Председательствующий Храмова М.С. Дело № 22-1385/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Курган 15 августа 2023 г.

Судебная коллегия по уголовным делам Курганского областного суда в составе

председательствующего Тюрина А.Г.,

судей Петровой М.М. и Мазикова Д.А.,

при секретаре Туговой А.Н.

рассмотрела в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя Киселева А.А. и апелляционной жалобе осужденного ФИО1 на приговор Шатровского районного суда Курганской области от 8 июня 2023 г., по которому

ФИО1, родившийся <...> в <...>, судимый:

1) 15 сентября 2017 г. по ч. 1 ст. 112 УК РФ к 2 годам лишения свободы, освобожденный 3 июля 2018 г. условно-досрочно по постановлению судьи от 20 июня 2018 г. на фактически неотбытый срок 1 год 2 месяца 11 дней;

2) 23 мая 2019 г. по п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ с применением ст. 79, 70 УК РФ к 4 годам лишения свободы, освобожденный 21 октября 2022 г. по отбытии срока наказания,

осужден по ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ к 4 годам лишения свободы в исправительной колонии строгого режима.

Заслушав доклад судьи Петровой М.М., выступления прокурора Масловой Л.В., поддержавшей доводы апелляционного представления об изменении приговора, осужденного ФИО1 и его защитника – адвоката Соколовой И.В., просивших об изменении приговора по доводам апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

по приговору суда ФИО1 признан виновным в совершении 27 марта 2023 г. покушения на открытое хищение имущества ФИО с незаконным проникновением в его жилище.

Преступление совершено в с. Терсюкское Шатровского района Курганской области при изложенных в приговоре обстоятельствах.

В суде ФИО1 виновным себя признал частично, пояснив, что хищение совершил тайно.

В апелляционном представлении государственный обвинитель просит изменить приговор, усилить ФИО1 наказание и назначить дополнительное наказание в виде ограничения свободы, в обоснование чего указывает следующее.

Не назначая ФИО1 дополнительное наказание, суд свои выводы не мотивировал, при этом оставил без внимания фактические обстоятельства, способствовавшие совершению осужденным тяжкого преступления, не учел, что он спустя непродолжительное время после отбытия срока наказания в виде лишения свободы за совершенное преступление против собственности, вновь совершил тяжкое преступление против собственности, что указывает на то, что после отбытия лишения свободы он требует контроля уголовно-исполнительной инспекции в целях предупреждения совершения им новых преступлений. Кроме того, признание вины и раскаяние, признанные судом смягчающими наказание обстоятельствами, подлежат исключению из приговора, поскольку ФИО1 как на следствии, так и в суде вину признал частично, не согласившись с квалификацией преступления.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденный просит изменить приговор, переквалифицировать его действия на тайное хищение со смягчением наказания, в обоснование чего указывает следующее.

Похищая имущество потерпевшего, он действовал тайно, в доме никого не было, за его действиями никто не наблюдал. Кража была им окончена, и никому о ней известно не было до того момента, пока свидетель ФИО не позвонила потерпевшему ФИО. Даже при его встрече с потерпевшим, тот не был уверен в том, что он (ФИО1) совершил кражу его имущества, а потому и задал ему вопрос. Назначенное наказание не соответствует ст. 6, 60 УК РФ. Не указано, какая именно судимость образует опасный рецидив преступлений. Показания свидетеля ФИО следует признать недопустимым доказательством, поскольку они не согласуются с другими доказательствами в части того, что свидетелю ФИО позвонили уже после того, как его (ФИО1) догнали. Судом не выяснялось, желает ли он привлечь к уголовной ответственности потерпевшего ФИО, его брата и ФИО, которые при его задержании безосновательно применили к нему физическую силу и забрали принадлежащие ему сотовый телефон и наушники. Оказанное на него со стороны потерпевшего давление равносильно тому, что он дал показания под его принуждением.

Проверив материалы дела, доводы апелляционных представления, жалобы и дополнений к ней, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих в соответствии со ст. 389.15 УПК РФ отмену приговора, по данному уголовному делу не допущено.

Вывод суда о виновности ФИО1 в покушении на хищение имущества ФИО с тайным проникновением в его жилище, является обоснованным и сторонами не оспаривается.

Приговор соответствует требованиям ст. 307 УПК РФ, основан на совокупности достаточных доказательств, получивших надлежащую оценку суда в соответствии с требованиями ст. 17, 87, 88 УПК РФ с точки зрения относимости, допустимости, достоверности и достаточности для разрешения уголовного дела.

Вопреки доводам жалобы осужденного, предусмотренные ст. 75 УПК РФ основания для признания доказательств недопустимыми, отсутствуют.

Каких-либо противоречий, касающихся значимых для дела обстоятельств, ставящих под сомнение вывод суда о том, что ФИО1, незаконно проникнув в дом по месту проживания потерпевшего, пытался похитить принадлежащие ему деньги и имущество, приговор не содержит.

Вместе с тем действия ФИО1 неверно квалифицированы судом как покушение на открытое хищение чужого имущества.

По смыслу уголовного закона открытым хищением чужого имущества, предусмотренным ст. 161 УК РФ (грабеж), является такое хищение, которое совершается в присутствии собственника или иного владельца имущества либо на виду у посторонних, когда лицо, совершающее это преступление, сознает, что присутствующие при этом лица понимают противоправный характер его действий независимо от того, принимали ли они меры к пресечению этих действий или нет.

Содеянное квалифицируется как грабеж и в случаях, если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание. Если же удерживается уже тайно похищенное имущество, то его хищение, совершенное тайно, в открытое перерасти не может.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1 с целью хищения имущества незаконно проник в дом потерпевшего ФИО, откуда тайно похитил принадлежащее ему имущество, однако довести свои действия до конца и распорядиться похищенным имуществом не смог, так как с похищенным имуществом был обнаружен потерпевшим при выходе из дома в сенях и при попытке скрыться был им задержан.

Давая оценку действиям осужденного как покушение на открытое хищение, суд указал, что поскольку ФИО1 после обнаружения его действий по хищению имущества потерпевшим, заявившим о принадлежности ему бритвенных станков, продолжил удерживать похищенное и попытался скрыться, его действия «перешли в открытые».

Вместе с тем в нарушение предусмотренных ст. 87, 88 УПК РФ правил оценки доказательств суд не принял во внимание и не дал надлежащей оценки показаниям осужденного ФИО1, потерпевшего ФИО и свидетеля ФИО о тайном характере хищения и обстоятельствах, при которых было осуществлено его преследование потерпевшим, что повлекло неправильное применение уголовного закона при квалификации действий виновного.

Так, ФИО1, как в ходе следствия, так и в суде, признавал себя виновным только в тайном хищении денег и имущества из дома потерпевшего, в который проник, не имея на то законных оснований. Из его показаний следует, что он предпринял все меры для того, чтобы его действия по хищению остались неочевидными для окружающих, в дом он проник только после того, как убедился, что в нем никого нет, сам момент хищения никто не видел, похищенное имущество находилось в карманах одежды, когда на выходе из дома в сенях встретил девушку и потерпевшего, тот лишь спросил, зачем он залез в дом. Он побежал, но потерпевший его догнал, тогда он сознался, что совершил кражу из дома.

Из показаний потерпевшего ФИО следует, что, вернувшись с ФИО домой, обнаружили в сенях ФИО1, в руках у него ничего не было, но карманы крутки были чем-то набиты, из правого кармана были видны одноразовые бритвенные станки. ФИО1 на его неоднократные вопросы о том, зачем он проник в его дом, ничего не ответил, они вышли на улицу, где он опять задал ФИО1 этот же вопрос, ФИО1 сказал, что не залазил в дом. О том, что ФИО1 совершил кражу, понял только тогда, когда ФИО1 побежал после заданного ему вопроса о принадлежности ему (потерпевшему) бритвенных станков. После того, как догнал ФИО1, из кармана его куртки выпали бритвенные станки, флакон туалетной воды, сигареты, спички. На вновь заданный вопрос «Ты все-таки залазил в дом» ФИО1 сознался, что залез в дом и совершил кражу, а что украл, не сказал. После того, как ФИО по телефону пояснила, что похищены деньги, ФИО1 отдал ему деньги, пачку сигарет и флакон туалетной воды.

Из показаний свидетеля ФИО следует, что вернувшись с ФИО домой, в сенях дома они обнаружили ФИО1, в руках у него она ничего не видела. После того как ФИО1 и ФИО вышли во двор, она зашла в дом, в котором был беспорядок, тогда она заподозрила ФИО1 в хищении. Через некоторое время ей позвонил потерпевший, по его просьбе она проверила карманы его крутки и денег там не обнаружила, о чем сообщила потерпевшему.

Таким образом, исследованные судом доказательства свидетельствуют о том, что хищение ФИО1 было совершено тайно, очевидцев кражи не было, пропажу имущества потерпевший и свидетель ФИО обнаружили уже после того, как завладение имуществом состоялось, а преследовать ФИО1 потерпевший стал потому, что только заподозрил его в хищении, увидев бритвенные станки в кармане куртки. При этом к тому же, вопреки выводам суда, из показаний потерпевшего следует, что о принадлежности ему станков он не утверждал, а лишь спросил об этом у ФИО1.

Однако само по себе наличие у потерпевшего подозрений в том, что ФИО1 что-то похитил из дома, не дает оснований для вывода о том, что хищение стало явным и происходило у потерпевшего на виду.

Действия ФИО1 на месте преступления свидетельствуют о желании избежать разоблачения в хищении, совершенном незаметно для потерпевшего и свидетеля ФИО в условиях неочевидности, и поскольку ФИО1 на момент его обнаружения потерпевшим в сенях своего дома удерживалось имущество, которое им было уже тайно похищено в доме, кража этого имущества, вопреки выводам суда, не переросла в открытое хищение.

При таких обстоятельствах, учитывая, что действия, направленные на хищение чужого имущества, ФИО1 не смог довести до конца по независящим от него обстоятельствам в связи с тем, что при попытке скрыться был настигнут потерпевшим и отдал ему похищенное имущество, действия ФИО1 подлежат переквалификации с ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как покушение на кражу, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенную с незаконным проникновением в жилище.

При принятии такого решения судебная коллегия учитывает, что оно не нарушает требования ст. 252 УПК РФ, поскольку не увеличивает объем обвинения, не содержит признаков более тяжкого преступления, не ухудшает положение осужденного и не нарушает его право на защиту.

Вопреки доводам защитника, изложенным в судебном заседании суда апелляционной инстанции, предусмотренные законом основания для квалификации покушения ФИО1 на кражу по квалифицирующему признаку совершения ее с незаконным проникновением в помещение отсутствуют, поскольку исследованные доказательства с очевидностью свидетельствуют о том, что дом, из которого ФИО1 пытался похитить имущество потерпевшего, обладает всеми признаками жилища, указанными в п. 10 ст. 5 УПК РФ, определяющем понятие жилища применительно к сфере уголовно-процессуального регулирования, и примечании к статье 139 УК РФ, раскрывающем понятие жилища, используемое в Уголовном кодексе Российской Федерации.

Учитывая характер и степень общественной опасности совершенного ФИО1 преступления, относящегося к категории тяжких преступлений, все обстоятельства дела в совокупности, а также установленные судом первой инстанции данные о личности осужденного, признание им вины, раскаяние и наличие заболеваний, обоснованно признанные смягчающими наказание обстоятельствами, а также отягчающее наказание обстоятельство – рецидив преступлений, влияние наказания на исправление виновного, судебная коллегия назначает ФИО1 наказание в виде лишения свободы на определенный срок, применяя при этом ограничительные положения ч. 3 ст. 66, ч. 2 ст. 68 УК РФ.

Оснований для назначения ФИО1 наказания с применением положений ч. 3 ст. 68 УК РФ в размере менее одной третьей части срока лишения судебная коллегия, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, всех обстоятельств дела и личности осужденного, не усматривает, при этом более мягкое наказание ФИО1 назначено быть не может ввиду отсутствия по делу исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления, а также других обстоятельств, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности совершенного преступления.

При этом судебная коллегия находит обоснованными доводы апелляционного представления о необходимости назначения ФИО1 дополнительного наказания.

Учитывая конкретные обстоятельства дела и данные о личности ФИО1, который спустя 5 месяцев после освобождения из исправительного учреждения по отбытии срока лишения свободы за умышленное тяжкое преступление против собственности вновь совершил умышленное тяжкое преступление против собственности, при опасном рецидиве преступлений, судебная коллегия с целью предупреждения совершения ФИО1 после отбытия им лишения свободы новых преступлений назначает ему дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ч. 3 ст. 158 УК РФ, срок которого, а также вид ограничений и периодичность исполнения обязанности, указанных в ст. 53 УК РФ, определяет с учетом всех обстоятельств дела в совокупности и данных о личности осужденного.

Для отбывания ФИО1 лишения свободы судебная коллегия в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ назначает исправительную колонию строгого режима, поскольку в действиях осужденного в соответствии с п. «б» ч. 2 ст. 18 УК РФ имеется опасный рецидив преступлений, образованный судимостью по приговору Ялуторовского районного суда Тюменской области от 23 мая 2019 г.

Поскольку в соответствии ч. 3 ст. 15, ч. 1 ст. 252 УПК РФ суд не является органом уголовного преследования и проводит судебное разбирательство только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению, то суд первой инстанции, вопреки доводу апелляционной жалобы осужденного, не был уполномочен выяснять у ФИО1 наличие желания привлечь к уголовной ответственности потерпевшего и двух лиц за то, что, как указал осужденный, они его избили и похитили его имущество.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

приговор Шатровского районного суда Курганской области от 8 июня 2023 г. в отношении ФИО1 изменить.

Действия ФИО1 переквалифицировать с ч. 3 ст. 30, п. «в» ч. 2 ст. 161 УК РФ на ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ и назначить наказание в виде 3 лет 6 месяцев лишения свободы в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 1 год.

В соответствии со ст. 53 УК РФ в период отбывания ограничения свободы установить ФИО1 ограничения и обязанность:

- без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования, где будет постоянно проживать осужденный;

- являться в указанный орган один раз в месяц для регистрации в дни регистрации, определяемые указанным органом.

Ограничение свободы, назначенное в качестве дополнительного наказания, подлежит самостоятельному исполнению с момента отбытия ФИО1 основного наказания.

В остальном приговор оставить без изменения, апелляционные представление и жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке по правилам главы 47.1 УПК РФ в судебную коллегию по уголовным делам Седьмого кассационного суда общей юрисдикции с подачей кассационных жалобы, представления через Шатровский районный суд Курганской области в течение шести месяцев со дня вынесения апелляционного определения, осужденным, содержащимся под стражей – в тот же срок со дня вручения ему копии апелляционного определения, а по истечении этого срока – непосредственно в суд кассационной инстанции.

Осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий

Судьи