Решение по делу № 2-187/2025 от 24.12.2025 - о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, возложении обязанности.

Дело № 2-187/2025 УИД 22RS0054-01-2024-000321-39

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

10 декабря 2025 года с. Староалейское

Третьяковский районный суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Костырченко Т.А.,

при секретаре Карпенко Ю.С.,

с участием помощника прокурора Третьяковского района Никитиной Т.А.,

материального истца ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску прокурора Третьяковского района в интересах ФИО1 к ИП ФИО3 о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, возложении обязанности,

установил:

Прокурор Третьяковского района Алтайского края обратился в суд с исковым заявлением в интересах ФИО1 к ИП ФИО3 о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, возложении обязанности, указывая, что прокуратурой района по обращению ФИО1 проведена проверка соблюдения ИП ФИО3 требований трудового законодательства. Проверкой установлено, что между ИП ФИО3 и прокуратурой Алтайского края ДД.ММ.ГГГГ заключен государственный контракт от ДД.ММ.ГГГГ № (далее - Контракт), цена договора - 10 826 686,08 рублей, НДС не облагается в соответствии с налоговым законодательством Российской Федерации (далее - РФ). Согласно п. 1.1 Контракта Исполнитель (ИП ФИО3) обязуется в период действия настоящего Контракта по заявкам Заказчика оказать услуги по уборке помещений и территории прокуратуры <адрес> в соответствии с Техническим заданием (Приложение № к Контракту), а Заказчик обязуется принять и оплатить результат надлежаще оказанных услуг. Согласно сведениям ЕГРИП основным видом деятельности ИП ФИО3 является деятельность по общей уборке зданий (ОКВЭД 81.21). Установлено, что ИП ФИО3 привлекал материального истца к выполнению работы в должности уборщика помещений с января 2025г. ежедневно с понедельника по пятницу, предоставляя инвентарь и моющие средства, необходимые для оказания услуг. При этом, работник приступила к работе с ведома и по поручению работодателя ИП ФИО3 без заключения трудового договора. При том, ИП ФИО3 уклонился от заключения трудовых договоров с работниками, осуществляющими работы по уборке помещений, перечисленных в Контракте. Проведенной проверкой установлено, что сложившиеся между ИП ФИО3 и работником ФИО1 отношения носят трудовой характер, работником лично, ежедневно по определенному графику осуществляются работы по уборке помещений, за выполнение работы им ежемесячно в определенные даты выплачивается заработная плата. В нарушение требований трудового законодательства, а также ст. 15, 16, п.3 ч.2 ст.56 и ч.1 ст.419 НК РФ работодателем ИП ФИО3 с работником трудовой договор не заключен, не произведено отчисление налогов с сумм, выплаченных материальным истцам в качестве заработной платы за 2025 г., а также страховых взносов.

Таким образом, ненадлежащее исполнение трудового и налогового законодательства со стороны ИП ФИО3, обусловленное ненадлежащей организацией работы и отсутствием должного контроля со стороны руководства предприятия, способствует допущению нарушений трудовых прав работников, лишает прав на получение от государства социального обеспечения в виде пенсий и налоговых вычетов, права на оплачиваемые больничные, а также лишает права государства в лице налоговых органов на полученные налоговых отчислений.

При этом, ИП ФИО3 надлежащим образом трудовые отношения не оформлены, хотя заявитель осуществляет трудовые функции с января 2025г. и с ведома, по поручению ИП ФИО3, фактически приступили к выполнению своей трудовой функции, которую с выполняли в помещениях по адресам согласно п.3.2 Контракта.

С учетом доводов заявления материального истца о невыплате заработной платы у ИП ФИО3 сформировалась задолженность по выплате заработной платы. Задолженность по заработной плате ИП ФИО3 перед работником ФИО1 по состоянию на сентябрь 2025г. составляет 4 000 руб.

Нарушением трудового законодательства, выразившимся в невыплате заработной платы, в силу ст. 237 ТК РФ материальному истцу причинен моральный вред, который они с учетом объема и характера нравственных или физических страданий, степени вины работодателя определили в размере 10 000 руб.

Ссылаясь на ст.ст. 22, 136, 236, 237 ТК РФ, ст.ст. 45, 131 ГПК РФ, ст. 27 Федерального закона «О прокуратуре Российской Федерации», просил признать отношения между ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и Индивидуальным предпринимателем ФИО3, ИНН <данные изъяты>, за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время трудовыми в должности «уборщик помещений»; взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <***>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, задолженность за август 2025г. размере 4 000 руб. и компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.; обязать Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <***>, внести электронные сведения о трудовой деятельности в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время в должности «уборщик помещений»; обязать Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <данные изъяты>, произвести обязательные отчисления в Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по <адрес> за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; обязать Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <***>, исчислить налог на доходы ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения; обратить к немедленному исполнению решение суда в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

В судебном заседании помощник прокурора Никитина Т.А. исковые требования уточнила с учетом погашения задолженности по оплате труда за август 2025 года, просила установить факт трудовых отношений между Индивидуальным предпринимателем ФИО3, ИНН <***>, и ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности «уборщик помещений»; взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <данные изъяты>, в пользу ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, компенсацию морального вреда в размере 10 000 руб.; обязать Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <***>, внести электронные сведения о трудовой деятельности в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности «уборщик помещений»; обязать Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <***>, произвести в установленном порядке обязательные отчисления в Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по <адрес> в отношении ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исходя из заработной платы, с произведением удержания налогов и сборов и перечислением их в соответствующие бюджеты Российской Федерации. Уточненные исковые требования поддержала по основаниям, изложенным в иске.

Истец ФИО1 в судебном заседании пояснила, что работала уборщиком в прокуратуре, осуществляла трудовые обязанности по поручению ИП ФИО3, производила уборку, получала на банковскую карту заработную плату, в полном объеме выполняла свою работу.

Ответчик ИП ФИО3 в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, представил возражения на исковое заявление, в котором просил в удовлетворении заявленных исковых требований отказать, поскольку между ним и ФИО1 был заключен договор оказания услуг гражданско-правового характера, поскольку исполнителю по договору оказания услуг не устанавливался график работы, а устанавливался лишь предмет договора - оказание конкретной услуги; с исполнителем не было устойчивого стабильного длительного характера взаимоотношений; исполнитель не нанимался на какую-либо должность; ответчик не осуществлял контроль деятельности исполнителя, для него важен был лишь конкретный результат - оказанная по договору услуга; выплаты не носили стабильный ежемесячный характер, была оговорена разовая выплата за выполнение услуги. В связи с тем, что рассматриваемые отношения не являются трудовыми, положение ст.237 Трудового кодекса РФ, предусматривающей возмещение работодателем морального вреда работнику, применению не подлежат.

Представитель третьего лица Межрегиональная территориальная государственная инспекция труда в Алтайском крае и Республике Алтай в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом.

В соответствии со статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд счел возможным рассмотрение дела в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав, материалы дела, суд приходит к следующему.

Статья 15 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) определяет трудовые отношения как отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации, конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда.

Заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения между работником и работодателем, не допускается (ч. 2 ст. 15 ТК РФ).

Согласно ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом. Трудовые отношения между работником и работодателем возникают также на основании фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Статья 16 Трудового кодекса Российской Федерации к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем относит фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен. Данная норма представляет собой дополнительную гарантию для работников, приступивших к работе с разрешения уполномоченного должностного лица без заключения трудового договора в письменной форме, и призвана устранить неопределенность правового положения таких работников (п.3 определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19 мая 2009 года № 597-О-О).

В силу ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Трудовые договоры могут заключаться на неопределенный срок, а также на определенный срок не более пяти лет (срочный трудовой договор), если иной срок не установлен настоящим Кодексом и иными федеральными законами (ст. 58 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 61 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор вступает в силу со дня его подписания работником и работодателем, если иное не установлено названным кодексом, другими федеральными законами, иными нормативными правовыми актами Российской Федерации или трудовым договором, либо со дня фактического допущения работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя.

Трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами (п. 1 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. При фактическом допущении работника к работе работодатель обязан оформить с ним трудовой договор в письменной форме не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе, а если отношения, связанные с использованием личного труда, возникли на основании гражданско-правового договора, но впоследствии были признаны трудовыми отношениями, - не позднее трёх рабочих дней со дня признания этих отношений трудовыми отношениями, если иное не установлено судом (п. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз.2 п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если трудовой договор не был оформлен надлежащим образом, однако работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного представителя, то трудовой договор считается заключенным и работодатель или его уполномоченный представитель обязан не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения к работе оформить трудовой договор в письменной форме (п. 2 ст. 67 ТК РФ).

В пункте 18 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года № 15 «О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям» (далее - постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15) приведены разъяснения, применяемые ко всем субъектам трудовых отношений, о том, что при разрешении вопроса, имелись ли между сторонами трудовые отношения, суд в силу статей 55, 59 и 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вправе принимать любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством. К таким доказательствам, в частности, могут быть отнесены письменные доказательства (например, оформленный пропуск на территорию работодателя; журнал регистрации прихода - ухода работников на работу; документы кадровой деятельности работодателя: графики работы (сменности), графики отпусков, документы о направлении работника в командировку, о возложении на работника обязанностей по обеспечению пожарной безопасности, договор о полной материальной ответственности работника; расчетные листы о начислении заработной платы, ведомости выдачи денежных средств, сведения о перечислении денежных средств на банковскую карту работника; документы хозяйственной деятельности работодателя: заполняемые или подписываемые работником товарные накладные, счета-фактуры, копии кассовых книг о полученной выручке, путевые листы, заявки на перевозку груза, акты о выполненных работах, журнал посетителей, переписка сторон спора, в том числе по электронной почте; документы по охране труда, как то: журнал регистрации и проведения инструктажа на рабочем месте, удостоверения о проверке знаний требований охраны труда, направление работника на медицинский осмотр, акт медицинского осмотра работника, карта специальной оценки условий труда), свидетельские показания, аудио- и видеозаписи и другие.

В пунктах 20 и 21 указанного выше постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 мая 2018 года №15 также содержатся разъяснения о том, что обязанность по надлежащему оформлению трудовых отношений с работником (заключение в письменной форме трудового договора) по смыслу части первой статьи 67 и части третьей статьи 303 ТК РФ возлагается на работодателя - физическое лицо, являющегося индивидуальным предпринимателем и не являющегося индивидуальным предпринимателем, и на работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям. Отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания в судебном порядке сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку из содержания ст. ст. 11, 15, ч. 3 ст. 16 и ст. 56 ТК РФ во взаимосвязи с положениями ч. 2 ст. 67 ТК РФ следует, что трудовой договор, не оформленный в письменной форме, считается заключенным, если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его уполномоченного на это представителя. Датой заключения трудового договора в таком случае будет являться дата фактического допущения работника к работе. Не оформление работодателем или его уполномоченным представителем, фактически допустившими работника к работе, в письменной форме трудового договора в установленный ст. 67 ТК РФ срок, вопреки намерению работника оформить трудовой договор, может быть расценено судом как злоупотребление со стороны работодателя правом на заключение трудового договора (ст. 22 ТК РФ). При разрешении споров работников, с которыми не оформлен трудовой договор в письменной форме, судам исходя из положений ст. ст. 2, 67 ТК РФ необходимо иметь в виду, что, если такой работник приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель - физическое лицо (являющийся индивидуальным предпринимателем и не являющийся индивидуальным предпринимателем) и работодатель - субъект малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям.

Из приведенных выше нормативных положений трудового законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что к характерным признакам трудового правоотношения относятся: достижение сторонами соглашения о личном выполнении работником определенной, заранее обусловленной трудовой функции в интересах, под контролем и управлением работодателя; подчинение работника действующим у работодателя правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда; возмездный характер трудового отношения (оплата производится за труд).

При этом, само по себе отсутствие оформленного надлежащим образом, то есть в письменной форме, трудового договора не исключает возможности признания сложившихся между сторонами отношений трудовыми, а трудового договора - заключенным при наличии в этих отношениях признаков трудового правоотношения, поскольку к основаниям возникновения трудовых отношений между работником и работодателем закон относит также фактическое допущение работника к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя в случае, когда трудовой договор не был надлежащим образом оформлен.

Для разрешения вопроса о возникновении между сторонами трудовых отношений необходимо установление таких юридически значимых обстоятельств, как наличие доказательств самого факта допущения работника к работе и доказательств согласия работодателя на выполнение работником трудовых функций в интересах организации за вознаграждение, имеющее периодический характер.

Цель указанной нормы - устранение неопределенности правового положения таких работников и неблагоприятных последствий отсутствия трудового договора в письменной форме, защита их прав и законных интересов как экономически более слабой стороны в трудовом правоотношении, в том числе, путем признания в судебном порядке факта трудовых отношений между сторонами, формально не связанными трудовым договором. При этом неисполнение работодателем, фактически допустившим работника к работе, обязанности не позднее трех рабочих дней со дня фактического допущения работника к работе оформить в письменной форме с ним трудовой договор может быть расценено как злоупотребление правом со стороны работодателя на заключение трудового договора вопреки намерению работника заключить трудовой договор.

Таким образом, по смыслу ст. ст. 15, 16, 56, ч. 2 ст. 67 Трудового кодекса Российской Федерации в их системном единстве, если работник, с которым не оформлен трудовой договор в письменной форме, приступил к работе и выполняет ее с ведома или по поручению работодателя или его представителя и в интересах работодателя, под его контролем и управлением, наличие трудового правоотношения презюмируется и трудовой договор считается заключенным. В связи с этим доказательства отсутствия трудовых отношений должен представить работодатель.

Следовательно, суд должен не только исходить из наличия (или отсутствия) тех или иных формализованных актов (гражданско-правовых договоров, штатного расписания и т.п.), но и устанавливать, имелись ли в действительности признаки трудовых отношений и трудового договора, указанные в ст. ст. 15 и 56 Трудового кодекса Российской Федерации, был ли фактически осуществлен допуск работника к выполнению трудовой функции.

Согласно ч.1 ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, конкретизирующей положения ч.3 ст.123 Конституции Российской Федерации, правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В развитие указанных принципов ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ответчик ИП ФИО3 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя 13.03.2019, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, согласно которой основным видом деятельности является общая уборка зданий.

01.01.2024 между ИП ФИО3, именуемым «Заказчик», с одной стороны, и ФИО1, именуемой «Исполнитель», с другой стороны, заключен договор гражданско-правового характера на выполнение работ (оказания услуг) (далее - Договор), в соответствии с п. 1.1. которого Заказчик поручает, а Исполнитель принимает на себя обязанность выполнить для заказчика услуги по уборке помещений прокуратуры, расположенной по адресу: Алтайский край, с. Староалейское, ул. Кирова, 52. Цена услуг по настоящему договору составляет 4 000 рублей 00 копеек за полный календарный месяц (п.2.2 Договора). Работа считается выполненной Исполнителем и принятой Заказчиком к оплате после подписания сторонами акта сдачи-приемки работ (п.2.2 Договора). Оплата работ производится Заказчиком согласно акту сдачи-приемки работ, оформленного надлежащим образом и в установленные сроки, с 15 по 20 числа следующего месяца (п.2.3 Договора). Срок оказания услуг по договору с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, при этом Исполнитель выполняет указанные в п.1.1. Договора виды работ (услуг) в полном объеме (п.3.1 Договора). Для приемки работ по настоящему Договору Заказчик назначает ответственное лицо - ФИО2, а в его отсутствие иное лицо по указанию Заказчика (п.3.2 Договора).

Условие о возможности пролонгации, то есть продления периода действия Договора, со всеми правами, обязанностями и прочими условиями, указанный Договор не содержит.

Как следует из п. 1.1 государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ (далее - Контракт), заключенного между Прокуратурой Алтайского края и ИП ФИО3, предметом Контракта являются услуги по уборке зданий и территорий, срок оказания услуг определен: рабочие дни с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (п. 1.3 Контракта). Из п. 1.4 Контракта следует, что Исполнитель оказывает услуги в соответствии с приложением № 1 к контракту («Техническое задание»). На объекты для оказания услуг допускаются только лица согласованные Заказчиком в соответствии со списком, представленным Исполнителем (п.1.5 Контракта). Исполнитель вправе привлекать к исполнению третьих лиц при невозможности выполнить условия Контракта самостоятельно (п.3.2.2 Контракта).

В соответствии с приложением № 1 к Контракту, одним из объектов заказчика является здание прокуратуры Третьяковского района Алтайского края, расположенное по адресу: <адрес>. В районах Алтайского края для уборки помещений объектов Заказчика допускается дистанционное управление процессом уборки.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 обратилась к прокурору Третьяковского района Алтайского края с заявлением об обращении в ее интересах в суд с исковым заявлением об установлении факта трудовых отношений с ИП ФИО2, взыскании задолженности по оплате труда в размере 4000 руб. за август 2025.

В соответствии с ч. 12.1, ч. 13 ст. 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд», контракт № от ДД.ММ.ГГГГ расторгнут ДД.ММ.ГГГГ в связи с принятием Прокуратурой Алтайского края ДД.ММ.ГГГГ решения об одностороннем отказе от исполнения государственного контракта.

Разрешая спор при указанных обстоятельствах, руководствуясь положениями вышеуказанного законодательства и разъяснениями, данными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации, выслушав объяснения процессуального и материального истцов, допросив свидетеля ФИО4 (специалиста прокуратуры Третьяковского района Алтайского края) подтвердившую факт выполнения ФИО1 своих трудовых обязанностей по уборке помещения прокуратуры, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи, суд считает установленным, что в рассматриваемый период времени отношения, сложившиеся между ИП ФИО3 и ФИО1, имели признаки трудовых ввиду следующего.

Так, ФИО1, выступая в качестве работника, фактически была допущена к работе с ведома работодателя, поскольку трудовые обязанности истец выполняла в помещении прокуратуры Третьяковского района Алтайского края, расположенном по адресу: <адрес>, в период действия государственного контракта № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между Прокуратурой Алтайского края и ИП ФИО3 Работа истца носила длительный, устойчивый и стабильный характер, поскольку ФИО1 на протяжении длительного времени регулярно осуществляла уборку помещения прокуратуры Третьяковского района. Работа носила личный характер прав и обязанностей работника с выполнением им определенной, заранее обусловленной трудовой функции, а именно уборки помещений прокуратуры <адрес>), и в интересах работодателя - ИП ФИО3 Работа истца носила возмездный характер, оплата производилась ежемесячно в размере 4000 рублей, путем перечисления денежных средств на счет ФИО1

Однако при трудоустройстве какие-либо документы работодателем не оформлялись, трудовой договор со ФИО1 в письменной форме не заключался, с ИП ФИО3 существовала устная договоренность о выполнении ею работ по уборке помещения на тех же условиях, что и в 2024 году.

Разрешая вопрос о периоде трудовых отношений, суд приходит к выводу, что истец была допущена к работе уборщиком помещений прокуратуры Третьяковского района Алтайского края с 01.01.2025, поскольку как следует из пояснений истца, после заключения государственного контракта в ноябре 2024 года, ответчик сообщил ФИО1, что с 01.01.2025 она может продолжать выполнять свои обязанности на тех же условиях, что и в 2024 году, не оспаривал указанную дату и сам ответчик. Дата окончания трудовых отношений - 30.09.2025 с учетом прекращения действия контракта.

Оспаривая факт трудовых отношений, ответчик, на котором в силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лежит бремя доказывания этих обстоятельств, относимых допустимых, достоверных и в своей совокупности достаточных доказательств этому не представил. Само по себе отрицание факта наличие трудовых отношений достаточным основанием для вывода об отсутствии таковых не является.

Суд также принимает во внимание, что работник, в данном случае истец, является слабой стороной в трудовом правоотношении, ответчик в своих письменных возражениях ссылается на заключение между сторонами договора оказания услуг гражданско-правового характера, при этом, доказательств отсутствия трудовых отношений с истцом и опровергающих доводов ФИО1 о наличии между ними трудовых отношений, не представил.

Несостоятельным считает суд довод стороны ответчика о гражданско-правовом характере отношений между сторонами, поскольку согласно разъяснениям, данным Верховным Судом Российской Федерации в п.18 «Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам, связанным с заключением трудового договора», не допускается заключение гражданско-правовых договоров, фактически регулирующих трудовые отношения. Если между сторонами заключен гражданско-правовой договор, однако в ходе судебного разбирательства будет установлено, что этим договором фактически регулируются трудовые отношения между работником и работодателем, к таким отношениям должны применяться положения трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права. При этом неустранимые сомнения при рассмотрении судом споров о признании отношений, возникших на основании гражданско-правового договора, трудовыми отношениями толкуются в пользу наличия трудовых отношений.

Так, истец осуществляла уборку помещений прокуратуры Третьяковского района Алтайского края, способы выполнения работы самостоятельно не определяла, соблюдала установленные правила внутреннего трудового распорядка, фактически была оформлена на конкретную должность уборщик помещений, и вопреки доводам стороны ответчика выполняла работу определенного рода по уборке, а не разовые задания. ИП ФИО3 фактически дистанционно управлял процессом уборки.

Таким образом, суд находит установленным, что истец работала уборщиком помещений прокуратуры Третьяковского района Алтайского края в период с 01.01.2025 по 30.09.2025, доказательств обратного ответчиком не представлено.

В связи с изложенным, подлежит удовлетворению требование истца об установлении факта трудовых отношений между ИП ФИО3 и ФИО1 в должности «уборщик помещений» в период с 01.01.2025 по 30.09.2025.

Разрешая требования истца в части взыскания компенсации морального вреда, суд учитывает следующие обстоятельства.

В соответствии со ст. 3 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав. Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества независимо от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, политических убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника.

Лица, считающие, что они подверглись дискриминации в сфере труда, вправе обратиться в суд с заявлением о восстановлении нарушенных прав, возмещении материального вреда и компенсации морального вреда.

Согласно ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в п.п. 46 и 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 г. № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу ст. 237 ТК РФ имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.). Моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, компенсируется в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора, а в случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба (ст. 237 ТК РФ). Суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (ст. 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Поскольку, в ходе рассмотрения дела установлено, что ответчиком ИП ФИО3 в отношении истца ФИО1 допущено нарушение трудовых прав, связанное с нарушением установленных сроков выплаты заработной платы, а также не оформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, суд усматривает наличие дискриминации в сфере труда, допущенное ответчиком в отношении истца, в связи с чем, полагает требование о компенсации морального вреда обоснованными.

При этом, учитывая личность истца, а также фактические обстоятельства дела, установленные судом, объем и характер нравственных страданий истца, период невыплаты заработной платы, требования законодателя о соблюдении принципов разумности и справедливости, суд полагает возможным снизить заявленный размер морального вреда и взыскать с ответчика в пользу истца денежную компенсацию морального вреда в размере 4000 рублей.

В соответствии с ч. 1 ст. 66.1 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель формирует в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже каждого работника и представляет ее в порядке, установленном законодательством Российской Федерации об индивидуальном (персонифицированном) учете в системах обязательного пенсионного страхования и обязательного социального страхования, для хранения в информационных ресурсах Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации.

Частью 2 названной статьи установлено, что в сведения о трудовой деятельности включаются информация о работнике, месте его работы, его трудовой функции, переводах работника на другую постоянную работу, об увольнении работника с указанием основания и причины прекращения трудового договора, другая предусмотренная настоящим Кодексом, иным федеральным законом информация.

Таким образом, суд приходит к выводу о необходимости возложить на ответчика ИП ФИО3 обязанности сформировать в электронном виде основную информацию о трудовой деятельности и трудовом стаже ФИО1 за период ее работы с 01.01.2025 по 30.09.2025 в должности уборщика помещений.

В соответствии со ст. 6 Федерального закона от 15 декабря 2001 г. № 167-ФЗ "Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации" (далее - Федеральный закон от 15.12.2001 № 1677-ФЗ) страхователями по обязательному пенсионному страхованию являются лица, производящие выплаты физическим лицам, в том числе индивидуальные предприниматели.

Согласно п. 2 ст. 14 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ страхователь, в том числе, обязан своевременно и в полном объеме уплачивать страховые взносы в Фонд и вести учет, связанный с начислением и перечислением страховых взносов в Фонд; представлять в территориальные органы страховщика документы, необходимые для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, а также для назначения (перерасчета) и выплаты обязательного страхового обеспечения; обеспечивать реализацию прав застрахованных лиц, вступающих в правоотношения по обязательному пенсионному страхованию в целях уплаты дополнительных страховых взносов на накопительную пенсию в соответствии с Федеральным законом "О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений"; своевременно и в полном объеме перечислять в Фонд дополнительные страховые взносы на накопительную пенсию в порядке, определенном Федеральным законом "О дополнительных страховых взносах на накопительную пенсию и государственной поддержке формирования пенсионных накоплений", а также вести учет, связанный с исчислением, удержанием и перечислением указанных страховых взносов и с уплатой взносов работодателя в пользу застрахованных лиц в соответствии с указанным Федеральным законом.

Согласно ст. 1 Федерального закона от 01.04.1996 г. № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» (далее - Федеральный закон от 01.04.1996 № 27-ФЗ) к страхователям относятся, в том числе, индивидуальные предприниматели, осуществляющие прием на работу по трудовому договору, а также заключающие договоры гражданско-правового характера, на вознаграждения по которым в соответствии с законодательством Российской Федерации начисляются страховые взносы.

Согласно ст. 8 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ сведения для индивидуального (персонифицированного) учета представляются страхователями. Сведения, предусмотренные п. 8 ст. 11 настоящего Федерального закона, страхователь (за исключением случая, когда страхователь применяет специальный налоговый режим "Автоматизированная упрощенная система налогообложения") представляет в налоговый орган в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах.

В соответствии со ст. 9 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ страхователь представляет в соответствующий орган Фонда сведения о работающих у него застрахованных лицах, предусмотренные подп. 1 - 8 п. 2 ст. 6 настоящего Федерального закона.

Страхователи представляют предусмотренные пунктами 2 - 6 настоящей статьи сведения для индивидуального (персонифицированного) учета в органы Фонда по месту своей регистрации, а сведения, предусмотренные пунктом 8 настоящей статьи (сведения о сумме заработка (дохода), в том числе на который начислялись страховые взносы, сумме начисленных страховых взносов в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах), - в налоговые органы в соответствии с законодательством Российской Федерации о налогах и сборах (п.1 ст.11 Федерального закона от 01.04.1996 № 27-ФЗ).

Учитывая вышеизложенное, предоставление индивидуальных сведений по начисленным и уплаченным страховым взносам в отношении работника, а также по осуществлению соответствующих отчислений, является прямой обязанностью страхователя.

Принимая во внимание, что в ходе рассмотрения дела суд пришел к выводу о признании трудовыми отношений между ИП ФИО3 и ФИО1, заявленные истцом требования о возложении на ответчика обязанности по осуществлению соответствующих отчислений, с произведением удержания налогов и сборов и перечислением их в соответствующие бюджеты Российской Федерации, являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению.

Разрешая требования истца о применении ст. 212 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд принимает во внимание, что в иске прокурор не ссылается на обстоятельства, указывающие на необходимость обращения решения к немедленному исполнению, не приводит обстоятельств, которые на эту необходимость указывают. Учитывая фактические обстоятельства дела, основания для обращения решения суда к немедленному исполнению отсутствуют.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов.

На основании ст. 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 рублей.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования прокурора Третьяковского района в интересах ФИО1 к ИП ФИО3 о признании отношений трудовыми, взыскании задолженности по заработной плате, компенсации морального вреда, возложении обязанности, удовлетворить частично.

Установить факт трудовых отношений между индивидуальным предпринимателем ФИО3, ИНН <данные изъяты> и ФИО1 (<данные изъяты>) в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности «уборщик помещений».

Возложить на индивидуального предпринимателя ФИО3 <данные изъяты>, ИНН <данные изъяты>, обязанность внести электронные сведения о трудовой деятельности в отношении ФИО1, (<данные изъяты>) за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в должности «уборщик помещений».

Возложить на Индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <данные изъяты>, произвести в установленном порядке обязательные отчисления в Отделение фонда пенсионного и социального страхования РФ по Алтайскому краю в отношении ФИО1 (<данные изъяты>) за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ исходя из заработной платы, с произведением удержания налогов и сборов и перечислением их в соответствующие бюджеты Российской Федерации.

Взыскать с Индивидуального предпринимателя ФИО3, <данные изъяты>, в пользу ФИО1, (<данные изъяты>) компенсацию морального вреда в размере 4 000 руб.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО3, ИНН <данные изъяты> в доход бюджета муниципального образования Третьяковский район Алтайского края государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Алтайский краевой суд в течении одного месяца со дня вынесения в окончательной форме через Третьяковский районный суд Алтайского края.

Мотивированное решение изготовлено 24.12.2025

Судья Т.А. Костырченко