Апелляционное определение по делу № 22-4600/2023 от 27.09.2023.

Судья Бовсун В.А.

Дело № 22-4600/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Владивосток

27 сентября 2023 года

Судебная коллегия по уголовным делам Приморского краевого суда в составе:

председательствующего Медведевой Т.И.

судей: Гаврикова В.А., Николиной С.В.

при секретаре Колесникове С.Ю.

рассмотрела в открытом судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ в апелляционном порядке уголовное дело по апелляционным жалобам с дополнениями осуждённой ФИО1 и адвоката Тетерятникова А.М. в интересах осужденной ФИО1

на приговор Спасского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженка <адрес>, гражданка РФ, несудимая.

осуждена по ч. 1 ст. 105 УК РФ к 8 годам лишения свободы без ограничения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Постановлено: Меру пресечения ФИО1 оставить без изменения - заключение под стражу.

Срок наказания исчислять со дня вступления в законную силу приговора.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст. 72 УК РФ время содержания под стражей ФИО1 в период с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу подлежит зачету в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Медведевой Т.И., пояснения осуждённой ФИО1 посредством видеоконференцсвязи, защитника – адвоката

ФИО3, поддержавших доводы апелляционных жалоб с дополнениями и просивших приговор отменить, мнение прокурора Явтушенко А.А., полагавшего приговор изменить, судебная коллегия

УСТАНОВИЛ

А:

ФИО1 признана виновной и осуждена за убийство ФИО2, совершённое ДД.ММ.ГГГГ в период времени с 14 час. 00 мин. до 23 час. 59 мин., находясь в <адрес> в <адрес>, при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно - мотивировочной части приговора суда.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину в совершении инкриминируемого ей преступления по ч. 1 ст. 105 УК РФ не признала и суду показала, что ДД.ММ.ГГГГ к ФИО2 не ходила, т.к. тот отказался от ее помощи, поэтому занималась домашними делами, ходила на колонку за водой, которая ближе к дому ФИО2, т.к. в ее колонке не было воды. ДД.ММ.ГГГГ пришла к ФИО2, предварительно звонив ему, но тот не ответил, обнаружила, что в доме беспорядок, как будто что-то искали, и нашла ФИО2, который был мертв.

Из оглашенных в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ показаний осужденной, данных в ходе предварительного следствия, из которых следует, что она вину в совершении преступления, а именно убийстве ФИО2 признает полностью, в содеянном раскаивается и очень сожалеет. Показала, что ДД.ММ.ГГГГ пришла к ФИО2 просить денег, то тот отказал ей, на что она ударила его ножом в область груди. Выбежала из дома. Вернувшись минут 15, переодела ФИО2, который был мертв, окровавленную одежду ФИО2 сожгла в печи, ушла домой, продумав дальнейшие свои действия по сокрытию преступления и отведению от себя подозрений.

ДД.ММ.ГГГГ пришла в дом ФИО2, обнаружила деньги в сумме 12000 руб., которые взяла себе, позвонила социальному работнику, сообщив, что ФИО2 мертв, которая позже вызвала фельдшера, участкового уполномоченного.

В апелляционной жалобе осуждённая ФИО1 просит приговор отменить, материалы дела направит на новое рассмотрение в суд первой инстанции в новом составе суда.

С приговором не согласна, т.к. убитый считался ее другом. На протяжении 6,5 лет она осуществляла за ним уход. Поначалу она приходила к ФИО2 просто помогать по хозяйству, до момента убийства он был ходячий, жизнеспособный человек. По характеру спокойный, рассудительный, умный. С ним у нее было много общего. Был непьющий, всегда помогал, на него можно было положиться в трудную минуту. Между ними не было ссор, если случались, то сразу же мирились, т.к. оба осознавали, что им друг без друга не прожить. Деньги за услуги она не брала, ей хватало того, что она сама зарабатывала. Помогая ему, она еще работала у людей сиделкой, няней. ФИО2 оказывал ей помощь по хозяйству, она же в благодарность также безвозмездно помогала ему. Периодически спрашивал, нужны ли ей деньги, если она отвечала положительно, то давал. Чтобы она его убила из-за денег, такого не могло быть.

Указывает, что с февраля по сентябрь она работала у корейцев, в месяц заработок выходил до 15-20 тысяч рублей, а на уборке – до 50000 руб. Так что этих денег ей вполне хватало, чтобы обеспечить и себя, и свою дочь, которая также работала у корейцев. Она неоднократно вставала на биржу труда или искала работу на зиму самостоятельно. Совместное проживание с ФИО2 не планировала, т.к. знала, что ему за 80 лет, но по своему любила и оберегала его, т.к. за полгода до его гибели у нее умер отец, и он частично ей заменил отца. В его любовницы не набивалась, но знала, что в трудную минуту он поможет. На похороны к отцу не поехала, т.к. ФИО45 нужна была ее помощь. С конца сентября 2020г. до 01.03. она работала в магазине «...» в <адрес>, потом ушла, сказав начальнице, что ФИО2 в ней нуждается, т.к. приболел. Она дала слово ФИО2, что до конца жизни не уйдет и на стороне мужчину искать не будет. Ее все устраивало. ФИО2 сказал, что будет платить ей, в ее обязанности входило варить еду, стирать, помогать по огороду, вести беседу, делать генеральную уборку, носить дрова. Она все делала. Когда ФИО45 выздоровел, она стала ездить к корейцам, но его не бросила. Всегда шла к нему на помощь и за его деньгами не охотилась никогда. Все праздники проводили вместе. Последний год праздновали раздельно, т.к. ФИО45 себя плохо чувствовал, но 01 января она его навестила, он на вид был больной, но живой.

В начале 2022г. ФИО45 приобрел дрова и ей предложил купить, на что она согласилась. 01.02 он отдал ей зарплату. 04.02 она ходила на базар (это была пятница), покупала ему сапоги. Когда шла домой, то видела его сына, который ехал к нему на машине. 05.02 ФИО45 ей позвонил, сказал, что у него закончился борщ, она пошла к нему варить, домой вернулась около 15 часов. ФИО45 не хотел ее отпускать и отдал деньги, которые оставил ей примерно 1,5 месяца назад, т.к. она дома деньги не оставляла и часто относила к нему на сбережение, т.к. были случаи проникновения воров в дом. 05.02 они договорились, что она придет в понедельник. В воскресенье занималась дровами и своим хозяйством. Отданные ФИО45 деньги хотела потратить на беременную дочь, и убийство не планировалось.

Днем к ней заходила соседка и позвала в гости. Почему в деле не указано, что она была у ФИО7, ей неизвестно, но дочь и ее сожитель сказали, что она была у них. Почему не указано в деле подробно, о чем говорила свидетель – это упущение секретаря ФИО8

Указывает, что паспорт нашла не она, а сотрудники полиции, а не так как указал ФИО9 Она была рядом с ним и искала вместе. Впоследствии опера показали, где нашли паспорт ФИО2

Позже с сыном ФИО45 нашли завещание, где черным по белому написано, что имущество ФИО2 завещал сыну, а не ей, но это не повод его убивать.

После опроса опера ее оставили для беседы, на тот момент она была уверена в себе, вела себя спокойно. Хотя до опроса следователем ей звонила дочь, ФИО44 ..., и предупреждала, что на нее может быть оказано давление, она тогда возмутилась. Опера уже тогда к ней придирались, говорили, что проверят на детектор лжи, она была согласна, знала, не виновна в гибели ФИО2 Ее возмущал факт того, что на нее могут «повесить» убийство, т.к. она была вхожа в дом, знала, что, где в доме находится, за исключением размера пенсии ФИО45, ее это не интересовало, и где он ее хранил. Она тогда не знала, какой ад ее ждет. Когда все уехали, сотрудники полиции ... и участковый ... задавали ей вопросы: она ли убила, и зачем она его переодела. На все вопросы она отвечала «нет». От них она узнала, что ФИО2 убили ножом, которым она каждый день пользовалась, резала мясо, сало, овощи и т.д., также узнала, что его могли переодеть. Но в вещах, которые были на ФИО45, она его нашла мертвым. Сотрудники полиции повышали на нее голос, потом один из них ударил ее по лицу кулаком, она улетела под стол. Потом на голову надели ей черный пакет, перекрыв доступ к воздуху, который она смогла порвать. Видя, что она сопротивляется, они били ее кулаками по голове, шапка смягчала удары, потом они выкинули шапку. Когда ... вышли из кабинета, с ней остались ... и участковый ..., который спросил, она или нет убила ФИО45, она ответила, что нет. ... вышел из кабинета, и она услышала разговор, когда ... говорит, что это не она, т.к. она спокойна и глаза у нее не бегают. ... вернулся в кабинет, из пистолета вытащил патроны и холостым выстрелом выстрелил в нее, приговаривая и смеясь, что она не боится. После чего они снова стали ее бить, сказав, что вывезут ее на пустырь и убьют. На что она ответила, что смерти не боится, и если для нее это выход, то пусть делают, что хотят. После этого они еще больше озверели и сказали, что сейчас привезут беременную дочь. Они оскорбляли и ее, и дочь. Тогда она сказала, что будет с ними разговаривать в присутствии адвоката. Тогда они намеренно скинули ее со стула, прижав ее к полу. ... сидел сверху. ... и ... держали за руки, а ... держал черный пакет, которым перекрыл доступ к воздуху. Она несколько раз теряла сознание. Когда у нее не было сил бороться с ними, она утвердительно кивнула в ответ на вопрос, она ли убила ФИО2 Теперь она знает, что совершила ошибку, но ей очень хотелось жить. Она думала, что в Спасске сможет рассказать всю правду, но и там было не все просто. Ночь она провела в отделении полиции, а не в ИВС как должно быть, где на нее психологически давили сотрудники полиции уже другие, но она сказала, что скажет всю правду, что творится у них. Наутро снова пришли ..., которые снова стали оказывать на нее давление, она не выдержала и закричала, на что они сказали, что им ничего не будет, и закрыли дверь на ключ. Она неоднократно слышала, сидя в СИЗО, что методы пыток у них постоянные.

У нее закрадывается много вопросов: зачем опера показывали нож во время обыска в доме ФИО2; почему опера сразу указали, что паспорт ФИО2 они нашли, а не как сказал сын ФИО2 – ФИО9; почему опера сразу обвинили ее, если она, по мнению свидетелей, вела себя спокойно; беседа с операми у нее длилась 2,5 часа, и она думала, что ее убьют; зачем ей убивать человека, если на тот момент он был ей другом и защитником; для чего ей нужно было признаваться в том, что она не делала. На эти вопросы ответ один: ментам этим все равно кто перед ними сидит на стуле, важно звездочки заработать себе, в карман деньги положить, быстрее дело закрыть.

Находясь в ИВС, она не писала заявления, т.к. уже тогда была неуверена в своем непростом деле. Сама слышала, как ... спрашивал у дежурного, писала ли она заявления. Зачем он спрашивал, значит боялся чего-то. Ведя её в следственный комитет, ... несколько раз ей повторил, что нужно говорить, чтобы с ее дочерью ничего не случилось, и что может случиться, если она неправильно скажет.

Полагает, что с подачи следователя ... из нее выбили признательные показания об убийстве ФИО2 В ... отделении полиции она слышала, как следователь ... говорила операм надавить на нее.

ФИО4 не сказала о её правах, что она может вообще ничего не говорить. Адвоката на тот момент не было, она это помнит хорошо. Адвокат пришел, когда уже написала, что-то подписал, что - она не видела, сидел, развалившись на стуле, фамильярно, явно не как адвокат. Она вообще думала, что это один из оперов, за что ему платили для нее вопрос, если он ничего не делал, а только разговаривал, но не с ней.

Перед написанием явки она попросила телефонный звонок, т.к. беспокоилась о дочери, но ей отказали, сказали сначала написать явку с повинной, а потом будет звонок. Она написала, но что писала, толком не осознавала, без очков она плохо видит, буквы прыгают. Все, что написано в явке и в объяснении, это ложь.

Она ответила отказом от проверки показаний на месте, поскольку не могла показать, как, якобы, убила ФИО2 Скрибко находился там, пока не пришел адвокат ..., нанятый дочерью, которому она доверилась и рассказала все, как было на самом деле.

Указывает, из объяснения по «явке с повинной» ложью является то, что она была с ФИО2 из-за денег, так как она зарабатывала сама; что он ее раздражал, и у нее не было мужчин.

Она никогда не смотрела на его состояние, у нее была работа. Сколько была пенсия ФИО2, ей было все равно, на его имущество она не претендовала, т.к. знала, что у него есть дочь и сын.

Указывает, 06.02 целый день была дома, занималась своими делами. Дочь ей в этот день не звонила и не просила денег, тем более на дрова. Ее муж сам занимался продажей дров. Ее дочь знала, что она просить денег у ФИО45 не будет это не в ее правилах.

Указывает, что по «явке» она пошла до ..., который ее встретил с голым торсом (указывает, что это является ложью), было 20 часов вечера. Он никогда не выходил к ней с обнаженным торсом, т.к. в доме было очень холодно, дом он топил один раз – вечером.

Указывает, что денег у него не просила, т.к. он дал ей деньги 05.02. Спрашивает, зачем ей нужно было к нему приходить еще раз, если она в это время была у соседей. Она не могла в двух местах находиться одновременно ни фактически, ни физически.

Она не брала нож и не убивала ФИО45.

Указывает, что в объяснении написано: «ФИО45 взял сам майку и прижал ее к груди». Бредом является то, что ФИО45 сам взял майку, если он на тот момент уже был зарезан.

Ложью является то, что она его переодела. Как она могла переодеть покойника, не запачкав ни его одежду, ни себя, ни постель? Это говорит о том, что ей явно говорили, что и как писать, т.к. адвоката на тот момент не было.

Майку она не жгла, т.к. в печи было только зола дровяная, а золу на экспертизу не брали.

Указывает, что в написанной явке много лжи и описание убийства тоже.

Спрашивает, если она убийца, то почему она оставила нож, почему она утром пришла и всем сообщила о смерти, это явно говорит о том, что это не она, а кто-то другой. На экспертизе на ее вещах ничего не обнаружили.

На вещах ФИО45 ее потожировых отпечатков не обнаружено. На ноже ее отпечатков нет.

У нее на данный момент было алиби, поэтому дело просто сфабриковано. Убийца рассчитывал, что его не найдут. Со слов оперов, она просто подвернулась им под руку.

Указывает, что свидетели ФИО10 и ФИО11 пояснили, что она была спокойная и заплаканная. О том, что убили ее друга, она не знала, об этом она узнала позже.

Свидетель ... оказался лживым, дав показания, что видел ее ДД.ММ.ГГГГ, а на суде не мог подтвердить, что видел ее, и в какой она была куртке. Но помнит, что она требовала, чтобы ФИО45 вписал ее в завещание. Считает это бредом, т.к. у нее имеется дом и уходить из него она не собирается.

Спрашивает, если ... видел свет, то почему не пошел посмотреть, что произошло. Сомневается, что он мог что-либо видеть, т.к. у ФИО45 забор больше 3 метров.

Полагает, что ... ее оговаривает, т.к. ему выгодно, чтобы ее посадили, она говорила ФИО45, чтобы он не общался с ..., т.к. тот наркоман. Но убедить ФИО45 не смогла, он верил всем, многим занимал денег.

О том, что она мыла пол, одевала ФИО45, навела порядок, замыла все следы крови, узнала только на суде от оперов, которые не помнили, кто сидел на компьютером, но в один голос утверждали, что она мыла полы.

Спрашивает, если она убийца, то зачем поехала в отделение полиции, если могла все рассказать на месте, и не подвергать себя унижениям и избиениям.

Где у ФИО45 лежали деньги, он показывал ей, и ... 07.02 она отдала деньги за услуги, остальные деньги хотела отдать сыну ..., но он ответил, чтобы она их оставила у себя. Узнав, что она подозревается в убийстве, изменил свои показания, хотя этому человеку она доверяла, как себе.

Указывает, что секретарь не указала показания ФИО12 о том, что она в 19 часов была у них в гостях и была спокойной. Скидан тоже показал, что видел ее у них дома.

Указывает, что в явке с повинной указано, что она ФИО2 ударила снизу вверх, а по экспертизе – удар ножом сверху вниз, т.е. человек был выше ее ростом.

Указывает, что на ее куртке найдены отпечатки 4 человек, считает, это говорит о том, что ее могли избивать. Нужно было шапку отдать на экспертизу.

Считает ее упущением то, что она не написала заявление на избиение сотрудниками полиции; что написала явку с повинной с описанием убийства ФИО2; что подписала все, т.е. созналась в том, чего не совершала.

Указывает, что адвоката Никулина с ней не было.

Указывает, что на момент прохождения полиграфа ДД.ММ.ГГГГ она знала, что ФИО45 был убит ножом, ранее она видела снимки убитого в красках. То, что по результатам полиграфа показало, что она была проинформирована, это не значит, что именно она убийца ФИО2 Сначала она рассказала, что сотрудники полиции выбивали из нее показания, а затем специалист задавал ей вопросы.

В возбуждении уголовного дела на сотрудников полиции отказано несколько раз, т.к. она не писала заявления, у нее не было синяков, и вообще не могла доказать их причастность. Если бы им дали сделать полиграф, она уверена, что подтвердилось то, что под давлением были написаны им показания. Если бы она была виновна, она бы не отпиралась, а призналась во всем.

В апелляционной жалобе с дополнением адвокат Тетерятников А.М. просит приговор отменить, вынести в отношении ФИО1 оправдательный приговор.

В судебном заседании ФИО1 вину свою не признала и показала, что с потерпевшим ФИО45 находилась в хороших отношениях. Никаких претензий на имущество ФИО45 у неё также не было и не могло быть, поэтому у неё не было никаких оснований его убивать.

На предварительном следствии в качестве подозреваемой она дала признательные показания в связи с тем, что в опорном пункте Спасской полиции в <адрес> в ночное время сотрудники полиции ... ... и ... применяли к ней не дозволенные методы опроса. Они в течение двух часов били её по голове, почкам, затем повалили её на пол и душили её, надевая на голову пластиковый пакет. Они также угрожали изнасиловать её дочь ..., которая была беременной и должна была в ближайшее время родить ребёнка. От побоев у неё болела голова, тело и она хотела, чтобы всё поскорее закончилось. Сотрудники ... и ... хотели быстрее закрыть дело, поэтому они заставили её признаться в убийстве. И таким образом, она оговорила себя в убийстве ФИО45. В связи с этим она подала в следственный комитет заявление о привлечении вышеуказанных сотрудников полиции к ответственности, однако в возбуждении уголовного дела было отказано.

После подачи ФИО1 заявления в СК по факту незаконных действий сотрудников полиции, проверка в порядке ст.ст. 144,145 УПК проходила с нарушением всех процессуальных сроков, и копию постановления удалось получить только в мае 2022 года, то есть через три месяца.

Ходатайства ФИО1 о производстве экспертизы по микрочастицам с одежды выполнено не было.

В результате проверка была проведена односторонне, необъективно, без изучения и исследования материальной стороны события.

Не проводились не только экспертиза, но и проверка показаний ФИО1 на месте, очные ставки.

В основу отказа в возбуждении уголовного дела были положены ничем не подтверждённые пояснения сотрудников полиции. Не было учтено, что они, естественно, заинтересованы в исходе дела. В результате односторонности была нарушена презумпция невиновности.

Полагает, что вина сотрудников в применении к ФИО1 недозволенных методов могла быть подтверждена следственным путём: производство экспертиз по микрочастицам, проверка показаний на месте, очные ставки и пр., чего сделано не было. Вследствие этого к настоящему времени доказательства, материальные следы события были утрачены.

Следствие по настоящему делу и проверку заявления ФИО1 проводил один и тот же следователь, в связи с этим он имел двойную заинтересованность в исходе дела. Отвод, заявленный этому следователю, был оставлен без удовлетворения. В итоге следствие было проведено жёстко односторонне.

В судебном заседании односторонность следствия была дополнена односторонностью судебного разбирательства. Председательствующий воспрепятствовал ФИО1 дать показания по обстоятельствам принуждения её к признанию вины в опорном пункте в <адрес>, полагая, что это не имеет отношения к делу.

Таким образом, и в предварительном и в судебном следствии была нарушена состязательность, равенство сторон, право давать показания.

Считает, что приговор в отношении ФИО1 постановлен с нарушением п. 4 ст. 7 УПК РФ, так как не достаточно мотивирован.

Указывает, что в своей жалобе ФИО1 приводит доводы о том, что её первые показания на предварительном следствии были получены с применением незаконным методов.

Полагает, что это косвенно подтверждается следующим: заявление ФИО1 в Следственном комитете надлежащим образом рассмотрено не было, уголовное дело не возбуждалось и её доводы следственным путём не проверялись.

Ходатайство ФИО1 об изъятии одежды сотрудников полиции произведено не было и экспертиза по микрочастицам о наличии следов взаимодействия между ФИО1 и сотрудниками не проводилась. Проверка заявления в порядке ст.ст. 144 УПК РФ была проведена поверхностная. Именно поэтому два постановления Спасского отдела СК об отказе в возбуждении уголовного дела были изложены в текстах более 10 листов, но в этих постановлениях отсутствовало обоснование материальными доказательствами, в частности заключениями экспертиз по микрочастицам, которые могли бы подтвердить факты физических контактов сотрудников с подозреваемой в моменты недозволенного физического воздействия. Однако в ходе проверок ходатайство ФИО1 о проведении экспертиз было полностью проигнорировано. Оценки пояснений участников событий были даны заведомо необъективные и исключительно в пользу следствия без исследования материальной стороны событий.

Проверка заявления ФИО1 проходила с грубым нарушением процессуальных сроков и копию постановления удалось получить только в мае 2022 года, то есть через три месяца. Экспертизы, проверки показаний, очные ставки и другое не проводились. Материальные следы преступления были утрачены и проверить позицию ФИО1 стало невозможно.

В приговоре в качестве доказательства приведено исследование «детектора лжи», что заведомо незаконно, поскольку действующее законодательство считает это допустимым доказательством. Более того, исследование проведено с нарушением действующих методик. Так, в материалах исследования отсутствуют первичные документы исследования, якобы зафиксированные приборами в момент дачи ответов ФИО1 (данные записывающих приборов, бумажные ленты, фотографии и другое), как это, в частности принято в ГИБДД при проверке состояния водителя на предмет употребления спиртного.

В нарушение процессуальных норм в приговоре, как и в обвинительном заключении, все доказательства приведены декларативно, как голые факты, как их краткая констатация, но без какой-либо оценки и относимости к выводу о виновности ФИО1.

Например, в приговоре приводится постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому отказано в возбуждении уголовного дела в отношении сотрудников полиции ... и других на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в их действиях состава преступления. Однако мотивировка по относимости этого постановления к виновности ФИО1 не приведена.

Также в приговоре не отражено заявление ФИО1 в следственный комитет о привлечении сотрудников полиции к ответственности и не дана оценка вышеуказанного постановления следственного комитета, с точки зрения не полноты в части не проведения экспертиз.

Таким образом, в ходе судебного следствия были нарушены право давать показания в части обстоятельств не дозволенных мер воздействия на подсудимую со стороны сотрудников полиции в опорном пункте в <адрес> - как право на защиту и, как следствие, состязательность и равенство сторон.

В нарушение норм УПК РФ приговор в отношении ФИО1 по сути не мотивирован и не обоснован.

Возражения на апелляционные жалобы с дополнением не поступили.

Выслушав стороны, проверив материалы уголовного дела, изучив доводы апелляционных жалоб с дополнением, применяя положения ст. 389.19 УПК РФ, судебная коллегия полагает, что приговор подлежит изменению, исходя из следующего.

Согласно приговора виновность ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, подтверждается совокупностью исследованных доказательств, содержание которых раскрыто в описательно-мотивировочной части приговора (л.д. 251-264 т. 3), в том числе:

показаниями подозреваемой ФИО1, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ (л.д. 106-112 т. 1, л.д. 252-253 т. 3);

показаниями потерпевшего ФИО9, данными в ходе судебного заседания (л.д. 254 т.2);

показаниями свидетелей ФИО11, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО10, ФИО7, ФИО18, ФИО19, данными в ходе судебного заседания (л.д. 254, 254, 255, 255, 255-256, 256, 256, 256-257 т. 3)

показаниями свидетеля ФИО29, ФИО20, ФИО21, данными в судебном заседании и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (л.д. 68, 98-101, 125 т. 2, л.д. 254, 257, 257-258 т. 3)

показаниями свидетеля ФИО22, ФИО12, ФИО23, ФИО24, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании (л.д. 83-85, 75-78, 79-82, 65-67 т. 2, л.д. 258, 258, 258-259, 259 т. 3),

показаниями эксперта ... от ДД.ММ.ГГГГ, данными в ходе судебного заседания (л.д. 122-123 т.2, л.д. 260 т. 3);

показаниями специалиста ФИО25 от ДД.ММ.ГГГГ, данными в ходе судебного заседания (л.д. 202-208 т.2, л.д. 261-262 т.3);

а также письменными доказательствами:

явкой с повинной ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой последняя в присутствии защитника сообщила, что ДД.ММ.ГГГГ около 21 часа пришла к ФИО2, проживающему по адресу: <адрес>, где в ходе конфликта ударила его ножом в грудь (л.д. 105 т.1, л.д. 259 т. 3);

протоколом проверки показаний подозреваемой ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 119-123 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра места происшествия от 07.02.2022 (л.д. 86-88 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 54-63 т.1, л.д. 259 т. 3);

протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 71-73, 74-75 т. 1, л.д. 259 т.3);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 48-52 т.1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра места происшествия от 08.02.2022 (л.д. 76-79 т.1, л.д. 259 т. 3);

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 229-230, 231 том 2, л.д. 259 т. 3);

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 137-139, 140 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 232-234 т.2, л.д. 259 т. 3);

постановлением о признании и приобщении к уголовному делу вещественных доказательств от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 235-236 т. 2, л.д. 259 т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 114-120 т.2, л.д. 259-260 т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 129-131 т. 2, л.д. 260 т.3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 144-154 т.2, л.д. 260 т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 159-168 т. 2, л.д. 261 т. 3);

заключением эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 173-176 т. 2, л.д. 261 т. 3);

рапортом оперативного дежурного МО МВД России «Спасский» от 07.02.2022 (л.д. 84 т.1, л.д. 261 т. 3);

рапортом оперативного дежурного МО МВД России «Спасский» от 07.02.2022 (л.д. 85 т. 1, л.д. 261 т. 3);

рапортом об обнаружении признаков преступления следователя следственного отдела по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 47 т. 1, л.д. 261 т. 3);

заключением специалиста № ... от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 188-197, 198-199, 200, 201 т. 2, л.д. 261 т. 3);

заключением судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 181-184 т. 2, л.д. 262 т. 3).

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что ссылка в описательно-мотивировочной части приговора на рапорта:

оперативного дежурного МО МВД России «Спасский» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого по адресу: по адресу: <адрес>, умер ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 84 т. 1),

оперативного дежурного МО МВД России «Спасский» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого при осмотре трупа ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружена колото-резаная рана груди (л.д. 85 т. 1),

рапорт следователя следственного отдела по <адрес> об обнаружении признаков преступления от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов 15 минут от судебно-медицинского эксперта ФИО32 поступило сообщение о том, что ДД.ММ.ГГГГ в морг КГБУЗ «Спасская городская больница», расположенный по адресу: <адрес>, ..., доставлен труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, с телесными повреждениями в виде колото-резанного ранения груди (л.д. 47 т. 1),

как на доказательства виновности ФИО1, подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора, поскольку в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ не являются доказательствами, на основании которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу в соответствии со ст. 73 УПК РФ, а также иных обстоятельств, имеющих значение для дела.

Кроме того, ссылка в показаниях оперуполномоченных ФИО15, ФИО16, ФИО20, ФИО21, участкового уполномоченного ФИО17 в части сообщения им ФИО1 сведений о совершении ею убийства ФИО2 при доставлении её в отдел полиции, как на доказательство виновности ФИО1, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора.

По смыслу закона, сотрудник полиции может быть допрошен в суде только по обстоятельствам проведения того или иного следственного действия при решении вопроса о допустимости доказательства, а не в целях воспроизведения показаний допрошенного лица. В связи с этим, показания данной категории свидетелей относительно сведений, о которых им стало известно из бесед либо во время допроса подозреваемого или обвиняемого, не могут быть использованы в качестве доказательств виновности осужденного.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, суд не вправе допрашивать сотрудников, осуществляющих оперативное сопровождение дела, о содержании показаний, данных в ходе досудебного производства (определения от 06.02.2004 № 44-0, от 19.06.2010 № Ю68-0).

Вместе с тем, оснований ставить под сомнение достоверность остальных сведений в протоколах допросов указанных сотрудников полиции в части не применения непроцессуальных методов ведения следствия и допустимость самих протоколов допросов свидетелей у судебной коллегии не имеется.

Все доводы апелляционной жалобы осужденной относительно явки с повинной, что она не осознавала, что написано в явке с повинной, что без очков она плохо видит, что явку с повинной она написала в обмен на телефонный звонок дочери, что в явке с повинной написана ложь, несостоятельны.

Согласно ст. 142 УПК РФ, заявление о явке с повинной - добровольное сообщение лица о совершенном им преступлении. Заявление о явке с повинной может быть сделано как в письменном, так и в устном виде.

Как видно из содержания явки с повинной, ФИО1 сообщила о совершённом ею преступлении (явка с повинной) с участием защитника - адвоката Никулина С.В., написав её собственноручно, о чем имеется соответствующая подпись (л.д. 105 т. 1), при написании которой она не заявляла о применении к ней насилия, в силу которого она была вынуждена оговорить себя.

Данное обстоятельство также подтверждается заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого при осмотре судмедэкспертом ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ г.р., телесных повреждений обнаружено не было (л.д. 129-131 т. 2).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что в явке с повинной указано, что она ударила ФИО45 снизу вверх, тогда как в заключении эксперта говорится, что удар нанесен сверху вниз, не соответствует действительности, поскольку в явке с повинной осужденная указала лишь о факте нанесения ею удара ножом ФИО2 (л.д. 105 т. 1).

Сведений, указанных в апелляционной жалобе, что по «явке» она пошла до ..., который ее встретил с голым торсом (указывает, что это является ложью), было 20 часов вечера. Он никогда не выходил к ней с обнаженным торсом, т.к. в доме было очень холодно, дом он топил один раз – вечером, в явке с повинной нет (л.д. 105 т. 1).

Вместе с тем, судебная коллегия полагает, что явка с повинной взята с нарушением ч. 1.1 ст. 144 УПК РФ, поскольку в силу прямого указания уголовно-процессуального закона ФИО1 не были разъяснены её процессуальные права, в частности, право не свидетельствовать против самого себя (ст. 51 Конституции РФ), право приносить жалобы на действия (бездействия), решения должностных лиц.

При этом, из содержания явки с повинной видно, что присутствующий при её написании адвокат Никулин С.В. не сделал заявление, замечание о не разъяснении подзащитной процессуальных прав (л.д. 105 т. 1).

При указанных обстоятельствах, явка с повинной в силу ст. 75 УПК РФ признается недопустимым доказательством и полежит исключению из перечня доказательств виновности ФИО1, указанных в приговоре суда.

Также, судебная коллегия отмечает, что уголовно-процессуальный закон не предусматривает возможности применения полиграфа в уголовном процессе для проверки достоверности показаний. Данный вид экспертиз является результатом опроса с применением полиграфа, регистрирующего психофизиологические реакции на какой-либо вопрос, и её заключение не может рассматриваться в качестве надлежащего доказательства, соответствующего требованиям ст. 74 УК РФ. Данные полиграфа при проверке достоверности показаний подсудимых не являются доказательством.

Использование в доказывании результатов психофизиологического исследования с применением полиграфа уголовно-процессуальным законом (ч. 2 ст. 74 УПК РФ) не допускается, поскольку такое исследование не согласуется с приведенным выше принципом свободы оценки доказательств в уголовном судопроизводстве (ст. 17 УПК РФ).

Результаты психофизиологического исследования с применением полиграфа не отвечают критерию допустимости, предъявляемому уголовно-процессуальным законом к доказательствам по уголовному делу, а потому выяснение обстоятельств проведения такого исследования в предмет судебного разбирательства не входит.

Подсудимая была допрошена непосредственно в судебном заседании, и оценка ее показаний относится к компетенции суда, а не эксперта.

В связи с чем, заключение специалиста № ... от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 188-197, 198-199, 200, 201 т. 2), как доказательство виновности ФИО1, подлежит исключению из описательно-мотивировочной части приговора в силу ч. 1 ст. 74 УПК РФ.

Показания специалиста ФИО25 от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 202-208 т. 2), который пояснил о том, что он проводила психофизиологическое исследование с применением полиграфа в отношении ФИО1, как доказательство виновности ФИО1, так же подлежат исключению из описательно-мотивировочной части приговора, поскольку эти показания по смыслу ст. 74 УПК РФ доказательством, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу, а также иных обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела, не являются. Каких-либо сведений об обстоятельствах, предусмотренных ст. 73 УПК РФ, в показаниях специалиста ФИО25 не содержится.

Учитывая изложенное, остальные доводы апелляционных жалоб с дополнением осужденной и адвоката об опровержении заключения психофизиологического обследования с применением полиграфа от ДД.ММ.ГГГГ, судебной коллегией не оцениваются, как не влияющие на вывод судебной коллегии.

Доводы апелляционных жалоб с дополнениями осужденной и адвоката относительно исследования на «детекторе лжи» и показаний специалиста ФИО25 в указанной части подлежат удовлетворению.

Кроме того, судебная коллегия отмечает, что судом первой инстанции принят в качестве допустимого доказательства протокол проверки показаний на месте подозреваемой ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого ФИО1 отказалась от проведения проверки показаний на месте, в виду того, что отказывается от показаний, данных в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ, так как они даны под давлением сотрудников МО МВД России «Спасский», а именно оперативные сотрудники применяли к ней физическое насилие и психологическое давление (л.д. 119-123 т. 1, л.д. 259 т. 3).

Оснований для признания данного доказательства недопустимым в порядке ст. 75 УПК РФ не имеется, но, в то же время, данное доказательство не содержит сведений относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию в соответствии со ст. 73 УПК РФ.

Несмотря на исключение указанных доказательств и сведений из описательно-мотивировочной части приговора, вопреки доводам апелляционных жалоб с дополнением осужденной ФИО1 и адвоката Тетерятникова А.М. о невиновности, судебная коллегия полагает, что оставшихся доказательств в совокупности достаточно для доказывания виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ, содержание которых подробно раскрыто в описательно-мотивировочной части приговора, относимость и допустимость которых сомнений не вызывает (л.д. 251-264 т. 3).

Обстоятельства дела судом исследованы полно, всесторонне и правильно установлены в приговоре.

Виновность ФИО1 в совершении убийства ФИО2 подтверждается:

показаниями подозреваемой ФИО1, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ (л.д. 106-112 т. 1, л.д. 252-253 т. 3);

показаниями потерпевшего ФИО9, данными в ходе судебного заседания (л.д. 254 т.2);

показаниями свидетелей ФИО11, ФИО14, ФИО10, ФИО7, ФИО18, ФИО19, данными в ходе судебного заседания (л.д. 254, 254, 255, 255, 255-256, 256, 256, 256-257 т. 3)

показаниями свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО17, данными в ходе судебного заседания, свидетелей ФИО20, ФИО21, данными в судебном заседании и на предварительном следствии и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ, (за исключением в части сообщения им ФИО1 сведений о совершении ею убийства ФИО2 при доставлении её в отдел полиции) (л.д. 254, 254, 255, 255, 255-256, 256, 256, 256-257 т. 3, л.д., 98-101, 125 т. 2, л.д. 254, 257, 257-258 т. 3),

показаниями свидетеля ФИО29, данными в судебном заседании и на предварительном следствии и оглашенными в порядке ч. 3 ст. 281 УПК РФ (л.д. 68-70 т. 2, л.д. 225- 256 т. 3),

показаниями свидетеля ФИО22, ФИО12, ФИО23, ФИО24, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании (л.д. 83-85, 75-78, 79-82, 65-67 т. 2, л.д. 258, 258, 258-259, 259 т. 3),

показаниями эксперта ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, согласно которым телесное повреждение, обнаруженное у ФИО2, образовано в результате воздействия плоского клинкового колюще-режущего объекта в область 5 межреберья по средне-ключичной линии слева в направлении спереди назад слева направо сверху вниз. Телесное повреждение, обнаруженное у ФИО2 могло образовать при расположении потерпевшего сидя, а нападавшего стоя, при нанесении удара ножом сверху вниз, то есть при замахи ножом сверху. Смерть ФИО2 наступила до 1-3 суток до исследования трупа в морге (то есть до 09 часов 10 минут ДД.ММ.ГГГГ) (л.д. 122-123 т. 2, л.д. 260 т. 3);

а также письменными доказательствами:

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрено помещение <адрес> в <адрес> (л.д. 86-88 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрено помещение <адрес> в <адрес>. В ходе осмотра обнаружено и изъято: нож с коричневой рукоятью, нож с черной рукоятью, мобильный телефон марки «...» (л.д. 54-63 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого с использованием источника экспертного света «МИКС-450» дополнительно осмотрено помещение <адрес> в <адрес>, согласно которому следов биологического происхождения, похожих на кровь в помещениях дома, не обнаружено (л.д. 71-73, 74-75 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого объектом осмотра является помещение морга Спасского межрайонного отделения ГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы», в котором располагается труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 48-52 т.1, л.д. 259 т.3);

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрено помещение морга Спасского межрайонного отделения ГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы», в котором располагается труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения (л.д. 76-79 т.1, л.д. 259 т. 3);

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в помещении морга Спасского межрайонного отделения ГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы», расположенного по адресу: <адрес>, пер. Больничный, <адрес>, изъята одежда трупа ФИО2, а именно: тельняшка, рубашка в клетку, рубашка черного цвета, брюки в полоску, кальсоны, пара носков (л.д. 229-230, 231 том 2, л.д. 259 т. 3);

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в помещении ИВС МО МВД России «Спасский», расположенном по адресу: <адрес>, у подозреваемой ФИО1 изъята одежда, а именно: штаны серого цвета, перчатки серого цвета с оранжевой вставкой на резинке, куртка камуфлированная, кофта пятнистая черно-белого цвета (л.д. 137-139, 140 т. 1, л.д. 259 т. 3);

протоколом осмотра предметов от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрены: два ножа, мобильный телефон марки «...», изъятые ДД.ММ.ГГГГ в ходе осмотра места происшествия по адресу: <адрес>; одежда ФИО2, изъятая ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки по адресу: <адрес>, .... ... одежда ФИО1, изъятая ДД.ММ.ГГГГ в ходе выемки по адресу: <адрес>; 2 детализации абонентов по номерам, находившимся в пользовании ФИО1 и ФИО27, полученных по запросу следователя (л.д. 232-234 т.2, л.д. 259 т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого: смерть ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, наступила от проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением сердечной сорочки и левого желудочка сердца, осложненное тампонадой сердечной сорочки кровью, острой недостаточностью кровообращения, отеком легких и головного мозга.

При исследовании трупа ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружены телесные повреждения:

а) проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева (локализация раны на коже - в области 5 межреберья по средне-ключичной линии слева и выше стопы на расстоянии 125 см) с повреждением сердечной сорочки и левого желудочка сердца;

б) кровоподтек в области верхнего века правого глаза.

Телесное повреждение - проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева является колото-резаным и причинено в результате воздействия плоского клинкового колюще-режущего объекта в область 5 межреберья по средне-ключичной линии слева в направлении спереди назад слева направо сверху вниз. Данное телесное повреждение является опасным для жизни человека и по этому признаку расценивается, как тяжкий вред здоровью и стоит в прямой причиной связью со смертью.

Телесное повреждение - кровоподтек в области верхнего века правого глаза образовано в результате ударного воздействия твердого тупого объекта с ограниченной контактирующей поверхностью в область верхнего века правого глаза. Данное телесное повреждение не влечет за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности и по этому признаку расценивается как повреждение, не повлекшее вред здоровью.

Давность данных телесных повреждений не более 1 суток до наступления смерти потерпевшего.

После причинения телесного повреждения - проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева, потерпевший жил и мог совершать активные действия, но не продолжительное время.

В момент причинения обеих телесных повреждений потерпевший мог находиться как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, а нападавшие(й) спереди или сбоку от потерпевшего.

Учитывая выраженность трупных явлений при исследовании трупа в морге ДД.ММ.ГГГГ в 09:10 (кожный покров холодный на ощупь во всех областях тела, трупное окоченение хорошо выражено во всех группах мышц, трупные пятна при давление пальцем не бледнеют), можно сказать, что смерть ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р., наступила до 1-3 суток до исследования трупа в морге.

При судебно-химическом исследовании в крови от трупа ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ г.р., этиловый спирт не обнаружен (акт № от 17.02.2022г.) (л.д. 114-120 т. 2, л.д. 259-260 т. 3);

заключением эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого на клинке ножа с черной рукоятью, тельняшке, рубашке в клетку и рубашке черного цвета обнаружена кровь; на брюках в полоску, кальсонах, паре носков, объектах обнаружены клетки эпителия, которые произошли от ФИО2

На брюках темно-серого цвета и срезах ногтевых пластин обнаружены клетки эпителия, которые произошли от ФИО1

На рукояти ножа с черной рукоятью обнаружена смесь клеток эпителия, которая произошла от ФИО2 и других лиц, дифференцировать минорные компоненты которых от неспецифических структур и побочных продуктов реакции амплификации, а также предоставить корректную интерпретацию данных и провести их вероятно-статистическую оценку не представляется возможным в виду низкого уровня сигнала и высокой вариабельности выявленных признаков.

На куртке камуфляжной раскраски в виде листьев и кофте с длинным ворот и черно-белой раскраской, обнаружено смесь биологического материала от четырех и более лиц, провести вероятно-статистическую оценку которых не представляется возможным.

На ноже с рукоятью черно-коричневого цвета и на паре перчаток обнаружен биологический материал ДНК, в котором недостаточно для дальнейшего исследования (л.д. 144-154 т. 2, л.д. 260 т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого на препарате кожи от трупа ФИО2 имеется одна рана - колото-резаная, нанесенная ударом клинка ножа, с П-образным обухом с прямоугольными ребрами, толщиной около 0,1 см. Вероятная ширина следообразующей части при погружении - около 0,8 см, без учета сократительной способности кожи, что нельзя учесть. По степени выраженности групповых признаков рана пригодна для групповой идентификации оружия.

Контактно-диффузное исследование препарата кожи с раной от трупа ФИО2 показало, что по краям раны и на препарате кожи следы металлизации отсутствуют.

Сравнительно-экспериментальным исследованием выявлено, что подлинная рана на препарате кожи с раной от трупа ФИО2 могла быть нанесена ударом клинка ножа №, либо любого другого, клинок которого обладает идентичными характеристиками следообразующей поверхности. Нож № исключается как орудие причинения подлинной раны на препарате кожи от трупа ФИО2 (л.д. 159-168 т. 2, л.д. 261 т. 3);

заключением эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого нож, представленный на исследование, не относится к колюще-режущему холодному оружию. Нож изготовлен промышленным способом, относится к овощным ножам, соответствует требованиям ГОСТ Р 51015-97 «Ножи хозяйственные и специальные. Общие технические условиях (л.д. 173-176 т. 2, л.д. 261 т. 3) (л.д. т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого при осмотре судмедэкспертом ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, телесных повреждений не обнаружено (л.д. 129-131 т. 2, л.д. 260 т. 3);

заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого при осмотре судмедэкспертом от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обнаружены телесные повреждения: 1а) кровоподтеки в области правого лобного бугра, на задне-наружной поверхности средней трети правого плеча; 1б) ссадина в области верхней губы слева.

Телесные повреждения, указанные в 1а) пункте, образованы в результате ударного воздействия твердого тупого объекта с относительно ограниченной контактирующей поверхностью в область правого лобного бугра, в область задне-наружной поверхности средней трети правого плеча и доступно для причинения собственной рукой.

Телесные повреждения, указанные в 1б) пункте, образованы в результате тангенциального воздействия (трения) твердого тупого объекта с ограниченной контактирующей поверхностью в область верхней губы слева и доступно для причинения собственной рукой.

Давность телесных повреждений, указанных в 1-а) пункте около 6-9 суток, в 1-б) пункте около 1-3 суток на момент осмотра судмедэкспертом.

Данные телесные повреждения не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойку утрату общей трудоспособности и по этому признаку расцениваются как повреждения, не повлекшие вред здоровью (л.д. 136-139 т. 2, л.д. 260 т. 3).

Вопреки доводам апелляционных жалоб с дополнением осужденной и адвоката о непричастности ФИО1 к совершенному преступлению, все сведения относительно алиби были предметом рассмотрения суда первой инстанции и не нашли своего подтверждения.

На протяжении предварительного следствия обвиняемая ФИО1 неоднократно давала противоречивые показания об обстоятельствах произошедшего ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, при этом объяснить причины противоречий не смогла. В том числе ФИО1 неоднократно изменяла свои показания касательно времени и места своего нахождения ДД.ММ.ГГГГ, при этом указывала, что не приходила в дом к ФИО2

Вместе с тем, указанные показания обвиняемой ФИО1 опровергаются допрошенными по уголовному делу свидетелями, в том числе ФИО29, который видел ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ во дворе дома ФИО2, а также показаниями ФИО7 и ФИО12, которым ФИО1 сообщала о том, что была в гостях у ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ.

Также в ходе следствия была проверена версия обвиняемой ФИО1 о причастности к совершению указанного преступления иными лицами, в том числе родственниками ФИО2, которые не подтвердились, указанные лица имеют алиби на момент смерти ФИО2

Доводы апелляционных жалоб с дополнением относительно недопустимости доказательства – протокола допроса ФИО1 в качестве подозреваемой от ДД.ММ.ГГГГ, что следователь ФИО28 не разъяснил ей права и сказал, что она может вообще ничего не говорить, что она признательные показания писала под диктовку, а адвокат не присутствовал, с нею не было адвоката Никулина С.В., несостоятельны.

При допросе ФИО1 в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ она показала, что чувствует себя нормально, показания давать желает. До проведения допроса ей было предоставлено время для консультации с защитником, присутствовал адвокат Никулин С.В., о чем имеются соответствующие подписи в протоколе допроса.

Также имеется подпись ФИО1 о разъяснении ей прав, предусмотренных ч. 4 ст. 46 УПК РФ, ст. 51 Конституции РФ. При допросе ФИО1 не заявляла о применении к ней недозволенных методов расследования, в силу которых она была вынужден оговорить себя.

Более того, по окончании следственного действия от подозреваемой ФИО1, её защитника Никулина С.В. заявления, замечания, дополнения не поступили (л.д. 107-108 т. 1).

Доводы ФИО1 об отсутствии адвоката также опровергаются сведениями апелляционной жалобы осужденной, согласно которым «…присутствовал адвокат…».

О недозволенных методах ведения следствия при допросе следователем ФИО28 в Следственном комитете ФИО1 не заявляла, заявление в отношении следователя и других сотрудников полиции <адрес>, которые присутствовали при допросе в качестве подозреваемой, не писала.

При указанных обстоятельствах, судебная коллегия приходит к выводу, что судом обоснованно приняты в качестве доказательства по делу показания ФИО1, данные в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ, оглашенные в судебном заседании, поскольку они даны в присутствии защитника, собственноручно подписаны подсудимой без замечаний и возражений.

Все доводы апелляционной жалобы осужденной, что следователь ФИО28 говорила операм, чтобы те надавили на осужденную, что в Чкаловском на нее оказывали давление другие сотрудники полиции, и ночь она провела не в ИВС, а в отделе полиции, не свидетельствуют о недопустимости доказательства – протокола допроса в качестве подозреваемой и расцениваются судебной коллегией как способ защиты.

В материалах дела отсутствуют заявления ФИО1 в СУ СК России по <адрес> по факту превышения должностных полномочий следователем СУ СК ФИО28, что дает основание сделать вывод о недостоверности сообщаемых осужденной сведений в апелляционной жалобе.

В суде апелляционной инстанции ФИО1 также подтвердила, что заявление о недозволенных методах ведения следствия в отношении следователя ФИО28 в Следственный Комитет не писала.

Существенных нарушений уголовно-процессуального закона при допросе в качестве подозреваемой по материалам дела не усматривается, поэтому оснований для признания протокола допроса подозреваемой ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ недопустимым доказательством в порядке ст. 75 УПК РФ судебная коллегия не находит.

Несмотря на то, что убийство ФИО2 было совершено в условиях неочевидности, достоверность показаний ФИО1, данных при допросе в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ, оглашенными в ходе судебного следствия в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, подтверждается совокупностью иных доказательств, исследованных судом первой инстанции и отраженных в приговоре.

Так, по обстоятельствам совершения убийства ФИО2 подозреваемая ФИО1 на предварительном следствии показала, что ДД.ММ.ГГГГ около 14 часов ее дочь попросила денежные средства на лекарства, а также приобретение дров, сказала, что нужно 15 тысяч рублей. Она сказала дочери (ФИО27), что у нее таких денег нет, но попробует пойти и занять у ФИО2 Управившись со своими домашними делами, в вечернее время, она пошла до ФИО2 домой за деньгами… ФИО2 спросил, зачем она пришла, и она сообщила, что ей нужны деньги на лекарства и машину дров. ФИО2 ей грубо ответил, что у него денег нет, он ей их отдал вчера, при этом махнул рукой, пошел в комнату, и сказал, чтобы она уходила… Она взяла из подстаканника с кухонного стола в правую руку нож с пластмассовой рукоятью черного цвета с длинным узким лезвием и прошла в комнату. Она увидела, что ФИО2 сидит на кровати справа от входа в комнату, и она подошла к последнему, держа в руке указанный нож, нанесла ему удар ножом снизу вверх в область груди, …и она сразу вытащила нож и положила его на журнальный столик, который стоял рядом с кроватью…. После чего ФИО2 взял майку бело-желтого цвета, которая лежала на кровати, и прижал ее к груди, зажимая свою рану, она также помогла ему её зажать и уложила его на кровать на бок… После чего она выбежала из дома, так как испугалась, подошла к колонке, расположенной около дома ФИО2, и помыла руки, так как запачкала руки кровью ФИО2, затем она направилась в сторону своего дома. Подойдя к своему дому, она решила вернуться в дом ФИО2, чтобы вытереть кровь, «замести следы». Через минут 15 она снова пришла в дом ФИО2, он лежал на правом боку, ноги немного были согнуты, майка, запачканная его кровью лежала у ФИО2 на груди, он уже признаков жизни не подавал. После чего она взяла майку, увидела, что ее удар ножом пришелся под левую грудь ФИО2, после чего она майкой протерла область раны на груди, убедилась, что кровь уже перестала сочиться из раны, взяла с кресла тельняшку, теплую кофту темно-синего цвета в клетчатый рисунок, положила ФИО2 на бок, и надевала на него указанную одежду, при этом зажимала майкой его рану, чтобы не шла кровь. После чего она взяла майку, на которой останавливала кровь ФИО2, и сожгла её в печи… (л.д. 106-112 т. 1).

Указанные в протоколе допроса в качестве подозреваемой ФИО1 обстоятельства согласуются с показаниями свидетелей:

ФИО7, данных в ходе судебного заседания, которая видела, как ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приходила к ФИО2 (л.д. 233 т. 3),

ФИО12, данных в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании, согласно которым вечером ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была в гостях у ... и рассказывала, что в этот день была у ФИО2 (л.д. 77 т. 2, л.д. 258 т. 3);

ФИО29, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он последний раз ФИО2 видел около 12 часов, а после видел, как в дом к ФИО2 заходила ФИО1, по времени не помнит, но было еще светло (л.д. 68 т. 2, л.д. 254 т. 3);

ФИО29, данными в судебном заседании, который показал, что ночью вышел около 12-01 часа у него в доме горел свет. Подумал что-то произошло, но вмешиваться не стал. Утром от ФИО44 он узнал, что ФИО45 умер (л.д. 226 т. 3).

Показания подозреваемой ФИО1 в части нанесения ФИО2 удара спереди ножом под левую грудь ФИО2, согласуются с заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого телесное повреждение причинено в результате воздействия плоского клинкового колюще-режущего объекта в область 5 межреберья по средне-ключичной линии слева в направлении спереди назад слева направо сверху вниз. Смерть ФИО2 наступила от проникающего колото-резаного ранения грудной клетки слева с повреждением сердечной сорочки и левого желудочка сердца, осложненное тампонадой сердечной сорочки кровью, острой недостаточностью кровообращения, отеком легких и головного мозга.

Сведения, сообщенные подозреваемой ФИО1, что в момент нанесения удара ножом ФИО2 сидел на кровати согласуется с заключением экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, что в момент причинения телесного повреждения потерпевший мог находиться как в вертикальном, так и в горизонтальном положении, а нападавшие(й) спереди или сбоку от потерпевшего.

Указанные обстоятельства так же подтверждаются показаниями эксперта ... от ДД.ММ.ГГГГ, данными на предварительном следствии и оглашенными в судебном заседании, согласно которым телесное повреждение, обнаруженное у ФИО2, образовано в результате воздействия плоского клинкового колюще-режущего объекта в область 5 межреберья по средне-ключичной линии слева в направлении спереди назад слева направо сверху вниз. Телесное повреждение, обнаруженное у ФИО2 могло образовать при расположении потерпевшего сидя, а нападавшего стоя, при нанесении удара ножом сверху вниз, то есть при замахи ножом сверху (л.д. 122-123 т. 2, л.д. 260 т. 3).

Неточность в механизме нанесения удара ножом, со слов подозреваемой ФИО1, снизу вверх в область груди, не влечет недопустимость или недостоверность доказательства – протокола допроса в качестве подозреваемой и не влияет на доказанность её виновности в совершении убийства, поскольку основные юридически значимые обстоятельства – нанесение удара ножом спереди в область грудной клетки совпадают.

Специфическое описание расположения раневого канала: в области 5 межреберья по средне-ключичной линии слева в направлении спереди назад слева направо сверху вниз связано со специальными познаниями судебно-медицинского эксперта.

Давность данных телесных повреждений не более 1 суток до наступления смерти потерпевшего согласуется с временем указанным ФИО1 – ДД.ММ.ГГГГ.

Сведения, сообщенные подозреваемой ФИО1, что она взяла из подстаканника с кухонного стола в правую руку нож с пластмассовой рукоятью черного цвета с длинным узким лезвием, которым нанесла удар ФИО2, согласуются с заключением экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого на препарате кожи от трупа ФИО2 имеется одна рана - колото-резаная, нанесенная ударом клинка ножа, с П-образным обухом с прямоугольными ребрами, толщиной около 0,1 см. Вероятная ширина следообразующей части при погружении - около 0,8 см, что подлинная рана на препарате кожи с раной от трупа ФИО2 могла быть нанесена ударом клинка ножа №, либо любого другого, клинок которого обладает идентичными характеристиками следообразующей поверхности.

Изъятие ножа произведено протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрено помещение <адрес> в <адрес> (л.д. 54-63 т. 1, л.д. 259 т. 3).

Сведения, сообщенные подозреваемой ФИО1, что после нанесения удара ножом ФИО2 взял майку бело-желтого цвета, которая лежала на кровати, и прижал ее к груди, зажимая свою рану, она также помогла ему её зажать и уложила его на кровать на бок, также согласуются с заключением экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой после причинения телесного повреждения - проникающее колото-резаное ранение грудной клетки слева, потерпевший жил и мог совершать активные действия, но не продолжительное время.

Сведения, сообщенные подозреваемой ФИО1, относительно того, что она вернулась в дом ФИО2, чтобы вытереть кровь, «замести следы», где переодела его в тельняшку, теплую кофту темно-синего цвета в клетчатый рисунок, сожгла майку, которой зажималась рана с кровью, согласуются с:

протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого осмотрено помещение <адрес> в <адрес>. В ходе осмотра места происшествия следов борьбы, пятен крови, не обнаружено (л.д. 86-88 т. 1),

протоколом дополнительного осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого с использованием источника экспертного света «МИКС-450» дополнительно осмотрено помещение <адрес> в <адрес>, согласно которому следов биологического происхождения, похожих на кровь в помещениях дома, не обнаружено (л.д. 71-73, 74-75 т. 1, л.д. 259 т. 3),

протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которого в помещении морга Спасского межрайонного отделения ГБУЗ «<адрес>вое бюро судебно-медицинской экспертизы», расположенного по адресу: <адрес>, пер. Больничный, <адрес>, изъята одежда трупа ФИО2, в том числе: тельняшка, рубашка в клетку (л.д. 229-230, 231 т. 2, л.д. 259 т. 3).

Учитывая изложенное, судебная коллегия отвергает довод осужденной, что она давала показания со слов оперативных сотрудников, поскольку допрос в качестве подозреваемой состоялся ДД.ММ.ГГГГ, а заключение экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, при первичном осмотре места происшествия - помещение <адрес> в <адрес> ДД.ММ.ГГГГ установлено, что на кровати в положении лежа обнаружен труп ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, при осмотре на трупе телесных повреждений не обнаружено (л.д. 86-88 т. 1).

Следовательно, подробное описание всех обстоятельств причинения ножевого ранения ФИО2 и её последующие действия могла знать только сама ФИО1

Как следует из материалов уголовного дела, ФИО1 от проведения проверки показаний на месте отказалась (л.д.119-123 т. 1). Приведенный в апелляционной жалобе мотив отказа – не могла показать, как убила ФИО2, не является юридически значимым обстоятельством.

Все остальные доводы апелляционных жалоб с дополнением осужденной и адвоката суд апелляционной инстанции расценивает как несостоятельные, не влияющие на законность, обоснованность и справедливость приговора суда.

Все доводы апелляционной жалобы осужденной, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 весь день была дома, т.к. с ФИО2 договорились, что она к тому придет в понедельник, а также показания осужденной, данные в ходе судебного заседания, что ДД.ММ.ГГГГ к ФИО2 не ходила, т.к. тот отказался от ее помощи, поэтому занималась домашними делами, ходила на колонку за водой, которая ближе к дому ФИО2, т.к. в ее колонке не было воды, опровергаются показаниями свидетелей:

ФИО7, данных в ходе судебного заседания, которая видела, как ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 приходила к ФИО2 (л.д. 233 т. 3);

ФИО12, данных в ходе предварительного следствия, оглашенными в судебном заседании, согласно которым вечером ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была в гостях у ... и рассказывала, что в этот день была у ФИО2 (л.д. 77 т. 2);

ФИО29, данными в ходе предварительного следствия и оглашенными в судебном заседании, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ он последний раз ФИО2 видел около 12 часов, а после видел, как в дом к ФИО2 заходила ФИО1, по времени не помнит, но было еще светло (л.д. 68 т. 2, л.д. 254 т. 3).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что свидетель ФИО29 её оговаривает, является субъективным мнением автора апелляционной жалобы, неподтвержденный объективными доказательствами.

Довод апелляционной жалобы осужденной, что ДД.ММ.ГГГГ днем к ней приходила соседка и позвала в гости, не соответствует действительности, поскольку из показаний ФИО12 следует, что ФИО1 вечером пришла в гости, но не подтверждает, что её позвали в гости. Нет доказательств тому, что ФИО1 позвали в гости и в показаниях свидетеля ФИО7

Довод апелляционной жалобы осужденной, что в деле не указано, что она была у ФИО7, опровергается показаниями свидетеля ФИО30

Доводы апелляционной жалобы, что секретарь ФИО8 допустила упущение в ходе ведения протокола судебного заседания и не указала подробно, о чем говорила свидетель ФИО30, не указала, что она в 19 часов была у них в гостях и была спокойной, несостоятельны. В протоколе судебного заседания подробно отражены вопросы к свидетелю и ее ответы (л.д. 233-234 т. 3). Замечания на протокол судебного заседания осужденной не подавались.

Довод апелляционной жалобы осужденной, что она не брала денег у ФИО2 за помощь по хозяйству, ей хватало того, что она сама зарабатывала, не нашел подтверждения, поскольку обратное показал свидетель ФИО31 «…ФИО1 не работала, жила полностью за счет ФИО2…» (л.д. 258 т. 3).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что не она нашла паспорт, а сотрудники полиции, опровергается показаниями потерпевшего ФИО9, из которых следует, что для организации похорон искали паспорт его отца, после того как забрали тело, паспорт нашла ФИО1 (л.д. 254 т. 3).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что они с сыном убитого искали документы и нашли завещание, опровергается показаниями потерпевшего ФИО9 в ходе судебного заседания, из которых следует, что они документы не нашли (л.д. 223 т. 3).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что у нее не было повода убивать из-за имущества, она знала, что убитый завещал все имущество своему сыну, противоречит её показаниям, данным в качестве подозреваемой в ходе предварительного следствия, согласно которым, ей было обидно, что после смерти ФИО2 из имущества последнего ей ничего не достанется (л.д. 106-112 т. 1, л.д. 252 т. 3).

Также из показаний свидетеля ФИО29, данных в судебном заседании, следует, что он видел, как ФИО1 выходила из дома ФИО2, оскорбляя последнего нецензурной бранью, а после он от ФИО2 узнал, что ФИО1 хотела, чтобы ФИО2 на нее дом переписал (л.д. 68 т. 2, л.д. 254 т. 3).

Не нашел своего подтверждения довод апелляционной жалобы, что осужденная сообщила ФИО9 о найденных ею деньгах и тот посоветовал оставить их себе, поскольку потерпевший ФИО9 показал, что осужденная о деньгах ему ничего не говорила, о том, что у его отца лежали деньги, он узнал на следствии, и уже после этого сказал осужденной, чтобы она найденные деньги оставила себе (л.д. 254 т. 3).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что ФИО45 ДД.ММ.ГГГГ отдал ей деньги, которые оставил ей примерно 1,5 месяца назад, объективно ничем не подтвержден.

Доводы апелляционной жалобы осужденной, что она не переодевала ФИО2, поскольку невозможно переодеть покойника не запачкав ни себя, ни постель, ни его одежду; майку она не жгла, т.к. в печи было только зола дровяная, а золу на экспертизу не брали; что она замыла полы после совершения преступления, не влияют на выводы суда первой инстанции о доказанности её виновности и опровергаются её показаниями, данными в ходе предварительного следствия, оглашенными в порядке п. 1 ч. 1 ст. 276 УПК РФ, из которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ пришла к ФИО2 просить денег, но тот отказал ей, на что она ударила его ножом в область груди. Выбежала из дома. Вернувшись минут через 15, переодела ФИО2, который был мертв, окровавленную одежду ФИО2 сожгла в печи, ушла домой, продумав дальнейшие свои действия по сокрытию преступления и отведению от себя подозрений. ДД.ММ.ГГГГ пришла в дом ФИО2, обнаружила деньги в сумме 12000 руб., которые взяла себе, позвонила социальному работнику, сообщив, что ФИО2 мертв, которая позже вызвала фельдшера, участкового уполномоченного (л.д. 106-112 т. 1).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что на вещах ФИО45 не обнаружено ее потожировых отпечатков, опровергаются заключением эксперта № ...-... от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому на брюках темно-серого цвета и срезах ногтевых пластин обнаружены клетки эпителия, произошедшие от ФИО1 (л.д. 144-154 т. 2).

Довод осужденной, что на ноже её отпечатков нет, не свидетельствует о её невиновности. Согласно заключению эксперта ... от ДД.ММ.ГГГГ, на рукояти ножа с черной рукоятью обнаружена смесь клеток эпителия, которая произошла от ФИО2 и других лиц, дифференцировать минорные компоненты которых от неспецифических структур и побочных продуктов реакции амплификации, а также предоставить корректную интерпретацию данных и провести их вероятно-статистическую оценку не представляется возможным в виду низкого уровня сигнала и высокой вариабельности выявленных признаков (л.д. 144-154 т. 2).

Указание в апелляционной жалобе осужденной, что в доме ФИО2 был нарушен порядок, как будто кто-то что-то искал, не подтверждается материалами уголовного дела, поскольку согласно показаниям ФИО20, в доме был порядок (л.д. 257 т. 3), также согласно протоколам осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, следов борьбы в доме не обнаружено (л.д. 54-63, 86-88 т. 1).

Довод апелляционной жалобы, что ей ДД.ММ.ГГГГ не звонила дочь и не просила денег, опровергается показаниями подозреваемой ФИО1, данными с участием адвоката, оглашенными в судебном заседании, согласно которым около 14 часов ДД.ММ.ГГГГ ей позвонила дочь и попросила денег на лекарства и на дрова. ФИО1 сказала, что попробует занять у ФИО2 (л.д. 109 т. 1, л.д. т. 3).

Довод апелляционной жалобы осужденной, что свидетели ФИО10 и ФИО11 пояснили, что она была спокойная и заплаканная, нашел свое подтверждение. В показаниях ФИО10, данных в судебном заседании, говорится, что ФИО1 переживала, плакала, ничего подозрительного с ее стороны не было (л.д. 232 т. 3), из показаний ФИО11 следует, что ФИО1 была спокойна (л.д. 225 т. 3). Однако указанные сведения не влияют на вывод суда первой инстанции о доказанности её виновности в причинении смерти ФИО2

Показания осужденной, данные в судебном заседании, что ... сказала ей, что вечером 06.02 из трубы дома ФИО2 шел дым (л.д. 252 т. 3), не нашел своего подтверждения, в показаниях ФИО6 данная информация отсутствует.

Довод апелляционной жалобы осужденной, что ФИО2 убить мог кто-то другой, как она показала в судебном заседании – внук ФИО2 – ФИО24, являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции и не нашел своего подтверждения. В соответствии с ч. 1 ст. 252 УПК РФ судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному обвинению.

Все доводы апелляционных жалоб с дополнениями осужденной ФИО1 и адвоката Тетерятникова А.М. о неправомерных действиях сотрудников полиции ФИО16, ФИО21, ФИО20, ФИО15, ФИО17 в отношении осужденной, что она оговорила себя, поскольку к ней применялось насилие со стороны сотрудников полиции, и она опасалась за свою жизнь и жизнь своей дочери, являлись предметом рассмотрения в суде первой инстанции и не нашли своего подтверждения, что оценено судом в описательно-мотивировочной части приговора (л.д. 263 т. 3).

В судебном заседании допрошены все сотрудники полиции - свидетели ФИО15, ФИО16, ФИО20, ФИО21, ФИО17, которые, будучи предупрежденными об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ, не подтвердили оказание физического или психологического давления на ФИО1, что подтверждается протоколом судебного заседания (л.д. 228-229, 229-231, 236-238, 238-240, 240-241 т. 3). Оснований не доверять показаниями данных свидетелей суд первой инстанции не установил.

Довод апелляционной жалобы адвоката Тетерятникова А.М. о воспрепятствовании председательствующим ФИО1 дать показания по обстоятельствам принуждения её к признанию вины, полагая, что это не имеет отношения к делу, не влияют на вывод суда первой инстанции, поскольку показания об оказании давления сотрудниками полиции ФИО1 в судебном заседании фактически дала.

Согласно протоколу судебного заседания ФИО1 показала, что…когда я писала явку с повинной, они перед этим меня били, одевали пакет на голову. Я его порвала, выкинула. Били по голове. Потом повалили на пол. Стали душить. Угрожали мне. Все это было в течении двух часов. Явку я написала утром в следственном комитете. Скрибко всегда был рядом и угрожал мне. Требовал, чтобы я призналась в убийстве (л.д. 242 т. 3).

Лишь после вопроса защитника: Конкретно скажите, кто какие действия совершал? Председательствующий снял вопрос, пояснив: Мы не рассматриваем дело по ст. 286 УК РФ (л.д. 242 т. 3).

Защитник пояснил, что ФИО44 подавала заявление по поводу незаконных действий сотрудников полиции и выносились постановления об отказе в возбуждении уголовного дела… Заявление ФИО44 написано, что к ней применялись недозволенные методы и она оговорила себя (л.д. 242 т. 3).

На что председательствующий ответил: Все понятно. Этого достаточно. Суд оценит показания в целом (л.д. 242 т. 3).

По факту возможного применения насилия в отношении ФИО1 проводилась доследственная проверка, по результатам которой вынесено постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, которое исследовалось судом первой инстанции (л.д. 238-244 т. 2, л.д. 261, 242 т. 3).

Как видно из указанного постановления от ДД.ММ.ГГГГ, основанием для проведения доследственной проверки явилось не только заявление ФИО1, но и рапорт следователя следственного отдела от ДД.ММ.ГГГГ, рапорт дежурного ГРСЧ ИВС МО МВД «Спасский» от ДД.ММ.ГГГГ, зарегистрированные в КРСП следственного отдела за № ..., которые соединены в один материал проверки.

В результате проведенной проверки были опрошены все сотрудники полиции, в отношении которых ФИО1 написала заявление о применении к ней недозволенных методов ведения следствия, а также судебно-медицинский эксперт ФИО32, который ДД.ММ.ГГГГ проводил освидетельствование подозреваемой на предмет наличия у неё телесных повреждений, при этом он пояснил, что ФИО1 жалобы не предъявляла, но он попросил её раздеться по пояс и осмотрел участки тела под одеждой, по результатам освидетельствования составил заключение эксперта, в котором отразил, что телесных повреждений не обнаружено.

Из копии журнала первичного осмотра и регистрации оказания медицинской помощи, поступившим для содержания в ИВС следует, что ФИО1 поступила в ИВС МО МВД «Спасский» ДД.ММ.ГГГГ, в этот же день осмотрена. Видимых телесных повреждений не обнаружено, жалоб не поступало, указанная запись удостоверена подписью ФИО13 и сотрудника ИВС. При осмотре ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1 обнаружены повреждения: синяк на правом плече и синяк в районе почки.

Согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО1 обнаруженные кровоподтеки в области правого лобного бугра, на задне-наружной поверхности средней трети правого плеча, давность образования которых составляет 6-9 суток, при этом с учетом локализации обнаруженных телесных повреждений указано, что они доступны для причинения собственной рукой.

Судом первой инстанции исследовано постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 238-244 т. 2, л.д. 261, 242 т. 3), согласно которому отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО16 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО21 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО20 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО15 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО17 по признакам преступления, предусмотренного п. «а» ч. 3 ст. 286 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава указанного преступления; отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО1 по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 306 УК РФ, на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи с отсутствием в ее действиях состава указанного преступления (л.д. 238-244 т. 2, л.д. 261 т. 3).

Вопреки доводам апелляционной жалобы с дополнением адвоката Тетерятникова А.М., заявлению осужденной о неправомерности действий сотрудников полиции в отношении неё в указанном постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ и судом в приговоре дана правовая оценка (л.д. 238-244 т. 2, л.д. 263 т. 3).

Довод апелляционной жалобы адвоката, что мотивировка по относимости этого постановления к виновности ФИО44 не приведена, не влияет на законность и обоснованность приговора, поскольку указанное постановление не подтверждает применение к ФИО1 недозволенных методов ведения следствия сотрудниками полиции в опорном пункте <адрес>.

Довод апелляционной жалобы с дополнением адвоката, что оба дела вел один следователь, которому заявляли отвод, но он не был удовлетворен, несостоятелен, поскольку возбуждение уголовного дела по ст. 105 ч. 1 УК РФ по факту убийства ФИО2 производил следователь СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО28, который также производил допрос ФИО1 в качестве подозреваемой ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 1, 106 т. 1), а проверку по заявлению ФИО1 о превышении должностных полномочий сотрудниками МО МВД России «Спасский», выразившееся в применении в отношении неё насилия, и вынесение постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ осуществлял следователь СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО34 (л.д. 238 т. 2).

Судом апелляционной инстанции также установлено, что имелось первичное постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, вынесенное следователем СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО35, которое отменено постановлением руководителя СО по <адрес> СУ СК РФ по <адрес> ФИО36 от ДД.ММ.ГГГГ.

Данные доказательства представлены в суд апелляционной инстанции прокурором Явтушенко А.А. для опровержения доводов апелляционных жалоб осужденной, адвоката, и исследованы судом апелляционной инстанции.

На обращение ФИО1 в прокуратуру <адрес> (ДД.ММ.ГГГГ) ей дан подробный ответ за подписью прокурора города ФИО37, который также исследовался судом апелляционной инстанции.

Довод апелляционной жалобы с дополнением адвоката, что в приговоре не дана оценка вышеуказанного постановления следственного комитета, с точки зрения не полноты в части не проведения экспертиз, не влияет на вывод суда первой инстанции о доказанности виновности ФИО1 в убийстве ФИО2, поскольку постановление об отказе в возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ опровергает пояснения ФИО1 о непроцессуальных методах ведения следствия, но при этом в компетенцию суда первой инстанции не входит проверка его неполноты.

Все доводы апелляционной жалобы с дополнением адвоката относительно постановления об отказе возбуждении уголовного дела от ДД.ММ.ГГГГ, что заявление ФИО1 в Следственном комитете надлежащим образом рассмотрено не было, уголовное дело не возбуждалось и её доводы следственным путём не проверялись, по ходатайству ФИО1 экспертизы по микрочастицам с одежды, экспертизы шапки, куртки не проводились, о не проведении проверки показаний на месте ФИО44, очных ставок, о не проведении других следственных действий и об утрате материальных следов преступления, о проведении проверки одностороннее, необъективно, без исследования и изучения материальной стороны события, не влияют на вывод суда о доказанность её виновности в убийстве ФИО2, поскольку указанные адвокатом обстоятельства по заявлению ФИО1 о применении непроцессуальных методов ведения следствия являлись предметом доследственной проверки в рамках отказного материала проверки и не являются предметом проверки в рамках настоящего уголовного дела.

Вопреки доводу апелляционной жалобы с дополнением адвоката, что в основу отказа в возбуждении уголовного дела были положены ничем не подтверждённые пояснения сотрудников полиции, не было учтено, что они заинтересованы в исходе дела, не может быть основанием для признания постановления об отказе в возбуждении уголовного дела незаконным и необоснованным в рамках настоящего уголовного дела, поскольку данное решение может быть обжаловано стороной защиты и принято судом в порядке ст. 125 УПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы с дополнением адвоката Тетерятникова А.М. о том, что проверка в порядке ст.ст. 144-145 УПК РФ по заявлению ФИО44 в СК по факту незаконных действий сотрудников полиции проходила с нарушением всех процессуальных сроков, а копию постановления удалось получить только в мае 2022, не препятствовало обжалованию данного постановления в порядке ст.ст. 124, 125 УПК РФ.

Довод осужденной о непроцессуальных методах ведения следствия также опровергается заключением эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому при осмотре судмедэкспертом ДД.ММ.ГГГГ у ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, телесных повреждений не обнаружено (л.д. 129-131 т. 2, л.д. 260 т. 3).

Утверждение ФИО1 о том, что при повторном освидетельствовании у нее обнаружены телесные повреждения, не является доказательством ее слов о применении насилия сотрудниками полиции, поскольку сотрудники полиции ФИО16, ФИО21, ФИО20, ФИО15 и ФИО17 работали с ФИО1 ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 129-131 т. 2, л.д. 105 т. 1, л.д. 260 т. 3), а согласно заключению эксперта № от ДД.ММ.ГГГГ, у ФИО1 обнаруженные кровоподтеки в области правого лобного бугра, на задне-наружной поверхности средней трети правого плеча и ссадина в области верхней губы слева с давностью: первое телесное повреждение – около 6-9 суток, а второе телесное повреждение - около 1-3 суток на момент осмотра судмедэкспертом ДД.ММ.ГГГГ, при этом, образование данных телесных повреждений доступно для причинения своей рукой (л.д. 136-138 т. 2, л.д. 260 т. 3).

Довод осужденной, что на ее куртке найдены отпечатки 4 человек, это говорит о том, что ее могли избивать, является субъективным мнением осужденной ФИО1 Согласно заключению эксперта №э от ДД.ММ.ГГГГ, на куртке камуфляжной раскраски в виде листьев и кофте с длинным воротом и черно-белой раскраской, обнаружена смесь биологического материала от четырех и более лиц, провести вероятно-статистическую оценку которых не представляется возможным (л.д. 144-154 т. 2), что не свидетельствует о том, что её избивали 4 человека.

Все доводы апелляционной жалобы осужденной относительно несогласия с содержанием объяснения, не влияют на вывод суда первой инстанции, поскольку в силу ст. 74 УПК РФ объяснение не является доказательством и судом не исследовалось (л.д. 67-69 т. 1).

Довод апелляционных жалоб осужденной ФИО1 и адвоката Тетерятникова А.М. об отсутствии у осужденной умысла на убийство ФИО2, являлся предметом рассмотрения суда первой инстанции, и суд пришел к правильному выводу, что умысел подсудимой ФИО1 на убийство потерпевшего ФИО2 подтверждается совокупностью обстоятельств содеянного подсудимой, учитывая предшествующую преступлению ссору между подсудимой ФИО1 и потерпевшим ФИО2, возникшую на почве личных неприязненных отношений, что явилось мотивом совершения преступления, учитывая способ совершения преступления, предмет, используемый в качестве оружия (нож), что ФИО1 нанесла острием ножа один удар в область грудной клетки ФИО2 слева, где находятся жизненно-важные органы и должна была предвидеть последствия в виде смерти, а также характер и локализацию телесных повреждений, механизм образования, являющимися опасными для жизни человека, и по этому признаку относящихся к категории причинения тяжкого вреда здоровью и стоящими в прямой причинной связи со смертью, - суд первой инстанции пришел к выводу, что содеянное свидетельствует о том, что умысел подсудимой ФИО1 был направлен на причинение смерти ФИО2

Все остальные доводы апелляционной жалобы осужденной относительно личных взаимоотношений с ФИО2, не являются юридически значимыми обстоятельствами, влияющими на доказанность её виновности в убийстве ФИО2

Судом исследованы все доказательства, представленные стороной обвинения и защиты. Ходатайств о запросе, предоставлении дополнительных доказательств со стороны обвинения, защиты не имелось, что подтверждается протоколом судебном заседания.

Суд в соответствии со ст. 15 ч. 3 УПК РФ не является органом уголовного преследования, не выступает ни на стороне обвинения, ни на стороне защиты, а лишь создаёт необходимые условия для исполнения сторонами процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных прав.

Доказательств, что суд препятствовал стороне обвинения или защите в предоставлении дополнительных доказательств, в апелляционной жалобе не приведено и судебной коллегии не представлено.

Согласно ст. 17 УПК РФ никакие доказательства для суда не имеют заранее установленной силы.

Суд оценил представленные сторонами доказательства в совокупности и пришёл к правильному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст. 105 ч. 1 УПК РФ.

Правила оценки доказательств, предусмотренные ст. 88 УПК РФ, судом не нарушены.

Учитывая вышеизложенное, с учётом вносимых изменений, судебная коллегия полагает, что исследованные в судебном заседании доказательства, представленные стороной обвинения, добыты в соответствии с уголовно-процессуальным законом, относятся к обстоятельствам совершенного ФИО1 преступления, являются допустимыми и достоверными, а совокупность собранных по делу доказательств позволяли суду первой инстанции сделать вывод о доказанности виновности подсудимой ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ.

Содеянное ФИО1 правильно квалифицировано судом по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Оснований для вынесения оправдательного приговора, как просит осужденная, судебная коллегия не находит.

Оценивая заключение судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ в совокупности с другими доказательствами, суд пришел к обоснованному выводу, что ФИО1 следует признать вменяемой (л.д. 262-263 т. 3).

При назначении наказания ФИО1 суд учитывал обстоятельства, характер, степень общественной опасности, совершенного ею преступления против жизни и здоровья, относящегося к категории особо тяжких, данные о личности подсудимой.

Суд признал смягчающим наказание обстоятельством, в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, явку с повинной.

Отягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 63 УК РФ, судом не установлено.

С учетом фактических обстоятельств преступлений и степени общественной опасности, суд посчитал нецелесообразным изменять в порядке ч. 6 ст. 15 УК РФ категорию преступления на менее тяжкую.

Оснований применения положений ст. 64 УК РФ для назначения наказания ниже низшего предела, чем предусмотрено санкцией ч. 1 ст. 105 УК РФ суд не нашел.

Суд учитывал личность подсудимой ФИО1, не состоящей на учете у врача-нарколога и врача-психиатра, по месту жительства характеризуется удовлетворительно (л.д. 263 т. 3).

Вместе с тем, в следующем абзаце в описательно-мотивировочной части приговора суд первой инстанции указал, что с учётом личности подсудимой ФИО38, обстоятельств, характера, степени общественной опасности, совершенного ею преступления против жизни и здоровья, относящегося к категории особо тяжких, отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также учитывая требования ст. 6, ст. 60, ст. 62 УК РФ, влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на основании ст. 43 УК РФ в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд полагал, что её исправление и перевоспитание возможны только в условиях изоляции от общества, а исправительным воздействием послужит наказание, связанное с реальным лишением свободы, в пределах санкции статьи.

С учетом данных о личности подсудимой суд полагал возможным не применять к ней дополнительное наказание в виде ограничения свободы, поскольку цели наказания могут быть достигнуты применением основного наказания.

Судебная коллегия полагает, что суд первой инстанции ошибочно указал в описательно-мотивировочной части приговора фамилию подсудимой - как ФИО38 (лист 28 приговора), а также инициалы ФИО1 - как Г.И. (листы 3, 11, 12, 13 приговора), тогда как характеризующие данные абзацем выше указаны на ФИО1, приговор постановлен в отношении ФИО1, поэтому указанные неточности расцениваются судебной коллегией как явные технические опечатки, не влияющие на законность и обоснованность приговора.

Указанные технические опечатки не являются существенным нарушением уголовно-процессуального закона, влекущим отмену приговора суда, поэтому, исходя из полномочий судебной коллегии, применяя положения ст. 389.19, 389.20 ч. 1 п. 9 УПК РФ, судебная коллегия полагает возможным уточнить описательно-мотивировочную часть приговора суда первой инстанции, указав правильные данные ФИО1, что не ухудшает положение осужденной.

Вместе с тем, при назначении наказания суд учитывал отсутствие смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, а также требования ст. 62 УК РФ (л.д. 263 т. 3). При данной формулировке непонятно, какую часть ст. 62 УК РФ учитывал суд при назначении наказания.

В то время как в соответствии с п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ суд признал смягчающим наказание обстоятельством - явку с повинной (л.д. 263 т. 3), и при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств, при назначении наказания обязательному применению подлежит ч. 1 ст. 62 УК РФ.

Судебная коллегия полагает, что при указанных противоречивых данных, судом первой инстанции при назначении наказания не было в полной мере учтено наличие смягчающего наказание обстоятельства - явка с повинной и положения ч. 1 ст. 62 УК РФ.

С учётом признания смягчающим наказание обстоятельством - явку с повинной, судебной коллегией применяются положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, поэтому назначенное ФИО1 наказание подлежит смягчению.

Иные обстоятельства, влияющие на назначение наказания, которые не учтены судом первой инстанции, в апелляционных жалобах с дополнением осужденной и адвокатом не приведены.

Необходимость назначения реального лишения свободы судом в приговоре мотивирована (л.д. 263 т. 3). Судебная коллегия находит приведенные мотивы убедительными и основанными на законе. Оснований для применения более мягкого вида наказания либо ст. 73 УК РФ судебная коллегия не находит.

Вид исправительного учреждения для отбывания наказания в виде лишения свободы по п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ в исправительной колонии общего режима назначен правильно.

Остальные вопросы назначения наказания судом в приговоре подробно мотивированы (л.д. 263 т. 3), с чем соглашается судебная коллегия.

Иных сведений и доказательств, не учтённых судом и влекущих смягчение наказания, по доводам апелляционных жалоб с дополнением и материалам дела, судебная коллегия не находит.

Судебная коллегия полагает, что с учётом вносимых изменений, назначенное наказание в виде реального лишения свободы в полной мере отвечает общим принципам назначения наказания, предусмотренным ст. 60 УК РФ и целям назначения наказания, предусмотренным ч. 2 ст. 43 УК РФ – восстановление социальной справедливости, исправление осуждённых, предупреждение совершения новых преступлений, в связи с чем, судебная коллегия считает его справедливым (ст. 6 УК РФ).

Нарушений уголовно-процессуального закона, которые путём лишения или ограничения гарантированных законом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путём повлияли или могли повлиять на постановление законного, обоснованного и справедливого приговора по делу в отношении осуждённой ФИО1 по доводам апелляционных жалоб с дополнениями и материалам дела, и влекущих отмену приговора, судебной коллегией не установлено.

При таких данных, апелляционные жалобы с дополнениями осужденной ФИО1 и адвоката Тетерятникова А.М. подлежат частичному удовлетворению.

Руководствуясь ст. 389.19, 389.20 ч. 1 п. 9 УПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Приговор Спасского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 - изменить:

указание в описательно-мотивировочной части приговора на доказательства: рапорт оперативного дежурного МО МВД России «Спасский» от ДД.ММ.ГГГГ, рапорт оперативного дежурного МО МВД России «Спасский» от ДД.ММ.ГГГГ, рапорт об обнаружении признаков преступления следователя следственного отдела по <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, заключение специалиста № ... от ДД.ММ.ГГГГ, показания специалиста ФИО25 от ДД.ММ.ГГГГ, явку с повинной от ДД.ММ.ГГГГ – исключить,

указание в показаниях свидетелей ФИО15, ФИО16, ФИО20, ФИО21, ФИО17 - в части сообщения им ФИО1 сведений о совершении ею убийства ФИО2 при доставлении её в отдел полиции – исключить,

в описательно-мотивировочной части приговора суда уточнить данные подсудимой: вместо ФИО38 (лист 28 приговора) считать – ФИО1; уточнить на листах 3,11,12,13 приговора - инициалы ФИО1;

смягчить назначенное ФИО1 наказание по ч. 1 ст. 105 УК РФ с применением ч. 1ст. 62 УК РФ до 7 лет 9 месяцев лишения свободы.

В остальной части приговор - оставить без изменения, апелляционные жалобы с дополнениями осужденной ФИО1 и адвоката Тетерятникова А.М. – удовлетворить частично.

Апелляционное определение вступает в законную силу с момента провозглашения и может быть обжаловано в вышестоящий суд в порядке, предусмотренном гл. 471 УПК РФ, путём подачи кассационных представления, жалобы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденной, содержащейся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ей копии приговора, вступившего в законную силу. Осужденная вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий: Т.И. Медведева

Судьи: В.А. Гавриков

С.В. Николина

Справка: ФИО1 содержится в ФКУ СИЗО-4 ГУФСИН России по ПК