Дело № 2-2755/2022
РЕШЕНИЕ
именем Российской Федерации
22 сентября 2022 года г. Стерлитамак РБ
Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан в составе: председательствующего судьи Максютова Р.З.,
при секретаре Абдрахмановой Л.Н.,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 ФИО35 к ФИО3 ФИО36 о признании договора дарения недействительным
УСТАНОВИЛ:
ФИО2 обратился в суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании договора дарения недействительным, в котором, просит признать недействительным договор дарения квартиры, находящейся по адресу: <адрес> заключенный между ФИО4 и ФИО3, применить последствия недействительности сделки, включить спорную квартиру в состав наследственной массы после умершей ФИО4 и признать за ним право собственности на квартиру. Требования мотивирует тем, что является мужем ФИО4, умершей 21 января 2022 года, и является единственным ее наследником. После открытия наследства, при обращении к нотариусу ему стало известно, что в апреле 2021 года между умершей ФИО4 и ее сестрой ФИО3 заключен договор дарения спорной квартиры, в результате чего ФИО3 является собственником квартиры. Считает, что его права нарушены, поскольку ФИО4 при заключении договора дарения квартиры в апреле 2021 года страдала психическим заболеванием, с учетом ее индивидуальных, психологических и возрастных особенностей, эмоционального состояния не могла правильно воспринимать условия договора дарения и его последствий, на дату заключения договора у нее не было свободы волеизъявления, и она не осознавала характера совершаемой сделки.
В судебное заседание истец ФИО2 не явился, извещен надлежащим образом, представлено заявление о рассмотрении дела в его отсутствии.
В судебном заседании представитель истца по доверенности ФИО5 заявленные требования поддержала, просила удовлетворить в полном объеме. Пояснила суду, что умершая ФИО4 в момент составления договора дарения от 25 марта 2021 года не понимала значение своих действий, что подтверждается показаниями свидетелей и заключением экспертов.
В судебное заседание ответчик ФИО3 не явилась, извещена надлежащим образом, представлено заявление о рассмотрении дела в ее отсутствии.
В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО6 в удовлетворении исковых требований возражал, просил в иске отказать. Пояснил суду, что истцом не доказано, что умершая ФИО4 имела проблемы с психическим состоянием. Допрошенные свидетели путаются в своих показаниях, половина из которых заинтересованы в деле. Просил назначить повторную судебную экспертизу.
В судебное заседание третьи лица нотариус ФИО7, представители Управление Россреестра по РБ не явились, причину не явки не сообщили.
В судебном заседании от 13 апреля 2022 года свидетель ФИО8 суду пояснил, что является знакомой ФИО4, с которой вместе росли, истец является его другом. Часто встречались семьями, ФИО4 была радостной до того момента пока не начала болеть, до 2017-2018 г. В последнее время до смерти долго не присутствовала при встрече, с 2021 г. плохо разговаривала, состояние было заторможенное, иногда узнавала людей, иногда нет.
В судебном заседании от 13 апреля 2022 года свидетель ФИО9 суду пояснила, что является старшей по дому и соседкой по дому ФИО4, с которой познакомилась 2-3 года назад и проживали на одном этаже. В 2017-2018 г. ФИО4 сильно заболела, с 2018 г. за умершей ухаживал истец, все было на нем. Сестра умершей до 2020 г. навещала их редко, после стала ходить в гости к сестре чаще. Последний раз умершую видела в феврале 2021 г. в подъезде, она шла к двери опираясь за стенку и кивала головой в ответ на заданные ей вопросы, состояние было заторможенное.
В судебном заседании от 13 апреля 2022 года свидетель ФИО10 суду пояснила, что является соседкой ФИО4, последнее время перед смертью состояние умершей было заторможенное, была слаба, в 2020 г. зайдя к умершей для сбора подписей собственников дома, поняла, что заполнить документы ФИО1 по состоянию своего здоровья не может, смогла поставить только подпись, а акт с разрешения умершей пришлось заполнить самой. В феврале 2021 г. умершая плохо передвигалась сама, в марте 2021 г. видела двух женщин, которые приходили к ФИО4, впоследствии узнала, что это были сестры умершей. В мае 2021 г. в ответ на ее приветствие ФИО4 никак не отреагировала.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО11 суду пояснил, что умершая ФИО4 являлась сестрой его жены, при жизни всегда его узнавала, после того как слегла, разговаривать не могла. Во время проживания у умершей и ответчика на протяжении 8 месяцев, за ФИО4 ухаживала только его жена, ответчик ни какой помощи не оказывал. ФИО4 в начале 2021 года сама сообщила его жене, что хочет подарить ей квартиру, поскольку мужу оставила три гаража, машину и сад. До самой смерти, умершая всех узнавала, находилась в своем уме и здравой памяти. С ноября 2021 г. ФИО4 слегла.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО12 суду пояснила, что умершая ФИО4 является ее подругой, двоюродной снохой. Созванивались с ФИО4 при жизни два три раза в месяц, в период времени с мая по декабрь 2021 г. умершая болела, но всегда говорила и отвечала нормально, вела себя адекватно, при жизни боялась мужа, последнее время перед смертью проживала со своей сестрой, так как истца часто не было дома.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО13 суду пояснила, что является знакомой ФИО4. С 2013 года вместе работали с сестрой умершей, начиная с 2015-2016 г. общались до самой смерти, последний раз видела умершую в октябре 2021 г., никаких проблем с психикой не наблюдала, поведение было нормальное. За умершей ухаживала ее сестра ФИО3.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО14 суду пояснила, что является соседкой ФИО4, знакома с умершей 20 лет. По просьбе истца с 2018 года при жизни умершей заходила ее навещать, помогала получать лекарства, приглядывала за ФИО4, возила ее к проктологу на такси. Сестры ее не навещали, появились только к концу лета. В марте 2021 г. ФИО4 было плохо, была без памяти, постоянно жаловалась на головные боли, передвигалась по стенке, вялая, не жизнерадостная, перестала улыбаться. Истец кушать всегда готовил сам, раскладывал все по баночкам.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО15 суду пояснил, что является соседом по дому ФИО4 и истца, знаком с ними около 5-6 лет. В январе 2021 г. зашел поздороваться с ФИО4, но она его не узнала, истец пояснил, что она болеет. После этого видел ее несколько раз, она плохо выглядела, сама плохо передвигалась, кушать готовил истец. Сестра умершей появилась только в апреле, раньше с ними не жила.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО16 суду пояснила, что ее супруг является односельчанином истца, они приезжали в гости к ним постоянно. В 2018 году на день рождение к ее мужу истец пришел один, ушел быстро, так как его супруга болела, ей сделали химиотерапию. В феврале 2021 года приехав к ФИО1 увидел, что ФИО4 была не адекватная, не узнавала никого, не понимала что кушает, постоянно лежала, говорила о головных болях.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО17 суду пояснила, что умершая ФИО4 является ее снохой более 20 лет, с 2017 г. заболела, в 2018 г. перестала узнавать людей. После 23 февраля 2021 г. были у А-вых в гостях, у Мархабы случился приступ, она лежала и улыбалась, сама практически не вставала. Что ей скажешь то она и делала. В 2021 году состояние ФИО4 ухудшилось.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО18 суду пояснила, что истец является ее дядей, умершая - супругой дяди. Знакомы были с ФИО4 с периода совместного проживания супругов. Жили супруги хорошо, в 2018 г. умершая попала в больницу, с того момента перенесла много хирургических вмешательств. С 2021 г. Мархаба перестала всех узнавать, на заданный ею вопрос: как дела, она просто улыбалась. ФИО4 не разговаривала, если не знала что отвечать, просто улыбалась. Дядя при жизни умершей помогал ходить в туалет, сам готовил, передвигаться самостоятельно она не могла.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО19 суду пояснил, что умершую знал более 20 лет. В 2017 году ФИО4 начала болеть, ей сделали химиотерапию, потом сделали операцию. В 2021 году он зашел к Ринату, ФИО4 уже лежала, не реагировала на людей, жаловалась на головные боли. На вопросы она не отвечала, при них умершая самостоятельно не ходила.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО20 суду пояснила, что истец является односельчанином ее супруга. После празднования Нового года приходили к ФИО1 в гости, Мархаба уже лежала, спрашивали у нее что болит, она не говорила ничего, просто показывала на голову. Глаза у ФИО1 были стеклянные. При жизни умершей помогал передвигаться истец, сама Мархаба передвигалась по стенке. В 2018 г. ФИО1 перенесла химиотерапию, не всегда узнавала людей. В 2021 году Мархаба лежала, и жаловалась на головные боли.
В судебном заседании от 18 апреля 2022 года свидетель ФИО21 суду пояснила, что умершая являлась супругой его дяди. О болезни умершей узнала в 2018 году, и в это же время ФИО1 уже не узнавала их. Перед смертью умершая жаловалась на головные боли. Состояние у нее было больного человека, в основном передвигалась с чужой помощью.
В судебном заседании от 04 июля 2022 года свидетель ФИО22 суду пояснила, что умершая ФИО4 являлась супругой ее брата. Умершая заболела в 2018 году, выявили опухоль головного мозга, в это время не могла разговаривать, болезнь прогрессировала. До болезни ФИО2 была веселой, общительной, но стала заторможенной, забывчивой. Брат спрашивал ее, когда день рождение, она говорила «не знаю». Какой у них адрес, тоже не могла назвать. В 2020 году ФИО1 уже была как ребенок, могла ответить могла и не ответить. Видели ФИО2 в январе 2021 года 3-4 раза в неделю, при жизни жаловалась на головные боли.
В судебном заседании от 04 июля 2022 года свидетель ФИО23 суду пояснил, что умершая ФИО4 является супругой его знакомого, знал ее с 2003 года. У ФИО1 имелись проблемы с головой, супруг ее возил по больницам. Как-то меняя им люстру, увидел, что Ринат попросил ФИО4 принести тряпку, а она принесла кастрюлю с водой. Вела себя она не адекватно, могла включить газ, если газ не зажжется, могла уйти и запах газа не чувствовала, жаловалась на головные боли.
В судебном заседании от 04 июля 2022 года свидетель ФИО24 суду пояснил, что умершая ФИО4 приходится ему знакомой, проживала рядом. В 2002 г. познакомились поближе и стали общаться семьями. Умершая при жизни жаловалось, на то, что у нее раскалывается голова, после облучения вела себя неадекватно. Облучение было в 2018-2019 году. Передвигалась она медленно и речь у нее была заторможена.
Учитывая требования ст. 167 ГПК РФ, положения ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, гарантирующие равенство всех перед судом, в соответствии с которыми неявка лица в суд есть его волеизъявление, свидетельствующее об отказе от реализации своего права на непосредственное участие в разбирательстве, а потому не является преградой для рассмотрения дела, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся лиц.
Суд, заслушав представителей сторон, исследовав материалы гражданского дела, считает необходимым удовлетворить исковые требования по следующим основаниям.
Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с п. 3 ст. 574 Гражданского кодекса Российской Федерации договор дарения недвижимого имущества подлежит государственной регистрации.
Статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрена недействительность сделки по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Согласно п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.
В соответствии с п. 3 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того, осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются.
Таким образом, разумность участников гражданских правоотношений, т.е., осознание ими правовой сути и последствий совершаемых действий предполагается, пока не доказано обратное.
В соответствии с ч. 1 ст. 56 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.
Из материалов дела следует и установлено судом, что ФИО2 является супругом ФИО4, что подтверждается свидетельством о заключении брака серии III № от 21 января 2022 года.
ФИО4 на основании договора дарения от 25 марта 2021 года подарила квартиру, принадлежащую ей на праве собственности, расположенную по адресу: <адрес> ФИО3
Согласно выписке из ЕГРН от 21 февраля 2022 года ФИО3 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес> <адрес>.
26 декабря 2021 года ФИО4 умерла, что подтверждается свидетельством о смерти серии IV-АР №.
10 февраля 2022 года ФИО2 обратился к нотариусу нотариального округа Стерлитамакский район РБ ФИО7 о принятии по всем основаниям наследования наследства, оставшегося после смерти ФИО4
ФИО2 в обоснование исковых требований указывает о том, что его права были нарушены тем, что ФИО4 при жизни подарила спорную квартиру ФИО3, лишив его права на получение наследства. Считает, что договор дарения был заключен умершей ФИО4 в состоянии, при котором она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, поскольку у нее в последние пять лет жизни ухудшилось здоровье, что подтверждается представленной им медицинской документацией.
Для установления состояния психического здоровья ФИО4, могла ли она понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления договора дарения от 25 марта 2021 года, учитывая ходатайство истца о назначении экспертизы, определением Стелитамакского городского суда РБ от 18 апреля 2022 года назначена посмертная судебная психиатрическая экспертиза в отношении ФИО4
Согласно заключению эксперта ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № от 18 мая 2022 года установлено, что ФИО4 на момент составления договора дарения квартиры от 25 марта 2021 года обнаруживала признаки органического психического расстройства с изменением психической функции (F06.8) (ответ на вопрос № 1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о выявлении у нее в 2018 г. объемного образования головного мозга, перенесенных оперативных вмешательствах на головной мозг (26.01.2018 г. проведена трефенация черепа с пункционной биопсией внутримозговой опухоли, 25.01.2019 г. проведена костно-пластическая трепанацией черепа с удалением опухоли левой лобной доли), что сопровождалось головной болью, головокружение, общей слабостью, нарушением речи, снижением памяти. Однако уточнить степень изменения психических функций и эмоционально-волевых нарушений у ФИО4, оценить ее критические и прогностические способности, и решить вопрос о возможности понимать значение своих действий и руководить ими на момент составления договора дарения квартиры от 25 марта 2021 года, не представляется возможным в виду отсутствия описания ее психического состояния в представленной медицинской документации, а также в связи с неоднозначностью свидетельских показаний о ее психическом состоянии на интересующий суд период времени (ответ на вопросы № 2,3).
В связи с тем, что заключение экспертизы ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № от 18 мая 2022 года содержит выводы в недостаточно полном объеме, при проведении судебной экспертизы, экспертами не были исследованы все имеющиеся медицинские документы в отношении ФИО25, учитывая ходатайство истца о назначении повторной экспертизы, определением Стелитамакского городского суда РБ от 04 июля 2022 года назначена дополнительная посмертная судебная психиатрическая экспертиза в отношении ФИО4
Согласно заключению эксперта ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № от 29 августа 2022 года установлено, что ФИО4 на момент составления договора дарения квартиры от 25 марта 2021 года обнаруживала признаки деменции в связи со смешанными заболеваниями (F02.808) (ответ на вопрос № 1). Об этом свидетельствуют данные анамнеза и медицинской документации о выявлении у нее в 2018 г. объемного образования головного мозга, перенесенных оперативных вмешательствах на головной мозг (26.01.2018 г. проведена трефенация черепа с пункционной биопсией внутримозговой опухоли, 25.01.2019 г. проведена костно-пластическая трепанацией черепа с удалением опухоли левой лобной доли), что проявлялось головной болью, головокружение, общей слабостью, нарушением речи, а также сопровождалось прогрессирующим снижением интеллектуально-мнестических функций и нарастающими изменениями в эмоционально-волевой сфере с нарушением ориентации, значительного снижения памяти и интеллекта, пассивности, безынициативности, несамостоятельности, зависимости от ближайшего окружения, что привело к формированию социальной и бытовой несостоятельности, с необходимостью постоянного постороннего ухода и надзора, что подтверждается показаниями свидетелей ФИО8, ФИО9, ФИО26, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО27, ФИО19, ФИО20, ФИО28, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, а также представленными судом видеозаписями на флэш-карте. На момент составления договора дарения квартиры от 25 марта 2021 года у нее наблюдались грубые нарушения памяти, мышления, интеллекта, критических и прогностических способностей; она не была способна к самостоятельному принятию решений, к произвольному поведению и реализации своих решений, к критической оценке и прогнозированию последствий совершаемой сделки, и не могла понимать значение своих действий и руководить ими в интересующий суд период времени (ответы на вопросы № 2,3)
Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.
В соответствии со статьей 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации заключение эксперта должно содержать подробное описание проведенного исследования, сделанные в результате его выводы и ответы на поставленные судом вопросы. Заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.
Экспертные заключения оцениваются судом по его внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании каждого отдельно взятого доказательства, собранного по делу, и их совокупности с характерными причинно-следственными связями между ними и их системными свойствами. Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.
Оценивая заключение судебной экспертизы ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № № от 29 августа 2022 года, суд приходит к выводу о том, что данное заключение является более полным, содержит более подробное описание проведенных исследований, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из имеющихся в распоряжении документов, основывается на объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, чем заключение эксперта ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № 450 от 18 мая 2022 года.
В обеих экспертизах в заключении указаны данные о квалификации экспертов, их образовании, стаже работы.
При этом экспертное заключение не имеет преимущественного значения при разрешении заявленного иска, а оценивается судом в совокупности с иными исследованными доказательствами.
Таким образом, суд признает экспертное заключение ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № от 29 августа 2022 года полным, научно обоснованным, достаточно ясным, тогда как оснований для вывода об обратном, то есть о необоснованности и наличии сомнений в правильности указанного заключения у суда не имеется.
Таким образом, при разрешении вопроса по существу рассматриваемого спора, суд принимает во внимание выводы заключения посмертной судебной психиатрической экспертизы в отношении ФИО4 ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № от 29 августа 2022 года.
Доводы, по которым представитель ответчика не согласен с дополнительным заключением экспертизы, носят субъективный характер и не опровергают данное заключение. Несогласие с выводами, изложенными в экспертном заключении по результату судебной экспертизы, само по себе не свидетельствует о наличии оснований для назначения повторной экспертизы, в связи с чем, в удовлетворении ходатайства представителя ответчика ФИО6 о назначении повторной экспертизы, суд отказывает.
Подводя итоги, учитывая все вышеизложенное, в том числе заключение судебной экспертизы ГБУЗ РБ «Республиканской клинической психиатрической больницы» № № от 29 августа 2022 года, что в момент составления договора дарения у ФИО4 обнаружены признаки деменции в связи со смешанными заболеваниями, показания свидетелей, суд считает, что ФИО4 в момент заключения договора дарения от 25 марта 2021 года не понимала значение своих действий и не могла ими руководить, то такой договор в соответствии со ст. 177 Гражданского кодекса РФ подлежит признанию недействительным, в связи с чем, требования ФИО1 ФИО37 к ФИО3 ФИО38 о признании договора дарения недействительным, подлежат удовлетворению.
Согласно пп. 1, 2 ст. 167 недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Таким образом, учитывая вышеуказанную норму права, подлежат применению последствия недействительности сделки, в виде исключения запись из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество о праве собственности ФИО3 ФИО39 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>.
В соответствие с частью 2 статьи 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.
Согласно статье 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.
Согласно пункту 1 статьи 1142 ГК РФ наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.
Согласно наследственному делу №, заведенному нотариусом ФИО7 после смерти ФИО29, умершей 21 января 2022 года единственным наследником обратившимся после смерти ФИО4 является ее супруг ФИО2
Таким образом, учитывая, что договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО4 и ФИО3 от 25 марта 2021 года признан судом недействительным, то на момент смерти ФИО4 21 января 2022 года, спорная квартира принадлежала умершей на праве собственности, что в свою очередь означает, что спорная квартира подлежит включению в состав наследства умершей ФИО4, из чего следует, что имеются законные основания для признания права собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес> за ФИО2 в порядке наследования.
Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации, суд
РЕШИЛ:
Исковое заявление ФИО1 ФИО40 к ФИО3 ФИО41 о признании договора дарения недействительным – удовлетворить.
Признать недействительным договор дарения квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, кадастровый №, заключенный между ФИО1 ФИО43 и ФИО3 ФИО44 от 25 марта 2021 года.
Применить последствия недействительности сделки, исключив запись из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество о праве собственности ФИО3 ФИО45 на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №.
Включить квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый № в состав наследственной массы после смерти ФИО1 ФИО46, умершей 26 декабря 2021 года.
Признать за ФИО1 ФИО47 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, кадастровый №.
Решение суда может быть обжаловано в Верховный суд Республики Башкортостан в течение месяца со дня его принятия судом в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы в Стерлитамакский городской суд Республики Башкортостан.
Председательствующий судья <данные изъяты> Р.З. Максютов
<данные изъяты>