта 2023 г. и распиской от 3 марта 2023 (т. 1 л.д. 22, 23).

Судебная коллегия не находит оснований для изменения суммы расходов на оплату услуг представителя. Таким образом, требование административного истца о необходимости полного возмещения расходов на оплату услуг представителя не подлежит удовлетворению.

Одновременно, суд первой инстанции пришел к выводу об отказе в удовлетворении требования о взыскании расходов, понесенных в связи с оформлением доверенности, в сумме 1850 руб., приняв во внимание положения абзаца 3 пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 г. № 1, исходил из того, что из представленной доверенности от 2 марта 2023 г., выданной административным истцом ФИО1 на имя ФИО2 на срок три года не указано наименование конкретного дела либо характер спора. Указанная доверенность носит общий характер с наделением последнего всеми правами административного истца, ответчика, заинтересованного лица с разрешением быть представителем во всех судебных инстанций, рассчитана на неоднократное представление интересов доверителя. В связи с этим расходы не могут быть признаны необходимыми для рассмотрения настоящего административного дела.

Нарушений норм процессуального права, повлиявших на правильность решения суда, из материалов дела не усматривается.

Поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, суд установил правильно, представленные доказательства оценил в соответствии с требованиями процессуального закона, нормы материального права применил верно, нарушений норм процессуального права, влекущих отмену решения, не допустил, судебная коллегия оснований, предусмотренных статьей 310 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, для отмены или изменения решения суда и удовлетворения апелляционных жалоб не усматривает.

В случаях отсутствия оснований для отмены или изменения решения суда первой инстанции суд апелляционной инстанции вправе в соответствии с пунктом 1 статьи 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления оставить решение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобу, представление без удовлетворения.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу, что обжалуемое решение суда подлежит оставлению без изменения, а апелляционные жалобы административного истца, административных ответчиков - без удовлетворения.

Руководствуясь статьей 309 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Чердынского районного суда Пермского края от 25 мая 2023 г. оставить без изменения, апелляционные жалобы административного истца ФИО1 и административных ответчиков ФСИН России, ГУ ФСИН России по Пермскому краю, ФКУ ИК-** ГУ ФСИН России по Пермскому краю - без удовлетворения.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам, установленным главой 35 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации, в течение 6 месяцев.

Председательствующий: /подпись/

Судьи: /подписи/