Дело № 2-1-339/2025
64RS0010-01-2025-000404-05
Решение
Именем Российской Федерации
03 июня 2025 года г. Вольск
Вольский районный суд Саратовской области в составе:
председательствующего судьи Кичатой О.Н.,
при помощнике судьи Визгаловой А.Д.,
с участием прокурора Гвоздкова Д.С.,
рассмотрев в открытом судебном заседании в городе Вольске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Джи Эр Транс», обществу с ограниченной ответственностью «Артэк Групп» о компенсации морального вреда,
установил:
ФИО1 обратилась в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью (далее - ООО) «Джи Эр Транс», ООО «Артэк Групп» о компенсации морального вреда.
Требования обоснованы тем, что 20 ноября 2023 года на автодороге «Сызрань-Саратов-Волгоград» произошло дорожно-транспортное происшествие по вине А.Д.С., который, управляя принадлежащим ему транспортным средством Хендай А., государственный регистрационный знак №, выехал на полосу встречного движения, где допустил столкновение с автомобилем Скания, государственный регистрационный знак №, принадлежащим ООО «Джи Эр Транс», под управлением водителя ФИО2 В результате дорожно-транспортного происшествия (далее - ДТП) пассажиры автомобиля Хендай А.А. И.В. и <данные изъяты>, являющиеся дочерью и внучкой истца, скончались на месте; водитель А.Д.С. от полученных повреждений скончался ДД.ММ.ГГГГ в больнице. 01 августа 2018 года между ответчиками был заключен договор аренды, в соответствии с котором транспортное средство Скания, государственный регистрационный знак №, было передано в аренду ООО «Артэк Групп».
В результате смерти дочери и внучки истцу причинены глубокие и тяжкие страдания, переживания, вызванные утратой близких людей, в связи с чем с учетом уточнений исковых требований ФИО1 просит взыскать с ответчиков ООО «Джи Эр Транс» и ООО «Артэк Групп» в солидарном порядке компенсацию морального вреда в размере 300 000 руб., а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 15 000 руб.
Лица, участвующие в деле, будучи извещенными и месте и времени слушания дела, в судебное заседание не явились, о причинах неявки не сообщили, в связи с чем, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд посчитал возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося лица.
Исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение прокурора, суд приходит к следующему.
Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.
Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.
Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 ГК РФ).
В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.
В силу п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 «Обязательства вследствие причинения вреда» (ст. ст. 1064 - 1101) и ст. 151 ГК РФ.
Статья 1101 ГК РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.
Как разъяснено в п. п. 26, 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда.
Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.
При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.
Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из ст. ст. 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).
Из содержания приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что размер компенсации морального вреда определяется на основании оценки судом конкретных обстоятельств дела. При этом суд наряду с учетом степени вины причинителя вреда, степени физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, должен учитывать требования разумности и справедливости. Кроме того, законодатель не исключает при определении размера компенсации морального вреда возможность учета имущественного положения причинителя вреда.
Моральный вред, являясь оценочной категорией, включающей в себя оценку совокупности всех обстоятельств, по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и не поддается точному денежному подсчету.
Пунктом 1 ст. 1079 ГК РФ предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п. п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.
Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).
Владелец источника повышенной опасности не отвечает за вред, причиненный этим источником, если докажет, что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц. Ответственность за вред, причиненный источником повышенной опасности, в таких случаях несут лица, противоправно завладевшие источником. При наличии вины владельца источника повышенной опасности в противоправном изъятии этого источника из его обладания ответственность может быть возложена как на владельца, так и на лицо, противоправно завладевшее источником повышенной опасности (п. 2 ст. 1079 ГК РФ).
По смыслу приведенной правовой нормы ответственность за причиненный источником повышенной опасности вред несет его собственник, если не докажет, что право владения источником передано им иному лицу в установленном законом порядке, либо что источник выбыл из его обладания в результате противоправных действий других лиц.
Таким образом, в соответствии со ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания передачи права владения иному лицу, а равно выбытия из обладания в результате противоправных действий других лиц как оснований освобождения от гражданско-правовой ответственности возлагается на собственника транспортного средства.
Согласно п. 3 ст. 1079 ГК РФ владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным п. 1 настоящей статьи.
Из разъяснений, содержащихся в п. п. 21, 22 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что моральный вред, причиненный деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности (ст. 1079 ГК РФ).
Моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности (столкновения транспортных средств и т.п.) третьему лицу, например пассажиру, пешеходу, в силу п. 3 ст. 1079 ГК РФ компенсируется солидарно владельцами источников повышенной опасности по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 1079 ГК РФ. Отсутствие вины владельца источника повышенной опасности, участвовавшего во взаимодействии источников повышенной опасности, повлекшем причинение вреда третьему лицу, не является основанием освобождения его от обязанности компенсировать моральный вред.
Моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 ГК РФ).
Как установлено судом и следует из материалов дела, А.Д.С. в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ проходил военную службу по контракту в войсковой части №, дислоцированной в <адрес>; состоял в зарегистрированном браке с А.И.В., проживал с супругой и <данные изъяты> по адресу: <адрес>.
Истец ФИО1 является матерью А.И.В. и бабушкой <данные изъяты>, проживает по адресу: <адрес>, общежитие ПУ №.
ДД.ММ.ГГГГ около 12 часов сержант А.Д.С., управляя принадлежащим ему технически исправным транспортным средством Хендай А., государственный регистрационный знак №, двигаясь по автодороге «Сызрань-Саратов-Волгоград» со стороны г. Вольск в сторону г. Саратова в районе 242-243 км автодороги, допустил нарушение требований абз. 1 п. 10.1 Правил дорожного движения РФ, не справился с управлением, выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем Скания, государственный регистрационный знак №, под управлением водителя ФИО2
В результате указанного ДТП пассажиры автомобиля Хендай А., государственный регистрационный знак №, <данные изъяты>, и А.И.В. получили несовместимые с жизнью телесные повреждения, в связи с чем скончались на месте. А.Д.С. получил телесные повреждения, от которых, не приходя в сознание, скончался ДД.ММ.ГГГГ в больнице.
Постановлением заместителя руководителя военного следственного отдела Следственного комитета РФ по Знаменскому гарнизону от ДД.ММ.ГГГГ было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении А.Д.С. по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ, на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи со смертью подозреваемого.
Судом также установлено, что собственником транспортного средства Скания, государственный регистрационный знак №, с 26 октября 2020 года является ООО «Джи Эр Транс».
01 августа 2018 года между ООО «Джи Эр Транс» (арендодатель) и ООО «Артэк Групп» (арендатор) был заключен договор аренды транспортных средств № №, по условиям которого по заявкам арендатора арендодатель обязуется предоставлять арендатору во временное владение и пользование транспортные средства из списка транспортных средств, определенного в приложении № в договору.
В соответствии с п. 2.2.4 договора арендатор обязан поддерживать транспортные средства в исправном состоянии, производить за свой счет текущий и капитальный ремонт и нести расходы на содержание транспортных средств.
Согласно акту от 01 августа 2023 года приема-передачи имущества к вышеуказанному договору аренды ООО «Джи Эр Транс» (арендодатель) предоставил, а ООО «Артэк Групп» (арендатор) дополнительно принял во временное пользование на условиях аренды транспортное средство Скания, государственный регистрационный знак <***>.
В соответствии с абз. 1 ст. 642 ГК РФ по договору аренды транспортного средства без экипажа арендодатель предоставляет арендатору транспортное средство за плату во временное владение и пользование без оказания услуг по управлению им и его технической эксплуатации.
Ответственность за вред, причиненный третьим лицам транспортным средством, его механизмами, устройствами, оборудованием, несет арендатор в соответствии с правилами главы 59 настоящего Кодекса (ст. 648 ГК РФ).
Согласно разъяснениям, данным в п. 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при определении субъекта ответственности за вред, причиненный жизни или здоровью третьих лиц арендованным транспортным средством (его механизмами, устройствами, оборудованием), переданным во владение и пользование по договору аренды (фрахтования на время) транспортного средства с экипажем, необходимо учитывать, что ответственность за вред несет арендодатель, который вправе в порядке регресса возместить за счет арендатора суммы, выплаченные третьим лицам, если докажет, что вред возник по вине арендатора (ст. ст. 632 и 640 ГК РФ). Если же транспортное средство было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, то причиненный вред подлежит возмещению самим арендатором (ст. ст. 642 и 648 ГК РФ).
Исходя из буквального толкования условий договора аренды транспортных средств № № от 01 августа 2018 года и акта приема-передачи к нему, транспортное средство Скания было передано по договору аренды без предоставления услуг по управлению им и его технической эксплуатации, доказательств обратного суду представлено не было, в связи с чем причиненный вред подлежит возмещению арендатором ООО «Артэк Групп».
Из материалов дела также следует, что в момент ДТП транспортным средством Скания, государственный регистрационный знак №, управлял водитель ФИО2, который являлся работником ООО «Артэк Групп», что подтверждается соответствующим трудовыми договором № от ДД.ММ.ГГГГ.
Пунктом 1 ст. 1068 ГК РФ предусмотрено, что юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.
Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.
Согласно разъяснениям, данным в п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» ответственность юридического лица или гражданина, предусмотренная п. 1 ст. 1068 ГК РФ, наступает за вред, причиненный его работником при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключенного трудового договора (служебного контракта).
В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что согласно ст. ст. 1068 и 1079 ГК РФ не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.
Из содержания приведенных выше норм материального права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что лицо, управляющее источником повышенной опасности в силу трудовых или гражданско-правовых отношений с собственником этого источника повышенной опасности, не признается владельцем источника повышенной опасности по смыслу ст. 1079 ГК РФ, ответственность в таком случае возлагается на работодателя, являющегося владельцем источника повышенной опасности.
Факт управления водителем ФИО2 транспортным средством Скания, государственный регистрационный знак №, в момент ДТП при исполнении своих трудовых обязанностей ответчиком ООО «Артэк Групп» не оспаривается, в связи с чем именно ООО «Арэк Групп», будучи законным владельцем указанного транспортного средства и работодателем причинителя вреда, отвечает за вред, причиненный источником повышенной опасности.
Согласно а. 2 ст. 1083 ГК РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.
При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.
Как установлено судом и следует из материалов дела, в том числе постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 25 января 2024 года, содержащего ссылки на заключение судебного эксперта автотехника № от 25 января 2024 года, именно действия водителя А.Д.С. находились в причинной связи с фактом ДТП и он располагал возможностью предотвратить столкновение.
Из заключения судебной экспертизы, проведенной в рамках гражданского дела № по иску ООО «Джи Эр Транс» к наследственному имуществу А.Д.С. о возмещении ущерба, также следует, что в технической причинной связи с ДТП находится выезд вопреки п.п. 1.5, 10.1 Правил дорожного движения РФ, автомобиля Хендай на полосу движения имевшего преимущество автомобиля Скания. При этом водитель ФИО2 не имел техническую возможность избежать ДТП путем применения торможения. Между тем, экспертом также установлено, что в районе 242 км автодороги водитель автомобиля Хендай потерял контроль за движением своего автомобиля, в связи с чем произошел его занос на полосу встречного движения.
Учитывая изложенное, суд приходит к выводу об отсутствии в действиях водителя А.Д.С. грубой неосторожности. Доказательств обратного суду представлено не было.
Из разъяснений, содержащихся в п. 21 постановления Пленума Верховного Суда от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», следует, что моральный вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, подлежит компенсации на общих основаниях, предусмотренных ст. 1064 ГК РФ. Владелец источника повышенной опасности, виновный в этом взаимодействии, а также члены его семьи, в том числе в случае его смерти, не вправе требовать компенсации морального вреда от других владельцев источников повышенной опасности, участвовавших во взаимодействии (ст. ст. 1064, 1079 и 1100 ГК РФ).
Учитывая, что истец является матерью и бабашкой погибших А.И.В. и А.М.Д., проживала отдельно, общего хозяйства с дочерью и ее супругом А.Д.С. не вела, в связи с чем не являлась членом их семьи, суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 права на компенсацию причиненного ей в результате смерти близких людей морального вреда.
Из объяснений истца следует, что погибшая А.И.В. была ее единственным ребенком, которого она, будучи в разводе, воспитывала одна. После вступления дочери в брак с А.Д.С. в 2015 году они стали жить отдельно своей семьей, однако она постоянно общалась с дочерью, внучка Маргарита практически выросла у нее на руках. Отношения между ними всегда были тесными, истец помогала им и материально, и с внучкой, они ходили друг к другу в гости. На момент ДТП дочь А.И.В. была беременна вторым ребенком. После смерти дочери и внучки у истца никого из родных не осталось, она испытывает глубокие и тяжкие страдания, вызванные данной утратой.
Исходя из указанных выше критериев оценки размера компенсации морального вреда, характера и тяжесть причиненных лично истцу нравственных страданий, вызванных потерей дочери и внучки, конкретных обстоятельств дела, тот факт, что истец с погибшим совместно не проживали, членами одной семьи не являлись, однако между ними поддерживалась ежедневная семейная связь, после их смерти у истца не осталось родных людей, а также учитывая отсутствие вины в происшествии водителя ФИО2, а в действиях виннового в происшествии водителя А.Д.С. грубой неосторожности, суд считает возможным определить сумму компенсации морального вреда, причиненного ФИО1 в результате смерти дочери и внучки, в сумме 300 000 руб.
При этом суд также учитывает, что гибель дочери (внучки) сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие матери (бабушки), влечет состояние субъективного эмоционального расстройства, поскольку утрата близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на семейные связи. Неизгладимой в любом возрасте является боль утраты для матери ребенка.
По мнению суда, указанный размер денежной компенсации морального вреда согласуется с принципами конституционной ценности достоинства личности и неприкосновенности частной жизни (ст. ст. 21 и 23 Конституции Российской Федерации), а также отвечает требованиям разумности и справедливости.
При этом исковые требования ФИО1 к ООО «Джи Эр Транс» удовлетворению не подлежат, как заявленные к ненадлежащему ответчику.
Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 ГПК РФ.
Судебные расходы согласно ч. 1 ст. 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела, к которым в силу абз. 9 ст. 94 ГПК РФ относятся признанные судом необходимыми расходы сторон при рассмотрении дела.
В силу ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.
В п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разъяснено, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.
Согласно разъяснениям, содержащимся в п. п. 11-13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. Вместе с тем в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон суд вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек, исходя из имеющихся в деле доказательств, носит явно неразумный (чрезмерный) характер.
Расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.
Разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.
Как следует из материалов дела, интересы истца в суде на основании нотариально удостоверенной доверенности представлял ФИО3
12 февраля 2025 года между ФИО3 (исполнитель) и ФИО1 (заказчик) был заключен договор об оказании юридической помощи, по условиям которого исполнитель обязался составить исковое заявление и представлять интересы заказчика в Вольском районном суде Саратовской области по делу о взыскании компенсации морального вреда в результате ДТП. Стоимость услуг по договору составила 15 000 руб., которые были уплачены истцом в полном объеме.
Принимая во внимание характер и конкретные обстоятельства рассматриваемого спора, его сложность, объем выполненной представителем истца работы, учитывая размер понесенных истцом расходов на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги, суд приходит к выводу о взыскании с ответчика ООО «Ареэк Групп» в пользу истца расходов по оплате услуг представителя в размере 10 000 руб. Указанный размер расходов, по мнению суда, соответствует положениям ст. 2, ч. 1 ст. 100 ГПК РФ и обеспечивает баланс процессуальных прав и обязанностей сторон по делу при рассмотрении указанного вопроса.
Исходя из положений ст. ст. 88, 98, ч. 1 ст. 103 ГПК РФ, п.п. 4 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, с ответчика в доход муниципального бюджета также подлежит взысканию государственная пошлина в размере 4 000 руб. (за требования неимущественного характера).
На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд
решил:
исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Артэк Групп» (ИНН <***>) в пользу ФИО1 (паспорт № №) компенсацию морального вреда в размере 300 000 (триста тысяч) рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 10 000 (десять тысяч) рублей.
В удовлетворении исковых требований к обществу с ограниченной ответственностью «Джи Эр Транс» отказать.
Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Артэк Групп» (ИНН <***>) в доход бюджета Вольского муниципального района Саратовской области государственную пошлину в размере 4 000 (четыре тысячи) рублей.
Решение может быть обжаловано в Саратовский областной суд в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Вольский районный суд Саратовской области.
Председательствующий О.Н. Кичатая
мотивированное решение изготовлено 19 июня 2025 года