Решение по делу № 2-326/2023 от 16.05.2023 - о признании договора купли-продажи незаконным (ничтожным), возложении обязанности возвратить земельный участок, признании права собственности отсутствующим.

№ 2-326(1)/2023

64RS0028-01-2023-000490-22

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

16 мая 2023 г. г. Пугачев

Пугачевский районный суд Саратовской области в составе

председательствующего судьи Антонычевой Ю.Ю.

при секретаре Бохан Е.А.

с участием представителей истца прокуроров Маслова Е.Т. и ФИО1,

ответчика ФИО2 и его представителя ФИО3,

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению заместителя прокурора Саратовской области в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц к ФИО2, администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области о признании договора купли-продажи незаконным (ничтожным), возложении обязанности возвратить земельный участок, признании права собственности отсутствующим,

установил:

заместитель прокурора Саратовской области в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц обратился в суд с иском к ФИО2, администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области о признании договора купли-продажи незаконным (ничтожным), возложении обязанности возвратить земельный участок, признании права собственности отсутствующим. В обоснование иска указал, что прокуратурой Саратовской области проведена проверка соблюдения законодательства при предоставлении земельных участков сельскохозяйственного назначения гражданам в собственность. Указанной проверкой установлено, что земельный участок площадью 74 715 кв.м, с кадастровым номером <Номер>, расположенный по адресу: <Адрес>, с видом разрешенного использования «обеспечение сельскохозяйственного производства», поставлен на государственный кадастровый учет 18.08.2021. Кадастровая стоимость объекта на дату постановки на учет определена в размере 7 464 028 руб. 05 коп. Данный земельный участок образован путем объединения земельных участков с кадастровыми номерами <Номер> Постановлением администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области от 16.09.2021 <Номер> ФИО2 в собственность за плату был предоставлен земельный участок с кадастровым номером <Номер>. 27.09.2021 между администрацией Пугачевского муниципального района Саратовской области и ФИО2 заключен договор купли-продажи указанного участка на основании подп. 6 п. 2 ст. 39.3 ЗК РФ, то есть земельный участок предоставлен в собственность без проведения торгов как собственнику расположенного на земельном участке здания. При этом цена продажи участка определена в размере 15% от кадастровой стоимости земельного участка и составила 1 119 604 руб. 28 коп. К заявлению о продаже участка с номером <Номер> от 25.08.2021, поданному в администрацию муниципального района, в качестве документов, подтверждающих исключительное право на приобретение его в собственность без проведения торгов по основаниям, предусмотренным подп. 6 п. 2 ст. 39.3 ЗК РФ, ФИО2 были приложены: сообщение о перечне зданий, сооружений, расположенных на земельном участке, в отношении которого подано заявление о приобретении прав, согласно которому в границах земельного участка по состоянию на 25.08.2021 располагался капитальный объект с кадастровым номером <Номер>; выписка из ЕГРН в отношении объекта недвижимости с кадастровым номером <Номер> – сооружение «силосная траншея», 1974 года постройки, объемом 1 395 куб.м, расположенного по адресу: <Адрес>, поставленного на кадастровый учет 17.01.2021. Документами - основаниями для государственной регистрации права собственности ФИО2 на силосную траншею явились технический план от 26.02.2021, подготовленный кадастровым инженером на основании заполненной ФИО2 декларации об объекте недвижимости от 25.02.2021, а также решение Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2021 по делу <Номер> которым признано право ФИО2 на конструкцию «силосная станция», при этом в тексте решения не указываются признаки капитальности объекта. Конструкция «силосная траншея» расположена на земельном участке с кадастровым номером <Номер> права на который зарегистрированы и получены ФИО2 27.09.2021, то есть позднее регистрации права собственности на объект. Приказом Росреестра от 10.11.2020 № П/0412 утвержден классификатор видов разрешенного использования земельных участков, согласно которому размещение силосной траншеи не предусмотрено в качестве основных капитальных объектов на земельном участке с разрешенным видом использования «обеспечение сельскохозяйственного производства». Кроме того, при предоставлении земельного участка ФИО2 администрацией муниципального района не учтено требование о соразмерности предоставления земельного участка расположенному на нем капитальному строению, протяженность силосной траншеи составляет 40 метров, объем 1395 куб.м, в то время, как площадь предоставляемого земельного участка - 74715 кв.м. На земельном участке ФИО2 <Номер> находится силосная траншея с высокой степенью износа, разрушенными бортами и отсутствующим основанием, согласно заключению кадастрового инженера силосная траншея фактически представляет из себя фрагменты бетонных плит с износом около 70%, не являющихся объектами капитального строительства. Истец полагал, что ФИО2 не имел исключительного права на приобретение земельного участка с кадастровым номером <Номер> в собственность без проведения торгов и на основании п. 2 ст. 168 ГК РФ договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером <Номер> от 27.09.2021 является ничтожной сделкой. Указанные нарушения земельного законодательства посягают на публичные интересы и на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, лишенных возможности участвовать в торгах. Учитывая, что силосная траншея, расположенная на земельном участке с кадастровым номером <Номер>, не обладает признаками объекта недвижимости, так как является некапитальным строением, права в отношении него не подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости, а само сооружение не подлежит государственному кадастровому учету. Указывая, что сам факт государственной регистрации права собственности ФИО2 на силосную траншею с кадастровым номером <Номер> нарушает права собственника земельного участка, от имени которого действует администрация Пугачевского муниципального района, поскольку значительно ограничивает возможность реализации последней имеющихся у нее полномочий, прокурор просил признать незаконным (ничтожным) договор купли-продажи земельного участка с кадастровым номером <Номер> от 27.09.2021, заключенный между администрацией Пугачевского муниципального района Саратовской области и ФИО2; обязать ФИО2 возвратить указанный земельный участок администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области; признать отсутствующим право собственности ФИО2 на силосную траншею с кадастровым номером <Номер> 1974 года постройки, объемом 1395 куб.м, расположенную по адресу: <Адрес>.

В судебном заседании представители истца Маслов Е.Т. и ФИО1 исковые требования поддержали в полном объеме по изложенном в нем основаниям.

Ответчик ФИО2 и его представитель ФИО3 возражали против удовлетворения исковых требований. Отметили, что вступившим в законную силу решением суда от 12.01.2021 признано право собственности на сооружение силосная траншея за ФИО2 именно как на объект недвижимости, а прокурор хочет обойти данное решение суда этим иском. Кроме этого, экспертным исследованием, подготовленным экспертом ООО Экспертно-правовым центром «Гарант», также подтверждается, что силосная траншея является объектом недвижимости. Спорный земельный участок был предоставлен ответчику администрацией без проведения аукциона как собственнику расположенного на земельном участке сооружения. Соразмерность площади предоставленного земельного участка, подтверждается справками и проектом развития территории, в которых указано, что именно такая площадь необходима для обслуживания силосной траншеи и использования данного сооружения по прямому назначению. Указали, что прокурором данные доказательства не оспорены.

Представитель ответчика ФИО4 возражала против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в возражениях.

Третье лицо Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Саратовской области о времени и месте судебного заседания извещено надлежащим образом, представитель в суд не явился.

При таких обстоятельствах, руководствуясь ст. 167 ГПК РФ, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся участников процесса.

Выслушав стороны, исследовав материалы дела, основываясь на конституционном принципе состязательности сторон и обязанности предоставления сторонами доказательств в обоснование заявленных требований и возражений, оценив доказательства, каждое в отдельности и в их совокупности, суд, приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, решением Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2021, вступившим в законную силу 16.02.2021, постановлено: иск ФИО2 к администрации Надеждинского муниципального образования Пугачевского муниципального района Саратовской области о признании права собственности на недвижимость удовлетворить. Признать состоявшейся сделку - договор купли - продажи конструкции силосной траншеи по адресу: <Адрес>, от 15.09.2006, заключенную между продавцом Сельскохозяйственной артелью «им. Фрунзе» в лице конкурсного управляющего ФИО5 и ФИО2. Признать за ФИО2 право собственности на конструкцию силосная траншея, объем 1319 куб.м, по адресу: <Адрес>.

Из данного решения следует, что решением Арбитражного суда Саратовской области от 11.03.2004 сельскохозяйственная артель «им. Фрунзе», с. Мавринка, Пугачевского района, Саратовской области признана несостоятельным банкротом. Открыто конкурсное производство в отношении предприятия – должника. Утвержден конкурсный управляющий ФИО5

На момент проведения конкурсным управляющим инвентаризации от 07.04.2004 конструкция силосной траншеи 1974 г. выпуска значится за СХА «им. Фрунзе».

15 сентября 2006 г. между продавцом сельскохозяйственной артелью «им. Фрунзе» в лице конкурсного управляющего ФИО5 и ФИО2 был заключен договор купли продажи недвижимости. По условиям договора ФИО2 купил у сельскохозяйственной артели «им. Фрунзе» конструкции и стройматериалы зданий и сооружений, в следующем составе: конструкции здания пилорамы с составом оборудования, <Адрес>; конструкция силосной траншеи, <Адрес>; ограждение загона для скота и летней дойки, <Адрес>; конструкции пожарного здания, <Адрес>; конструкции здания конторы, <Адрес>. Цена недвижимости сторонами была определена в сумме 31 000,00 руб. Всю стоимость имущества покупатель обязан оплатить в срок до 30.10.2006, в полном объеме в любой форме расчета не запрещенной действующим законодательством. Передача имущества продавцом покупателю осуществляется в недельный срок после полной стоимости имущества, по подписываемому сторонами акту приема-передачи. Договор вступает в силу с момента его подписания обеими сторонами и действует до полного выполнения сторонами своих обязательств п. 2.1-2.2, 3.1-3.2, 4.4.1, 6.1.

Согласно акту передачи имущества от 25.10.2006 сельскохозяйственной артелью «им. Фрунзе» в лице конкурсного управляющего ФИО5, ФИО2 передано имущество в следующем составе: конструкции здания пилорамы с составом оборудования, <Адрес>; конструкция силосной траншеи, <Адрес>; ограждение загона для скота и летней дойки, <Адрес>; конструкции пожарного здания, <Адрес>; конструкции здания конторы, <Адрес>.

В подтверждение оплаты купленной недвижимости по договору от 15.09.2006 имеется копия квитанции от 25.10.2006 на сумму 31 000,00 руб.

В подтверждении расчета по договору купли – продажи от 15.09.2006 конкурсный управляющий ФИО5 также выдал письменную справку, в которой указал о полной оплате ФИО2 перечисленного в договоре имущества полностью в оговоренный срок, указал, что претензий не имеет.

Согласно технического паспорта, составленного АО «Ростехинвентаризация- Федеральное БТИ» Саратовское областное отделение – Пугачевское отделение по состоянию на 24 ноября 2020 г. конструкция силосной траншеи по адресу: <Адрес> имеет инвентарный <Номер>, в Едином государственном реестре недвижимости не зарегистрирована.

В справках главы администрации Надеждинского муниципального образования Пугачевского муниципального района Саратовской области <Номер>, <Номер> от 27.11.2020, <Номер> от 23.11.2020 указано, что силосная траншея по адресу: <Адрес>, в муниципальную собственность Надеждинского муниципального образования не передавалась, земельный участок на котором находится указанное сооружение не является муниципальной собственностью, а является земельным участком, на котором государственная собственность не разграничена; в данное время ФИО2 использует силосную траншею по адресу: <Адрес>, для выращивания крупного рогатого скота общей численностью 275 голов.

Таким образом, перечисленные доказательства подтверждают передачу названного недвижимого имущества, продавцом покупателю, а также получение денежной суммы, согласно условиям договора купли продажи недвижимости.

На основании вышеизложенного, суд считает установленным, что договор купли-продажи от 15.09.2006 между продавцом сельскохозяйственной артелью «им. Фрунзе» в лице конкурсного управляющего ФИО5 и ФИО2 был заключен, при этом ФИО2 исполнил все условия договора, а именно уплатил оговоренную сумму за купленное имущество и принял его, что подтверждается и передаточным актом.

Право собственности продавца недвижимости сельскохозяйственной артели «им. Фрунзе» в лице конкурсного управляющего ФИО5, а также указанный договор купли-продажи недвижимости никем не оспорены и не признаны недействительными.

В соответствии с выпиской из Единого государственного реестра юридических лиц <Номер> от 06.02.2009 сельскохозяйственная артель «им. Фрунзе» ликвидирована вследствие банкротства.

ФИО2 не мог зарегистрировать свое право собственности на приобретенное недвижимое имущество, так как собственником имущества конкурсным управляющим сельскохозяйственной артели «им. Фрунзе», не передан необходимый объем документов для регистрации договора купли-продажи и перехода права собственности к нему в Федеральной регистрационной службе в связи с отсутствием правоустанавливающих документов на недвижимое имущество, оформленных в установленном законом порядке (т. 2 л.д. 96).

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных данным Кодексом.

Вышеуказанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2021.

Как следует из данного решения суда и определения о принятии заявления суд устанавливал юридически значимые обстоятельства в отношении объекта недвижимости.

В соответствии с ч. 1 ст. 130 ГК РФ к недвижимости относятся земельные участки, участки недр и все, что прочно связано с землей, то есть объекты, перемещение которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, в том числе здания, сооружения, объекты незавершенного строительства. К недвижимости относятся также подлежащие государственной регистрации воздушные и морские суда, суда внутреннего плавания. Законом к недвижимым вещам может быть отнесено и иное имущество.

По смыслу ст. 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (п. 1 ст. 130 ГК РФ).

Поэтому, в частности, являются недвижимыми вещами здания и сооружения, построенные до введения системы государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним, даже в том случае, если ранее возникшие права на них не зарегистрированы. Равным образом правомерно возведенное здание или сооружение является объектом недвижимости, в том числе до регистрации на него права собственности лица, в законном владении которого оно находится.

В п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что по смыслу ст. 131 ГК РФ закон в целях обеспечения стабильности гражданского оборота устанавливает необходимость государственной регистрации права собственности и других вещных прав на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение. Вещь является недвижимой либо в силу своих природных свойств (абз. 1 п. 1 ст. 130 ГК РФ), либо в силу прямого указания закона, что такой объект подчинен режиму недвижимых вещей (абз. 2 п. 1 ст. 130 ГК РФ). При этом по общему правилу государственная регистрация права на вещь не является обязательным условием для признания ее объектом недвижимости (п. 1 ст. 130 ГК РФ).

При разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам.

Суд исходил из того, что вопрос об отнесении спорного объекта к недвижимому имуществу являлся определяющими, основания возникновения прав на недвижимость. В связи с чем, оценив доказательства, в том числе первичные документы на спорный объект, техпаспорт, и др., суд, исходя из характеристик объекта, пришел к выводу о признании права собственности на недвижимость за ответчиком, в связи с тем, что у данного объекта имелись признаки недвижимости.

Кроме того, как следует из технического паспорта, от 24.11.2020 на сооружение силосной траншеи, расположенной по адресу: <Адрес>, имеет инвентарный <Номер>, группа капитальности VI, 25 % износа. Также в материалах дела имеется технический план на вышеуказанное сооружение - вид объекта недвижимости, наименование объекта недвижимости – силосная траншея (том 2 л.д. 1-9, 10-17).

Согласно инвентаризационной описи основных средств - зданий и сооружений, находящихся у сельскохозяйственной артели «им. Фрунзе», где под <Номер> указано приобретенное сооружение силосная траншея, 1974 года постройки (том 2 л.д. 97-100).

Как следует из выписки из ЕГРН, сведения о характеристиках объекта недвижимости, <Номер> от 14.04.2023, объект недвижимости – сооружение – силосная траншея, 1974 года постройки, площадью 1 319 куб.м., расположенная по адресу: <Адрес>, вопреки позиции истца, поставлен на кадастровый учет и на основании решения суда зарегистрировано право собственности на нее именно как на объект недвижимости 17.03.2021 за ФИО2 (том 1 л.д. 114-117).

По смыслу положений ч. 3, 5, 7 ст. 1 Федерального закона от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества.

Государственная регистрация права в Едином государственном реестре недвижимости является единственным доказательством существования зарегистрированного права на недвижимое имущество, которое может быть оспорено только в судебном порядке.

Государственный кадастровый учет недвижимого имущества - внесение в Единый государственный реестр недвижимости сведений о земельных участках, зданиях, сооружениях, а в случаях, установленных федеральным законом, и об иных объектах, которые прочно связаны с землей, то есть перемещение, которых без несоразмерного ущерба их назначению невозможно, которые подтверждают существование такого объекта недвижимости с характеристиками, позволяющими определить его в качестве индивидуально-определенной вещи, или подтверждают прекращение его существования.

Право собственности ответчика на спорный объект зарегистрировано в установленном порядке и никем не оспорено.

В обоснование предъявленных исковых требований о признании отсутствующим право собственности ФИО2 на силосную траншею прокурор указал, что она не обладает признаками объекта недвижимости, так как является некапитальным строением, права в отношении него не подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости, а само сооружение не подлежит государственному кадастровому учету.

В силу положений ст. 8 ГК РФ гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или таковыми актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей, а также в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Пунктом 1 ст. 11 ГК РФ определено, что судебной защите подлежат оспоренные или нарушенные права.

Выбор способа защиты нарушенного или оспариваемого права является субъективным правом истца, который должен соответствовать характеру нарушения права и достигать цели его восстановления (п. 23 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 февраля 2017 г.). В противном случае право на заявленный иск в рамках данного конкретного дела у истца отсутствует.

Лицо, считающее свои права нарушенными, может избрать любой из указанных в ст. 12 ГК РФ способов защиты, либо иной, предусмотренный законом, который обеспечит восстановление этих прав.

Право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение подлежат государственной регистрации в Едином государственном реестре недвижимости органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней и возникает с момента такой регистрации (ст. 8.1, п. 1 ст. 131 ГК РФ, ч. 6 ст. 1 Федерального закона от 13.07.2015 № 218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости").

Согласно разъяснениям, содержащимся в абз. 4 п. 52 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", в случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Иск об отсутствии права имеет узкую сферу применения и не может заменять собой виндикационный, негаторный или иные иски, поскольку допустим только при невозможности защиты нарушенного права иными средствами.

Следовательно, иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, который подлежит применению лишь тогда, когда нарушенное право истца не может быть защищено посредством предъявления специальных исков, предусмотренных действующим гражданским законодательством.

Таким образом, выбор способа нарушенного права должен соответствовать характеру нарушенного права, способ защиты права, избранный истцом, должен в результате применения восстанавливать это нарушенное право.

При избрании способа защиты путем признания права отсутствующим запись в ЕГРН должна нарушать права неопределенного круга лиц, поскольку в противном случае признание права ответчика отсутствующим не восстановит их нарушенные права.

В настоящем деле истец ссылается на то, что рассматриваемый случай относится к ситуации, когда право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество. Основной целью использования данного способа защиты является то обстоятельство, что, по мнению истца, спорный объект не обладает признаками объекта недвижимости.

Истец представил заключение кадастрового инженера ООО «ГЕОПРО64» ФИО6 от 06.05.2022 <Номер>, по заказу ФИО7 действующего по доверенности от ООО «Агрофирма Простор» с заявлением провести исследование и выявить возможные нарушения во взаимном расположении земельных участков и объектов капитального строительства на них расположенных в части территорий ограниченной кадастровым кварталом <Номер>, расположенном: <Адрес>. Как указано в данном заключении, используемые материалы: кадастровые планы территорий и выписки из ЕГРН, при анализе данных документов было выявлено, что сооружение – силосная траншея, которая представляет из себя фрагменты бетонных плит, физический износ которых составляет около 70 %, не являющихся объектом капитального строительства. Данное заключение кадастрового инженера не содержит подробного описания проведенного исследования, как следует из данного заключение инженер сделал свои выводы на основании исследованных им документов, без исследования самого объекта, должным образом не исследовал вопрос функционального назначения спорного объекта, оно не отвечает положениям ст. 84, 86 ГПК РФ, а потому не принимается судом в качестве допустимого, достоверного и достаточного доказательства по делу. Выводы кадастрового инженера не мотивированы со ссылкой на использованное нормативное и методическое обеспечение (т. 1 л.д. 21-25).

В нарушении ст. 56 ГПК РФ, прокурор не предоставил доказательств, что спорный объект не является объектом недвижимости, а напротив данное обстоятельство подтверждается вступившим в законную силу решением суда, а также предоставленным стороной ответчика экспертным исследованием технических параметров, определение состояние объекта строительства <Номер> от 25.04.2023, составленным экспертом ООО Экспертно-правовым центром «Гарант» ФИО8 Согласно данному экспертному исследованию оно производилось путем осмотра на месте спорного объекта, необходимых измерений, выполненных поверенными и тарированными приборами и оборудованием, методом сопоставления исходных данных, с результатами, полученными при проведении экспертного осмотра на объекте исследования. Экспертом исследовались первичные документы – инвентаризационная опись основных средств СХА «им.Фрунзе», технические план и паспорт, выписки из ЕГРН, решение суда от 12.01.2021 и др. документы. Эксперт пришел к выводу, мотивировав их со ссылкой на использованное нормативное и методическое обеспечение, что наличие фундамента у силосной траншеи дает основания считать объект – силосная траншея объектом недвижимости, т.к. он имеет прочную связь с землей и конструктивные характеристики которой не позволяют осуществлять ее перемещение и (или) демонтаж и последующую сборку без несоразмерного ущерба назначению и без изменения основных характеристик строения. Из произведенного сравнительного анализа спорный объект является объектом недвижимости, объектом капитального строительства. Данная силосная траншея соответствует целям использования земельного участка с кадастровым номером <Номер> обеспечение сельскохозяйственного производства (т. 1 л.д. 232-243).

Оценивая указанное исследование в совокупности с другими доказательствами по делу, суд считает возможным принять указанное исследование в качестве доказательства по данному делу, поскольку выводы эксперта основаны на представленных ему материалах, на непосредственном исследовании земельного участка по вышеуказанному адресу, достаточно полно мотивированы, приведены методы исследования, что указывает на соответствие представленного заключения требованиям, предъявляемым к экспертным заключениям, ст. 16 и 25 Федерального закона от 31 мая 2001 г. № 73 "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации".

Оснований сомневаться в достоверности выводов экспертного исследования суд не усматривает, имеющееся в материалах дела исследование отвечает требованиям ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, является полным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате выводы и ответы на поставленные вопросы, являются последовательными и не противоречат материалам дела и представленным доказательствам, При даче исследования эксперт правильно руководствовались соответствующими методическими рекомендациями в области разрешаемых вопросов, нарушений в их применении не установлено. В судебное заседание каких-либо доказательств, свидетельствующих о неправильности и необоснованности экспертного исследования, сторонами не представлено. Выводы эксперта являются однозначными, заключение отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств. Эксперт, проводивший экспертизу имеет соответствующее образование и допуск к проведению подобного рода исследований.

Прокурорами указанное экспертное заключение не оспорено. Ходатайств о назначении экспертизы по данному вопросу, в нарушении ст. 56 ГПК РФ, прокурор не заявлял.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что сооружение силосная траншея, расположенная по адресу: <Адрес>, является объектом недвижимости, объектом капитального строительства, при этом спорный объект невозможно перенести без несоразмерного ущерба его назначению, в связи с чем, вопреки позиции прокурора, данный объект обладает всеми необходимыми признаками объекта недвижимости.

Кроме того, право собственности конкретного лица может быть признано отсутствующим только при наличии иного лица, которое таким правом обладает, в отношении имущества, которое существует. Поскольку истец полагал вещь, в отношении которой просил признать право отсутствующим, несуществующей, им выбран ненадлежащий способ защиты своего нарушенного права.

Частью 3 ст. 17 Конституции РФ установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

В соответствии с п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Согласно ч. 1 ст. 3 ГПК РФ, заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Лицо считается имеющим материальный интерес в деле, если оно требует защиты своего субъективного права или охраняемого законом интереса, а предъявляемый иск является средством такой защиты. Субъектом, имеющим материально-правовой интерес в признании сделки недействительной (ничтожной), следует считать любое лицо, в чью правовую сферу эта сделка вносит известную неопределенность, и интерес которого состоит в устранении этой неопределенности. К этим лицам относятся сами стороны недействительной (ничтожной) сделки, а также другие лица, чьи права могут оказаться нарушенными как исполнением недействительной (ничтожной) сделки, так и одним только мнимым ее существованием.

В целях реализации правового принципа, установленного п. 1 ст. 9 ГК РФ, абз. 1 п. 1 ст. 10 ГК РФ, установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

По смыслу названных законоположений, добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п. 1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Согласно п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с ч. 3 ст. 166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

Суд вправе применить последствия недействительности ничтожной сделки по своей инициативе, если это необходимо для защиты публичных интересов, и в иных предусмотренных законом случаях (ч. 4 ст. 166 ГК РФ).

В соответствии с п. 1 ст. 168 ГК РФ за исключением случаев, предусмотренных п. 2 данной статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2 ст. 168 ГК РФ).

Таким образом, по общему правилу сделка, не соответствующая закону, является оспоримой.

В п. 73 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, по общему правилу является оспоримой (п. 1 ст. 168 ГК РФ). В данном пункте постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации перечислены в качестве примера некоторые сделки, которые в силу прямого указания закона отнесены к ничтожным сделкам.

Как разъяснено в п. 74 названного постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25, ничтожной является сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц. Договор, условия которого противоречат существу законодательного регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится прямого указания на его ничтожность.

Применительно к ст. 166 и 168 ГК РФ под публичными интересами, в частности, следует понимать интересы неопределенного круга лиц, обеспечение безопасности жизни и здоровья граждан, а также обороны и безопасности государства, охраны окружающей природной среды. Сделка, при совершении которой был нарушен явно выраженный запрет, установленный законом, является ничтожной как посягающая на публичные интересы, например, сделки о залоге или уступке требований, неразрывно связанных с личностью кредитора (п. 1 ст. 336, ст. 383 ГК РФ), сделки о страховании противоправных интересов (ст. 928 ГК РФ). Само по себе несоответствие сделки законодательству или нарушение ею прав публично-правового образования не свидетельствует о том, что имеет место нарушение публичных интересов (п. 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

В соответствии с п. 1 ст. 209 ГК РФ собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

Собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом (п. 2 ст. 209 ГК РФ).

В силу положений ст. 56 и 57 ГПК РФ, суд не наделен полномочиями по собиранию доказательств по собственной инициативе, он правомочен лишь определить, какие обстоятельства имеют значение для дела и какой стороне надлежит их доказывать.

По смыслу приведенных выше положений закона, а также учитывая принцип состязательности гражданского судопроизводства, как лицо, чьи права, по его мнению, нарушены, так и лицо, к которому предъявлены требования, должны действовать добросовестно, представляя соответствующие доказательства в обоснование исковых требований и возражений в ходе рассмотрения спора.

Из содержания ст. 3, 11, 12 ГПК РФ в их взаимосвязи, следует, что условием предоставления судебной защиты является установление факта нарушения субъективного материального права или охраняемого законом интереса истца именно тем лицом, к которому предъявлено требование, то есть ответчиком по делу.

Как следует из ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями ч. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Требования истца в настоящем случае основываются на признании незаконным (ничтожным) договора купли-продажи земельного участка с кадастровым номером <Номер> от 27.09.2021, заключенного между администрацией Пугачевского муниципального образования Саратовской области и ФИО2 по тому основанию, что ФИО2 не имел исключительного права на приобретение данного земельного участка в собственность без проведения торгов, а также при предоставлении земельного участка администрацией не учтено требование о соразмерности предоставления земельного участка расположенному на нем капитальному строению.

Статьей 39.1 ЗК РФ предусмотрено предоставление находящихся в государственной или муниципальной собственности земельных участков в частную собственность за плату на основании договора купли-продажи. По общему правилу продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется на торгах, проводимых в форме аукционов. Одним из исключений из названного правила является предусмотренная подп. 6 п. 2 ст. 39.3 ЗК РФ возможность продажи без проведения торгов земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, их собственникам с установленными ст. 39.20 ЗК РФ особенностями.

В соответствии с подп. 6 п. 2 ст. 39.3 ЗК РФ продажа земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, осуществляется без проведения торгов в случае продажи земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, собственникам таких зданий, сооружений либо помещений в них в случаях, предусмотренных статьей 39.20 настоящего Кодекса.

Пунктом 1 ст. 39.20 ЗК РФ установлено исключительное право на приобретение земельных участков в собственность или в аренду граждан, юридических лиц, являющихся собственниками расположенных на таких земельных участках зданий, сооружений.

Исключительность указанного права означает, что никто кроме собственника здания, строения, сооружения такого объекта не вправе приобрести в собственность земельный участок, занятый объектом, необходимый для его использования.

Вопросы предоставления земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, без проведения торгов урегулированы в том числе ст. 39.17 ЗК РФ.

На основании п. 2 ст. 39.17 ЗК РФ к заявлению о предоставлении земельного участка прилагаются документы, предусмотренные подп. 1 п. 2 ст. 39.15 данного Кодекса, а именно: документы, подтверждающие право заявителя на приобретение земельного участка без проведения торгов и предусмотренные перечнем, установленным уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти, за исключением документов, которые должны быть представлены в уполномоченный орган в порядке межведомственного информационного взаимодействия.

В п. 6 Перечня документов, подтверждающих право заявителя на приобретение земельного участка без проведения торгов, утвержденного приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 02 сентября 2020 г. № П/0321, указаны такие документы, как: сообщение заявителя (заявителей), содержащее перечень всех зданий, сооружений, расположенных на испрашиваемом земельном участке, с указанием кадастровых (условных, инвентарных) номеров и адресных ориентиров зданий, сооружений, принадлежащих на соответствующем праве заявителю; выписка из ЕГРН об объекте недвижимости (об испрашиваемом земельном участке); выписка из ЕГРН об объекте недвижимости (о здании и (или) сооружении, расположенном(ых) на испрашиваемом земельном участке).

Как следует из содержания п. 3 ст. 39.17 ЗК РФ, в течение десяти дней со дня поступления заявления о предоставлении земельного участка уполномоченный орган вправе возвратить это заявление заявителю, если оно не соответствует положениям пункта 1 поименованной статьи, подано в иной уполномоченный орган или к заявлению не приложены документы, предоставляемые в соответствии с п. 2 этой статьи. При этом уполномоченным органом должны быть указаны причины возврата заявления о предоставлении земельного участка.

В соответствии с п. 5 ст. 39.17 ЗК РФ в срок не более чем тридцать дней со дня поступления заявления о предоставлении земельного участка уполномоченный орган рассматривает поступившее заявление, проверяет наличие или отсутствие оснований, предусмотренных ст. 39.16 данного Кодекса, и по результатам указанных рассмотрения и проверки совершает одно из следующих действий:

1) осуществляет подготовку проектов договора купли-продажи, договора аренды земельного участка или договора безвозмездного пользования земельным участком в трех экземплярах и их подписание, а также направляет проекты указанных договоров для подписания заявителю, если не требуется образование испрашиваемого земельного участка или уточнение его границ;

2) принимает решение о предоставлении земельного участка в собственность бесплатно или в постоянное (бессрочное) пользование, если не требуется образование испрашиваемого земельного участка или уточнение его границ, и направляет принятое решение заявителю;

3) принимает решение об отказе в предоставлении земельного участка при наличии хотя бы одного из оснований, предусмотренных статьей 39.16 поименованного Кодекса, и направляет принятое решение заявителю. В указанном решении должны быть указаны все основания отказа.

В соответствии с указанной нормой процедура рассмотрения заявления о выкупе должна быть завершена подготовкой проекта договора купли-продажи, предшествовать которой должны действия по определению стоимости земельного участка.

В соответствии с п. 2 ст. 39.4 ЗК РФ при заключении договора купли-продажи земельного участка, находящегося в государственной или муниципальной собственности, без проведения торгов цена такого земельного участка, если иное не установлено федеральными законами, определяется в порядке, установленном органом государственной власти субъекта Российской Федерации, в отношении земельных участков, находящихся в собственности субъекта Российской Федерации, и земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, либо органом местного самоуправления, в отношении земельных участков, находящихся в муниципальной собственности.

Согласно п. 2 Положения о порядке определения цены земельных участков, находящихся в государственной собственности Саратовской области, и земельных участков, государственная собственность на которые не разграничена, на территории Саратовской области при заключении договора купли-продажи земельного участка без проведения торгов, утвержденного Постановлением Правительства Саратовской области от 15.04.2015 № 172-П, цена земельного участка определяется в следующих размерах:

три процента кадастровой стоимости в случае продажи земельных участков гражданам для индивидуального жилищного строительства, ведения личного подсобного хозяйства в границах населенного пункта, садоводства, дачного хозяйства, гражданам или крестьянским (фермерским) хозяйствам для осуществления крестьянским (фермерским) хозяйством его деятельности в соответствии со ст. 39.18 ЗК РФ (подп. 1);

три процента кадастровой стоимости в случае продажи земельных участков земельных участков, предназначенных для индивидуального жилищного, индивидуального гаражного строительства, ведения личного подсобного хозяйства в границах населенного пункта, садоводства, дачного хозяйства, гражданам или крестьянским (фермерским) хозяйствам для осуществления крестьянским (фермерским) хозяйством его деятельности, являющимся собственниками зданий, сооружений, расположенных на земельных участках (подп. 2);

пятнадцать процентов кадастровой стоимости в случае продажи земельных участков, на которых расположены здания, сооружения, собственникам таких зданий, сооружений либо помещений в них в случаях, предусмотренных ст. 39.20 ЗК РФ (за исключением случаев, указанных в подп. 1, 2 настоящего пункта) (подп. 3).

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО2 25.08.2021 обратился в администрацию Пугачевского муниципального района Саратовской области с заявлением, в котором просил в соответствии со ст. 39.17 ЗК РФ предоставить в собственность за плату земельный участок, площадью 74 715 кв.м, с кадастровым номером <Номер>, расположенный по адресу: <Адрес>, для целей - обеспечение сельскохозяйственного производства, на основании ст. 39.3 ЗК РФ. Приложив к данному заявлению необходимые документы, в том числе информационное письмо, в котором указал, что на данном участке расположен объект недвижимости (сооружение) принадлежащий ему на праве собственности. Объектов недвижимости, принадлежащих другим лицам на данном земельном участке нет (т. 1 л.д. 54-55, 56-57). Право собственности на объект недвижимости возникло у ответчика на основании решения Пугачевского районного суда Саратовской области от 12.01.2021, вступившего в законную силу 16.02.2021.

Рассмотрев вышеуказанное заявление ФИО2, администрация Пугачевского муниципального района Саратовской области постановлением <Номер> от 16.09.2021 предоставила ему земельный участок, площадью 74 715 кв.м, с кадастровым номером <Номер> расположенный по адресу: <Адрес>, для целей - обеспечение сельскохозяйственного производства (т. 1 л.д. 143).

На основании указанного постановления 27.09.2021 между сторонами заключен договор купли-продажи указанного земельного участка, участок предоставлен ФИО2 в собственность без проведения торгов в порядке ст. 39.1, 39.2, 39.3, 39.20 ЗК РФ (т. 1 л.д. 142).

Право собственности ФИО2 на этот земельный участок зарегистрировано 13.10.2021 (т. 1 л.д. 119-124).

По представленным доказательствам судом установлено, что спорный земельный участок был предоставлен ответчику для обеспечения сельскохозяйственного производства в индивидуальном порядке, с подачей заявления о предоставлении земельного участка он сообщил о нахождении на земельном участке объекта недвижимости – силосной траншеи.

Поскольку ФИО2 являлся собственником объекта недвижимости, расположенном на земельном участке, который относится к публичной собственности, в силу п. 1 ст. 39.20 ЗК РФ, вопреки позиции прокурора, именно ему принадлежало исключительное право на приобретение этого участка в собственность.

Учитывая изложенное, суд исходит из того, что цена земельного участка определена администрацией правильно исходя из правил подп. 3 п. 2 Положения о порядке определения цены земельных участков, т.е. в размере пятнадцати процентов кадастровой стоимости.

Обращаясь в суд с настоящим иском, и настаивая на заявленных требованиях, прокурор ссылался на несоразмерность площади исходного испрашиваемого ФИО2 спорного участка застроенной площади капитального строения, расположенного на данном земельном участке на момент его выкупа, а именно то, что протяженность силосной траншеи составлял 40 м, объем 1395 куб.м, в то время, как площадь предоставляемого земельного участка - 74715 кв.м, а также указывал на отсутствие у администрации законных оснований для предоставления указанного участка в порядке ст. 39.20 ЗК РФ, и в этой связи - нарушение оспариваемой сделкой посягает на публичные интересы и на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, лишенных возможности участвовать в торгах.

Основываясь на положениях ст. 1, 35, 39.3, 39.20 ЗК РФ, суд приходит к выводу о том, что право собственника строения на приобретение занимаемого им земельного участка в собственность без проведения торгов может быть реализовано только в том размере, который определяется площадью застройки соответствующего участка и площадью, необходимой для его использования.

Необходимость той или иной площади земельного участка для использования находящегося на нем строения определяется не экономическими интересами собственника строения, не характером осуществляемой им деятельности, а утвержденными в установленном порядке нормами отвода земель для конкретных видов деятельности или в соответствии с правилами землепользования и землеустроительной, градостроительной и иной документацией.

Указанный принцип земельного законодательства, реализуемый, в том числе при приватизации находящихся в публичной собственности земельных участков собственниками расположенных на них зданий и сооружений, подразумевает, что определение границ и площади соответствующего земельного участка должно производиться, исходя из необходимости обеспечения функционального использования расположенного на этом участке здания или сооружения, притом, что размер земельного участка, предоставленного для строительства объектов недвижимости, может не совпадать с размером земельного участка, необходимого для эксплуатации этих объектов, поскольку данные цели различны (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 23 апреля 2020 г. № 935-О).

Таким образом, из вышеназванного правового регулирования применительно к данному делу следует, что юридически значимым обстоятельством является установление соразмерности площади принадлежащего ответчику объекта недвижимости размеру испрашиваемого земельного участка. То есть выяснение наличия на спорном земельном участке количества объектов недвижимости (строений, зданий), их площадь, для целей правильного разрешения спора является обязательным.

Ответчик ФИО2 в подтверждение обоснованности и необходимости им выкупа участка такой площади представил проект развития территории земельного участка, предоставленного под сооружение силосной траншеи, расположенного по адресу: <Адрес>, площадью 74715 кв.м, кадастровый <Номер>, выполненный ООО "Компелекс – КК и К*".

Согласно данному проекту, вид разрешенного использования данного земельного участка: СХ-2 - зона сельскохозяйственного производства и основной его вид разрешенного использования: животноводство (код 1.7), осуществление хозяйственной деятельности, связанной с производством продукции животноводства, в том числе разведение племенных животных, производство и использование племенной продукции (материала), размещение зданий, сооружений используемых для содержания и разведения сельскохозяйственнных животных, производства, хранения и первичной переработки сельскохозяйственной продукции, что предусматривает размещение на таком земельном участке силосной траншеи (кадастровый <Номер>) и необходимых животноводческих объектов (в т.ч. загон, площадки для хранения грубых и сочных кормов, территория для прогона скота (КРС) и пр.). Согласно полученным документам, земельный участок с кадастровым номером: <Номер> был образован путем объединения земельных участков <Номер>, что соответствует нормам и целям эффективного и полноценного использования сооружения - силосной траншеи, объемом 1 319 куб.м, которое располагается на земельном участке. Согласно действующим нормам и правилам (см. приложения к настоящему проекту), земельный участок, площадь 74715 кв.м, необходим для механизированного способа закладки силоса, сенажа для временного хранения грубых и сочных кормов, сезонного обслуживания силосной траншеи и использования данного сооружения по прямому назначению. В зимний период территория земельного участка необходима для использование специальной техники для уборки снежных масс из силосной траншеи и подъездных путей. Кроме того, земельный участок содержит здания/сооружения/строения, которые необходимы для эксплуатации силосной траншеи согласно назначению. Подвоз грубых, сочных кормов для изготовления и укладки силоса, сенажа в силосную траншею, происходит с асфальтированной <Адрес>, для чего специализированная техника пересекает границы и заезжает на предоставленный ФИО2 земельный участок с кадастровым номером: <Номер>. Таким образом доставка зеленой массы и грубых кормов осуществляется пересечением и движением специализированной с/х техники по земельному участку <Номер> на его полную ширину и глубину. Иных свободных подъездных путей к силосной траншее, кроме как с <Адрес>, на местности не имеется, поскольку слева находятся границы земельных участков иных собственников (ООО «Агрофирма Простор», ИП ФИО9 КФХ ФИО10), а справа располагается жилой населенный пункт <Адрес>, по которым проход специализированной с/х техники и прогон скота (КРС) к силосной траншеи не допускается. При этом, готовый кормовой продукт - силос, сенаж из силосной траншеи для дальнейшего употребления его животными (КРС), также доставляется по территории земельного участка <Номер>, т.е. специализированная техника пересекает его в полную длину, направляясь к строению Коровника (кадастровый <Номер>), расположенный на смежном земельном участке (кадастровый <Номер>), принадлежащие на праве собственности также ФИО2, который используется для разведения 350 голов скота (КРС). Необходимость наличия на земельном участке объектов движимого и недвижимого имущества (см. план размещения на территории земельного участка), которые используются для эксплуатации силосной траншеи в полной мере соответствует Своду правил утв. СП <Номер> «Сооружения животноводческих, птицеводческих и звероводческих предприятий. Правила эксплуатации» (утв. и введен в действие Приказом Минстроя России от 10.12.2019 <Номер>/пр) и имеют следующий состав подробно указанный в данном проекте. <Адрес> участка: общая, 7,5 га, плотность застройки, % 45. Кроме вышеперечисленных, в состав входят следующие группы зданий и сооружений обслуживающего назначения относительно сооружения силосной траншеи: 1. Подсобные производственные: автовесы; пункт технического обслуживания; сооружения канализации, водо-, тепло-, электроснабжения; внутренние проезды с твердым покрытием и внутренние скотопрогоны; площадки для приема и погрузки скота; ограждение. 2. Складские здания: зерносклад 1 500 кв.м; склады кормов и подстилки; сооружения для хранения и подготовки навоза к использованию; площадки и навесы для средств механизации. 3. Вспомогательные: помещения управления, общественного питания, здравпунктов, культурного обслуживания и кабинетов по технике безопасности; бытовые помещения (т. 2 л.д. 59-85).

Оценивая указанный проект в совокупности с другими доказательствами по делу, суд, считает возможным принять его в качестве доказательства по данному делу, поскольку выводы достаточно полно мотивированы. Оснований сомневаться в достоверности выводов данного проекта суд не усматривает, он является полным, не имеющим противоречий, содержит подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате выводы и ответы, являются последовательными и не противоречат материалам дела и представленным доказательствам. При составлении проекта общество правильно руководствовались соответствующими методическими рекомендациями в области разрешаемых вопросов, нарушений в их применении не установлено.

В нарушении ст. 56 ГПК РФ, в судебное заседание каких-либо доказательств, свидетельствующих о неправильности и необоснованности данного проекта, прокурорами не представлено. Выводы в проекте являются однозначными, он отвечает требованиям относимости и допустимости доказательств. Прокурорами указанный проект не оспорен. Документов, подтверждающих несоразмерность площади принадлежащего ответчику объекта недвижимости размеру предоставленного земельного участка, исходя из необходимости обеспечения функционального использования расположенного на этом участке здания или сооружения, они суду не представили. Ходатайств о назначении экспертизы по данному вопросу прокуроры не заявляли.

При таких обстоятельствах, вопреки позиции прокуроров, суд приходит к выводу о том, что площадь земельного участка, приобретенного ответчиком у администрации в порядке ст. 39.3, 39.20 названного Кодекса, является соразмерной площади принадлежащего ФИО2 объекта недвижимости, для эксплуатации которого испрашивался участок, при этом обоснованность и необходимость выкупа участка такой площади, исходя из необходимости обеспечения функционального его использования, ответчиком доказана и подтверждена в судебном заседании.

Разрешая спор, суд, руководствуясь вышеуказанными положениями действующего законодательства, установив, что спорная силосная траншея отвечает всем признакам недвижимого имущества, ответчик является собственником объекта недвижимости, на основании решения суда вступившего в законную силу, его право зарегистрировано в ЕГРН, при этом демонтаж объекта невозможен без причинения значительного ущерба третьим лицам, следовательно, спорный земельный участок правомерно предоставлен администрацией ФИО2 без проведения торгов в собственность, на основании поступившего 25.08.2021 от него в администрацию заявления о предоставлении спорного земельного участка без проведения торгов, учитывая положения, изложенные в подп. 6 п. 2 ст. 39.3 ЗК РФ, изучив приложенные к заявлению ФИО2 необходимые документы, подтверждающие право на приобретение земельного участка без проведения торгов, пришел к выводу об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований заместителя прокурора Саратовской области.

Иные доводы прокуроров, суд признает несостоятельными, так как они сводятся к иному толкованию норм материального и процессуального права, и не имеют правового значения для разрешения данного спора.

Руководствуясь ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

в удовлетворение иска заместителя прокурора Саратовской области в защиту прав, свобод и законных интересов неопределенного круга лиц к ФИО2, администрации Пугачевского муниципального района Саратовской области о признании договора купли-продажи незаконным (ничтожным), возложении обязанности возвратить земельный участок, признании права собственности отсутствующим отказать.

Отменить обеспечительные меры в виде запрета Управлению Росреестра по Саратовской области регистрировать сделки с земельным участком с кадастровым номером <Номер> расположенным по адресу: <Адрес>, <Адрес> <Адрес>, с видом разрешенного использования «обеспечение сельскохозяйственного производства»; запрета ФИО2 осуществлять строительство, регистрацию объектов на земельном участке с кадастровым номером <Номер>, расположенном по адресу: <Адрес>, с видом разрешенного использования «обеспечение сельскохозяйственного производства»; запрета ФИО2 осуществлять регистрационные действия по передаче прав третьим лицам на сооружение - «силосная траншея» с кадастровым номером <Номер> 1974 года постройки, объемом 1395 куб.м, расположенное по адресу: <Адрес>, наложенные определением Пугачевского районного суда Саратовской области от 10.04.2023.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Саратовский областной суд через Пугачевский районный суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение суда в окончательной форме принято 23.05.2022.

Судья