ВЕРХОВНЫЙ СУД

РЕСПУБЛИКИ САХА (ЯКУТИЯ)

Судья Каратаев А.Н.

Дело № 22 – 1541

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Якутск

18 июля 2023 года

Суд апелляционной инстанции по уголовным делам Верховного суда Республики Саха (Якутия) в составе:

председательствующего: судьи Окорокова В.К.,

судей: Бережневой С.В., Денисенко А.В.,

с участием прокурора: Шевелевой Л.Н.,

потерпевшей: ТА.,

представителя потерпевшей адвоката Иванова Н.Н., представившего удостоверение № ... и ордер № ... от 18.07.2023,

осужденных: ФИО1, ФИО2, ФИО3, посредством видеоконференц-связи,

защитников: адвокатов Протопоповой Н.Н., представившей удостоверение № ... и ордер № ... от 18.07.2023, Сурикова Д.В., представившего удостоверение № ... и ордер № ... от 18.07.2023, Скрябина А.К., представившего удостоверение № ... и ордер № ... от 13.07.2023,

переводчика: ФИО4,

при секретаре: Янковой Л.Г.,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Протопоповой Н.Н., действующей в интересах осужденного ФИО1, адвоката Скрябина А.К., действующего в интересах осужденного ФИО3, на приговор Якутского городского суда РС (Я) с участием коллегии присяжных заседателей от 11.05.2023, которым

ФИО1, _______ г.р., ур. .........., гражданин *, ********, проживавший по адресу: РС (Я), ..........,

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к 12 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

ФИО2, _______ г.р., ур. .........., гражданин *, ********, зарегистрированный по адресу: РС(Я), ..........,

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к 9 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима,

ФИО3, _______ г.р., ур. .........., гражданин *, ********, зарегистрированный по адресу: РС(Я), .........., проживающий по адресу: РС (Я), .........., ранее судимый

1. 11.03.2022 мировым судом судебного участка №49 г.Якутска по ч.1 ст.112 УК РФ к 1 году ограничения свободы,

осужден по ч.4 ст.111 УК РФ к 9 годам 3 месяцам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима.

Приговор содержит решение о мерах пресечения, процессуальных издержках, гражданском иске потерпевшей и вещественных доказательствах.

Заслушав доклад судьи Окорокова В.К., объяснения осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3, выступления адвокатов Протопоповой Н.Н., Сурикова Д.В., Скрябина А.К., поддержавших доводы апелляционных жалоб, выступление потерпевшей ТА., представителя потерпевшего Иванова Н.Н., мнение прокурора Шевелевой Л.Н., полагавших приговор подлежим оставлению без изменения, суд апелляционной инстанции

установил:

Из установленных обвинительным вердиктом присяжных заседателей ФИО1 осужден за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, а ФИО2 и ФИО3 - за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, совершенное группой лиц, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего.

Преступление совершено ими 27.10.2021 в г.Якутске при обстоятельствах, подробно изложенных в описательно-мотивировочной части приговора.

Не согласившись с решением суда, осужденный ФИО1 подал апелляционную жалобу, в которой просит приговор отменить, а дело направить на новое рассмотрение иным составом суда. Полагает, что приговор и вердикт присяжных являются незаконными, т.к. были нарушены требования ч.4 ст.325 УПК РФ, а именно выборка присяжных заседателей осуществлялась из 13 кандидатов.

Вопреки п.3 ч.2 ст.74 УПК РФ в ходе судебного заседания были допрошены судмедэксперты Эксперт №1 и Эксперт №2, которые фактически не проводили экспертизу трупа. Считает, что они не могут давать объективные показания и суждения. Более того, согласно ст.274 УПК РФ в порядке исследования доказательств государственный обвинитель ходатайствовал о вызове экспертов Эксперт №3 и Эксперт №4, которые проводили экспертизу трупа и составили заключение. Однако, суд первой инстанции пригласил других экспертов, чем нарушил требования ст.282 УПК РФ и его права на защиту.

В дополнении к апелляционной жалобе ФИО1 отмечает, что государственный обвинитель своим вопросом, почему он скрывался в Москве, вызвал предубеждение у присяжных заседателей. Во время допроса специалиста Эксперт №1 прокурор в присутствии присяжных заседателей подсказала о наличии болта, и специалист нарисовала предмет, по общим чертам напоминающий болт. В обвинительном заключении нигде не указывается болт, а указан неизвестный металлический предмет.

11.04.2023 после отбора присяжных заседателей председательствующим были разъяснены их права, но при этом ими не давался ответ на вопрос, понятны ли им права.

Утверждает, что в приговоре указан секретарь судебного заседания А1., которая не была в составе суда и не участвовала в судебном заседании.

Согласно ст.144-145 УПК РФ по заявлению неизвестного Н. от 09.02.2022 было возбуждено уголовное дело, кто он, кем является, неизвестно. В связи с чем, считает, что этим подтверждается предвзятость в расследовании уголовного дела. Более того, при проведении следственных действий в ночное время было сфальсифицировано заявление ФИО3 о согласии с проведением следственных действий в ночное время. В связи с этим сторона защиты ходатайствовала о проведении почерковедческой экспертизы. Адвокатом Протопоповой Н.Н. был зафиксирован факт отсутствия в заявлении ФИО3 фразы «в ночное время», а в судебное заседание была представлено заявление ФИО3 с дописанной фразой «в ночное время» другим почерком и оттенком пасты. В постановлении следователя от 09.02.2022 нет ссылки на ч.3 ст.164 УПК РФ, соответственно производство ряда следственных действий в ночное время негативно сказывается на допрашиваемого. При таких обстоятельствах, очевидно, что на ФИО3 оказывалось давление со стороны следствия. Отмечает, что судом первой инстанции не проверены указанные обстоятельства, в связи чем, было нарушено его право на защиту. Просит приговор отменить, уголовное дело направить на новое рассмотрение иным составом суда со стадии предварительного слушания.

В апелляционной жалобе и дополнении к ней защитник – адвокат Протопопова Н.Н. в интересах осужденного ФИО1 считает приговор незаконным, необоснованным, несправедливым и подлежащим отмене в связи с существенными нарушениями требований уголовно-процессуального закона.

Считает, что судом вынесено суровое наказание ФИО1, обстоятельства, смягчающие наказание учтены только формально, судом не в полной мере учтено его семейное положение, возраст его детей, состояние здоровья матери, его отец в 40 – летнем возрасте умер по состоянию здоровья, для матери он является единственным ребенком.

Отмечает, что осужденными ФИО3 и ФИО2 в ходе предварительного следствия и судебного заседания были изменены их первоначальные показания. В ходе судебного следствия председательствующий не пытался выяснить причины, по которым осужденные ФИО3 и ФИО2, свидетель Свидетель №1 отказались от ранее данных при производстве предварительного расследования показаний. Указывает, что ею ФИО2 был задан вопрос: ФИО1 пытается спросить, какова причина изменения ваших показаний? Но вопрос был снят председательствующим в связи с тем, что вопрос процессуального характера, однако по аналогичным вопросам стороны обвинения председательствующий не снимал вопросы. Отмечает, что ФИО3 в суде показал, что «все, что я говорю, запрещается, что я могу сказать» (стр.82 протокола судебного заседания). ФИО2 в ходе судебного заседания пояснил, что когда задерживали, на них оказывалось давление и все началось с этого, первые показания они давали против ФИО1 (стр.230 протокола судебного заседания). Свидетель Свидетель №1 в присутствии присяжных заседателей показал, что на него было оказано давление (стр.115 протокола судебного заседания).

Государственный обвинитель при обсуждении ходатайства защитника Тарабукина В.Г. об оглашении заключения судебной медицинской экспертизы в отношении ФИО2 возразила, что сторона защиты с применением данного заключения судебно-медицинской экспертизы пытается показать перед присяжными заседателями оказание недозволенных методов ведения расследования (стр.153 протокола судебного заседания). Считает, что суд должен был принять достаточные и эффективные меры по проверке применения в отношении ФИО3 и ФИО2 недозволенных методов ведения расследования. Таким образом, полагает, что судом нарушены требования п.п. 11 и 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2016 №55 «О судебном приговоре».

Указывает, что в ходе судебного разбирательства сторона обвинения неоднократно в присутствии присяжных заседателей при допросах подсудимых и исследовании доказательств допускала высказывания, оценка которых не входила в полномочия присяжных заседателей, иногда председательствующим не делались замечания стороне обвинения. Так, когда государственный обвинитель К. осужденному ФИО3 задавала вопросы характеризующего содержания, председательствующий не напомнил присяжным заседателям, чтобы они не принимали во внимание вопросы государственного обвинителя по поводу характеризующих материалов, занятие спортом ФИО3 Кроме того, государственным обвинителем задавались ФИО3 вопросы, характеризующие потерпевшего М. и осужденного ФИО2 При этом, государственный обвинитель, задавая вопросы, тут же комментировала про потерпевшего. Государственный обвинитель также ФИО2 задавала вопросы, характеризующие его. При этом председательствующий не среагировал на данные вопросы. Полагает, что данная информация вызвала предубежденность присяжных заседателей при принятии решения о виновности ФИО1 Также указывает, что государственный обвинитель К. в присутствии присяжных заседателей задавала ФИО1 вопрос «почему после этого события вы скрывались в Москве?» (стр.58 протокола судебного заседания). Считает, что данный вопрос мог вызвать предубежденность присяжных заседателей, что ФИО1, совершив преступление, скрывался от правоохранительных органов.

Отмечает, что суд в нарушение требований ч.1 ст.15 УПК РФ отказал в удовлетворении ходатайства стороны защиты в части оглашения следующих доказательств: протоколов очных ставок между подсудимыми ФИО5 и ФИО1 (т.2 л.д.260-267), между ФИО2 и ФИО1 (т.2 л.д.268-275), между свидетелем Свидетель №1 и ФИО1 (т.3 л.д.55-60), между Свидетель №1 и ФИО2 (т.3 л.д.68- 74), между Свидетель №1 и ФИО5 (т.3 л.д.75-81), протоколов допросов экспертов Эксперт №3 и Эксперт №4, протокола допроса подозреваемого и обвиняемого ФИО3 (т.2 л.д. 55-60, л.д.76-77), протокола дополнительного допроса ФИО3 (т.7 л.д.29-32), протокола очной ставки между ФИО5 и Свидетель №1 (т.3 л.д.75-81), протокола допроса обвиняемого ФИО2 (т.2 л.д. 193-196, т.7 л.д.43-47), протоколов очных ставок между ФИО2 и ФИО5 (т.2 л.д. 171-173), между ФИО2 и Свидетель №1 (т.3 л.д.68-74).

После исследования заявления подсудимого ФИО3 о проведении следственных действий в ночное время (т.2 л.д.7) ФИО3 не подтвердил, что данное заявление им было подписано. Тогда защитником Скрябиным А.К. было заявлено ходатайство о назначении судебной почерковедческой экспертизы по подписи ФИО3, но председательствующим в удовлетворении данного ходатайства необоснованно было отказано (стр.79 протокола судебного заседания).

Также было отказано в удовлетворении ходатайства защитника Скрябина А.К. о признании недопустимым доказательством протокола показаний на месте в отношении ФИО3 в связи с нарушением пределов предъявленного обвинения (стр.80 протокола судебного заседания), но, несмотря на замечания защитника Скрябина А.К. о недопустимости при присяжных заседателей оглашать вопросы, связанные процессуального характера, была воспроизведена полностью видеозапись с участием ФИО3 (стр.81 протокола судебного заседания).

Полагает, что отказ стороне защиты в исследовании вышеуказанных доказательств, не признанных судом недопустимыми, ограничивает права стороны защиты на предоставление доказательств, что является существенным нарушением требований уголовно-процессуального закона.

Считает, что вышеуказанные существенные нарушения уголовно-процессуального закона повлияли на вынесение законного, обоснованного и справедливого вердикта коллегии присяжных заседателей, т.е. на исход дела и являются основанием для отмены приговора.

Просит отменить приговор и направить уголовное дело на новое судебное разбирательство в тот же суд иным составом со стадии формирования коллегии присяжных заседателей.

В апелляционной жалобе осужденный ФИО2 указывает, что в ходе судебного заседания признал вину, однако суд назначил наказание в виде 9 лет лишения свободы, что не соответствует в полной степени вердикту присяжных о том, что он заслуживает снисхождения. Просит смягчить наказание.

В апелляционной жалобе адвокат Скрябин А.К., действующий в интересах осужденного ФИО3, указывает, что в ходе судебного заседания государственный обвинитель просила суд назначить ФИО3 10 лет 6 месяцев лишения свободы, суд назначил ему 9 лет 6 месяцев лишения свободы. Указанное считает не соответствующим в полной степени вердикту присяжных о то, что ФИО3 заслуживает снисхождение при назначении наказания. Согласно ч.1 ст.65 УК РФ смягчение наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении для суда обязателен. С учетом всех смягчающих наказание обстоятельств просит ФИО3 снизить назначенное наказание.

На апелляционные жалобы адвоката Скрябина А.К., осужденного ФИО2, осужденного ФИО6, адвоката Протопоповой Н.Н. представителем потерпевшего – адвокатом Ивановым Н.Н. поданы возражения, в которых просит приговор оставить без изменения, жалобы – без удовлетворения.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Согласно ст.389.9 УПК РФ, суд апелляционной инстанции проверяет по апелляционным жалобам, представлениям законность, обоснованность и справедливость приговора, законность и обоснованность иного решения суда первой инстанции.

Приговор должен быть, в соответствии со ст.297 УПК РФ, законным, обоснованным и справедливым, постановленным в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона.

Данные требования закона судом первой инстанции соблюдены.

Уголовное дело рассмотрено судом с участием присяжных заседателей в соответствии с волеизъявлением обвиняемых, выраженным в порядке, предусмотренном ст.217, ст.325 УПК РФ.

Согласно протоколу судебного заседания, формирование коллегии присяжных заседателей, вопреки доводам осужденного ФИО1, проведено в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Какие-либо заявления и замечания относительно формирования коллегии присяжных заседателей от участников процесса не поступили.

Доводы осужденного ФИО1 о том, что 11.04.2023 судом первой инстанции допущено нарушение в связи с тем, что после разъяснения прав присяжных заседателей, установленных ст.333 УПК РФ, присяжные не дали ответ о том, что им понятны их права, опровергаются протоколом судебного заседания, в котором указано, что присяжным заседателям права и обязанности понятны.

Несостоятельными являются и доводы ФИО1 о том, что в приговоре суда указан неизвестный человек – секретарь судебного заседания А1., поскольку как усматривается из протокола от 14.03.2023 секретарем судебного заседания является А2. Допущенная явная техническая ошибка не влияет на исход дела и нарушает право осужденного на защиту.

Доводы ФИО1 о том, что по уголовному делу не был допрошен в качестве потерпевшего и свидетеля неизвестный ему Н., по заявлению которого было возбуждено данное уголовное дело, суд считает подлежащими отклонению, поскольку заявление указанного гражданина послужило только поводом для возбуждения уголовного дела в отношении неустановленных лиц, а не доказательством виновности ФИО1

Доводы о фальсификации заявления ФИО3 о согласии на производство следственных действий в ночное время являются несостоятельными, так как согласно материалам уголовного дела проведение допроса подозреваемого ФИО3 в ночное время было вызвано необходимостью собирания доказательств в условиях, не терпящих отлагательства, что допустимо в соответствии с требованиями ч.3 ст.164 УПК РФ. ФИО7 от участия в следственном действии в связи с ночным временем не отказывался, возражения против производства допроса в ночное время, как и иные замечания о нарушении прав осужденного протокол его допроса не содержит. В деле имеется письменное согласие ФИО7 на проведение допроса в ночное время. Также сторона защиты не высказывала возражений против их проведения в ночное время.

Вопреки доводам защитника оснований полагать, что на осужденных ФИО2 и ФИО3 в ходе предварительного следствия было оказано давление, вследствие чего они изменили первоначальные показания, не имеется, поскольку допросы проводились с участием адвоката, протоколы допроса замечаний не содержат, каких-либо данных об оказании на них давления органом следствия, в материалах дела нет.

Доводы о том, что вопреки п.3 ч.2 ст.74 УПК РФ в ходе судебного заседания были допрошены судмедэксперты Эксперт №1 и Эксперт №2, которые фактически не проводили экспертизу трупа и не могли давать объективные показания и суждения суд апелляционной инстанции отклоняет, поскольку судмедэксперты Эксперт №1 – заведующая медико-криминалистическим отделением, Эксперт №2 – заместитель начальника по экспертной работе ГБУ РС (Я) «Бюро судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения РС (Я)», имеют соответствующий стаж работы и квалификацию. Каких-либо данных, ставящих под сомнение их квалификацию у судебной коллегии не имеется, указанные эксперты были допрошены в судебном заседании, дали пояснения к заключению, предоставив подробные и исчерпывающие ответы. Таким образом, осужденный ФИО1 не был ограничен либо стеснен в правах и имел возможность задавать эксперту вопросы, связанные с заключением, и получать на них ответы.

Вопреки доводам апелляционных жалоб осужденного ФИО1 и его адвоката Протопоповой Н.Н. судебное разбирательство проведено в соответствии с требованиями закона. Как видно из протокола судебного заседания, председательствующий по делу судья, сохраняя объективность и беспристрастность, обеспечил сторонам в соответствии со ст.15 УПК РФ равные возможности по представлению и исследованию доказательств по делу, принял предусмотренные законом меры по реализации сторонами принципа состязательности и создал все необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела.

Так, из протокола судебного заседания видно, что рассмотрение уголовного дела с участием присяжных заседателей проведено с соблюдением принципа состязательности сторон. Председательствующий по делу создал сторонам обвинения и защиты равные условия для реализации ими их процессуальных прав и обязанностей, ходатайства, как заявленные стороной защиты, так и стороной обвинения, рассмотрены судом в установленном законом порядке, по ним приняты обоснованные, мотивированные решения. Обоснованный и мотивированный отказ председательствующего в удовлетворении тех или иных ходатайств участников процесса не может рассматриваться как нарушение их процессуальных прав.

Особенности судебного следствия, определенные ст.335 УПК РФ в суде с участием присяжных заседателей, в соответствии с требованиями которой в присутствии присяжных заседателей подлежат исследованию только те фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст.334 УПК РФ, по настоящему делу соблюдены.

Вопреки доводам защиты оснований полагать, что государственным обвинителем на присяжных заседателей было оказано воздействие тем, что были заданы характеризующие потерпевшего М. и осужденного ФИО2 вопросы, в результате чего у них возникло предубеждение в отношении подсудимых, не имеется.

Общие требования, предъявляемые уголовно-процессуальным законом к порядку исследования доказательств, так же не нарушались.

Стороне защиты была предоставлена возможность отстаивания своих интересов в суде всеми предусмотренными законом способами, однако необоснованность заявленных ими ходатайств не позволяли председательствующему принимать решения об их удовлетворении.

Доказательства, исследованные в судебном заседании с участием присяжных заседателей, подвергались тщательной проверке с точки зрения соответствия их требованиям относимости и допустимости; возникающие в связи с оценкой доказательств вопросы разрешались судом с учетом мнений сторон; принятые судом решения по этим вопросам надлежащим образом мотивированы.

При исследовании доказательств до сведения коллегии присяжных было доведено их содержание, необходимое для оценки присяжными заседателями в рамках предоставленных им полномочий.

Допрос явившихся в судебное заседание лиц отвечал положениям ст.189, 275, 278, 281, 282 УПК РФ, а также установленным особенностям рассмотрения дела с участием присяжных заседателей.

Содержание поставленных перед допрашиваемыми лицами вопросов не выходило за рамки ст.252 УПК РФ и было обусловлено характером предъявленного обвинения.

Все изложенные в протоколе судебного заседания вопросы были направлены на выяснение фактических обстоятельств дела. Возражения по содержанию вопросов свидетелям, как правило, от сторон не поступали, а когда такие имели место, они правильно разрешались председательствующим. При этом председательствующий реагировал на все случаи нарушения участниками процесса, как стороной обвинения, так и стороной защиты, требований закона, регламентирующих рассмотрение уголовных дел судом с участием присяжных заседателей, то есть все высказывания или задаваемые вопросы со стороны участников процесса, касавшиеся обстоятельств, которые не относились к фактическим обстоятельствам дела и выходили за пределы предмета исследования присяжных заседателей, в том числе о недопустимости доказательств, пресекались председательствующим, и коллегии присяжных заседателей разъяснялось о необходимости не принимать во внимание высказывания и сведения, доведенные с нарушением требований закона. Позиция председательствующего при разрешении процессуальных вопросов была обусловлена не процессуальным положением участников судебного разбирательства, а обоснованностью самих ходатайств и вопросов, которые они ставили перед судом.

Несостоятельными являются доводы стороны защиты о допущенных судом первой инстанции процессуальных нарушениях, поскольку в ходе судебного разбирательства председательствующий принимал меры к тому, чтобы до присяжных заседателей не была доведена недопустимая информация, а если такая информация все же до них доводилась, он обращал внимание на недопустимость постановки вопросов и представления сведений по обстоятельствам, не входящим в компетенцию присяжных заседателей, а последним давал соответствующие разъяснения на этот счёт, которые впоследствии напомнил в напутственном слове.

Суд апелляционной инстанции также находит, что все доказательства, доведенные до сведения присяжных заседателей, являются допустимыми и получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального законодательства.

В ходе судебного следствия в присутствии присяжных заседателей исследовались только фактические обстоятельства уголовного дела, доказанность которых устанавливается присяжными заседателями в соответствии с их полномочиями, предусмотренными ст.334 УПК РФ.

Прения сторон проведены в пределах вопросов, подлежащих разрешению присяжными заседателями, с соблюдением принципа равенства и состязательности сторон.

Содержание выступления государственного обвинителя не свидетельствует о каком-либо злоупотреблении при выражении позиции стороны обвинения, основанной на предъявленном обвинении.

Кроме того, следует отметить, что в напутственном слове председательствующий разъяснил присяжным заседателям о том, что выступления и заявления сторон не являются доказательствами по делу.

Попытки участников процесса осветить не относимые к делу обстоятельства председательствующим судьей пресекались, а присяжные заседатели предупреждались о необходимости не принимать во внимание такие сведения, и не руководствоваться ими при вынесении вердикта.

Проанализировав материалы дела и протокол судебного заседания, в том числе в контексте доводов апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что все допущенные к исследованию с участием коллегии присяжных заседателей доказательства являлись допустимыми и относились к предмету доказывания с учетом круга вопросов, исследуемых с участием данного состава суда; сторона защиты не была ограничена в возможности опротестовать предъявленные государственным обвинением доказательства предусмотренными законом методами; все заявленные сторонами ходатайства ставились судьей на обсуждение сторон, а затем по ним были приняты мотивированные решения, отвечающие требованиям уголовно-процессуального законодательства; необоснованных отказов сторонам в исследовании доказательств, которые могли иметь существенное значение для исхода дела, не допущено, при этом позиция председательствующего была обусловлена не процессуальным положением участников судебного разбирательства, а обоснованностью самих ходатайств и вопросов, которые они ставили перед судом; действия председательствующего судьи в части отказа в удовлетворении ряда ходатайств были обусловлены исключительно требованиями закона, в связи с чем их нельзя признать ограничивающими права сторон, как защиты, так и обвинения, на выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, а неудовлетворенность стороны защиты результатом рассмотрения тех или иных вопросов, возникающих в ходе судебного разбирательства, не свидетельствует о предвзятости суда и утрате им объективности и беспристрастности, наличии у него обвинительного уклона. В связи с чем, доводы апелляционной жалобы защитника Протопоповой Н.Н. являются несостоятельными.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, которые бы могли привести к вынесению необъективного вердикта, в ходе судебного следствия и судебных прений допущено не было.

Доводы жалоб о том, что в суде с участием присяжных заседателей исследовались недопустимые доказательства, являются несостоятельными. Несмотря на мнение стороны защиты, в судебном заседании в присутствии присяжных заседателей сторонами исследовались только допустимые доказательства.

Председательствующим были сформулированы в письменном виде вопросы, подлежащие разрешению присяжными заседателями, и переданы сторонам.

Процедура обсуждения вопросного листа и содержание вопросов присяжным заседателям соответствуют требованиям ст.338, ст.339 УПК РФ.

Сторонам была предоставлена возможность и достаточное время на ознакомление с проектом вопросного листа и подготовки на него замечаний и дополнений, по содержанию и формулировке вопросов, после чего в совещательной комнате вопросы были окончательно сформулированы.

Напутственное слово председательствующего соответствует требованиям ст. 340 УПК РФ. Как усматривается из протокола судебного заседания, перед напоминанием доказательств председательствующий разъяснил присяжным заседателям, что они сами должны оценить все исследованные доказательства и решить принимать или не принимать доводы сторон и по своему внутреннему убеждению прийти к выводу о доказанности либо недоказанности обвинения о виновности либо невиновности подсудимых. Каких-либо вопросов, при ответах на которые от присяжных заседателей требовалась юридическая квалификация или юридическая оценка, в вопросном листе не содержится.

Председательствующий выяснял у сторон, имеются ли у них возражения в связи с содержанием напутственного слова по мотивам нарушения им принципа объективности и беспристрастности. Таких заявлений от сторон не поступило.

Нарушений уголовно-процессуального закона при принятии вердикта по делу не установлено. Вердикт коллегии присяжных заседателей является ясным, понятным и непротиворечивым, соответствует требованиям ст.348 и ст.351 УПК РФ. Предусмотренные ст.341, ст.343 УПК РФ порядок вынесения вердикта и тайна совещания присяжных заседателей соблюдены.

Постановленный по результатам судебного разбирательства обвинительный приговор отвечает требованиям ст.348 – ст.351 УПК РФ.

Изложенные в нем выводы основаны на обязательном для председательствующего вердикте присяжных заседателей и полностью согласуются с установленными этим вердиктом фактическими обстоятельствами.

Вынесенный коллегией присяжных заседателей по всем вопросам единодушный вердикт является ясным, непротиворечивым и в соответствии со ст.348 УПК РФ обязателен для председательствующего судьи. Приговор постановлен на основании обвинительного вердикта и за его пределы не выходит.

Правовая оценка, данная действиям каждого из осужденных, является правильной, соответствует описанию в приговоре преступных деяний, в совершении которых осужденные признаны виновными на основе обвинительного вердикта коллегии присяжных заседателей, достаточно мотивирована. Оснований для иной квалификации действий осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 не имеется.

Суд в полной мере исследовал психическое состояние ФИО1, ФИО2, ФИО3 и они обоснованно признаны вменяемыми.

Вывод суда о возможности исправления ФИО1, ФИО2, ФИО3 только в условиях реального отбывания наказания в виде лишения свободы и об отсутствии оснований для применения к каждому положения ч.6 ст.15 УК РФ - изменения категории преступления на менее тяжкое, мотивирован судом совокупностью фактических обстоятельств дела и данных о личности каждого осужденного, указанных в приговоре. Оснований не согласиться с мотивированным выводом суда не имеется, поскольку он основан на материалах уголовного дела.

Как видно из приговора, при решении вопроса о назначении ФИО1, ФИО2, ФИО3 наказания судом учтены характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, данные, характеризующие их личности, влияние назначенного наказания на их исправление и на условия жизни их семей, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств.

Так, судом установлено, что ФИО1 характеризовался в быту УУП ОП № 3 МУ МВД России «Якутское» посредственно, как лицо, жалоб на которого от соседей и родственников не поступало, состоит в зарегистрированном браке, имеет 3 малолетних детей. В 2012 году, будучи П., сменил фамилию. По месту работы в ФИО1 охарактеризован как исполнительный и добросовестный работник, не имевший замечаний и претензий со стороны руководства, пользовавшийся уважением в коллективе. По месту школьного обучения в НПСОШ № ... г.Якутска охарактеризован положительно. Имел грамоту за успехи в учебе в ПУ № ... г.Якутска.

ФИО2 характеризовался УУП ОМВД России по Таттинскому району как лицо, не состоящее на учете, проживающее в <...> РС (Я). Руководством микрорайона «Аартык», по месту школьного обучения в Ытык-Кюельской СОШ № ..., а также одноклассниками охарактеризован положительно. В зарегистрированном браке не состоит, малолетних детей не имеет.

ФИО3 характеризовался УУП ОП № 2 МУ МВД России «Якутское» посредственно как лицо, жалоб на которого от соседей и родственников не поступало. Состоит в зарегистрированном браке, имеет 2 малолетних детей, официально не трудоустроен.

Смягчающими наказание обстоятельствами в соответствии с положениями ч.2 ст.61 УК РФ судом учтены:

ФИО1: наличие на иждивении 3 малолетних детей, состояние здоровья матери СН., положительные характеристики, выражение соболезнований потерпевшей,

ФИО2 – полное признание вины на стадиях предварительного следствия и судебного разбирательства, инвалидность отца, положительные характеристики, принесение извинений потерпевшей в ходе судебного разбирательства, состояние здоровья;

ФИО3 – признание вины на стадии предварительного следствия, частичное признание вины в ходе судебного разбирательства, инвалидность ? группы матери ЕВ., принесение извинений потерпевшей в ходе судебного разбирательства.

В соответствии с п.«з» ч.1 ст.61 УК РФ смягчающим наказание обстоятельством осужденным ФИО2 и ФИО3 учтено противоправное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления.

Отягчающих наказание обстоятельств не установлено.

Вопреки доводам апелляционных жалоб размеры наказания подсудимым ФИО2 и ФИО3 определены по правилам, установленным ч.1 ст.65 УК РФ, т.к. коллегия присяжных заседателей признала их заслуживающими снисхождение.

Назначенное каждому из осужденных ФИО1, ФИО2, ФИО3 наказание соответствует требованиям закона и не может быть признано несправедливым. Оснований для признания в качестве смягчающих наказание каких-либо иных обстоятельств, не имеется.

Суд обоснованно не усмотрел оснований для применения в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 положений ст.64 УК РФ, не находит таковых и суд апелляционной инстанции.

Вид исправительного учреждения ФИО1, ФИО2, ФИО3 назначен правильно в соответствии с п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Таким образом, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что осужденным ФИО1, ФИО2 и ФИО3 назначено справедливое наказание, которое соразмерно содеянному, чрезмерно суровым не является. Из размера назначенного осужденным наказания также следует, что оно индивидуализировано и определено судом с учетом ст. 2 и 43 УК РФ, в том числе, с учетом обстоятельств, на которые указывается в жалобах. Оснований для смягчения назначенного наказания не имеется.

Нарушений норм уголовного или уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора и направление дела на новое судебное разбирательство, о чем ставится вопрос в апелляционных жалобах, суд апелляционной инстанции не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь п.1 ч.1 ст.389.20 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

определил:

приговор Якутского городского суда РС (Я) с участием коллегии присяжных заседателей от 11.05.2023 в отношении ФИО1, ФИО2, ФИО3 оставить без изменения, а апелляционные жалобы осужденных ФИО1, ФИО2, адвоката Протопоповой Н.Н., действующей в интересах осужденного ФИО1, адвоката Скрябина А.К., действующего в интересах осужденного ФИО3, - без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Девятый кассационный суд общей юрисдикции в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в течение шести месяцев со дня оглашения, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии судебного решения.

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий судья:Судьи:

В.К.О. ФИО8 Денисенко