Дело № 2-3068/2022
РЕШЕНИЕ
Именем Российской Федерации
08 декабря 2022 года город Тверь
Заволжский районный суд г. Твери в составе:
председательствующего судьи Рева Н.Н.,
при секретаре Шараповой В.А.
с участием:
представителя ответчика ФИО1 – ФИО2
рассмотрев в судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 к ФИО1 о взыскании в пользу ФИО3 неосновательного обогащения в размере 724 001 рублей,
установил:
истец обратился в суд с исковым заявлением к ФИО5 о взыскании в пользу ФИО3 неосновательного обогащения в размере 724 001 рублей.
Определением суда от 11.07.2022 в качестве третьих лиц привлечены ФИО3
Определением суда от 08.08.2022, занесенным в протокол судебного заседания, в качестве третьих лиц привлечены ПАО «Сбербанк».
В обоснование заявленных требований указано, что решением арбитражного суда Тверской области от 19.08.2020 по делу № А66 - 6039/2020 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина сроком на 6 месяцев, которая неоднократно продлевалась, последний раз определением арбитражного суда Тверской области от 14.02.2022 до 19.08.2022
Определением арбитражного суда Тверской области от 10.02.2022 финансовым управляющим имуществом должника назначена ФИО4
В соответствии со ст. 213.9 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», финансовый управляющий обязан принимать меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества.
В ходе проведения анализа счета ФИО3 № по карте №, открытой в ПАО «Сбербанк» Тверское отделение № 8607 на имя ФИО3, финансовым управляющим установлено, что в период с 27.02.2018 по 06.01.2020 совершены ФИО3 платежи в пользу ФИО5 на общую сумму 724 001 рублей в отсутствии каких-либо документов: 27.02.2018 платеж на сумму 100 000 рублей; 15.03.2018 платеж на сумму 100 000 рублей; 05.06.2018 платеж на сумму 100 000 рублей; 14.08.2018 платеж на сумму 15 000 рублей; 07.09.2018 платеж на сумму 5 000 рублей; 18.09.2018 платеж на сумму 100 000 рублей; 27.03.2019 платеж на сумму 2 000 рублей; 29.03.2019 платеж на сумму 3 000 рублей; 11.04.2019 платеж на сумму 5 000 рублей; 10.06.2019 платеж на сумму 28 000 рублей; 18.06.2019 платеж на сумму 15 000 рублей; 19.08.2019 платеж на сумму 135 000 рублей; 25.09.2019 платеж на сумму 10 000 рублей; 23.11.2019 платеж на сумму 9 000 рублей; 03.01.2020 платеж на сумму 90 000 рублей; 06.01.2020 платеж на сумму 8 000 рублей.
На этом основании финансовым управляющим в адрес ФИО5 направлена досудебная претензия 23.04.2021 с требованием пояснить по каким обязательствам, и в счет каких встречных предоставлений ФИО5 оплачены эти суммы. Ответа на претензию не последовало.
Таким образом, денежные средства приобретены ответчиком неосновательно, сделка повлекла за собой нарушение прав кредиторов должника.
В соответствии со ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.
В силу ст. 307 ГК РФ обязательства возникают из договоров и других сделок вследствие причинения вреда, вследствие неосновательного обогащения, а также из оснований, предусмотренных Гражданским кодеком Российской Федерации.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.
При таких обстоятельствах, в отсутствие правовых оснований перечисленные истцом денежные средства в общем размере 724 001 рублей являются неосновательным обогащением ответчика (ст. 1102 ГК РФ) связи с чем, подлежат возврату истцу.
В судебное заседание истец – финансовый управляющий ФИО3 – ФИО4, извещенный о месте и времени рассмотрения дела, не явился, причин уважительности неявки не представили, ходатайствовал о рассмотрении дела в свое отсутствие.
Ответчик – ФИО1, извещенный о месте и времени рассмотрения дела не явился, причин уважительности явки не представил, о рассмотрении дела в сове отсутствие не ходатайствовал.
Представитель ответчика ФИО5 – ФИО2 возражал относительно заявленных требований, поскольку платежи совершены по заемным обязательствам ФИО3 как должником, а также просил применить срок исковой давности.
Третьи лица – ФИО3, ПАО «Сбербанк», извещенные о месте и времени рассмотрения дела, не явились, причин уважительности неявки не представили, о рассмотрении дела в свое отсутствие не ходатайствовали.
Суд, выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, полагает следующее.
Конституция Российской Федерации закрепляет признание и защиту равным образом всех форм собственности и гарантирует каждому свободу экономической деятельности, включая свободу договоров, право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, а также признание и защиту, в том числе судебную, указанных прав и свобод, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (ст. 8, ч.ч. 1, 2 ст. 19, ч. 1 ст. 34; ч. 1, 2 ст. 35; ч. 1 ст. 45, ч. 1 ст.46).
Из выраженных в Конституции Российской Федерации общепризнанных принципов неприкосновенности и свободы собственности, свободы договора и равенства всех собственников как участников гражданского оборота проистекает свобода владения, пользования и распоряжения имуществом, включая возможность отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 22.11.2000 № 14-П, от 20.12.2010 № 22-П и др.).
Названные конституционные положения конкретизируются в федеральных законах, в частности в Гражданском кодексе Российской Федерации, предусматривающем, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора (ст. 421), и предполагающем равенство, автономию воли и имущественную самостоятельность сторон договора.
В статье 8 ГК РФ определено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые, хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но, в силу общих начал и смысла гражданского законодательства, порождают гражданские права и обязанности.
В качестве одного из оснований возникновения гражданских прав и обязанностей, законодатель определяет договоры и иные сделки, предусмотренные законом, а также договоры и иные сделки, хотя и не предусмотренные законом, но не противоречащие ему.
В соответствии с п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 данного кодекса.
Правила, предусмотренные настоящей главой, применяются независимо от того, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения приобретателем имущества, самого потерпевшего, третьих лиц или произошло по их воли (п. 2 ст. 1102 ГК РФ).
В силу ст. 1103 ГК РФ положения о неосновательном обогащении подлежат применению к требованиям одной стороны в обязательстве к другой о возврате исполненного в связи с этим обязательством.
Из названной нормы права следует, что неосновательным обогащением следует считать не то, что исполнено в силу обязательства, а лишь то, что получено стороной в связи с этим обязательством и явно выходит за рамки его содержания.
Согласно ч. 4 ст. 1109 ГК РФ не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
Из приведенных норм материального права следует, что приобретенное за счет другого лица без каких – либо на то оснований имущество является неосновательным обогащением и подлежит возврату, в том числе, когда такое обогащение является результатом поведения самого потерпевшего.
Юридически значимым являются факты того, за счет каких обязательств истцом осуществлялись переводы денежных средств ответчику, произведен ли возврат ответчиком данных средств, либо отсутствие у сторон каких-либо взаимных обязательств. При этом бремя доказывания возникновения у ответчика неосновательного обогащения и наличия оснований для его взыскания лежит на истце. Недоказанность указанных обстоятельств является достаточным основанием для отказа в удовлетворении иска.
Как следует из материалов дела, истец ссылается на перечисление ФИО3 на расчетный счет ФИО5 денежных средств на сумму 100 000 рублей 27.02.2018; на сумму 100 000 рублей 15.03.2018; на сумму 100 000 рублей 05.06.2018; на сумму 15 000 рублей 14.08.2018; на сумму 5 000 рублей 07.09.2018; на сумму 100 000 рублей 18.09.2018; на сумму 2 000 рублей 27.03.2019; на сумму 3 000 рублей 29.03.2019; на сумму 5 000 рублей 11.04.2019; на сумму 28 000 рублей 10.06.2019; на сумму 15 000 рублей 18.06.2019; на сумму 135 000 рублей 19.08.2019; на сумму 10 000 рублей 25.09.2019; на сумму 9 000 рублей 23.11.2019; на сумму 90 000 рублей 03.01.2020; на сумму 8 000 рублей 06.01.2020, а всего на общую сумму 725 000 рублей.
Данные обстоятельства не оспариваются участвующими в деле лицами.
При этом каких – либо доказательств, подтверждающих наличие договорных или иных правовых оснований для получения ФИО5 указанных денежных средств и их удержания, а также намерения ФИО3 передать ответчику денежные средства в целях благотворительности по делу не представлено.
В данном случае на стороне ответчика после получения денежных средств возникло соответствующее обязательство по возврату полученных им денежных средств ФИО3
От этой обязанности приобретатель не освобожден и тогда, когда неосновательное обогащение стало возможным в результате действий самого потерпевшего, за исключением случаев, прямо перечисленных в ст. 1109 ГК РФ, согласно п. 4 которой не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.
По смыслу указанной нормы, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные средства, предоставленные сознательно и добровольно во исполнение несуществующего обязательства, лицом, знающим об отсутствии у него такой обязанности.
При этом бремя доказывания указанных обстоятельств (осведомленность истца об отсутствии обязательства либо предоставления денежных средств в целях благотворительности) законом возложено на ответчика.
Из материалов дела следует, что ФИО3 не мог не знать, что перечисление денежных средств в сумме 725 000 рублей на расчетный счет ФИО5 производится при отсутствии обязательств, что подтверждается неоднократностью перечисления денежных средств, а также свидетельствует на отсутствие ошибки и осознанном намерении ФИО3 на совершение действий, возникновение которых предусмотрено ст. 8 ГК РФ.
Ответчик ФИО5 также не выставлял требования к ФИО3 о выполнении последним обязательств по несуществующим сделкам.
Более того, при осуществлении платежа требуется совершение ряда действий на подтверждение операции по перечислению денежных средств.
В данном случае платежи приобретателю происходили добровольно, осознано и целенаправленно, а значит, последующие требования о взыскании денежных средств как ошибочно перечисленных вступают в противоречие с предшествующим поведением ФИО3
Таким образом, по мнению суда, истцом не представлено доказательств возникновения у ответчика неосновательного обогащения.
Принимая во внимание, что ФИО3 систематически осуществлял платежи ответчику, при этом ФИО3 было известно об отсутствии письменного обязательства об их возврате, что денежные средства в общей сумме 725 000 рублей перечислены ответчику по договорам, которые не были заключены между сторонами, о чем ФИО3 не мог не знать в момент передачи денежных средств, заявленные требования не подлежат удовлетворению.
Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ предъявление иска должно иметь своей целью восстановление нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов обратившегося в суд лица.
При этом лицо, обращающееся за судебной защитой, должно доказать нарушение его субъективного права или законного интереса и возможность восстановления этого права избранным способом защиты.
Пунктом 1 ст. 1 ГК РФ закреплены принципы гражданского законодательства, а именно равенство участников регулируемых им отношений, неприкосновенность собственности, свобода договора, недопустимость произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимость беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечение восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.
Пунктом 1 ст. 10 ГК РФ определено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Назначение субъективного права состоит в предоставлении уполномоченному субъекту удовлетворить свои потребности, не нарушая при этом интересов других лиц, общества и государства.
При осуществлении субъективного права в противоречии с его назначением происходит конфликт между интересами общества и отдельно взятого лица.
Злоупотребление правом, по смыслу ст. 10 ГК РФ, то есть осуществление субъективного права в противоречии с его назначением, имеет место в случае, когда субъект поступает вопреки правовой норме, предоставляющей ему соответствующее право; не соотносит свое поведение с интересами общества и государства; не исполняет корреспондирующую данному праву юридическую обязанность.
Из разъяснений, содержащихся в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части 1 Гражданского кодекса Российской Федерации», следует, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.
Пленум Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 в Постановлении от 01.07.1996 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указал, что при разрешении споров следует иметь в виду, что отказ в защите права со стороны суда допускается лишь в случаях, когда материалы дела свидетельствуют о совершении гражданином или юридическим лицом действий, которые могут быть квалифицированы как злоупотребление правом (ст. 10), в частности действий, имеющих своей целью причинить вред другим лицам.
Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.
Кроме того, возражая относительно заявленных требований представитель ответчика сослался на пропуск истцом срока исковой давности для обращения в суд с настоящими исковыми требованиями.
Гражданское законодательство основывается на необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты; юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе (п.п. 1, 2 ст. 1 ГК РФ), они по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права (п. 1 ст. 9 названного Кодекса).
Свобода осуществления своих прав подразумевает свободный выбор лицом наиболее эффективного, по его мнению, способа защиты нарушенного права из тех, что предусмотрены законом.
К искам о взыскании неосновательного обогащения применяется общий трехгодичный срок исковой давности, установленный ст. 196 ГК РФ, который в силу п. 1 ст. 200 ГК РФ начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.
Как разъяснено в п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», по смыслу п. 1 ст. 200 ГК РФ течение срока исковой давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороны договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части; срок исковой давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) начисляется по каждому просроченному платежу.
Из содержания искового заявления следует, что истцом заявлены требования о взыскании платежей, произведенных на сумму 100 000 рублей 27.02.2018; на сумму 100 000 рублей 15.03.2018; на сумму 100 000 рублей 05.06.2018; на сумму 15 000 рублей 14.08.2018; на сумму 5 000 рублей 07.09.2018; на сумму 100 000 рублей 18.09.2018; на сумму 2 000 рублей 27.03.2019; на сумму 3 000 рублей 29.03.2019; на сумму 5 000 рублей 11.04.2019; на сумму 28 000 рублей 10.06.2019; на сумму 15 000 рублей 18.06.2019; на сумму 135 000 рублей 19.08.2019; на сумму 10 000 рублей 25.09.2019; на сумму 9 000 рублей 23.11.2019; на сумму 90 000 рублей 03.01.2020; на сумму 8 000 рублей 06.01.2020.
Таким образом, в данном случае момент, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права, определяется датой внесения соответствующего платежа (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.11.2019 № 308-ЭС19-10020).
По смыслу ст. 201 ГК РФ переход права в порядке универсального или сингулярного правопреемства, а также передача полномочий одного органа публично-правового образования другому органу не влияют на начало течения срока исковой давности и порядок его исчисления.
В этом случае срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном ст. 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите права.
В соответствии с ч. 2 ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В силу п. 1 ст. 204 ГК РФ срок исковой давности не течет с момента обращения за судебной защитой, в том числе со дня подачи заявления о вынесении судебного приказа либо обращения в третейский суд, если такое заявление было принято к производству (п. 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности»).
Настоящие исковые требования предъявлены в суд, посредством услуг почтовой связи, только 06.07.2022, таким образом, истец имеет право на получения с ответчика сумм с датой перечисления не ранее 19.08.2019, платежи, образовавшиеся до 19.08.2019, заявлены за пределами срока исковой давности (ст. 196 ГК РФ).
В силу ст. 112 ГПК РФ лицам, пропустившим установленный федеральным законом процессуальный срок по причинам, признанным судом уважительными, пропущенный срок может быть восстановлен.
Восстановление пропущенных сроков без наличия уважительных причин нарушает принцип правовой определенности, гарантированной статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и влияет на стабильность гражданского оборота.
Истцом ходатайство о восстановлении пропущенного процессуального срока не заявлено, причины уважительности его пропуска не представлены.
Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд,
решил:
исковое заявление финансового управляющего ФИО3 – ФИО4 (ИНН <***>) к ФИО1 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан 26.02.2021 Управлением внутренних дел России по Тверской области) о взыскании в пользу ФИО3 (ДД.ММ.ГГГГ года рождения, паспорт серии №, выдан 27.06.2013 отделом управления федеральной миграционной службы России по Тверской области в Центральном районе г. Твери) неосновательного обогащения в размере 724 001 рублей, - оставить без удовлетворения.
Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в течение одного месяца путем подачи апелляционной жалобы в Тверской областной суд через Заволжский районный суд г. Твери со дня составления мотивированной части.
Судья Н.Н. Рева
Мотивированная часть составлена 09.12.2022