Cудья: ФИО5 гр. дело №
№
АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
07 сентября 2023 года <адрес>
Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:
председательствующего: ФИО4,
судей: ФИО14, Ивановой Е.Н.,
при помощнике судьи ФИО7,
рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО2 на решение Автозаводского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, которым постановлено:
«В удовлетворении исковых требований ФИО2 к ФИО1 о признании договора дарения недействительным и применения последствий недействительности сделки – отказать в полном объёме».
Заслушав доклад по делу судьи областного суда ФИО14, судебная коллегия
УСТАНОВИЛА:
ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО12 о признании недействительным договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, применении последствий недействительности сделки, указав, что ДД.ММ.ГГГГ между ней и ФИО12 заключен договор дарения 1/2 доли жилого помещения: квартиры с кадастровым номером 63:09:0101165:2917, площадью 65,6 кв.м., находящейся по адресу: <адрес>. Она не понимала сущность производимой сделки, надеялась, что после подписания документов внучка будет с ней проживать и заботиться, не понимала, что совершает сделку дарения. Просит признать недействительным договор дарения от ДД.ММ.ГГГГ 1/2 доли жилого помещения: квартиры с кадастровым номером 63:09:0101165:2917, площадью 65,6 кв.м., находящейся по адресу <адрес>, применить последствия недействительности сделки путем возврата в ее собственность 1/2 доли квартиры, находящейся по адресу <адрес>; погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним запись регистрации № от ДД.ММ.ГГГГ права собственности ФИО3 на 1/2 доли квартиры, находящейся по адресу <адрес>.
По результатам рассмотрения заявленных исковых требований судом постановлено решение, резолютивная часть которого приведена выше.
Представителем истца подана апелляционная жалоба, в которой просит решение суда отменить, вынести новое решение, удовлетворив заявленные требования в полном объеме.
В судебное заседание лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени судебного заседания извещены надлежащим образом.
В силу требований ст.ст. 167, 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГПК РФ) судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания.
Согласно части 1 статьи 327.1 ГПК РФ суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления.
В соответствии со ст. 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются:
1) неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела;
2) недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела;
3) несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела;
4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.
2. Неправильным применением норм материального права являются:
1) неприменение закона, подлежащего применению;
2) применение закона, не подлежащего применению;
3) неправильное истолкование закона.
3. Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.
Проверив материала дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, проверив в соответствии со ст.330 ГПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального законодательства, судебная коллегия приходит к следующему.
Конституция Российской Федерации гарантирует каждому судебную защиту его прав и свобод, а также закрепляет положение о том, что судопроизводство в Российской Федерации осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон (часть 1 статьи 46 и часть 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации).
В соответствии с ч. 2 ст. 35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности, пользоваться и распоряжаться им.
В силу ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.
Положениями статьи 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что защита гражданских прав осуществляется, в том числе, признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки.
Согласно ст. 153 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей
В пункте 50 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что сделкой является волеизъявление, направленное на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (например, гражданско-правовой договор, выдача доверенности, признание долга, заявление о зачете, односторонний отказ от исполнения обязательства, согласие физического или юридического лица на совершение сделки).
В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.
В силу статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.
Частью 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора.
На основании ст. ст. 432, 434 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Договор может быть заключен в любой форме, предусмотренной для совершения сделок, если законом для договоров данного вида не установлена определенная форма.
Согласно ч. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу, либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В соответствии с п.п. 1, 3 ст. 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо. Требование о признании недействительной ничтожной сделки независимо от применения последствий ее недействительности может быть удовлетворено, если лицо, предъявляющее такое требование, имеет охраняемый законом интерес в признании этой сделки недействительной.
В силу пунктов 1, 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.
Судом установлено, что ФИО12 является внучкой ФИО2, что сторонами не оспаривалось.
ДД.ММ.ГГГГ нотариусом нотариальной палаты <адрес> ФИО13 удостоверен и зарегистрирован в реестре за №-н/63-2021-1-929 договор дарения, которым ФИО2, безвозмездно передала в собственность ФИО3 принадлежащее ей имущество 1/2 долю в праве собственности на квартиру по адресу: <адрес>.
Доли в праве общей долевой собственности на квартиру зарегистрированы в установленном законом порядке, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от ДД.ММ.ГГГГ.
Впоследствии даритель ФИО2 обратилась в суд с настоящим иском,
Разрешая спор и отказывая в удовлетворении заявленных требований, руководствуясь положениями ст. 166, 167, 168, 177, 178, 179, 209, 432, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции исходил из того, что истцом не представлено доказательств совершения сделки под влиянием заблуждения, обмана, либо нахождения в состоянии при котором она не была способна понимать значение своих действий или руководить ими.
Судебная коллегия с указанными выводами соглашается.
В соответствии с п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса Российской Федерации, собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами.
В силу части 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица свободны в заключение договора.
В соответствии с пунктом 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.
Пунктом 2 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что при наличии условий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности если: 1) сторона допустила очевидные оговорку, описку, опечатку и т.п.; 2) сторона заблуждается в отношении предмета сделки, в частности таких его качеств, которые в обороте рассматриваются как существенные; 3) сторона заблуждается в отношении природы сделки; 4) сторона заблуждается в отношении лица, с которым она вступает в сделку, или лица, связанного со сделкой; 5) сторона заблуждается в отношении обстоятельства, которое она упоминает в своем волеизъявлении или из наличия которого она с очевидностью для другой стороны исходит, совершая сделку.
Сделка не может быть признана недействительной по основаниям, предусмотренным настоящей статьей, если другая сторона выразит согласие на сохранение силы сделки на тех условиях, из представления о которых исходила сторона, действовавшая под влиянием заблуждения. В таком случае суд, отказывая в признании сделки недействительной, указывает в своем решении эти условия сделки.
Из положений пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.
Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", сделка под влиянием обмана, совершенного как стороной такой сделки, так и третьим лицом, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ). Обманом считается не только сообщение информации, не соответствующей действительности, но также и намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота (пункт 2 статьи 179 Гражданского кодекса РФ).
Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.
Между тем, никаких доказательств наличия заблуждения относительно правовой природы совершенной сделки дарения, а также доказательств тому, что воля ФИО2 была направлена на совершение не сделки дарения, а на сделку носящую какой-либо иной характер, не представлено, как не представлено доказательств, подтверждающих, что воля ФИО2 сформировалась под влиянием факторов, нарушающих нормальный процесс такого формирования, и доказательств того, что стороны, заключая оспариваемый договор, преследовали иные цели, чем предусматривает договор дарения.
Согласно возражениям нотариуса ФИО13 приобщенным к материалам дела, а так же пояснениям в судебном заседании представителя нотариуса ФИО8 следует, что нотариусом ФИО13 удостоверен договор дарения доли в праве общей долевой собственности, заключенный ФИО2 и ФИО3. При заключении договора отсутствовали пороки воли участников сделки, пороки содержания и формы договора дарения. Содержание договора зачитано вслух. При заключении договора ФИО2 пояснила, что наследует долю мужа, осознавала и понимала, что дарит лишь долю квартиры, не заблуждалась относительно природы сделки. Правовые последствия заключения договора были разъяснены.
Из материалов дела следует, что оспариваемый договор подписан сторонами лично, название договора -договор дарения доли в праве общей долевой собственности на квартиру- и его текст не позволяют усомниться в том, что волеизъявление сторон было направлено именно на заключение договора дарения и передачу истцом ответчику принадлежавшей ей 1/2 доли в праве общей долевой собственности на квартиру.
Собственником другой доли является непосредственно ФИО2
Доказательств, подтверждающих заключение договора под влиянием заблуждения, вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, истцом не представлено и материалы дела не содержат.
Стороной истца не представлено бесспорных доказательств, которые могли бы подтвердить заблуждение ФИО2 относительно природы сделки, в том числе в силу ее возраста, состояния здоровья.
При этом судом установлено, что в момент подписания договора ФИО2 правильно понимала существо сделки.
При таких обстоятельствах доводы жалобы о том, что при заключении договора истец заблуждалась относительно совершаемой сделки, судебная коллегия находит несостоятельными.
Так же в материалах дела отсутствует доказательства заключения договора под влиянием обмана, преднамеренного создания ответчиком у истца не соответствующего действительности представления о характере сделки, ее условиях, предмете, других обстоятельствах, влияющих на принимаемое решение.
Установлено и обоснованно отражено судом первой инстанции, что данному договору приданы все соответствующие правовые последствия, соблюдены требования закона, цель сделки достигнута, имущество передано в дар безвозмездно, осуществлена государственная регистрация объекта недвижимости, т.е. между сторонами договора дарения возникли именно те гражданско-правовые последствия, на которые направлены сделки дарения.
Истцом не представлено доказательств каких-либо неправомерных действий со стороны ответчика по принуждению истца совершить оспариваемую сделку, что сделка совершена истцом под влиянием обмана со стороны ответчика. Наличие признаков злоупотребления со стороны ответчика правом не установлено. Само по себе принятие ответчиком доли квартиры в дар не является противоправным поведением и не свидетельствует о намерении ответчика причинить вред истцу.
Ссылка на то, что ФИО2, не знала и не понимала, что оформляет договор дарения, подписала документы, которые ей предоставили не читая не состоятельна.
Судом первой инстанции установлено и иными допустимыми, достоверными доказательствами не опровергнуто, что нотариусом при оформлении договора дарения и его подписания договор был прочитан, последствия оформления договора разъяснены.
При оформлении и в случае неясности ФИО2 могла уточнить обстоятельства и последствия заключения договора.
Таким образом, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации истцом не было представлено доказательств, свидетельствующих о том, что со стороны ответчика имело место умышленное введение истца в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, а также совершение обмана.
Оспариваемый договор дарения содержит все существенные условия, сторонами подписан и исполнен.
Текст оспариваемого договора, не позволяет двояко толковать его условия.
Истец самостоятельно, добровольно подписала оспариваемый договор, имела возможность его внимательно прочитать и отказаться от его подписания.
Характер сложившихся взаимоотношений сторон не свидетельствует о том, что воля истца на совершение сделки дарения сформировалась под влиянием заблуждения и обмана.
При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает оснований для отмены по доводам апелляционной жалобы в указанной части постановленного судом решения.
В соответствии со ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения (п. 1).
Если сделка признана недействительной на основании настоящей статьи, соответственно применяются правила, предусмотренные абз. 2 и 3 п. 1 ст. 171 настоящего Кодекса (п. 3).
Необходимым условием оспаривания сделки по основанию, предусмотренному ст. 177 ГК РФ, является доказанность того факта, что в момент совершения сделки лицо находилось в таком состоянии, когда оно не было способно понимать значение своих действий. Бремя доказывания наличия данных обстоятельств в соответствии с положениями ч. 1 ст. 56 ГПК РФ лежит на истце.
Из анализа вышеуказанных норм права следует, что по данному делу юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельство являлось могла ли ФИО2 в момент составления договора дарения 06.04.2021г. понимать значение своих действий и руководить ими.
Как усматривается из медицинской документации на имя ФИО2, последняя не состояла на динамическом учете у врача-психиатра и нарколога ко времени совершения оспариваемой сделки ДД.ММ.ГГГГ. Из ответа на судебный запрос ГБУЗ СО «Тольяттинский психоневрологический диспансер» известно, что ФИО2 врачом-психиатром не наблюдается.
Из амбулаторной карты ГБУЗ СО «Тольяттинский психоневрологический диспансер» следует, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 была на приеме у врача-психиатра, добровольно обратилась за психиатрической помощью (подписала бланк добровольного информированного согласия на медицинское вмешательство). Из записи осмотра ФИО2 врачом-психиатром ДД.ММ.ГГГГ: «В сопровождении сестры, просит выдать справку для суда, что у нее «потеря памяти». Рассказала, что ДД.ММ.ГГГГ умер муж, после его смерти внучка забрала документы на квартиру, а в последующем заставила оформить на себя дарственную после чего уехала в <адрес> к своей сестре. Сейчас намерена признать дарственную на квартиру недействительной, так как провалы в памяти». Объективно: Контактна. Выраженных нарушений памяти нет». Установлен диагноз: «Органическое заболевание головного мозга сосудистого генеза, умеренные мнестические нарушения» (не описаны симптомы нарушений памяти и нет клинических ориентиров, обосновывающих оценку степени выраженности мнестических расстройств в диапазоне «умеренные»).
Из материалов гражданского дела известно, что ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ обращалась на прием к врачу-неврологу ООО «Невролог» с жалобами «на периодические головные боли, шум в голове, пошатывание при ходьбе, периодические провалы в памяти», сообщила, что больна около семи лет, периодически получает лечение. Какие-либо нарушения психических функций врачом-неврологом ДД.ММ.ГГГГ у истца не описаны, отмечено наличие пошатывания в позе Ромберга (неврологическая симптоматика), установлен диагноз: «Атеросклероз сосудов головного мозга. Хроническая ишемия головного мозга с интеллектуально-мнестическими нарушениями», назначена сосудистая терапия.
ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 осмотрена врачом-неврологом клиники ООО «Бонус» <адрес>, ни неврологическое, ни психическое состояние истца в записи осмотра не зафиксированы, рекомендаций ее освидетельствования врачом-психиатром не давалось, назначены сосудистые и ноотропные средства; установлен диагноз: «АСГМ (атеросклероз сосудов головного мозга). ХИМ (фоническая ишемия головного мозга) (стадия хронической ишемии не указана) (л.д. 44).
При обследовании ФИО2 методом магнитно-резонансной томографии артерий головного мозга ДД.ММ.ГГГГ, выявлены признаки атеросклеротических изменений церебральный артерий, вариант развития ФИО5 круга, снижение кровотока по интракраниальному сегменту левой средней мозговой артерии, петлеобразование левой внутренней сонной артерии, при магнитно- резонансной томографии вен головного мозга от ДД.ММ.ГГГГ выявлена картина снижения венозного кровотока в левом поперечном и левом сигмовидном синусах. При магнитно-резонансной томографии головного мозга ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ выявлена картина наружной заместительной гидроцефалии с очаговыми изменениями в веществе мозга дисциркуляторного характера, рекомендована консультация врача-невролога с целью клинической — диагностической интерпретации результатов магнитно-резонансной томографии головного мозга.
В ходе рассмотрения дела для проверки довода истца о совершении ею сделки в состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, для определения психического состояния ФИО2 в момент составления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ судом была назначена судебная психиатрическая экспертиза, проведение которой было поручено экспертам ГБУЗ «Самарская областная клиническая психиатрическая больница».
По заключению судебно-психиатрической комиссии экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, в период времени, соотносящийся с совершением договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (зарегистрированного в Едином Государственном реестре недвижимости ДД.ММ.ГГГГ) каким-либо психическим расстройством не страдала. Этот вывод обоснован отсутствием фактического (документального) подтверждения наличия у подэкспертной каких-либо симптомов психических нарушений в меддокументах (лишь после сделки, в отдаленный период после ее совершения, ДД.ММ.ГГГГ она обратилась к врачу-психиатру с жалобами на ухудшение состояния памяти, критически оценивая это качество как недостаток, в целях его исправления; врачом-психиатром констатировано отсутствие у подэкспертной выраженных нарушений памяти - с учетом данных амбулаторной карты из ГБУЗ СО «Тольяттинский психоневрологический диспансер». При настоящем клиническом и патопсихологическом исследовании у ФИО2 выявлены клинические признаки легкого когнитивного расстройства (ослабление когнитивной продуктивности при выполнении тестовых заданий, легкая замедленность темпа мышления, неустойчивость концентрации мышления) (соответствует критериальным признакам рубрики F 06 7 по международной классификации болезней 10 пересмотра) в сочетании с ситуационно обусловленными проявлениями эмоциональной нестабильности. Наличие выявленных в настоящее время симптомов психических изменений у подэкспертной также не подтверждено документально на момент сделки, и они не могут быть использованы в качестве параметров состояния здоровья ФИО2 на исследуемый период времени (ДД.ММ.ГГГГ), так как механическое (бездоказательное) их соотнесение с периодом сделки неправомерно. Возникновение у ФИО2 эпизода амнестической дезориентировки (с учетом ее пояснений и показаний свидетеля ФИО9 о том, что она однажды «заблудилась») также не объективизировано меддокументами и не может быть автоматически соотнесено с юридически значимым периодом, этот факт материалами дела не подтвержден.
ФИО2 в период, относящийся к совершению сделки (оформление договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ доли в праве общей долевой собственности на квартиру, зарегистрированного в Едином Государственном реестре недвижимости 06.04.2021г.) по своему психическому состоянию могла в полной мере понимать значение своих действий, свободно и осознанно принимать решения и руководить своими действиями по их реализации. Об этом свидетельствует активное и целенаправленное (соответствующее свободному волеизъявлению) поведение подэкспертной: сама обратилась в нотариальную контору, подала заявление на сделку, заявление собственноручно подписывала, сама подписала оспариваемый документ ДД.ММ.ГГГГ, сама ознакомилась с условиями сделки и подписала оспариваемый документ - с учетом пояснений нотариуса ФИО13, и спустя несколько месяцев самостоятельно обратилась к тому же нотариусу (с заявлением о получении свидетельства о праве на наследство по Закону после смерти супруга), получила свидетельство и зарегистрировала право собственности на 1/2 долю в праве общей долевой собственности на квартиру, принадлежащую ранее ее супругу; сообщила свидетелю ФИО10 о планах распоряжения долей в квартире в пользу ответчицы, говорила именно о договоре дарения; подача иска связана с желанием в настоящее время иначе распорядится своим имуществом, ее дееспособность также проверена нотариусом при удостоверении доверенности на своего представителя в январе 2022 г.
ФИО2 в юридически значимый период обнаруживала изменения познавательной деятельности легкой степени по органическому типу(ослабление показателей механического и смыслового запоминания, снижение динамики фиксации мнестических следов, сужение объеме, концентрации, переключаемости внимания, тенденция к речевому и интеллектуальному обеднению, ригидность, тугоподвижность мыслительных процессов, истощаемость психических функций). Индивидуально-психических особенностей, оказывающих существенное влияние на смысловое восприятие и оценку ею существа сделки не выявлено.
Суд обоснованно принял во внимание заключение судебно-психиатрической экспертизы, так как оно соответствует требованиям закона, положениям ст. 86 ГПК РФ, неясностей и противоречий не содержит, является понятным, содержит подробное описание проведенного исследования, достаточно аргументировано, выводы экспертов мотивированы. Психолого-психиатрическое экспертное исследование проводилось специалистами как в области психиатрии, так и психологии, доказательств заинтересованности судебных экспертов в исходе дела не имеется, отводов экспертам не заявлено, эксперты предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ за дачу заведомо ложного заключения, о чем отобрана подписка.
Каких-либо доказательств, опровергающих выводы заключения судебно-психиатрической экспертизы, истцом не представлено.
Иных доказательств, с бесспорностью и достоверностью подтверждающих заключение сделки ФИО2 в состоянии, когда она не могла понимать значение своих действий и руководить ими, суду не представлено.
В судебном заседании ФИО2 пояснила (протокол с/з от ДД.ММ.ГГГГ), что внучка возила ее куда-то далеко, показывала где расписаться, та расписывалась. Была какая-то женщина. Сейчас она передумала дарить квартиру, поняла, что ей помогать не будут.
ФИО2 пояснила, что когда дарила долю, думала, что квартира все равно будет ее, считала, что когда подарит долю, внучка будет ухаживать за ней, надеялась на лучшее обращение к себе.
Из указанного следует, что ФИО11 понимала существо заключаемой сделки, вместе с тем рассчитывала на помощь со стороны внучки.
При этом доказательств тому, что внучка обещала ей какое-либо встречное представление в виде оказания помощи, на которую ФИО2 рассчитывала, материалы дела не содержат, не заявлялось об этом и самой ФИО2. Г.А.
Тот факт, что ФИО2 предполагала и надеялась на соответствующее отношение к ней не свидетельствует о том, что была введена в заблуждение, либо обманута ФИО3, в отсутствие доказательств заверения об этом самой ФИО3.
При этом заблуждение относительно мотивов сделки не является достаточно существенным для признания сделки недействительной. (п. 3 ст. 178 ГК РФ)
Судом были опрошены свидетели, показаниям которым судом первой инстанции дана оценка, что отражено в мотивировочной части решения.
Судом верно отражено, что свидетели не обладают медицинским образованием в области психиатрии. Из их показаний не следует, что в момент составления договора от ДД.ММ.ГГГГ поведение ФИО2 с очевидностью давало основания полагать, что она не способна понимать значение своих действий и руководить ими.
Таким образом, учитывая указанные выше обстоятельства, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии правовых оснований для признания оспариваемого договора дарения недействительными по ч.1 ст.177 ГК РФ, так как достоверных доказательств, свидетельствующих о том, что ФИО2 в момент подписания договора дарения не была способна понимать значение своих действий и руководить ими, ее волеизъявление не соответствовало действительным намерениям, стороной истца в материалы дела не представлено.
Ссылка заявителя судебную практику по аналогичным делам не свидетельствует о нарушении судами единообразия в толковании и применении норм материального и процессуального права, поскольку при рассмотрении дел судами учитываются обстоятельства, присущие каждому конкретному делу и основанные на представленных доказательствах, в связи с чем является несостоятельной. Судебная практика не является формой права и высказанная в ней позиция конкретного суда не является обязательной для применения при разрешении внешне тождественных дел.
Доводы апелляционной жалобы о неправильном определении судом фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, о несоответствии выводов суда обстоятельствам дела, а также о несогласии с произведенной судом оценкой доказательств, не могут повлечь отмену решения суда, поскольку фактически направлены на иную оценку собранных по делу доказательств и выводов суда.
Согласно положениям ст. 59, 67, 71 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне их надлежит доказать, принимает только те доказательства, которые имеют значение для рассмотрения и разрешения дела, оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.
Ссылок на обстоятельства, которые могли бы привести к отмене судебного постановления, апелляционная жалоба не содержит.
Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, повлекших вынесение незаконного решения, судом не допущено, обжалуемое решение следует признать законным и обоснованным, и оснований для его отмены по доводам апелляционной жалобы не имеется.
На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 ГПК РФ, судебная коллегия
ОПРЕДЕЛИЛА:
Решение Автозаводского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ - оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО2 - без удовлетворения.
Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции через районный суд в течение трех месяцев.
Председательствующий:
Судьи: