ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-1192/2025

г. Челябинск

05 мая 2025 года

Дело № А07-6863/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 23 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме 05 мая 2025 года

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Курносовой Т.В.,

судей Поздняковой Е.А., Румянцева А.А.,

при ведении протокола помощником судьи Мызниковой А.С., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной ответственностью «Новый город Недвижимость» (ОГРН <***>, далее – общество «НГ Недвижимость») - ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.12.2024 по делу № А07-6863/2020 об отказе в привлечении к субсидиарной ответственности.

В судебном заседании, в том числе с использованием системы веб-конференции, приняли участие:

представитель конкурсного управляющего обществом «НГ Недвижимость» - ФИО2 (паспорт, доверенность от 09.01.2025);

представитель ФИО3 – ФИО4 (паспорт, доверенность от 20.03.2023 сроком действия 3 года).

Иные лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда,

установил:

решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.02.2022 по делу № А07-6863/2020 (резолютивная часть оглашена 31.01.2022) общество «НГ Недвижимость» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО1, член Ассоциации «Саморегулируемая организация арбитражных управляющих Центрального федерального округа».

Конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.12.2024 по данному делу в удовлетворении заявленных управляющим требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, конкурсный управляющий должником обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении заявления.

По мнению апеллянта, судом не дано должной оценки наличию в действиях ФИО3 нарушения установленной абзацем 2 пункта 2 статьи 126 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) обязанности по передаче документации общества «НГ Недвижимость».

Как считает заявитель жалобы, суд первой инстанции неверно исходил из того, что по исполнительному листу от 28.02.2023 серии ФС № 042309408, выданному на основании вступившего в законную силу определения суда об истребовании у ФИО3 документации должника, в рамках исполнительного производства № 99202/23/02007-ИП ответчиком передана вся документация и печать общества, поскольку управляющему 14.04.2023 передано лишь 6 папок с документами, большинство из которых являются налоговыми декларациями.

Конкурсный управляющий, ссылаясь на то, что общество «НГ Недвижимость» зарегистрировано в качестве юридического лица 09.07.2014

и на то, что согласно бухгалтерской отчетности должника за 2020 год его активы составляли 76 246 000 руб., указывает, что запрошенная документация общества представлена ответчиком в незначительном количестве и не позволила выявить реальную подлежащую взысканию дебиторскую задолженность, отраженную в бухгалтерском балансе должника по состоянию на дату введения в отношении него процедуры несостоятельности.

Определением Восемнадцатого арбитражного суда от 10.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 23.04.2025.

К дате заседания от ФИО3 поступил отзыв на апелляционную жалобу с возражениями относительно изложенных в ней доводов с приложениями.

В судебном заседании поступивший отзыв по ходатайству представителя ответчика приобщен судом к материалам дела в порядке статьи 262 АПК РФ.

Наряду с этим в приобщении приложений к отзыву, начиная с 3 пункта, отказано, учитывая, что соответствующие документы являются дублирующими уж имеющихся в материалах обособленного спора доказательств.

Представитель конкурсного управляющего должником доводы апелляционной жалобы подержал.

Представитель ФИО3, возражая по доводам апеллянта, просил оставить обжалуемое определение суда первой инстанции без изменения.

Иные лица, участвующие в деле, судом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена судом в их отсутствие в порядке статей 123, 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, ФИО3 являлся руководителем общества «НГ Недвижимость» с 30.01.2019 до введения в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Вступившим в законную силу определением суда от 07.06.2022 по настоящему делу удовлетворено заявление конкурсного управляющего обществом «НГ Недвижимость» об обязании ФИО3 предоставить управляющему бухгалтерскую и иную документацию должника, отражающую экономическую деятельность общества, а также иные документы должника, печати, штампы, материальные и иные ценности.

На принудительное исполнение указанного судебного акта выдан исполнительный лист от 28.02.2023 серии ФС № 042309408.

Согласно бухгалтерской отчетности общества «НГ Недвижимость» за 2020 год (по состоянию на 01.01.2021) активы должника составляли 76 246 000 руб., в том числе материальные внеоборотные активы - 321 000 руб.; запасы – 280 000 руб.; денежные средства и денежные эквиваленты – 100 000 руб.; финансовые и другие оборотные активы – 75 545 000 руб.

Ссылаясь на то, что ненадлежащее исполнение ФИО3 обязанности по передаче документации общества «НГ Недвижимость» препятствовало формированию конкурсной массы и на ее недостаточность для расчетов с кредиторами, конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по его обязательствам.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что конкурсный управляющий не доказал наличие причинно-следственной связи между действиями (бездействием) ФИО3 и несостоятельностью (банкротством) общества «НГ Недвижимость».

Повторно исследовав и оценив материалы обособленного спора, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не установил оснований не согласиться с выводами суда первой инстанции, исходя из следующего.

Согласно части 1 статьи 223 АПК РФ, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам АПК РФ с особенностями, установленными указанным Законом.

В соответствии с пунктом 1 действующей с 30.07.2017 по настоящее время статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

Размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника (абзац 1 пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

При этом субсидиарная ответственность представляет собой исключение из принципа ограниченной ответственности юридического лица и экстраординарный механизм защиты нарушенных прав кредиторов (пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ № 53)).

Ответственность контролирующих юридическое лицо лиц перед внешними кредиторами наступает не за сам факт неисполнения (невозможности исполнения) управляемым ими обществом обязательства, а за их виновные действия (решения), не вызванные рыночными и иными объективными факторами и повлекшие нарушение обязательств управляемого ими юридического лица.

Исходя из пункта 16 постановления Пленума ВС РФ № 53, под действиями контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы, при этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника.

При этом в любом случае только лишь подозрений в виновности ответчика недостаточно для удовлетворения иска о привлечении к субсидиарной ответственности, в рамках рассматриваемой категории дел необходимо привести ясные и убедительные доказательства такой вины (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8). Иной подход приводит к обвинительному уклону в делах о привлечении к субсидиарной ответственности, что является недопустимым.

В пункте 56 постановления Пленума ВС РФ № 53 разъяснено, что по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо.

Если же арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Процесс доказывания обозначенного выше основания привлечения к субсидиарной ответственности упрощен законодателем для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

Так в силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Смысл названной презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума ВС РФ № 53, лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Обстоятельства, составляющие презумпцию, не могут подменять обстоятельства самого правонарушения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6)).

Кроме того, следует учесть, что, как разъяснено в абзаце втором пункта 19 постановления Пленума ВС РФ № 53, доказывая отсутствие оснований привлечения к субсидиарной ответственности, в том числе при опровержении установленных законом презумпций, контролирующее лицо вправе ссылаться на то, что банкротство обусловлено исключительно внешними факторами (неблагоприятной рыночной конъюнктурой, финансовым кризисом, существенным изменением условий ведения бизнеса, авариями, стихийными бедствиями, иными событиями и т.п.).

В части 1 статьи 65 АПК РФ установлено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, исходя из представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статья 168 АПК РФ).

При этом согласно требованиям статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В рассматриваемом случае судом установлено, что по итогам 2020 года, предшествующего году введения в отношении должника процедуры наблюдения, общество обладало активами в размере более 76 млн. руб. и имело возможность осуществлять финансово-хозяйственную деятельность, приносившую доход.

Дело о банкротстве должника возбуждено по заявлению публичного акционерного общества «Сбербанк России» в связи с задолженностью в размере 111 276 328,89 руб., возникшей на основании мирового соглашения, заключенного между банком и обществами с ограниченной ответственностью «СК «Амрита» (ИНН <***>), «Вектор» (ИНН <***>), «Новый город Инвестиции» (ИНН <***>), «НГ Недвижимость», «Пожтехсервис» (ИНН <***>), ФИО5, ФИО6, ФИО7 и ФИО8.

Соответствующее мировое соглашение подписано директором должника 18.12.2017 и им урегулированы обязательства по погашению просроченной задолженности по договорам об открытии невозобновляемой кредитной линии от 21.01.2014 № 30932 и от 21.04.2016 № 30993, заемщиком по которым общество «НГ Недвижимость» не являлось, а выступало только поручителем.

Таким образом, ФИО3, который являлся руководителем общества «НГ Недвижимость» с 30.01.2019, к сделкам, задолженность по которым в итоге послужила основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве, отношения не имеет.

Наряду с этим не установлено со стороны ответчика фактов совершения противоправных действий, повлекших невозможность погашения кредиторской задолженности за счет активов должника (статьи 8, 9,65, 66 АПК РФ).

Конкурсный управляющий, предъявляя требования о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам общества «НГ Недвижимость», фактически ссылается только на ненадлежащее исполнение ответчиком обязанности по передаче документации должника.

Между тем, из материалов дела следует, что исполнительное производство № 99202/23/02007-ИП, возбужденное по исполнительному листу от 28.02.2023 серии ФС № 042309408, выданному на основании определения суда от 07.06.2022 по настоящему делу, окончено в связи с исполнением, о чем 14.04.2023 вынесено соответствующее постановление (л. 40 обособленного спора).

Установлено, что вся документация и печать должника переданы конкурсному управляющему по шести подписанным актам (л. 41-58 обособленного спора).

Наряду с этим, еще в процедуре наблюдения ответчиком 09.09.2021 был составлен перечень документов, относящихся к финансовой, организационной и бухгалтерской деятельности общества «НГ Недвижимость», и по запросу конкурсного управляющего они отправлены почтовым отправлением от 10.09.2021 по списку, которое получено адресатом согласно информации об отслеживании корреспонденции с сайта Почты России 13.09.2021 (л. 33-37 обособленного спора).

То есть уклонения от передачи имеющейся документации должника, сокрытия относящейся к его деятельности информации в целях препятствования проведению мероприятий процедуры банкротства, со стороны ФИО3 не усматривается.

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что вывод суда о недоказанности наличия оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника соответствует имеющимся в материалах спора доказательствам и установленным на их основании фактическим обстоятельствам.

В удовлетворении требований, предъявленных конкурсным управляющим к ответчику, отказано правомерно.

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, подлежат отклонению, поскольку они не опровергают выводов суда первой инстанции и не свидетельствуют о нарушении судом норм материального права, а сводятся к несогласию с произведенной им оценкой имеющейся доказательственной базы и установленных на ее основании обстоятельств, что само по себе о необоснованности и (или) незаконности) судебного акта не свидетельствует.

Ссылка апеллянта на то, что переданная ответчиком документация должника преимущественно представлена налоговой отчетностью, отклоняется судебной коллегией.

Это утверждение конкурсного управляющего опровергается содержанием представленных актов приема-передачи, из которых следует, что налоговая отчетность фигурирует только в двух актах, а по иным, переданы, в том числе первичные документы.

Следует отметить, что позиция конкурсного управляющего о том, что ему не передана документация, позволяющая провести мероприятия по взысканию дебиторской задолженности, носит общий характер, она не конкретизирована ссылками на результаты анализа фактически переданных бывшим руководителем должника договоров с контрагентами и первичных документов к ним (актов, накладных и т.д.).

Таким образом, оснований для отмены обжалуемого определения по приведенным в апелляционной жалобе доводам не имеется, жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловными основаниями для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

С учетом результата рассмотрения апелляционной жалобы и предоставленной по ходатайству конкурсного управляющего при принятии жалобы к производству отсрочкой уплаты государственной пошлины, последняя в сумме 30 000 руб. подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета (статья 110 АПК РФ, статья 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 27.12.2024 по делу № А07-6863/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего имуществом общества с ограниченной ответственностью «Новый город Недвижимость» - ФИО1 без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новый город Недвижимость» в доход федерального бюджета 30 000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья Т.В. Курносова

Судьи: Е.А. Позднякова

А.А. Румянцев