Копия УИД 66RS0053-01-2022-001911-91
Мотивированное решение суда изготовлено 18.08.2022
Гражданское дело № 2-1869/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
11.08.2022 г. Сысерть
Сысертский районный суд Свердловской области в составе председательствующего Баишевой И.А., с участием представителя истца ФИО1, при ведении протокола секретарем судебного заседания Свиридовой А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску ПАО «Сбербанк России» (ИНН <***> ОГРН <***>) к ФИО2 ФИО5 (паспорт №40817810604900317040 выдан ДД.ММ.ГГГГ Отделением УФМС России по Свердловской области в Талицком районе) о возмещении материального ущерба, причиненного работодателю,
установил:
ПАО «Сбербанк России» обратилось с иском о взыскании с ФИО2 материального ущерба в размере 154 823 рублей 52 копеек, расходов по уплате государственной пошлины в размере 4 296 рублей 47 копеек.
В обоснование указало, что ФИО2 работала в должности старшего менеджера по обслуживанию в Специализированном по обслуживанию физических лиц дополнительном офисе №40817810604900317040 Свердловского отделения №40817810604900317040 ПАО Сбербанк. С ней был заключен договор о полной индивидуальной материальной ответственности от ДД.ММ.ГГГГ. В соответствии с должностной инструкцией, одной из ее должностных обязанностей являлось обеспечение сохранности вверенных ей наличных денег и других ценностей, работа с денежными средствами (прием и выдача наличных денежных средств). Проведенным в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ служебным расследованием установлен ущерб, причиненный банку по вине сотрудника ФИО2 в размере 245 032 рублей 38 копеек. От ответчика была получена объяснительная от 30.10.2020, в которой она указывала, что совершила ошибку, в результате которой образовалась недостача, от возмещения ущерба банку не отказывалась, вину в утрате признала. 12.11.2020 между банком и ответчиком было заключено соглашение о добровольном возмещении ущерба с рассрочкой платежа. Согласно условиям соглашения стороны договорились, что ответчик возмещает ущерб в размере 245 032 рублей 38 копеек согласно графику рассрочки, по которому установлены следующие даты платежей: до 25.11.2020 в размере 10 000 рублей; до 31.12.2020 в размере 55 000 рублей; до 16.02.2021 в размере 40 000 рублей; до 31.03.2021 в размере 20 000 рублей; до 30.04.2021 в размере 120 032 рубля 38 копеек. Ответчик производила платежи по данному соглашению следующим образом: 02.11.2020 в размере 10 000 рублей; 31.12.2020 в размере 55 000 рублей; 05.04.2021 в размере 1 371 рубль 17 копеек; 07.04.2021 в размере 1 429 рублей; 14.04.2021 в размере 7 864 рубля 87 копеек; 22.04.2021 в размере 490 рублей 40 копеек; 11.05.2021 в размере 3 616 рублей 81 копейка; 12.05.2021 в размере 863 рубля 26 копеек; 20.05.2021 в размере 854 рубля 51 копейку; 01.06.2014 в размере 5 396 рублей 62 копейки; 17.06.2021 в размере 230 рублей 01 копейку; 18.06.2021 в размере 2 177 рублей 97 копеек; 22.06.2021 в размере 14 рублей 24 копейки.
Таким образом, сумма недостачи ответчиком в полном объеме в установленный соглашением срок не погашена.
Должность ФИО2 относится к Перечню должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которым работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной материальной ответственности за недостачу вверенного имущества. Объяснения были истребованы у ФИО2 Обстоятельства, причины и размер причиненного материального ущерба установлен актом служебного расследования от 16.11.2020. Соглашение о добровольном возмещении ущерба от 02.11.2020 ответчиком не исполняется.
С учетом изложенного, истец просит суд взыскать с ответчика ФИО2 сумму прямого действительного ущерба в размере 154 823 рублей 52 копеек, а также расходы по уплате госпошлины в размере 4 296 рублей 47 копеек.
В судебном заседании представитель истца ФИО1 доводы искового заявления поддержал по указанным в нем основаниям. Пояснил, что ответчик была принята на работу в соответствии с трудовым договором, работала в должности старшего менеджера по обслуживанию лиц. Был заключен договор о полной материальной ответственности. В ходе работы в 2020 году была обнаружена недостача денежных средств, инициировано служебное расследование. Ответчик дала пояснения. Было установлено, что недостача была вызвана действием/бездействием ответчика. В соответствии со схемой она должна была составить соответствующий акт. Просмотр видеоматериалов не выявил факт выноса денежных средств. Было составлено соглашение, частично задолженность гасилась. После увольнения ответчика, она прекратила гасить задолженность по графику. Полагает, что банком не пропущен годичный срок, подлежит применению статья 203 Гражданского кодекса Российской Федерации. Признание долга является основанием для перерыва срока исковой давности. Когда совершается действие, являющееся основанием для перерыва, срок давности начинает течь заново, а срок до этого не считается. Срок истекает 16.10.2022, банком не пропущен. На странице 14 приложили копию паспорта супруга - он, по просьбе ответчика, внес денежные средства за нее. Он не мог знать об этом обязательстве, кроме как от ответчика. Денежные средства супругов являются общими. Если посмотреть, каждый просроченный платеж по графику, срок не истек. Вся сумма задолженности подлежит взысканию. Срок давности должен исчисляться с момента признания долга. В связи с неисполнением обязательств, банк удерживал у ответчика денежные средства с заработной платы, что видно из выписки. Сумма частично удерживалась, пока ответчик работала. Платеж в октябре 2021 года вносился ответчиком, остальные удерживались работодателем. Признание долго было при внесении денежных средств в размере 900 рублей.
Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явилась, направила в суд возражения на исковое заявление, в которых указала на пропуск истцом срока исковой давности. Пояснила, что днем обнаружения материального ущерба следует считать 16.11.2020, когда работодателем был составлен акт служебного расследования. 12.11.2020 между истцом и ответчиком было заключено соглашение о добровольном возмещении ущерба с рассрочкой платежа. По графику рассрочки было внесено два платежа: до 25.11.2020 в размере 10 000 рублей, и до 31.12.2020 в размере 55 000 рублей. Платеж до 16.02.2021 в размере 40 000 рублей не был произведен в срок, более того, по состоянию на 10.08.2022 указанный платеж все еще ответчиком не произведен. Таким образом, годичный срок исковой давности начал течь 17.02.2021, а последним днем, когда ПАО Сбербанк мог подать иск к ФИО2 о возмещении ущерба, причиненного работником, является 18.02.2022. Истцом ходатайство о восстановлении срока исковой давности не заявлено, кроме того, ответчик считает, что у юридического лица, подобного ПАО «Сбербанк России» не может быть исключительных обстоятельств, не зависящих от воли работодателя, препятствовавших своевременной подаче иска в суд. Просит в удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.
Руководствуясь частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд определил о рассмотрении дела при данной явке.
Выслушав объяснения представителя истца, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.
В соответствии со статьей 232 Трудового кодекса Российской Федерации сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации и иными федеральными законами.
Согласно статье 238 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб. Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам.
В силу части 1 статьи 242 Трудового кодекса Российской Федерации полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.
Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом или иными федеральными законами. Случаи полной материальной ответственности работника за ущерб, причиненный работодателю, предусмотрены статьей 243 Трудового кодекса Российской Федерации.
В силу части 1 статьи 243 Трудового кодекса Российской Федерации материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в случае, когда в соответствии с настоящим Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей.
В соответствии с положениями статей 242 - 244 Трудового кодекса Российской Федерации письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной материальной ответственности, то есть о возмещении работодателю причиненного ущерба в полном размере за недостачу вверенного работникам имущества, могут заключаться с работниками, достигшими возраста восемнадцати лет и непосредственно обслуживающими или использующими денежные, товарные ценности или иное имущество.
Согласно пункту 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 № 52 «О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю» к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности. Если работодателем доказаны правомерность заключения с работником договора о полной материальной ответственности и наличие у этого работника недостачи, последний обязан доказать отсутствие своей вины в причинении ущерба.
При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.
Судом установлено, что ответчик ФИО2 с 12.07.2018 работала у истца ПАО «Сбербанк России» в должности старшего менеджера по обслуживанию в Специализированном по обслуживанию физических лиц дополнительном офисе №40817810604900317040 Свердловского отделения №40817810604900317040 ПАО Сбербанк.
В соответствии с пунктом 2.1 должностной инструкции, старший менеджер по обслуживанию должен своевременно и качественно выполнять должностные обязанности и поручения руководства в пределах своей компетенции, в том числе обеспечивать сохранность вверенных ему наличных денег и других ценностей.
В ходе проведенного в период с 06.11.2020 по 16.11.2020 работодателем, в соответствии с требованиями статьи 247 Трудового кодекса Российской Федерации, служебного расследования был установлен факт недостачи денежных средств в кассе на сумму 245 032 рублей 38 копеек. По результатам расследования был составлен акт от 16.11.2020, которым сумма ущерба, причиненного банку по вине сотрудника ФИО2 по состоянию на 19.10.2020, была установлена в размере 245 032 рублей 38 копеек. Акт служебного расследования ответчиком не оспорен.
Из объяснительной записки ФИО2 следует, что 16.10.2020 она исполняла обязанности заведующей кассой СОФЛДО № 7003/0467. В течение дня выявила недостачу в размере 300 000 рублей, никому не сообщила. 19.10.2020 внесла в кассу собственные денежные средства в размере 55 000 руб. 29.10.20202 сообщила о выявленной недостаче. Свою вину в утрате денежных средств признала, указав, что от возмещения ущерба, причиненного банку, не отказывается.
Таким образом, материалами дела подтверждено, что нарушение работником ФИО2 внутренних нормативных документов (должностной инструкции, Технологических схем совершения кассовых операций) повлекло причинение ущерба банку.
Частью 4 статьи 248 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что работник, виновный в причинении ущерба работодателю, может добровольно возместить его полностью или частично. По соглашению сторон трудового договора допускается возмещение ущерба с рассрочкой платежа. В этом случае работник представляет работодателю письменное обязательство о возмещении ущерба с указанием конкретных сроков платежей. В случае увольнения работника, который дал письменное обязательство о добровольном возмещении ущерба, но отказался возместить указанный ущерб, непогашенная задолженность взыскивается в судебном порядке.
Судом установлено, что 12.11.2020 между истцом и ответчиком было заключено соглашение о добровольном возмещении ущерба с рассрочкой платежа.
Согласно условиям соглашения стороны договорились, что ответчик возмещает ущерб в размере 245 032 рублей 38 копеек путем внесения наличных денежных средств в кассу ВСП в следующем порядке:
- первый платеж до 25.11.2020 в размере 10 000 рублей;
- второй платеж до 31.12.2020 в размере 55 000 рублей;
- третий платеж до 16.02.2021 в размере 40 000 рублей;
- четвертый платеж до 31.03.2021 в размере 20 000 рублей;
- пятый платеж до 30.04.2021 в размере 120 032 рублей 38 копеек.
Из представленной истцом выписки по счету следует, что условия заключенного соглашения исполнялись ответчиком ненадлежащим образом. Так, в соответствии с согласованным графиком, ответчиком были внесены только первые два платежа. Третий платеж, срок внесения которого был согласован сторонами до 16.02.2021 ответчиком внесен не был.
Начиная с 05.04.2021 по 22.06.2021 истец начал производить удержания недостачи с заработной платы ответчика.16.10.2021 платеж в размере 900 рублей был внесен супругом ответчика.
Разрешая заявленное ответчиком ходатайство о применении последствий пропуска истцом срока обращения с исковым заявлением, а также возражения истца в этой части, суд исходит из следующего.
Из приведенных выше норм права следует, что обязанность работника возместить причиненный работодателю ущерб, в том числе в случае заключения соглашения о добровольном возмещении материального ущерба, возникает в связи с трудовыми отношениями между ними. Дела по спорам о выполнении такого соглашения разрешаются в соответствии с положениями раздела XI «Материальная ответственность сторон трудового договора» Трудового кодекса Российской Федерации.
По этим же правилам рассматриваются дела по искам работодателей, предъявленным после прекращения действия трудового договора, о возмещении ущерба, причиненного работником во время его действия, которые, как следует из части 2 статьи 381 Трудового кодекса Российской Федерации, являются индивидуальными трудовыми спорами, поэтому, вопреки доводам представителя истца к этим отношениям подлежат применению нормы Трудового кодекса Российской Федерации, в том числе о сроках на обращение в суд, а не нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, включая нормы, регулирующие исковую давность.
Работодателю предоставлено право на обращение в суд в случае отказа работника от возмещения ущерба. При этом право работодателя на обращение в суд с иском к работнику возникает в такой ситуации не с момента первоначального обнаружения им ущерба, а с момента нарушения права работодателя на возмещение ущерба на основании заключенного с работником соглашения о добровольном возмещении им ущерба. Такое право также не связано с фактом увольнения работника, в связи с которым работодатель стал лишен возможности производить удержания из заработной платы работника.
Таким образом, как верно указано ответчиком, при наличии заключенного между работником и работодателем соглашения о добровольном возмещении работником ущерба с рассрочкой платежа годичный срок для обращения работодателя в суд исчисляется с момента, когда работник должен был возместить ущерб (внести очередной платеж), но не сделал этого.
Исходя их условий заключенного 12.11.2020 между истцом и ответчиком соглашения о добровольном возмещении ущерба с рассрочкой платежа, очередной платеж в счет возмещения ущерба должен был быть внесен ответчиком в срок до 16.02.2021. Указанный платеж ответчиком внесен не был, соответственно с 17.02.2021 истец узнал о нарушении своего права и вправе был обратиться с иском в суд. Установленный частью 3 статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации годичный срок для такого обращения истек 16.02.2022.
С настоящим иском ПАО «Сбербанк России» обратилось в суд только 29.06.2022 (квитанция об отправке на л.д. 35).
Соответственно, обратившись с иском спустя более одного года с момента последнего платежа, который должен был внести ответчик, истец пропустил установленный законом годичный срок для обращения в суд по спору, вытекающему из трудовых отношений, что при отсутствии доказательств уважительности причин его пропуска влечет отказ в удовлетворении иска.
Доводы представителя истца о перерыве течения срока исковой давности в соответствии со статьей 203 Гражданского кодекса Российской Федерации, являются несостоятельными поскольку речь идет о трудовых отношениях, а действующее трудовое законодательство не содержит положения о перерыве срока обращения в суд. Доводы представителя истца об обратном, со ссылкой на судебные акты по другим делам, состоятельными признаны быть не могут.
Каких-либо обстоятельств, объективно препятствовавших истцу своевременно обратиться в суд с иском за разрешением индивидуального трудового спора и позволяющих восстановить пропущенный срок, истцом не указано и судом не установлено.
При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что истец имел возможность обращения в суд в установленный законом срок, однако в отсутствие объективных препятствий, своевременно право на судебную защиту надлежащим образом не реализовал.
Пропуск срока для обращения в суд при отсутствии уважительных причин является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении настоящего иска (пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 №40817810604900317040 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации»).
Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд
решил:
в удовлетворении иска отказать.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме, путем подачи апелляционной жалобы через Сысертский районный суд Свердловской области.
Судья подпись И.А. Баишева