Апелляционное определение по делу № 2-331/2022 от 12.09.2023

Судья Стома Д.В. УИД 23RS0047-01-2020-000664-52

дело №2-331/2022

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

№ 33-1611/2023

12 сентября 2023 года г. Калининград

Судебная коллегия по гражданским делам Калининградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Шевченко С.В.

судей Алферовой Г.П., Уосис И.А.

при секретаре Юдиной Т.К.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Центрального районного суда г. Калининграда от 17 мая 2022 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ООО «Эллада Интертрейд» о взыскании стоимости товара, неустойки, разницы в стоимости товара, штрафа, компенсации морального вреда.

Заслушав доклад судьи Алферовой Г.П., возражения представителя ООО «Эллада Интертрейд» ФИО2, полагавшей жалобу необоснованной, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратился в Советский районный суд г. Краснодара с иском к ООО «Эллада Интертрейд» (далее - Общество), указав, что 10 апреля 2019 г. он приобрел по договору купли-продажи у ООО «Зеленая миля» автомобиль «Hyundai Genesis» 2016 года выпуска с гарантийным сроком, установленным заводом-изготовителем 60 месяцев либо 150 000 км, по цене 1450000 руб.

Согласно сервисной книге гарантийный срок начинается с 01.09.2016. Во время эксплуатации в автомобиле появился недостаток, загорелся чек двигателя, обороты ДВС на холостом ходу стали не стабильными. Он 24.06.2019 обратился к официальному представителю ответчика ООО «Хэндэ Центр Краснодар» (далее - СТОА), который назначил диагностику с проведением дальнейшего ремонта автомобиля. В ходе проведения диагностики было выявлено, что автомобиль вышел из строя из-за некачественного датчика давления воздуха. Данную поломку признали гарантийным случаем, что подтверждается заказом-нарядом № НеК1910671. Транспортное средство находилось на ремонте 14 дней. Однако во время приёма автомобиля было обнаружено, что чип-ключ не работает, автомобиль его не видит, не открывается и не закрывается. Он попросил специалистов СТОА незамедлительно произвести ремонт, однако, как пояснили ему специалисты, для диагностики поломки необходим второй чип-ключ автомобиля. После того как он доставил второй чип-ключ автомобиля, посредством диагностики была выявлена неисправность модуля Smart key, дополнительно заменен блок дистанционного управления центральным замком, что подтверждается заказом-нарядом № НеК1911410. Транспортное средство в соответствии с актом приёма-передачи к указанному заказу-наряду находилось на ремонте 8 дней.

29.07.2019 автомобиль вновь сломался: перестал заводиться, загорелась ошибка активного капота. Автомобиль был передан на гарантийный ремонт, произведена замена блока управления ДВС.

12.08.2019 представитель СТОА сообщил о необходимости дополнительного ремонта, в двигателе слышен посторонний звук. В тот же день был оформлен новый заказ-наряд, в результате диагностики установлена необходимость замены сборочного узла ДВС (двигатель в сборе) и полноприводной модификации.

В связи с тем, что автомобиль неоднократно выходил из строя и нарушением срока ремонта, на 46 день им в адрес Общества была направлена претензия о возврате денежных средств с возвратом автомобиля Обществу через его дилера. Указанная претензия была получена Обществом 19.09.2019, но оставлена без удовлетворения.

С учетом уточненных исковых требований ФИО1 просил взыскать в его пользу с Общества: стоимость автомобиля – 1 450 000 руб.; неустойку за нарушение срока возврата уплаченной за товар денежной суммы с 30.09.2019 по 22.01.2020 в размере 1 653 000 руб.; неустойку за нарушение срока возврата уплаченной за товар денежной суммы со следующей даты за днем вынесения решения суда по день фактического исполнения обязательства из расчета 14 500 руб. за каждый день просрочки; разницу между ценой товара, установленной договором купли-продажи от 10.04.2019 г. и ценой соответствующего товара на момент вынесения решения судом в размере 1 600 000 руб.; компенсацию морального вреда в сумме 70 000 руб.; штраф в размере 50 % от взысканной суммы в пользу потребителя; стоимость составления нотариальной доверенности в размере 2100 руб.; судебные расходы в размере 60 000 руб.; расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 14 000 руб.; стоимость зимней резины – 42 000 руб.; расходы по оплате госпошлины в сумме 18 895 руб. (л.д.85 т.12).

Определением Советского районного суда г. Краснодара от 25.02.2020 к участию в деле в качестве третьего лица без самостоятельных требований привлечена СТОА.

22.06.2020 определением Советского районного суда г. Краснодара в удовлетворении ходатайства Общества о передаче настоящего дела по подсудности в Центральный районный суд г. Калининграда отказано.

Апелляционным определением Краснодарского краевого суда от 12.11.2020, оставленным без изменения определением Четвертого кассационного суда общей юрисдикции от 09.04.2021, указанное определение Советского районного суда г. Краснодара отменено, ходатайство Общества о передаче дела по подсудности удовлетворено.

Определением Центрального районного суда г. Калининграда от 01.09.2021 гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу принято судом к своему производству.

Определением суда от 07.12.2021 к участию в деле в качестве третьих лиц без самостоятельных требований привлечены ООО «Зелёная миля» и ООО «РЕСО-Лизинг».

Решением Центрального районного суда г. Калининграда от 17.05.2022 исковые требования ФИО1 к ООО «Эллада Интертрейд» о взыскании стоимости товара, неустойки, разницы в стоимости товара, штрафа, компенсации морального вреда оставлены без удовлетворения.

В апелляционной жалобе ФИО1 просит перейти к рассмотрению дела по правилам суда первой инстанции, решение отменить и принять по делу новое решение, которым исковые требования о защите прав потребителей удовлетворить в полном объёме. Указывает на допущенные судом первой инстанции при рассмотрении дела нарушения процессуального и материального права. Так, полагает, что решение было принято судом в процессе подготовки к судебному заседанию, при этом судом необоснованно было отказано в удовлетворении заявленных истцом ходатайств, в том числе о проведении судебной экспертизы по установлению рыночной стоимости аналогичного транспортного средства в настоящее время. Настаивает на том, что в период времени с 29.07.2019 по 17.09.2019, то есть 50 дней, автомобиль находился в ремонте, что подтверждается заказами-нарядами. Полагает, что срок нахождения автомобиля в ремонте не связан с количеством открытых за это время заказов-нарядов, а считается, исходя из совокупности дней, проведенных в ремонте с момента передачи автомобиля в сервисный центр до момента передачи потребителю. В связи с неоднократным выходом автомобиля из строя, на 46 день ремонта в адрес Общества была направлена претензия о возврате денежных средств с возвратом автомобиля через дилера. Считает, что право на изменение требований у него возникло после нарушения ответчиком срока ремонта автомобиля, тем более что к этому времени автомобиль уже находился в ремонте более 30 дней вследствие устранения различных недостатков. К тому же именно в процессе ремонта были выявлены существенные недостатки. Настаивал на том, что в силу ст. 18 Закона РФ от 07.02.1992 № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон № 2300-1), притом, что в общей сложности автомобиль находился на ремонте 72 дня, в товаре имеется существенный недостаток, был нарушен срок ремонта, установленный п. 1 ст. 20 данного закона, он был вправе заявить требования, указанные в иске, в том числе о расторжении договора купли-продажи автомобиля.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда № 33- 4134 от 21 сентября 2022 г. вышеуказанное решение суда оставлено без изменения.

Определением Третьего кассационного суда общей юрисдикции № 88-176/2023 от 25 января 2023 г. апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда № 33-4134 от 21 сентября 2022 г. отменено, дело направлено на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

10 марта 2023 г. ФИО1 предъявил уточнение (увеличение) исковых требований, указав, что в связи с отказом суда первой инстанции в проведении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости аналогичного автомобиля, по его заказу АНО «Краевая Коллегия Судебных Экспертиз» подготовило заключение № 01-23 от 10 февраля 2023 г., согласно которому стоимость наиболее приближенного по техническим характеристикам, и параметрам нового транспортного средства Genesis G80, на момент проведения экспертного исследования в феврале 2023 г. составила 7061294 руб.

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства, просил взыскать неустойку за период с 20 сентября 2019 г. по 22 января 2020 г. в размере 8049768 руб. из расчета (114 дней х 70612 руб.); неустойку за нарушение срока возврата уплаченной за товар денежной суммы со следующей даты за днем вынесения решения суда по день фактического исполнения обязательства из расчета 70612 руб. за каждый день просрочки; разницу между ценой товара, установленной договором купли-продажи от 10.04.2019 г. и ценой соответствующего товара на момент вынесения решения судом в размере 5611294 руб.

В остальной части исковые требования поддержал в прежнем размере. (л.д. 51-54 т. 4).

28 марта 2023 г. ООО «Эллада Интертрейд» представило письменные возражения на апелляционную жалобу, в которых полагало приведенные в ней доводы несостоятельными, настаивая на том, что формальное превышение 30-ти дневного срока устранения недостатков имело место только в третьем году гарантии, однако поскольку истец продолжает пользоваться транспортным средством, при этом реализовал свои права на гарантийный ремонт, а также обращался за гарантийным ремонтом на пятом году гарантии, то это лишает его права на расторжение договора. Просит оставить решение суда без изменения. (л.д. 69-80 т. 4).

Определением от 28 марта 2023 г. по ходатайству ФИО1 назначена судебная экспертиза для определения рыночной стоимости транспортного средства, соответствующего автомобилю Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, 2016 года выпуска, с теми же характеристиками, которые имелись у последнего на дату приобретения 10 апреля 2019 г. собственником ФИО1 с трехлетним сроком эксплуатации. Производство по делу приостановлено.

Определением от 18 июля 2023 г. производство по делу возобновлено.

23 августа 2023 г. ФИО1 предъявил увеличение исковых требований, аналогичное по своему содержанию приведенному выше от 10 марта 2023 г., в котором выразил несогласие с заключением экспертизы, проведенной по назначению суда апелляционной инстанции, ввиду того, что экспертом рассчитана стоимость бывшего в эксплуатации транспортного средства, а не нового. В этой связи настаивал на том, что разница в цене транспортного средства составит 5611294 руб. из расчета: (7061294 руб. – 1450000 руб. = 5611294 руб.). По указанным основаниям настаивал на удовлетворении исковых требований в размерах, заявленных ранее 10 марта 2023 г.

В судебное заседание апелляционной инстанции истец ФИО1, третьи лица ООО «Хендэ Центр Краснодар», ООО «Зеленая миля», ООО «Ресо-Лизинг» не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежаще.

ФИО1 представил ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие. Иные лица с заявлениям об отложении судебного заседания не обращались.

В соответствии с ч. 3 ст. 167, ч. 1, 2 ст. 327 ГПК РФ суд апелляционной инстанции считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность решения суда первой инстанции в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ исходя из доводов апелляционной жалобы и указаний суда кассационной инстанции, судебная коллегия полагает решение суда подлежащим отмене в связи с неправильным применением норм материального права.

Как установлено судом и следует из материалов дела, 29 марта 2017 г. между ООО «РЕСО-Лизинг» и ООО «Зеленая миля» был заключен договор лизинга № 509НР-ЗЕМ/02/2017, в соответствии с условиями которого лизингодатель (ООО «РЕСО-Лизинг») принял на себя обязательства приобрести в собственность у ООО ТП «Нижегородец» (продавец) автомобиль «Хёндай», а ООО «Зеленая миля» (лизингополучатель) приняло на себя обязательства принять указанный автомобиль во владение и пользование на условиях договора лизинга (п. 1.1).

В п. 1.2 Договора лизинга установлено, что автомобиль приобретается у продавца по договору купли-продажи № 509НР/2017 от 29 марта 2017 г. по цене равной 2 139 000 руб., в том числе НДС (18 %).

Пунктом 2.1 Договора лизинга установлено, что имущество передается лизингополучателю во временное владение и пользование (лизинг) на срок до 31 октября 2018 г., если иное не предусмотрено в приложениях к настоящему договору.

Согласно п. 1.4. Договора лизинга лизингополучатель имеет право предъявления непосредственно к продавцу требований, вытекающих из договора, в частности, в отношении качества и комплектности имущества, сроков его поставки, гарантийных обязательств и в других случаях ненадлежащего исполнения договора продавцом.

29 марта 2017 г. между ООО ТП «Нижегородец» (продавец), ООО «РЕСО-Лизинг» (покупатель) и ООО «Зелёная миля» (получатель) был заключён договор купли-продажи № 509НР/2017 указанного автомобиля «Хёндай».

Согласно п.п. 1.4., 3.3. данного договора указано, что покупатель уведомляет продавца, что в соответствии со ст. 670 Гражданского кодекса Российской Федерации и Договором лизинга лизингополучатель имеет право предъявления непосредственно к продавцу требований, вытекающих из настоящего договора, в частности, в отношении качества и комплектности автомобиля, гарантийных обязательств.

Гарантийные обязательства несёт завод-изготовитель, срок гарантии - до 1 сентября 2021 г.

22 августа 2017 г. автомобиль был зарегистрирован в МРЭО ГИБДД за ООО «РЕСО-Лизинг». В дальнейшем после исполнения последним обязательств по Договору лизинга автомобиль перешёл в собственность ООО «Зеленая миля», основной вид деятельности, которого согласно выписке из ЕГРЮЛ - покупка и продажа земельных участков.

10 апреля 2019 г. между ООО «Зеленая миля» и ФИО1 был заключен договор купли-продажи автомобиля, в соответствии с условиями которого ООО «Зеленая миля» передало в собственность ФИО1 автомобиль (п. 1.1), а ФИО1 оплатил его стоимость - 1 450000 руб. (п. 3.1). Автомобиль передан ФИО1 по акту приема-передачи от 10 апреля 2019 г.

26 апреля 2019 г. автомобиль зарегистрирован в МРЭО ГИБДД на имя ФИО1, регистрационный знак №.

В связи с возникшей технической неисправностью автомобиля ФИО1 обратился к официальному дилеру «Хёндай» в Краснодарском крае.

Согласно предварительному заказ-наряду № НеК1910671 от 24 июня 2019 г. подлежал замене датчик абсолютного давления в коллекторе Ориентировочные сроки выполнения работ: с 09.28 час. 24 июня 2019 г. по 20.00 час. 30 июня 2019 г.

24 июня 2019 г. в 09.28 час СТОА был принят автомобиль по акту приема-передачи к заказ-наряду № НеК 1910671.

6 июля 2019 г. СТОА и ФИО1 подписан заказ-наряд № НеК1910671, в соответствии с которым жалобы клиента подтверждены обороты ДВС плавают, произведена замена датчика абсолютного давления коллекторе.

8 июля 2019 г. автомобиль возвращен ФИО1

9 июля 2019 г. в 11.41 час. автомобиль вновь принят СТОА на ремонт. Согласно предварительному заказ-наряду № НеК1911410 от 9 июля 2019 г. автомобиль имел неисправность - машина не видела ключ, не работали кнопки на ключе брелока, ориентировочные сроки выполнения работ: с 11.41 час. 9 июля 2019 г. до 20.00 час. 9 июля 2019 г.

17 июля 2019 г. между СТОА и ФИО1 подписан заказ- наряд № НеК1911410 от 17 июля 2019 г., в соответствии с которым жалобы клиента подтверждены, произведена замена блока дистанционного управления центральным замком, дата окончания работ - 16.56 час. 17 июля 2019 г., в 17.00 час. автомобиль возвращен ФИО1

29 июля 2019 г. в 12.45 час автомобиль был передан СТОА.

В предварительном заказ-наряде № НеК 1912836 от 29 июля 2019 года указано, что автомобилю необходима замена электронного блока управления двигателем в сборе, срок выполнения работ: с 12.45 час. 29 июля 2019 г. по 16.00 час. 08 августа 2019 г.

12 августа 2019 г. между СТОА и ФИО1 подписан заказ наряд № НеК1912836, согласно которому за период времени с 12.45 час 17 июля 2019 г. по 17.40 час 12 августа 2019 г. автомобилю была произведена замена электронного блока управления двигателем в сборе.

12 августа 2019 г. между ними также был подписан предварительный заказ-наряд № НеК1913724, из которого усматривалось, что при работе ДВС на холостых оборотах обнаружен посторонний звук, установлены сроки проведения работ по устранению выявленного недостатка: с 11.41 час 12 августа 2019 г. до 13.23 час 12 августа 2019 г.

21 августа 2019 г. ФИО1 и СТОА подписали предварительный наряд-заказ № НеК1913724 от 21 августа 2019 г., в котором также указано на появившийся посторонний звук при работе ДВС на холостых оборотах, указаны предварительные сроки устранения выявленного недостатка: с 11.41 час. 12 августа 2019 г. по 15.42 час. 30 сентября 2019 г.

17 сентября 2019 г. сторонами подписан заказ-наряд № НеК 1913724, в котором указано, что работы по устранению выявленного недостатка в виде постороннего звука при работе ДВС на холостых оборотах произведены в период с 11.41 час. 12 августа 2019 г. по 12.59 час. 17 сентября 2019 г.

13 сентября 2019 г. ФИО1 направил в адрес Общества претензию, в которой указал на то, что в связи с нарушением срока ремонта, неоднократными выходами из строя транспортного средства, он возвращает автомобиль Обществу через дилера, просит вернуть ему денежные средства в сумме 2 139 000 руб., выплатить разницу в цене по отношению с соответствующим транспортным средством на день исполнения обязательств.

19 сентября 2019 г. указанная претензия была вручена Обществу.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что истец реализовал свое право на безвозмездное устранение недостатков транспортного средства в рамках гарантийного обслуживания, установленный законом срок для устранения недостатков не превышен, сроки ремонта с истцом были согласованы, на период ремонта ему был предоставлен в пользование другой автомобиль, в связи с чем пришел к выводу о том, что безусловное право на односторонний отказ от исполнения договора купли-продажи и взыскания стоимости транспортного средства, убытков с изготовителя ООО «Эллада Интертрейд», у ФИО1 не возникло.

С таким выводом суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может, поскольку он основан на неправильном толковании и применении норм материального права.

Как следует из разъяснений п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», отношения, одной из сторон которых выступает гражданин, использующий, приобретающий, заказывающий либо имеющий намерение приобрести или заказать товары (работы, услуги) исключительно для личных, семейных, домашних, бытовых и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, а другой - организация либо индивидуальный предприниматель (изготовитель, исполнитель, продавец, импортер), осуществляющие продажу товаров, выполнение работ, оказание услуг, являются отношениями, регулируемыми Гражданским кодексом Российской Федерации, Законом Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей», другими федеральными законами и принимаемыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

При отнесении споров к сфере регулирования Закона о защите прав потребителей следует учитывать, что исходя из преамбулы Закона о защите прав потребителей и статьи 9 Федерального закона от 26 января 1996 г. № 15- ФЗ «О введении в действие части второй Гражданского кодекса Российской Федерации» правами, предоставленными потребителю Законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, а также правами стороны в обязательстве в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации пользуется не только гражданин, который имеет намерение заказать или приобрести либо заказывающий, приобретающий товары (работы, услуги), но и гражданин, который использует приобретенные (заказанные) вследствие таких отношений товары (работы, услуги) на законном основании (наследник, а также лицо, которому вещь была отчуждена впоследствии, и т.п.).

В соответствии с пунктом 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017 г., гражданин, на законном основании использующий товар исключительно для личных, семейных, домашних и иных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, которому такой товар был отчужден другим гражданином, также пользуется правами потребителя, если законом не предусмотрено иное.

Таким образом, несмотря на то, что ранее предыдущим собственником ООО «Зеленая миля» автомобиль использовался в коммерческих целях, на спорные правоотношения, возникшие между последующим его собственником ФИО1, приобретшим данный автомобиль для собственных личных нужд, не связанных с осуществлением предпринимательской деятельности, и изготовителем транспортного средства ООО «Эллада Интертрейд», вытекающие из гарантийных обязательств последнего в отношении данного товара, распространяется Закон о защите прав потребителей.

Права покупателя в случае продажи ему товара ненадлежащего качества закреплены в статье 503 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно пункту 3 которой в отношении технически сложного товара покупатель вправе потребовать его замены или отказаться от исполнения договора розничной купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы в случае существенного нарушения требований к его качеству (пункт 2 статьи 475).

Пунктом 2 статьи 475 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы или потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору, в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков).

Права потребителя при обнаружении в товаре недостатков указаны в статье 18 Закона о защите прав потребителей, согласно пункту 1 которой потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе: потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула); потребовать замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены; потребовать соразмерного уменьшения покупной цены; потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом; отказаться от исполнения договора купли- продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

При этом потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему вследствие продажи товара ненадлежащего качества. Убытки возмещаются в сроки, установленные настоящим Законом для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

В отношении технически сложного товара потребитель в случае обнаружения в нем недостатков вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за такой товар суммы либо предъявить требование о его замене на товар этой же марки (модели, артикула) или на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены в течение пятнадцати дней со дня передачи потребителю такого товара.

По истечении этого срока указанные требования подлежат удовлетворению в одном из следующих случаев: обнаружение существенного недостатка товара; нарушение установленных настоящим Законом сроков устранения недостатков товара; невозможность использования товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем 30 дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков.

Автомобили относятся к категории технически сложных товаров, перечень которых утвержден постановлением Правительства Российской Федерации от 10 ноября 2011 г. № 924.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 октября 2018 г., расторжение договора купли-продажи технически сложного товара по основанию, предусмотренному абзацем 11 пункта 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей, возможно при наличии совокупности следующих обстоятельств: невозможность в течение хотя бы одного года гарантии пользоваться автомобилем более чем 30 дней; невозможность использования обусловлена неоднократными ремонтами; устранение во время ремонтов разных недостатков товара.

С учетом изложенного вывод суда о том, что по смыслу ст. 503 и п. 1 ст. 18 Закона о защите о прав потребителей право потребителя на безвозмездное устранение недостатков товара или отказ от исполнения договора являются альтернативными требованиями, в связи с чем потребитель вправе выбрать только один из данных способов защиты своего права, а поскольку ФИО1 воспользовался своим правом на безвозмездное устранение недостатков, то не вправе требовать расторжения договора купли-продажи, основан на неправильном толковании закона.

Таким образом, первоначальные обращения с требованиями об устранении производственных недостатков автомобиля, выявленных в течение гарантийного срока, не лишают потребителя в последующем права на предъявление требований об отказе от договора купли-продажи и возврате уплаченных за товар денежных средств в связи с невозможностью использования товара в течение каждого года гарантийного срока в совокупности более чем 30 дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков, так как сама по себе передача автомобиля потребителем на ремонт не препятствует его отказу от дальнейшего использования автомобиля и возврату денежных средств, при наличии к тому оснований, указанных в абзаце 11 пункта 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей.

При этом, при расчете 30-дневного срока, предусмотренного абзацем 11 пункта 1 статьи 18 Закона о защите прав потребителей, следует учитывать, что данная норма предполагает необходимость определения периода, когда отсутствовала возможность использовать товар (пункт 6 Обзора практики рассмотрения судами дел по спорам о защите прав потребителей, связанным с реализацией товаров и услуг, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17 октября 2018 г.).

Для вывода о наличии в товаре существенного недостатка по признаку неоднократности требуется установить наличие в товаре различных недостатков, каждый из которых не только делает данный товар не соответствующим обязательным требованиям к качеству, но и приводит к невозможности или недопустимости использования его по назначению (пункт 2 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 октября 2021 г.).

Обращаясь в суд с заявленными требованиями, истец указывал на то, что в связи с неоднократными ремонтами, у него отсутствовала возможность использования автомобиля в течение гарантийного срока в совокупности более чем 30 дней вследствие неоднократного устранения его различных недостатков, на нарушение 45-ти дневного срока ремонта в период с 29 июля 2019 г. по 17 сентября 2019 г., а также на наличие существенных недостатков в транспортном средстве, на устранение которых потребовался столь длительный ремонт.

Проверяя указанные выше доводы истца, судебная коллегия полагает их обоснованными.

Как указано выше, по заказу наряду № НеК 1910671 транспортное средство находилось на ремонте с 24 июня 2019 г. по 8 июля 2019 г. (14 дней), диагностирована неисправность двигателя (обороты ДВС не стабильны), произведена замена датчика давления воздуха (л.д. 14 т. 1).

По заказу-наряду № НеК1911410 транспортное средство находилось на ремонте с 9 июля по 17 июля 2019 г. (8 дней), установлена неисправность: не работает чип ключ автомобиля, машина ключ не видит, не открывается и не закрывается. Выявлена неисправность модуля блока SMK, произведена замена блока дистанционного управления центральным замком (л.д. 18 т. 1).

В период с 29 июля по 17 сентября 2019 г. автомобиль находился в сервисе по поводу неисправности блока управления двигателем ЕСМ. После замены ЭБУ ДВС по ЗН 19122838 12.08.2019 двигатель запустился, но присутствовал посторонний звук. При локализации звука было выявлено, что звук исходил от катализатора. По результатом осмотра выявлено разрушение катализаторов. Вероятной причиной выхода из строя катализаторов является неисправность ЭБУ ДВС, из-за которой могли быть нарушения в топливоподаче и моменте зажигания. Оценить работоспособность ЭБУ первоначально установленного на а/м не представляется возможным, так как он не выходит на связь со сканером.

В ходе разборки ДВС обнаружено следующее: в масле и поддоне ДВС и на сетке маслоприемника присутствует стружка, которая в процессе работы ДВС вместе с маслом распространились по всем масляным каналам и трущимся поверхностям ДВС. Присутствуют многочисленные задиры на распредвалах обоих ГБЦ. Задиры на стенках цилиндров и коленчатом валу. Царапины на коленных и шатунных вкладышах. Износ направляющих цепей ГРМ. Для устранения выявленных неисправностей произведена замена ЭБУ ДВС. ДВС в сборе каталитических нейтрализаторов разового монтажа (л.д. 29 т. 1).

Срок нахождения автомобиля в сервисе в период с 29 июля 2019 г. по 17 сентября 2019 г. составил 50 дней.

С доводом ответчика о том, что срок ремонта по заказу-наряду от НеК 1913724 от 17 сентября 2019 г. составил 36 дней (с 12 августа 2019 г. по 17 сентября 2019 г.), то есть в пределах 45 дней, судебная коллегия согласиться не может, поскольку несмотря на то, что в указанный выше период с 29 июля по 17 сентября 2019 г. действительно оформлялось два заказа-наряда № НеК1912836 от 12 августа 2019 г. и № НеК 1913724 от 17 сентября 2019 г., автомобиль на протяжении всего период с 29 июля 2019 г. по 17 сентября 2019 г. находился в автосервисе, так как произведенная 12 августа 2019 г. замена ЭБУ ДВС не решила проблему наличия постороннего стука двигателя, ввиду чего потребовалась его разборка с последующей заменой сборочного узла ДВС полноприводной модификации. При этом истец автомобиль из автосервиса 12 августа 2019 г. не забирал.

Всего период нахождения транспортного средства на гарантийном ремонте составил 72 дня, из них в третий год гарантии – с 1 сентября 2018 г. до 1 сентября 2019 г. - 55 дней, в четвертый год гарантии – с 1 сентября 2019 г. по 1 сентября 2020 г. – 17 дней.

При этом нахождение автомобиля на ремонте в период с 9 июля по 17 июля 2019 г. (8 дней) по причине неисправности блока дистанционного управления центральным замком, а также в период с 29 июля 2019 г. по 17 сентября 2019 г. (50 дней) по причине неисправности блоков ДВС привело к невозможности использования транспортного средства по его назначению.

Кроме того, ввиду того, что транспортное средство не заводилось, истец был вынужден дважды 23 июня 2019 г. и 29 июля 2019 г. доставлять автомобиль на эвакуаторе из г. Лабинска (места жительства) в г. Краснодар (на сервисный центр), в связи с чем понес расходы в общем размере 14000 руб., что подтверждается двумя квитанциями на сумму 7000 руб. каждая (л.д. 39 т. 1).

То обстоятельство, что на период с 13 августа 2019 г. по 17 сентября 2019 г. истцу в соответствии с требованиями п. 1 ст. 21 Закона о защите прав потребителей предоставлялся подменный автомобиль, не свидетельствует о том, что указанные выше технические неисправности не являлись существенными и позволяли ФИО1 эксплуатировать принадлежащий ему автомобиль.

При таком положении, судебная коллегия приходит к выводу о том, что поскольку в период гарантийного срока в автомобиле истца выявлялись различные недостатки, наличие которых привело к невозможности его использования на протяжении 55 дней в течении третьего года гарантийного срока (2019 г.), при этом для устранения недостатка ДВС срок проведения ремонта превысил предельный 45 дневый срок, установленный п. 1 ст. 20 Закона о защите прав потребителей, и данный недостаток являлся существенным, так как не мог быть устранен без несоразмерной затраты времени (подп. «в» п. 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей"), то в соответствии с п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей истец имеет право на отказ от исполнения договора купли-продажи.

С учетом изложенного, решение суда первой инстанции подлежит отмене, как вынесенное в связи с нарушением норм материального права.

Вместе с тем, предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ нарушений норм процессуального права судом первой инстанции допущено не было, в связи с чем оснований для рассмотрения настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции без учета особенностей, установленных главой 39 ГПК РФ, не имеется.

Довод жалобы истца о том, что суд вынес оспариваемое решение якобы в процессе подготовки дела к судебному заседанию, противоречит приведенным выше сведениям о нахождении данного дела в производстве суда общей юрисдикции с 22 января 2020 г. (первоначально Советского районного суда г. Краснодара, и с 1 сентября 2021 г. – в производстве Центрального районного суда г. Калининграда).

Само по себе то обстоятельство, что настоящее дело было принято к производству судьей Стефанской Н.В., а затем в связи с отставкой последней 22 апреля 2022 г. было передано на рассмотрение судье Стома Д.В., не свидетельствует о необходимости проведения подготовки дела к судебному разбирательству с самого начала в соответствии ч. 2 ст. 147 ГПК РФ, и нарушению установленного ч. 2 ст. 157 ГПК РФ принципа устности и непосредственности судебного разбирательства, как ошибочно полагает податель жалобы.

Из материалов дела видно, что после принятия дела к производству судьей было назначено судебное заседание на 17 мая 2022 г., в котором представитель истца ФИО1 – ФИО3 участвовал посредством видеоконференц-связи, заявлял ходатайство о назначении экспертизы, при этом до указанной даты 3 мая 2022 г. письменная правовая позиция истца поступила в суд.

Поскольку судебная коллегия не усматривает оснований для рассмотрения настоящего дела по правилам производства в суде первой инстанции, то в силу ч. 4 ст. 327.1 ГПК РФ новые требования, заявленные ФИО1 в указанном выше уточненном иске от 10 марта 2023 г., а также увеличение исковых требований от 23 августа 2023 г., не подлежат принятию и рассмотрению судом апелляционной инстанции по существу.

Разрешая исковые требования, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

В силу п. 3 ст. 18 Закона о защите прав потребителей потребитель вправе предъявить требования, указанные в абзацах втором и пятом пункта 1 настоящей статьи, изготовителю, уполномоченной организации или уполномоченному индивидуальному предпринимателю, импортеру.

Вместо предъявления этих требований потребитель вправе возвратить изготовителю или импортеру товар ненадлежащего качества и потребовать возврата уплаченной за него суммы.

В отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы (п. 6 ст. 18 Закона).

В соответствии со ст. 22 Закона о защите прав потребителей требования потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

Как указано выше, 19 сентября 2019 г. ООО «Эллада Интертрейд» получило претензию истца о возврате автомобиля, находившегося на ремонте в сервисном центре у официального дилера, и выплате уплаченных за него денежных средств, однако на данную претензию ни в 10-ти дневный срок, то есть до 29 сентября 2019 г., ни в какой-либо иной срок ответа не направило.

Несмотря на то, что ремонт автомобиля 17 сентября 2019 г. был завершен и истцом подписан заказ-наряд № НеК 1913724 от 17 сентября 2019 г., однако транспортное средство ФИО1 до 9 октября 2019 г., то есть до истечения сроков ответа на претензию, у официального дилера ООО «Хендэ Центр Краснодар» не забирал (л.д. 177 т. 2).

При таких обстоятельствах и на основании приведенных выше норм закона исковые требования ФИО1 об отказе от исполнения договора купли-продажи, возврате транспортного средства и взыскании с ООО «Эллада Интертрейд» уплаченных за него денежных средств в размере 1 450 000 руб. подлежат удовлетворению.

В силу п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей ФИО1 обязан вернуть автомобиль ответчику.

Доводы ответчика о том, что поскольку истец продал транспортное средство в ходе рассмотрения дела, то его требования о расторжении договора и возврате его стоимости не подлежат удовлетворению, судебная коллегия полагает необоснованными.

По запросу судебной коллегии истцом представлена нотариально заверенная копия ПТС на автомобиль, согласно которой 18 февраля 2023 г. Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, 2016 года, госномер № был поставлен на учет за ФИО4, однако 28 февраля 2023 г. в ПТС внесена запись о том, что собственником данного транспортного средства является ФИО1 на основании договора купли-продажи от 28 февраля 2023 г., заключенного между ФИО4 и ФИО1 Также представлен и данный договор, в котором указана цена автомобиля 1450000 руб. (л.д. 145-147 т. 4).

Из письменных объяснений ФИО1 следует, что в феврале 2023 г. он в силу семейных обстоятельств был вынужден на короткий срок переоформить автомобиль на другое лицо, ввиду чего действительно в течении 10 дней автомобиль был зарегистрирован на ФИО4, однако с 28 февраля 2023 г. автомобиль находится в его собственности (л.д. 143 т. 4).

Согласно ответам МРЭО ГИБДД по Краснодарскому краю от 19 и 25 мая 2023 г. в период с 26 апреля 2019 г. по 18 февраля 2023 г. вышеуказанный автомобиль был зарегистрирован за ФИО1; 18 февраля 2023 г. прекращена регистрация в связи со сменой собственника (ФИО4). (л.д.167-171 т. 4).

Как указано выше, 28 февраля 2023 г., то есть спустя 10 дней, автомобиль вновь был продан ФИО4 и передан по акту приема-передачи ФИО1, с внесением соответствующей записи в ПТС, что подтверждается нотариально удостоверенной копией ПТС (л.д. 145-146 т. 4).

В период с 28 февраля 2023г. до 7 июля 2023 г. автомобиль не был поставлен собственником ФИО1 на регистрационный учет.

Согласно ответу МРЭО ГИБДД по Краснодарскому краю от 21.07.2023 г. автомобиль Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, 2016 года, поставлен на учет за ФИО1 7 июля 2023 г. с регистрационным номером <***>.

Истцом ФИО1 представлены в материалы дела копии ПТС № и свидетельства о регистрации №, согласно которым 7 июля 2023 г. указанный выше автомобиль зарегистрирован за ФИО1 с регистрационным знаком №.

Таким образом, объективных препятствий для выполнения истцом обязательства по передаче ответчику автомобиля не имеется.

Само по себе то обстоятельство, что в ходе судебного разбирательства истцом на короткий срок было произведено переоформление автомобиля на другое лицо, с последующим возвращением в свою собственность, не может служить основанием для отказа в удовлетворении требований о возврате автомобиля и взыскании его стоимости с изготовителя, поскольку, как уже отмечено выше, исходя из разъяснений Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 № 17, п. 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26 апреля 2017, правами потребителя, предоставленными потребителю Законом и изданными в соответствии с ним иными правовыми актами, пользуется и гражданин, которому вещь была отчуждена впоследствии.

Кроме того, в результате незаконных действий ответчика, отказавшегося от принятия автомобиля истца до 9 октября 2019 г., последний не может быть органичен или каким-либо иным образом ущемлен в реализации своих прав собственника на него.

Согласно п. 1 ст. 23 Закона о защите прав потребителей за нарушение предусмотренного ст. 22 настоящего Закона сроков продавец (изготовитель) уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Цена товара определяется, исходя из его цены, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером), в день добровольного удовлетворения такого требования или в день вынесения судебного решения, если требование добровольно удовлетворено не было.

Как разъяснено в п. 32, 34 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», вышеуказанная неустойка взыскивается за каждый день просрочки без ограничения какой-либо суммой. Размер неустойки определяется судом исходя из цены товара, существовавшей в том месте, в котором требование потребителя должно было быть удовлетворено продавцом (изготовителем, исполнителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) на день вынесения решения.

Таким образом период просрочки составит с 30 сентября 2019 г. по 12 сентября 2023 г. (дату рассмотрения дела судом апелляционной инстанции).

В указанный выше период Постановлениями Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. N 428 и № 497 от 28 марта 2022 г. «О введении моратория на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами» вводился мораторий на возбуждение дел о банкротстве на период с 6 апреля 2020 г. на срок 6 месяцев и на период с 1 апреля 2022 г. на срок 6 месяцев.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" для обеспечения стабильности экономики в исключительных случаях (при чрезвычайных ситуациях природного и техногенного характера, существенном изменении курса рубля и подобных обстоятельствах) Правительство Российской Федерации вправе ввести мораторий на возбуждение дел о банкротстве по заявлениям, подаваемым кредиторами, на срок, устанавливаемый Правительством Российской Федерации.

В акте Правительства Российской Федерации о введении моратория могут быть указаны отдельные виды экономической деятельности, предусмотренные Общероссийским классификатором видов экономической деятельности, а также отдельные категории лиц и (или) перечень лиц, пострадавших в результате обстоятельств, послуживших основанием для введения моратория, на которых распространяется действие моратория.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 декабря 2020 года N 44 "О некоторых вопросах применения положений статьи 9.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что целью введения моратория, предусмотренного указанной статьей, является обеспечение стабильности экономики путем оказания поддержки отдельным хозяйствующим субъектам.

В силу подпункта 2 пункта 3 статьи 9.1 Закона о банкротстве на срок действия моратория в отношении должников, на которых он распространяется, наступают последствия, предусмотренные абзацами пятым и седьмым - десятым пункта 1 статьи 63 названного закона.

В частности, не начисляются неустойки (штрафы, пени) и иные финансовые санкции за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежных обязательств и обязательных платежей, за исключением текущих платежей (абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

Как разъяснено в пункте 7 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, в период действия моратория проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, неустойка (статья 330 Гражданского кодекса Российской Федерации), пени за просрочку уплаты налога или сбора (статья 75 Налогового кодекса Российской Федерации), а также иные финансовые санкции не начисляются на требования, возникшие до введения моратория, к лицу, подпадающему под его действие (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве). В частности, это означает, что не подлежит удовлетворению предъявленное в общеисковом порядке заявление кредитора о взыскании с такого лица финансовых санкций, начисленных за период действия моратория. Лицо, на которое распространяется действие моратория, вправе заявить возражения об освобождении от уплаты неустойки (подпункт 2 пункта 3 статьи 9.1, абзац десятый пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве) и в том случае, если в суд не подавалось заявление о его банкротстве.

Ответчик не относится к лицам, к которым введенные Постановлениями № 428 N 497 моратории не применяются.

Однородные по своей юридической природе отношения должны регулироваться одинаковым образом; конституционному принципу равенства противоречит любая дискриминация, то есть такие устанавливаемые законом различия в правах и свободах, которые в сходных обстоятельствах ставят одну категорию лиц в менее благоприятные (или, наоборот, более благоприятные) условия по сравнению с другими категориями (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 24.05.2001 N 8-П, от 03.06.2004 N 11-П, от 15.06.2006 N 6-П, от 16.06.2006 N 7-П, от 05.04.2007 N 5-П, от 25.03.2008 N 6-П, от 26.02.2010 N 4-П и от 14.07.2011 N 16-П, Определение от 07.06.2001 N 141-О).

Такой подход соотносится с принципом юридического равенства регулирования сходных отношений (статья 19 Конституции Российской Федерации), в том числе обуславливающим соблюдение баланса интересов сторон.

Принятие названных выше Постановлений с учетом положений статьи 9.1 Закона о банкротстве обусловлено необходимостью поддержки российской экономики и предполагает помощь всем субъектам экономического оборота.

Поскольку общая экономическая направленность мер по поддержке российской экономики, принимаемых Правительством Российской Федерации, предполагает помощь всем активно участвующим в гражданском обороте субъектам, то на них распространяется принцип юридического равенства, в связи с чем никто из них не должен оказаться в менее выгодном положении по сравнению с теми участниками экономических и гражданских отношений, на которых распространяется освобождение от уплаты финансовых санкций в период вводившихся Постановлениями № 428 и № 497 мораториев.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации в их совокупности следует, что на период действия моратория прекращается начисление неустоек (штрафов и пеней) и иных финансовых санкций за неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежных обязательств и обязательных платежей по требованиям, возникшим до введения моратория, в том числе в отношении юридических и физических лиц в отсутствие заявления о признании их банкротами.

С учетом изложенного с периода 30 сентября 2019 г. по 12 сентября 2023 г. (дату рассмотрения дела судом апелляционной инстанции) подлежит исключению период продолжительностью 12 месяцев. (2 моратория по 6 месяцев каждый.)

Таким образом неустойка за указанный выше период составит 15616500 руб. из расчета (1 450 000 руб. х 1% х 1077 дней = 15616500 руб.).

Ответчиком в письменных возражениях от 7 декабря 2021 г. заявлено о применении ст. 333 ГК РФ к размеру неустойки и штрафа по мотиву явной несоразмерности уплаченной за автомобиль цене (л.д. 57-68 т. 2).

Судебная коллегия находит доводы ответчика заслуживающими внимание.

В силу ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности, в случае просрочки исполнения.

Согласно положениям ст. 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 № 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», применение ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

В п. 69 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (п. 1 ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В силу разъяснений, содержащихся в п. 71 названного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации, если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (п. 1 ст. 2, п. 1 ст. 6, п. 1 ст. 333 ГК РФ).

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 74 этого же постановления, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (п.п. 3, 4 ст. 1 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2000 N 263-О, положения п. 1 ст. 333 ГК РФ являются одним из правовых способов защиты от злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть по существу способом реализации требования ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, согласно которому осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.

Именно поэтому в п. 1 ст. 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а, по существу, о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае, исходя из установленных по делу обстоятельств. Следовательно, неустойка представляет собой меру ответственности за нарушение исполнения обязательств, носит воспитательный и карательный характер для одной стороны и одновременно компенсационный, то есть является средством возмещения потерь, вызванных нарушением обязательства, для другой стороны.

Степень соразмерности заявленной истцом неустойки, а также штрафа, последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, оценка относится к компетенции суда, рассматривающего дело. При этом суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба.

Оценив соразмерность предъявленной к взысканию истцом суммы неустойки (15616500 руб.), сопоставив данный размер со сроком нарушения возврата денежных средств (почти 3 года ) и ценой автомобиля в размере 1450 000 руб., уплаченной истцом за автомобиль, а также приняв во внимание, что на протяжении всего периода времени, начиная с 30 сентября 2019 г. и до настоящего времени истец активно эксплуатирует транспортное средство, при этом на пятом году гарантийного срока (в период с 01.09.2020 г. по 31.08.2021 г.) по заказу истца 20 августа 2021 г. по гарантийному ремонту производилась замена крышки наружной ручки двери, замена АКПП в сборе, замена подушки водительского сидения, судебная коллегия, учитывая характер и последствия допущенного ответчиком нарушения, объем нарушенных прав истца, имевших место более 4 лет назад, принципы разумности и справедливости, баланс интересов сторон, приходит к выводу о необходимости снижения подлежащей взысканию с ответчика в пользу истца неустойки до 400000 руб.

Такой размер неустойки не нарушает прав истца, так как при снижении неустойки судебной коллегией учтены требования п. 6 ст. 395 ГК РФ, соответственно подлежащая взысканию неустойка - 400000 руб. не является менее суммы определенной исходя из ставки, указанной в п. 1 ст. 395 ГК РФ.

Как разъяснено в п. 66 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», в случае отказа потребителя от исполнения договора купли-продажи ввиду обнаружения недостатков в переданном по договору товаре обязательство продавца по уплате неустойки сохраняется до момента возврата продавцом уплаченной за товар суммы (статья 22, пункт 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей).

Из разъяснений п. 65 вышеуказанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 N 7 следует, что по смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства. Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве).

Учитывая приведенные выше положения ст.ст. 18, 21, 23 Закона о защите прав потребителей, ст. 330 ГК РФ и актов об их толковании, судебная коллегия полагает подлежащими удовлетворению исковые требования о взыскании с ответчика в пользу истца неустойки за невыполнение требований потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы в размере 1% цены товара, подлежащей начислению на сумму 1450000 руб., начиная с 13 сентября 2023 г. и по день фактического исполнения обязательства.

Разрешая исковые требования в части взыскания разницы между ценой товара, установленной договором купли-продажи от 10.04.2019 г. и ценой соответствующего товара на момент вынесения решения судом, судебная коллегия учитывает следующие обстоятельства.

В соответствии с п. 4 ст. 24 Закона о защите прав потребителей при возврате товара ненадлежащего качества потребитель вправе требовать возмещения разницы между ценой товара, установленной договором, и ценой соответствующего товара на момент добровольного удовлетворения такого требования или, если требование добровольно не удовлетворено, на момент вынесения судом решения.

Из материалов дела следует, что наряду с иными исковыми требованиями истцом предъявлено требование о взыскании убытков в виде разницы между ценой товара, установленной договором и ценой соответствующего товара на момент вынесения решения судом в размере 1 600 000 руб. из расчета: (3050000 руб. (стоимость нового автомобиля Hyundai Genesis G80 в 2020 г.) – 1450000 руб. (цена, уплаченная истцом по договору купли-продажи от 10 апреля 2019 г. за покупку автомобиля «Hyundai Genesis», 2016 года выпуска) = 1600000 руб.).

В обоснование данного требования истец представил заключение ООО «Оценка и Право» № 03-67 от 11.03.2020 г., согласно которому на момент проведения исследования на рынке имеется автомобиль, аналогичный автомобилю «Hyundai Genesis», г.р.з. №, VIN – №. Аналогом, соответствующим объекту исследования, является автомобиль Hyundai Genesis G80. Средняя рыночная стоимость нового автомобиля Hyundai Genesis G80, аналогичного автомобилю Hyundai Genesis, г.р.з. №, VIN – №, на момент проведения исследования в марте 2020 г. составляет 3050000 руб. (л.д. 107-122 т.1).

В ходе судебного разбирательства в суд первой инстанции ответчик представил акт экспертного исследования АНО «Институт экспертизы средств транспорта» № 121/2021 от 5 декабря 2021 г., согласно которому транспортные средства Genesis G80, 2020 модельного года, относящемуся ко 2-ому поколению, выпускаемых за период с 2020 года по настоящее время, не являются идентичными (аналогичными) транспортному средству Hyundai Genesis, VIN – №, 2016 года выпуска.

Рыночная стоимость транспортного средства, соответствующего исследуемому транспортному средству Hyundai Genesis, VIN – №, по комплектации, сроку службы и пробегу на дату его приобретения ФИО1 (10 апреля 2019 года), по состоянию на 5 декабря 2021 года (момент проведения исследований) округленно составляет 1700400 руб. (л.д.92-117 т. 2).

При повторном рассмотрении дела в суд апелляционной инстанции истец представил заключение АНО «Краевая Коллегия Судебных Экспертиз» № 01-23 от 10 февраля 2023 г., из которого следует, что на момент проведения экспертного исследования в свободной продаже новых транспортных средств отсутствуют автомобили Hyundai Genesis, ввиду замены данных транспортных средств в отдельный бренд Genesis. В связи с тем, что Hyundai Genesis 3.0 AT AWD Advance в продаже отсутствует, по техническим характеристикам и параметрам автомобилю Hyundai Genesis 3.0 AT AWD Advance соответствует автомобиль Genesis G80, 2022 года. Стоимость наиболее приближенного по техническим характеристикам, и параметрам нового транспортного средства Genesis G80, на момент проведения экспертного исследования в феврале 2023 г. составляет 7061294 руб. (л.д. 4-34 т. 4).

Таким образом, истцом представлены заключения, содержащие сведения о стоимости новых транспортных средств в 2020 г. и 2023 г., выпускаемых заводом-изготовителем после 2017 г. взамен модели Hyundai Genesis.

В ходатайстве о проведении экспертизы истец также настаивал на том, что подлежит определению рыночная стоимость нового автомобиля 2023 года выпуска, аналогичного приобретенному им Hyundai Genesis, 2016 года выпуска.

Однако с обоснованностью постановки на разрешение эксперту вопроса, сформулированного истцом, коллегия не согласилась по следующим основаниям.

При рассмотрении требований потребителя о возмещении убытков, связанных с возвратом товара ненадлежащего качества, суд действительно вправе удовлетворить требование потребителя о взыскании разницы между ценой такого товара, установленной договором купли-продажи, и ценой аналогичного товара на время удовлетворения требований о взыскании уплаченной за товар ненадлежащего качества денежной суммы.

При применении данных норм права и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации согласно правовой позиции, изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 26 ноября 2019 г. № 32-КГ19-29 по делу № 2-3078/2018 г., необходимо учитывать следующее.

Положения пункта 4 статьи 24 Закона о защите прав потребителей направлены на защиту интересов потребителя и реализацию возможности потребителя приобрести товар, соответствующий тому, в котором был обнаружен дефект, возникший по вине изготовителя.

Обстоятельства, связанные, в частности, с тем, что спорный товар больше не реализуется или не поставляется по причине снятия с производства, не могут являться основанием для отказа в удовлетворении иска, предъявленного в силу положений статьи 24 Закона о защите прав потребителей, и не могут лишать потребителя возможности восстановить свое нарушенное право в связи с продажей ему товара ненадлежащего качества.

Рассматривая требование о взыскании разницы между ценой товара, установленной договором купли-продажи, и ценой товара, являющегося аналогичным ранее приобретенному, следует исходить из того, что в случае отсутствия к моменту разрешения спора точно такого же товара - такой же комплектации, модификации и т.д. - подлежащая взысканию в пользу потребителя указанная разница в цене должна определяться с учетом цены товара, наиболее приближенного по техническим характеристикам и параметрам к ранее приобретенному.

Принимая во внимание приведенные выше разъяснения Верховного суда и учитывая, что истец приобрел в 2019 г. по договору купли-продажи автомобиль 2016 года выпуска, то есть бывший в эксплуатации в течении трех лет, имевший значительный эксплуатационный износ вследствие нахождения в пользовании в течении 2, 5 лет у лизингодателя ООО «Зеленая миля», то при предъявлении требований о взыскании убытков, подлежит определению рыночная стоимость аналогичного товара, а не нового транспортного средства (2023 года выпуска).

При таких обстоятельствах, судебная коллегия удовлетворила ходатайство истца и назначила по делу судебную экспертизу для определения рыночной стоимости транспортного средства, наиболее приближенного по техническим характеристикам и параметрам (по комплектации, сроку службы и пробегу) к приобретенному 10 апреля 2019 г. истцом ФИО1 автомобилю Hyundai Genesis, 2016 года выпуска, со сроком эксплуатации 3 года.

Согласно заключению эксперта ООО «Бюро судебных экспертиз» № 45608 от 13 июня 2023 г. в настоящее время стоимость автомобиля, соответствующего автомобилю Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, 2016 года выпуска, с теми же характеристиками, которые имелись у последнего на дату приобретения 10 апреля 2019 г. собственником ФИО1, определить не представляется возможным, поскольку выпуск автомобиля Hyundai Genesis второго поколения был прекращен в начале 2017 года, а на рынке автотранспортных средств отсутствуют предложения по продажам таких автомобилей с трехлетним сроком эксплуатации.

Стоимость автомобиля, наиболее приближенного по техническим характеристикам и параметрам к автомобилю Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, 2016 года выпуска c трехлетним сроком эксплуатации, составляет 3375000 руб.

Заключение судебной экспертизы соответствует требованиям ч. 1 ст. 79, ч. 1 ст. 85, ч. 2 ст. 86 ГПК РФ, при ее назначении и проведении соблюдены требования ст. ст. 79 - 87 ГПК РФ, эксперт ООО «Бюро судебных экспертиз» ФИО5 предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, в экспертном заключении имеется соответствующая подпись эксперта об ответственности по ст. 307 УК РФ. К заключению приложены документы о высшем техническом образовании; диплом о профессиональной переподготовке Московского государственного технического университета «МАМИ» по программе «Оценка стоимости машин, оборудования и транспортных средств», квалификационный аттестат в области оценочной деятельности (действует до 18.06.2024 г.) (л.д. 195-197 т. 4).

Исследовательская часть заключения подробна и мотивированна, содержит подробную информацию о том, по каким техническим параметрам (характеристикам) проводилось сравнительное исследование объекта оценки - автомобиля истца Hyundai Genesis и его аналогов.

Из заключения следует, что по основным признакам, параметрам и функциональным свойствам (класс автомобиля, тип, габаритные размеры, конструкция привода ведущих колес, тип двигателя, мощность двигателя) наиболее приближенным к автомобилю истца Hyundai Genesis (выпуска 2013-2016 г) является транспортное средство Genesis G80 (выпуска 2016-2020 г).

В качестве сравнительных аналогов для определения рыночной стоимости экспертом использовались цены на автомобили Genesis G80, 2020 года выпуска (как имеющие трехлетний срок эксплуатации по состоянию на дату проведения экспертного исследования – июнь 2023 г.), указан диапазон цен 3285000 руб. – 3465000 руб.

Оснований сомневаться в достоверности выводов судебной экспертизы не имеется.

Ходатайство истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы с постановкой на разрешение эксперта вопроса об определении рыночной стоимости нового автомобиля подлежит отклонению, поскольку предусмотренных ч. 2 ст. 87 ГПК РФ оснований для ее проведения не имеется.

Несогласие истца с выводами эксперта, со ссылкой на то, что перед экспертом был поставлен некорректный вопрос об установлении стоимости аналогичного автомобиля с трехлетним сроком эксплуатации, не может служить основанием для проведения повторной экспертизы, поскольку основано на неверном толковании ст. 24 Закона.

Позиция истца о том, что на день вынесения решения может быть определена только стоимость нового транспортного средства, а не бывшего в эксплуатации 3 года, является ошибочной.

С учетом изложенного судебная коллегия определяет разницу между ценой автомобиля Hyundai Genesis, 2016 г., уплаченной истцом по договору купли-продажи от 10.04.2019 г., и ценой автомобиля, являющегося аналогичным ранее приобретенному ( Genesis G80, 2020 года выпуска) в размере 3375000 руб. – 1450000 руб. = 1925000 руб.

В соответствии с п. 4 ст. 24 Закона о защите прав потребителей с ответчика в пользу истца подлежит взысканию разница между ценой автомобиля на момент его покупки и ценой соответствующего автомобиля на момент вынесения решения судом апелляционной инстанции в размере 1925000 руб.

Взыскание в указанном выше размере судебная коллегия не расценивает как выход за пределы исковых требований ( в уточненном иске от 19 января 2022 г. истец первоначально просил взыскать разницу в сумме 1600000 руб.), поскольку истец заявлял в суде первой инстанции ходатайство о проведении судебной экспертизы для определения рыночной стоимости транспортного средства, соответствующего приобретенному им, в удовлетворении которого судом первой инстанции было отказано.

Таким образом, поскольку экспертиза была проведена только в суде апелляционной инстанции при повторном апелляционном рассмотрении, при этом разница в цене определена на основании заключения эксперта, то ее превышение над размером первоначально заявленного искового требования (по состоянию на январь 2022 г.), не является нарушением ч. 3 ст. 196 ГПК РФ.

Также на основании п. 1 ст. 18 Закона о защите прав потребителей, ст. 15 ГК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы на оплату услуг эвакуатора в размере 14000 руб.

Между тем, законных оснований для взыскания с ответчика в пользу истца стоимости зимней резины в размере 42000 руб. не имеется, поскольку расходы на покупку зимней резины не состоят в прямой причинно-следственной связи с выявленными техническими неисправностями транспортного средства. Кроме того, на протяжении четырех лет с 2019 г. по 2023 г. истец имел возможность эксплуатировать данную резину.

Как разъяснено в п.16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" в случаях, если законом предусмотрена обязанность ответчика компенсировать моральный вред в силу факта нарушения иных прав потерпевшего (например, статья 15 Закона Российской Федерации "О защите прав потребителей"), при доказанности факта нарушения права гражданина (потребителя) отказ в удовлетворении требования о компенсации морального вреда не допускается.

В соответствии с п. 45 Постановления Пленума ВС РФ от 28.06.2012 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» достаточным условием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда является установленный факт нарушения прав потребителя.

Поскольку судебной коллегией установлена незаконность действий ответчика, отказавшего в удовлетворении требований потребителя о возврате стоимости некачественного транспортного средства в период его гарантийного срока эксплуатации, то исковые требования в части компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

При определении размера компенсации морального вреда судебная коллегия в соответствии с п. 1 ст. 1101 ГК РФ, разъяснениями Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" учитывает конкретные обстоятельства настоящего дела, степень вины ответчика в нарушении срока исполнения обязательства по возврату денежных средств за товар, характер и степень перенесенных истцом в связи с этими обстоятельствами нравственных страданий, острота которых сгладилась по прошествии четырех лет с момента допущенного ответчиком нарушения, при том, что на протяжении всего этого времени истец в полном объеме реализует права собственника в отношении автомобиля, в том числе эксплуатируя последний, индивидуальные особенности личности истца, а также принимает во внимание принципы разумности и справедливости, в связи с чем полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 10000 руб.

Согласно с п. 6 ст. 13 Закона РФ «О защите прав потребителей» при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

По настоящему делу размер штрафа составит 1899500 руб. из расчета: (1450000 руб. (цена автомобиля) + 400000 руб. (неустойка) + 1925000 руб. (разница в цене) + 14000 руб. (услуги эвакуатора) + 10000 руб. (компенсация морального вреда) = 3789000 руб.) х 50% = 1899500 руб.)

Поскольку штраф, наряду с неустойкой, является мерой гражданско-правовой ответственности, носит компенсационный характер, направлен на восстановление прав, нарушенных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательств, не должен служить средством обогащения, а потому должен быть соразмерен последствиям нарушения обязательства, судебная коллегия при определении его размера учитывает названное выше заявление ответчика о его снижении, а также, руководствуясь приведенными выше мотивами о применении положений ст. 333 ГК РФ, считает необходимым снизить штраф до 300000 руб.

С учетом изложенного с ответчика в пользу истца подлежит взысканию штраф в размере 300000 руб.

Общий размер подлежащих взысканию с ответчика в пользу истца штрафных санкций (неустойки и штраф) составляет 700000 руб., то есть почти половина стоимости приобретенного истцом бывшего в эксплуатации автомобиля, что по мнению судебной коллегии является соразмерным и разумным применительно к последствиям нарушенного обязательства.

Разрешая требования в части судебных расходов, судебная коллегия учитывает положения ч. 1 ст. 88 ГПК РФ, согласно которой судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии со ст. 94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся суммы, подлежащие выплате специалистам, экспертам, расходы на оплату услуг представителей, другие признанные судом необходимые расходы.

Согласно ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса.

Как разъяснено в п.10 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Принимая во внимание, что на основании нотариальной доверенности от 5 июня 2018 г., выданной представителю ФИО3, последний на протяжении всего срока действия доверенности, составлявшего 3 года, (действие доверенности прекратилось 18 июня 2021 г.), представлял интересы истца по настоящему делу, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данная доверенность была выдана для ведения конкретного дела, в связи с чем полагает подлежащими удовлетворению требования в части взыскания расходов в размере 2100 руб., потраченных истцом на ее нотариальное оформление (л.д. 40 т. 1).

Также с ответчика в пользу истца подлежит взысканию уплаченная им при подаче иска госпошлина в размере 18 895 руб. (была уплачена истцом при подаче иска на сумму свыше 1 млн. руб. с учетом положений п. 3 ст. 333.36 НК РФ).

На основании ч. 1 ст. 103 ГПК РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию госпошлина в размере 8550 руб. из расчета: ( 3789000 руб. – 1000000 руб.) х 0,5% + 13200 руб. = 27145 руб. + 300 руб. (по требованию от компенсации морального вреда) = 27445 руб. - 18895 руб. = 8550 руб.

Вместе с тем, заявляя требования о взыскании расходов на оплату юридических услуг в размере 60000 руб. и ссылаясь в приложении к иску на наличие договора на оказание юридических услуг, истец данные доказательства (ни сам договор, ни документы, подтверждающие оплату на сумму 60000 руб.) в материалы дела не представил, в связи чем судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения данных требований.

Однако такой отказ не лишает истца права обратиться с заявлением в суд первой инстанции о взыскании судебных расходов в порядке ст. 103.1 ГПК РФ, представив соответствующие доказательства несения судебных расходов на всех стадиях рассмотрения настоящего дела.

Кроме того, поскольку судебная экспертиза была назначена по ходатайству истца, расходы на проведение которой последний просил возложить на ответчика, а ответчик отказался нести такие расходы, возражая против проведения экспертизы, при этом без проведения экспертизы спор не мог быть разрешен по существу, судебная коллегия при вынесении определения о назначении экспертизы предварительно возложила ее оплату за счет средств федерального бюджета, с последующим распределением понесенных расходов в соответствии с процессуальным законом.

За проведение экспертизы Калининградским областным судом уплачено 50000 руб.

На основании ч. 6 ст. 98 ГПК РФ с ответчика в доход федерального бюджета подлежат взысканию расходы за проведение экспертизы в размере 50000 руб.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, п. 4 ч. 1 ст. 330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Центрального районного суда г. Калининграда от 17 мая 2022 года отменить и вынести новое, которым иск ФИО1 (паспорт <...> выдан Отделом УФМС России по Краснодарскому краю в Курганинском районе 14.05.2009 г., код подразделения 230-040) к ООО «Эллада Интертрейд» (ОГРН <***>) о взыскании стоимости товара, неустойки, разницы в стоимости товара, штрафа, компенсации морального вреда, судебных расходов удовлетворить частично.

Взыскать с ООО «Эллада Интертрейд» в пользу ФИО1 уплаченные по договору купли-продажи от 10 апреля 2019 г. за автомобиль Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, денежные средства в размере 1450000 руб., разницу между ценой автомобиля на момент его покупки и ценой соответствующего автомобиля на момент вынесения решения в размере 1925000 руб., неустойку за невыполнение требований потребителя о возврате уплаченных за товар денежных средств за период с 30 сентября 2019 г. по 12 сентября 2023 г. в размере 400000 руб., расходы по оплате услуг эвакуатора в размере 14000 руб., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб., штраф в пользу потребителя в размере 300000 руб., судебные расходы в размере 2100 руб., расходы по уплате госпошлины в размере 18 895 руб., а всего – 4119995 руб., в удовлетворении остальной части иска отказать.

Взыскать с ООО «Эллада Интертрейд» в пользу ФИО1 неустойку за невыполнение требований потребителя о возврате уплаченной за товар денежной суммы в размере 1% цены товара, подлежащей начислению на сумму 1450000 руб., начиная с 13 сентября 2023 г. и по день фактического исполнения обязательства.

Обязать ФИО1 в течении 30 дней вернуть изготовителю ООО «Эллада Интертрейд» автомобиль Hyundai Genesis, идентификационный номер VIN – №, ПТС на автомобиль и свидетельство о регистрации транспортного средства.

Взыскать с ООО «Эллада Интертрейд» в доход федерального бюджета расходы за проведение судебной экспертизы в размере 50000 руб.

Взыскать с ООО «Эллада Интертрейд» в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 8550 руб.

Апелляционное определение составлено в окончательной форме 18 сентября 2023 г.

Председательствующий

Судьи