Решение по делу № 2-2058/2025 от 24.11.2025 - о защите прав потребителя, взыскании морального вреда.

Дело № 2-2058/2025

УИД 41RS0002-01-2025-002814-79

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

24 ноября 2025 года г. Елизово, Камчатский край

Елизовский районный суд Камчатского края в составе

председательствующего судьи Саченко А.А.,

при секретаре судебного заседания Козбановой А.О.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению Ч. к Федеральному государственному бюджетному учреждению высшего образования «Санкт-Петербургский государственный университет» о защите прав потребителя, взыскании морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Ч. обратилась в суд с иском к СПБГУ о защите прав потребителя, взыскании морального вреда, штрафа в размере 50 % от суммы, присужденной судом и расходов на оплату услуг представителя. Требования мотивированы тем, 08.02.2019 между СПБГУ и истцом заключен договор № 35018114 на оказание платных медицинских услуг, согласно которому исполнитель (СПБГУ) обязуется оказать пациенту (Ч.) в соответствии с медицинскими показаниями платные медицинские услуги, указанные в приложении № 1 к договору, а пациент обязуется принять и оплатить указанные услуги, договор вступил в законную силу с момента подписания и действовал до полного исполнения сторонами своих обязательств. Согласно указанному приложению № 1 к договору, исполнитель оказывал услуги по хранению криоконсервированных эмбрионов (1 месяц) стоимостью 1 000 руб. 00 коп. Сотрудники клиники пояснили, что оплата по договору производится по мере наличия у истца денежных средств из расчета 1 000 руб. 00 коп. за 1 месяц хранения эмбрионов, при этом предоплату необходимо вносить заранее за месяц вперед. В связи с чем, истец оплатила 3 000 руб. 00 коп. за первые 3 месяца хранения эмбрионов, а в последующем, начиная с 22.03.2019 своевременно и заранее оплачивала услуги хранения эмбрионов полагая, что исполнитель продолжить добросовестно их хранить.

С момента заключения договора каких-либо письменных уведомлений или извещения от ответчика не поступало. Однако, 28.04.2025 в адрес истца поступило письмо, согласно которому по состоянию на 22.04.2025 выявлен факт оплаты истцом услуг по хранению биоматериала, несмотря на якобы направленное письмо от 27.02.2020, уведомляющее о закрытии отделения вспомогательных репродуктивных технологий клиники с 01.01.2020 и предлагающем в течении 3 месяцев принять решение о дальнейшей судьбе биоматериала, проинформировав письменно (заказным письмом) о решении. Указанным письмом также сообщено, что по технологическим причинам договор № 35018114 от 08.02.2019 расторгнут в одностороннем порядке с 01.04.2022. Истцом в адрес ответчика были направлены досудебные претензии о выплате морального вреда и возврате уплаченных денежных средств за хранение эмбрионов в связи с некачественным оказанием услуг. В ответ на указанное письмо ответчик перечислил истцу 73 000 руб. 00 коп., при этом требования в части компенсации морального вреда оставил без оплаты. Действия ответчика, по мнению истца, являются грубым нарушением ее прав и причинили ей невосполнимый моральный вред. Новость о том, что эмбрионы истицы уничтожены, заставила испытать ее глубокую сердечную боль, истец испытывает чувство опустошения, горечи, потери и утраты очень важного. Также, сотрудники клиники вплоть до настоящего времени не принесли извинений за произошедшее. Приводя правовые основания в обоснование своих требований, истец просит взыскать с ответчика денежные средства по причине некачественного оказания услуг в размере 13 000 руб. 00 коп., компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб. 00 коп., штраф за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя 50 % от суммы, присужденной судом, а также судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 40 000 руб. 00 коп.

Истец Ч. её представители ФИО2, ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержали в полном объеме, настаивали на их удовлетворении. Дополнительно пояснили, что истец страдает бесплодием, которое сохраняется до настоящего времени, несмотря на рождение первого ребенка в результате процедуры ЭКО, после которой эмбрионы в количестве 6-ти штук были криоконсервированы, чтобы завести следующих детей, однако ответчик лишил семью истца этой возможности, не обеспечив надлежащее хранение эмбрионов, которое должно производиться в особых условиях в специализированных учреждениях; в этой связи истцу и её супругу придется заново проходить всю крайне сложную процедуру ЭКО, при этом не исключен риск невозможности создания эмбрионов с учетом их возраста и состояния здоровья; истца угнетает поведение ответчика, истец оценила свои моральные страдания, причиненные ответчиком, поскольку тяжело переживает ситуацию гибели эмбрионов, исходя из количества утраченных эмбрионов, недобросовестного поведения ответчика, длительное время скрывавшего факт их утраты, а после холодно отнесшегося к этой ситуации; истец очень любит детей, и на данный момент очень переживает, что у нее больше не получится создать эмбрионы и завести детей, неизвестность и неопределенность не дает спокойствия. Представители истца обращались к ответчику с предложением о мирном урегулировании спора, которое он проигнорировал.

Представитель ответчика СПБГУ в судебное заседание не явилась, направила в суд письменный отзыв, согласно которому возражала против удовлетворения исковых требований в связи с пропуском срока исковой давности истцом. Полгала, что договор сторонами был полностью исполнен, срок действия договора истек 07.02.2020, в связи с чем претензии по его исполнению должны были быть направлены не позднее 08.03.2023. Указала, что 22.04.2025 в ходе внутреннего аудита был выявлен факт бездоговорной оплаты истцом, в связи с чем в ее адрес было направлено письмо с просьбой предоставления реквизитов для возврата денежных средств, которые в итоге были перечислены на счет истца в размере 73 000 руб. 00 коп. При этом, с 01.01.2020 отделение вспомогательных репродуктивных технологий было закрыто, клиника перестала осуществлять указанный вид деятельно, на основании чего истцу было направлено письменное уведомление о необходимости принятия решения о дальнейшей судьбе криоконсервированных эмбрионов, которое истцом было проигнорировано. Однако, несмотря на это, клиника продолжала хранить эмбрионы вплоть до 01.04.2022, но в связи с техногенной аварией, находившийся на хранении биоматериал был комиссионно списан и утилизирован с составлением соответствующего акта. Ответчик отметил, что в соответствии с Приказом Минздрава России от 13.10.2017 № 804н «Об утверждении номенклатуры медицинских услуг» хранение криоконсервированных эмбрионов к медицинской услуге не отнесено.

Определением суда отклонено ходатайство представителя ответчика о проведении судебного заседания с использованием ВКС ввиду отсутствия технической возможности его проведения, учитывая разницу во времени (9 часов).

Третье лицо ФИО1. в судебное заседание не явился, извещался надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, о причинах неявки суду не сообщил, мнение на исковое заявление в суд не направил.

Суд, выслушав мнения представителей истца, исследовав письменные материалы дела, приходит к следующему.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Статьей 38 Конституции РФ и корреспондирующими ей статьи 1 Семейного кодекса РФ предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Базовым нормативным правовым актом, регулирующим отношения в сфере охраны здоровья граждан в Российской Федерации, является Федеральный закон от 21.11.2011 N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее - Федеральный закон «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Согласно ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - это система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг;

качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата;

В силу статьи 4 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации" к основным принципам охраны здоровья относятся, в частности: соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования (части 1, 2 статьи 19 Федерального закона "Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации").

По условиям ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

Согласно п. 1. ст. 426 ГК РФ договор медицинских услуг признается публичным договором.

По общему правилу, содержащемуся в п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии со ст. 779 ГК РФ, по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В соответствии с ч.5 ст.55 Федерального закона от 21 ноября 2011 года N 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» граждане имеют право на криоконсервацию и хранение своих половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов за счет личных средств и иных средств, предусмотренных законодательством РФ.

По договору хранения в соответствии с п.1 ст.889 ГК РФ хранитель обязан хранить вещь в течение обусловленного договором хранения срока.

В соответствии с п.1 ст.425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

Как установлено п.3 указанной статьи, законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору.

Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

Указанная норма устанавливает соотношение сроков действия договора и существования предусмотренного им договорного обязательства.

Правила настоящей главы применяются к договорам оказания медицинских услуг.

В силу ст. 4 Закон РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее - Закон о защите прав потребителей) исполнитель обязан оказать услугу, качество которой соответствует договору. При отсутствии в договоре условий о качестве услуги исполнитель обязан оказать услугу, соответствующую обычно предъявляемым требованиям. Если исполнитель при заключении договора был поставлен потребителем в известность о конкретных целях оказанной услуги, исполнитель обязан оказать услугу, пригодную для использования в соответствии с этими целями. Если законами, или в установленном ими порядке, предусмотрены обязательные требования к услуге, исполнитель обязан оказать услугу соответствующую данным требованиям.

Оказание медицинских услуг по программе суррогатного материнства и экстракорпорального оплодотворения осуществляется на основе договора, заключаемого с генетическими родителями и суррогатной матерью или медицинским учреждением, в котором указываются условия, сроки, порядок расчета, права, обязанности и ответственность сторон.

Договор на оказание платных медицинских услуг, а именно программы суррогатного материнства, является договором возмездного оказания услуг на определенных условиях.

Положениями ст.55 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» предусмотрено, что вспомогательные репродуктивные технологии представляют собой методы лечения бесплодия, при применении которых отдельные или все этапы зачатия и раннего развития эмбрионов осуществляются вне материнского организма (в том числе с использованием донорских и (или) криоконсервированных половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов, а также суррогатного материнства).

Порядок использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказания и ограничения к их применению утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

В соответствии с абз. 30 ч. III Приказа Минздрава России от 31.07.2020 N 803н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению» криоконсервация и хранение половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов осуществляется медицинскими организациями, оказывающими первичную специализированную медико-санитарную помощь, специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь, которые оснащены криохранилищами, при наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности, предусматривающей выполнение работ (оказание услуг) по забору, криоконсервации и хранению половых клеток и тканей репродуктивных органов.

Мужчина и женщина, как состоящие, так и не состоящие в браке, имеют право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии обоюдного информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство. Одинокая женщина также имеет право на применение вспомогательных репродуктивных технологий при наличии ее информированного добровольного согласия на медицинское вмешательство.

Граждане имеют право на криоконсервацию и хранение своих половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов за счет личных средств и иных средств, предусмотренных законодательством Российской Федерации.

Необходимым предварительным условием медицинского вмешательства является дача информированного добровольного согласия гражданина или его законного представителя на медицинское вмешательство на основании предоставленной медицинским работником в доступной форме полной информации о целях, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных вариантах медицинского вмешательства, о его последствиях, а также о предполагаемых результатах оказания медицинской помощи (п. 1 ст. 20 Закона N 323-ФЗ).

В соответствии с положениями ст. 56 ГПК Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 08.02.2019 между Ч. и СПБГУ заключен договор оказания платных медицинских услуг № 35018114.

В соответствии с п. 1.1 указанного договора Исполнитель (СПБГУ) обязуется оказать Пациенту (Ч.) в соответствии с медицинскими показаниями платные медицинские услуги, указанные в приложении № 1 к договору, а Пациент обязуется принять и оплатить оказанные услуги. Согласно п. 2.1.1 и 2.1.4 Исполнитель обязуется оказать Пациенту медицинские услуги в порядке и сроках в соответствии с порядком оказания медицинской помощи и стандартам медицинской помощи, а также предоставлять Пациенту достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи.

В соответствии с п. 4.1 договор вступает в силу с момента его подписания и действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Согласно приложению № 1 к указанному договору СПБГУ оказывает Ч. услуги по хранению крикриоконсервированных эмбрионов на 3 месяца стоимостью 3 000 руб. 00 коп., начиная с даты подписания договора. В приложении № 2 к указанному договору содержится акт сдачи-приема оказанных услуг о том, что исполнителем – СПБГУ были оказаны услуги, указанные в приложении № 1.

В соответствии с заявлением на криоконсервацию эмбрионов от 08.02.2019 Ч. и ФИО1. просят произвести консервацию их 6 эмбрионов в 3 соломинках на срок до 08.05.2019, при этом продолжительность хранения эмбрионов устанавливается ими.

Почтовым адресом, по которому ФГБУ «СПМЦ» МЗ РФ может сообщить Ч. и ФИО1. важную информацию указан – <адрес>.

В счет оплаты по указанному договору, Ч. по реквизитам СПБГУ осуществлялись платежи на различные суммы в период с 08.02.2019 по 05.03.2025 в общей сложности в размере 86 000 руб. 00 коп.: кассовый чек от 08.02.2019 на сумму 3 000 руб. 00 коп.; чек по операции от 22.03.2019 на сумму 10 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 10 месяцев; чек по операции от 19.02.2020 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; чек по операции от 30.05.2020 на сумму 3 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 3 месяца; платежное поручение от 03.07.2020 на сумму 3 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 3 месяца; платежное поручение от 02.09.2020 на сумму 3 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 3 месяца; платежное поручение от 02.12.2020 на сумму 3 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 3 месяца; платежное поручение от 31.03.2021 на сумму 3 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 3 месяца; платежное поручение от 15.06.2021 на сумму 3 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 3 месяца; платежное поручение от 27.09.2021 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 14.02.2022 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 01.07.2022 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 24.08.2022 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 02.11.2022 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 03.07.2023 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 04.12.2023 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 02.05.2024 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 10.09.2024 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев; платежное поручение от 05.03.2025 на сумму 5 000 руб. 00 коп. с указанием периода оплаты в 5 месяцев.

Кроме того, истцом в материалы дела представлена переписка с использованием электронной почты с ФИО3. - начальником отдела обеспечения деятельности руководителей Клиники высоких медицинских технологий им. Н.И. Пирогова СПБГУ от 30.06.2022, согласно которой оплата за хранение эмбрионов, по данным бухгалтерского учета Клиники, произведена Ч. по август 2022 года включительно, задолженность отсутствует.

28.04.2025 Ч. от главного врача Клиники высоких медицинских технологий им. Н.И. Пирогова СПБГУ получено письмо о возврате излишне перечисленных денежных средств, в котором отправитель информирует получается о том, что в связи с разобщенностью финансовой и медицинских баз данных клиники по состоянию на 22.04.2025 выявлен факт оплаты Ч. услуг по хранению биоматериала, несмотря на направленное ранее в ее адрес письмо от 27.02.2020 № 134-09-228, уведомляющее о закрытии с 01.01.2020 отделения вспомогательных репродуктивных технологий и предлагающем в течение 3 месяцев принять решение о дальнейшей судьбе биоматериала, проинформировав письменно о своем решении. Одновременно с указанным, в письмо отражено, что по технологическим причинам договор от 08.02.2019 № 35018114 на хранение биоматериала расторгнут в одностороннем порядке с 01.04.2022.

При этом, согласно ответному письму Ч. в адрес и.о. главного врача Клиники высоких медицинских технологий им. Н.И. Пирогова СПБГУ от 16.06.2025, истец уведомила ответчика о неполучении ею письма от 27.02.2020 № 134-09-228, а также невозможности, с учетом указанных обстоятельств, принятия решения ею и её супругом о дальнейшей судьбе биоматериала. В то же время, истцом было указано на содержание п. 4.1 договора, согласно которому договор действует до полного исполнения сторонами своих обязательств, а также п. 5.2, согласно которому все изменения и дополнения к договору, требующие взаимного согласия сторон будут действительны, только в случае, если они совершенны в письменной форме и подписаны сторонами. По мнению Ч., договором не предусмотрено положений, допускающих его расторжение в одностороннем порядке.

Согласно ответу СПБГУ от 27.06.2025 на обращение Ч. от 16.06.2025, заключенный договор на хранение криоконсервированных эмбрионов в течение 13 месяцев на сумму 13 000 руб. 00 коп. исполнен в полном объеме, клиникой полностью исполнен, действие договора окончено 07.02.2020, биоматериал утилизирован в связи с техногенной аварией.

Указано, что договор не содержит положений о его пролонгации, каких-либо письменных уведомлений в адрес клиники от Ч. о намерении заключить договор на новый срок не поступало, а факт перечисления ею денежных средств на счет клиники не свидетельствует о наличии договорных отношений. Доказательства, подтверждающие направление письма от 27.02.2020 № 134-09-228 в адрес Ч. у клиники не сохранили, со ссылкой на то, что реестры передачи исходящей корреспонденции в отделении Почты России не подлежат длительному хранению.

В соответствии с содержанием письма директора Клиники высоких медицинских технологий им. Н.И. Пирогова СПБГУ от 27.02.2020 № 134-09-228, направленным Ч. по адресу: <адрес>, СПБГУ информирует последнюю о закрытии Клиники с 01.01.2020 с разъяснениями о том, что биоматериал по договору № 35018114 от 08.02.2019 будет передан на хранение в криобанк СПБГУ до принятия Ч. решения о дальнейшей его судьбе, но не более чем на 3 месяца с момента получения настоящего уведомления. Одновременно письмом указано, что Ч. о своем решении необходимо проинформировать СПБГУ письменно (заказным письмом) в кратчайший срок.

При этом, у СПБГУ не сохранились документы, которые могли бы подтвердить направление письма от 27.02.2020 в адрес Ч., а также его получение истцом.

Одновременно с указанным, адрес на который якобы было направлено письмо истцу - <адрес>, не является местом жительства и регистрации истца, не совпадает с адресом, который был собственноручно указан Ч. при подписании заявлении на криоконсервацию эмбрионов от 08.02.2019, а именно: <адрес>; уведомление по телефонам, указанным в заявлении истца ответчиком также не производилось.

27.06.2025 сообщив о гибели эмбрионов в результатах техногенной аварии, ответчик отказал истцу в предоставлении подтверждающих документов, сославшись на то, что они относятся к внутренним документам организации.

При этом, в соответствии с письмом заместителя начальника Главного управления МЧС России по г. Санкт-Петербургу от 23.07.2025, по состоянию на 01.04.2022 и в предшествующие даты ЧС техногенного характера на территории города Санкт-Петербург не зарегистрировано.

По запросу суда ответчиком 01 ноября 2025 года предоставлены сведения о том, что 01.04.2022 выявлено повреждение сосуда Дюара, установлен внутренний дефект горловины, сосуд признан неремонтопригодным, согласно служебной записке биолога ФИО5 Сведения об обстоятельствах повреждения сосуда и виновных лицах, ответчиком не указаны.

12.08.2025 Ч. направила в адрес СПБГУ досудебную претензию, в которой просила выплатить ей компенсацию морального вреда в размере 2 000 000 руб. 00 коп., а также денежные средства за хранение эмбрионов в размере 114 000 руб. 00 коп.

Получив досудебную претензию, 09.09.2025 ответчиком на счет истца были перечислены денежные средства в размере 73 000 руб. 00 коп., что подтверждается справкой по операции. При этом, каких-либо иных сумм, в том числе компенсации морального вреда, ответчик не выплатил, исковые требования не признал, извинений не истцу принёс, от участия в примирительной процедуре отказался.

По состоянию на 21.10.2025 у Ч. сохраняется диагноз «Женское бесплодие», что подтверждается заключением по эпикризу ГБУЗ КК «Елизовская районная больница».

Анализируя представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что ответчиком допущено оказание некачественных платных медицинских услуг, выразившееся в несоблюдении условий договора на их оказание в части сроков его исполнения и обязанности предоставлять Пациенту достоверную информацию об оказываемой медицинской помощи.

Ответчик на протяжении длительного времени, а именно с 2019 по 2025 года, принимал оплату от истца по договору о хранении криоконсервированных эмбрионов, при этом 01.04.2022 перестал осуществлять указанную услугу после повреждения сосуда для криоконсервации эмбрионов и гибели последних, тем самым в одностороннем порядке отказался от исполнения взятых обязательств о хранения биоматериала, не поставив в известность истца.

Доводы ответчика и представленное им письмо от 27.02.2020 не свидетельствуют о том, что истец был уведомлен о закрытии клиники в 2020 году, не могут служить доказательством надлежащего уведомления, поскольку доказательств его направления суду не представлено, указанный адрес, отличен от того, который указан для связи, у Ч. отсутствовала возможность принять решение о дальнейшей судьбе биоматериала.

Оснований полагать договор № 35018114 от 08.02.2019 истекшим 07.02.2020, у суда не имеется, так как согласно п. 4.1 указанного договора, он действует до полного исполнения сторонами своих обязательств.

Наличие разобщенности между финансовой и медицинской баз данных клиники не может служить основанием для расторжения договора в одностороннем порядке и признании поведения ответчика добросовестным, учитывая принятие им платежей от истца в счет оплаты договора на протяжении более 5-ти лет, в том числе после утраты эмбрионов; указанное недобросовестное поведение ответчика ввело истца в заблуждение о надлежащем исполнении условий договора, заключенного с ответчиком.

Действия ответчика в данной ситуации, а равно сообщение им недостоверных о событии техногенной катастрофы, в результате которой произошла гибель криоконсериврованных эмбрионов, свидетельствуют о нарушении права потребителя Ч. на необходимую и достоверную информацию об услуге.

Разрешая ходатайство ответчика о пропуске срока исковой давности, суд приходит к выводу, что срок давности на обращение с заявленными требованиями истцом не пропущен.

В силу положений статьи 29 Закона Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. N 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее по тексту также Закон о защите прав потребителей) потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать: безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги); соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги); безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь; возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя (часть 1).

Требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), могут быть предъявлены при принятии выполненной работы (оказанной услуги) или в ходе выполнения работы (оказания услуги) либо, если невозможно обнаружить недостатки при принятии выполненной работы (оказанной услуги), в течение сроков, установленных настоящим пунктом. Потребитель вправе предъявлять требования, связанные с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), если они обнаружены в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги) или пяти лет в отношении недостатков в строении и ином недвижимом имуществе (часть 3).

Исполнитель отвечает за недостатки работы (услуги), на которую не установлен гарантийный срок, если потребитель докажет, что они возникли до ее принятия им или по причинам, возникшим до этого момента. В отношении работы (услуги), на которую установлен гарантийный срок, исполнитель отвечает за ее недостатки, если не докажет, что они возникли после принятия работы (услуги) потребителем вследствие нарушения им правил использования результата работы (услуги), действий третьих лиц или непреодолимой силы (часть 4).

Согласно п.п. 1, 2 ст.1064 ГК РФ, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Гражданское законодательство предусматривает презумпцию вины причинителя вреда: лицо, причинившее вред, освобождается от обязанности его возмещения, если не докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии с пунктом 4 статьи 13 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер) освобождается от ответственности за неисполнение обязательств или за ненадлежащее исполнение обязательств, если докажет, что неисполнение обязательств или их ненадлежащее исполнение произошло вследствие непреодолимой силы, а также по иным основаниям, предусмотренным законом.

Таким образом, обязанность доказать отсутствие оснований ответственности должна быть возложена на ответчика, который в силу своей профессиональной деятельности обладает соответствующей компетенцией.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» также указано, что при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере).

По смыслу приведенных положений закона и данных по ним разъяснений, потребитель в праве обратиться с требованиями, связанными с недостатками выполненной работы (оказанной услуги), в течение гарантийного срока, а при его отсутствии в разумный срок, в пределах двух лет со дня принятия выполненной работы (оказанной услуги).

Поскольку в данном случае ответчиком, на которого возложено бремя доказывания оказания истцу услуг надлежащего качества, а также отсутствия его вины в причинении вреда истцу, не представлено доказательств, подтверждающих установление гарантийного срока на оказанные им услуги, суд пришел к выводу, что срок на обращение в суд с рассматриваемыми требованиями необходимо исчислять с момента обнаружения недостатков оказанных услуг хранения, а именно 28.04.2025 (дата получения Ч. первого письма СПБГУ).

Довод ответчика о том, что хранение криоконсервированных эмбрионов не относится к медицинской услуге, опровергается абз. 30 ч. III Приказа Минздрава России от 31.07.2020 N 803н «О порядке использования вспомогательных репродуктивных технологий, противопоказаниях и ограничениях к их применению», согласно которому криоконсервация и хранение половых клеток, тканей репродуктивных органов и эмбрионов осуществляется медицинскими организациями, оказывающими первичную специализированную медико-санитарную помощь, специализированную, в том числе высокотехнологичную, медицинскую помощь, которые оснащены криохранилищами, при наличии лицензии на осуществление медицинской деятельности, предусматривающей выполнение работ (оказание услуг) по забору, криоконсервации и хранению половых клеток и тканей репродуктивных органов.

Статьей 8 Закона о защите прав потребителей закреплено право потребителя на информацию как об изготовителе (исполнителе, продавце), так и о товаре.

Согласно ст. 10 Закона о защите прав потребителей изготовитель (исполнитель, продавец) обязан своевременно предоставлять потребителю необходимую и достоверную информацию о товарах (работах, услугах), обеспечивающую возможность их правильного выбора. По отдельным видам товаров (работ, услуг) перечень и способы доведения информации до потребителя устанавливаются Правительством Российской Федерации. Информация о товарах (работах, услугах) в обязательном порядке должна содержать, в том числе сведения об основных потребительских свойствах товаров (работ, услуг), цену в рублях и условия приобретения товаров (работ, услуг).

При установленных обстоятельствах, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию необоснованно полученная сумма по договору о хранении криоконсервированного биоматериала в размере 13 000 руб.

Согласно п.1 ст. 150 ГК РФ жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст.151 ГК РФ).

В п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

К числу таких нематериальных благ относится жизнь и здоровье, охрана которых гарантируется государством, в том числе путем оказания медицинской помощи. В случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинении лично им нравственных и физических страданий (морального вреда) ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому лицу.

Согласно п.2 ст. 150 ГК РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (статья 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Согласно разъяснениям, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ).

Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В п. 49 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что требования о компенсации морального вреда в случае нарушения прав граждан в сфере охраны здоровья, причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи могут быть заявлены членами семьи такого гражданина, если ненадлежащим оказанием медицинской помощи этому гражданину лично им (то есть членам семьи) причинены нравственные или физические страдания вследствие нарушения принадлежащих лично им неимущественных прав и нематериальных благ. Моральный вред в указанных случаях может выражаться, в частности, в заболевании, перенесенном в результате нравственных страданий в связи с утратой родственника вследствие некачественного оказания медицинской помощи, переживаниях по поводу недооценки со стороны медицинских работников тяжести его состояния, неправильного установления диагноза заболевания, непринятия всех возможных мер для оказания пациенту необходимой и своевременной помощи, которая могла бы позволить избежать неблагоприятного исхода, переживаниях, обусловленных наблюдением за его страданиями или осознанием того обстоятельства, что близкого человека можно было бы спасти оказанием надлежащей медицинской помощи.

Бремя доказывания ответчика возлагается на ответчика, а именно обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

Следовательно, для привлечения к ответственности в виде компенсации морального вреда юридически значимым и подлежащим доказыванию являются обстоятельства, связанные с тем, что потерпевший перенес физические или нравственные страдания в связи с посягательством причинителя вреда на принадлежащие ему нематериальные блага, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины, то есть установленная законом презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом в силу закона обязанным возместить вред.

Действиями ответчика истец Ч. была введена в заблуждение относительно исполнения договора хранения и на протяжении длительного период времени ошибочно полагала, что ответчик надлежаще хранит принадлежащий ей криоконсервированный биоматериал, которым возможно в дальнейшем воспользоваться.

В судебном заседании установлена вина ответчика в нарушении прав потребителя Ч., в связи с чем требования компенсации морального вреда являются обоснованными.

Разрешая вопрос о размере компенсации морального вреда, суд учитывает, что проходя лечение от бесплодия с применением репродуктивных технологий и заключив договор хранения криоконсервированных эмбрионов, истец рассчитывала в будущем ими воспользоваться, чтобы завести детей со своим супругом, однако утратила возможность материнства в отношении указанных эмбрионов (в количестве 6 штук) ввиду ненадлежащих действий ответчика.

Суд принимает во внимание недобросовестное поведение ответчика, который не информировал истца о гибели эмбрионов и расторжении договора хранения в одностороннем порядке, а также тот факт, что в результате действий ответчика свыше 3-х лет истец находилась в неведении о том, что её эмбрионы погибли и договор их хранения ответчиком не исполняется, и приходит к выводу, что имеются основания полагать, что истцом перенесены глубокие нравственные страдания, связанные с виновными действиями ответчика.

С учетом характера перенесенных истицей переживаний, а также требований разумности и справедливости требования истца о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению в размере 600 000 рублей.

В силу п. 6 ст. 13 Закона РФ от 07.02.1992 N 2300-1 «О защите прав потребителей» и с учетом позиции, изложенной в п. 46 Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя в связи с нарушением его прав, установленных Законом о защите прав потребителей, которые не были удовлетворены в добровольном порядке изготовителем (исполнителем, продавцом, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), суд взыскивает с ответчика в пользу потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя, независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Таким образом, с ответчика в пользу Ч. подлежит взысканию штраф в размере 50% от присужденной суммы т.е. в размере 306 500 руб. 00 коп. ((13 000 + 600 000)/2).

В силу п. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В соответствии с п. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Истцом понесены расходы по оплате услуг представителя в размере 40 000 руб. 00 коп., в подтверждение которых представлен договор оказания юридических услуг № 6 от 27.07.2025, заключенный между Ч. и ФИО4, а также чек об оплате по договору на сумму 40 000 руб. 00 коп.

Суд с учетом сложности рассматриваемого дела, объема проделанной представителем работы, взыскивает с ответчика в пользу Ч. расходы на представителя в размере 40 000 руб. 00 коп.

Оснований для снижения расходов по оплате услуг представителя у суда не имеется, поскольку заявленное требование не противоречит положению ст. 100 ГПК РФ.

Поскольку истец в соответствии с требованиями с ч. 3 ст. 333.36 Налогового кодекса РФ и п. 3 ст. 17 Закона РФ «О защите прав потребителей» освобожден от уплаты государственной пошлины за подачу искового заявления, с ответчика, не освобожденного от уплаты государственной пошлины, подлежит взысканию государственная пошлина в соответствии со ст. 50, 61.1, 61.2 Бюджетного кодекса РФ в доход местного согласно ст. 333.19 Налогового кодекса РФ в размере 7 000 руб. 00 коп.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования Ч. удовлетворить.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Санкт-Петербургский государственный университет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу Ч. (паспорт №) убытки в размере 13 000 руб., компенсацию морального вреда в размере 600 000 руб., штраф в размере 306 500 руб., судебные расходы на оплату юридических услуг в размере 40 000 руб.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения высшего образования «Санкт-Петербургский государственный университет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7 000 руб.

Решение может быть обжаловано в Камчатский краевой суд через Елизовский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня составления мотивированного решения.

Судья А.А. Саченко

Мотивированное решение изготовлено 8 декабря 2025 года.