дело № 33-12790/2023

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург 07.09.2023

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Лузянина В.Н.,

судей Хазиевой Е.М.,

ФИО1,

при ведении протоколирования с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Сильченко В.О., рассмотрела в открытом судебном заседании в порядке апелляционного производства гражданское дело 2-71/2023 по иску ООО «Новая Линия» к ФИО2 о возмещении материального ущерба, причиненного в результате ДТП,

по апелляционной жалобе ответчика на решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 15.05.2023.

Заслушав доклад председательствующего, объяснения представителя ответчика – ФИО3, представителя истца – ФИО4, судебная коллегия

установил а:

ООО «Новая линия» обратилось в суд с вышеназванным иском, указав в обоснование требований, что <дата> по адресу: <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля «Хендай Гетц», под управлением ФИО2, автомобиля «Ленд Ровер», принадлежащего и под управлением ФИО5, автомобиля «Мицубиси Лансер», принадлежащего ФИО6 и под управлением ФИО7

Виновным в ДТП является водитель ФИО2, нарушивший ПДД РФ, в результате ДТП автомобилю «Мицубиси» причинены механические повреждения.

<дата> между ФИО6 и ОО «Новая Линия» заключен договор уступки права требования <№>ц по факту ДТП от <дата>. Согласно экспертного заключения ООО «Ягуар» от <дата> <№>Е, стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мицубиси Лансер», без учета износа составляет 179408 руб., с учетом износа – 118400 руб.

САО «Ингосстрах» произведена выплата страхового возмещения в размере 108300 руб.

С учетом изложенного просил взыскать с ответчика материальный ущерб в размере 413667 руб., расходы по составлению заключения в размере 10000 руб., расходы по оплате проведенной судебной экспертизы в размере 20000 руб., расходы по оплате государственной пошлины в размере 7337 руб.

Решением Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 15.05.2023 исковые требования удовлетворены.

Не согласившись с указанным решением, ответчик в апелляционной жалобе, просит решение суда отменить, принять новое решение об отказе в удовлетворении исковых требований. В обоснование доводов жалобы указано на то, что вывод суда о виновности ответчика основан на заключении экспертизы, без рассмотрения доводов ответчика о фальсификации материалов административного производства представителем ООО «Новая Линия». Из фотографий дорожной обстановки после ДТП, представленных ответчиком, однозначно следует, что скорость автомобиля «Митсубиси Лансер» перед столкновением не могла быть 40 км/час (что было собственноручно указано сотрудником истца в объяснении от его имени), а как минимум вдвое выше. В связи с чем вывод о виновности ответчика безоснователен.

С целью объективного исследования обстоятельств ДТП ответчик предъявил встречное исковое заявление о возмещении ущерба к водителю, управлявшему автомобилем «Митсубиси Лансер», однако в принятии его к производству было отказано (с нарушением тайны совещательной комнаты). Частная жалоба на определение суда, поступившая в суд <дата>, не была направлена другим участникам дела и в Судебную коллегию по гражданским делам, тем самым ответчик был лишен возможности получить в установленном порядке объяснения третьего лица ФИО8 об обстоятельствах подделки его объяснения в ГИБДД и о действительной скорости его автомобиля перед столкновением.

Выводы суда о возложении обязанности по возмещению ущерба на ответчика, сделаны без учета требований ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072, п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, Закона об ОСАГО, правовой позиции изложенной в абз. 4 п. 5 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> <№>-П «По делу о проверке конституционности ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО9, Б. и других». Из приведенных положений закона в их толковании следует, что в случае выплаты страхового возмещения в денежной форме с учетом износа заменяемых деталей, узлов агрегатов, при предъявлении иска к причинителю вреда па потерпевшего возложена обязанность доказать, что действительный ущерб превышает сумму выплаченного в денежной форме страхового возмещения; при этом следует учитывать не расчетную сумму, необходимую для восстановительного ремонта, а фактически понесенную сумму расходов потерпевшим. Ответчику со слов ФИО7 было известно, что автомобиль «Митсубиси Лансер» был отремонтирован еще весной 2022 года.

Договор цессии от <дата> не содержит сведений о конкретной сумме, которую получила или должна получить потерпевшая в счет исполнения условий по данному договору, в том числе сведений о том, что данная сумма превышает размер страхового возмещения, выплаченного страховщиком. В и. 5 договора указано, что цена передаваемого права оговаривается в дополнительном соглашении, которое суду не представлено. Доказательств оплаты уступаемого права не предоставлено. Доказательств тому, что к моменту заключения договора цессии потерпевшая понесла расходы на ремонт своего транспортного средства, чем могла быть обусловлена уступка истцу права требовать их возмещения от причинителя вреда, в суд не представлено, что исключает передачу потерпевшей по данному договору такого права истцу.

Истец лицом, которое может или должно понести расходы на восстановительный ремонт транспортного средства, не является, поскольку таким транспортным средством не владеет обязательства по его ремонту или по передаче присужденной суммы в размере его стоимости не принимал.

Применительно к п. 38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 08.11.2022 № 31 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», о достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Платежным поручением от <дата> <№> на сумму 108300 руб. СПАО «Ингосстрах» по банковским реквизитам ООО «Новая Линия» выплачено прямое возмещение убытков по ДТП, имевшему место <дата>. Таким образом, размер подлежащего возмещению ущерба (с учетом износа) был согласован между страховщиком и истцом самим фактом указания последним своих банковских реквизитов - даже в случае отсутствия письменного соглашения между ними. Поведение истца изначально было направлено на получение возмещения вреда в денежном эквиваленте в обход установленной законодательством об ОСАГО процедуры, предусматривающей приоритет натурального возмещения вреда, причиненного имуществу (легковому автомобилю) гражданина.

Стоимость восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства по выводам судебной экспертизы 532100 руб., что превышает первоначально определенную сумму почти на 200 %, поэтому имеющиеся в деле экспертные заключения взаимно исключают друг друга. Согласно проведенного ответчиком поиска объявлений на портале АВТО.РУ, в продаже в <адрес> найдено одно прилагаемое объявление с ценой продажи в 590000 руб.

Настаивает на наличии признаков злоупотребления правом на стороне истца, потерпевшая ФИО7 имела право восстановить свое транспортное средство за счет страховщика на СТОА, однако предоставленным ей правом не воспользовалась и в день ДТП уступила свое право требования ООО «Новая линия», то есть изначально не имела желания обращаться за выплатой страхового возмещения в страховую компанию и производить ремонт на СТОА, как и истец. О злоупотреблении правом истцом свидетельствует и многочисленная судебная практика.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе. Представитель истца возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, полагая решение суда первой инстанции законным и обоснованным.

Ответчик, третьи лица не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора СПАО «Ингосстрах», САО «ВСК», АО «Группа Ренессанс Страхование», ФИО5, ФИО7, ФИО6 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела судом апелляционной инстанции: третьи лица ФИО5, ФИО7 – телефонограммой от <дата>; ответчик, третье лицо ФИО6 – заказные письма возвращены по истечению срока хранения; третьи лица СПАО «Ингосстрах», САО «ВСК», АО «Группа Ренессанс Страхование» - посредством электронной почты. Кроме того, в соответствии с положениями ст. 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. ст. 14 и 16 Федерального закона от <дата> № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации», информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы была размещена на интернет-сайте Свердловского областного суда www.ekboblsud.ru <дата>.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия определила рассмотреть дело при данной явке.

Изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность оспариваемого решения в пределах доводов апелляционной жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

На основании ст. 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935 Гражданского кодекса Российской Федерации), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

С учетом п. 4 ст. 931 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

В силу п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Федеральным законом от <дата> № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО) предусмотрено обязательное страхование риска гражданской ответственности владельцев транспортных средств на случай причинения вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства.

Судом установлено и подтверждено материалами дела, что:

<дата> по адресу: <адрес> произошло ДТП с участием автомобиля «Хендай Гетц», госномер <№> 59 регион, принадлежащего ФИО10 и под управлением ФИО2 (полис ОСАГО в САО «ВСК», <№>), автомобиля «Ленд Ровер», госномер <№> 196 регион под управлением собственника ФИО5 (полис ОСАГО в ПАО «Группа Ренессанс Страхование», <№>), автомобиля «Мицубиси Лансер», госномер <№> 96 регион, принадлежащего ФИО6 и под управлением ФИО7 (полис ОСАГО в СПАО «Ингосстрах», <№>);

<дата> между ФИО6 и ООО «Новая Линия» заключен договор уступки права требования <№>ц по факту ДТП от <дата>;

<дата> страховщиком СПАО «Ингосстрах» истцу выплачено страховое возмещение в размере 108300 руб., что подтверждено платежным поручением <№>;

<дата> истцом получено экспертное заключение ООО «Ягуар» <№>Е согласно которому стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мицубиси Лансер», госномер <№> 96 регион по Единой методике без учета износа составляет 179408 руб., с учетом износа 118400 руб. В связи с этим истец в первоначально поданном иске просил взыскать материальный ущерб в виде разницы стоимости восстановительного исчисленной по Единой методике без учета износа и с учетом износа 179408 руб. - 118400 руб. = 61008 руб.

В связи с возникшими разногласиями относительно стоимости восстановительного ремонта и обстоятельств ДТП определением Ленинского районного суда <адрес> от <дата> по делу была назначена судебная автотехническая автотовароведческая экспертиза, проведение которой поручено эксперту ФИО11

Согласно выводам судебной экспертизы от <дата> <№>, выполненной экспертом ФИО11: водитель ФИО7, управляя автомобилем «Мицубиси Лансер», в сложившейся дорожной обстановке, должен был руководствоваться пп 9.1, 9.7, 10.1, 10.2 ПДД и требованиям горизонтальной дорожной разметки 1.5 и 1.6 ПДД. В действиях водителя ФИО7 с технической точки зрения, несоответствий действий требованиями ПДД, не наблюдается, совершенные им в сложившейся дорожно-транспортной ситуации действия, с технической точки зрения, не имели последствий для участников дорожного движения, т.к. водитель автомобиля «Мицубиси Лансер» своими действиями не создал помех и опасностей для движения другим участникам дорожного движения, в частности, участникам заявленного ДТП; водитель ФИО2, управляя автомобилем «Хендай Гетц» в сложившейся дорожной обстановке, с технической точки зрения, должен был руководствоваться п.п. 8.1, 8.4, 9.1, 9.7, 9.10, 10.1, 10.2 ПДД, требованиями горизонтальной дорожной разметки 1.5 и 1.6 ПДД. В действиях водителя ФИО2, с технической точки зрения, наблюдаются несоответствия требованиям п. 8.1, 8.4, 9.10 и 10.1 ПДД. Действия водителя автомобиля «Хендай Гетц», выраженные в совершении им маневра перестроения, из средней полосы в левую полосу для движения автомобилей, из трех имеющихся, не уступив, при этом, дорогу, движущемуся по ней автомобилю «Мицубиси Лансер», с технической точки зрения, имели последствия для участников дорожного движения, т.к. произошло столкновение с автомобилем «Мицубиси Лансер»; водитель ФИО5, управляя автомобилем «Ленд Ровер» с технической точки зрения, должен был руководствоваться п.п. 9.1, 9.7, 10.1, 10.2 ПДД и требованиями горизонтальной дорожной разметки 1.5 и 1.6 ПДД. В действиях водителя ФИО5, с технической точки зрения, несоответствий требованиям ПДД не наблюдается, совершенные им действия, с технической точки зрения, не имели последствий для участников дорожного движения, так как водитель автомобиля «Ленд Ровер» не создал помех и опасностей для движения другим участникам дорожного движения, в частности, участникам заявленного ДТП.

Среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мицубиси Лансер», госномер <№> 96 регион по устранению повреждений от ДТП от <дата> по представленным документам, составляет без учета износа деталей 532100 руб., с учетом износа деталей 362500 руб.

Истцом уточнены исковые требования причиненного ущерба из среднерыночной стоимости восстановительного ремонта 532100 руб. – 118400 руб. (сумма восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа) = 413667 руб.

Удовлетворяя исковые требования, оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями ст.ст. 15, 388, 393, 1064, 1072 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 7, 12, 16.1 Закона об ОСАГО суд первой инстанции пришел к выводу о 100 % вине водителя ФИО2 в состоявшемся <дата>, недостаточности страхового возмещения для восстановительного ремонта автомобиля «Мицубиси Лансер» и наличия оснований для взыскания с непосредственного причинителя вреда ФИО2 разницы между среднерыночной стоимостью восстановительного ремонта без учета износа (исчисленной по выводам судебной экспертизы) и стоимостью восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа.

Судебная коллегия не усматривает оснований согласиться с доводами жалобы, соглашаясь с выводами суда первой инстанции, поскольку они основаны на правильном применении норм материального права, правильной оценке представленных доказательств и подтверждаются материалами дела.

Довод жалобы о нарушении судом норм процессуального права, при решении вопроса о принятии встречного иска без удаления в совещательную комнату, подлежит отклонению. Как следует из материалов дела, определением Ленинского районного суда <адрес> от <дата> (том 1 л.д. 156), принятым в протокольной форме, ответчику отказано в принятии встречного иска к ответчикам ООО «Новая линия», ФИО7, СПАО «Ингосстрах» об обязании СПАО «Ингосстрах» произвести осмотр и независимую экспертизу автомобиля «Хенде Гетц» с целью определения размера ущерба; взыскании с ответчиков материального ущерба за повреждения автомобиля «Хенде Гетц», авансового вознаграждения за подготовку искового заявления и участие в судебном заседании в сумме 10000 руб.; предоставлении отсрочки уплаты государственной пошлины (том 1 л.д. 71-72). При этом ни ФИО7, ни СПАО «Ингосстрах» не являются истцами, для того чтобы к ним предъявить встречные зачетные требования, ответственность владельца автомобиля «Хенде Гетц» по условиям ОСАГО застрахована в САО «ВСК», которое применительно к ст. 14.1 Закона об ОСАГО в порядке прямого урегулирования убытков полномочно решать вопрос о наступления страхового случая с участием автомобиля «Хенде Гетц». Предъявление встречного истца не направлено на исключение требований ООО «Новая линия», его совместное рассмотрение не приведет к более быстрому и правильному рассмотрению споров (ст. 138 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Разрешение вопроса о принятии встречного иска в протокольной форме не противоречит нормам процессуального права, поскольку согласно ч. 2 ст. 224 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при разрешении несложных вопросов суд или судья может выносить определения, не удаляясь в совещательную комнату. Такие определения заносятся в протокол судебного заседания.

Доводы жалобы о нарушении судом норм материального права, подлежат отклонению.

Закон об ОСАГО определяет правовые, экономические и организационные основы обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств в целях защиты прав потерпевших.

Однако в отличие от норм гражданского права о полном возмещении убытков причинителем вреда (ст. 15, п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации) Закон об ОСАГО гарантирует возмещение вреда, причиненного имуществу потерпевших, в пределах, установленных этим законом (абз. 2 ст. 3 Закона об ОСАГО).

При этом страховое возмещение вреда, причиненного повреждением транспортных средств потерпевших, ограничено названным законом как лимитом страхового возмещения, установленным ст. 7 Закона об ОСАГО, так и предусмотренным п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО специальным порядком расчета страхового возмещения, осуществляемого в денежной форме - с учетом износа комплектующих изделий (деталей, узлов, и агрегатов), подлежащих замене, и в порядке, установленном Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной положением Центрального банка Российской Федерации от <дата> <№>-П (далее - Единая методика).

Согласно п. 15 ст. 12 Закона об ОСАГО по общему правилу страховое возмещение вреда, причиненного транспортному средству потерпевшего, может осуществляться по выбору потерпевшего путем организации и оплаты восстановительного ремонта на станции технического обслуживания либо путем выдачи суммы страховой выплаты потерпевшему (выгодоприобретателю) в кассе страховщика или перечисления суммы страховой выплаты на счет потерпевшего (выгодоприобретателя).

Однако этой же нормой установлено исключение для легковых автомобилей, находящихся в собственности граждан и зарегистрированных в Российской Федерации.

В силу п. 15.1 ст. 12 Закона об ОСАГО страховое возмещение вреда, причиненного легковому автомобилю, находящемуся в собственности гражданина и зарегистрированному в Российской Федерации, осуществляется (за исключением случаев, установленных п. 16.1 указанной статьи) в соответствии с п.п. 15.2 или 15.3 данной статьи путем организации и (или) оплаты восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства потерпевшего (возмещение причиненного вреда в натуре).

При этом п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлен перечень случаев, когда страховое возмещение осуществляется в денежной форме, в том числе и по выбору потерпевшего, в частности, если потерпевший является инвалидом определенной категории (подп. «г») или он не согласен произвести доплату за ремонт станции технического обслуживания сверх лимита страхового возмещения (подп. «д»).

Также подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО установлено, что страховое возмещение в денежной форме может быть выплачено при наличии соглашения об этом в письменной форме между страховщиком и потерпевшим (выгодоприобретателем).

Таким образом, в силу подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший с согласия страховщика вправе получить страховое возмещение в денежной форме.

Реализация потерпевшим данного права соответствует целям принятия Закона об ОСАГО, указанным в его преамбуле, и каких-либо ограничений для его реализации при наличии согласия страховщика Закон об ОСАГО не содержит.

Получение согласия причинителя вреда на выплату потерпевшему страхового возмещения в денежной форме Закон об ОСАГО также не предусматривает.

Пунктом 1 ст. 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Согласно ст. 1072 названного кодекса юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (ст. 931, п. 1 ст. 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Давая оценку положениям Закона об ОСАГО во взаимосвязи с положениями главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от <дата> <№>-П указал, что требование потерпевшего (выгодоприобретателя) к страховщику о выплате страхового возмещения в рамках договора обязательного страхования является самостоятельным и отличается от требований, вытекающих из обязательств вследствие причинения вреда. Различия между страховым обязательством, где страховщику надлежит осуществить именно страховое возмещение по договору, и деликтным обязательством непосредственно между потерпевшим и причинителем вреда обусловливают разницу в самом их назначении и, соответственно, в условиях возмещения вреда. Смешение различных обязательств и их элементов, одним из которых является порядок реализации потерпевшим своего права, может иметь неблагоприятные последствия с ущемлением прав и свобод стороны, в интересах которой установлен соответствующий гражданско-правовой институт, в данном случае - для потерпевшего. И поскольку обязательное страхование гражданской ответственности владельцев транспортных средств не может подменять собой и тем более отменить институт деликтных обязательств, как определяют его правила главы 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, применение правил указанного страхования не может приводить к безосновательному снижению размера возмещения, которое потерпевший вправе требовать от причинителя вреда.

Согласно постановлению Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> <№>-П Закон об ОСАГО как специальный нормативный правовой акт не исключает распространение на отношения между потерпевшим и лицом, причинившим вред, общих норм Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие причинения вреда. Следовательно, потерпевший при недостаточности страховой выплаты на покрытие причиненного ему фактического ущерба вправе рассчитывать на восполнение образовавшейся разницы за счет лица, в результате противоправных действий которого образовался этот ущерб, путем предъявления к нему соответствующего требования. В противном случае - вопреки направленности правового регулирования деликтных обязательств - ограничивалось бы право граждан на возмещение вреда, причиненного им при использовании иными лицами транспортных средств.

Взаимосвязанные положения ст. 15, п. 1 ст. 1064, ст. 1072 и п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и во взаимосвязи с положениями Закона об ОСАГО предполагают возможность возмещения лицом, гражданская ответственность которого застрахована по договору ОСАГО, потерпевшему, которому по указанному договору выплачено страховое возмещение в размере, исчисленном в соответствии с Единой методикой с учетом износа подлежащих замене деталей, узлов и агрегатов транспортного средства, имущественного вреда по принципу полного его возмещения, если потерпевший надлежащим образом докажет, что действительный размер понесенного им ущерба превышает сумму полученного страхового возмещения.

При этом лицо, к которому потерпевшим предъявлены требования о возмещении разницы между страховой выплатой и фактическим размером причиненного ущерба, не лишено права ходатайствовать о назначении соответствующей судебной экспертизы, о снижении размера возмещения и выдвигать иные возражения. В частности, размер возмещения, подлежащего выплате лицом, причинившим вред, может быть уменьшен судом, если ответчиком будет доказано или из обстоятельств дела следует с очевидностью, что существует иной более разумный и распространенный в обороте способ исправления таких повреждений подобного имущества.

Из приведенных положений закона в их совокупности, а также актов их толкования следует, что в связи с повреждением транспортного средства в тех случаях, когда гражданская ответственность причинителя вреда застрахована в соответствии с Законом об ОСАГО, возникает два вида обязательств - деликтное, в котором причинитель вреда обязан в полном объеме возместить причиненный потерпевшему вред в части, превышающей страховое возмещение, в порядке, форме и размере, определяемых Гражданским кодексом Российской Федерации, и страховое обязательство, в котором страховщик обязан предоставить потерпевшему страховое возмещение в порядке, форме и размере, определяемых Законом об ОСАГО и договором.

Реализация потерпевшим права на получение страхового возмещения в форме страховой выплаты, в том числе и в случае, предусмотренном подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО, является правомерным поведением и соответствует указанным выше целям принятия Закона об ОСАГО, а, следовательно, сама по себе не может расцениваться как злоупотребление правом.

Ограничение данного права потерпевшего либо возложение на него негативных последствий в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба в части, превышающей рассчитанный в соответствии с Единой методикой размер страховой выплаты в денежной форме, противоречило бы как буквальному содержанию Закона об ОСАГО, так и указанным целям его принятия и не могло быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда, который, являясь лицом, ответственным за причиненный им вред, и в этом случае возмещает тот вред, который он причинил, в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчислен в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой.

Такая же позиция изложена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от <дата> <№>-о по запросу Норильского городского суда <адрес> о проверке конституционности положений пунктов 15, 15.1 и 16.1 статьи 12 Федерального закона об ОСАГО с указанием на то, что отступление от установленных общих условий страхового возмещения в соответствии с пунктами 15, 15.1 и 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО не должно нарушать положения Гражданского кодекса Российской Федерации о добросовестности участников гражданских правоотношений, недопустимости извлечения кем-либо преимуществ из своего незаконного или недобросовестного поведения либо осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, о недопустимости действий в обход закона с противоправной целью, а также иного, заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (п.п. 3 и 4 ст. 1, п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из разъяснений, приведенных в абз. 2 п. 38 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата> <№> «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту – Постановление от <дата> <№>) о достижении между страховщиком и потерпевшим в соответствии с подп. «ж» п. 16.1 ст. 12 Закона об ОСАГО соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать в том числе выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом. Такое соглашение должно быть явным и недвусмысленным. Все сомнения при толковании его условий трактуются в пользу потерпевшего.

Таким образом, о достижении между страховщиком и потерпевшим соглашения о страховой выплате в денежной форме может свидетельствовать выбор потерпевшим в заявлении о страховом возмещении выплаты в наличной или безналичной форме по реквизитам потерпевшего, одобренный страховщиком путем перечисления страхового возмещения указанным в заявлении способом.

Судебной коллегией для проверки доводов апелляционной жалобы ответчика принято и исследовано в качестве нового доказательства по правилам абз. 2 ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поступившее по запросу судебной коллегии для установления юридически значимых обстоятельств по делу выплатное дело СПАО «Ингосстрах» по обращению ООО «Новая линия» с заявлением о наступлении страхового случая по факту ДТП от <дата>: заявление ООО «Новая линия» о прямом возмещении убытков по ОСАГО от <дата>, сопроводительное письмо с заявлению о наступлении страхового случая от <дата>, в котором заявитель просит: организовать осмотр автомобиля «Мицубиси Лансер», госномер <№> 96 регион; рассмотреть обращение и выдать направление на ремонт или произвести выплату страхового возмещения по ущербу на реквизиты приложенные к заявлению; карточка предприятия ООО «Новая линия», с указанием реквизитов платежа; справку МСЭ-2014 от <дата> <№> об установлении ФИО6 первой группы инвалидности (повторно) по общему заболеванию бессрочно; экспертное заключение ООО «Росоценка» от <дата> <№>, выполненное экспертом-техником ФИО12 по выводам которого обстоятельства получения повреждений автомобиля «Мицубиси Лансер» соответствует заявленным, а причиной явилось ДТП от <дата>, стоимость восстановительного ремонта по Единой методике без учета износа составляет 161481 руб. 36 коп., с учетом износа 108300 руб.; акт о страховом случае от <дата> на сумму 108300 руб.; платежное поручение СПАО «Ингосстрах» от <дата> <№> на сумму 108300 руб.

Поскольку при обращении с заявлением о выплате страхового возмещения истец выразил желание на изменение формы страховой выплаты с натуральной на денежную с указанием реквизитов платежа, то выплата СПАО «Ингосстрах» страхового возмещения в денежной форме по правилам Единой методики с учетом износа является надлежащим исполнением обязательства. В данном случае необходимо руководствоваться п. 27 Постановления от 08.11.2022 № 31, в котором закреплено, что после получения потерпевшим страхового возмещения в размере, установленном Законом об ОСАГО, обязательство страховщика по выплате страхового возмещения в связи с повреждением имущества по конкретному страховому случаю прекращается (п. 1 ст. 408 Гражданского кодекса Российской Федерации), в связи с чем потерпевший в соответствии со ст. 11.1 Закона об ОСАГО не вправе предъявлять страховщику дополнительные требования о возмещении ущерба, превышающие указанный выше предельный размер страхового возмещения (абз. 1 п. 8 ст. 11.1 Закона об ОСАГО). С требованием о возмещении ущерба в части, превышающей размер надлежащего страхового возмещения, потерпевший вправе обратиться к причинителю вреда.

Каких-либо доказательств, свидетельствующих о злоупотреблении правом истцом, при обращении к страховщику с заявлением об урегулировании убытка по страховому случаю в виде выплаты страхового возмещения в денежной форме, как на том настаивает автор жалобы, в материалы дела не предоставлено. Реализация предусмотренного законом права на получение с согласия страховщика страхового возмещения в форме страховой выплаты сама по себе злоупотреблением правом признана быть не может. В противном случае будут нарушены права истца, на него будут возложены негативные последствия в виде утраты права требовать с причинителя вреда полного возмещения ущерба, что противоречит буквальному содержанию Закона об ОСАГО и не может быть оправдано интересами защиты прав причинителя вреда - ответчика, к которому заявлены требования в части, превышающей размер страхового возмещения в денежной форме, исчисленного в соответствии с Законом об ОСАГО и Единой методикой. Изложенное соответствует разъяснениям, данным в п. 9 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации <№> (2021), (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации <дата>). Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного Суда Российской Федерации от <дата> <№>-КГ21-2-К2. Обосновано указано истцом, а также в письменных пояснениях третьего лица СПАО «Ингосстрах» на то, что выплаченное страховщиком страховое возмещение по Единой методике, по выводам экспертного заключения ООО «Росоценка» от <дата> <№>, в размере 108300 руб., находится в пределах 10 % погрешности с выводами экспертного заключения ООО «Ягуар» <№>Е (предоставленного стороной истца) на сумму 118400 руб.

Доводы жалобы о том, что у потерпевшего отсутствовало право требования со страховщика страховой выплаты в денежной форме, поскольку он имел право получить возмещение ущерба в полном объеме посредством организации восстановительного ремонта транспортного средства, судебной коллегией отклоняются, как противоречащие разъяснениям, содержащимся в п. 64 вышеуказанного Постановления от 08.11.2022 № 31.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п.п. 67, 68 Постановления 08.11.2022 № 31 право потерпевшего, выгодоприобретателя, а также лиц, перечисленных в п. 2.1 ст. 18 Закона об ОСАГО, на получение страхового возмещения или компенсационной выплаты в счет возмещения вреда, причиненного имуществу потерпевшего, может быть передано в том числе и по договору уступки требования. Отсутствие в договоре точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (п. 1 ст. 307, п. 1 ст. 432, п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации). Право на получение страхового возмещения или компенсационной выплаты может быть передано как после предъявления первоначальным кредитором (потерпевшим, выгодоприобретателем) требования о выплате страхового возмещения, так и после получения им части страхового возмещения или компенсационной выплаты. При этом если иное не предусмотрено договором уступки требования, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требованием уплаты неустойки и суммы финансовой санкции к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО (п. 1 ст. 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно условиям договора уступки права требования <№>Ц, заключенного <дата> между ФИО6 (цедент) и ООО «Новая линия» (цессионарий), цедент уступает, а цессионарий принимает на себя право требования (возмещения) материального ущерба, причиненного в результате ДТП, в том числе в части стоимости услуг независимого эксперта, страхового возмещения, величины утраты товарной стоимости, расходов на эвакуатор; право не взыскание разницы между суммой восстановительного ремонта и страховым возмещением; право требования уплаты процентов за пользование чужими денежными средствами; право на взыскание неустойки, финансовой санкции ко всем лицам (в том числе к виновнику ДТП, страховым компаниям), ответственным по действующему законодательству за имущественный ущерб причиненный автомобилю «Мицубиси Лансер», госномер <№> 96 регион, 2012 года выпуска, по ДТП <дата>, <адрес>. С учетом последнего, условия договора позволяют однозначно определить предмет договора вид и объем уступаемых прав.

При таких обстоятельствах доводы ответчика о том, что поскольку к моменту заключения договора цессии у потерпевшей ФИО6 отсутствовали доказательства несения расходов на ремонт своего автомобиля, то отсутствуют основания для вывода о передаче потерпевшей истцу такового права, подлежат отклонению, как противоречащие вышеуказанным разъяснениям Верховного Суда Российской Федерации.

Принимая во внимание вышеприведенные нормы материального права, а также обязательные к применению разъяснения вышестоящих судов, истец обоснованно обратился к непосредственному причинителю вреда для взыскания суммы ущерба не покрытого страховым возмещением.

Довод жалобы о не предоставлении истцом доказательств несения фактических расходов на восстановительной ремонт и недоказанности недостаточности выплаченного страхового возмещения, подлежит отклонению.

В соответствии с п. 1 ст. 15, п. 5 ст. 393, п. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, а так же правовой позиции, изложенной в п. 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», определениях Верховного суда Российской Федерации от 14.04.2015 № 14-КГ15-1, от 29.05.2012 № 46-В12-2 отказ в иске по причине невозможности истца доказать точный размер своих имущественных потерь нарушает конституционный принцип справедливости, и лишает заявителя возможности восстановления его нарушенных прав. Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен судом с разумной степенью достоверности. С учетом последнего, истец вправе обосновать причиненный ущерб расчетом специалиста оценщика, либо по выводами судебной экспертизы, что и было сделано истцом при уточнении исковых требований.

Среднерыночная стоимость восстановительного ремонта автомобиля «Мицубиси Лансер», определена судом на основании выводов судебной экспертизы от <дата> <№>, выполненной экспертом ФИО11 в размере 532100 руб., что за минусом суммы восстановительного ремонта по Единой методике с учетом износа 118400 руб. составило сумму причиненного истцу ущерба непокрытого страховым возмещением 413667 руб.

Не усматривает судебная коллегия оснований, как на том настаивает автор жалобы, о недопустимости такого доказательства как выводы судебной экспертизы <дата> <№>, при решении вопроса о виновном в состоявшемся ДТП лице.

Судебная экспертиза в полном объеме отвечает требованиям ст. 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в их результате выводы и научно-обоснованные ответы на поставленные вопросы, в обоснование сделанных выводов эксперт приводит соответствующие данные из представленных в распоряжение эксперта материалов, указывает на применение методов исследований, основывается на исходных объективных данных, выводы эксперта обоснованы документами, представленными в материалы дела. Выводы эксперта мотивированны, не содержат неясностей, исключают вероятностный характер в части наличия причинно-следственной связи между действиями водителя автомобиля «Хендай Гетц» ФИО2 при совершении маневра перестроения из средней полосы движения в крайнюю левую полосу движения по которой двигался автомобиль «Мицубиси Лансер» и состоявшимся ДТП.

Оснований сомневаться в правильности заключения ФИО11 у судебной коллегии не имеется, судебная экспертиза была проведена в соответствии с требованиями Федерального закона № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», эксперту разъяснены права и обязанности, предусмотренные ст. 85 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, он также был предупрежден об уголовной ответственности, предусмотренной ст. 307 Уголовного кодекса Российской Федерации. Квалификация эксперта позволяет проводить подобного рода экспертизы.

Из материалов дела судом установлено, что до ДТП предшествовала следующая дорожная обстановка: все три автомобиля двигались в попутном направлении по участку дороги (<адрес>) имеющим три полосы в одном направлении, при этом автомобили «Ленд Ровер» и «Хендай Гетц» двигались по средней полосе первым «Ленд Ровер» за ним «Хендай Гетц», автомобиль «Мицубиси Лансер» двигался по левой полосе (из трех имеющихся). Поскольку автомобиль «Ленд Ровер» двигался со скоростью 30 км/час, то перед автомобилем «Хендай Гетц» движущимся со скоростью 60 км/час возникло препятствие в виде автомобиля «Ленд Ровер», во избежание столкновения с впередиидущим автомобилем, водитель «Хендай Гетц» (ФИО2) совершил маневр перестроения в левую полосу движения, где в этот момент позади двигался автомобиль «Мицубиси Лансер», после чего произошло столкновение автомобилей.

Решая вопрос о виновности участников ДТП, суд первой инстанции исходил из того, что вина в ДТП обусловлена нарушением его участниками ПДД.

Так согласно ПДД:

п. 1.3 участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами;

п. 1.5 участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда;

п. 8.4 при перестроении водитель должен уступить дорогу транспортным средствам, движущимся попутно без изменения направления движения. При одновременном перестроении транспортных средств, движущихся попутно, водитель должен уступить дорогу транспортному средству, находящемуся справа;

п. 9.1 количество полос движения для безрельсовых транспортных средств определяется разметкой и (или) знаками 5.15.1, 5.15.2, 5.15.7, 5.15.8, а если их нет, то самими водителями с учетом ширины проезжей части, габаритов транспортных средств и необходимых интервалов между ними. При этом стороной, предназначенной для встречного движения на дорогах с двусторонним движением без разделительной полосы, считается половина ширины проезжей части, расположенная слева, не считая местных уширений проезжей части (переходно-скоростные полосы, дополнительные полосы на подъем, заездные карманы мест остановок маршрутных транспортных средств);

п. 9.10 водитель должен соблюдать такую дистанцию до движущегося впереди транспортного средства, которая позволила бы избежать столкновения, а также необходимый боковой интервал, обеспечивающий безопасность движения;

п. 10.1 водитель должен вести транспортное средство со скоростью, не превышающей установленного ограничения, учитывая при этом интенсивность движения, особенности и состояние транспортного средства и груза, дорожные и метеорологические условия, в частности видимость в направлении движения. Скорость должна обеспечивать водителю возможность постоянного контроля за движением транспортного средства для выполнения требований Правил. При возникновении опасности для движения, которую водитель в состоянии обнаружить, он должен принять возможные меры к снижению скорости вплоть до остановки транспортного средства.

<дата> инспектором ДПС 8 роты 2 батальона полка ДПС ГИБДД УМВД России по <адрес> от <дата> в отношении водителя автомобиля «Хендай Гетц» ФИО2 вынесено определение отказе в возбуждении дела об административном правонарушении в связи с отсутствием состава административного правонарушения (том 1 л.д. 110).

В своих объяснениях водитель ФИО2, данных сотрудникам ГИБДД, указал, что <дата>, управляя автомобилем «Хендай Гетц», двигаясь по <адрес> в сторону <адрес> в средней полосе со скоростью 50-60 км/ч, впереди него возникло препятствие вследствие чего он был вынужден принять экстренные меры по торможению чтобы избежать столкновения с автомобилем «Ленд Ровер». Им было принято решение о перестроении в левый ряд, после чего почувствовал столкновение с автомобилем «Мицубиси Лансер», который от удара развернуло в сторону автомобиля «Ленд Ровер». Полагает, что в ДТП виноват он и водитель автомобиля «Мицубиси» (том 1 л.д. 110-111).

Из объяснений ФИО5, данных сотрудникам ГИБДД, следует, что <дата> управляя автомобилем «Ленд Ровер», двигаясь по <адрес> в сторону <адрес> по среднему ряду со скоростью 30 км/ч, в этот момент почувствовал удар в заднюю часть своего ТС от автомобиля «Мицубиси Лансер», который развернуло при ударе от автомобиля «Хендай Гетц». Полагает, что в ДТП виноват водитель автомобиля «Хендай Гетц» (том 1 л.д. 111-112).

Из объяснений ФИО7, данных сотрудникам ГИБДД, следует, что <дата> управляя автомобилем «Мицубиси Лансер», двигаясь по <адрес> по левому ряду со скоростью 40 км/ч, в этот момент автомобиль «Хендай Гетц», двигавшийся справа от него, резко перестроился в его ряд и затормозил, он предпринял экстренное торможение, но избежать столкновения не удалось, от удара об автомобиль «Хендай Гетц» его автомобиль развернуло и допустил касательное столкновение с автомобилем «Ленд Ровер». Полагает, что в ДТП виноват водитель автомобиля «Хендай Гетц» (том 1 л.д. 112-113).

Объяснения водителей согласуются с подписанной ими схемой ДТП от <дата>, на которой автомобиль «Хендай Гетц» изменил траекторию движения из средней полосы (из трех имеющихся) в левую полосу движения, после чего произошло столкновение передней часть автомобиля «Мицубиси Лансер» с задней частью автомобиля «Хендай Гетц» с последующим разворотом автомобиля «Мицубиси Лансер» на среднюю полосу движения с касательным столкновением с автомобилем «Ленд Ровер» (том 1 л.д. 113).

Совокупность вышеприведенных доказательств позволила суду первой инстанции с достоверностью установить обстоятельства ДТП, при которых водитель автомобиля «Хендай Гетц» ФИО2 не обеспечив в нарушение п. 9.10 ПДД безопасную дистанцию до впередиидущего автомобиля с целью объезда возникшего препятствия (впереди движущегося по средней полосе с меньшей скоростью автомобиля «Ленд Ровер») применив экстренное торможение, резко перестроился в левый ряд движения не уступив, в нарушение п.п. 1.5, 8.1, 8.4 ПДД дорогу автомобилю «Мицубиси Лансер» имеющему преимущество в движении по избранной левой полосе, создав тем самым водителю «Мицубиси Лансер» помеху и опасность для движения в прямом направлении. Допущенные водителем автомобиля «Хендай Гетц» ФИО2 нарушения п.п. 1.5, 8.1, 8.4, 9.10 ПДД находятся в прямой причинно-следственной связи с возникшим ДТП, и, как следствие с причиненным истцу ущербом.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с заключением судебной экспертизы не могут являться основанием к отмене состоявшегося судебного акта, поскольку правовых оснований не доверять заключению судебной экспертизы у суда первой инстанций не имелось, судебная экспертиза проведена лицом сведущим в соответствующей области познаний, является доказательством по делу, которое оценено судом наравне с другими доказательствами по делу.

Каких-либо обстоятельств, позволяющих признать данное заключение судебной экспертизы недопустимым либо недостоверным доказательством по делу, не установлено, выводы эксперта подтверждаются, в том числе, перечисленными выше доказательствами из административного производства которые и не опровергнуты сторонами, и были оценены судом первой инстанции в совокупности.

Доводы апеллянта о несогласии с выводами судебной экспертизы, их противоречии материалам дела выражают субъективное мнение стороны о полноте и достоверности доказательств по делу, направлены по существу на иную оценку представленных доказательств и установленных судом обстоятельств, не подтверждают существенного нарушения судами ст. 12, 67, 195, 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, что не может служить основанием к отмене обжалуемого решения. Более того виновность участников ДТП определена судом на основании совокупности исследованных доказательств.

Заявленное стороной ответчика ходатайство о назначении по делу дополнительной или повторной судебной экспертизы (том 2 л.д. 1-2), было отозвано ответчиком (том 2 л.д. 44).

Довод жалобы о фальсификации административного материала, в части объяснений водителя ФИО7, данных сотрудникам ГИБДД <дата>, подлежит отклонению. Применительно к норме ч. 1 ст. 303 Уголовного кодекса Российской Федерации какой-либо процессуальный документ об усмотрении признаков фальсификации по административному, гражданскому делу, либо устанавливающий уголовно наказуемое деяние, влияющее на исследованные судом доказательства, в материалы дела не предоставлен.

Подлежат отклонению и доводы жалобы о наличии судебной практики, признающей схожие действия истца по обращению к причинителю вреда без реализации права на выплату страхового возмещения в натуральной форме - злоупотреблением правом. Существующая судебная практика по иным делам не влияет на законность решения суда, поскольку в силу ст. 11 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебная практика не является источником права в Российской Федерации, не применяется при рассмотрении гражданского дела по существу и в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Других доводов, свидетельствующих о неправильности вынесенного судом первой инстанции решения, в апелляционной жалобе не содержится, соответствующих доказательств к жалобе не приложено, суд апелляционной инстанции в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с ч. 4 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены решения суда первой инстанции, судом не допущено.

Руководствуясь ст. 327.1, п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Ленинского районного суда г. Екатеринбурга от 15.05.2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчика - без удовлетворения.

Председательствующий: Лузянин В.Н.

Судьи: Хазиева Е.М.

ФИО1