Решение по делу № 2-252/2022 от 16.06.2022 - о признании недействительным договора дарения квартиры и применения последствий недействительности сделки.

Дело № 2-252/2022

УИН 34RS0022-01-2022-000374-64

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Котельниково 16 июня 2022 года

Котельниковский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Молодцовой Л.И.,

при секретаре Павловой Т.В.,

с участием представителя истца ФИО1,

ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры и применения последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и применении последствий недействительности сделки. Исковые требования мотивированы тем, что истец имеет двух дочерей ФИО2 и ФИО1 С 1978 года (дата покупки квартиры) по 2015 год она проживала по адресу:. <адрес>. С 2015 года она проживает с дочерью ФИО1 в <адрес>. С 2014 года ФИО2 сказала, что при приватизации квартиры были допущены нарушения и необходимо исправить договор о приватизации квартиры, в связи с чем они с ФИО2 вместе посещали различные организации, где оформляли какие-то документы, которые она подписывала, не читая и не понимая их содержания, поскольку доверяла своей дочери. Оказалось, что ФИО2 в 2014 году вынудила ее подписать генеральную доверенность для того, чтобы она лично занималась всеми документами и не тревожила ее в силу возраста, состояния здоровья и инвалидности. В 2018 году в ходе конфликта между дочерьми ФИО2 сказала, что квартира в <адрес> принадлежит ей. По данному поводу ее дочь ФИО1 обратилась в полицию с заявлением о мошенничестве, постановлением УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по <адрес> было отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления. В июле 2021 года она решила продать квартиру, но при обращении ФИО1 в агентство недвижимости выяснилось, что собственником данной квартиры с 2014 года является ответчик ФИО2 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ произведена государственная регистрация права собственности ФИО2 Считает, что ответчик, пользуясь ее возрастом, плохой памятью, юридической безграмотностью, ввела ее в заблуждение и обманула. Она не понимала значение своих действий, не могла руководить ими, поскольку считала, что подписывает договор на приватизацию данной квартиры и не знала, что подписывает договор дарения. Квартиру ответчику она не дарила и договор дарения не подписывала, другого жилья она не имеет, ответчик в спорное жилое помещение не вселялся. Ссылаясь на положения ст.178 ГК РФ, считает, что сделка по дарению квартиры была совершена под влиянием заблуждения и является недействительной. Просила признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ и применить последствия недействительности сделки.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась в силу возраста и состояния здоровья. Судебное заседание проведено в отсутствие истца с участием ее представителя по доверенности ФИО1

Представитель истца ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме.

Ответчик ФИО2 в судебном заседании с иском не согласилась, по основаниям, изложенным в письменных возражениях. Кроме того, просила применить срок исковой давности и отказать в удовлетворении иска. Суду пояснила, что в 2008 году ее мама ФИО3 проживала в <адрес> и самостоятельно ходила и оформляла документы на приватизацию квартиры по <адрес>, обращалась в суд и получала судебное решение о признании за ней права собственности на квартиру, а затем регистрировала право собственности на квартиру в регистрирующих органах. До 2014 года она (ответчик) за свой счет делала капитальный ремонт в спорной квартире для улучшения жилищных условий матери, в то время как ее сестра ФИО1, приезжая из Волгограда к матери, забирала у нее пенсию, постоянно конфликтовала и оскорбляла мать. В 2014 году ФИО3 добровольно решила подарить ей спорную квартиру, никто ее в заблуждение не вводил, мама осознавал свои действия, самостоятельно ходила с ней в регистрационные органы для регистрации сделки, сотрудником регистрирующего органа Свидетель №1 дарителю разъяснялись права, выяснялась добровольность сделки, при сотруднике ФИО3 сама подписывала договор дарения, последствия заключения сделки ей были разъяснены и понятны, она с ними была согласна. В 2015 году сестра ФИО1 забрала маму к себе в Волгоград. Договор дарения исполнен. Она с момента регистрации сделки оплачивает коммунальные расходы, несет бремя содержания квартиры. Считает, что данный иск инициирован сестрой ФИО1 из-за корыстных целей, а не матерью ФИО3, которой на данный момент более 90 лет. С сестрой у них неприязненные отношения, сестра не позволяет ей видится с матерью, выгоняет ее, постоянно конфликтует, требует деньги за квартиру.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, свидетелей, исследовав письменные материалы дела, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению.

Пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что физические и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации договоры являются основанием для возникновения гражданских прав и обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Основания, по которым даритель может отказаться от исполнения дарения, либо требовать его отмены, указаны в статьях 577, 578 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 577 Гражданского кодекса Российской Федерации даритель вправе отказаться от исполнения договора, содержащего обещание передать в будущем одаряемому вещь или право либо освободить одаряемого от имущественной обязанности, если после заключения договора имущественное или семейное положение либо состояние здоровья дарителя изменилось настолько, что исполнение договора в новых условиях приведет к существенному снижению уровня его жизни.

По смыслу положений пункта 1 статьи 577 Гражданского кодекса Российской Федерации отмена дарения возможно только в случае, если предметом договора дарения является обещание передать в будущем одаряемому вещь.

Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.

Таким образом, односторонний отказ от исполнения договора дарителем возможен только при заключении договора дарения, исполнение по которому еще не последовало, то есть до передачи дара, что прямо вытекает из пункта 1 статьи 577 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу статьи 574 Гражданского кодекса Российской Федерации передача дара осуществляется посредством вручения правоустанавливающих документов.

Судом установлено следующее.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 (даритель) и ФИО2 (одаряемый) заключен договор дарения, по условиям которого, даритель безвозмездно передает, а одаряемый принимает в дар <адрес>, площадью № кв.м. по адресу: <адрес>.

Пунктом 4 договора предусмотрено, что Одаряемая приобретает право собственности на указанную квартиру с момента перехода прав по настоящему договору в Котельниковском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области.

На момент совершения сделки в вышеуказанной квартире зарегистрирована Даритель – ФИО3 (п.5 договора).

При подписании настоящего договора стороны самостоятельно ознакомились со следующими положениями закона ст.ст.170, 179, 180, 181, 256, 292, 432, 578 ГК РФ (п.6 договора).

Договор дарения подписан сторонами, зарегистрирован переход права собственности в Котельниковском отделе Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, запись регистрации №.

Согласно сведениям из ЕГРН, собственником спорной квартиры является ФИО2.

ФИО3 обратившись в Котельниковский районный суд Волгоградской области с иском к ответчику о признании недействительным договора дарения, ссылается на положения ст.178 ГК РФ, о том, что сделка отчуждения заключена под влиянием заблуждения. При намерении продать квартиру узнала, что квартира была подарена, хотя таких намерений у нее не было. Данная квартира является единственным жильём для истца, которая является инвалидом II группы.

Статья 432 ГК РФ предусматривает, что договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон достигнуто соглашение. Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.

Статья 224 ГК РФ предусматривает, что вещь считается врученной приобретателю с момента ее фактического поступления во владение приобретателя. Регистрация права собственности на спорное имущество предполагает возникновение у ответчика прав владения, пользования и распоряжения принадлежащей ему доли квартиры.

В силу статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из п.7 договора следует, что он содержит весь объем соглашений между сторонами в отношении предмета договора, отменяет и делает недействительными все другие обязательства или представления, которые могли быть приняты или сделаны сторонами, будь то в устной или письменной форме, до заключения настоящего договора.

Из материалов дела следует, и подтверждается копией регистрационного дела, что договор дарения был исполнен сторонами, осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество на имя ФИО2, поскольку договор дарения не содержит обещания передать имущество в будущем, исполнен сторонами, за ответчиком зарегистрировано право собственности на квартиру, то истец не вправе отказаться от исполнения дарения в порядке ст. 577 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Следовательно, приводившиеся истцом доводы об изменении его состояния здоровья не имеют юридического значения при рассмотрении данного гражданского дела.

Как установлено судом, договор дарения был исполнен сторонами: осуществлена государственная регистрация перехода права собственности на спорное имущество, оно передано во владение и пользование ФИО2, которая по настоящее время несет бремя содержания квартирой, оплачивает коммунальные платежи, что подтверждается соответствующими справками.

Суд считает, что сама по себе регистрация истца по месту жительства в этой квартире после ее отчуждения по договору дарения не свидетельствует о неисполнении сделки.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Свидетель №1 показала, что в 2014 году она занимала должность инженера I категории Котельниковского отдела Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ она принимала документы по регистрации сделки дарения квартиры по <адрес>, на приеме присутствовали обе стороны сделки - даритель ФИО3 и одаряемая ФИО2, которые в добровольном порядке при ней подписали договор дарения. При этом ФИО3 понимала значение заключаемой сделки, права и последствия сделки ей разъяснялись. ФИО3 самостоятельно заверяла копии документов по совершении сделки отчуждения, вела себя свободно без какого-либо давления. По поведению дарителя было видно, что она осознает условия и последствия сделки, в заблуждении не находится.

Свидетель Свидетель №2 в судебном заседании показал, что он длительное время проживал по соседству с ФИО3, а именно в <адрес>. Суду показал, он является врачом терапевтом и в силу своей профессиональной деятельности и врачебной практики может пояснить, что в 2014 году ФИО3 согласно своего возраста и состояния здоровья самостоятельно себя обслуживала, ей не нужен был посторонний уход, она осознавала свои действия и поступки, свободно выражала свое мнение. Когда к ней приезжала дочь ФИО2, то последняя всегда помогала матери, сделала за свой счет капитальный ремонт в квартире, отношения у них были доброжелательные. Но когда приезжала дочь ФИО1, то слышно было конфликтные ситуации дочери с матерью, повышение голоса и скандалы.

Суд считает показания свидетелей достоверными и допустимыми доказательствами по делу, свидетели предупреждены об уголовной ответственности.

В обоснование заявленных требований о недействительности сделки истец ссылается на то, что оспариваемая сделка заключена под влиянием заблуждения, то есть по основаниям, предусмотренным ст. 178 ГК РФ.

В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

По смыслу приведенной нормы права, сделка признается недействительной, если выраженная в ней воля стороны неправильно сложилась вследствие заблуждения и повлекла иные правовые последствия, нежели те, которые сторона действительно имела в виду. Под влиянием заблуждения участник сделки помимо своей воли составляет неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для нее существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую она не совершила бы, если бы - не заблуждалась.

Исходя из положений правовых норм ст. ст. 167, 178, 572 ГК РФ, значимыми обстоятельствами, имеющими значение по делу, для вывода о состоявшемся договоре дарения являются не только письменное оформление договора, но и факт передачи и принятия дара, должна быть выяснена действительная воля стороны с учетом цели договора.

Сделка считается недействительной, если выраженная в ней воля участника сделки сложилась вследствие заблуждения, поэтому сделка влечет иные правовые последствия, нежели те которые он в действительности имел в виду, то есть волеизъявление участника сделки не соответствует его действительной воле.

Заблуждение имеет место тогда, когда участник сделки составляет себе неправильное мнение или остается в неведении относительно тех или иных обстоятельств, имеющих для него существенное значение, и под их влиянием совершает сделку, которую он бы не совершил, если бы не заблуждался.

Разрешая требования ФИО3 о признании сделки недействительным по мотивам ст. 178 ГК РФ, оценив собранные по делу доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения исковых требований, в связи с отсутствием достаточных оснований для признания оспариваемого договора недействительным. При этом, суд исходит из того, что истцом не представлено доказательств того, что сделка совершена под влиянием заблуждения, имеющего существенное значение, поскольку действия и воля истца подтверждает обстоятельства того, что сторонами заключен указанный договор. Из оспариваемого договора следует, что договор сторонами подписан без понуждения, по своей воле, при обращении истца в компетентные органы по вопросу привлечения к уголовной ответственности ответчика за мошенничество с квартирой ей было отказано в возбуждении уголовного дела из-за отсутствия состава преступления. В договоре дарения стороны предусмотрели все существенные условия для данного вида договора, при этом, умысел на введение истца в заблуждение судом не установлен. Истец на стадии заключения договора ознакомилась с его условиями, добровольно в соответствии со своим волеизъявлением приняла решение передать квартиру ответчику в дар, что в полной мере соответствует принципу свободы договора.

Суд не принимает во внимание довод истца о заблуждении относительно природы договора ввиду передачи в дар единственного жилого помещения, учитывая, что ФИО3 в добровольном порядке подписала оспариваемый договор.

Довод истца о том, что ответчик воспользовалась преклонным возрастом истца и состоянием здоровья, тем самым совершила в отношении нее обман и ввела в заблуждение, не принят судом во внимание, поскольку объективного подтверждения не нашел. По мнению суда, истцом не доказана вся совокупность обстоятельств, при наличии которых, оспариваемый договор может быть квалифицирован как сделка, совершенная под влиянием заблуждения.

Довод о том, что истец при заключении с ответчиком договора дарения заблуждалась относительно природы сделки, полагала, что подписывает документы на приватизацию квартиры, а не лишает себя единственного для истца жилого помещения, объективного подтверждения не нашел. Из представленных документов следует, что приватизация квартиры и оформление права собственности ФИО3 происходило в 2008 году, причем ФИО3 самостоятельно обращалась в компетентные органы и суд.

Довод истца об отсутствии намерения безвозмездной передачи ответчику права собственности на принадлежавшую ей квартиру, судом признан необоснованным, поскольку данное волеизъявление ясно выражено в подписанном истцом и исследованном судом договоре.

Форма и порядок заключения договора соблюдены и не противоречат действующему законодательству.

Доводы истца о невозможности пользования квартирой, не является основанием для удовлетворения иска, так как фактически ответчик приняла квартиру в дар, в которой на момент дарения зарегистрирована ФИО3, тем самым приняла дар с обременением в виде регистрации истца по месту жительства по спорному адресу.

Разрешая спор, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания недействительным оспариваемого договора дарения квартиры по основаниям, предусмотренным статьей 178 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как истцом не представлено доказательств в обоснование заявленных требований, а именно, совершения ФИО3 сделки под влиянием заблуждения, поскольку доказательств преднамеренного создания у неё не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на её решение, представлено не было.

Отказывая в удовлетворении исковых требований ФИО3 к ФИО2 о признании договора дарения квартиры недействительным, суд также считает необходимым отказать в удовлетворении требований о применении последствий недействительности сделки.

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

Так, статья 181 ГК РФ устанавливает срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности в один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной. Положения данной нормы связывают момент начала исчисления давностного срока по оспоримым сделкам с моментом, когда лицо узнало либо должно было узнать об обстоятельствах, являющихся основанием признания сделки недействительной.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год.

Как указывает Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 2 статьи 181 ГК РФ сформулирован таким образом, что наделяет суд необходимыми дискреционными полномочиями по определению момента начала течения срока исковой давности исходя из фактических обстоятельств дела (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 мая 2009 года N 600-О-О и от 29 мая 2012 года N 894-О).

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Применительно к оспариванию договора дарения действует правило о течении срока исковой давности со дня, когда истец узнал или должен был узнать о нарушении своего права.

Срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (п. 3 ст. 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки (п. 1 ст. 181 ГК РФ).

Сделки, имеющие пороки, указанные в ст. ст. 175 - 179 ГК РФ, являются оспоримыми.

Для признания оспоримых сделок недействительными установлен сокращенный срок исковой давности.

Как указала в иске ФИО3 о нарушении своего права и о том, что собственником квартиры является ответчик, она узнала в июле 2021 года, когда решила продать квартиру и дочь ФИО1 обратилась в агентство недвижимости г.Котельниково, сделка – договор дарения - является оспоримой сделкой, ФИО3 обратилась с настоящим иском ДД.ММ.ГГГГ по почте.

С 2014 года квартира по <адрес> находится в собственности и владении ФИО2, которая с 2015 года (с момента переезда истца в г.Волгоград) несет бремя ее содержания, своевременно оплачивает жилищно-коммунальные услуги, что подтверждается лицевым счетом и квитанциями об оплате жилищно-коммунальных услуг, справками об отсутствии задолженности. Следовательно, исполнение сделки началось, после регистрации права на спорное имущество, а истец с указанной даты должен был узнать о нарушенном праве и соответственно на день обращения истца в суд с настоящим иском срок исковой давности истек.

Кроме того, истец в иске указала, что в 2018 году в ходе конфликта между дочерьми ФИО2 сказала, что квартира в г.Котельниково принадлежит ей. По данному поводу ее дочь ФИО1 обратилась в полицию с заявлением о мошенничестве, постановлением УУП ОУУП и ПДН ОМВД России по <адрес> было отказано в возбуждении уголовного дела в связи с отсутствием состава преступления

Соответствующих требованиям закона доказательств обратного в материалах дела не имеется и представителем истца суду не представлено.

Доводы истца о том, что о нарушении своих прав на спорную квартиру ей стало известно лишь в июле 2021 года, отклонены судом, поскольку в судебном заседании установлено, что ФИО3 самостоятельно и добровольно подписывала договор дарения, осознавая свои действия и последствия сделки, и при проявлении должной степени осмотрительности и заботы могла и должна была узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. Также эти доводы опровергаются самим же истцом о том, что в 2018 году в ходе конфликта между дочерьми ФИО2 сообщила, что квартира принадлежит ей.

С иском в суд о восстановлении нарушенного права истец обратилась только в апреле 2022 года, то есть по истечении срока давности.

Руководствуясь положениями пункта 1 статьи 196, пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 29.09.2015 года №43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" и принимая во внимание, что истцом не было заявлено ходатайство о восстановлении срока исковой давности, не представлены доказательства наличия уважительных причин пропуска срока исковой давности, суд пришел к выводу о пропуске срока для защиты нарушенного права, что является самостоятельным основанием для отказа в иске.

При таких обстоятельствах, исковые требования ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по <адрес>, и применения последствий недействительности сделки, не подлежат удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении искового заявления ФИО3 к ФИО2 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по <адрес>, и применении последствий недействительности сделки, - отказать.

Решение изготовлено в окончательной форме 23 июня 2022 года (в соответствии с ч.3 ст. 107 ГПК РФ) и может быть обжаловано в апелляционном порядке в Волгоградский областной суд через Котельниковский районный суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья Л.И. Молодцова