УИД 22RS0012-01-2021-000111-18

дело 2-8/2022 (2-416/2021)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

05 августа 2022 года

город Славгород

Славгородский городской суд Алтайского края

в составе:

председательствующего судьи Щербина Е.В.,

при секретаре Мезенцевой Т.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО4 к ФИО8 о признании дополнительного соглашения недействительным и взыскании денежных средств,

УСТАНОВИЛ:

ФИО7О. обратился в суд с иском к ФИО2 о признании дополнительного соглашения недействительным и взыскании денежных средств.

В обоснование иска указал, что в производстве Славгородского городского суда <адрес> находилось уголовное дело №, по которому ответчик представлял интересы истца в качестве защитника по соглашению от ДД.ММ.ГГГГ.

В мае 2017 года ответчик сообщил истцу о том, что имеет связи для выхода на суд для его оправдания или переквалификации его действий на иную статью УК РФ.

ДД.ММ.ГГГГ сестра истца – ФИО5К., действуя по его (истца) поручению, передала ответчику принадлежащие истцу денежные средства в размере 2000000,00 рублей, о чем было заключено дополнительное соглашение от указанной даты, которое, по мнению истца, является недействительным, так как не соответствует действующему законодательству РФ ввиду того, что предусматривает оплату не предусмотренного законодательством «гонорара успеха».

По факту заключения указанного дополнительного соглашения по указанным доводам ДД.ММ.ГГГГ решением Совета по Адвокатской палате <адрес> адвокату ФИО2 было объявлено предупреждение в связи с допущенным нарушением, выразившемся в ненадлежащем оформлении соглашения в связи с включением в него условия вознаграждения за получение положительного для доверителя результата, который гарантирован полным возвратом полученных денежных средств.

Ссылаясь на изложенное, истец просит суд признать дополнительное соглашение об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и взыскать с ответчика в его (истца) пользу денежные средства в размере 2000000,00 рублей.

Определением суда от 05.07.2021г. в порядке ст.43 и п.6 ч.1 ст.150 ГПК РФ к участию в деле в качестве 3-го лица без самостоятельных требований относительно предмета спора привлечена ФИО20 (в настоящее время ФИО22) ФИО3 (т.1 л.д. 110-115).

Информация о принятии иска в суд к производству, о времени и месте судебного заседания размещена судом на официальном сайте в сети "Интернет" с учетом сроков, предусмотренных процессуальным законодательством (часть 7 статьи 113 ГПК РФ, пункт 14 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судах").

Обязанности суда направить лицам, участвующим в деле, иным лицам судебные извещения и вызовы корреспондирует обязанность лиц, участвующих в деле, известить суд о причинах неявки и представить доказательства уважительности этих причин (часть 1 статьи 167 ГПК РФ).

В случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными, суд рассматривает дело без их участия (часть 3 статьи 167 ГПК РФ).

Истец ФИО7, ответчик ФИО2, а также представитель 3-го лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора – Адвокатской палаты <адрес>, и 3-е лицо ФИО5 (сменившая добрачную фамилию «ФИО20» на фамилию супруга «ФИО22» в связи с вступлением в брак 01.12.2015г. – т.1 л.д. 139) о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом. 3-е лицо ФИО5 просила рассмотреть дело в ее отсутствие (т.1 л.д. 135).

Принимая во внимание изложенное, а также уважительность причин неявки истца в связи с нахождением его в местах лишения свободы, на основании положений ст.167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие сторон и 3-х лиц.

В письменном отзыве на иск ответчик ФИО2 исковые требования истца не признал. Указал, что ДД.ММ.ГГГГг. между ним и ФИО5 было заключено дополнительное соглашение, но условиям которого им были получены денежные средства в размере 2000 000 (два миллиона) рублей. Обсуждение условий данного соглашения осуществлялось исключительно с участием ФИО5 и адвоката ФИО17, с которым они вместе осуществляли защиту по уголовному делу ее отца (ФИО15) и ее брата (ФИО7). Никто другой не принимал в атом никакого участия в данном обсуждении, в том числе, не принимал в этом участие ФИО7, так как находился в СИЗО. В соответствии с условиями данного соглашения он получал гонорар в вышеуказанном размере, который являлся вознаграждением в случае переквалификации Адом действий ФИО7 со ст. 105 УК РФ на менее тяжкий состав преступления, либо его полного оправдания по данному обвинению. Ни до заключения данного соглашения, ни в момент его заключения, ни когда-либо другое время, им не давались никакие обещания ФИО16 относительно исхода возможного результата рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО7 Не давал он никаких обещаний и непосредственно ФИО7 на протяжении всего рассмотрения уголовного дела судом. 05.06.2017г. Славгородским городским судом <адрес> было постановлен приговор, в соответствии с которым действия ФИО7 по обвинению в совершении преступления, предусмотренною ч.3 ст.30 ст. 105 УК РФ (покушение на убийство) были переквалифицированы на ст. 112 УК РФ. ФИО5 и сам ФИО7О. были очень довольны этим результатом и никаких претензий не высказывали. После того, как <адрес>вой суд ДД.ММ.ГГГГг. отменил вышеуказанный приговор и квалифицировал действия ФИО7 по ст.105 УК РФ, то со стороны ФИО5К. и ФИО7, также не было никаких претензий. Но было принято решение обжаловать апелляционный приговор в суд кассационной инстанции, в связи с чем им на протяжении длительного времени (вплоть до ноября 2017 г.) им (ответчиком) велась работа по составлению кассационной жалобы. В конце ноября 2017 г. он узнал, что в отношении него и адвоката ФИО17, ФИО5К. подала жалобу в Адвокатскую палату <адрес> и заявление в Следственный комитет.

Указал, что ФИО7 и ФИО5 сообщают суду заведомо ложные и недостоверные сведения, которые не только не соответствуют действительности, по и противоречат той позиции, которую ФИО5К. па протяжении длительного времени занимала при обращении в органы государственной власти и в Адвокатскую палату <адрес>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5К. обратилась в Следственное управление Следственного комитета России по <адрес> с заявлением о получении от нее адвокатами ФИО2 и ФИО17 денежных средств в размере 2000 000 руб. путем обмана (КРОН №). ДД.ММ.ГГГГ ФИО18 обратилась в Адвокатскую палату <адрес> с жалобой в отношении него и адвоката ФИО19, в которой также сообщала аналогичные обстоятельства получения от нее денежных средств. ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 обратилась в Октябрьский районный суд <адрес> с исковым заявление о признании недействительным дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ и взыскании с него (с ответчика) в ее пользу денежных средств в размере 2 000 000 руб. В дальнейшем дело было передано по подсудности в Центральный районный суд <адрес>. Во всех трех случаях ФИО5 утверждала, что денежные средства принадлежали ей, а также рассказывала, что ей пришлось на протяжении примерно 10-ти дней собирать необходимую сумму. Каждый раз ФИО5 утверждала, что ее брат ФИО7О. был категорически против передачи денежные средств. По результатам рассмотрения всех обращений ФИО5 так и не было принято решение, которым бы на него (ответчика) была возложена обязанность вернуть ей денежные средства Наиболее подробно содержание объяснений ФИО5К. изложено в постановлениях об отказе в возбуждении уголовного дела от 08.02.2018г. и от 12.03.2018г.

В рамках гражданского дела было вынесено решение об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО5, гак как Центральный районный суд <адрес> пришел к выводу, что о нарушении своих прав ФИО5 знала (должна была знать) на момент заключения дополнительного соглашения от 29.05.2017г. Но более значимым является в данном случае гот факт, что суд рассматривал спор о денежных средствах, принадлежащих ФИО5К., которые были ею переданы по дополнительному соглашению от 29.05.2017г. По данному гражданскому делу она просила взыскать свои денежные средства в свою пользу, а не в пользу своего брата ФИО7

Ответчик ФИО2 считает, что после того, как были исчерпаны все возможные способы истребования у него (ответчика) законно заработанных им денежных средств, истцом по настоящему иску ФИО7 и ФИО5 было принято решение инициировать новый иск, в котором указаны заведомо ложные и не соответствующие действительности сведения, согласно которым якобы ФИО7 поручал своей сестре ФИО5 заключить со ним (ответчиком) соглашение и уплатить якобы принадлежащие ему денежные средства.

Ссылаясь на то, что указанные обстоятельства опровергаются вступившим в законную силу решением Центральный районный суд <адрес>, от ДД.ММ.ГГГГ,. которым установлен факт обращения ФИО5 в суд за защитой своих нарушенных прав (о взыскании принадлежащих ей денежных средств), просит отказать в удовлетворении исковых требований ФИО7 в полном объеме, при этом также заявив ходатайство о применении срока исковой давности в качестве самостоятельного основания для отказа в удовлетворении исковых требований (т.1 л.д. 139-152).

От 3-го лица ФИО5 поступил письменный отзыв, в котором она указала, что при заключении оспариваемого ее братом ФИО7 дополнительного соглашения об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ она действовала по его поручению и передавала денежные средства в размере 2000000 руб., также принадлежащие брату. Указала, что соответствующее распоряжение брат ей дал в записке от 29.05.2017г. Считает иск обоснованным и подлежащим удовлетворению (т.1 л.д. 135).

Исследовав материалы дела, в соответствии с положениями ч. ч. 1 - 3 ст. 67 ГПК РФ оценив представленные доказательства, как в отдельности, так и в совокупности, по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд приходит к следующему выводу:

Согласно принципу свободы договора (упоминаемого в п.п.1 и 2 ст.1 ГК РФ и тесно связанного с другим принципом гражданского права - принципом автономии воли - п.1 ст.2 ГК РФ), конкретизированного в абз.1 п.1 ст.421 ГК РФ, субъекты гражданского права самостоятельно, по своей воле определяют, заключать ли им договор, а если они принимают решение о его заключении, то самостоятельно определяют, когда, с кем, какой договор заключать и на каких условиях.

В соответствии с п. 1 ст. 420 ГК РФ договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу п. 3 ст. 154 ГК РФ для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или более сторон (многосторонняя сделка).

По общим правилам заключения договора договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение (п. 1 ст. 432 ГК РФ).

В соответствии со ст.431 ГК РФпри толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Если правила, содержащиеся в части первой настоящей статьи, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

В п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора" разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в ст.1 ГК РФ, другими положениям Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (ст. ст.3,422 ГК РФ).

При толковании условий договора в силу абз. 1 ст.431 ГК РФсудом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (п. 5 ст.10, п. 3 ст.307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст.1 ГК РФ). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абз. 1 ст.431 ГК РФ). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ адвокат ФИО2, с одной стороны, и ФИО20 ФИО3, с другой стороны, заключили дополнительное соглашение к соглашению об оказании юридической помощи, согласно которому доверитель (ФИО21 ФИО3) оплачивает адвокату 2000000 рублей в качестве вознаграждения в случае переквалификации судом действий ФИО7 ФИО12 ФИО1 со ст.105 УК РФ на менее тяжкий состав преступления, либо его полного оправдания по данному обвинению (п.1.). Стороны также договорились, что в случае отсутствия результата, указанного в п.1.1 договора, адвокат возвращает указанную в п.1.1 сумму гонорара, в день вынесения приговора судом <адрес> в отношении ФИО7 (т.1 л.д. 6).

Буквальное толкование условий указанного дополнительного соглашения следует, что его сторонами являются ФИО2 и ФИО20 ФИО3 (в настоящее время ее фамилия ФИО22, что следует из ее отзыва – т. 1 л.д. 135).

В подтверждение принадлежности переданных адвокату – ответчику ФИО2 денежных средств и совершения ФИО5 ФИО3 действий по заключению указанного дополнительного соглашения по его поручению, истцом ФИО7 в дело представлена письмо-записка, содержащая текст следующего содержания: «привет моя родная!!! Пари сестра отдай адвокату ФИО2 2000000 рублей моих денег он сказал по делу все будет хорошо…» (т.1 л.д. 136; т.2 л.д. 206).

Поскольку ответчиком ФИО2 по делу было заявлено о подложности указанного письма, полагающего, что указанное письмо было составлено лишь для целей предъявления настоящего иска истцом ФИО7 и только после того как ФИО22 ФИО3 судом было отказано в удовлетворении аналогичного иска (т.2 л.д. 9-11), определением суда от 28.07.2021г. в целях проверки указанных доводов ответчика по делу была назначена судебная экспертиза технического исследования документов, перед экспертами поставлены следующие вопросы: - 1) выполнено ли оформление рукописного текста в представленном на исследование письме с текстом следующего содержания: «привет моя родная!!! Пари сестра отдай адвокату ФИО2 2000000 рублей моих денег он сказал по делу все будет хорошо…» в одно время (одинаковых условиях и т.п.); - 2) если текст указанного письма содержит в части текст, выполненный в иное время или в отличных от основного текста условиях его выполнения, указать текст указанной части (его содержание); - 3) соответствует ли время выполнения рукописного текста представленного на исследование письма маю 2017 года? Если не соответствует, то каково вероятное время его выполнения полностью, или в части, если текст письма (его отдельные части) выполнен в разное время (т.2 л.д. 72-75).

Согласно заключению экспертов №, 45/4-2, 47/4-2 (2202/4-2, 2204/4-2, 2222/4-2) от 12.07.2022г. текст исследуемого письма, начинающегося и заканчивающегося словами: «Привет моя Родная!!! Пари Сестра отдай Адвокату ФИО2 2 000 000 рублей моих денег... пока немогу пока так» (без даты), выполнен ФИО21 ФИО1 под влиянием на процесс письма каких-то «сбивающих» факторов. Рукописные записи «отдай», «моих денег», «по делу», последние две цифры «0» в записи «2 000 000» в тексте письма были дописаны к основному тексту и первоначально выполненной записи «20 000 рублей». Время выполнения текста письма, начинающегося и заканчивающегося словами: «Привет моя Родная!!! Пари Сестра отдай Адвокату ФИО2 2 000 000 рублей моих денег... пока немогу пока так», не соответствует маю 2017 года, текст выполнен не ранее марта 2021 года (т.2 л.д. 169-183).

Проанализировав содержание заключения судебной экспертизы, суд приходит к выводу о том, что оно в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ, ст. 25 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", является полным, ясным, содержит подробное описание проведенного исследования, мотивированные ответы на поставленные судом вопросы, последовательно, непротиворечиво и согласуется с другими доказательствами по делу. Эксперт был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 УК РФ, за дачу заведомо ложного заключения, имеет образование в соответствующей области знаний и стаж экспертной работы, в связи с чем, оснований не доверять указанному заключению не имеется.

С учетом заключения экспертов суд приходит к выводу о том, что в представленном истцом письме изначально указывалось о 20000 рублях, а дописка текста до суммы 2000000 руб. и указание о поручении сестре ФИО9 передать данную сумму как принадлежащую ФИО7 была внесена в уже имеющийся текст не ранее марта 2021 года.

Таким образом, поскольку указанный документ с окончательным текстом, изменяющим смысл первоначального текста был изготовлен по времени в 2021 году, он не может признан допустимым и относимым доказательством по настоящему делу, поскольку к событию заключения адвокатом ФИО2, с одной стороны, и ФИО6 ФИО3 спорного дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к соглашению об оказании юридической помощи никакого отношения не имеет.

С учетом изложенного, полагая обоснованными и соответствующим фактическим обстоятельствам дела доводы ответчика ФИО2, суд приходит к выводу о недоказанности истцом ФИО7 того обстоятельства, что при заключении оспариваемого им соглашения от ДД.ММ.ГГГГ заключившая указанное соглашение ФИО22 (ФИО20) ФИО3 действовала не по собственной инициативе, а по его поручению ФИО7 и за счет принадлежащим ему средств.

Указанное позволяет сделать вывод о недоказанности истцом факта нарушения его прав заключением от ДД.ММ.ГГГГ указанного дополнительного соглашения его сторонами.

В силу положений ч.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Вопреки доводам истца ФИО7 и 3-го лица ФИО5 (являющейся сестрой истца и, следовательно - лицом, заинтересованным в разрешении спора в пользу истца), материалами дела подтверждается, что в 2020 году ФИО5 от собственного имени обратилась в суд к ответчику ФИО2 с аналогичным иском, в которому утверждала, что ответчик незаконно пользуется ее средствами (т.1 л.д. 179-182). Заявленные ФИО5 исковые требования решением Центрального районного суда <адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без удовлетворения (дело №, текст итогового судебного акта размещен в свободном доступе на официальном сайте суда, т.1 л.д. - 183-186).

При этом судом учитывается, что наличие у ФИО5 выданной ДД.ММ.ГГГГ на ее имя нотариально удостоверенной доверенности ФИО7 с правом передоверия (на которую истец ссылается в своих пояснениях по делу – т.2 л.д. 101) не лишало ее возможности не только заключить спорное соглашение от имени ФИО7, но и соответствующий иск также предъявить от имени ФИО7, а не в собственных интересах. Однако указанного сделано ею не было (т. 2 л.д. 102).

Пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, закреплена недопустимость действий граждан и юридических лиц, осуществляемых исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах.

То есть добросовестность при осуществлении гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей предполагает поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующее ей.

Из положений п.3 ст.10 ГК РФ устанавливается презумпция разумности и добросовестности участников гражданского оборота, которая применяется тогда, когда в соответствии с законом возможность защиты гражданских прав зависит от поведения их обладателей.

Таким образом, неразумность и недобросовестность, допущенные при осуществлении прав, должен доказывать тот, кто это утверждает.

Суд полагает установленным и не опровергнутым истцом ФИО7 факт заключения оспариваемого им дополнительного соглашения от ДД.ММ.ГГГГ к соглашению об оказании юридической помощи ФИО22 (ФИО20) ФИО11 ФИО3 в его интересах, но от собственного имени (как стороной соглашения) и за свой счет, поскольку указанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу решением Центрального районного суда <адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ (т.1 л.д. - 183-186).

Указанный вывод суд основан на положениях части 2 ст. 61 ГПК РФ, которой предусмотрено, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда.

В силу п. 2 ст. 195 ГПК РФ суд основывает решение только на тех доказательствах, которые были исследованы в судебном заседании, то есть представлены сторонами.

Обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением Центрального районного суда <адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ истцом ФИО7 не оспорены.

При установленных по делу обстоятельствах правовых оснований для удовлетворения иска ФИО7 не имеется.

Помимо указанного, самостоятельным основанием для оставления заявленных ФИО7 исковых требований без удовлетворения является пропуск истцом срока исковой давности для обращения в суд, о применении которым по делу заявлено ответчиком ФИО2 (т.1 л.д. 139-152).

По общему правилу течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права (пункт 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации).

По настоящему делу истцом ФИО7 заявлены исковые требования о признании недействительным дополнительное соглашение об оказании юридической помощи от ДД.ММ.ГГГГ - по основанию его ничтожности (не отвечающей обязательным требованиям закона).

Согласно п. 1 ст.181 ГК РФсрок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Как следует из разъяснений, данных в п. 101 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" для требований сторон ничтожной сделки о применении последствий ее недействительности и о признании такой сделки недействительной установлен трехлетний срок исковой давности, который исчисляется со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, то есть одна из сторон приступила к фактическому исполнению сделки, а другая - к принятию такого исполнения (пункт1 статьи181ГК РФ) (абз.1).

Течение срока исковой давности по названным требованиям, предъявленным лицом, не являющимся стороной сделки, начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала ее исполнения (абз.2).

По смыслупункта1 статьи181ГК РФ если ничтожная сделка не исполнялась, срок исковой давности по требованию о признании ее недействительной не течет (абз.3).

Если сделка признана недействительной в части, то срок исковой давности исчисляется с момента начала исполнения этой части (абз.4).

Таким образом, началом течения срока исковой давности по ничтожной сделке является не дата ее заключения, на начало ее исполнения.

По делу установлено, что спорное дополнительное соглашение от ДД.ММ.ГГГГ к соглашению об оказании юридической помощи в части условия о выплате гонорара в сумме 2000000 руб. исполнено ДД.ММ.ГГГГ (оплачено на основании приходного кассового ордера от 29.05.2017г., что установлено и вступившим в законную силу решением Центрального районного суда <адрес> края от ДД.ММ.ГГГГ - т.1 л.д. 6 оборот, 183-186).

С учетом изложенного суд приходит к выводу о том, что исчисляемый с момента исполнения ничтожной сделки (т.е. с ДД.ММ.ГГГГ) 3-летний срок исковой давности истек ДД.ММ.ГГГГ.

С настоящим иском истец ФИО7 обратился ДД.ММ.ГГГГ (почтовый идентификатор 658820 50 09254 2 - т.1 л.д. 70), то есть после истечения указанного срока.

Обстоятельств уважительности причин пропуска истцом срока исковой давности по делу не установлено.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (пункт 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" разъяснено, что истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока для истца - физического лица, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела.

На основании изложенного, руководствуясь ст.194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4 к ФИО8 о признании дополнительного соглашения недействительным и взыскании денежных средств оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Алтайский краевой суд через Славгородский городской суд в течение одного месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Дата составления мотивированного решения 10 августа 2022 года.

Председательствующий: Е.В.Щербина