Решение по делу № 2-324/2023 от 16.05.2023 - о признании сделок по отчуждению земельных участков недействительными и встречному иску <ФИО> <ФИО> к Басимовой <ФИО> о признании добросовестным приобретателем.

Дело № 2-324/2023

УИД 0

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Уфа 16 мая 2023 года

Уфимский районный суд Республики Башкортостан в составе:

председательствующей судьи Вахитовой Д.М.,

при секретаре Кагировой К.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по заявлению Басимовой ФИО28 к Крестьянскому хозяйству Басимова ФИО29, ФИО1 ФИО30, ФИО1 ФИО31, ФИО1 ФИО32, Басимовой ФИО33, ФИО4 ФИО34, ФИО6 ФИО35 о признании сделок по отчуждению земельных участков недействительными и встречному иску ФИО4 ФИО36 к Басимовой ФИО37 о признании добросовестным приобретателем,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 обратилась в суд с иском Крестьянскому хозяйству Басимова ФИО38, ФИО1 ФИО39, ФИО1 ФИО40, ФИО1 ФИО41, Басимовой ФИО42, ФИО4 ФИО43, ФИО6 ФИО44 о признании недействительными договора купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО4 ФИО45 об отчуждении 71/100 доли земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:213; договора купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО4 ФИО46 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:214; договора купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО4 ФИО47 об отчуждении 811/1000 доли земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:205; договора купли-продажи от 18.08.2015 заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО6 ФИО48 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:212; договора купли-продажи от 20.02.2016 заключенного между ФИО4 ФИО50 и ФИО6 ФИО49 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:214; соглашения от 23.04.2016 заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>), ФИО4 ФИО51 и ФИО6 ФИО52 о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:202, 02:47:050901:205, 02:47:050901:212, 02:47:050901:213; договора купли-продажи от 15.09.2016 заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО6 ФИО54 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:250; договора дарения от 16.11.2016 заключенного между ФИО1 ФИО53 и Басимовой ФИО55 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:251; договора дарения от 12.01.2017 года заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО1 ФИО56 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:248; договора дарения от 12.01.2017 года заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО1 ФИО59 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:246; договора дарения от 12.01.2017 заключенного между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО1 ФИО57 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:245; соглашения от 22.02.2019 заключенного между ФИО1 ФИО58, ФИО4 ФИО60, ФИО6 ФИО61 и Басимовой ФИО62 о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:251 и 02:47:050901:253, на том основании, что истец является членом Крестьянского хозяйства ФИО3 с 1991 года. Крестьянскому хозяйству ФИО3 с 2012 года на праве собственности принадлежал земельный участок площадью 150 000 кв.м., который был разделен, продан и подарен по частям иным лицам вторым членом крестьянского хозяйства и одновременно его главой ФИО3 в ущерб правам и законным интересам юридического лица. Полагает, что сделки совершены при отсутствии реальной деловой цели, равноценного встречного представления, на невыгодных для Крестьянского хозяйства ФИО3 условиях, и причинили Крестьянскому хозяйству ФИО3 ущерб, поскольку в результате отчуждения всех профильных активов, крестьянское хозяйство прекратило свою деятельность. В ходе рассмотрения дела истец уточнил исковые требования в части применения последствий недействительных сделок в виде прекращения права собственности: Крестьянского хозяйства ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:248, 02:47:050901:296; Басимова ФИО63 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:245; Басимова ФИО64 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:246; Басимова ФИО66 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:248; ФИО4 ФИО67 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:296, 02:47:050901:249; ФИО6 ФИО65 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:250, 02:47:050901:252, 02:47:050901:296, 02:47:050901:214; Басимовой ФИО68 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:297, 02:47:050901:247; в виде прекращения государственного кадастрового учета земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:214, 02:47:050901:245, 02:47:050901:246, 02:47:050901:247, 02:47:050901:248, 02:47:050901:249, 02:47:050901:250, 02:47:050901:252, 02:47:050901:296, 02:47:050901:297 с восстановлением в ЕГРН земельного участка с характеристиками аналогичными земельному участку с кадастровым номером 02:47:010115:12 и регистрацией права собственности на восстановленный земельный участок за Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>).

Ответчиком ФИО4 заявлено встречное исковое заявление о признании его добросовестным приобретателем земельных участков, мотивированное тем, что он возмездно приобрел земельные участки у Крестьянского хозяйства ФИО3 и ему не было известно о том, что у данного хозяйства есть несколько участников, между которыми согласия о продаже основного актива хозяйства не достигнуто.

Истец ФИО2 в суд не явилась, извещена надлежащим образом и в срок, направила в суд своего представителя.

Ответчики Басимов Рин.З., ФИО6 в суд не явились, извещены надлежащим образом.

В судебном заседании представитель ФИО2 по доверенности ФИО7 исковые требования с учетом уточнений поддержал, просил удовлетворить. Против удовлетворения встречного искового заявления возражал, указал на ненадлежащий способ защиты нарушенного права, отсутствия доказательств добросовестности приобретения.

Ответчики ФИО8, Басимов Руст.З., не возражали против удовлетворения исковых требований. Во встречном иске просили отказать.

Ответчики ФИО9, её представители: ФИО10, ФИО11, ФИО12, ответчик ФИО4, представитель ФИО6 – ФИО13 возражали против удовлетворения искового заявления. Указали, что ФИО2 не является членом Крестьянского хозяйства ФИО3, поскольку ею в 2012 подано заявление о выходе из состава членов, решение Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 2011 года о восстановлении членства ФИО2 не исполнено, в Единый государственный реестр юридических лиц не внесена запись об этом, заявили о пропуске срока исковой давности по оспариванию сделок, указали, что решением Арбитражного суда Республики Башкортостан по делу А07-7553/2022 установлено, что ФИО2 не является членом крестьянского хозяйства.

Ответчик (истец по встречному иску) ФИО4 и его представитель ФИО10 встречный иск поддержали, просили удовлетворить.

В силу ст.167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Выслушав представителя истца, ответчиков и их представителей, изучив и оценив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и следует из материалов дела, что Решением Исполкома Уфимского районного Совета народных депутатов Башкирской АССР № 257 от 23 апреля 1991г. ФИО3 предоставлен в пожизненное наследуемое владение земельный участок площадью 15 га для организации крестьянского фермерского хозяйства. Членами создаваемого хозяйства утверждены ФИО3, ФИО2, ФИО8, Басимов Рин.З., ФИО14

На основании протокола общего собрания от 27.05.2002г. Администрацией Уфимского района Республики Башкортостан принято постановление № 828 от 25 июня 2002г., которым внесены изменения в решение Исполкома Уфимского районного Совета народных депутатов Башкирской АССР №257 от 23 апреля 1991г. в части состава членов крестьянского хозяйства ФИО2 исключена из членов.

Решением Уфимского районного суда Республики Башкортостан от 2 сентября 2011г., оставленным в силе определением Верховного Суда Республики Башкортостан от 8 декабря 2011г. протокол общего собрания Крестьянского хозяйства ФИО3 от 27.05.2002г. в части исключения из членов ФИО2, а также постановление Администрации Уфимского района Республики Башкортостан принято № 828 от 25 июня 2002г. по этому же вопросу, признаны недействительными.

На основании постановления Администрации МР Уфимского района Республики Башкортостан № 1788 от 2 августа 2012г. с Крестьянским хозяйством ФИО3 заключен договор купли-продажи № 692-АВ/12 от 24 августа 2012г. земельного участка с кадастровым номером 02:47:010115:12, площадью 150 000 кв.м.

9 февраля 2015г. в Единый государственный реестр недвижимости внесены сведения о разделе Крестьянским хозяйством ФИО3 земельного участка с кадастровым номером 02:47:010115:12 на земельные участки с номерами 02:47:050901:202, 02:47:050901:203, 02:47:050901:204, 02:47:050901:205, 02:47:050901:206, 02:47:050901:207, 02:47:050901:208, 02:47:050901:209.

12 мая 2015г. в Единый государственный реестр недвижимости внесены сведения о перераспределении Крестьянским хозяйством ФИО3 земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:203, 02:47:050901:204, 02:47:050901:206, 02:47:050901:207, 02:47:050901:208, 02:47:050901:209 с образованием участков с номерами 02:47:050901:212, 02:47:050901:213, 02:47:050901:214.

По договору купли-продажи от 18 августа 2015г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:212 общей площадью 19 677 кв.м. продан ФИО6 за 7 477 206 руб.

По договору купли-продажи от 18 августа 2015г. Крестьянским хозяйством ФИО3 71/100 доли в земельном участке с кадастровым номером 02:47:050901:213 общей площадью 28247 кв.м. проданы ФИО4 за 6 000 000 руб.

По договору купли-продажи от 18 августа 2015г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:214 общей площадью 17005 кв.м. продан ФИО4 за 6 000 000 руб.

По договору купли-продажи от 7 ноября 2015г. Крестьянским хозяйством ФИО3 811/1000 доли в земельном участке с кадастровым номером 02:47:050901:205 общей площадью 20271 кв.м. проданы ФИО4 за 3 000 000 руб.

По договору купли-продажи от 20 февраля 2016г. ФИО4 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:214 общей площадью 17005 кв.м. продан ФИО6 за 1 000 000 руб.

Соглашением от 23.04.2016г., заключенным между Крестьянским хозяйством ФИО3, ФИО4, ФИО6 земельные участки с номерами 02:47:050901:202, 02:47:050901:205, 02:47:050901:213 (собственник Крестьянское хозяйство ФИО3), 02:47:050901:205, 02:47:050901:213 (собственник ФИО4), 02:47:050901:212 (собственник ФИО6) перераспределены между друг другом. В результате образовались участки с номерами 02:47:050901:245, 02:47:050901:246, 02:47:050901:247, 02:47:050901:248, 02:47:050901:250, 02:47:050901:251 перешедшие в собственность Крестьянского хозяйства ФИО3, 02:47:050901:249 перешедший в собственность ФИО4, 02:47:050901:252 перешедший в собственность ФИО6, 02:47:050901:253 перешедший в общую долевую собственность Крестьянского хозяйства ФИО3, ФИО4, ФИО6 по 1/3 доле.

По договору купли-продажи от 15 сентября 2016г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:212 общей площадью 25 681 кв.м. продан ФИО6 за 2 000 000 руб.

По договору дарения от 16 ноября 2016г. ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:251 общей площадью 23496 кв.м. подарен ФИО9

По договору дарения от 17 января 2017г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:245 общей площадью 9 358 кв.м. подарен ФИО14

По договору дарения от 17 января 2017г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:246 общей площадью 9 014 кв.м. подарен Басимову Рин.З.

По договору дарения от 17 января 2017г. Крестьянским хозяйством ФИО3 9000/11107 доли в земельном участке с кадастровым номером 02:47:050901:248 общей площадью 11107 кв.м. подарены ФИО8

Соглашением от 22.02.2019г., заключенным между Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с номером 02:47:050901:251 (собственник ФИО9) и участок с номером 02:47:050901:253 (долевая собственность Крестьянского хозяйства ФИО3, ФИО4, ФИО6 по 1/3 доле) перераспределены. В результате образованы два земельных участка с номером 02:47:050901:296 общей площадью 23 878 кв.м. (собственник ФИО9) и 02:47:050901:297 общей площадью 4 296 кв.м. (долевая собственность Крестьянского хозяйства ФИО3, ФИО4, ФИО6 по 1/3 доле).

По сделке от декабря 2020г. ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:247 общей площадью 5 006 кв.м. подарен ФИО9

Оценивая указанные сделки на соответствие закону, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

На основании п. 2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным взаконе.

Согласно статье 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (п. 1 ст. 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным ст. 174 Кодекса или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Возражая против заявленных исковых требований ФИО2 ответчики ФИО4, ФИО9 представили заявление от 27 июля 2012г. и выписку из протокола заседания Крестьянского хозяйства ФИО3 от 27 июля 2012г. из которых следует, что истец добровольно прекратила членство в хозяйстве и такое волеизъявление было принято хозяйством и рассмотрено на общем собрании. Учитывая, что ФИО2 в связи с выходом из членов Крестьянского хозяйства ФИО14, членом не является, то у нее отсутствует законный интерес в оспаривании сделок с земельным участком.

Согласно ч.2 ст. 166 ГК РФ требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В ходе судебного разбирательства сторона истца возражала против заявления ФИО4, ФИО9, указав, что заявление от 27 июля 2012г. ФИО2 не подавала, уведомление о созыве заседания Крестьянского хозяйства от 27 июля 2012г. не получала, о заседании данного органа ей было не известно. Подписи от ее имени в представленных документах ей не принадлежат. Заявила ходатайство о назначении судебной экспертизы принадлежности ей подписи в представленном заявлении от 27 июля 2012г. и выписке из протокола заседания Крестьянского хозяйства ФИО3 от 27 июля 2012г.

Определением суда от 01.03.2023 года по делу назначена судебная почерковедческая экспертиза, проведение которой поручено ФБУ Башкирская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции.

Согласно заключению эксперта № 544/2-2-1.1 от 17.03.2023 года подписи от имени ФИО2 расположенные слева от расшифровки подписи «Басимова ФИО70» в заявлении ФИО2 на имя ФИО3 от 27.07.2012; в строке «Член КФХ» слева от расшифровки подписи «Басимова ФИО69» в выписке из протокола заседания Крестьянского ермерского хозяйства ФИО3 о рассмотрении заявления ФИО2 от 27.07.2012, - выполнены не самой ФИО2, а другими лицами (лицом) с подражанием её подлинным подписям (подписи).

Ответчики ФИО4, ФИО9, представитель ФИО6 с заключением эксперта № 544/2-2-1.1 от 17.03.2023 года не согласились, ходатайствовали о назначении повторной судебной экспертизы, также представили рецензию на заключение судебной экспертизы, выполненной ООО «Экспертно-юридический центр» от 19.04.2023г.

Приведенное заключение судебной экспертизы представляет собой письменный документ, отражающий ход и результаты исследований, проведенных экспертом, в котором указано, кем и на каком основании проводились исследования, их содержание, дан обоснованный ответ на поставленный перед экспертом вопрос и сделаны соответствующие выводы. Такое заключение является мнением специалиста в определенной области познания, заключение дано в соответствии с требованиями гражданского процессуального закона, эксперты об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса РФ предупреждались. Сомнений в правильности и обоснованности экспертного заключения не имеется.

Оценив данное экспертное заключение по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании всех имеющихся в деле доказательств, суд полагает его объективным и достоверным.

Суд не имеет оснований для сомнений в достоверности показаний данного судебного эксперта, так как они являются логичными, не противоречат заключению судебной экспертизы и совокупности допустимых, достоверных доказательств по делу.

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы на предмет его полноты и ясности, отсутствия в нем противоречий, не установив сомнения в его правильности и обоснованности применительно к положениям ст. 87 ГПК РФ, с учетом пояснений эксперта, сторон в судебном заседании, суд не усмотрел оснований для назначения повторной судебной экспертизы.

Ссылки ответчиков на недостоверность заключения, выполненного экспертом ФБУ Башкирская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции № 544/2-2-1.1 от 17.03.2023 года с приложением рецензии заключения специалиста о нарушении методики выполнения экспертизы отклонены судом. Оценивая данное заключение специалиста, суд обращает внимание, что указанные в качестве недостатков заключения экспертизы (неполнота исследования общих и частных признаков, формирование категорического отрицательного вывода на основании недостаточных совокупностей различий) не исключают установленные заключением экспертизы существенность и устойчивость различающихся признаков, подкрепленные наглядными и очевидными иллюстрациями исследований.

В данном случае рецензия специалиста ООО «Экспертно-юридический центр» от 19.04.2023г. безусловным и достаточным основанием для признания экспертного заключения № 544/2-2-1.1 от 17.03.2023 года недопустимым и недостоверным доказательством не является.

Таким образом, доводы ответчиков ФИО4, ФИО9, ФИО6 о прекращении членства ФИО2 в Крестьянском хозяйстве ФИО14 вследствие подачи ею заявления от 27 июля 2012г., принятия Крестьянским хозяйством ФИО3 решения в виде протокола заседания от 27 июля 2012г. опровергаются заключением судебной экспертизы № 544/2-2-1.1 от 17.03.2023 года.

Доводы ответчиков о том, что ФИО2 не является членом Крестьянского хозяйства ФИО14 вследствие отсутствия трудовых и супружеских отношений, суд находит несостоятельными.

Действовавшее в период образования Крестьянского хозяйства ФИО14 законодательство (Закон РСФСР от 22 ноября 1990г. № 348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве»), так и нынешнее регулирование (ГК РФ, Федеральный закон от 11 июня 2003г. №74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве») не предусматривают такого основания прекращения членства в крестьянском хозяйстве как отсутствие трудовых отношений. Расторжение брака также не является основанием для прекращения членства в крестьянском хозяйстве.

Согласно ч. 2 ст. 174 ГК РФ, сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что п. 2 ст. 174 ГК РФ предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица. По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения. По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам). При исследовании оспариваемых сделок на предмет убыточности и наличия злоупотребления правом при их заключении суд руководствуется следующим.

В силу п. 2 - 4 ст. 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора. При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. При этом, никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно п. 1, 4 ст.421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422).

На основании п. 1 ст. 423 ГК РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное предоставление за исполнение своих обязанностей, является возмездным.

Для установления недействительности договора на основании ст.ст. 10 и 168 ГК РФ необходимо установить факт недобросовестного поведения (злоупотребления правом) контрагента, воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган юридического лица при заключении договора действовал явно ущерб последнему.

Исходя из устоявшихся подходов в судебной практике, критерием определения явного ущерба является совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке обществом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного обществом в пользу контрагента.

Для оценки негативных последствий совершенной сделки необходимо учитывать совокупность обстоятельств, имевших место при заключении сделки. Об отсутствии нарушения интересов юридического лица и его участников может свидетельствовать, в частности, то, что совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица.

При оценке того, являются ли условия договора явно обременительными и нарушают ли существенным образом баланс интересов сторон, судам следует иметь в виду, что сторона вправе в обоснование своих возражений, в частности, представлять доказательства того, что данный договор, содержащий условия, создающие для нее существенные преимущества, был заключен на этих условиях в связи с наличием другого договора (договоров), где содержатся условия, создающие, наоборот, существенные преимущества для другой стороны (хотя бы это и не было прямо упомянуто ни в одном из этих договоров), поэтому нарушение баланса интересов сторон на самом деле отсутствует.

В ходе судебного разбирательства ответчики, в частности ФИО4, отказались раскрыть экономические мотивы приобретения частей земельного участка исходного земельного участка Крестьянского хозяйства ФИО3 изначально по одной цене (6 000 000 руб., договор купли-продажи от 18 августа 2015г. участка с номером 02:47:050901:214) с последующей продажей этого же участка по цене значительно ниже (1 000 000 руб., договор купли-продажи от 20 февраля 2016г.). Остались нераскрытыми и мотивы по которым участок большей по площади был отчужден по ценам в несколько раз меньше, чем участок меньший по площади – по договору купли-продажи от 18 августа 2015г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:212 общей площадью 19 677 кв.м. продан ФИО6 за 7 477 206 руб., тогда как по договору купли-продажи от 15 сентября 2016г. Крестьянским хозяйством ФИО3 земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:212 общей площадью 25 681 кв.м. продан ФИО6 за 2 000 000 руб.

Указанное процессуальное поведение не позволило суду оценить баланс интересов сторон с целью подтверждения или опровержения доводов ответчиков об отсутствии явного ущерба и совершения оспариваемых сделок в рамках обычной хозяйственной деятельности.

Реализация своих процессуальных прав лицами, участвующими в деле, накладывает на них обязательства по представлению доказательств в обоснование обстоятельств, на которые они ссылаются (ст. 56 ГПК РФ). Отказ или иное бездействие в рамках состязательности гражданского процесса дает основания суду считать, что соответствующее лицо приняло на себя процессуальный риск наступления неблагоприятных последствий в виде недоказанности тех обстоятельств, на которые оно ссылается.

Оценивая доводы ФИО2 о явном ущербе Крестьянскому хозяйству ФИО3 вследствие отчуждения юридическим лицом основного актива, суд отмечает следующее.

Нормой п. 3 ст. 15 Закона РСФСР от 22 ноября 1990г. №348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» земельный участок относился к имуществу, которое при прекращении членства в хозяйстве не подлежало разделу, лицу прекратившему членство, выплачивалась денежная компенсация.

Аналогичным образом регулируются и крестьянские хозяйства, созданные не в форме юридических лиц, а как объединения лиц, основанных на родстве и свойстве, во главе с индивидуальным предпринимателем. Согласно ст.9 Федерального закона от 11.06.2003 № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» при выходе из фермерского хозяйства одного из его членов земельный участок и средства производства фермерского хозяйства разделу не подлежат. Гражданин в случае выхода его из фермерского хозяйства имеет право на денежную компенсацию, соразмерную его доле в праве общей собственности на имущество фермерского хозяйства.

Сходные нормы содержит и ст. 258 ГК РФ, согласно которой земельный участок и средства производства, принадлежащие крестьянскому (фермерскому) хозяйству, при выходе одного из его членов из хозяйства разделу не подлежат. Вышедший из хозяйства имеет право на получение денежной компенсации, соразмерной его доле в общей собственности на это имущество. В случаях, предусмотренных настоящей статьей, доли членов крестьянского (фермерского) хозяйства в праве совместной собственности на имущество хозяйства признаются равными, если соглашением между ними не установлено иное.

Таким образом, федеральный законодатель исходит из того, что земельный участок является основой фермерского хозяйства, его основным средством производства. Установленные судом обстоятельства продажи и дарения недвижимого имущества свидетельствуют о недобросовестном поведении (злоупотреблении правом) ответчиков (покупателей и одаряемых), воспользовавшегося тем, что единоличный исполнительный орган продавца (глава крестьянского хозяйства) при заключении упомянутых договоров действовал явно в ущерб последнему, в результате чего Крестьянское хозяйство ФИО3 утратило возможность использовать имущество, необходимое ему для осуществления основной деятельности.

Учитывая вышеприведенные нормативные положения, исследовав и оценив представленные в дело доказательства в их совокупности и взаимной связи суд считает, что заключение сделки или нескольких сделок, в результате которых земельный участок выбыл из владения, пользования и распоряжения Крестьянского хозяйства ФИО3 фактически привело к утрате основных средств производства, повлекших прекращение деятельности крестьянского хозяйства.

Следовательно, заключение серии взаимосвязанных сделок по отчуждению земельного участка Крестьянского хозяйства ФИО3 по смыслу ч.2 ст. 174 ГК РФ влечет для данного юридического лица явный ущерб в том смысле, который ему придает устоявшаяся судебная практика (п.93 Постановление Пленума ВС РФ от 23 июня 2015г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Оценивая оспариваемые сделки, суд приходит к выводу, что данные сделки являются крупными для Крестьянского хозяйства ФИО14 и часть сделок являются сделками с заинтересованностью.

Крестьянское хозяйство ФИО14 создано как юридическое лицо в соответствии с Законом РСФСР от 22 ноября 1990г. №348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве». Указанный закон утратил силу в связи с принятием Федерального закона от 11.06.2003 № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве».

Федеральным законом от 30 декабря 2012г. № 302-ФЗ «О внесении изменений в главы 1, 2, 3 и 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» ГК РФ дополнен статьей 86.1 «Крестьянское (фермерское) хозяйство».

В п. 7 ст. 2 названного Федерального закона также отмечено, что со дня его официального опубликования к крестьянским (фермерским) хозяйствам, которые созданы в качестве юридических лиц в соответствии с Законом РСФСР от 22 ноября 1990г. №348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», подлежат применению правила ст. 86.1 ГК РФ (в редакции данного Закона). Перерегистрация ранее созданных крестьянских (фермерских) хозяйств в связи со вступлением в силу названного Закона не требуется.

Норма ст. 86.1 ГК РФ размещена в параграфе 2 «Коммерческие корпоративные организации» главы 3 Кодекса.

Следовательно, законодатель рассматривает крестьянское (фермерское) хозяйство, являющееся юридическим лицом, как коммерческую корпоративную организацию, что подтверждается и п. 2 ст. 50 ГК РФ (в редакции Федерального закона от 05 мая 2014г. № 99-ФЗ «О внесении изменений в главу 4 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации и о признании утратившими силу отдельных положений законодательных актов Российской Федерации»).

Нормы, регулирующие возможность отчуждения основного производственного актива крестьянского хозяйства и связанное с этим прекращение деятельности хозяйства ни Законом РСФСР от 22 ноября 1990г. №348-1 «О крестьянском (фермерском) хозяйстве», ни Федеральным законом от 11.06.2003 № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» не регулируются.

Согласно п.3 ст.11 ГПК РФ в случае отсутствия норм права, регулирующих спорное отношение, суд применяет нормы права, регулирующие сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии таких норм разрешает дело, исходя из общих начал и смысла законодательства (аналогия права).

Применительно к крупным сделкам корпоративных коммерческих юридических лиц подлежат применению по аналогии нормы Федерального закона от 08 февраля 1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

В соответствии с пп. 1, 3, 5 ст. 46 Федерального закона от 08 февраля 1998г. № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» крупной сделкой является сделка или несколько взаимосвязанных сделок, связанных с приобретением, отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно имущества, стоимость которого составляет более двадцати пяти процентов стоимости имущества общества, определенной на основании данных бухгалтерской отчетности за последний отчетный период, предшествующий дню принятия решения о совершении таких сделок, если уставом общества не предусмотрен более высокий размер крупной сделки. Крупными сделками не признаются сделки, совершаемые в процессе обычной хозяйственной деятельности общества. Решение о совершении крупной сделки принимается общим собранием участников общества. Крупная сделка, совершенная с нарушением требований, предусмотренных настоящей статьей, может быть признана недействительной по иску общества или его участника.

Между тем решение общего собрания участников Крестьянского хозяйства ФИО14 о принятии решения о совершении оспариваемых сделок в материалах дела отсутствует. Крестьянским хозяйством ФИО14 не представлены доказательства, что раздел и отчуждение основного производственного актива хозяйства является обычной хозяйственной сделкой, которое данное хозяйство постоянно совершает в процессе своей деятельности. Такие доказательства не представлены и иными лицами, участвующим в деле.

Материалами дела также подтверждается довод ФИО2 о взаимосвязанности оспариваемых сделок. Взаимосвязанность договора купли-продажи от 18 августа 2015 г., договора купли-продажи от 18 августа 2015 г., договора купли-продажи от 18 августа 2015 г., договора купли-продажи от 07 ноября 2015 г., договора купли-продажи от 20 февраля 2016 г., соглашения от 23 апреля 2016 г., договора купли-продажи от 15 сентября 2016 г., договора дарения oт 16 ноября 2016 г., договора дарения oт 17 января 2017 г., договора дарения oт 17 января 2017г., договора дарения oт 17 января 2017 г., соглашения от 22 февраля 2019 г., договора от декабря 2020 г. усматривается из целевой направленности этих сделок: они заключены одними и теми же лицами, группами лиц, в непродолжительный период, имеют сходный характер обязательств, условия большинства договоров являются идентичными, все они направлены на отчуждение имущества Крестьянского хозяйства ФИО14 и его последующую концентрацию у групп лиц, объединенных личными отношениями с ФИО14 как руководителем Крестьянского хозяйства ФИО14, отчуждение земельных участков привело к прекращению деятельности крестьянского хозяйства, в связи с чем оспариваемые сделки необходимо рассматривать как взаимосвязанные сделки, требующие одобрения общего собрания участников хозяйства.

Суд признает договор купли-продажи от 18 августа 2015 г., договор купли-продажи от 18 августа 2015 г., договор купли-продажи от 18 августа 2015 г., договор купли-продажи от 07 ноября 2015 г., договор купли-продажи от 20 февраля 2016 г., соглашение от 23 апреля 2016 г., договор купли-продажи от 15 сентября 2016 г., договор дарения oт 16 ноября 2016 г., договор дарения oт 17 января 2017 г., договор дарения oт 17 января 2017г., договор дарения oт 17 января 2017 г., соглашение от 22 февраля 2019 г., договор от декабря 2020 г. взаимосвязанные сделки по отчуждению имущества Крестьянского хозяйства ФИО14 в их совокупности крупной сделкой.

Законодательство, регулирующее деятельность крестьянских хозяйств исходит из того, что глава хозяйства должен осуществлять распоряжение имуществом хозяйства в интересах хозяйства. В частности в соответствии с ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 11 июня 2003 года № 74-ФЗ «О крестьянском (фермерском) хозяйстве» распоряжение имуществом фермерского хозяйства осуществляется в интересах фермерского хозяйства главой фермерского хозяйства. Глава фермерского хозяйства должен действовать в интересах представляемого им фермерского хозяйства добросовестно и разумно и не вправе совершать действия, ущемляющие права и законные интересы фермерского хозяйства и его членов (ч. 2 ст. 16 Федерального закона от 11 июня 2003 года № 74-ФЗ).

Однако из представленных в материалы дела оспариваемых сделок усматривается, что ФИО14 как руководителем Крестьянского хозяйства ФИО14 совершены сделки дарения в пользу лиц, которые состоят с ним в родственных отношениях: договор дарения oт 17 января 2017 г. с ФИО8 (сын), договор дарения oт 17 января 2017г. с Басимовым Рин.З. (сын), договор дарения oт 17 января 2017 г. с ФИО14 (сын), договор дарения oт 16 ноября 2016 г., договора от декабря 2020 г. с ФИО9 (супруга).

Совершенные сделки купли-продажи и дарения имущества Крестьянского хозяйства ФИО14 являются взаимосвязанными, в совокупности являются единой крупной сделкой, совершенной без решения всех членов хозяйства, которую нельзя отнести к совершаемой в процессе обычной хозяйственной деятельности, поскольку продажа имущества, предназначенного для основной хозяйственной деятельности, не относится к таковой, в связи с чем, суд приходит к выводу о признании их недействительными.

Суд в ходе рассмотрения настоящего дела установил, что ФИО2 является заинтересованным лицом в отношении оспариваемых сделок с земельным участком, которое она считает собственностью юридического лица, членом которого она является. Сделки по распоряжению земельным участком, его отчуждению противоречат требованиям ст. 209 ГК РФ и являются недействительными, как совершенные главой хозяйства в ущерб хозяйству, в связи с чем, недействительными являются и все последующие сделки.

В силу п. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Из разъяснений, изложенных в пункте 14 указанного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2015 г. № 28, следует, что в соответствии с пунктом 7 статьи 4 Закона о кадастре при изменении кадастровых сведений ранее внесенные в государственный кадастр недвижимости сведения сохраняются

Следовательно, государственный кадастр недвижимости позволяет определить спорные земельные участки в качестве индивидуально-определенных вещей. Изменение границ земельных участки путем их раздела не означает невозможность восстановления земельных участков в прежнем виде.

Специфическая особенность земельных участков как объектов недвижимости заключается в том, что они являются природными объектами, частью поверхности земли, формирование их границ осуществляется посредством землеустройства. В последующем в отношении таких участков производится государственный кадастровый учет. При образовании новых земельных участков путем деления прежнего единого земельного участка прежний земельный участок как природный объект не исчезает, меняется лишь описание границ. Этот факт сам по себе не препятствует восстановлению земельного участка в прежних границах с присвоением соответствующего кадастрового номера.

Согласно части 6 статьи 7 Федерального закона № 218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости» сведения, содержащиеся в Едином государственном реестре недвижимости, подлежат постоянному хранению, их уничтожение и изъятие не допускаются. В случае изменения сведений, содержащихся в Едином государственном реестре недвижимости, ранее внесенные сведения сохраняются. Согласно статье 11 Федерального закона №218-ФЗ «О государственной регистрации недвижимости», реестровые дела представляют собой совокупность документов, на основании которых в Едином государственном реестре недвижимости внесены сведения, установленные настоящим Федеральным законом.

В пункте 52 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29 апреля 2010г. «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП.

Учитывая вышеизложенное, оценивая доводы ФИО2 о последствиях недействительности сделок в виде прекращения государственного кадастрового учета земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:214, 02:47:050901:245, 02:47:050901:246, 02:47:050901:247, 02:47:050901:248, 02:47:050901:249, 02:47:050901:250, 02:47:050901:252, 02:47:050901:296, 02:47:050901:297, с восстановлением в Едином государственном реестре недвижимости земельного участка с характеристиками аналогичными земельному участку с кадастровым номером 02:47:010115:12 и регистрацией права собственности на восстановленный земельный участок за Крестьянским хозяйством ФИО3, суд находит требования истца в указанной части обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Исходный земельный участок и соответствующие записи о нем как самостоятельном объекте недвижимости в Едином государственном реестре недвижимости могут быть восстановлены.

Регистрация права собственности на восстановленный земельный участок за Крестьянским хозяйством ФИО3, как исключенном из Единого государственного реестра юридических лиц лице не противоречит действующему законодательству, поскольку согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 ноября 2015г. № 50 «О применении судами законодательства при рассмотрении некоторых вопросов, возникающих в ходе исполнительного производства», исключение должника-организации из ЕГРЮЛ по решению регистрирующего органа на основании ст. 21.1 Закона №129-ФЗ не препятствует кредитору-взыскателю в порядке, предусмотренном п. 5.2 ст. 64 ГК РФ обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения имущества должника, если у такого ликвидированного юридического лица осталось нереализованное имущество.

Рассмотрев заявление ответчиков ФИО4, ФИО9, ФИО6 о пропуске ФИО2 срока исковой давности, суд приходит к следующим выводам.

Истцом предъявлены требования о признании недействительными и применении последствий оспоримых сделок - договора купли-продажи от 18 августа 2015 г., договора купли-продажи от 18 августа 2015 г., договора купли-продажи от 18 августа 2015 г., договора купли-продажи от 07 ноября 2015 г., договора купли-продажи от 20 февраля 2016 г., соглашения от 23 апреля 2016 г., договора купли-продажи от 15 сентябяря 2016 г., договора дарения oт 16 ноября 2016 г., договора дарения oт 17 января 2017 г., договора дарения oт 17 января 2017г., договора дарения oт 17 января 2017 г., соглашения от 22 февраля 2019 г., договора от декабря 2020 г.

Судебная защита нарушенных гражданских прав гарантируется в пределах срока исковой давности (ст. 195 ГК РФ).

В соответствии со статьями 195, 196, 200 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено, при этом общий срок исковой давности составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Институт исковой давности в гражданском праве имеет целью упорядочить гражданский оборот, создать определенность и устойчивость правовых связей, дисциплинировать их участников, способствовать соблюдению хозяйственных договоров, обеспечить своевременную защиту прав и интересов субъектов гражданских правоотношений, поскольку отсутствие разумных временных ограничений для принудительной защиты нарушенных гражданских прав приводило бы к ущемлению охраняемых законом прав и интересов ответчиков и третьих лиц, которые не всегда могли бы заранее учесть необходимость собирания и сохранения значимых для рассмотрения дела сведений и фактов. Применение судом по заявлению стороны в споре исковой давности защищает участников гражданского оборота от необоснованных притязаний и одновременно побуждает их своевременно заботиться об осуществлении и защите своих прав (определение Конституционного Суда РФ от 3 ноября 2006г. №445-О).

Согласно ст. 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. Пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске.

Сроки исковой давности по недействительным сделкам установлены статьей 181 ГК РФ.

В соответствии с ч. 2 ст. 181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (п.1 ст.179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

ФИО2 указано, что об оспариваемых договорах и их содержании ей стало известно не ранее 16 декабря 2021г., когда ею было подано заявление на ознакомление с реестровым делом, поступившим в Арбитражный суд РБ вследствие его истребования из Управления Росреестра по РБ. О новых собственниках земельного участка Крестьянского хозяйства ФИО14 – ФИО4, ФИО8, Басимове Рин.З., ФИО14, ФИО9, ФИО6 истцу стало известно не ранее получения выписок из Единого государственного реестра недвижимости от 08-20 апреля 2021г.

По мнению ответчика ФИО9, ФИО2 узнала о разделе участка и его отчуждении не позже 2015г., поскольку постоянно проживает в с.Авдон со своим сыном, ФИО8

Ответчиком ФИО4 приведены доводы о начале течения срока исковой давности с 27 июля 2012г., тогда когда ФИО2 приняла решение прекратить членство в Крестьянском хозяйстве ФИО14

Указанные доводы ФИО9, ФИО4 суд признает несостоятельными, поскольку они не подтверждаются соответствующими доказательствами.

Первоначально исковое заявление подано 23 августа 2021г. в Арбитражный суд РБ. Определением Арбитражного суда РБ от 17 мая 2022г. направлено в Верховный Суд РБ для определения компетентного суда общей юрисдикции. Согласно ч.1 ст.204 ГК РФ срок исковой давности не течет со дня обращения в суд в установленном порядке за защитой нарушенного права на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита нарушенного права.

Учитывая, что в материалы дела на представлено относимых и допустимых доказательств того, что ФИО2 ранее 23 августа 2020г. было известно о каждой из оспариваемых сделок, оснований для применения срока исковой давности не имеется.

Изучив доводы встречного искового заявления ФИО4 о признании его добросовестным приобретателем, суд приходит к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 ГПК РФ).

Разрешая вопрос о добросовестности приобретателя, подлежат учету не только наличие записи в Едином государственном реестре недвижимости о праве собственности отчуждателя имущества, но и то, была ли проявлена его контрагентом разумная осмотрительность при заключении сделки, какие меры принимались им для выяснения прав лица, отчуждающего это имущество, имелись ли препятствия для совершения таких сделок.

Суд исходит из того, что о добросовестности приобретателя может, в частности, свидетельствовать ознакомление его со всеми правоустанавливающими документами на недвижимость, выяснение оснований возникновения у продавца недвижимого имущества права собственности.

Заявляя о своей добросовестности ФИО4 обосновывает свои требования, тем что сделки, совершенные им с Крестьянским хозяйством ФИО3 являются возмездными и не противоречат положениям закона, не нарушают права иных лиц, в том числе ФИО2

Вместе с тем, надлежащих доказательств в обоснование своих требований, в частности имелись ли у ФИО4 наличные денежные средства для предоставления оплаты по договорам от 18.08.2015 (6 000 000 руб.), от 18.08.2015 (6 000 000 руб.), от 07.11.2015 (3 000 000 руб.), о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделок, о снятии указанных сумм со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные доказательства передачи денежных средств (помимо актов приема-передачи) в ходе судебного разбирательства ответчиком (истцом по встречному иску) не предоставлено.

Возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя (п. 37 постановления Пленума ВС РФ и постановления Пленума ВАС РФ от 29 апреля 2010г. №10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав»).

Проанализировав представленные в материалы дела документы, суд пришел к выводу об отсутствии доказательств наличия реальной возможности у ФИО4 передать Крестьянскому хозяйству ФИО14 денежные средства в размере 15 000 000 руб. в период с августа по ноябрь 2015г.

Акты приема-передачи не могут достоверно и убедительно подтверждать наличие реальной финансовой возможности ФИО4 предоставления денежных средств Крестьянскому хозяйству ФИО14, поскольку не отражают поступление, движение денежных средств за переданное недвижимое имущество (участки с номерами 02:47:050901:205, 02:47:050901:213, 02:47:050901:214).

Суд принимает во внимание и то, что ни ФИО4, ни Крестьянское хозяйство ФИО14, ни ФИО8, ни Басимов Рин.З., ни ФИО14, ни ФИО9, ни ФИО6 не раскрыли характер своих взаимоотношений, с тем, чтобы определить баланс взаимных предоставлений и определить имеется ли в данном деле явный ущерб интересам Крестьянского хозяйства ФИО14

Кроме того, ответчиками не приведено мотивированных доводов экономической целесообразности сделок по продаже и дарению всего актива Крестьянского хозяйства ФИО14, вопреки требованиям статьи 56 ГПК РФ.

Сами по себе акты приема-передачи к договорам, содержащие сведения о передачи наличных денежных средств, без подтверждения бухгалтерскими документами Крестьянского хозяйства ФИО14 факта реального поступления наличных денежных средств в кассу предприятия не могут служить бесспорными и достаточными доказательствами получения Крестьянским хозяйством ФИО14 наличных денежных средств от покупателей ФИО4, ФИО6 Суд приходит к выводу, что акты приема-передачи к договорам в сумме 24 477 260 руб. в отсутствие первичных документов, которые должны быть оформлены при обычном ведении финансово-хозяйственной деятельности, не является достаточным доказательством осуществления оплаты, поскольку не позволяет сделать однозначный вывод о наличии произведенной оплаты.

Доказательств того, что со стороны ФИО4, ФИО8, Басимова Рин.З., ФИО14, ФИО9, ФИО6 были приняты все разумные меры для выяснения причин отчуждения основного средства производства Крестьянского хозяйства ФИО14, в том числе без принятия решения о его ликвидации, не представлено.

Учитывая вышеизложенное, доводы ФИО4 о приобретении земельных участков у Крестьянского хозяйства ФИО14 не является безусловным доказательством его добросовестности.

Руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования Басимовой ФИО71 удовлетворить.

Признать недействительным договор купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО4 ФИО72 об отчуждении 71/100 доли земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:213;

Признать недействительным договор купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО4 ФИО73 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:214;

Признать недействительным договор купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО4 ФИО74 об отчуждении 811/1000 доли земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:205;

Признать недействительным договор купли-продажи от 18.08.2015 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО6 ФИО75 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:212;

Признать недействительным договор купли-продажи от 20.02.2016, заключенный между ФИО4 ФИО78 и ФИО6 ФИО77 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:214,

Признать недействительным соглашение от 23.04.2016, заключенное между Крестьянским хозяйством ФИО3, ФИО4 ФИО79 и Валиуллинои ФИО76 о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:202, 02:47:050901:205, 02:47:050901:212 и 02:47:050901:213;

Признать недействительным договор купли-продажи от 15.09.2016 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО6 ФИО80 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:250;

Признать недействительным договор дарения от 16.11.2016 года, заключенный между ФИО1 ФИО82 и Басимовой ФИО81 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:251;

Признать недействительным договор дарения от 12.01.2017 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО1 ФИО83 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:248;

Признать недействительным договор дарения от 12.01.2017 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО1 ФИО84 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:246;

Признать недействительным договор дарения от 12.01.2017 года, заключенный между Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>) и ФИО14 об отчуждении земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:245;

Признать недействительным соглашение от 22.02.2019, заключенное между ФИО1 ФИО85, ФИО4 ФИО86, Валиуллинои ФИО87 и Басимовой ФИО88 о перераспределении земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:251 и 02:47:050901:253;

Признать недействительной сделку по приобретению Басимовой ФИО89 земельного участка с кадастровым номером 02:47:050901:247.

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности Крестьянского хозяйства ФИО3 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:248, 02:47:050901:296;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности Басимова ФИО91 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:245;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности Басимова ФИО92 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:246;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности Басимова ФИО93 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:248;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности ФИО4 ФИО94 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:296, 02:47:050901:249;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности ФИО6 ФИО95 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:250, 02:47:050901:252, 02:47:050901:296, 02:47:050901:214;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения права собственности Басимовой ФИО96 на земельный участок с кадастровым номером 02:47:050901:297, 02:47:050901:247;

Применить последствия недействительных сделок в виде прекращения государственного кадастрового учета земельных участков с кадастровыми номерами 02:47:050901:214, 02:47:050901:245, 02:47:050901:246, 02:47:050901:247, 02:47:050901:248, 02:47:050901:249, 02:47:050901:250, 02:47:050901:252, 02:47:050901:296, 02:47:050901:297 с восстановлением в ЕГРН земельного участка с характеристиками аналогичными земельному участку с кадастровым номером 02:47:010115:12 и регистрацией права собственности на восстановленный земельный участок за Крестьянским хозяйством ФИО3 (ОГРН <***>).

Встречный иск ФИО4 ФИО90 о признании добросовестным приобретателем оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Башкортостан через Уфимский районный суд Республики Башкортостан в течение одного месяца со дня составления решения в окончательной форме.

Судья Д.М. Вахитова