Судья В.Е.Э.

№ 22-1646/2023

УИД 35RS0005-01-2023-000044-06

ВОЛОГОДСКИЙ ОБЛАСТНОЙ СУД

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Вологда

7 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Вологодского областного суда в составе:

председательствующего судьи Верхнёвой Л.Ю.,

судей Чистяковой С.В. и Ратных Е.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Поличевой Ю.В.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Вологодской области Сухановской А.В.,

осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Сенченко В.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционной жалобе адвоката Сенченко В.В. в защиту интересов осужденного ФИО1 на приговор Вашкинского районного суда Вологодской области от 18 мая 2023 года.

Заслушав доклад председательствующего, выступления осужденного ФИО1 и его защитника - адвоката Сенченко В.В., поддержавших доводы апелляционной жалобы, мнение прокурора Сухановской А.В., полагавшей приговор подлежащим изменению в части гражданского иска,

установила:

приговором Вашкинского районного суда Вологодской области от 18 мая 2023 года

ФИО1, <ДАТА> года рождения, уроженец <адрес>, ранее судимый

- 24.12.2015 Вашкинским районным судом Вологодской области по п. «з» ч.2 ст.111 УК РФ (с учетом изменений, внесенных апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Вологодского областного суда от 15.02.2016) к 2 годам лишения свободы; освобожден по отбытию наказания 22.12.2017;

осужден по ч.1 ст.105 УК РФ к 9 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Мера пресечения на апелляционный период оставлена без изменения в виде заключения под стражу, срок отбывания наказания постановлено исчислять со дня вступления приговора в законную силу.

Зачтено в срок отбывания наказания время задержания и содержания под стражей с 08.11.2022 до вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

Взыскано с ФИО1 в пользу А.Р.Э, в лице его законного представителя С.М.А. в возмещение морального вреда ... рублей.

Принято решение по вещественным доказательствам, процессуальным издержкам.

Приговором суда ФИО1 признан виновным в умышленном причинении смерти А.Э.Г. Преступление совершено <ДАТА> в <адрес> при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

Вину в совершении преступления ФИО1 признал полностью.

В апелляционной жалобе адвокат Сенченко В.В. выражает несогласие с приговором, полагая выводы суда, изложенные в приговоре, не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, а назначенное ФИО1 наказание чрезмерно суровым.

В обоснование указывает, что вывод суда о совершении преступления <ДАТА> в период времени с 17 часов 00 минут до 21 часа 35 минут противоречит показаниям потерпевшей А.М.Н., согласно которым она пришла в дом к И.Г.С. в десять – в одиннадцатом часу вечера. При установлении мотива преступления – возникшие в ходе ссоры личные неприязненные отношения, судом не учтены показания потерпевшей А.М.Н. о том, что в процессе распития спиртных напитков между А.Э.Г. и ФИО1 каких-либо конфликтов не возникало, а также сообщенные потерпевшей сведения о личности погибшего, которого она охарактеризовала как вспыльчивого и агрессивного человека. Полагает, что мотивом совершения преступления является унижение человеческого достоинства ФИО1 со стороны А.Э.Г., однако суд необоснованно не признал в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства – противоправное поведение А.Э.Г., который оскорбительно высказывался в адрес ФИО1, что следует из показаний последнего, данных как в ходе предварительного, так и судебного следствия и которые судом признаны как полные, последовательные и правдивые.

Защитник считает назначенное ФИО1 наказание несправедливым, чрезмерно суровым, указывая, что судом в полной мере не учтены все обстоятельства дела, поведение ФИО1 в ходе предварительного следствия и его отношение к содеянному, влияние назначенного наказания на условия жизни семьи осужденного, который проживал с престарелой матерью, нуждающейся в его помощи и поддержке, состояние здоровья осужденного, являющегося инвалидом ... и нуждающегося в проведении операции, а также позиция государственного обвинителя, который ориентировал суд на назначение менее строгого наказания. Также указывает, что при разрешении гражданского иска о взыскании морального вреда судом не учтено, что каких-либо родственных отношений А.Э.Г. со своим сыном не поддерживал и никогда не общался, лишен в отношении него родительских прав и имеет значительный долг по алиментам. Просит приговор изменить, смягчить назначенное наказание, отказать в удовлетворении иска о взыскании морального вреда.

В возражениях на апелляционную жалобу адвоката законный представитель несовершеннолетнего потерпевшего А.Р.Э, – С.М.А., а также и.о. прокурора ... Д.М.Ю., приводя свои доводы, просят оставить приговор суда без изменения.

Проверив материалы дела, заслушав мнения участников процесса, обсудив доводы, изложенные в апелляционной жалобе и возражениях, судебная коллегия приходит к следующему.

Выводы суда первой инстанции о виновности ФИО1 в совершении преступления соответствуют установленным фактическим обстоятельствам дела, подтверждаются совокупностью надлежащим образом исследованных в судебном заседании и приведенных в приговоре доказательств, которым суд в соответствии со ст.88 УПК РФ дал правильную оценку, как каждому доказательству в отдельности, так и в их совокупности.

Так, вина ФИО1 в умышленном причинении смерти А.Э.Г. подтверждается:

- признательными показаниями самого осужденного, данными им в ходе предварительного расследования, в том числе, в ходе проверки показаний на месте, и подтвержденными в судебном заседании, из которых следует, что в процессе совместного распития спиртных напитков между ним и А.Э.Г., который оскорбительно высказывался в его адрес, произошла ссора, в ходе которой он нанес два удара кухонным ножом А.Э.Г., от которых тот упал со стула;

- показаниями свидетеля А.М.Н., пояснившей, что вечером <ДАТА> она совместно с А.Э.Г., ФИО1 и И.Г.С. распивала спиртные напитки в доме последней, при этом каких-либо ссор и конфликтов не было. Затем она и И.Г.С. ушли спать, ее разбудил ФИО1, пояснив, что убил А.А.Г., о чем она сообщила в полицию;

- свидетеля И.Г.С., пояснившей аналогичные обстоятельства;

- свидетеля К.И.Ю., прибывшей на место происшествия совместно с участковым уполномоченным полиции и зафиксировавшей смерть А.Э.Г., характер которой по наличию следов крови под трупом являлся криминальным;

- свидетеля К.А.С., согласно которым ФИО1 и А.Э.Г. приобретали в магазине спиртные напитки около 18 часов <ДАТА>.

Изложенные осужденным и свидетелями обстоятельства объективно подтверждаются письменными материалами уголовного дела, исследованными судом первой инстанции.

Так, согласно сведений о регистрации КУСП №... сообщение о нанесении ФИО1 ножевых ранений А.Э.Г. поступило в дежурную часть отдела полиции по ... от А.М.Н. <ДАТА> в 21 час 35 минут.

В ходе осмотра места происшествия на полу кухни обнаружен труп А.Э.Г. с двумя ранениями на спине, на полу и печке обнаружены следы вещества красно-бурого цвета, смывы которого, а также кухонный нож с рукоятью коричневого цвета и следами вещества красно-бурого цвета, обнаруженный на плите печи, изъяты.

Как следует из заключения эксперта №... от <ДАТА> при судебно-медицинском исследовании трупа А.Э.Г. обнаружены слепые проникающие колото-резаные ранения (№1 в левой лопаточной области и №2 в левой подлопаточной области) грудной клетки с повреждением левого легкого и кровоизлиянием в левую плевральную полость, которые причинены прижизненно, незадолго до наступления смерти, в результате воздействия плоским клинком, имеющим наибольшую ширину погрузившейся следообразующей части около 20,0 мм, одно довольно острое лезвие и П-образный на поперечном сечении обух, или скос обуха, по ширине около 1 мм, вероятно с четкими ребрами; являются единой многокомпонентной травмой, которая по признаку опасности для жизни расценивается как причинившая тяжкий вред здоровью, находится в прямой причинной связи с наступлением смерти; кровоподтек в лобной области справа. Смерть А.Э.Г. наступила в результате двух слепых проникающих колото-резаных ранений грудной клетки с повреждением левого легкого и кровоизлиянием в левую плевральную полость, осложнившихся гемаспирацией.

Согласно заключению медико-криминалистической экспертизы, на кожном лоскуте с левой подлопаточной области трупа А.Э.Г. имеется сквозная рана, которая могла быть причинена клинком кухонного ножа, изъятого при осмотре места происшествия и представленного на экспертизу.

В соответствии с заключениями проведенных судебно-биологических экспертиз на смывах, изъятых в ходе осмотра места происшествия с боковой части печи, с плиты печи, с пола кухни, на вырезе с матраса в коридоре, а также на клинке ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия, обнаружена кровь, которая могла принадлежать А.Э.Г.

Все эти и другие, полно и подробно изложенные в приговоре доказательства получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, согласуются между собой по фактическим обстоятельствам, дополняют друг друга и не содержат противоречий, в связи с чем правильно признаны судом достоверными и положены в основу приговора.

Оценив исследованные доказательства в их совокупности, суд пришел к обоснованному выводу об их достаточности для разрешения дела, правильно установил фактические обстоятельства дела и признал доказанной вину ФИО1 в совершении преступления, этот вывод изложил в приговоре, а принятое решение мотивировал.

Квалификация действий ФИО1 по ч.1 ст.105 УК РФ, как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку, является правильной, соответствует данным о содержании его преступного умысла и объективно выполненным действиям по его реализации, установленным на основе совокупности доказательств. О направленности умысла ФИО1 на лишение жизни потерпевшего свидетельствует характер его действий, нанесение им двух ударов ножом в заднюю поверхность грудной клетки, то есть место расположения жизненно важных органов человека, причинение в результате данных ударов колото-резаных ранений грудной клетки с повреждением левого легкого и кровоизлиянием в левую плевральную полость, повлекших смерть А.Э.Г. на месте происшествия, избранное осужденным орудие преступления - нож, обладающее значительной поражающей силой. Доводы осужденного о намерении А.Э.Г. нанести ему удар ножом, высказывании угрозы убийством были проверены судом первой инстанции и обоснованно отвергнуты как несостоятельные с приведением в приговоре мотивированных суждений, оснований не согласиться с которыми у судебной коллегии не имеется.

Вопреки утверждениям адвоката, судом верно установлены фактические обстоятельства дела, в том числе, время и мотив совершения преступления, и данные в ходе судебного следствия показания потерпевшей А.М.Н., на которые ссылается защитник осужденного, о времени ее прихода в дом к И.Г.С. и отсутствии конфликтов между ФИО2 Г, в ее присутствии, указанных выводов суда не опровергают, поскольку оценены защитой в отрыве от других имеющихся по делу доказательств, в то время как исследованные по делу доказательства необходимо рассматривать и оценивать во всей их совокупности, что и было сделано судом в приговоре.

Так, как следует из показаний свидетеля И.Г.С. участвовавшие в распитии спиртных напитков лица, в том числе и А.М.Н., пришли к ней в дом <ДАТА> около 18-19 часов, что в полной мере согласуется с показаниями свидетеля К.А.С. о времени приобретения осужденным и А.Э.Г. спиртных напитков, а также с показаниями ФИО1, данными им в ходе предварительного следствия при допросе в качестве подозреваемого <ДАТА>, то есть спустя короткий промежуток времени после произошедших событий. Кроме того, материалами дела объективно подтверждено, что сообщение А.М.Н. о нанесении ФИО1 ножевых ранений А.Э.Г. поступило в дежурную часть отдела полиции <ДАТА> в 21 час 35 минут. В связи с изложенным судебная коллегия приходит к выводу, что пояснения А.М.Н. о более позднем времени ее прихода в дом И.Г.С., данные в судебном заседании спустя длительный промежуток времени после случившегося, обусловлены давностью произошедших событий, а также состоянием алкогольного опьянения, в котором находилась потерпевшая <ДАТА>, и не свидетельствуют о неправильном установлении судом времени совершения ФИО1 преступления.

С учетом установленных судом обстоятельств, при которых было совершено преступление, очевидцем которого А.М.Н. фактически не являлась и давала показания лишь по обстоятельствам, предшествовавшим преступлению, имеются все основания полагать, что оно было совершено на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений. Из доказательств, исследованных в судебном заседании, в том числе и приведенных выше, следует, что между ФИО2 Г. в ходе совместного распития спиртных напитков произошла ссора, которая носила взаимный характер, мотивом совершения преступления явилась личная неприязнь. Иной мотив преступления, в том числе противоправное или аморальное поведение потерпевшего, унизившего честь и достоинство осужденного, на что указывает защитник в апелляционной жалобе, из исследованных в судебном заседании доказательств не следует.

Кроме того, по смыслу закона противоправность поведения потерпевшего заключается в совершении им преступления или любого правонарушения, а аморальность поведения состоит в явном и циничном нарушении моральных норм и правил поведения в обществе, что спровоцировало совершение преступления.

Каких-либо объективных данных, которые свидетельствовали бы о том, что действия А.Э.Г. на месте происшествия носили характер общественно опасного посягательства, сопряженного с насилием, опасным для жизни и здоровья ФИО1, или создавали непосредственную угрозу применения такого насилия, в суде первой инстанции установлено не было. То обстоятельство, что А.Э.Г. высказал в адрес ФИО1 фразы, являющиеся для него, как ранее судимого человека, неприемлемыми, что следует из показаний осужденного, данных в ходе предварительного следствия, также нельзя признать тем оскорблением, которое явно выходит за рамки морали и правил поведения в обществе, в связи с чем могло бы спровоцировать совершение особо тяжкого преступления.

Таким образом, существенных противоречий между фактическими обстоятельствами дела, как они установлены судом, и доказательствами, положенными судом в основу приговора, вопреки утверждениям адвоката, не имеется. Судебная коллегия не находит оснований для того, чтобы давать иную оценку исследованным и проверенным судом первой инстанции доказательствам и тем фактическим обстоятельствам, которыми суд руководствовался при принятии решения о виновности осужденного. Несогласие стороны защиты с оценкой доказательств, данной судом в приговоре, не является основанием к отмене состоявшегося судебного решения.

Вопросы, связанные с назначением наказания ФИО1, судом исследованы полно, всесторонне и объективно. Наказание назначено в соответствии с требованиями ст.ст.6, 60 УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности виновного, и всех влияющих на наказание обстоятельств, в том числе и тех, на которые обращает внимание защитник осужденного в апелляционной жалобе.

Так, явка с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, состояние здоровья осужденного, принесение им извинений потерпевшей, как способ заглаживания причиненного преступлением вреда, признаны судом в качестве смягчающих обстоятельств и в полной мере учтены при назначении наказания.

Выводы суда от отсутствии оснований для применения к ФИО1 положений ст.64 УК РФ являются правильными, так как каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности содеянного, по делу не установлено, а установленные судом смягчающие наказание осужденного обстоятельства, как в своей совокупности, так и каждое в отдельности, не являются исключительными.

Поскольку судом не было установлено каких-либо противоправных или аморальных действий со стороны потерпевшего А.Э.Г., оснований для признания смягчающим обстоятельством противоправности или аморальности поведения потерпевшего, явившегося подводом для совершения преступления, которое предусмотрено п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ, у суда не имелось, не находит таких оснований и судебная коллегия.

Не имеется оснований и для признания в качестве смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного п. «к» ч.1 ст.61 УК РФ, оказания медицинской помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, так как никаких активных действий, направленных на оказание медицинской и иной помощи А.Э.Г. непосредственно после совершения преступления, ФИО1 не предпринимал, а его действия, выразившиеся в сообщении А.М.Н. о совершенном преступлении с указанием на необходимость вызова скорой медицинской помощи и сотрудников полиции, не могут быть расценены как таковые.

Мнение потерпевшей А.М.Н., не настаивающей на назначении строгого наказания, на что обращает внимание защитник осужденного, не является безусловным основанием для признания его в качестве смягчающего наказание обстоятельства, поскольку не входит в число обстоятельств, которые суд, в соответствии с законом, обязан учитывать при определении вида и размера наказания.

Ввиду наличия в действиях ФИО1 отягчающего наказание обстоятельства, в качестве которого обоснованно признан рецидив преступлений, отсутствуют правовые основания для применения положений ч.6 ст.15, ч.1 ст.62 УК РФ.

Выводы суда о необходимости назначения наказания, связанного с реальным лишением свободы, и невозможности применения положений ст.73 УК РФ, равно как и отсутствие оснований для применения положений ч.3 ст.68 УК РФ, в приговоре надлежаще мотивированы, не согласиться с ними оснований не имеется.

В соответствии с ч.5 ст.246 УПК РФ государственный обвинитель в ходе судебного разбирательства высказывает предложение о применении уголовного закона и назначении подсудимому наказания, при этом суд не связан с позицией прокурора, являющегося стороной по делу, относительно назначения подсудимому наказания, в связи с чем доводы адвоката о назначении осужденному наказания, не соответствующего мнению государственного обвинителя, являются несостоятельными.

Судебная коллегия находит назначенное осужденному наказание справедливым и соразмерным содеянному, соответствующим общественной опасности совершенного им преступления и личности виновного, и полностью отвечающим задачам исправления осужденного и предупреждения совершения им новых преступлений и не находит оснований к его смягчению, поскольку все заслуживающие внимания обстоятельства были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде и размере наказания, которое не может быть признано чрезмерно суровым.

Вид исправительного учреждения, в котором ФИО1 надлежит отбывать наказание в виде лишения свободы, определен судом правильно, в соответствии с требованиями п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ. Данных о том, что ФИО1 не может отбывать наказание в виде лишения свободы по состоянию здоровья, в материалах дела не имеется.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, гражданский иск С.М.А., действующей в интересах несовершеннолетнего потерпевшего А.Р.Э, о компенсации морального вреда, причиненного преступлением, рассмотрен судом в соответствии с требованиями закона. При этом, определяя размер возмещения компенсации морального вреда, суд, руководствуясь ст.151, ч.2 ст.1101 ГК РФ, принял во внимание конкретные обстоятельства дела, характер причиненных потерпевшему нравственных страданий и характер сложившихся взаимоотношений между отцом и сыном, требования разумности и справедливости, и обоснованно пришел к выводу о частичном удовлетворении заявленных исковых требований. Несмотря на то, что А.Э.Г. был лишен родительских прав в отношении своего сына А.Р.Э,, имел значительную задолженность по алиментным обязательствам и не стремился поддерживать с сыном какие-либо взаимоотношения, на что обращает внимание защитник осужденного в апелляционной жалобе, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о безусловном причинении несовершеннолетнему потерпевшему моральных и нравственных страданий безвременной смертью родного отца, в связи с чем не находит оснований ни для отмены приговора в части разрешения гражданского иска, ни для снижения установленного судом размера компенсации морального вреда, который не является завышенным.

Вместе с тем, взыскивая с ФИО1 в пользу А.Р.Э, в лице его законного представителя С.М.А. компенсацию морального вреда в сумме ... рублей, суд первой инстанции не учел разъяснения, содержащиеся в п.3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2020 №23 «О практике рассмотрения судами гражданского иска по уголовному делу», согласно которым при предъявлении законным представителем гражданского иска в интересах несовершеннолетнего потерпевшего, взыскание производится в пользу самого несовершеннолетнего.

При таких обстоятельствах приговор суда в данной части подлежит изменению, указание на законного представителя С.М.А., а также данные ее ИНН и СНИЛС, при изложении решения о взыскании с ФИО1 в пользу А.Р.Э, ... рублей подлежат исключению из резолютивной части приговора.

Иных нарушений норм уголовного и уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения гарантированных прав участников судопроизводства, несоблюдения процесса судопроизводства или иным способом повлияли бы на вынесение законного и обоснованного приговора и могли бы повлечь его отмену или изменение, при рассмотрении уголовного дела судом не допущено. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

определила:

приговор Вашкинского районного суда Вологодской области от 18 мая 2023 года в отношении ФИО1 - изменить:

- исключить из резолютивной части приговора при изложении решения о взыскании с ФИО1 в пользу А.Р.Э, в возмещение морального вреда ... рублей, указание на законного представителя С.М.А. ИНН ... СНИЛС ....

В остальной части этот же приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Сенченко В.В. - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции.

Кассационная жалоба, представление, подлежащие рассмотрению в порядке, предусмотренном ст. ст. 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы через суд первой инстанции в течение шести месяцев со дня вступления приговора суда первой инстанции в законную силу, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу. В случае пропуска указанного срока или отказа судом первой инстанции в его восстановлении кассационная жалоба, представление могут быть поданы непосредственно в кассационный суд общей юрисдикции.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: