Судья 1 инстанции – Шиндаева О.И. № 22-2570/23

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

4 июля 2023 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Поправко И.В., при ведении протокола помощником судьи Цезаревой Н.М., с участием прокурора Яжиновой А.А., представителя потерпевшего – адвокатов Полканова Е.В., защитников – адвокатов Магер Ю.Ю. и Савиченко А.В. (в интересах подсудимой К.Т.В.), ФИО1 (в интересах подсудимой З.Л.В.),

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению государственного обвинителя на постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 22 мая 2023 года, которым

уголовное дело по обвинению К.Т.В. в совершении преступлений, предусмотренных ч.3 ст.30 – ч.4 ст.159, ч.3 ст.30 – ч.4 ст.159, ч.1 ст.303 УК РФ, З.Л.В. в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30 – ч.4 ст.159 УК РФ,

на стадии судебного разбирательства, возвращено прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

УСТАНОВИЛ:

Органами предварительного расследования К.Т.В. и З.Л.В. обвиняются в совершении группой лиц по предварительному сговору, покушения на мошенничество, то есть хищения чужого имущества путем обмана, в особо крупном размере, не доведенного до конца по независящим от них обстоятельствам; кроме того К.Т.В. обвиняется в совершении покушения на аналогичное преступление против чужой собственности и в фальсификации доказательств по гражданскому делу.

Уголовное дело с обвинительным заключением поступило в Октябрьский районный суд г. Иркутска 13 октября 2022 года.

В судебном заседании защитник подсудимой К.Т.В. – адвокат Магер Ю.Ю. заявила ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ.

Постановлением суда от 22 мая 2023 года уголовное дело возвращено прокурору в порядке ст.237 УПК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом.

При возвращении дела суд указал, что на момент составления протокола ознакомления обвиняемой К.Т.В. и её защитников с материалами уголовного дела, следователем предоставлено 38 томов и 6 вещественных доказательств, в последствие это количество неоднократно менялось (при рассмотрении ходатайства следователя об ограничении сроков ознакомления с делом - 38 томов, в которых содержится 19 оптических дисков и 1 флеш-карта, 6 вещественных доказательств; из сопроводительного письма следует, что в прокуратуру направлено дело в 44 томах, с 6 вещественными доказательствами; из сопроводительного письма прокурора следует, что в суд направлено дело в 42 томах; согласно обвинительному заключению количество дисков снизилось с 19 до 5), указанные противоречия не могут быть устранены судом. Кроме того из протокола ознакомления обвиняемой с материалами уголовного дела нельзя сделать однозначный вывод о разъяснении К.Т.В. прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ, поскольку в протоколе содержатся указания обвиняемой, что она не может высказаться о порядке судопроизводства и о проведении предварительного слушания.

В апелляционном представлении государственный обвинитель Крис Е.Б. оспаривает постановление суда, просит его отменить на основании ст.389.17 УПК РФ, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, дело вернуть на стадию судебного разбирательства в тот же суд, в том же составе. Приводя положения ст.ст.47, 53, 216-219, 237 УПК РФ и правовую позицию Конституционного суда РФ, полагает, что по делу не допущено нарушений норм уголовно-процессуального закона, которые препятствовали бы рассмотрению дела и не могут быть устранены судом. В судебном заседании было установлено, что обвиняемой К.Т.В. и её защитникам были предоставлены для ознакомления все материалы уголовного дела. Указанные судом различия в количестве материалов уголовного дела не свидетельствуют об обратном, поскольку их объем увеличивался за счет приобщения процессуальных документов, относящихся к процессу ознакомления с делом. Сформированные в ходе этого материалы дела, не подлежали предъявлению для ознакомления, поскольку не были связаны с проведением следственных действий по делу. После ознакомления с делом, по нему было составлено обвинительное заключение, что также увеличило его объем. Все вещественные доказательства перечислены в протоколе ознакомления обвиняемой и её защитников с материалами дела. Вывод суда о не разъяснении обвиняемой К.Т.В. прав, предусмотренных ч.5 ст.217 УПК РФ, сделан лишь на основании позиции стороны защиты. Однако в соответствующем протоколе подробно приведены положения о выборе порядка судопроизводства, перечисленные в ч.5 ст.217 УПК РФ, с которыми обвиняемая ознакомилась в присутствии своих защитников, что удостоверено их подписями, и свидетельствует о реализации обвиняемой названного права.

В суде апелляционной инстанции прокурор и представитель потерпевшего поддержали доводы апелляционного представления; защитники просили постановление оставить без изменения.

Проверив представленные материалы, изучив доводы апелляционного представления, выслушав мнение участников, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч.4 ст.7 УПК РФ постановление суда должно быть законным, обоснованным и мотивированным. Таковым признается судебное решение, соответствующее требованиям уголовного и уголовно-процессуального законов, содержащее основанные на материалах дела выводы суда по обстоятельствам, относящимся к предмету разрешаемых вопросов.

В соответствии со ст.237 УПК РФ в тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено при судебном разбирательстве, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения.

Суд первой инстанции, возвращая данное уголовное дело прокурору, пришел к выводу, что следователем нарушены положения ст.ст.216-219 УПК РФ при ознакомлении обвиняемой К.Т.В. и её защитников с материалами дела, выразившиеся в предоставлении не всех материалов дела и не разъяснении положений закона о выборе порядка судопроизводства.

Суд апелляционной инстанции не может согласиться с этими выводами, поскольку они не основаны на законе и не имеют под собой фактического обоснования.

В соответствии с ч.1 ст.217 УПК РФ, после ознакомления потерпевшего с материалами дела, следователь предъявляет обвиняемому и его защитнику подшитые и пронумерованные материалы уголовного дела. Для ознакомления предъявляются также вещественные доказательства и по просьбе обвиняемого или его защитника различные приложения к протоколам следственных действий.

По смыслу ч.3 ст.217 УПК РФ, обвиняемый и его защитник не могут ограничиваться во времени, необходимом им для ознакомления с материалами уголовного дела. Если обвиняемый и его защитник, приступившие к ознакомлению с материалами уголовного дела, явно затягивают время ознакомления с указанными материалами, то на основании судебного решения устанавливается определенный срок для ознакомления с материалами уголовного дела. В случае, если обвиняемый и его защитник без уважительных причин не ознакомились с материалами уголовного дела в установленный судом срок, следователь вправе принять решение об окончании производства данного процессуального действия, о чем выносит соответствующее постановление и делает отметку в протоколе ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела.

Приведенные положения закона были в строгости соблюдены при производстве по данному делу.

6 и 7 июня 2022 года все участники были уведомлены об окончании следственных действий по уголовному делу (т.38 л.д.42-43, 58-59, 60-61). Потерпевший М.И.Д ознакомился со всеми материалами уголовного дела (т.35 л.д.245-248, т.38 л.д.64-66). Постановлениями Октябрьского районного суда г. Иркутска от 29 июля 2022 года, обвиняемым З.Л.В. и К.Т.В., а также их защитникам был определен срок для ознакомления с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами по 8 и 29 августа, а также по 20 сентября 2022 года – соответственно (т.38 л.д.75-76, 127-128, 163-164). По истечении установленного судом срока, следователь принял решения об окончании производства ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами дела (т.38 л.д.77-79, 132-134, 214-217), сделал об этом отметку в соответствующих протоколах (т.38 л.д.201-210, т.39 л.д.10-20).

Придя к выводу о предоставлении обвиняемой К.Т.В. и её защитникам для ознакомления не всех материалов дела, поскольку в процессуальных документах указывался разный его объем, а также разное количество оптических дисков и вещественных доказательств, суд первой инстанции фактически оставил без внимания следующие обстоятельства.

Так, уголовное дело обвиняемым и их защитникам было представлено для ознакомления с Дата изъята , и на тот момент составляло 38 томов. 5 октября 2022 года уголовное дело с обвинительным заключением было направлено прокурору, и его объем составлял 42 тома. При этом установлено, что объем уголовного дела увеличился вследствие приобщения процессуальных документов, относящихся к процедуре ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами уголовного дела, а также в связи с составлением обвинительного заключения.

В соответствии с ч.1 ст.219 УПК РФ, в случае удовлетворения ходатайства, заявленного одним из участников производства по уголовному делу, следователь дополняет материалы уголовного дела, что не препятствует продолжению ознакомления с материалами уголовного дела другими участниками.

По окончании производства дополнительных следственных действий следователь уведомляет об этом лиц, указанных в части первой статьи 216 и части первой статьи 217 настоящего Кодекса, и предоставляет им возможность ознакомления с дополнительными материалами уголовного дела. В случае полного или частичного отказа в удовлетворении заявленного ходатайства следователь выносит об этом постановление, которое доводится до сведения заявителя. При этом ему разъясняется порядок обжалования данного постановления (ч.2 и ч.3 ст.219 УПК РФ).

По смыслу указанных положений закона, сформированные материалы в ходе ознакомления обвиняемых и их защитников с уголовным делом, не подлежали предъявлению для ознакомления в порядке, предусмотренном ст.216, ст.217 УПК РФ, поскольку не были связаны с проведением дополнительных следственных действий. Уведомления обвиняемых и их защитников о возможности ознакомления с делом, постановления следователя о разрешении заявлений и ходатайств, а также материалы по определению сроков для ознакомления с материалами уголовного дела и постановления следователя об окончании производства ознакомления обвиняемых и их защитников с материалами дела – направлялись названным лицам. Потому обвиняемые и их защитники были ознакомлены и с указанными материалами, каждый из них в той части, в которой они затрагивали их интересы. Таким образом, следственным органом в полной мере были реализованы положения ч.2 ст.24 Конституции РФ, корреспондированные в ст.ст.46, 47. 217 УПК РФ, обязывающие органы государственной власти обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы.

Не может свидетельствовать о предоставлении обвиняемым и их защитникам для ознакомления не всех материалов уголовного дела, и ошибочное указание в сопроводительном письме следственного органа (т.42 л.д.212) о направлении прокурору данного уголовного дела в 44 томах. Так, сами материалы уголовного дела свидетельствуют, что к моменту его направления в суд для рассмотрения по существу, его объем составлял 42 тома. Об этом указано и в сопроводительном письме прокурора (т.42 л.д.223-224). Сам факт нахождения сопроводительного письма следственного органа в 42 томе дела, указывает на ошибочное указание в нём на объем дела в 44 тома.

С учетом изложенного явствует, что в сопроводительном письме следственного органа была допущена техническая ошибка, которая в силу своей очевидности не может свидетельствовать о нарушении прав участников судопроизводства, потому её исправление не может вызывать сомнений.

Не может свидетельствовать о предоставлении обвиняемым и их защитникам для ознакомления не всех материалов уголовного дела, и указание в различных процессуальных документах, разного количества оптических дисков с информацией и вещественных доказательств.

Так, при анализе материалов уголовного дела, судом апелляционной инстанции установлено, что не все электронные носители информации призвались вещественными доказательствами, ряд из них являются приложениями к протоколам следственных действий. Также установлено, что ряд вещественных доказательств хранится при уголовном деле, а ряд отдельно – в камере хранения следственного органа.

Это в полной мере соответствует положениям закона, в частности ч.8 ст.166 УПК РФ, согласно которой к протоколу прилагаются, в том числе электронные носители информации, полученной при производстве этого следственного действия; п.1-3 ч.1 ст.81 УПК РФ, что вещественными доказательствами признаются любые предметы: которые служили орудиями, оборудованием или иными средствами совершения преступления или сохранили на себе следы преступления; на которые были направлены преступные действия; иные предметы и документы, которые могут служить средствами для обнаружения преступления и установления обстоятельств уголовного дела. При этом, по смыслу ст.82 УПК РФ, хранение вещественных доказательств осуществляется при уголовном деле либо отдельно от него.

В протоколе ознакомления обвиняемой К.Т.В. и её защитников с материалами уголовного дела (т.39 л.д.10-20), были указаны только вещественные доказательства, поскольку электронные носители информации находятся при уголовном деле, и были представлены для ознакомления вместе с его материалами. В постановлении суда об ограничении сроков ознакомления с делом (т.38 л.д.163-164), помимо количества томов, были указаны и хранящиеся при деле 19 оптических дисков и 1 флеш-карта, а также хранящихся отдельно 6 вещественных доказательств. Это было необходимо суду для оценки всего объёма уголовного дела, в рамках разрешения ходатайства следователя. В соответствии с ч.5 ст.220 УПК РФ, в справке обвинительного заключения (т.42 л.д.207-211), в том числе указывается перечень вещественных доказательств по делу. В связи с этим в данном документе отсутствовало упоминание оптических дисков, являющихся приложениями к протоколам следственных действий. В сопроводительном письме следствия (т.42 л.д.212), помимо количества томов уголовного дела указано лишь 6 вещественных доказательств, хранящихся отдельно от него, что требовалось для направления уголовного дела прокурору. В сопроводительном письме прокурора (т.42 л.д.223-224) уточняется, что ряд вещественных доказательств и оптические диски находятся при деле, другие вещественные доказательства хранятся в камере хранения следственного органа. Таким образом, указание разного количества вещественных доказательств и электронных носителей информации в названных документах, связано лишь с их различной процессуальной целью и смысловой нагрузкой.

В соответствии с требованиями ч.5 ст.217 УПК РФ на следователя возложена обязанность разъяснить обвиняемому его право на выбор формы судопроизводства.

Суд первой инстанции пришел к ошибочному мнению о нарушении следователем указанных требований закона. В протоколе об ознакомлении обвиняемой К.Т.В. и её защитников с материалами уголовного дела (т.39 л.д.10-19), указаны положения закона о праве обвиняемой выбора формы судопроизводства, перечисленные в ч.5 ст.217 УПК РФ, в частности подробно приведены основания, дающие право обвиняемой ходатайствовать о рассмотрении уголовного дела судом с участием присяжных заседателей (п.2 и п.2.1 ч.2 ст30, п.1 ч.5 ст.217 УПК РФ), коллегией из трех судей (п.3 ч.2 ст.30, п.1.1 ч.5 ст.217 УПК РФ), о применении особого порядка судебного разбирательства (п.2 ч.5 ст.217, ст.314 УПК РФ), о проведении предварительного слушания (п.3 ч.5 ст.217, ст.229 УПК РФ). Факт разъяснения указанных положений удостоверен подписями обвиняемой и её защитников. Таким образом, вопреки мнению суда первой инстанции, обвиняемой К.Т.В. ясно и недвусмысленно были разъяснены условия выбора формы судопроизводства, предусмотренные ч.5 ст.217 УПК РФ.

При этом, суд апелляционной инстанции также учитывает, что данное уголовное дело не подлежит рассмотрению судом с участием присяжных заседателей, коллегией из трех судей, или в особом порядке судебного разбирательства. Суд первой инстанции не усмотрел оснований для проведения по делу предварительного слушания, назначив по нему судебное заседание (т.43 л.д.83). Потому нет оснований полгать, что обвиняемая К.Т.В. была ограничена в праве выбора формы судопроизводства.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о несоответствии выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам дела, поскольку они сделаны без учета обстоятельств, которые могли существенно повлиять на них; а также о существенном нарушении уголовно-процессуального закона, что повлияло на вынесение судебного решения, а потому на основании п.1, 2 ст.389.15, п.2 ст.389.16, ч.1 ст.389.17 УПК РФ, указанное постановление не может быть признано законным и обоснованным, в связи с чем подлежит отмене.

Уголовное дело подлежит возвращению в Октябрьский районный суд г. Иркутска для его рассмотрения по существу, со стадии судебного разбирательства, в том же составе суда.

Апелляционное представление государственного обвинителя следует удовлетворить.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.16, 389.18, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Октябрьского районного суда г. Иркутска от 22 мая 2023 года о возвращении прокурору в порядке ст.237 УПК РФ уголовного дела в отношении К.Т.В. и З.Л.В. – отменить.

Уголовное дело в отношении К.Т.В. и З.Л.В. направить на рассмотрение в Октябрьский районный суд г. Иркутска со стадии судебного разбирательства, в том же составе суда.

Апелляционное представление государственного обвинителя Криса Е.Б. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

Председательствующий: И.В. Поправко

.