Дело № 2-992/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Краснооктябрьский районный суд города Волгограда

в составе председательствующего судьи Музраевой В.И.,

при секретаре судебного заседания Хрестиной С.А.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, ответчика ФИО3, представителя ответчика ФИО4, ответчика ФИО5,

26 июля 2022 года в городе Волгограде, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании права собственности,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ответчикам ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании права собственности.

В обоснование заявленных исковых требований указано, что в 2015 году истец познакомился и начал встречаться с ФИО3, которая работала юристом в агентстве недвижимости «Этажи». У знакомого истца ФИО5 была в собственности трехкомнатная квартира, расположенная по адресу: . Испытывая финансовые затруднения в связи со смертью брата и тяжелой болезнью матери, ФИО5 предложил истцу продать его квартиру, выдав на имя истца доверенность на право продажи квартиры.

При этом, поскольку истец планировал проживать с ФИО3, то предложил ей купить вышеуказанную квартиру совместно. У ФИО3 была в собственности однокомнатная квартира, где с ней проживали ее мать и дочь.

Стоимость данной квартиры в 2015 году составляла 2800 000 рублей, из которых 1 500 000 рублей вносила ФИО3, а 1300 000 должен был внести истец.

На момент подписания договора купли-продажи денежных средств от ФИО3 продавец не получил, поскольку все финансовые вопросы с ним решал истец.

После продажи своей однокомнатной квартиры ФИО3 рассчиталась за свою часть квартиры на сумму 1500 000 рублей.

Номинально право собственности на квартиру было оформлено на ФИО3, последняя сказала, что потом квартира будет переоформлена.

Истец ФИО1 и ФИО3 стали жить вместе и вести совместное хозяйство.

На денежные средства истца был также приобретен земельный участок сельскохозяйственного назначения в . Через три года ФИО3 предложила переоформить его на себя.

Денежные средства по договору купли-продажи участка истец не получил до сих пор.

В связи с чем, по мнению истца, на основании ст. 170 ГК РФ, договор купли-продажи считается мнимым и подлежит отмене.

В 2018 году истец и ФИО3 решили купить дом с земельным участком по адресу: . Данный дом был не газифицирован, требовался капитальный ремонт.

Для покупки данного недвижимого имущества истец взял потребительский кредит в размере 800 000 рублей.

При этом, для проведения в жилом доме газа по льготной цене ФИО3 предложила оформить покупку на свою мать ФИО7, поскольку она являлась пенсионером и ей положена скидка на подключение газа. В связи с чем, жилой дом и земельный участок были оформлены на ФИО7

Истец поверил обещаниям ФИО3 о том, что в последующем право собственности на данные объекты недвижимости будет переоформлено.

До подключения газа истец и ФИО3 снесли старые стены, укрепили фундамент, построили новый каркас, обшили его, утеплили, накрыли крышей, т.е. провели капитальную реконструкцию дома.

На возведение каркаса дома договор со строителем заключал и оплачивал истец, договор на изготовление и установку пластиковых окон, на переделку каркаса крыши и ее покрытие металлочерепицей, утепление наружных стен термопанелями, разводку электричества по дому заключал также истец.

Истец также взял кредиты на 1 000 000 рублей и 300 000 рублей.

После проведения в доме газа ФИО3 переоформила дом и земельный участок на себя. На вопросы истца по какой причине ? доли дома не оформлена на него, ФИО3 пояснила, что если с истцом что-то случится, то она не сможет выплатить долю его детям.

ДД.ММ.ГГГГ истец с ФИО3 окончательно поругались, она прекратила сожительство с истцом, предложив покинуть ее квартиру с вещами.

Утратив доверие к ФИО3, и желая оформить долю к общему имуществу, истец подготовил договор простого товарищества, где отразил отношения истца и ответчика к общему имуществу, в которое вложены все средства и силы истца. С большими уговорами и дополнительными условиями ФИО3 подписала его.

Руководствуясь данным договором, истец решил охранять дом по , на что ФИО3 был заявлен категорический протест, вещи и мебель из дома перенесены в гараж и во двор, а замок на двери дома был заменен.

Из телефонного разговора с ФИО3 истец понял, что она в одностороннем порядке расторгает договор простого товарищества, что свидетельствует о ее мошенничестве в отношении истца путем обмана и введение в заблуждение, что послужило средством завладения имуществом.

ДД.ММ.ГГГГ истец на сайте «Авито» увидел, что ФИО3 продает квартиру, расположенную по адресу: за 4 100 000 рублей.

По мнению истца, обман ФИО3 либо умолчание об истинных фактах в отношении истца является способом совершения хищения или приобретения права на чужое имущество.

Истцом было подано заявление в следственный комитет по факту мошенничества со стороны ФИО3

По указанным основаниям, истец просил суд признать за ним право общей долевой собственности в размере 24/50 на квартиру, расположенную по адресу: , признать за истцом право общей долевой собственности в размере ? доли на жилой дом и ? доли на земельный участок, расположенные по адресу: , признать договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером , расположенный по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения, ничтожным и применить последствия признания сделки недействительной, а именно: истребовать из незаконного владения ФИО3 земельный участок с кадастровым номером , расположенный по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения; исключить из ЕГРН запись о праве собственности ФИО3 на данный земельный участок, восстановить в ЕГРН запись о праве собственности ФИО1 на земельный участок с кадастровым номером расположенный по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения.

ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО1 уточнил исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, с учетом уточнения исковых требований просил признать за ним право общей долевой собственности в размере 24/50 доли на квартиру, расположенную по адресу: , признать за истцом право общей долевой собственности в размере 7/10 доли на жилой дом с кадастровым номером и 7/10 доли на земельный участок с кадастровым номером расположенные по адресу: , признать за истцом право общей долевой собственности в размере 1/2 доли на земельный участок с кадастровым номером расположенный по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения.

ДД.ММ.ГГГГ истец вновь уточнил исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ и с учетом окончательного уточнения исковых требований просил суд признать за ним право общей долевой собственности в размере 24/50 доли на квартиру, расположенную по адресу: , признать за истцом право общей долевой собственности в размере 1/2 доли на жилой дом с кадастровым номером и 1/2 доли на земельный участок с кадастровым номером , расположенные по адресу: , признать за истцом право общей долевой собственности в размере 1/2 доли на земельный участок с кадастровым номером , расположенный по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения.

ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО1 было подано заявление о дополнении оснований искового заявления.

В обоснование данного заявления указано, что между ФИО5 в лице представителя ФИО1 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ был заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: .

В соответствии с условиями договора, изложенными в пунктах 3, 4, 5, цену сделки 1 000 000 рублей, покупатель уплатил продавцу до подписания договора.

Кроме того, продавец гарантировал покупателю отсутствие правопритязаний со стороны третьих лиц и отсутствие зарегистрированных в квартире жильцов.

Вместе с тем, как поясняет третье лицо ФИО5, на момент продажи квартиры в ней проживали гражданин ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения и ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. О наличии вышеназванных жильцов истец и ответчик знали в момент совершения сделки. Впоследствии, как можно установить из гражданских дел №, №, рассмотренных Краснооктябрьским районным судом , между ФИО3, ФИО5 и ФИО11 возникали споры относительно устранения препятствий в пользовании квартирой и о выселении жильцов.

Как указано в пункте 3 договора купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, цена квартиры уплачена ФИО3 ФИО5 до подписания договора.

Третье лицо ФИО5 пояснил суду, что денежных средств от ответчика ФИО3 он не получал. Согласно представленной в материалы дела расписке от ДД.ММ.ГГГГ, денежные средства в сумме 2 800 000 рублей за продаваемую квартиру ФИО5 оплатил ФИО1

Ответчик ФИО3 суду пояснила, что цену сделки от ДД.ММ.ГГГГ она оплатила из денежных средств, полученных от продажи квартиры, расположенной по адресу: , за цену в размере 1 460 000 рублей.

Вместе с тем, согласно представленному договору купли-продажи, сделка заключена ДД.ММ.ГГГГ, то есть, через два месяца после приобретения квартиры на .

Объяснения ФИО5 сводятся к тому, что сделка по купле-продаже квартиры от ДД.ММ.ГГГГ являлась притворной и прикрывала иную сделку, совершенную на иных условиях, а именно, куплю-продажу квартиры между ФИО5 и ФИО1 за 2 800 000 рублей с рассрочкой платежа на 14 месяцев.

Отчет об оценке рыночной стоимости № от ДД.ММ.ГГГГ, имеющий в материалах дела, подтверждает, что рыночная стоимость квартиры по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ составляет 2 800 000 рублей.

По мнению истца, в силу п. 2 статьи 170 ГК РФ, сделка по купле-продаже квартиры между ФИО5 и ФИО3 ничтожна, стороны имели в виду сделку по купле-продаже квартиры между ФИО5 и ФИО1

Покупатель ФИО1 свою обязанность по уплате цены сделки выполнил, что подтверждается распиской от ДД.ММ.ГГГГ. Обязанность по принятию квартиры исполнена в момент вселения истца и ответчика. Претензий у продавца ФИО5 относительно исполнения обязанностей ФИО1 не заявлено.

Прикрываемая сделка по купле-продаже квартиры между ФИО5 и ФИО1 отвечает установленным законом требованиям.

По существу истец ФИО1 является единственным собственником квартиры.

Требование о признании 24/50 в праве общей долевой собственности заявлено истцом с учетом характера взаимоотношений с ответчиком, являвшихся, по своей сути, брачными отношениями, при которых на все приобретаемое супругами имущество распространяется режим общей долевой собственности. Подобный характер взаимоотношений подтверждается договором о товариществе, объяснениями сторон о ведении совместного хозяйства в период сожительства.

В отношении сделки по купле-продаже земельного участка с кадастровым номером площадью 668 кв. м и жилого дома с кадастровым номером 34:34:020005:140 площадью 53,7 кв.м., расположенных по адресу: , истец указывает, что ДД.ММ.ГГГГ между продавцами ФИО10, ФИО8, ФИО9 и покупателем ФИО7 заключен договор купли-продажи земельного участка и дома, расположенных по адресу: .

Согласно пункту 2.1. указанного договора, цена продажи 000 рублей, земельного участка 1 000 000 рублей.

Из объяснений третьих лиц ФИО13 Л,Т., ФИО10 и ФИО8 следует, что сделка по купле-продаже земельного участка и жилого дома является притворной, прикрывающей сделку по купле-продаже между ФИО10, ФИО8, ФИО9 и ФИО1, где истец выступал в качестве покупателя. Номинальный покупатель ФИО7, как подтверждают стороны, не воспринималась сторонами как реальный приобретатель, оформление на нее права собственности мотивировано возможностью использования льготы при технологическом присоединении к газовым сетям.

Кроме того, третьи лица пояснили суду, что именно фактический покупатель ФИО1 оплачивал им цену сделки. Указанные сведения подтверждаются представленными в материалы дела выписками со счета истца.

Расписки о получении денег продавцами от ФИО7 составлены по требованию ответчика ФИО3, не являвшейся стороной сделки, и не отражают действительного положения дел относительно расчетов. Указанный вывод следует из пояснений третьих лиц и выписок со счета истца. |

Таким образом, по мнению истца, в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ, сделка по купле-продаже жилого дома и земельного участка между продавцами ФИО10, ФИО8, ФИО9 и покупателем ФИО7 ничтожна, стороны имели в виду сделку по купле-продаже между ФИО10, ФИО8, ФИО9 и ФИО1, где последний являлся покупателем.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО3 заключен договор дарения земельного участка с кадастровым номером площадью 668 кв. м и жилого дома с кадастровым номером площадью 53,7 кв.м., расположенных по адресу: .

Истец также полагает, что указанная сделка также в соответствии со статьей 169 ГК РФ, пунктом 2 статьи 170 ГК РФ является ничтожной по причине притворности. Дарение организовано и осуществлено ФИО3 без ведома реального собственника ФИО1, в целях заведомо противных основам правопорядка или нравственности, а именно, для того, чтобы истец не мог потребовать от фиктивного покупателя ФИО7 переоформления жилого дома и участка на себя.

По договору купли продажи от ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 продал земельный участок с кадастровым номером ФИО3 по цене 250 000 рублей, которые были уплачены покупателем продавцу до подписания договора.

Из хронологии объяснений ФИО3 суду следует, что деньги на приобретение земельного участка у ответчика сначала появились в результате заключения договора потребительского кредита, затем, в результате займа у подруги. По последним указанным в протоколе пояснениям, ФИО3 для покупки использовала личные средства. Вместе с тем, происхождение денежных средств на приобретение указанного имущества ответчик суду подтвердить не смогла.

Однако, в ходе обсуждения посредством электронной почты между истцом и ответчиком условий впоследствии заключенного ДД.ММ.ГГГГ договора простого товарищества, ФИО3 признает, что денежные средства в размере 250 000 рублей, потраченные на приобретение земельного участка, заработал ФИО1

Сделка по купле-продаже земельного участка с кадастровым номером между ФИО6 и ФИО3 является притворной, прикрывающей сделку по купле-продаже между ФИО6 и ФИО1, следовательно, в силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ, является ничтожной.

Учитывая изложенное, имеющиеся в деле доказательства, показания третьих лиц и пояснения иных участников процесса прямо свидетельствуют о притворности всех сделок по купле-продаже спорного имущества в период сожительства истца и ответчика.

Систематическая неуклонная воля ответчика, все умения и знания, были направлены на присвоение и безраздельное владение общим имуществом. Ухищрения, злоупотребление и недобросовестное поведение ответчика при осуществлении своих гражданских прав очевидны и не подлежат сомнению. Наличие государственной регистрации права - единственный факт, доказанный ответчиком. Однако государственная регистрация права стала следствием осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред истцу, в связи с чем в соответствии с положениями статьи 10 ГК РФ, такое поведение недопустимо и судебной защите не подлежит.

Вместе с тем, истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании настаивали на том, что все сделки, совершенные в отношении спорного недвижимого имущества, на которое истец просит признать право собственности являются ничтожными, в связи с чем не требуется заявлять самостоятельные исковые требования о признании сделок недействительными, поскольку они являются ничтожными независимо от их признания таковыми.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Ответчик ФИО3 и ее представитель ФИО4 в судебном заседании возражали удовлетворению исковых требований, просили в удовлетворении искового заявления отказать, применить срок исковой давности.

Ответчик ФИО5 в судебном заседании уточненные исковые требования поддержал.

Ответчик ФИО7 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Ответчики ФИО8, ФИО10 в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом, представили заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие, исковые требования поддержали, не возражали удовлетворению исковых требований.

Ответчик ФИО9 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, возражений на иск не представил.

Ответчик ФИО6 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Третье лицо ФИО13 Л,Т. в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом, представила заявление о рассмотрении дела в свое отсутствие.

Выслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

В силу статьи пункта 1 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на новую вещь, изготовленную или созданную лицом для себя с соблюдением закона и иных правовых актов, приобретается этим лицом.

Право собственности на здания, сооружения и иное вновь созданное недвижимое имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает с момента такой регистрации (статья 219 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 454 указанного выше кодекса по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В соответствии со статьей 223 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности у приобретателя вещи по договору возникает с момента ее передачи, если иное не предусмотрено законом или договором (пункт 1).

В соответствии с пунктом 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В силу положений п. 2 ст. 1 ГК РФ граждане приобретают и осуществляют свои гражданские права в своей воле и в своем интересе.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора и его условия определяются по усмотрению сторон.

Согласно п. 3 ст. 154 ГК РФ, для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон.

В соответствии с п. 1, 2 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В п. 1 ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В силу пункта 1 статьи 170 данного Кодекса мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

В пункте 2 названной статьи установлено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

Судом установлено и подтверждается письменными материалами дела, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО3 заключен предварительный договор купли-продажи земельных участков, согласно которому стороны обязуются заключить в будущем основной договор купли продажи земельный участков с кадастровыми номерами и

В рамках данного предварительного договора купли-продажи ФИО6 получил от ФИО3 денежные средства в размере 50 000 рублей, что подтверждается его подписью в договоре.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО6 и ФИО3 заключен договор купли продажи земельного участка площадью 170016 кв.м. с кадастровым номером , расположенного по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения.

Согласно п. 3 договора, по соглашению сторон указанный земельный участок продается за 250 000 рублей, которые продавец получил от покупателя до подписания настоящего договора.

В договоре имеется подпись представителя продавца по доверенности ФИО14 о получении денежных средств в полном объеме.

В настоящее время собственником вышеуказанного земельного участка является ФИО3, что подтверждается Выпиской из ЕГРН и не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

Судом также установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 в лице представителя ФИО1 по доверенности и ФИО3 заключен договор купли-продажи квартиры, расположенной по адресу: .

В соответствии с п. 3 договора по соглашению сторон указанная квартиры продается за 1 000 000 рублей, которые продавец получил от покупателя до подписания настоящего договора.

В договоре имеется подпись представителя продавца по нотариальной доверенности ФИО1 о получении денежных средств в полном объеме.

На момент рассмотрения дела по существу собственником указанной квартиры является ФИО3, что подтверждается выпиской из ЕГРН и не оспаривается сторонами в судебном заседании.

Как следует из материалов дела, ДД.ММ.ГГГГ между ФИО10, ФИО8, ФИО9, действующего с согласия матери ФИО8 и ФИО7 заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: .

При этом, судом установлено, что ФИО7 приходится матерью ответчика ФИО3 Данное обстоятельство не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

Согласно п. 2.1 договора купли-продажи, стороны согласовали цену предмета договора в размере 1 100 000 рублей, из которых цена земельного участка - 300 000 рублей, цена жилого 000 рублей.

В соответствии с п. 2.2 договора, наличный денежный расчет в размере 1 100 000 рублей, произведенный покупателем продавцам следующим образом: ФИО8 и ФИО9 в равных долях каждому 370 000 рублей, из которых – 100 000 рублей за земельный участок, 270 000 рублей – за жилой дом; ФИО10- 730 000 рублей, из которых 200 000 рублей за земельный участок, 530 000 рублей за жилой дом, до подписания настоящего договора, рассматривается сторонами как плата по настоящему договору.

Согласно письменной расписке от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10 получила от ФИО7 700 000 рублей за продажу доли в жилом доме и земельном участке по адресу: , претензий к покупателю не имеется.

В соответствии с письменной распиской от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 получила от ФИО7 350 000 рублей за продажу доли в жилом доме и земельном участке по адресу: , денежные средства получены за ФИО8 и ФИО9

Согласно выписке ПАО «Сбербанк России» за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ на счет истца ФИО1 поступило 800 000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ указанная сумма списана со счета.

При этом, как следует из ответа ПАО «Сбербанк России», 700000 рублей были переведены со счета ФИО1 на счет третьего лица ФИО13 Л,Т., которая являлась риелтором и занималась оформлением сделки, а сумма в размере 100 000 рублей на счет ФИО1

В судебном заседании истец ФИО1 суду пояснил, что сумму в размере 800 000 рублей он взял в кредит, в последующем данную сумму он перечислил на счет продавцов жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: .

Ответчик ФИО3 в судебном заседании не отрицала факт того, что истец брал кредит, суду пояснила, что в короткое время кредит был погашен ее личными денежными средствами.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО7 и ФИО3 был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: .

Указанный договор дарения зарегистрирован в установленном законом порядке.

В настоящее время собственником жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: , является ответчик ФИО3, что подтверждается Выписками из ЕГРН и не оспаривалось сторонами в судебном заседании.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО1 заключен договор простого товарищества, в соответствии с которым товарищи обязуются соединить свои вклады т совместно действовать без образования юридического лица.

Согласно п. 1.2 договора совместная деятельность осуществляется в следующих направлениях: покупка жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: , для дальнейшей реконструкции и его дальнейшей продажи, покупка земельного участка для дальнейшего перевода его из категории земель сельскохозяйственного назначения в категорию – земли населенного пункта, расположенного в р., кадастровый № и его дальнейшей продажи.

Вклад каждого товарища по договору составил 1300 000 рублей. Стороны внесли свои вклады полностью.

Судом также установлено, что истец ФИО1 и ответчик ФИО3 в зарегистрированном браке никогда не состояли.

Обращаясь в суд с настоящим иском ФИО1 настаивал на том, что у него возникло право общей долевой собственности на спорные объекты недвижимости, поскольку часть денежных средств в счет оплаты предмета сделок была оплачена его денежными средствами, вместе с тем, стороны (истец и ответчик ФИО3) состояли с ноября или декабря 2015 года в фактических брачных отношениях, при которых на все приобретаемое супругами имущество распространяется режим общей долевой собственности.

В то же время истец настаивал на том, что все сделки в отношении спорного недвижимого имущества являются притворными (ничтожными), заключенными с целью прикрыть другую сделку, сторонами которой являются продавцы и покупатель ФИО1 По сути, собственником всего недвижимого имущества является ФИО1, поскольку на покупку спорного имущества были использованы его денежные средства.

При этом, в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ представитель истца ФИО1 – ФИО2 суду пояснил, что спорное недвижимое имущество приобреталось в период совместного проживания ФИО1 и ФИО3, объекты недвижимости приобретались за совместные денежные средства, все имущество приобреталось с намерением для совместного пользования.

Ответчик ФИО3 суду пояснила, что она стала проживать с ФИО1 в конце 2015 года, стороны совместно проживали до января 2022 года.

Разрешая заявленный спор на основании вышеуказанных положений закона, установив фактические обстоятельства дела, выслушав участвующих в деле лиц, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения заявленных истцом требований о признании права собственности.

В соответствии с п. 2 ст. 10 СК РФ права и обязанности супругов возникают со дня государственной регистрации заключения брака в органах записи актов гражданского состояния.

Согласно п. 1 ст. 34 СК РФ имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

Из приведенных правовых норм, а также п. 2 ст. 1 СК РФ следует, что к имуществу, которое нажито в период незарегистрированных семейных отношений, не может применяться режим общей совместной собственности, закрепляющий право каждого из супругов на половину всего, что приобретено в брачный период, вне зависимости от того, на кого оно оформлено.

При этом, нахождение в фактических брачных отношениях ФИО1 и ФИО3 не породили возникновения у истца права собственности на спорное недвижимое имущество.

Основанием для возникновения правоотношений совместной собственности супругов в силу ст. 34 СК РФ является только брак, заключенный в установленном законом порядке, то есть в органах ЗАГСА, фактические семейные отношения мужчины и женщины без государственной регистрации заключения брака вне независимости от их продолжительности не порождают правоотношений совместной собственности на имущество.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суд приходит к выводу о том, что поскольку брак между истцом и ответчиком не заключался, в зарегистрированном браке стороны не состояли, то основания для применения к спорным правоотношениям норм Семейного кодекса РФ отсутствуют. Право истца на спорные объекты недвижимости может возникнуть только в случае предоставления доказательств о создании общей собственности и степени его участия в их приобретении, то есть по нормам Гражданского кодекса РФ.

Вместе с тем, таких доказательств истцом суду не представлено.

Из представленных в материалы дела письменных доказательств следует, что продавцы спорного недвижимого имущества получали денежные средства по договорам купли-продажи от покупателей ФИО3 и ФИО7

Вместе с тем, в материалы дела были представлены письменные расписки о получении денежных средств от ФИО7 – ДД.ММ.ГГГГ.

Так, согласно письменной расписке от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО10 получила от ФИО7 700 000 рублей за продажу доли в жилом доме и земельном участке по адресу: , претензий к покупателю не имеется.

В соответствии с письменной распиской от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 получила от ФИО7 350 000 рублей за продажу доли в жилом доме и земельном участке по адресу: , денежные средства получены за ФИО8 и ФИО9

При этом, то обстоятельство, что сумма в размере 700 000 рублей была перечислена истцом на счет ФИО13 Л,Т. и 100 000 рублей на счет продавца не может быть расценено судом как возникновение у истца права собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: .

Более того, в последующем указанные объекты недвижимости были переданы в собственность ФИО3 на основании договора дарения, заключенного с ФИО7

Ссылка истца на расписку от ДД.ММ.ГГГГ, написанную ФИО5, о получении им денежных средств в размере 2800 000 рублей от ФИО1 за квартиру по адресу: , судом признается несостоятельной, поскольку данная расписка противоречит условиям договора купли-продажи данной квартиры, согласно которым квартира продана за 1000 000 рублей.

Кроме того, оригинал данной расписки в материалы дела не представлен. ФИО3 факт составления данной расписки в рамках заключения договора купли-продажи спорной квартиры отрицала.

В соответствии с частью 2 статьи 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменные доказательства представляются в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копии.

Подлинные документы представляются тогда, когда обстоятельства дела согласно законам или иным нормативным правовым актам подлежат подтверждению только такими документами, когда дело невозможно разрешить без подлинных документов или когда представлены копии документа, различные по своему содержанию.

Согласно положениям части 7 статьи 67 этого же Кодекса, суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

В связи с чем, суд не может принять копию расписки от ДД.ММ.ГГГГ в качестве достоверного и допустимого доказательства по делу.

Доводы истца ФИО1 о том, что сделки в отношении спорного недвижимого имущества являются притворными (ничтожными) судом отклоняются, поскольку основаны на неверном толковании норм действующего законодательства.

В силу пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, на который ссылается истец, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна. В связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Отклоняя доводы истца о том, что сделки в отношении спорного недвижимого имущества являются притворными, суд, руководствуясь положениями пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, приходит к выводу о том, что доказательств совершения иной сделки, которая прикрывала бы другую сделку представлено не было.

При заключении указанных выше договоров купли-продажи и дарения сторонами достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Предмет договора сторонами определен надлежащим образом. Предмет и условия договора не противоречат каким-либо императивным правовым нормам.

Разрешая заявленные исковые требования, суд приходит к выводу о том, что все сделки в отношении спорного имущества соответствуют требованиям закона и исполнены сторонами, истцом ФИО1, на которого возложено соответствующее бремя доказывания, не представлено доказательств как притворности, так и мнимости данных сделок.

Доказательств того, что волеизъявление сторон было направлено на прикрытие иной сделки или наличия между ними иных правоотношений, истцом не представлено.

Мнимость или притворность сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их главным действительным намерением. При этом сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но при этом стремятся создать не реальные правовые последствия, а их видимость. Поэтому факт такого расхождения волеизъявления с действительной волей сторон устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность их намерений.

При наличии сомнений в реальности существования обязательства по сделке в ситуации, когда стороны спора заинтересованы в сокрытии действительной цели сделки, суд не лишен права исследовать вопрос о несовпадении воли с волеизъявлением относительно обычно порождаемых такой сделкой гражданско-правовых последствий, в том числе, оценивая согласованность представленных доказательств, их соответствие сложившейся практике хозяйственных взаимоотношений, наличие или отсутствие убедительных пояснений разумности действий и решений сторон сделки и т.п.

Следовательно, по основанию притворности недействительной может быть признана сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки.

Вместе с тем, таких обстоятельств в рамках рассмотрения настоящего дела судом не установлено и истцом таких доказательств в материалы дела не представлено.

Кроме того, ответчиком ФИО3 и ее представителем в судебном заседании было также заявлено ходатайство о применении срока исковой давности.

В соответствии разъяснениями, изложенными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 указанного Кодекса).

Согласно пункту 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, с иным субъектным составом, ничтожна

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 101 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25, для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт 1 статьи 181 ГК РФ). По смыслу пункта 1 статьи 181 ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет.

При этом, истец ФИО1 в судебном заседании суду пояснил, что ему было известно обо всех сделках в отношении спорного недвижимого имущества в момент их заключения.

В связи с изложенным, учитывая, что иск подан в суд ДД.ММ.ГГГГ, суд приходит к выводу о том, что трехлетний срок исковой давности истцом пропущен по его требованиям о признании сделок ничтожными в отношении спорного недвижимого имущества.

Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Разрешая заявленный спор, суд приходит к выводу об отсутствии совокупности условий для признания договоров купли-продажи и дарения ничтожными сделками, поскольку сделки сторонами исполнены, переход права собственности зарегистрирован в ЕГРН, истец не представил доказательств, что действительная воля сторон сделок была направлена на заключение иной (прикрываемой) сделки, и применяя по ходатайству ответчика срок исковой давности, не усматривает оснований для удовлетворения исковых требований.

При этом, ссылка истца на заключение договора простого товарищества и как следствие возникновение у него право общей долевой собственности на спорные объекты недвижимости признается судом необоснованной, указанный договор заключен в 2022 году после заключения оспариваемых сделок, наличие данного договора простого товарищества не порождает у истца права собственности на спорные объекты недвижимости.

Доводы истца о том, что на его имя были заключены договоры подряда, приобретения строительных материалов для жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: , также судом отклоняются, поскольку не могут быть положены в основу решения об удовлетворении исковых требований о признании права собственности, заключение данных договоров также не порождает у истца права собственности на спорные объекты недвижимости в силу норм действующего гражданского законодательства.

С учетом вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что в рамках разрешения настоящего спора судом не установлено совокупности обстоятельств, позволяющих признать за истцом право общей долевой собственности на спорные объекты недвижимости.

В связи с чем, судом не установлено правовых оснований для удовлетворения исковых требований и признания за истцом ФИО1 права общей долевой собственности в размере 24/50 доли на квартиру, расположенную по адресу: , права общей долевой собственности в размере 1/2 доли на жилой дом с кадастровым номером и 1/2 доли на земельный участок с кадастровым номером , расположенные по адресу: , права общей долевой собственности в размере 1/2 доли на земельный участок с кадастровым номером , расположенный по адресу: , территория администрации Каменского сельского поселения.

При таких обстоятельствах, суд полагает необходимым в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании права собственности отказать в полном объеме.

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

Поскольку в удовлетворении иска ФИО1 отказано, то понесённые им расходы на оплату государственной пошлины при подаче иска возмещению за счёт ответчиков не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального Кодекса РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 о признании права собственности – отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме в апелляционную инстанцию Волгоградского областного суда путем подачи жалобы через Краснооктябрьский районный суд .

Мотивированное решение составлено машинописным текстом с использованием технических средств 29 июля 2022 года.

Председательствующий: В.И. Музраева