Решение по делу № 2-320/2023 от 08.12.2023 - об аннулировании записи в ЕГРН, исправлении ошибки в ЕГРН, признании недействительными договоров купли-продажи, прекращении права собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании недостойными наследниками, признании права собственности в порядке наследования, при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - нотариуса <адрес> нотариального округа Республики <ФИО> <ФИО>, нотариуса Симферопольского городского нотариального округа Республики <ФИО> <ФИО>, нотариуса Симферопольского городского нотариального округа Республики <ФИО> <ФИО>, Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики <ФИО>, ФГУП РК «<ФИО> БТИ» в <адрес>, Администрации <адрес> Республики <ФИО>, Министерства жилищной политики и государственного строительного надзора Республики <ФИО>, Министерства культуры Республики <ФИО>.

Дело№

УИД: 91RS0№-21

РЕШЕНИЕ

ИФИО1

08 декабря 2023 года <адрес>

Киевский районный суд <адрес> Республики ФИО28 в составе: председательствующего - судьи Камыниной В.Ф.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем - ФИО12,

с участием представителей истца – ФИО13, ФИО14,

представителя ответчика ФИО2– ФИО15,

представителя ответчика ФИО8 – ФИО16,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО2, ФИО8, ФИО9 об аннулировании записи в ЕГРН, исправлении ошибки в ЕГРН, признании недействительными договоров купли-продажи, прекращении права собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании недостойными наследниками, признании права собственности в порядке наследования, при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - нотариуса <адрес> нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7, нотариуса Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО28 ФИО3, нотариуса Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО28 ФИО4, Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики ФИО28, ФГУП РК «ФИО28 БТИ» в <адрес>, Администрации <адрес> Республики ФИО28, Министерства жилищной политики и государственного строительного надзора Республики ФИО28, Министерства культуры Республики ФИО28,

установил:

ФИО6 обратился в суд с иском, неоднократно уточненным в порядке ст. 39 ГПК РФ /л.д. 17-21, л.д. 120-123 т. 1, л.д. 17-21 т. 2, 197-202 т. 3, л.д. 15-24 т.5, л.д. 90-92 т.7/ к ФИО2, ФИО8, ФИО9, в котором просил:

-признать недействительным договор купли-продажи квартиры, находящейся по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером № удостоверенный нотариусом <адрес> нотариального округа ФИО7, зарегистрированный в реестре за номером 82/97-н/82-2021-1-39, заключенный между ФИО5 и ФИО2, применить последствия недействительности сделки;

-признать недействительным договор купли-продажи квартиры по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером №, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО8, применить последствия недействительности сделки;

-истребовать из чужого незаконного владения ФИО8 квартиру, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером №

-прекратить право собственности ФИО8 на квартиру, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером №

-признать ФИО2 и ФИО9 недостойными наследниками. Отстранить от наследования наследника по завещанию ФИО2 и наследника по закону ФИО9;

-аннулировать запись в ЕГРН в связи с незаконным внесением государственной регистрации права, так как при совершении нотариального действия нотариусом <адрес> нотариального округа ФИО7 отсутствовал переход права собственности ФИО17, умершей ДД.ММ.ГГГГ к ФИО5;

-исправить ошибку в ЕГРН путем внесения корректной информации в реестр отображения прав ФИО5, а именно путем внесения документов- основания и правообладателей: на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ и наследственного дела № наследодатель ФИО17;

-признать за ФИО6 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером № в порядке наследования по закону после смерти сына ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

Заявленные исковые требования обоснованы тем, что истец является наследником по закону после смерти сына ФИО5, который умер ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>.

При жизни, ФИО5 являлся собственником <адрес>, находящейся по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером №

Являясь наследником первой очереди, истец, после смерти ФИО5 обратился к нотариусу Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО10 А.А. с заявлением о принятии наследства. Нотариусом заведено наследственное дело №.

После смерти сына истцу стало известно, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 заключил с ФИО2 договор купли-продажи вышеуказанной квартиры за 800000,00 руб. Кроме того, ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 составлено завещание, удостоверенное нотариусом <адрес> нотариального округа Республики ФИО28, согласно которому ФИО5 все свое имущество завещал ФИО2

Истец указывает, что при заключении договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ и при составлении завещания ДД.ММ.ГГГГ, ФИО5 не мог понимать значение своих действий и руководить ими, так как страдал тяжелым психическим заболеванием «биполярное аффективное расстройство, текущий маниакальный эпизод». В связи с имеющимся заболеванием состоял на учете в ГБУЗ РК «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО18».

ФИО2 и её сын ФИО19 воспользовались психическим состоянием ФИО5, стечением неблагоприятных обстоятельств (утрата работы, обострение панкреатита и усугублением течением психического заболевания, злоупотреблением алкоголя, систематическим избиением ФИО5 неизвестными лицами, болезнью отца ФИО6), путем обмана завладели квартирой, заключив ДД.ММ.ГГГГ сделку купли-продажи и составления в тот же день завещания на имя ФИО2

При удостоверении договора купли-продажи спорной квартиры нотариусом не была проверена юридическая чистота сделки, правоустанавливающие документы не соответствуют выписке из ЕГРН. Цена договора купли-продажи значительно занижена.

В выписке из ЕГРН имеется недостоверная информация, не соответствующая свидетельству о праве на наследство по завещанию, отсутствует ссылка на документ-основание возникновения права, сведения о предыдущем собственнике недвижимого имущества.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по договору купли-продажи продала спорную квартиру ФИО8 В свою очередь, ФИО8 при проявлении разумной осмотрительности должен был знать о приобретении имущества у лица, не имевшего права на его отчуждение. На данные факты указывают сведения в выписке из ЕГРН, а также множественные иски, поданные в суд в отношении ФИО2

Считает, что наследник ФИО9 (супруга ФИО5) вступила в сговор с ФИО2 с целью увеличения своей доли в наследственном имуществе и уменьшения наследственной доли ФИО6

Заключенный ДД.ММ.ГГГГ договор купли-продажи между ФИО5 и ФИО2, и в последующем договор купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО8, квартиры расположенной по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером № нарушают права истца, как наследника по закону и имеющего обязательную долю.

Более того, оспариваемые договора купли-продажи заключены в отношении недвижимого имущества, находящегося в пределах земельного участка с кадастровым номером №, с нарушением ч.7 ст. 48 Федерального закона «Об объектах культурного наследия (памятник истории и культуры) народов Российской Федерации» от ДД.ММ.ГГГГ №73-ФЗ, поскольку жилой дом, в котором расположена спорная квартира, является памятником архитектуры регионального значения внесенного в Единый государственный реестр объектов культурного наследия.

Определением от ДД.ММ.ГГГГ принят отказ ФИО6 от исковых требований об отмене нотариального действия по удостоверению сделки договора купли-продажи жилого помещения – квартиры, находящейся по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, с кадастровым номером № заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО2, удостоверенного нотариусом <адрес> нотариального округа ФИО7 /л.д. 229-230 т. 5, л.д. 24 т.6/.

В заявлении об уточнении исковых требований от ДД.ММ.ГГГГ /л.д. 17-21 т. 2/ истец указал, что требования об аннулировании записи ЕГРН в связи с незаконным внесением государственной регистрации права не поддерживает. Вместе с тем, данное утверждение не может быть расценено судом как отказ от части заявленных исковых требований, такое заявление в адрес суда не поступало и судом в порядке ст. 220 ГПК РФ не рассматривалось.

В соответствии ч. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Протокольным определением к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора были привлечены - нотариус Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО10 А.А., нотариус <адрес> нотариального округа Республики ФИО11 Т.Г., ФГУП РК «ФИО28 БТИ» <адрес>, Администрация <адрес> Республики ФИО28, Министерство жилищной политики и государственного строительного надзора Республики ФИО28, Министерство культуры Республики ФИО28.

В судебном заседании представители истца, заявленные исковые требования поддержали, просили иск удовлетворить с учетом уточнений иска и письменных пояснений.

Представитель ответчика ФИО2 просила в удовлетворении иска отказать, по доводам, изложенным в письменных пояснениях /т. 5 л.д. 232-238/.

В частности указала, что ФИО5 на момент заключения договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ находился в таком состоянии, при котором мог реализовать свой собственный потенциал и продуктивно работать стоматологом. Являлся индивидуальным предпринимателем, что также предусматривает составление соответствующих документов, ведение налогового учета, сдачу отчетности, уплату налогов и взносов, соблюдение кассовой дисциплины и выполнение других необходимых требований. Находясь с 1994 г под наблюдением психиатра с диагнозом «Биполярное аффективное расстройство» не был ограничен в выполнении профессиональной стоматологической деятельности. Был человеком грамотным, образованным, не имел каких-либо заблуждений относительно совершения сделки, понимал её цель и правовые последствия. О том, что ФИО5 был адекватен, также свидетельствует ряд самостоятельно принятых им значимых решений и совершенных действий, а именно: обращение с иском в суд о расторжении брака, заключение сделок, оформление наследства после смерти матери, выдача доверенностей и т.д. При этом, дееспособность ФИО5 определялась при нотариальном оформлении указанных документов различными нотариусами, ни у кого из них не возникло сомнений по поводу его психического состояния.

Представитель ответчика ФИО8 просила в удовлетворении иска отказать, по доводам, изложенным в письменных возражениях /л.д. 239-240 т. 5/.

Считает исковые требования ФИО6 необоснованными и неподлежащими удовлетворению. Основания для признания недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ отсутствуют, поскольку не доказано, что ФИО5 не мог понимать значение своих действий, и не мог руководить ими. ФИО8 является добросовестным приобретателем спорной квартиры, поскольку приобрел её по возмездной сделке, предварительно убедился в наличии записи о праве собственности продавца в ЕГРН, в котором отсутствовали какие-либо сведения об арестах, обременении, спорах в отношении квартиры.

В материалах дела содержатся ходатайства нотариусов о рассмотрении дела в их отсутствие.

Иные лица в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены согласно ст. 113 ГПК РФ, ходатайств и заявлений об отложении слушания дела, документов, подтверждающих уважительность причины своей неявки, в суд не представили, явку уполномоченных представителей в судебное заседание не обеспечили.

Информация о месте и времени рассмотрения дела заблаговременно размещена на официальном сайте Киевского районного суда <адрес> Республики ФИО28.

В силу п.1 ст.3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

Защита гражданских прав осуществляется способами, установленными статьей 12 ГК РФ, в частности путем признания права; восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения; признания оспоримой сделки недействительной и применения последствий ее недействительности, применения последствий недействительности ничтожной сделки; а также иными способами, предусмотренными законом. Способ защиты должен соответствовать содержанию нарушенного права и характеру нарушения.

Условиями предоставления судебной защиты лицу, обратившемуся в суд с соответствующим требованием, являются, во-первых, установление наличия у истца, принадлежащего ему субъективного материального права или охраняемого законом интереса; во-вторых, установление факта его нарушения; в-третьих, установление факта нарушения права истца именно ответчиком.

Выслушав пояснения участников процесса, доспросив свидетелей, исследовав материалы дела, и оценив в соответствии со ст. 67 ГПК РФ относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд приходит к следующему выводу.

Судом установлено, и подтверждается материалами дела, что ФИО6 приходится отцом ФИО5/ л.д. 23 т. 1/

ФИО5 умер ДД.ММ.ГГГГ / л.д. 22 т. 1/.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО2 был заключен и нотариально удостоверен договор купли-продажи <адрес> находящейся по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, общей площадью 15 кв.м., жилой площадью 8,1 кв.м., кадастровый №. /145-149 т. 2/

В п. 1.2 договора указано, что отчуждаемая квартира принадлежит продавцу на праве собственности на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию, выданного ДД.ММ.ГГГГ нотариусом Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО11 Т.Г. (наследственное дело №). Право собственности зарегистрировано в ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно п. 2.1 договора, продажа указанной в договоре квартиры совершена за 800000,00 руб., которые по утверждению сторон покупатель уплатил лично продавцу до подписания настоящего договора. Указанная цена отвечает волеизъявлению сторон, является окончательной и изменению после подписания договора не подлежит.

Согласно выписке из ЕГРН ДД.ММ.ГГГГ осуществлен переход права собственности на спорную квартиру от ФИО5 к ФИО2 /л.д. 26-27,28 т. 1/.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 по договору купли-продажи продала спорную квартиру ФИО8 за 800000,00 руб. /л.д. 96-98 т. 1/

Согласно выписке из ЕГРН правообладателем <адрес> находящейся по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, общей площадью 15 кв.м., жилой площадью 8,1 кв.м., кадастровый № с ДД.ММ.ГГГГ, в том числе и на момент рассмотрения настоящего дела является ФИО8/ л.д. 84-85 т.1/.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 составлено завещание, удостоверенное нотариусом <адрес> нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7, согласно которому ФИО5, находясь в здравом уме и твердой памяти, действуя добровольно на случай своей смерти, сделал следующее завещательное распоряжение: «все мое имущество, какое на день моей смерти окажется мне принадлежащим, в чем бы таковое ни заключалось и где бы оно ни находилось, завещал ФИО2 /копия л. д. 219 т. 3/.

Данное завещание было оспорено ФИО6 в судебном порядке.

Из копии наследственного дела № открытого нотариусом Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО10 А.А. к имуществу ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по завещанию обратилась ФИО2; ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по закону обратился отец умершего ФИО6; ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства обратилась супруга умершего ФИО9/ л.д. 99-112 т. 1/.

Присутствующая в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 пояснила, что состояла в браке с ФИО5 Примерно с 2019 года стали проживать отдельно по причине злоупотребления ФИО5 спиртными напитками, а также его буйного поведения дома и на работе. ФИО5 проживал в <адрес>, а она в квартире по <адрес>, в которой зарегистрирована и проживает в настоящее время. После смерти матери ФИО17 супруг стал сильно пить. Также ФИО5 страдал психическими заболеваниями, и с периодичностью 2 раза в год наблюдался в стационаре ГБУЗ Республики ФИО28 «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО18». Дома она также сама колола ему клапексол. У ФИО6 были частые перепады настроения, с ним тяжело было общаться. Несмотря на раздельное проживание, они часто созванивались, поддерживали хорошие отношения. ФИО5 подал заявление на развод, а потом звонил и признавался в любви. С ФИО2 познакомилась на похоронах. О смерти ФИО5 ей сообщил ФИО19 (знакомый ФИО5, сын ФИО2).

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО20, пояснил, что при жизни ФИО5 злоупотреблял спиртными напитками, неоднократно проходил лечение в ГБУЗ Республики ФИО28 «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО18». С 2019 год его состояние здоровья стало резко ухудшаться, приходилось вызывать скорую, полицию. В дальнейшем было принято решение о его увольнении по собственному желанию с ООО «Стомотология 32», где он работал стоматологом и являлся также учредителем. ФИО5 говорил, что у него появились новые знакомые, которые ему помогают и все для него делают.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО21, пояснила, что была лично знакома с ФИО5, познакомились на улице. Он был добрым, отзывчивым человеком, хорошим стоматологом. При встречах он рассказывал, что его мама умерла, он ухаживал за ней, а отец его жизнью не интересовался. В неадекватном состоянии, грязным и неопрятным она его никогда не видела. При ней алкоголем не злоупотреблял. Ей было известно о том, что ФИО5 состоял на учете в ГБУЗ Республики ФИО28 «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО18». Никаких странностей за ним не наблюдала, однако у него были дигрессивные состояния. ФИО5 говорил, что у него есть брат ФИО26, который хорошо ему помогает, они вместе ездили отдыхать. С ФИО2, мамой ФИО19, познакомилась на похоронах, ранее с ней знакома не была.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО22 пояснил, что с ФИО5 был знаком примерно с 2002-2003, проживали по соседству. ФИО5 проживал с ФИО9 в <адрес> смерти матери переехал проживать на <адрес>. Работал стоматологом. Позже ему стало известно о том, что ФИО5 состоит на учете в ГБУЗ Республики ФИО28 «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО18». После того, как ФИО5 повредил ему дверь (примерно 10 лет назад), он сам отвез его в медицинское учреждение. За время знакомства он очень изменился, плохо выглядел, ему нельзя было пить, и он об этом знал. В квартире по <адрес> проживала и проживает ФИО9 С ФИО2, ФИО19, ФИО8 лично не знаком. ФИО2 увидел впервые в Симферопольском районном суде, куда был вызван в качестве свидетеля.

У суда нет оснований не доверять показаниям свидетелей, поскольку они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Показания свидетелей последовательны, логичны, согласуются с установленными судом обстоятельствами дела, в связи с чем, оснований для признания их недостоверными у суда не имеется. Доказательств какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела суд не усматривает.

Правовым основанием для признания сделки купли-продажи квартиры, заключенной ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5 и ФИО2 является п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Истец указывает, что на момент заключения оспариваемой сделки ФИО5 был не способен понимать значение своих действий и не мог руководить ими, поскольку с 1994 г. по 2021г., в том числе и на момент заключения договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ страдал хроническим психическим заболеванием – биполярное аффективное расстройство, текущий маниакальный эпизод, которое усугубилось систематическим злоупотреблением алкоголем и психоактивными веществами (эфедрин, циклодол, трамадол).

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу решением Железнодорожного районного суда <адрес> Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ по делу № иск ФИО6 удовлетворен частично./л.д. 54-65 т. 7/

Признано недействительным завещание, составленное от имени ФИО5, удостоверенное ДД.ММ.ГГГГ нотариусом <адрес> нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7, по реестру№-н/82-2021-1-37.

Признан недействительным договор дарения 2/3 долей нежилого помещения, расположенного по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5, умершим ДД.ММ.ГГГГ и ФИО2, удостоверенный нотариусом <адрес> нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7 по реестру №-н/82-2020-2-385.

Применены последствия недействительности сделки – договора дарения 2/3 долей нежилого помещения, расположенного по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО5, умершим ДД.ММ.ГГГГ и ФИО2, удостоверенный нотариусом Симферопольского нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7 по реестру №-н/82-2020-2-385, возвратив стороны указанной сделки в первоначальное состояние.

В остальной части в удовлетворении заявленных исковых требований отказано.

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ, решение Железнодорожного районного суда <адрес> Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ оставлено без изменения, апелляционная жалоба ФИО2, ФИО19 без удовлетворения /л.д. 66-74 т. 7/

Согласно информации размещенной на официальном сайте Четвертого кассационного суда общей юрисдикции, определением от ДД.ММ.ГГГГ решение Железнодорожного районного суда <адрес> Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ, Апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ оставлены без изменения.

Разрешая спор и удовлетворяя исковые требования о признании недействительным завещания, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статьи 1131 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пункта 21 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о наследовании», оценив имеющиеся доказательства в соответствии с положениями статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом объяснения сторон, заключения судебной экспертизы, исходил из отсутствия бесспорных доказательств, что в момент составления завещания ФИО5 мог отдавать отчет своим действиям и руководить ими, пришел к выводу о наличии оснований для признания спорного завещания недействительным.

Судом также было установлено, что ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ года рождения находился под наблюдением психиатра в ГБУЗ Республики ФИО28 «Крымская республиканская клиническая психиатрическая больница № им. ФИО18» с 1994 года, с диагнозом: биполярное аффективное расстройство, текущий маниакальный эпизод. За период с 1998 года по 2021 год ФИО5 находился на стационарном лечении 38 раз.

ФИО5, находился на стационарном лечении в данной больнице: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: маниакально-депрессивный психоз: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: биполярное аффективное расстройство; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: биполярное аффективное расстройство, текущий эпизод мании, без психотических симптомов, осложненное алкоголизацией; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - диагноз: биполярное аффективное расстройство, текущий гипоманиакальный эпизод; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом: биполярное аффективное расстройство маниакальный эпизод, с психотическими симптомами (разрешившийся); с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом биполярное аффективное расстройство, текущий гипоманиакальный эпизод; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, с диагнозом биполярное аффективное расстройство, маниакальный эпизод, с психотическими симптомами; с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (умер).

Из копии протокола патолого-анатомического вскрытия № от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что основное заболевание: хронический панкреатит алкогольной этиологии в стадии обострения; сочетанное заболевание: COVID-19, вирус идентифицирован; фоновое: хроническая алкогольная интоксикация, хронический алкогольный и вирусный гепатит (С), психически и поведенческие расстройства вследствие употребления алкоголя (клинически), алкогольная кардиомиопатия, эрозивный эзофагит, реактивный дуоденит; осложнения основного заболевания: кровотечение в стенку ДПК со стенозированием просвета (толщена стенки 4 см), высокая тонкокишечная непроходимость, гепатоспленомегалия, дистрофия паренхиматозных органов, двусторонняя полисегментарная пневмония, отек легких, отек мозга; сопутствующие заболевани: САГ 2 ст. риск 2, очаговый нефросклероз, ожирение 3 ст., биполярное аффективное расстройство (клинически).

Определением Симферопольского районного суда Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебная посмертная психолого-психиатрическая экспертиза, проведение которой поручено экспертам Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО23» Министерства здравоохранения Российской Федерации /л.д. 138-141 т. 4/.

Согласно заключению комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО23» Министерства здравоохранения Российской Федерации №/з от ДД.ММ.ГГГГ, во время составления договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ, а также при составлении и подписании завещания и договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО27 имелось биполярное аффективное расстройство (БАР) и синдром зависимости от алкоголя (F 31, F 10.2), на что указывают данные медицинской документации и материалы гражданского дела о возникновении у него с 1994 года биполярных (маниакальных, депрессивных) фазных состояний, сопровождающихся выраженным маниакальным либо депрессивным видоизменением аффекта, специфическими идеомоторными нарушениями с отчетливо выраженными сезонными (осенне-весенние обострения) и суточными (ухудшение самочувствия в утренние часы) ритмами на ранних стадиях течения заболевания. Депрессивные состояния отмечались значительно реже и сопровождались подавленным настроением, идеомоторной заторможенностью, депрессивным бредом, суицидальными тенденциями. На отдельных этапах течения заболевания, наряду с указанной симптоматикой отмечались бредовые включения в виде неразвернутых бредовых идей персекуторного содержания, нарушений мышления в виде шперрунгов, ощущения пустоты в голове, а также эмоциональной уплощенности, тусклости. Маниакальные фазы имели отчетливый характер гневливой мании, помимо резко повышенного аффективного фона с идеомоторным ускорением вплоть до скачки идей, разорванности мышления психомоторного возбуждения, с импульсивностью и агрессией, сопровождались идеями переоценки собственных возможностей, экспансивностью, расточительностью, наряду с эмоциональной маловыразительностью и однообразием. Уже на ранних этапах течения заболевания состояние ФИО5 усугублялось за счет злоупотребление ПАВ (алкоголь, опиаты, психостримуляторы). К середине 2000-х г. на первый план выступило злоупотребление алкоголем, носившее в тот период характер дипсоманий и определявшееся импульсивным (неодолимым влечением) к употреблению алкоголя, высокой толерантностью, постепенным формированием полиорганных проявлений. На отдельных этапах течения заболевания пьянство приобрело непрерывный характер с короткими светлыми промежутками. В этот период (примерно с 2018-19 г.г.) у ФИО5 отмечались выраженные полиорганные нарушения (алкогольная кардиомиопатия, алкогольный панкреатит, хронический гепатит). На ранних этапах течения заболевания (БАР), на фоне поддерживающей терапии промежутки между фазами были относительно продолжительными, ФИО5 сохранял трудоспособность и социальную адаптацию. Вместе с тем, приблизительно с 2018 года, в связи с отказом от приема поддерживающей терапии либо ее избирательным приемом отмечалась тенденция к учащения аффективных приступов в структуре которых, помимо психотических включений наблюдалась отчетливая алкогольная окраска клинических проявлений (дистимические и дисфорические расстройства, огрубленность эмоциональных и поведенческих проявлений). Вместе с тем, недостаточность данных о психическом состоянии ФИО5 в период подписания договора дарения ДД.ММ.ГГГГ не позволяет однозначно ответить на вопрос о его способности понимать значение своих действий и руководить ими. Однако, клинико-динамические особенности течения психического расстройства у ФИО5 с тенденцией к укорочению интермиссий (периодов вне психоза) и резкому ухудшению их качества за счет систематической алкоголизации, грубое расстройство социальной адаптации (утрата работы, средств к существованию, неспособность к систематической целенаправленной деятельностью) с наибольшей степенью вероятности могут свидетельствовать о неспособности ФИО5 понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора дарения 25 ноября 202 года, как показал анализ медицинской документации, в конце января 2021 года на фоне стремительно нараставшего соматического неблагополучия (продолжающееся желудочно-кишечное кровотечение, анемия, гипоксия, болевой синдром, развивающийся инфекционный процесс с двусторонним поражением легких), на фоне нарастающей вялосты, адинамии, заторможенности у ФИО5 (по данным и/б №, примерно с 25-ДД.ММ.ГГГГ) наблюдалась кратковременная острая психическая вспышка (БАР, текущий маниакальный эпизод) с психомоторным возбуждением, агрессией, неправильным поведением (собирал вещи в кучи и поджигал их, озирался и к чему-то прислушивался во время осмотра ДД.ММ.ГГГГ), что лишало ФИО5 способности понимать значение своих действий и руководить ими при подписании договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ и составлении и подписании завещания ДД.ММ.ГГГГ. Психологический ретроспективный анализ материалов медицинской документации в гражданском деле на момент, наиболее приближенный к составлению и подписанию договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ выявляет имевшиеся у ФИО5 на фоне имевшегося психического расстройства и злоупотребления спиртными напитками выраженные личностные изменения, нарушения мыслительной деятельности (ускоренный темп психических процессов, трудности сосредоточения внимания, нецеленаправленность, поверхностность суждений, соскальзывания), снижение критических и прогностических способностей, плохо организованную и упорядоченную активность по отношению к окружающим. На фоне лечения его состояние несколько стабилизировалось, сформировалась формальная критика к своему состоянию, однако такие периоды были достаточно кратковременными и в целом к существенному повышению его социальной адаптации не приводили. Ввиду отсутствия объективных данных непосредственно за период составления и подписания договора дарения можно предположить, что вышеописанные индивидуально-психологические особенности ФИО5 и паттерны повеления нарушали его способность к свободному волеизъявлению при составлении и подписании им договора дарения, однако его действия, определялись механизмами не психологического, а психопатического уровня регуляции. На момент, максимально приближенный к составлению и подписанию завещания от ДД.ММ.ГГГГ у ФИО5 обнаруживалось тяжелое психическое состояние с дезорганизацией и нецеленаправленностью деятельности, импульсивностью, негативистичностью, эмоциональной неустойчивостью, повышенной раздражительностью, гневливостью, неудержанием дистанции при нарастании социальной дистанцированности и дезадаптации, нарушение критических и прогностических возможностей. Данные индивидуально-психологические особенности ФИО5 проявлялись в его поведении, нарушали его способность к свободному волеизъявлению, однако нарушения регуляции деятельности были более глубокими и определялись не личностными, а психопатологическими механизмами /л.д. 141-152 т. 320/

Таким образом, было установлено, что медицинские документы на имя ФИО5 содержат сведения о том, что он страдал психическим заболеванием, которое не позволяло ему отдавать отчет своим действиям и руководить ими в день заключения сделки и составления завещания -ДД.ММ.ГГГГ.

Представитель ФИО2, представитель ФИО8 просили учесть, что обстоятельства, установленные решением Железнодорожного районного суда <адрес> Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ по делу № не имеют преюдициальное значение при рассмотрении настоящего дела, поскольку оно принято между другими сторонами по иному предмету, в связи с чем, не может быть принято во внимание при разрешении вопроса о признании недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ФИО5 и ФИО2

На основании части 2 статьи 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

При рассмотрении настоящего дела, безусловно, имеют преюдициальное значение обстоятельства, установленные Железнодорожного районного суда <адрес> Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ по делу № в части признания недействительным завещания составленного ФИО5 ДД.ММ.ГГГГ в пользу ФИО2, для установления наличия или отсутствия у последней права наследования после смерти ФИО5, а также для установления порока воли ФИО5 при заключении следки купли-продажи квартиры ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии со ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п.3 ст.123 Конституции Российской Федерации и ст.12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Как предусмотрено ст. 55 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов (ч. 1).

Согласно ч. 1 ст. 71 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации письменными доказательствами являются содержащие сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела, акты, договоры, справки, деловая корреспонденция, иные документы и материалы, выполненные в форме цифровой, графической записи, в том числе полученные посредством факсимильной, электронной или другой связи, с использованием информационно-телекоммуникационной сети "Интернет", документы, подписанные электронной подписью в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, либо выполненные иным позволяющим установить достоверность документа способом. К письменным доказательствам относятся приговоры и решения суда, иные судебные постановления, протоколы совершения процессуальных действий, протоколы судебных заседаний, приложения к протоколам совершения процессуальных действий (схемы, карты, планы, чертежи).

Согласно ч. 1 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при возникновении в процессе рассмотрения дела вопросов, требующих специальных знаний в различных областях науки, техники, искусства, ремесла, суд назначает экспертизу. Проведение экспертизы может быть поручено судебно-экспертному учреждению, конкретному эксперту или нескольким экспертам.

Экспертизой является проводимое экспертом (экспертами) исследование объектов с целью получения на основе специальных знаний информации об обстоятельствах, имеющих значение для дела.

Заключение эксперта по результатам проведения судебной экспертизы, назначенной при рассмотрении иного судебного дела, а равно заключение эксперта, полученное по результатам внесудебной экспертизы, не являются экспертными заключениями по рассматриваемому делу в смысле ст. ст. 55 и 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, такие заключения могут быть признаны судом письменными доказательствами, которые подлежат оценке в совокупности с другими доказательствами.

При этом часть 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации устанавливает право, а не обязанность суда предложить сторонам представить дополнительные доказательства по делу.

Право суда по предложению сторонам представить дополнительные доказательства (абзац 2 части 1 статьи 57 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) не предполагает обязанность суда прямо указать стороне, какие именно доказательства сторона должна представить.

Вместе с тем, заняв пассивную позицию и ограничившись общим непризнанием позиции оппонента, сторона принимает на себя риски наступления негативных последствий собственного процессуального бездействия, поскольку добровольно отказывается от доказывания тех обстоятельств, на которых базируется ее позиция.

При указанных обстоятельствах, суд не может обязать сторону спора представлять доказательства, как в обоснование своей позиции, так и в опровержении правовой позиции другой стороны, поскольку каждое лицо, участвующее в деле, самостоятельно доказывает обстоятельства, на которых основывает свои требования и возражения.

Однако такая обязанность не является безграничной. Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на лицо дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статья 12 ГПК РФ).

В обоснование заявленных исковых требований истец ссылался на заключение комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО23» Министерства здравоохранения Российской Федерации №/з от ДД.ММ.ГГГГ, выполненного на основании определения суда в рамках иного гражданского дела №, которой однозначно установлено, что на момент составления завещания и заключения договора купли-продажи квартиры – ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 страдал психическим заболеванием, которое не позволяло ему отдавать отчет своим действиям и руководить ими.

В ходе рассмотрения настоящего дела ответчиками ходатайство о назначении по делу судебной посмертной психолого-психиатрическая экспертизы экспертизы, заявлено не было. Разъясненным процессуальным правом стороны не воспользовались.

В силу принципа диспозитивности и состязательности гражданского процесса суд не может и не должен быть более рачителен в защите прав сторон, чем сами эти стороны.

Суд принимает в качестве надлежащего доказательства заключение комплексной судебной психолого-психиатрической комиссии экспертов Федерального государственного бюджетного учреждения «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. ФИО23» Министерства здравоохранения Российской Федерации № от ДД.ММ.ГГГГ, надлежащим образом, заверенная копия которого была предоставлена по запросу суда и приобщена к материалам настоящего гражданского дела.

Статьей 454 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Исходя из указанной нормы права на покупателе лежит обязанность оплатить приобретенное имущество и при возникновении спора относительно исполнения данного обязательства представить доказательства, подтверждающие указанные обстоятельства.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Ничтожна сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства. Каждая из сторон такой сделки обязана возвратить другой все полученное в натуре, а при невозможности возвратить полученное в натуре - возместить его стоимость (пункт 1 статьи 171 указанного кодекса).

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 177 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Таким образом, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли, то есть таким формированием воли стороны сделки, которое происходит под влиянием обстоятельств, порождающих несоответствие истинной воли такой стороны ее волеизъявлению, вследствие чего сделка, совершенная гражданином, находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, не может рассматриваться в качестве сделки, совершенной по его воле.

В соответствии с пунктом 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли.

В пункте 39 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от ДД.ММ.ГГГГ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" разъяснено, что по смыслу пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли.

Выбытие имущества из владения собственника помимо его воли является основанием для истребования такого имущества от добросовестного приобретателя.

Следовательно, имущество, отчужденное первоначальным собственником квартиры, не понимавшим значение своих действий и не способным руководить ими, может быть истребовано от добросовестного приобретателя независимо от факта его вселения в спорное жилое помещение и других обстоятельств.

Данная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N5-КГ15-83.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими, в связи с чем, все совершенные им юридически значимые действия являются недействительными и не порождают правовых последствий. Изложенное, касается не только обстоятельств передачи ФИО5 ответчику ФИО2 прав на спорное имущество, но и обстоятельств, связанных с доказанностью получения ФИО5 денежных средств.

С учётом изложенного, п. 2.1 договора, согласно которому продажа указанной в договоре квартиры совершена за 800000,00 руб., которые по утверждению сторон покупатель уплатил лично продавцу до подписания настоящего договора, также является недействительным и не может служить подтверждением получения ФИО5 от ФИО2 денежных средств. Иных доказательств передачи денежных средств в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, применение последствий недействительности сделки в виде взыскания с истца в пользу ответчика денежных средств в размере 800000,00 руб. противоречило бы положениям закона и установленным по делу обстоятельствам.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 55-КГ21-4-К8.

Доводы ФИО2 о том, что воля ФИО5 была направлена на продажу спорной квартиры, не могут быть приняты во внимание, поскольку по смыслу п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса Российской Федерации, основание недействительности сделки, предусмотренное в указанной норме, связано с пороком воли. На момент заключения договора купли-продажи ДД.ММ.ГГГГ ФИО5 находился в состоянии, когда не был способен понимать значение своих действий и руководить ими. Доказательства, опровергающие установленные судом обстоятельства, суду не представлены и в материалах дела отсутствуют.

Доводы о том, что ФИО8 является добросовестным приобретателем спорного имущества, являются несостоятельными, поскольку, положения института добросовестного приобретателя, установленные гражданским законодательством, не могут применяться в случае признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному п. 1 ст. 177 Гражданского кодекса РФ. Спорная квартира выбыли из владения ФИО5 при его жизни помимо его воли на основании недействительной сделки - договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, соответственно ФИО2 как сторона прямой сделки, признанной недействительной, не может быть признана добросовестным приобретателем и собственником спорного имущества. Признание указанной сделки недействительной влечет юридические последствия для последующей сделки, совершенной в отношении спорного имущества.

Оценив в совокупности установленные по делу обстоятельства, и представленный доказательства, суд приходит к выводу о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м., кадастровый №, заключенного между ФИО5 и ФИО2; истребовании у ФИО8 указанной квартиры с прекращением зарегистрированного права собственности.

При этом, суд приходит к выводу о необоснованности требований истца в части применении последствий недействительности сделки в виде признания последующего договора купли-продажи квартиры, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО8 недействительным в порядке применения положения статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку надлежащим способом защиты прав истца в рассматриваемом споре является истребование квартиры из чужого незаконного владения последнего покупателя, а не признание последующей сделки купли-продажи недействительной.

В качестве дополнительного основания для признания оспариваемых договоров отчуждения спорной квартиры недействительными, истец также ссылался на то, что оспариваемые договора являются ничтожной сделкой в силу прямого указания закона, а именно п. 7 ст. 48 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N 73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации", поскольку ни один из договоров не содержит в качестве существенного условия обязательство покупателя по выполнению требований, предусмотренных охранным обязательством, порядок и условия их исполнения.

В обоснование указанных доводов стороной истца предоставлены ответы Министерства культуры Республики ФИО28, приказ Государственного комитета по охране культурного наследия Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ № из которых следует, что жилой дом, расположенный по адресу: Республика ФИО28 <адрес> литер «А» - «Дом жилой для административных служащих консервной фабрики ФИО24», конец XIX века, включен в перечень объектов культурного наследия регионального значения, расположенный на территории Республики ФИО28. Является памятником архитектуры регионального значения внесенного в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, регистрационный № (постановление Совета министров Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ № «Об отнесении объектов культурного наследия к объектам культурного наследия регионального значения и выявленным объектам культурного наследия).

Приказом Государственного комитета по охране культурного наследия от ДД.ММ.ГГГГ № утверждено охранное обязательство на объект культурного наследия регионального значения «Дом жилой для административных служащих консервной фабрики ФИО24», конец XIX века, копия которого направлена в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики ФИО28 ДД.ММ.ГГГГ для регистрации ограничений (обременений), а также ТСЖ «Дом Абрикосова».

Приказом Государственного комитета по охране культурного наследия Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении границ территории, зон охраны, режимов использования земель и требований к градостроительным регламентам объекта культурного наследия регионального значения «Дом жилой для административных служащих консервной фабрики ФИО24», конец XIX века, расположенного по адресу: Республика ФИО28, <адрес> «А» утверждены границы и зоны охраны указанного объекта культурного наследия.

В силу п. 1 ст. 422 ГК РФ договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иным правовым актам (императивным нормам), действующим в момент его заключения.

Требования к существенным условиям договоров по распоряжению объектами культурного наследия регламентированы нормами Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации.

Согласно п. 7 ст. 48 Федерального закона N73-ФЗ в случае, если к моменту заключения договора, предусматривающего передачу права собственности на объект культурного наследия, включенный в реестр, земельный участок, в границах которого располагается объект археологического наследия, либо права владения и (или) пользования таким имуществом, в отношении указанного объекта, земельного участка действует охранное обязательство, предусмотренное ст. 47.6 настоящего Федерального закона, такой договор должен содержать в качестве существенного условия обязательство лица, у которого на основании такого договора возникает право собственности на указанное имущество или право владения и (или) пользования этим имуществом, по выполнению требований, предусмотренных соответствующим охранным обязательством, порядок и условия их выполнения. В случае отсутствия в договоре предусмотренного настоящим пунктом существенного условия сделка является ничтожной.

Копия охранного обязательства является неотъемлемой частью договора, указанного в абзаце первом настоящего пункта.

Согласно п.10 ст.48 Федерального закона N73-ФЗ договор, предусматривающий передачу права собственности на выявленный объект культурного наследия, прав владения и (или) пользования таким объектом, должен содержать в качестве существенного условия обязательство лица, у которого на основании такого договора возникают право собственности на такое имущество или права владения и (или) пользования таким имуществом, по выполнению требований, установленных п. п. 1 - 3 ст. 47.3 настоящего Федерального закона в отношении такого объекта. В случае отсутствия в таком договоре указанного существенного условия сделка является ничтожной.

Как указано выше, спорный объект включен в единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, являющийся общедоступным, как для участников гражданских правоотношений, так и для регистрационных органов.

Таким образом, при переходе права собственности на объект культурного наследия договор, предусматривающий передачу права собственности, должен содержать требования, изложенные в п. 7 ст. 48 Закона N73-ФЗ.

В случае же отсутствия охранного свидетельства либо приравненных к нему документов отнесение объекта к числу объектов культурного наследия предполагает наличие в договоре существенных условий, возлагаемых п. 10 ст. 48 Закона N73-ФЗ на собственников.

То обстоятельство, что информация об обременениях, ограничениях прав собственника объекта культурного наследия в ЕГРН не вносилась, или не было оформлено охранное обязательство на объект в соответствии с положениями ст. 47.6 Закона N73-ФЗ, само по себе, не ставит под сомнение отнесение спорного имущества к объектам культурного наследия и не освобождает стороны договора от обязанностей, предусмотренных указанным законом.

В рассматриваемом случае отнесение спорного объекта недвижимости к объектам культурного наследия распространяет на него требования к существенным условиям договора при отчуждении, предусмотренные п. 10 ст. 48 Закона N73-ФЗ.

На момент заключения оспариваемых договоров купли-продажи квартиры действовало охранное обязательство, в связи с чем, данные договора должны были содержать в качестве существенного условия обязательство покупателя по выполнению требований, предусмотренных соответствующим охранным обязательством, порядок и условия выполнения. Однако подписанные сторонами договора купли-продажи квартиры в указанном доме такого условия не содержит.

В силу части 4 статьи 35 Конституции Российской Федерации право наследования гарантируется. Это право включает в себя как право наследодателя распорядиться своим имуществом на случай смерти, так и право наследников по закону и по завещанию на его получение.

Согласно абз. 2 п. 2 ст. 218 ГК РФ в случае смерти гражданина право собственности на принадлежавшее ему имущество переходит по наследству к другим лицам в соответствии с завещанием или законом.

В силу ст. 1111 ГК РФ наследование осуществляется по завещанию, по наследственному договору и по закону.

В соответствии со ст. 1112 ГК РФ в состав наследства входят принадлежавшие наследодателю на день открытия наследства вещи, иное имущество, в том числе имущественные права и обязанности.

Ст. 1142 ГК РФ установлено, что наследниками первой очереди по закону являются дети, супруг и родители наследодателя.

Наследники по закону призываются к наследованию в порядке очередности, предусмотренной статьями 1142 - 1145 и 1148 настоящего Кодекса.

В соответствии с п. 1 ст. 1154 ГК РФ наследство может быть принято в течение шести месяцев со дня открытия наследства.

В ст.ст. 1152, 1153 ГК РФ предусмотрено, что для приобретения наследства наследник должен его принять, принятие наследства осуществляется подачей по месту открытия наследства нотариусу или уполномоченному в соответствии с законом выдавать свидетельства о праве на наследство должностному лицу заявления наследника о принятии наследства либо заявления наследника о выдаче свидетельства о праве на наследство.

Согласно п. 4 ст. 1152 Гражданского кодекса Российской Федерации принятое наследство признается принадлежащим наследнику со дня открытия наследства независимо от времени его фактического принятия, а также независимо от момента государственной регистрации права наследника на наследственное имущество, когда такое право подлежит государственной регистрации.

В силу п.11 Постановления Пленума Постановление Пленума Верховного Суда РФ N 10, Пленума ВАС РФ N 22 от ДД.ММ.ГГГГ "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав " граждане, юридические лица являются собственниками имущества, созданного ими для себя или приобретенного от других лиц на основании сделок об отчуждении этого имущества, а также перешедшего по наследству (статья 218 ГК РФ).

В силу пункта 2 статьи 8 ГК РФ права на имущество, подлежащие государственной регистрации, возникают с момента регистрации соответствующих прав на него, если иное не установлено законом.

Право собственности на недвижимое имущество в случае принятия наследства возникает со дня открытия наследства (пункт 4 статьи 1152 ГК РФ).

Основания для признания гражданина недостойным наследником и отстранения от наследования содержатся в статье 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации не наследуют ни по закону, ни по завещанию граждане, которые своими умышленными противоправными действиями, направленными против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, способствовали либо пытались способствовать призванию их самих или других лиц к наследованию либо способствовали или пытались способствовать увеличению причитающейся им или другим лицам доли наследства, если эти обстоятельства подтверждены в судебном порядке.

В случае отстранения от наследования по основаниям, установленным статьей 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, часть наследства, которая причиталась бы отпавшему наследнику, переходит к наследникам по закону, призванным к наследованию, пропорционально их наследственным долям (пункт 1 статьи 1161 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из разъяснений, содержащихся в подпункте "а" пункта 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N9 "О судебной практике по делам о наследовании", следует, что при разрешении вопросов о признании гражданина недостойным наследником и об отстранении его от наследования надлежит иметь в виду, что указанные в абзаце первом пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации противоправные действия, направленные против наследодателя, кого-либо из его наследников или против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, являются основанием к утрате права наследования при умышленном характере таких действий и независимо от мотивов и целей совершения (в том числе при их совершении на почве мести, ревности, из хулиганских побуждений и т.п.), а равно вне зависимости от наступления соответствующих последствий. Противоправные действия, направленные против осуществления последней воли наследодателя, выраженной в завещании, вследствие совершения которых граждане утрачивают право наследования по указанному основанию, могут заключаться, например, в подделке завещания, его уничтожении или хищении, понуждении наследодателя к составлению или отмене завещания, понуждении наследников к отказу от наследства.

Наследник является недостойным согласно абзацу первому пункта 1 статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации при условии, что перечисленные в нем обстоятельства, являющиеся основанием для отстранения от наследования, подтверждены в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу (например, о признании недействительным завещания, совершенного под влиянием насилия или угрозы).

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, пункт 1 статьи 1149 ГК Российской Федерации, закрепляющий право на обязательную долю в наследстве при наличии завещания, направлен - с учетом необходимости учета воли наследодателя, выраженной в завещании, - на материальное обеспечение тех категорий лиц, которые нуждаются в особой защите в силу возраста или состояния здоровья (определения от ДД.ММ.ГГГГ N2187-О, от ДД.ММ.ГГГГ N1150-О и др.).

Как следует из искового заявления, ФИО6 просил признать ФИО2 недостойным наследником по завещанию, а ФИО9 недостойным наследником по закону после смерти ФИО5

Как ранее было указано, с заявлениями о принятии наследства после смерти ФИО5 к нотариусу обратились:

ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по завещанию ФИО2;

ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства по закону обратился отец умершего ФИО6;

ДД.ММ.ГГГГ с заявлением о принятии наследства обратилась супруга умершего ФИО9

Из материалов дела следует, что при жизни ФИО5 обращался к мировому судье с иском о расторжении брака с ФИО9, однако в связи со смертью ФИО5 производство по делу было прекращено.

В связи с признанием недействительным в судебном порядке завещания от ДД.ММ.ГГГГ, составленного ФИО5 в пользу ФИО2, у последней отсутствует предусмотренное законом право на наследование после смерти ФИО5, и как следствие отсутствуют основания для проверки доводов истца о признании ФИО2 недостойным наследником.

Таким образом, судом установлено, что наследниками первой очереди, принявшими наследство после смерти ФИО5 являются отец ФИО6 и его супруга ФИО9

Заявляя требования о признании ФИО9 недостойным наследником и отстранения её от наследования, истец ссылался на то, что на момент заключения договора купли-продажи квартиры ДД.ММ.ГГГГ ФИО9 знала о том, что спорная квартира расположена в пределах земельного участка с кадастровым №, находящегося в управлении ТСЖ «Дом Абрикосова» и является объектом культурного наследия регионального значения; в квартире произведена самовольная реконструкция, в результате чего возник новый объект. Ответчик предоставляла недостоверные сведения лечащему врачу о местонахождения ФИО5, что указывает на умышленные действия в отношении наследодателя ФИО5, приведшие к ухудшению течения психического заболевания. ФИО9 вступила в сговор с ФИО2 с целью увеличения своей доли в наследстве. Договорилась с ФИО19 (сыном ФИО2) об оставлении спорной квартиры за собой, пытаясь уменьшить обязательную долю наследника по закону ФИО6, приняв наследство в последний день.

В подтверждение указанных доводов истец ссылался на объяснения, в том числе ФИО9, содержащиеся в материалах отказных производств, постановления об отказе в возбуждении уголовных дел, записи врачей в медицинских картах ФИО5; пояснения, отраженные в протоколах судебных заседаний, ответ Министерства культуры Республики ФИО28 и иное.

С учетом заявленных истцом требований, противоправные действия, влекущие признание лица недостойным наследником и отстранение его от наследства, должны были быть совершены ФИО9 в отношении наследодателя ФИО5 или иного наследника – истца ФИО6, либо ФИО9 способствовала или пыталась способствовать увеличению причитающейся ей или другим лицам доли наследства.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

Однако каких-либо доказательств, свидетельствующих о совершении ФИО25 противоправных действий в отношении наследодателя, иного наследника, являющихся основанием для применения в отношении ответчика положений статьи 1117 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалах дела отсутствуют и суду не представлены. Кроме того, противоправность действий ответчика должна быть подтверждена в судебном порядке - приговором суда по уголовному делу или решением суда по гражданскому делу.

Изложенные истцом в исковом заявлении обстоятельства, а также ссылка на письменные доказательства, не могут рассматриваться в качестве умышленного противоправного действия, направленного против другого наследника или на увеличение причитающейся ФИО9 доли наследства, поскольку не имеют правового значения для целей рассмотрения вопроса о признании ФИО9 недостойным наследником после смерти ФИО5

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, об отказе в удовлетворении исковых требований ФИО6 о признании ФИО9 недостойным наследником. Следовательно, доли ФИО6 и ФИО9, как наследников первой очереди после смерти ФИО5 являются равными.

Согласно статье 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав).

Государственная регистрация прав осуществляется посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве на недвижимое имущество, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

В соответствии с пунктом 27 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" самовольная постройка не является имуществом, принадлежащим наследодателю на законных основаниях, она не может быть включена в наследственную массу. Вместе с тем это обстоятельство не лишает наследников, принявших наследство, права требовать признания за ними права собственности на самовольную постройку. Однако такое требование может быть удовлетворено только в том случае, если к наследникам в порядке наследования перешло право собственности или право пожизненного наследуемого владения земельным участком, на котором осуществлена постройка, при соблюдении условий, установленных статьей 222 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с п. 28 Постановления Пленума Верховного Суда РФ N10, Пленума ВАС РФ N22 от ДД.ММ.ГГГГ, положения статьи 222 ГК РФ распространяются на самовольную реконструкцию недвижимого имущества, в результате которой возник новый объект.

Понятие "реконструкция" установлено пунктом 14 статьи 1 ГрК РФ применительно к объектам капитального строительства, в соответствии с которым реконструкцией объектов капитального строительства (за исключением линейных объектов) является изменение параметров объекта капитального строительства, его частей (высоты, количества этажей, площади, объема), в том числе надстройка, перестройка, расширение объекта капитального строительства, а также замена и (или) восстановление несущих строительных конструкций объекта капитального строительства, за исключением замены отдельных элементов таких конструкций на аналогичные или иные улучшающие показатели таких конструкций элементы и (или) восстановления указанных элементов.

В судебном заседании установлено, что квартира, расположенная по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м., на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ принадлежала ФИО17 (матери ФИО5).

ФИО17 умерла ДД.ММ.ГГГГ.

При жизни ФИО17 произвела реконструкцию данной квартиры, путем увеличения площади с 15 кв.м. до 23,3 кв.м., пристроив тамбур литер «а5» -1,95*2,65. В литер «А» часть коридора № переоборудована в санузел №а площадью 1,9 кв.м. После реконструкции квартира стала состоять из коридора № площадью 4,6 кв.м., жилая № площадью 8,1 кв.м., кухни № площадью 8,7 кв.м., санузла №а площадью 8,7 кв.м.

Реконструкция объектов капитального строительства осуществляется в порядке, установленном ГрК РФ. В частности, реконструкция объектов капитального строительства проводится на основании разрешения на строительство, за исключением случаев, предусмотренных статьей 51 ГрК РФ (часть 2 статьи 51 ГрК РФ); реконструкция объекта капитального строительства - многоквартирного дома, в результате которой произойдет уменьшение размера общего имущества в многоквартирном доме, требует согласия всех собственников помещений и машино-мест в многоквартирном доме (пункт 6.2 части 7 статьи 51 ГрК РФ).

Судами установлено, что ФИО17 при жизни осуществила строительство пристройки к принадлежащей ей квартире, расположенной в многоквартирном доме.

Такими действиями изменены не только внутренние параметры (конфигурация) жилого помещения, но и произошло расширение всего объекта капитального строительства - многоквартирного дома (в частности, увеличилась его площадь), что исходя из положений статьи 25 ЖК РФ, пункта 14 статьи 1 ГрК РФ, является реконструкцией многоквартирного дома.

Решением Исполнительного комитета <адрес> совета <адрес> Республики ФИО28 от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении заключения межведомственной комиссии исполкома <адрес> совета <адрес>» было утверждено заключение межведомственной комиссии исполкома о возможности сохранения самовольно выстроенного тамбура лит «а5», для последующего предъявления его к сдачи в эксплуатацию.

В установленном порядке ФИО17 не приняла действий направленных на сдачу строения в эксплуатацию, при жизни право собственности на новый объект недвижимого имущества с учетом произведенной реконструкции и переоборудования квартиры, не зарегистрировала.

Наследником по завещанию по смерти ФИО17 является ФИО5 на основании свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ, выданного нотариусом Симферопольского городского нотариального округа ФИО11 Т.Г.

Из указанного свидетельства следует, что к ФИО5 перешло право собственности на квартиру общей площадью 15 кв.м., жилой площадью 8,1 кв.м., расположенную на первом этаже, кадастровый №, то есть без учета произведенной реконструкции.

Данное свидетельство никем не оспорено. Нотариусом также не было принято постановление об отказе в совершении нотариального действия по причине несоответствия площади квартиры. Право собственности ФИО5 зарегистрировано в ЕГРН.

При этом следует учитывать, что наличие самовольных пристроек в доме либо увеличение площади какого-либо помещения без полученного на то разрешения не может являться основанием для отказа в регистрации права собственности наследников на принадлежащую им долю в праве собственности на дом в соответствии с выданным нотариусом свидетельством.

При жизни ФИО5 также не принимал действий по регистрации права собственности на квартиру как на новый объект недвижимого имущества (с учетом увеличения площади), следовательно, самовольная постройка не является имуществом, принадлежащим наследодателю на законных основаниях, она не может быть включена в наследственную массу.

Доводы о том, что ФИО5 при жизни пытался узаконить строение, не могут быть приняты во внимание, поскольку получение Технического паспорта (ДД.ММ.ГГГГ) на квартиру не является доказательством, свидетельствующим о принятии надлежащих мер легализации самовольной постройки.

При рассмотрении спора (протокол судебного заседания от ДД.ММ.ГГГГ, от ДД.ММ.ГГГГ) было разъяснено право, заявить ходатайство о назначении по делу судебной строительно-технической экспертизы, однако истец ходатайство о назначении по делу экспертизы для установления соответствия спорного объекта требованиям безопасности, техническим регламентам, градостроительным, строительным, пожарным и санитарно-эпидемиологическим нормам и правилам не заявил.

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Как ранее было указано, жилой дом, расположенный по адресу: Республика ФИО28, <адрес> литер А является памятником архитектуры регионального значения внесенного в Единый государственный реестр объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, регистрационный №.

Приказом Государственного комитета по охране культурного наследия от ДД.ММ.ГГГГ № утверждено охранное обязательство на объект культурного наследия регионального значения «Дом жилой для административных служащих консервной фабрики ФИО24», конец XIX века, копия которого направлена в Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики ФИО28 ДД.ММ.ГГГГ для регистрации ограничений (обременений), а также ТСЖ «Дом Абрикосова».

В соответствии с частью 3 статьи 56.1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N73-ФЗ "Об объектах культурного наследия (памятниках истории и культуры) народов Российской Федерации" охранные обязательства, содержащие требования в отношении многоквартирного дома в целом и общего имущества многоквартирного дома, все жилые помещения которого находятся в частной собственности, подлежат выполнению всеми собственниками помещений в многоквартирном доме либо по решению общего собрания собственников помещений в многоквартирном доме, принятому не менее чем двумя третями голосов от общего числа голосов собственников помещений в многоквартирном доме, управляющей организацией, товариществом собственников жилья либо жилищным кооперативом или иным специализированным потребительским кооперативом, осуществляющими управление многоквартирным домом.

В статье 47.3 данного Федерального закона закреплено, что при содержании и использовании объекта культурного наследия, включенного в реестр, выявленного объекта культурного наследия в целях поддержания в надлежащем техническом состоянии без ухудшения физического состояния и (или) изменения предмета охраны данного объекта культурного наследия лица, указанные в пункте 11 статьи 47.6 настоящего Федерального закона, лицо, которому земельный участок, в границах которого располагается объект археологического наследия, принадлежит на праве собственности или ином вещном праве, обязаны осуществлять расходы на содержание объекта культурного наследия и поддержание его в надлежащем техническом, санитарном и противопожарном состоянии; не проводить работы, изменяющие предмет охраны объекта культурного наследия либо ухудшающие условия, необходимые для сохранности объекта культурного наследия; не проводить работы, изменяющие облик, объемно-планировочные и конструктивные решения и структуры, интерьер выявленного объекта культурного наследия, объекта культурного наследия, включенного в реестр, в случае, если предмет охраны объекта культурного наследия не определен; обеспечивать сохранность и неизменность облика выявленного объекта культурного наследия (пункты 10 4 части 1 статьи 47.3).

Таким образом, собственник <адрес>, находящейся по адресу: Республика ФИО28, <адрес> обременен обязательствами как по его содержанию, поддержанию в надлежащем техническом состоянии, предотвращению его повреждения, разрушения и уничтожения, так и не совершения действий, влекущих изменение облика жилого дома и его объемно-планировочных и конструктивных решений.

С самостоятельными требованиями к Администрации <адрес> Республики ФИО28, Государственному комитету по охране культурного наследия Республики ФИО28 (части 4-6 статьи 51 ГрК РФ), истец в порядке, предусмотренном ст. 222 ГК РФ о признании права собственности на объект недвижимого имущества не обращался.

Для целей признания права собственности самовольная постройка должна отвечать требованиям, установленным правилами землепользования и застройки, документации по планировке территории, обязательным требованиям к параметрам постройки, установленным на день обращения в суд (абзац четвертый пункта 2, абзац третий пункта 3 статьи 222 ГК РФ, пункты 4,7 статьи 2 ГрК РФ). Признание права собственности на самовольную постройку в судебном порядке является исключительным способом защиты права, который может применяться в отсутствие со стороны истца очевидных признаков явного и намеренного недобросовестного поведения. Отказ в признании права собственности на самовольную постройку при отсутствии вступившего в законную силу решения суда или решения органа местного самоуправления о сносе такой постройки не препятствует обращению в суд с новым иском о признании права на самовольную постройку в случае устранения нарушений, послуживших основана для отказа в удовлетворении иска.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о признании за ФИО6 права собственности на ? доли квартиры, расположенной по адресу: Республика ФИО28, <адрес> порядке наследования по закону после смерти сына ФИО5 только в том объеме, и той площадью, которая принадлежала наследодателю на день открытия наследства.

Также, истцом заявлены требования об аннулировании записи в ЕГРН в связи с незаконным внесением государственной регистрации права, так как при совершении нотариального действия нотариусом <адрес> нотариального округа ФИО7 отсутствовал переход права собственности ФИО17 к ФИО5; исправлении ошибки в ЕГРН, поскольку ДД.ММ.ГГГГ Госкомрегистром была произведена государственная регистрация права собственности ФИО5 на <адрес>, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес>, однако внесенная запись в ЕГРН не отображает оснований перехода права данного недвижимого имущества к ФИО5 от ФИО17 в порядке наследования по завещанию, и которая являлась собственником спорной квартиры на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ. По мнению истца, данная регистрация является незаконной, так как совершена с нарушением действующего законодательства (совершена в обход закона) - Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости".

Согласно статье 1 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ N218-ФЗ "О государственной регистрации недвижимости" государственная регистрация прав на недвижимое имущество - юридический акт признания и подтверждения возникновения, изменения, перехода, прекращения права определенного лица на недвижимое имущество или ограничения такого права и обременения недвижимого имущества (далее - государственная регистрация прав).

Государственная регистрация прав осуществляется посредством внесения в Единый государственный реестр недвижимости записи о праве на недвижимое имущество, сведения о котором внесены в Единый государственный реестр недвижимости.

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" содержатся разъяснения о том, что наследник вправе обратиться с заявлением о государственной регистрации перехода права собственности в орган, осуществляющий государственную регистрацию прав на недвижимое имущество и сделок с ним, после принятия наследства. В этом случае, если право собственности правопредшественника не было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним, правоустанавливающими являются документы, подтверждающие основание для перехода права в порядке правопреемства, а также документы правопредшественника, свидетельствующие о приобретении им права собственности на недвижимое имущество.

Из материалов дела усматривается, что к ФИО5 право собственности на квартиру, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м. перешло в порядке наследования согласно свидетельства о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ и никем не оспорено.

В связи с указанным, при рассмотрении регистратором заявления о государственной регистрации права собственности на квартиру не имело правового значения то обстоятельство, что за наследодателем право собственности на указанную квартиру не было зарегистрировано в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним.

Согласно Федеральному закону от ДД.ММ.ГГГГ N218-ФЗ основаниями для осуществления государственного кадастрового учета и (или) государственной регистрации прав являются, в том числе свидетельства о праве на наследство (пункт 4 части 2 статьи 14). При осуществлении государственной регистрации прав на недвижимое имущество на основании нотариально удостоверенной сделки, свидетельства о праве на наследство, свидетельства о праве собственности на долю в общем имуществе супругов проверка законности такого нотариально удостоверенного документа государственным регистратором прав не осуществляется (часть 2 статьи 59).

Законодательством не предусмотрено право государственного регистратора проверять обоснованность выдачи нотариусом свидетельства о праве на наследство, а также ставить под сомнение возникающие в порядке наследования права, подтвержденные таким свидетельством. (определение судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации от 2412.2018 №-КГ18-6).

Как следует из материалов регистрационного дела, на государственную регистрацию права собственности ФИО5 были представлены необходимые документы, в том числе свидетельство о праве на наследство по завещанию от ДД.ММ.ГГГГ. Право наследодателя на объект недвижимости подтверждается документами, выданными в порядке, который установлен действовавшим на тот момент законодательством, и никем не оспорено.

Вопрос об аннулировании записи в ЕГРН, исправлении ошибки в ЕГРН, не входит в компетенцию суда и относится к исключительной компетенции регистрирующего органа, при несогласии с действиями которых надлежащим способом защиты права, будет является обжалование данных действий в порядке, установленном Кодексом Российской Федерации об административном судопроизводстве.

Соответственно, действующим законодательством предусмотрен иной, административный порядок.

Также, следует отметить, что в рассматриваемом случае Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики ФИО28 не является участником материальных правоотношений, не имеет самостоятельных требований в отношении предмета спора, а лишь осуществляет регистрацию прав на основании представленных документов.

Руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд, -

решил:

Иск ФИО6 к ФИО2, ФИО8, ФИО9 об аннулировании записи в ЕГРН, исправлении ошибки в ЕГРН, признании недействительными договоров купли-продажи, прекращении права собственности, истребовании имущества из чужого незаконного владения, признании недостойными наследниками, признании права собственности в порядке наследования, при участии третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора - нотариуса <адрес> нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7, нотариуса Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО28 ФИО3, нотариуса Симферопольского городского нотариального округа Республики ФИО28 ФИО4, Государственного комитета по государственной регистрации и кадастру Республики ФИО28, ФГУП РК «ФИО28 БТИ» <адрес>, Администрации <адрес> Республики ФИО28, Министерства жилищной политики и государственного строительного надзора Республики ФИО28, Министерства культуры Республики ФИО28, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор купли-продажи квартиры от ДД.ММ.ГГГГ, расположенной по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м., кадастровый №, заключенный между ФИО5 и ФИО2, удостоверенный нотариусом <адрес> нотариального округа Республики ФИО28 ФИО7

Истребовать у ФИО8 квартиру, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м., кадастровый №.

Прекратить государственную регистрацию права собственности ФИО8 на квартиру, расположенную по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м., кадастровый №.

Признать за ФИО6 право собственности на ? доли квартиры, расположенной по адресу: Республика ФИО28, <адрес> общей площадью 15 кв.м., кадастровый № в порядке наследования по закону после смерти ФИО5, умершего ДД.ММ.ГГГГ.

В остальной части в удовлетворении заявленных исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики ФИО28 через Киевский районный суд <адрес> Республики ФИО28 в течение месяца с момента принятия решения в окончательной форме.

Судья В.Ф. Камынина

Решение изготовлено в окончательной форме ДД.ММ.ГГГГ.