Судья Тирская А.С. УИД 38RS0028-01-2022-002217-34 Судья-докладчик Шишпор Н.Н. по делу № 33-8133/2023
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
12 сентября 2023 года г. Иркутск
Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:
судьи-председательствующего Скубиевой И.В.,
судей Шишпор Н.Н., Шабалиной В.О.,
при секретаре Шергине А.А.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2- 53/2023 по иску ФИО1 к ФИО2 о признании договора дарения недействительным, применении последствий недействительности сделки,
по апелляционной жалобе ФИО2
на решение Черемховского городского суда Иркутской области от 28 июня 2023 года,
УСТАНОВИЛА:
ФИО1 обратилась в суд с иском, в котором просила признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес изъят>, заключенный 16 июля 2021 года между ФИО1 и ФИО2; прекратить зарегистрированное в Едином государственном реестре недвижимости право собственности ФИО2 на указанную квартиру, применить последствия недействительности сделки путем восстановления права собственности ФИО1
В обосновании иска указано, что в период с 2019 года ФИО1 состояла на учете и периодически находилась на лечении в Черемховском филиале ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер», имеет ряд иных заболеваний.
Осенью 2022 года истец подписала договор дарения, по которому собственником квартиры стала ее дочь ФИО2 Об этом факте истец не помнит, в связи с имеющими заболеваниями она не могла осознавать характер своих действий, не знала, что подписывала, не понимала значения и последствий этой сделки, продолжала проживать в квартире, оплачивать коммунальные платежи и считала себя собственником квартиры, которая является для нее единственным местом проживания, и намерений безвозмездно подарить ее ФИО2 никогда не имела.
Решением Черемховского городского суда Иркутской области от 28 июня 2023 года исковые требования удовлетворены. Договор дарения спорной квартиры, заключенный 16 июля 2021 года между сторонами, суд признал недействительным; постановил прекратить право собственности ФИО2 на квартиру, исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись о собственнике квартиры ФИО2 и восстановить право собственности ФИО1
В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить, принять по делу новое решение.
В обоснование доводов жалобы указывает, что исходя из заявленных требований и их обоснования, истцом не доказан факт заключения договора под влиянием заблуждения. Выражает несогласие с выводами суда, основанными на заключении амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы от 17.04.2023 № 1088, поскольку выводы экспертов о том, что ФИО1 в период сделки не могла понимать значение своих действий и руководить ими, не обоснованы, научно не аргументированы.
Не подтверждается нахождение истца под влиянием заблуждения и показаниями свидетелей. Иных доказательств, кроме заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы, в подтверждение заблуждения истца относительно предмета и существа сделки, ее последствий не представлено.
В письменных возражениях ФИО1 просит решение суда оставить без изменения.
В соответствии со ст. 167 ГПК РФ судебная коллегия рассмотрела дело в отсутствие не явившихся лиц, участвующих в деле, при их надлежащем извещении.
Заслушав доклад судьи Иркутской областного суда Шишпор Н.Н., изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив правильность применения судом норм материального и процессуального права, а также законность и обоснованность решения суда первой инстанции в пределах доводов жалобы, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены обжалуемого решения.
В соответствии с пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
В соответствии со ст. 153 Гражданского кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей.
Согласно п.3 ст. 154 Гражданского кодекса Российской Федерации для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).
В силу п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО1 являлась собственником жилого помещения - квартиры по адресу: <адрес изъят>.
16.07.2021 между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения указанного жилого помещения.
В обоснование заявленных требований истец ссылалась на то, что в момент заключения договора находилась в состоянии, которое не позволяло ей отдавать отчет своими действиям и руководить ими.
Положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.
Порок воли при совершении сделок может быть обусловлен как отсутствием воли, так и неправильным формированием ее или несоответствием волеизъявления внутренней воле лица, заключающего сделку.
Юридически значимыми обстоятельствами в таком случае являются наличие или отсутствие психического расстройства у такого гражданина в момент совершения сделки, степень его тяжести, степень имеющихся нарушений его интеллектуального и (или) волевого уровня.
Учитывая указанные истцом основания, юридически значимым обстоятельством по настоящему делу являлось выяснение вопроса о том, понимала ли истец характер и значение своих действий, могла ли ими руководить в момент заключения договора дарения.
Для разрешения указанных вопросов судом была назначена амбулаторная судебная психиатрическая экспертиза, производство которой поручено ОГБУЗ «Иркутский областной психоневрологический диспансер».
Согласно заключению комиссии экспертов от 17.04.2023 №1088, ФИО1 страдала ранее и страдает в настоящее время хроническим психическим расстройством в форме инволюционного параноида (F 22.81). Об этом свидетельствует: наличие у подэкспертной в течении многих лет колебаний артериального давления с развитием артериальной гипертонии, хронической ишемии сосудов головного мозга с появлением на этом фоне церебрастенической симптоматики (головные боли, головокружения), эмоционально-волевых нарушений. На фоне сосудистой патологии у подэкспертной возникло бредовое расстройство, сопровождающееся формированием политематического систематизированного бреда с бредовыми идеями отношения, воздействия, отравления, ущерба, а также транзиторными обонятельными галлюцинациями, что явилось причиной неправильного поведения и помещением её в психиатрический стационар в 2019 году. В дальнейшем бред сопровождался бредовыми интерпретациями действительности, что определило ее поведение и нарушение социальной адаптации (бродяжничала, устранилась от общения с дочерью). Данное заключение подтверждается и результатами настоящего клинического психиатрического исследования, выявившего у подэкспертной на фоне резидуально-органической симптоматики выраженное мнестико-интеллектуальное снижение, эмоционально-волевые расстройства (эмоциональная лабильность, снижение волевого компонента), непоследовательность и противоречивость суждений, а также бредовые идеи воздействия, отношения, отравления при значительном нарушении критических и прогностических функций. Как страдающая указанным хроническим психическим расстройством, которое отмечалось у нее и в юридически значимый период - до заключения сделки и в момент совершения сделки 16.07.21 года, ФИО1 не могла понимать значение своих действии и руководить ими.
Оценив представленное заключение в совокупности с иными доказательствами - объяснениями сторон, показаниями свидетелей, руководствуясь положениями п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции признал недействительным договор дарения, заключенный между сторонами 16 июля 2021 г., исходя из того, что по своему психическому состоянию в момент подписания договора дарения ФИО1, страдающая хроническим психическим расстройством, не понимала значения своих действий и не могла ими руководить.
Судебная коллегия с выводами суда соглашается, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела, содержанию доказательств, основаны на правильном применении норм материального права, регулирующих спорные правоотношения, доводами жалобы не опровергаются.
Доводы жалобы о недоказанности факта заблуждения, на что истец ссылалась, как на правовое основание своих требований, не влекут отмены решения суда.
По смыслу разъяснений, изложенных в пункте 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суд не связан правовой квалификацией истцом заявленных требований (спорных правоотношений), а должен рассматривать иск исходя из предмета и оснований (фактических обстоятельств), определяя по своей инициативе круг обстоятельств, имеющих значение для разрешения спора и подлежащих исследованию, проверке и установлению по делу, а также решить, какие именно нормы права подлежат применению в конкретном спорном правоотношении.
Несмотря на то, что в обоснование заявленных требований истец ссылалась на положения ст.178 Гражданского кодекса Российской Федерации, фактически указывала на то, что в момент совершения сделки находилась в состоянии, когда она не была способна понимать значение своих действий и руководить ими.
При таких обстоятельствах, суд первой инстанции правильно применил к спорным правоотношениям положения п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, и в целях проверки доводов истца назначил по делу судебную экспертизу, учитывая, что для установления указанных истцом обстоятельств требуются специальные познания.
Судебная коллегия соглашается с выводами суда, принявшего указанное заключение в качестве допустимого доказательства, поскольку нарушений требований ст. 25 Федерального закона от 31.05.2001№ 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» при составлении заключения экспертами не допущено. В заключении отражены содержание и результаты исследований с указанием примененных методов, оценка результатов исследований, обоснование и формулировка выводов по поставленным вопросам. Заключение соответствует критериям относимости и допустимости, отвечает требованиям, установленным ст. 86 ГПК РФ, эксперты имеют необходимые знания и опыт работы в исследуемой области, предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ, что, исходя из добросовестности осуществления ими экспертной деятельности, не позволяет суду апелляционной инстанции усомниться в их выводах лишь по мотиву несогласия с ними ответчика.
Таким образом, доводы апелляционной жалобы, ставящие под сомнение обоснованность заключения судебной экспертизы, являются несостоятельными, поскольку одно лишь несогласие стороны с данным доказательством, при отсутствии иных доказательств, опровергающих выводы экспертов, не может рассматриваться как достаточное основание для исключения указанного доказательства.
Установив, что в момент заключения договора дарения истец не понимала значения своих действий и не могла ими руководить, что в силу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации свидетельствует о ничтожности договора, как заключенного с пороком воли, суд обоснованно признал его недействительным.
Доводы апелляционной жалобы не могут служить основанием для отмены решения, поскольку направлены на переоценку доказательств, не содержат фактов, которые бы не были проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и влияли бы на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции. Оснований для переоценки доказательств судебная коллегия не усматривает. Процессуальных нарушений, являющихся безусловным основанием для отмены решения суда, не установлено.
На основании вышеизложенного, судебная коллегия полагает, что разрешая заявленные требования, суд первой инстанции правильно рассмотрел дело по предъявленному иску, верно определил юридически значимые обстоятельства дела, применил закон, подлежащий применению, постановил решение, отвечающее нормам материального права при соблюдении требований гражданского процессуального законодательства.
Таким образом, решение суда, проверенное в пределах доводов апелляционной жалобы, является законным и обоснованным, поэтому отмене не подлежит.
Руководствуясь ст.ст. 328,329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
решение Черемховского городского суда Иркутской области от 28 июня 2023 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.
Судья-председательствующий И.В. Скубиева
Судьи
Н.Н. Шишпор
В.О. Шабалина
Мотивированное апелляционное определение составлено 19.09.2023.