Решение по делу № 2-2532/2022 от 24.11.2022 | Феодосийский городской суд (Республика Крым)

Категория дела Об истребовании имущества из незаконного владения Гражданское Удовлетворено

Краткое содержание дела Все четыре части решения кратко

Вводная частькто, когда и о чём судился

В апреле 2022 года финансовый управляющий <ФИО> – <ФИО> обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (далее – ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги»), указав

Описательная частьчто требовал истец и что отвечал ответчик

Мотивировочная частьчем суд руководствовался и почему так решил

Резолютивная частьитоговое решение суда

Иск финансового управляющего <ФИО> <ФИО> – <ФИО> <ФИО> – удовлетворить.

Дело № 2-2532/2022

УИД: 91RS0022-01-2022-001523-42

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

24 ноября 2022 года г. Феодосия

Феодосийский городской суд Республики Крым в составе:

председательствующего судьи Чибижековой Н.В.,

с участием секретаря Аблязовой Э.Р.,

представителя истца ФИО14,

представителя третьего лица ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску финансового управляющего ФИО16 ФИО21 – ФИО17 ФИО22 к Обществу с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (третье лицо – ФИО19 ФИО23) об истребовании имущества из чужого незаконного владения,-

УСТАНОВИЛ:

В апреле 2022 года финансовый управляющий ФИО16 – ФИО17 обратился в суд с иском к Обществу с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (далее – ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги»), указав третьи лицом – ФИО19, в котором просит истребовать из чужого незаконного владения ответчика в пользу ФИО16 жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., общей площадью 696,1 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, и земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером № расположенный по адресу: <адрес>

В обоснование требований указано, что решением Арбитражного суда г. Москвы от 28 сентября 2020 года по делу № А40-30036/18 в отношении должника ФИО16 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО17 – член Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность». Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17 сентября 2021 года по делу № А40-30036/18 срок реализации имущества гражданина в отношении ФИО16 продлен на шесть месяцев. В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО16 № № финансовый управляющий обратился с заявлением о признании недействительными на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, цепочки прикрываемых притворных сделок: договора дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенного между ФИО16 ФИО27 и ФИО92; договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенного между ФИО16 ФИО94 и ФИО95; а также признании недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенного между ФИО5 и ФИО19 ФИО30, и применении последствий недействительности сделки. Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17 августа 2021 года, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2021 года, по делу № А40-30036/18 признан недействительной сделкой договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенный между ФИО16 ФИО31 и ФИО97; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО96 и ФИО5; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенный между ФИО5 и ФИО19 ФИО34; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО2 возвратить в конкурсную массу ФИО16 ФИО35 следующее недвижимое имущество: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> <адрес>, кадастровый №, общей площадью 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от 24 марта 2016 года №; и земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером № (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес> <адрес> на котором расположен вышеуказанный жилой дом, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство. Вместе с тем, как стало известно финансовому управляющему, после вынесения судебного акта (резолютивная часть была оглашена 10 августа 2021 года) – 19 августа 2021 года право собственности на указанный объект было зарегистрировано за ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги». В целях досудебного урегулирования спора, 29 декабря 2021 года финансовым управляющим в адрес ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» была направлена претензия с требованием возвратить спорное имущество. В ответ на претензию ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» отказалось от возврата имущества в добровольном порядке. Указывает, что с заявлением о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО16 № № финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд г. Москвы 07 февраля 2020 года; резолютивная часть определения Арбитражного суда г. Москвы о признании недействительными сделок и применении последствий недействительности сделки оглашена 10 августа 2021 года, в полном объеме определение изготовлено – 17 августа 2021 года; в рамках указанного дела было установлено, что спорное недвижимое имущество было отчуждено с целью вывода активов. В соответствии с положениями Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», определение Арбитражного суда г. Москвы о признании сделок недействительными подлежало исполнению в момент оглашения его резолютивной части, то есть, начиная с 10 августа 2021 года, однако 19 августа 2021 года право собственности на спорное недвижимое имущество было зарегистрировано за ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги». Таким образом, с учетом положений пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, на момент возникновения права собственности на истребуемое недвижимое имущество у ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги», у предыдущего собственника ФИО19 уже отсутствовали правовые основания на отчуждение спорного имущества. Также, ссылается на то, что ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» как любой разумный участник гражданского оборота перед покупкой недвижимого имущества должен был ознакомиться со всеми правоустанавливающими документами на недвижимость, выяснить основания для возникновения у продавца недвижимого имущества права собственности на него, реальную стоимость имущества, наличие или отсутствие споров относительно права собственности на имущество; без подобных проверок возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии доверительных отношений между продавцом и покупателем. При этом финансовый управляющий полагает, что ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» не является добросовестным приобретателем спорного недвижимого имущества, поскольку нетипичные положения договора купли-продажи недвижимости, заключенного 30 июня 2021 года между ФИО19, как продавцом, и ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги», как покупателем, и дополнительного соглашения к нему от 04 августа 2021 года, а именно: значительная рассрочка оплаты в отсутствие какого-либо обеспечения, непосредственно свидетельствуют о наличии между ФИО19 и ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» доверительных отношений, а, следовательно, и осведомленности последнего о наличии правопритязаний третьих лиц на истребуемое имущество. Также указывает на то, что право собственности ФИО19 на истребуемое имущество возникло на основании признанного в судебном порядке недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, по условиям которого продажа спорного недвижимого имущества была осуществлена за 1500000 рублей (жилой дом – за 650000 рублей, земельный участок – за 850000 рублей), следовательно, разница в стоимости приобретения спорного недвижимого имущества ФИО19 (1500000 рублей) и стоимостью в размере 32000000 рублей, по которой ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в последующем приобрело данное имущество, составляет более чем в 21 раз. Полагает, что такая значительная разница между стоимостью покупки спорного имущества ФИО19 и последующей ее реализацией, у добросовестного приобретателя не могла не вызвать обоснованные сомнения в порочности заключаемой им сделки. Считает, что указанные обстоятельства свидетельствуют об осведомленности ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» о наличии правопритязаний третьих лиц на спорное недвижимое имущество, а, следовательно, о его недобросовестности.

Заочным решением Феодосийского городского суда Республики Крым от 02 августа 2022 года иск финансового управляющего ФИО16 ФИО36 – ФИО1 – удовлетворен. Суд

постановил:

истребовать из чужого незаконного владения Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО16 ФИО37 (СНИЛС № жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., общей площадью 696,1 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> кадастровый №; истребовать из чужого незаконного владения Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО16 ФИО38 (СНИЛС №) земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером 90:24:010103:386, расположенный по адресу: <адрес> <адрес>; взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в бюджет государственную пошлину в размере 60000 рублей.

12 сентября 2022 года в Феодосийский городской суд Республики Крым поступило заявление директора ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» ФИО20 об отмене заочного решения Феодосийского городского суда Республики Крым от 02 августа 2022 года.

Определением Феодосийского городского суда Республики Крым от 23 сентября 2022 года заявление ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» об отмене заочного решения Феодосийского городского суда Республики Крым от 02 августа 2022 года по гражданскому делу по иску финансового управляющего ФИО16 ФИО39 – ФИО17 ФИО40 к Обществу с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (третье лицо – ФИО19 ФИО41) об истребовании имущества из чужого незаконного владения – удовлетворено; отменено заочное решения Феодосийского городского суда Республики Крым от 02 августа 2022 года и возобновлено рассмотрение дела по существу.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05 августа 2022 года по делу № № арбитражный управляющий ФИО17 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО16 и финансовым управляющим назначен ФИО24

Истец – финансовый управляющий ФИО16 – ФИО24 в судебное заседание не явился, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщил, направил своего представителя – ФИО14, действующего на основании доверенности, который в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме и дал суду пояснения, аналогичные изложенным в исковом заявлении.

Ответчик – Общество с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом, своего представителя для участия в судебном заседании не направил и о причинах его неявки суду не сообщил, каких-либо ходатайств суду не заявил.

Третье лицо – ФИО19 в судебное заседание не явилась, о времени и месте судебного заседания извещена надлежащим образом, о причинах неявки суду не сообщила, ее представитель ФИО15, участие которого в судебном заседании в Феодосийском городском суде Республики Крым была обеспечено путем использования системы видеоконференц-связи на базе Октябрьского районного суда г. Ижевска Удмуртской Республики, в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме, указав, что истцом избран ненадлежащий способ защиты прав, а также, что ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» является добросовестным приобретателем, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для истребования спорного недвижимого имущества.

Частью 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Принимая во внимание, что реализация участниками гражданского оборота своих прав не должна нарушать прав и охраняемых законом интересов других лиц и должна соответствовать принципу добросовестности, поскольку лица, участвующие в деле, в силу своего волеизъявления не воспользовались своим правом на участие в судебном заседании, суд приходит к выводу о рассмотрении дела в отсутствие истца, представителя ответчика и третьего лица.

Заслушав представителей истца и третьего лица, исследовав материалы данного гражданского дела и электронные материалы дела Арбитражного суда г. Москвы № № всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства и оценив представленные доказательства, имеющие значение для рассмотрения дела и разрешения спора по сути, суд полагает, что иск подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с частью 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд принимает решение по заявленным истцом требованиям, на основании представленных сторонами в порядке статей 56, 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и оцененных судом в порядке статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательствах.

В силу статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предмет и основания иска определяет истец. При этом к основаниям иска относятся не только нормы права, на которые указывает истец, но и фактические обстоятельства, на которые он ссылается в обоснование своих требований.

В соответствии с требованиями статей 148, 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации нормы материального закона, подлежащего применению по делу, определяются судом.

В силу части 1 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению.

В соответствии со статьей 123 Конституции Российской Федерации, статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации гражданское судопроизводство осуществляется на основе равенства и состязательности сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которых она основывает свои требования и возражения.

В силу статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Как установлено судом и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда г. Москвы от 28 сентября 2020 года по делу № № ФИО16 ФИО42 признан несостоятельным (банкротом). Суд

постановил:

ввести в отношении ФИО16 процедуру реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев; утвердить ФИО17 ФИО43 – члена Ассоциации арбитражных управляющих «Солидарность» финансовым управляющим ФИО16 с вознаграждением, установленным Законом.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17 сентября 2021 года по делу № № продлен срок реализации имущества гражданина в отношении ФИО16 на шесть месяцев.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО16 № № финансовый управляющий ФИО17 обратился с заявлением о признании недействительными на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, цепочки прикрываемых притворных сделок: договора дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенного между ФИО16 ФИО44 и ФИО98; договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенного между ФИО99 и ФИО5; а также признании недействительным на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенного между ФИО5 и ФИО19 ФИО47, и применении последствий недействительности сделки (с учетом принятого судом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из электронных материалов дела Арбитражного суда г. Москвы № № определением от 09 марта 2021 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены – ФИО19 ФИО48 и ФИО5, в связи с чем, судебное разбирательство по делу было отложено на 26 мая 2021 года.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 26 мая 2021 года по ходатайству ФИО19 об отложении судебного заседания, в связи с временной нетрудоспособностью по причине болезни, судебное разбирательство по делу было отложено на 10 августа 2021 года.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17 августа 2021 года по делу № № (резолютивная часть определения оглашена 10 августа 2021 года) постановлено: признать недействительной сделкой договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенный между ФИО16 ФИО49 и ФИО3; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенный между ФИО5 и ФИО19 ФИО50; применить последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО19 ФИО51 возвратить в конкурсную массу ФИО16 ФИО52 следующее недвижимое имущество: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., расположенный по адресу: <...> кадастровый №, общей площадью 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от 24 марта 2016 года №; и земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером № (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес> на котором расположен вышеуказанный жилой дом, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство.

Арбитражным судом г. Москвы при рассмотрении заявления установлено, что 17 июня 2016 года между ФИО16 ФИО53 (далее – даритель) и ФИО3 (далее – одаряемая) был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка (далее – договор). Согласно пункту 1.1. договора даритель безвозмездно передает в собственность одаряемой – матери, ФИО3, а одаряемая принимает в дар принадлежащие дарителю: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв. (далее – жилой дом), расположенный по адресу: Россия, <адрес> кадастровый номер жилого дома: №, общая площадь – 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от ДД.ММ.ГГГГ №; земельный участок площадью 793 кв.м., кадастровый номер – № (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес> на котором расположен вышеуказанный жилой дом; категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство. Далее, 27 марта 2017 года между ФИО3 (в лице представителя ФИО6) (далее – продавец) и ФИО5 (далее – покупатель) был заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка (далее – договор 2). В соответствии с пунктом 1.1. договора 2, продавец продал и передал в собственность покупателя, а покупатель приобрел в собственность и принял от продавца: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв. (далее – жилой дом), расположенный по адресу: Россия, <адрес> кадастровый номер жилого дома№, общая площадь – 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от 24 марта 2016 года №; земельный участок площадью 793 кв.м., кадастровый номер – № (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес> на котором расположен вышеуказанный жилой дом; категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство. Пунктом 2.1. договора 2 установлено, что продажа жилого дома и земельного участка по договоренности сторон осуществлена на сумму 1350000 рублей, в том числе: жилой дом – за сумму 500000 рублей, земельный участок – за сумму 850000 рублей. Пунктом 2.1. договора стороны оценили дар в 1000000 руб., в том числе: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м. – за сумму 500000 рублей, земельный участок – за сумму 500000 рублей. Далее, 02 июля 2018 года между ФИО5 (далее – продавец) и ФИО19 ФИО54 (далее – покупатель) был заключен договор купли-продажи жилого дома и земельного участка (далее – договор 3). В соответствии с пунктом 1.1. договора 3, Продавец продал и передал в собственность покупателя, а покупатель приобрел в собственность и принял от продавца: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв. (далее – жилой дом), расположенный по адресу: Россия, <адрес>, кадастровый номер жилого дома: №, общая площадь – 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от 24 марта 2016 года №; земельный участок площадью 793 кв.м., кадастровый номер – № (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес>, на котором расположен вышеуказанный жилой дом; категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство. Пунктом 2.1. договора 3 установлено, что продажа жилого дома и земельного участка по договоренности сторон осуществлена на сумму 1500000 рублей, в том числе: жилой дом – за сумму 650000 рублей, земельный участок – за сумму 850000 рублей.

Рассмотрев спорные сделки на предмет их недействительности, суд пришел к выводу о том, что оспариваемые сделки следует расценивать как единую цепочку последовательно совершенных сделок, направленных на вывод из конкурсной массы должника ФИО16 ФИО55 имущества, в связи с чем, указанные договоры подлежат признанию недействительными, ввиду следующего.

В определении от 31 июля 2017 года по делу № Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию о том, что цепочкой последовательных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Наличие доверительных отношений позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации; при признании судом цепочки сделок притворными как прикрывающими сделку между первым продавцом и последним покупателем возврат имущества от конечного покупателя ее первоначальному продавцу осуществляется с использованием реституционного механизма, а не путем удовлетворения виндикационного иска; в рамках дела о банкротстве по требованию о признании нескольких сделок единой сделкой (пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации), совершенной в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов банка (пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), течение срока исковой давности начинается с того момента, когда временная администрация, конкурсный управляющий реально имели возможность узнать не только о самом факте совершения оспариваемых сделок, но и том, что они являются взаимосвязанными, притворными и действительно совершены в целях причинения вреда кредиторам.

По мнению суда, представленные в материалы дела доказательства, подтверждают аффилированность всех участников цепочки оспариваемых сделок.

Так, 23 июня 2016 года ФИО16 ФИО56, в лице своего уполномоченного представителя ФИО7 обратился в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с заявлением о регистрации права собственности на земельный участок (кадастровый (условный) номер – №, расположенный по адресу: <адрес> <адрес>). 23 июня 2016 года ФИО16 ФИО57, в лице своего уполномоченного представителя ФИО7 обратился также в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с Заявлением о перерегистрации земельного участка (кадастровый (условный) номер – №, расположенного по адресу: <адрес>

23 июня 2016 года ФИО3, в лице своего уполномоченного представителя ФИО7 обратилась в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с заявлением о регистрации земельного участка (кадастровый (условный) номер – № расположенный по адресу: <адрес> К указанному заявлению, ФИО3 была приложена нотариально удостоверенная доверенность от 18 июня 2016 года серии № из которой следует, что 18 июня 2016 года (то есть еще до регистрации права собственности за должником) ФИО3 уполномочила: ФИО7; ФИО5 (будущего покупателя имущества) быть представителями по вопросам: подачи на регистрацию договора(ов) дарения и регистрации перехода права собственности на: объект недвижимости (жилой дом, домовладение, домовладение с кафе-баром, здание, сооружение и т.п.) расположенный по адресу: <адрес> и земельный участок, расположенный по адресу: <адрес> <адрес> и/или иному, рекомендованному и/или присвоенному соответствующим компетентным органом адресу.

Далее, 12 апреля 2017 года ФИО3, в лице своего уполномоченного представителя ФИО6 обратилась в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с Заявлением о перерегистрации земельного участка (кадастровый (условный) №, расположенный по адресу: <адрес> К указанному заявлению ФИО3 была приложена нотариально удостоверенная доверенность от 24 марта 2017 года серии №, из которой следует, что 24 марта 2017 года ФИО3 уполномочила: ФИО6 (проживающего по адресу: <адрес>); ФИО7; ФИО8 быть представителями по вопросу сбора документов, необходимых для продажи принадлежащих на праве собственности: земельного участка, расположенного по адресу: <адрес> <адрес>; объектов недвижимого имущества (жилой дом, домовладение, домовладение с кафе-баром, здание, сооружение и т.п.) расположенных по адресу: <адрес> с правом продажи вышеуказанных объектов недвижимого имущества гр. ФИО5 за цену и на условиях по их собственному усмотрению.

12 апреля 2017 года ФИО5 обратился в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с Заявлением о перерегистрации земельного участка (кадастровый (условный) №, расположенного по адресу: <адрес> К указанному заявлению от 12 апреля 2017 года ФИО5 было приложено нотариально удостоверенное согласие от 27 марта 2017 года серии №, согласно которому ФИО9 дает согласие своему супругу – ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, на покупку, заключение и подписание договора(ов) купли-продажи за цену и на условиях на его усмотрение: объекта(ов) недвижимости (жилой дом с кафе-баром, жилой дом с надворными строениями и сооружениями, строения, сооружения и другое, расположенного по адресу: <адрес>; земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>

Обстоятельства проживания доверяемого ФИО3 и покупателя по сделке ФИО5 в одном жилом помещении, также свидетельствует об их фактической аффилированности и притворности заключенной сделки (Договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года).

05 июля 2018 года ФИО19 ФИО58, в лице своего уполномоченного представителя ФИО7, обратилась в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с Заявлением о перерегистрации земельного участка (кадастровый (условный) №, расположенного по адресу: <адрес>

05 июля 2018 года ФИО5, в лице своего уполномоченного представителя ФИО7 обратился в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым с Заявлением о перерегистрации земельного участка (кадастровый (условный) №, расположенного по адресу: <адрес>

К указанному заявлению была приложена нотариально удостоверенная доверенность от 02 июля 2018 года, согласно которой, ФИО5 уполномочил ФИО7 на представление интересов по оформлению, регистрации права собственности, перехода права собственности на жилой дом с кафе-баром и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 31 июля 2017 года по делу №, цепочкой последовательных сделок с разным субъектным составом может прикрываться сделка, направленная на прямое отчуждение имущества первым продавцом последнему покупателю. Совокупный экономический эффект, полученный должником и ответчиком в результате заключения и последующего исполнения оспариваемых сделок, заключается, в конечном счете, в выводе активов должника с целью воспрепятствования обращению взыскания в погашение задолженности должника перед кредиторами и обременение имущества залогом, что позволяет сделать вывод о взаимосвязанности последовательно совершенных сделок, объединенных общей целью юридических отношений. Данный механизм вывода активов в преддверии банкротства является распространенным явлением, реализуемым посредством совершения цепочки хозяйственных операций по выводу активов на аффилированное с должником лицо взаимосвязанными сделками. Само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как следует из позиции в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 года №, от 26 мая 2017 года № доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. При определении аффилированности следует учитывать не только формальную юридическую связь обществ, но экономическую и иную связь обществ, из которой можно сделать вывод о подконтрольности одного общества другому. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившим о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

19 апреля 2021 года ЧПО ФИО18, на основании договора № на выполнение работ по оценке объектов оценки от 10.04.2021г., был подготовлен отчет об оценке № «Жилого дома с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., находящегося на земельном участке площадью 793,0 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>» (далее – отчет). По результату составления отчета № ЧПО ФИО18 было установлено, что разница между действительной стоимостью имущества и стоимостью отчуждения составила от 14 до 20 раз.

Таким образом, как представляется, заключение сделок, на условиях недоступных обычным (независимым) участникам рынка (разница между действительной стоимостью и стоимостью отчуждения составила от 14 до 20 раз), не может быть объяснено иными причинами, чем фактическая аффилированность сторон, участвующих при оформлении оспариваемых договоров.

С учетом изложенного, по мнению суда, договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 г., заключенный между ФИО16 ФИО59 и ФИО3, а также договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5, преследовали единственную цель – вывод активов должника, в связи с чем указанные сделки являются притворными.

Изложенные выше обстоятельства, по мнению суда, свидетельствуют о наличии в действиях ответчиков умысла по созданию цепочки фиктивных сделок разорванных по времени, с единым составом исполнителей, направленных на отчуждение имущества в пользу конкретного выгодоприобретателя, а также направленных на создание последующих затруднений по их возможному оспариванию.

Рассмотрев на предмет недействительности сделку – договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенного между ФИО5 и ФИО19 ФИО60 по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», суд пришел к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Кроме того, относительно применения пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» даны разъяснения в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63 (пункты 5 – 7), согласно которым пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы, для признания сделки недействительной по данному основанию, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. Причём, в соответствии с пунктом 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63, согласно абзацам второму – пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: во-первых, на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; во-вторых, имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

Исследовав фактические обстоятельства дела, суд установил наличие совокупности указанных выше необходимых условий, свидетельствующих о совершении оспариваемых сделок с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов на основании следующего.

Оспариваемая сделка совершена 02 июля 2018 года, заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято арбитражным судом 23 марта 2018 года. Таким образом, оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации №).

В указанной статье под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнение должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Как следует из материалов дела, на момент совершения спорной сделки у должника имелись обязательства перед ООО «Сибирская строительная инвестиционная компания» на сумму 125857940,09 рублей, что подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Тюменской области от 16 мая 2017 года по делу № №, согласно которому, ФИО16 ФИО61 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Сибирская строительная инвестиционная компания». Указанное требование, впоследствии, были включены в реестр требований кредиторов должника. Указанные обстоятельства свидетельствуют о наличии признака недостаточности имущества должника.

Относительно требования пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 63, согласно которому для доказывания цели причинения вреда помимо установления признаков неплатежеспособности необходимо доказать хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а именно: цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации – десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Заявителем доказано одно из вышеперечисленных обстоятельств. Так, как указывалось ранее, сделка совершена с фактически аффилированными лицами, поскольку изложенная цепочка фиктивных сделок совершена единым составом исполнителей – участников сделки.

С учетом изложенного, оспариваемые сделки совершены в отношении заинтересованного лица в соответствии со статьей 19 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В результате отчуждения ликвидного имущества, конкурсному кредитору причинен вред, поскольку из состава конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, что в свою очередь причинило вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет отчужденного имущества. Таким образом, безвозмездное отчуждение имущества свидетельствует об уменьшении конкурсной массы должника, в результате заключения спорного договора дарения из состава конкурсной массы должника выбыло ликвидное имущество, подлежащее включению в конкурсную массу, что в свою очередь причинило вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении конкурсной массы и в отсутствии реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счёт отчуждённого имущества.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2021 года по делу № определение Арбитражного суда г. Москвы от 17 августа 2021 года оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО19 и ФИО16 – без удовлетворения.

В соответствии с частью 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении гражданского дела обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда, не должны доказываться и не могут оспариваться лицами, если они участвовали в деле, которое было разрешено арбитражным судом.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 9 постановления от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснил, что согласно части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному гражданскому делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. Такое же значение имеют для суда, рассматривающего гражданское дело, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу решением арбитражного суда (часть 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Под судебным постановлением, указанным в части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, понимается любое судебное постановление, которое согласно части 1 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации принимает суд (судебный приказ, решение суда, определение суда), а под решением арбитражного суда – судебный акт, предусмотренный статьей 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (судебный приказ, решение, постановление, определение). Исходя из смысла части 4 статьи 13, частей 2 и 3 статьи 61, части 2 статьи 209 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации лица, не участвовавшие в деле, по которому судом общей юрисдикции или арбитражным судом вынесено соответствующее судебное постановление, вправе при рассмотрении другого гражданского дела с их участием оспаривать обстоятельства, установленные этими судебными актами. В указанном случае суд выносит решение на основе исследованных в судебном заседании доказательств.

Как разъяснено в пункте 4 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» по смыслу частей 2, 3 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации или частей 2, 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные при рассмотрении дела по иску о праве на имущество, не имеют обязательного характера для лиц, не участвовавших в деле. Такие лица могут обратиться в суд с самостоятельным иском о праве на это имущество. В то же время при рассмотрении названного иска суд учитывает обстоятельства ранее рассмотренного дела о праве на спорное имущество, независимо от того, установлены ли они судебным актом суда общей юрисдикции или арбитражного суда. Если суд придет к иным выводам, нежели содержащиеся в судебном акте по ранее рассмотренному делу, он должен указать соответствующие мотивы.

Также при рассмотрении дела судом установлено, что 30 июня 2021 года между ФИО19 ФИО62, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, в простой письменной форме был заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого, продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора следующие объекты недвижимости: земельный участок (кадастровый №; категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства; адрес: <адрес>) и находящийся на нем жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м. (кадастровый №; площадь – 696,1 кв.м.; этажность – 4, в том числе подземных – 1; адрес: <адрес> (пункт 1.1 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года).

Согласно пункту 1.2 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года, указанное в пункте 1.1 имущество принадлежит продавцу на основании договора купли-продажи от 02 июля 2018 года, право собственности зарегистрировано за продавцом в Едином государственном реестре недвижимости 17 июля 2018 года.

В пункте 1.3 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года указано, что продавец гарантирует, что он является единоличным собственником отчуждаемого недвижимого имущества, что передаваемое по настоящему договору имущество никому другому не продано, не заложено, под арестом или запретом не состоит. Одновременно с передачей прав на объекты недвижимости передаются соответствующие права на хозяйственные постройки и насаждения, находящиеся на земельном участке. Покупателю на момент продажи объектов недвижимости известно о зарегистрированных в них лицах.

Как следует из раздела 3 «Цена договора и порядок расчетов» договора купли-продажи от 30 июня 2021 года, цена договора (цена объектов недвижимости) составляет 32000000 рублей, а том числе: земельный участок (кадастровый №; категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства; адрес: <адрес>) – 3000000 рублей; жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м. (кадастровый №; площадь – 696,1 кв.м.; этажность – 4, в том числе подземных – 1; адрес: <адрес>) – 29000000 рублей (пункт 3.1 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года).

Оплата производится покупателем наличными денежными средствами или в безналичном порядке в течение 12 месяцев с момента подписания настоящего договора купли-продажи, при этом допускается полная или частичная оплата объектов недвижимости ранее установленного срока (пункт 3.2 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года).

Покупатель обязан произвести первый платеж за объекты недвижимости, указанные в пункте 1.1 настоящего договора в размере 5000000 рублей в срок не позднее 30 июля 2021 года (пункт 3.3 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года).

До момента полной оплаты объектов недвижимости залог в силу закона не устанавливается (пункт 3.4 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года).

30 июня 2021 года ФИО19 ФИО63, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, составлен и подписан акт приема-передачи по договору купли-продажи недвижимости, из которого следует, что продавец, в соответствии с условиями договора купли-продажи от 15 января 2021 года (такой договор в материалах гражданского дела отсутствует, между ФИО19 ФИО64, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, как покупателем, договор купли-продажи недвижимости заключен через пять с половиной месяцев – 30 июня 2021 года) передал в собственность покупателю, а покупатель принял следующие объекты недвижимости: земельный участок (кадастровый №; категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства; адрес: <адрес>) и находящийся на нем жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м. (кадастровый №; площадь – 696,1 кв.м.; этажность – 4, в том числе подземных – 1; адрес: <адрес>

04 августа 2021 года между ФИО19 ФИО65, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи недвижимости от 30 июня 2021 года о нижеследующем:

1. Принять пункт 1.3 договора в следующей редакции: «Продавец гарантирует, что он является единоличным собственником отчуждаемого недвижимого имущества, что передаваемое по настоящему договору имущество никому другому не продано, не заложено, под арестом или запретом не состоит. Одновременно с передачей прав на объекты недвижимости передаются соответствующие права на хозяйственные постройки и насаждения, находящиеся на земельном участке. Покупателю на момент продажи объектов недвижимости известно о зарегистрированных в них лицах: ФИО19 ФИО66, ФИО11, ФИО12 и ФИО13. Указанные лица не сохраняют право проживания (пользования) в передаваемых покупателю объектах недвижимости, и продавец обязуется в течение 14 дней с даты перехода права собственности на передаваемые объекты покупателю снять с регистрационного учета указанных лиц».

2. Внести в редакцию договора пункт 1.4 в следующей редакции: «Покупателю известно, что передаваемый в его собственность по договору купли-продажи недвижимости от 30 июня 2021 года земельный участок (кадастровый №; категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства; адрес: <адрес> имеет ограничение, установленное приказом Министерства экологии и природных ресурсов Республики Крым «Об установлении границ водоохранной зоны и границ прибрежной защитной полосы Черного моря» от 21 октября 2016 года № – Ограничения прав на земельный участок, предусмотренные статьями 56 и 56.1 Земельного кодекса Российской Федерации. Содержащиеся в статьях 56 и 56.1 Земельного кодекса Российской Федерации ограничения права на земельный участок покупателю известны и понятны».

3. Принять пункт 3.2 договора в следующей редакции: «Оплата производится покупателем наличными денежными средствами или в безналичном порядке в течение 12 месяцев с момента государственной регистрации права собственности на передаваемые объекты недвижимости за покупателем, при этом допускается полная или частичная оплата объектов недвижимости ранее установленного срока».

4. Остальные пункты договора купли-продажи недвижимости от 30 июня 2021 года оставить без изменения.

5. Настоящее дополнительное соглашения подлежит государственной регистрации в Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии.

На основании указанного договора купли-продажи, заключенного 30 июня 2021 года между ФИО19, как продавцом, и ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, и дополнительного соглашения к нему от 04 августа 2021 года, 19 августа 2021 года за ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» произведена государственная регистрация права собственности на указанное недвижимое имущество – земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>, категория земель – земли населенных пунктов, виды разрешенного использования – индивидуальное жилищное строительство; и жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., общей площадью 696,1 кв.м., расположенный по адресу: <адрес> кадастровый №, номера государственной регистрации права: № и № соответственно, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости от 12 мая 2022 года № № и № № соответственно, предоставленными Феодосийским городским управлением Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру.

При этом, как следует из выписки из Единого государственного реестра недвижимости от 12 мая 2022 года № №, предоставленной Феодосийским городским управлением Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру, в отношении жилого дома с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., общей площадью 696,1 кв.м., расположенного по адресу: <адрес>, кадастровый №, в разделе «Особые отметки» имеется запись о том, что право (ограничение права, обременение объекта недвижимости) зарегистрировано на объект недвижимости с наименованием: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м.

29 декабря 2021 года финансовым управляющим ФИО16 – ФИО17 в адрес ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» была направлена претензия, в которой он, ссылаясь на то, что определением Арбитражного суда г. Москвы от 17 августа 2021 года по делу № № (резолютивная часть определения оглашена 10 августа 2021 года), оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2021 года, признан недействительной сделкой договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенный между ФИО16 ФИО67 и ФИО3; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенный между ФИО5 и ФИО2; применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО19 ФИО68 возвратить в конкурсную массу ФИО16 ФИО69 следующее недвижимое имущество: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, общей площадью 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от 24 марта 2016 года №; и земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером № (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес>, на котором расположен вышеуказанный жилой дом, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство; в соответствии с пунктом 2 статьи 52 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» судебные акты, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, а также иные предусмотренные настоящим Федеральным законом судебные акты арбитражного суда подлежат немедленному исполнению; таким образом, определение Арбитражного суда г. Москвы о признании сделок недействительными подлежало исполнению в момент оглашения его резолютивной части, то есть, начиная с 10 августа 2021 года, вместе с тем, 19 августа 2021 года право собственности на спорное недвижимое имущество было зарегистрировано за ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги». В соответствии с пунктом 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом. В связи с чем, учитывая, что на момент возникновения права собственности на имущество у ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги», у предыдущего собственника ФИО19 ФИО70 уже отсутствовали правовые основания на отчуждение спорного имущества, просил вернуть в конкурсную массу ФИО16 указанное недвижимое имущество, указав, что в случае не возврата в конкурсную массу недвижимого имущества будет вынужден обратиться за судебной защитой.

В ответе за исх. № от 18 января 2022 года на претензию от 29 декабря 2021 года в адрес финансового управляющего ФИО16 – ФИО17, ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» сообщило, что требования о возврате указанного недвижимого имущества в конкурсную массу ФИО16 не подлежат удовлетворению, ввиду следующего. 19 августа 2021 года было зарегистрировано право собственности ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» на спорное недвижимое имущество. На момент совершения сделки по отчуждению имущества, ФИО19 являлась его единоличным собственником, каких-либо ограничений и/или обременений на имущество зарегистрировано не было. Таким образом, ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» является добросовестным приобретателем имущества. В случае возникновения дальнейших претензий к заключению и юридическим последствия сделки купли-продажи, просит обращаться непосредственно к ФИО19 Для сведения сообщило, что акты арбитражных судов вступают в законную силу по истечении срока их обжалования. Определение Арбитражного суда г. Москвы по делу № № было вынесено 17 августа 2021 года, срок на обжалование составил 10 дней. Определение было обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд. Апелляционное определение было вынесено 29 ноября 2021 года, только с указанной даты определение о признании сделок недействительными подлежало исполнению.

Частью 1 статьи 3 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующей право на обращение в суд, установлено, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Согласно Конституции Российской Федерации право собственности и иные имущественные права гарантируются посредством права на судебную защиту (статья 46, часть 1), которая в силу ее статей 17 (часть 3), 19 (части 1 и 2) и 55 (часть 3) должна быть полной и эффективной, отвечать критериям пропорциональности и соразмерности, с тем чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота – собственников, кредиторов, должников; возможные ограничения федеральным законом прав владения, пользования и распоряжения имуществом и свободы договоров также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо, основное содержание данных конституционных прав; сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей.

Неприкосновенность собственности и свобода договора являются необходимыми гарантиями беспрепятственного использования каждым своих способностей и имущества для предпринимательской и иной не запрещенной законом экономической деятельности, реализации иных прав и свобод человека и гражданина и надлежащего исполнения соответствующих обязанностей («собственность обязывает») на основе принципов юридического равенства и справедливости и вытекающего из них критерия добросовестности участников правоотношений, в том числе в сфере гражданского оборота. Следовательно, под действие указанных конституционных гарантий подпадают имущественные права лица, владеющего вещью на законных основаниях, включая ее добросовестного приобретателя.

В Конституции Российской Федерации закреплено, что право частной собственности охраняется законом. Каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами (части 1 и 3 статьи 35).

В силу пункта 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданское законодательство основывается на признании равенства участников регулируемых им отношений, неприкосновенности собственности, свободы договора, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела, необходимости беспрепятственного осуществления гражданских прав, обеспечения восстановления нарушенных прав, их судебной защиты.

Гражданский кодекс Российской Федерации в соответствии с вытекающими из Конституции Российской Федерации основными началами гражданского законодательства (пункт 1 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) не ограничивает гражданина в выборе способа защиты нарушенного права и не ставит использование общих гражданско-правовых способов защиты в зависимость от наличия специальных, вещно-правовых, способов; граждане и юридические лица в силу статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации вправе осуществить этот выбор по своему усмотрению.

Пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

В соответствии с положениями статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают, в частности, из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

В статье 11 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено положение о судебной защите нарушенных или оспоренных гражданских прав.

В статье 12 Гражданского кодекса Российской Федерации установлены способы защиты гражданских прав, а также содержится указание на возможность применения иных способов, предусмотренных законом.

По смыслу указанных норм защите подлежат лишь нарушенные или оспоренные права, при этом обязанность по доказыванию самого наличия такого права и его нарушения кем-либо, лежит на лице, обратившемся в суд.

При этом необходимо отметить то, что избираемый гражданином способ защиты права, которое лицо считает нарушенными, должен соответствовать нарушенному или оспариваемому праву, а также отвечать требованиям закона.

Следовательно, обращение в суд должно быть обусловлено необходимостью защиты (восстановления) нарушенных прав, должно обеспечивать восстановление нарушенного права обращающегося в суд с заявлением лица.

В силу статьи 301 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения.

Пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

Пленумы Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пунктах 34 и 35 постановления от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснили, что спор о возврате имущества, вытекающий из договорных отношений или отношений, связанных с применением последствий недействительности сделки, подлежит разрешению в соответствии с законодательством, регулирующим данные отношения. В случаях, когда между лицами отсутствуют договорные отношения или отношения, связанные с последствиями недействительности сделки, спор о возврате имущества собственнику подлежит разрешению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если собственник требует возврата своего имущества из владения лица, которое незаконно им завладело, такое исковое требование подлежит рассмотрению по правилам статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, а не по правилам главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации. Если имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться с иском об истребовании имущества из незаконного владения приобретателя (статьи 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации). Когда в такой ситуации предъявлен иск о признании недействительными сделок по отчуждению имущества, суду при рассмотрении дела следует иметь в виду правила, установленные статьями 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 36 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, обратившееся в суд с иском об истребовании своего имущества из чужого незаконного владения, должно доказать свое право собственности на имущество, находящееся во владении ответчика. Доказательством права собственности на недвижимое имущество является выписка из ЕГРП. При отсутствии государственной регистрации право собственности доказывается с помощью любых предусмотренных процессуальным законодательством доказательств, подтверждающих возникновение этого права у истца.

Как следует из пункта 37 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в соответствии со статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования имущества из его владения путем представления доказательств возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный приобретатель). Для целей применения пунктов 1 и 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации приобретатель не считается получившим имущество возмездно, если отчуждатель не получил в полном объеме плату или иное встречное предоставление за передачу спорного имущества к тому моменту, когда приобретатель узнал или должен был узнать о неправомерности отчуждения. В то же время возмездность приобретения сама по себе не свидетельствует о добросовестности приобретателя.

В пункте 38 постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что запись в ЕГРП о праве собственности отчуждателя не является бесспорным доказательством добросовестности приобретателя. Ответчик может быть признан добросовестным приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена неуправомоченным отчуждателем. Собственник вправе опровергнуть возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве продавца на отчуждение имущества.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Из приведенных правовых норм и разъяснений по их применению, следует, что при рассмотрении иска собственника об истребовании имущества из незаконного владения лица, к которому это имущество перешло на основании сделки, юридически значимыми и подлежащими судебной оценке обстоятельствами являются наличие либо отсутствие воли собственника на выбытие имущества из его владения, возмездность или безвозмездность сделок по отчуждению спорного имущества, а также соответствие либо несоответствие поведения приобретателя имущества требованиям добросовестности.

На момент предъявления в суд настоящего искового заявления размер непогашенных реестровых требований ФИО16 составляет 135251428,21 рублей.

При рассмотрении дела № № о банкротстве ФИО16 арбитражными судами было установлено, что спорное имущество изначально было безвозмездно отчуждено должником, а впоследствии реализовано по заниженной стоимости, а также наличие фактической аффилированности участников цепочки сделок.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной им в постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П, Гражданским кодексом Российской Федерации предусмотрено, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения (статья 301). Согласно пункту 1 его статьи 302, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. По смыслу данных законоположений, суд должен установить, что имущество выбыло из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, в силу указанных обстоятельств, а также что приобретатель приобрел имущество возмездно и что он не знал и не мог знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение; при этом приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными. Когда по возмездному договору имущество приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Если же в такой ситуации собственником заявлен иск о признании сделки купли-продажи недействительной и о применении последствий ее недействительности в форме возврата переданного покупателю имущества, и при разрешении данного спора судом будет установлено, что покупатель является добросовестным приобретателем, в удовлетворении исковых требований в порядке статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации должно быть отказано. В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка); согласно статье 167 Гражданского кодекса Российской Федерации она считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю; при этом, по общему правилу, применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон. Вместе с тем из статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой сделка, не соответствующая требованиям закона, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения, следует, что на сделку, совершенную с нарушением закона, не распространяются общие положения о последствиях недействительности сделки, если сам закон предусматривает «иные последствия» такого нарушения. Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). Следовательно, права лица, считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации. Такая защита возможна лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого имеются те предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской Федерации основания, которые дают право истребовать имущество и у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества из владения собственника помимо его воли и др.). Иное истолкование положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации означало бы, что собственник имеет возможность прибегнуть к такому способу защиты, как признание всех совершенных сделок по отчуждению его имущества недействительными, т.е. требовать возврата полученного в натуре не только когда речь идет об одной (первой) сделке, совершенной с нарушением закона, но и когда спорное имущество было приобретено добросовестным приобретателем на основании последующих (второй, третьей, четвертой и т.д.) сделок. Тем самым нарушались бы вытекающие из Конституции Российской Федерации установленные законодателем гарантии защиты прав и законных интересов добросовестного приобретателя. Таким образом, содержащиеся в пунктах 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации общие положения о последствиях недействительности сделки в части, касающейся обязанности каждой из сторон возвратить другой все полученное по сделке, - по их конституционно-правовому смыслу в нормативном единстве со статьями 166 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации – не могут распространяться на добросовестного приобретателя, если это непосредственно не оговорено законом, а потому не противоречат Конституции Российской Федерации. Названное правовое регулирование отвечает целям обеспечения стабильности гражданского оборота, прав и законных интересов всех его участников, а также защиты нравственных устоев общества, а потому не может рассматриваться как чрезмерное ограничение права собственника имущества, полученного добросовестным приобретателем, поскольку собственник обладает правом на его виндикацию у добросовестного приобретателя по основаниям, предусмотренным пунктами 1 и 2 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Кроме того, собственник, утративший имущество, обладает иными предусмотренными гражданским законодательством средствами защиты своих прав.

При рассмотрении исков об истребовании имущества у добросовестного приобретателя необходимо учитывать, что истец должен доказать свое право собственности на спорное имущество и факт наличия этого имущества у незаконного владельца.

Если лицо, считающее себя собственником спорного недвижимого имущества, не обладает на него зарегистрированным правом и фактически им не владеет, то вопрос о праве собственности на такое имущество может быть решен только при рассмотрении виндикационного иска при условии соблюдения статей 223 и 302 Гражданского кодекса Российской Федерации (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 15 мая 2012 года № 67-В11-10).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в своем постановлении от 22 июня 2017 года № 16-П, добросовестным приобретателем применительно к недвижимому имуществу в контексте пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации в его конституционно-правовом смысле в правовой системе Российской Федерации является приобретатель недвижимого имущества, право на которое подлежит государственной регистрации в порядке, установленном законом, если только из установленных судом обстоятельств дела с очевидностью не следует, что это лицо знало об отсутствии у отчуждателя права распоряжаться данным имуществом или, исходя из конкретных обстоятельств дела, не проявило должной разумной осторожности и осмотрительности, при которых могло узнать об отсутствии у отчуждателя такого права. Соответственно, указанное законоположение в части, относящейся к понятию «добросовестный приобретатель», не может рассматриваться как неправомерно ограничивающее права, гарантированные Конституцией Российской Федерации, в том числе ее статьями 8 (часть 2), 19 (части 1 и 2), 34 (часть 1), 35 (части 1 и 2) и 55 (часть 3).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной им в постановлении от 13 июля 2021 года № 35-П, абзац первый пункта 6 статьи 8.1 Гражданского кодекса Российской Федерации и часть 5 статьи 1 Федерального закона «О государственной регистрации недвижимости» допускают оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество в судебном порядке. Таким образом, по смыслу норм, регулирующих государственную регистрацию прав на недвижимость, сама по себе внесенная в соответствующий реестр запись о праве собственности отчуждателя не может рассматриваться как неопровержимое доказательство наличия такого права.

Как изложено выше, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21 апреля 2003 года № 6-П указал, что приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.

При рассмотрении дела судом установлено, что с заявлением о признании сделки недействительной в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО16 № финансовый управляющий обратился в Арбитражный суд г. Москвы 07 февраля 2020 года.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 09 марта 2021 года к участию в деле в качестве соответчиков привлечены – ФИО19 и ФИО25, в связи с чем, судебное разбирательство по делу было отложено на 26 мая 2021 года.

Резолютивная часть определения Арбитражного суда г. Москвы по делу № №, которым признан недействительной сделкой договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенный между ФИО16 ФИО72 и ФИО3; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенный между ФИО5 и ФИО19 ФИО73; и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО19 ФИО74 возвратить в конкурсную массу ФИО4 следующее недвижимое имущество: жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №, общей площадью 696,1 кв.м., согласно кадастровому паспорту от 24 марта 2016 года №; и земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером <адрес> (согласно кадастровой выписке о земельном участке № от 17 марта 2016 года), расположенный по адресу: <адрес>, на котором расположен вышеуказанный жилой дом, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование земельного участка: индивидуальное жилищное строительство была оглашена 10 августа 2021 года, в полном объеме определение изготовлено – 17 августа 2021 года.

В рамках указанного дела судом установлено, что имущество было отчуждено с целью вывода активов.

При рассмотрении настоящего гражданского дела судом достоверно установлено, что отчуждателю ФИО19 в любом случае до 26 мая 2021 года, то есть до заключения договора купли-продажи от 30 июня 2021 года между ней, как продавцом, и ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, и дополнительного соглашения к нему от 04 августа 2021 года, было достоверно известно, что в отношении спорного недвижимого имущества имеются притязания третьих лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 52 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» судебные акты, предусмотренные пунктом 1 настоящей статьи, а также иные предусмотренные настоящим Федеральным законом судебные акты арбитражного суда подлежат немедленному исполнению.

По результатам рассмотрения заявления об оспаривании сделки должника суд выносит одно из следующих определений: о признании сделки должника недействительной и (или) применении последствий недействительности ничтожной сделки; об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки должника недействительной (пункт 6 статьи 61.8 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»).

При этом Глава III.1. Оспаривание сделок должника Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» не содержит положений об ином порядке исполнения определения суда о признании сделки недействительной.

Таким образом, определение Арбитражного суда г. Москвы о признании сделок недействительными подлежало исполнению в момент оглашения его резолютивной части, то есть, начиная с 10 августа 2021 года, вместе с тем, 19 августа 2021 года право собственности на спорное недвижимое имущество было зарегистрировано за ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги».

В соответствии с пунктом 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда отчуждение имущества подлежит государственной регистрации, право собственности у приобретателя возникает с момента такой регистрации, если иное не установлено законом.

Таким образом, суд приходит к выводу, что на момент возникновения права собственности у ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» на спорное недвижимое имущество, у предыдущего собственника ФИО19 отсутствовали правовые основания на отчуждение спорного имущества, о чем последней было достоверно известно.

Также, судом учтено, что ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» как любой разумный участник гражданского оборота перед покупкой недвижимого имущества должен был ознакомиться со всеми правоустанавливающими документами на недвижимость, выяснить основания для возникновения у продавца недвижимого имущества права собственности на него, реальную стоимость имущества, наличие или отсутствие споров относительно права собственности на имущество; без подобных проверок возникновение соответствующих обязательств возможно только при наличии доверительных отношений между продавцом и покупателем.

Как установлено судом, 30 июня 2021 года между ФИО19 ФИО75, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, в простой письменной форме был заключен договор купли-продажи недвижимости, по условиям которого, продавец обязуется передать в собственность покупателю, а покупатель принять и оплатить в соответствии с условиями настоящего договора следующие объекты недвижимости: земельный участок (кадастровый №; категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства; адрес: <адрес>) и находящийся на нем жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м. (кадастровый №; площадь – 696,1 кв.м.; этажность – 4, в том числе подземных – 1; адрес: <адрес>) (пункт 1.1 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года).

Согласно пункту 3.1 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года, цена договора (цена объектов недвижимости) составляет 32000000 рублей, а том числе: земельный участок (кадастровый №; категория земель: земли населенных пунктов, для индивидуального жилищного строительства; адрес: <адрес>) – 3000000 рублей; жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м. (кадастровый №; площадь – 696,1 кв.м.; этажность – 4, в том числе подземных – 1; адрес: <адрес> – 29000000 рублей.

Оплата производится покупателем наличными денежными средствами или в безналичном порядке в течение 12 месяцев с момента подписания настоящего договора купли-продажи, при этом допускается полная или частичная оплата объектов недвижимости ранее установленного срока (пункт 3.2 купли-продажи от 30 июня 2021 года).

Пунктом 3.3 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года установлено, что покупатель обязан произвести первый платеж за объекты недвижимости, указанные в пункте 1.1 настоящего договора в размере 5000000 рублей в срок не позднее 30 июля 2021 года.

Согласно пункту 3.4 договора купли-продажи от 30 июня 2021 года до момента полной оплаты объектов недвижимости залог в силу закона не устанавливается.

04 августа 2021 года между ФИО19 ФИО76, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи недвижимости от 30 июня 2021 года, которым, в частности, пункт 3.2 договора принят в следующей редакции: «Оплата производится покупателем наличными денежными средствами или в безналичном порядке в течение 12 месяцев с момента государственной регистрации права собственности на передаваемые объекты недвижимости за покупателем, при этом допускается полная или частичная оплата объектов недвижимости ранее установленного срока».

Суд полагает, что указанные нетипичные положения договора купли-продажи недвижимости, заключенного 30 июня 2021 года между ФИО19 ФИО77, как продавцом, и Обществом с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в лице генерального директора ФИО10, действующего на основании Устава, как покупателем, и дополнительного соглашения к договору купли-продажи недвижимости от 30 июня 2021 года, а именно: значительная рассрочка оплаты в отсутствие какого-либо обеспечения, свидетельствуют о наличии между ФИО19 и ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» доверительных отношений, а, следовательно, и об осведомленности последнего о наличии правопритязаний третьих лиц на спорное недвижимое имущество.

Также, судом учтено, что право собственности ФИО19 на спорное недвижимое имущество возникло на основании признанного в судебном порядке недействительным договора купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, по условиям которого продажа спорного недвижимого имущества была осуществлена за 1500000 рублей (жилой дом – за 650000 рублей, земельный участок – за 850000 рублей).Таким образом, разница в стоимости приобретения спорного недвижимого имущества ФИО19 (1500000 рублей) и стоимостью в размере 32000000 рублей, по которой ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в последующем приобрело данное имущество, составляет более чем в 21 раз. Такая значительная разница между стоимостью покупки спорного имущества ФИО19 и последующей ее реализацией, у ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» не могла не вызвать обоснованные сомнения в порочности заключаемой им сделки. Таким образом, указанное свидетельствует об осведомленности ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» о наличии правопритязаний третьих лиц на спорное недвижимое имущество.

Поскольку вступившим в законную силу судебным актом признан недействительной сделкой договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенный между ФИО16 ФИО78 ФИО3; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенный между ФИО5 и ФИО19 ФИО79, суд приходит к выводу, что суд приходит к выводу, что ничтожны и последующие договоры по отчуждению указанного недвижимого имущества, поскольку ФИО19 не вправе была распоряжаться им.

Кроме того, поскольку вступившим в законную силу судебным актом признан недействительной сделкой договор дарения жилого дома и земельного участка от 17 июня 2016 года, заключенный между ФИО16 ФИО80 и ФИО3; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 27 марта 2017 года, заключенный между ФИО3 и ФИО5; договор купли-продажи жилого дома и земельного участка от 02 июля 2018 года, заключенный между ФИО5 и ФИО19 ФИО81, сам по себе факт возмездности последующей сделки не свидетельствует о добросовестности как действий ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги», исходя из конкретных действий, как покупателя (по договору от 30 июня 2021 года и дополнительному соглашению к нему от 04 августа 2021 года), так и лица, которое отчуждало спорное недвижимое имущество – ФИО19 В нарушение статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, надлежащих относимых и допустимых доказательств, свидетельствующих о совершении достаточных и разумных действий со стороны покупателя – ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги», для установления правомерности перехода прав, суду не представлено и в ходе судебного разбирательства по делу не добыто.

Таким образом учитывая, что спорное недвижимое имущество незаконно выбыло из конкурсной массы ФИО16, не находится в его владении, надлежащим способом защиты нарушенного права истца является удовлетворение иска об истребовании указанных жилого дома с кафе-баром и земельного участка из владения ответчика ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги».

Доводы представителя третьего лица ФИО19 – ФИО15 о том, что истцом избран ненадлежащий способ защиты прав, а также, что ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» является добросовестным приобретателем, в связи с чем, отсутствуют правовые основания для истребования спорного недвижимого имущества, суд не принимает во внимание как несостоятельные, основанные на ошибочном понимании и толковании вышеприведенных норм материального права, регулирующих спорные отношения, и руководящих разъяснений по их применению.

Проанализировав вышеизложенное, приняв во внимание вышеприведенные правовые нормы и их системное толкование, правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, руководящие указания Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенные в совместном постановлении от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», дав надлежащую юридическую оценку правоотношениям по настоящему гражданскому делу, исследовав имеющиеся в деле доказательства, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, собранные в ходе рассмотрения дела, их относимость, допустимость, достоверность, а также достаточность и взаимосвязь в их совокупности, установив фактические обстоятельства дела, а именно, что спорное недвижимое имущество – жилой дом с кафе-баром и земельный участок незаконно выбыло из конкурсной массы ФИО16, в результате сделок, заключенных с нарушением требований закона, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для защиты гражданских прав истца путем истребования из чужого незаконного владения Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в пользу ФИО16 ФИО82 жилого дома с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., общей площадью 696,1 кв.м., расположенного по адресу: <адрес> кадастровый №; и земельного участка площадью 793 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес> и, как следствие, об удовлетворении исковых требований финансового управляющего ФИО16 – ФИО17 в полном объеме.

Согласно статье 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела (часть 1 статьи 88 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Определением Феодосийского городского суда Республики Крым от 27 апреля 2022 года удовлетворено заявление финансового управляющего ФИО16 ФИО83 – ФИО17 ФИО85 о предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления к Обществу с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (третье лицо ФИО19 ФИО86) об истребовании имущества из чужого незаконного владения. Суд

постановил:

предоставить ФИО16 ФИО87 отсрочку уплаты государственной пошлины на срок до вынесения решения суда.

Таким образом, учитывая, что суд пришел к выводу об удовлетворении исковых требований финансового управляющего ФИО16 – ФИО17 в полном объеме, в соответствии с положениями статьи 90, части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, принимая во внимание положения пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации, с ответчика – ООО «Коллекторское агентство «Вернуть долги» в пользу бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 60000 рублей.

Мотивированное решение изготовлено 28 ноября 2022 года.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд –

РЕШИЛ:

Иск финансового управляющего ФИО16 ФИО88 – ФИО17 ФИО89 – удовлетворить.

Истребовать из чужого незаконного владения Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО16 ФИО90 (СНИЛС №) жилой дом с кафе-баром площадью 194,7 кв.м., общей площадью 696,1 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, кадастровый №.

Истребовать из чужого незаконного владения Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (ИНН № ОГРН №) в пользу ФИО16 ФИО91 (СНИЛС №) земельный участок площадью 793 кв.м. с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Коллекторское агентство «Вернуть долги» (ИНН №, ОГРН №) в бюджет государственную пошлину в размере 60000 рублей.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Крым через Феодосийский городской суд Республики Крым в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья: подпись Чибижекова Н.В.