34/2022-153138(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ 690091, г. Владивосток, ул. Октябрьская, 27 Именем Российской Федерации РЕШЕНИЕ

г. Владивосток Дело № А51-7529/2022 04 июля 2023 года Резолютивная часть решения объявлена 27 июня 2023 года27.06.2023. Полный текст решения изготовлен 04 июля.2023.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Киричевской Е.А., при ведении протокола судебного заседания помощником Масленниковой Н.А., после перерыва 27.06.2023 помощником Шереметьевой Н.В.,

рассмотрев в судебном заседании дело по иску Федеральной налоговой службы России (ОГРН 1047707030513, ИНН: 7707329152, место нахождения: 127381, г. Москва, ул. Неглинная, д. 23) в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Приморскому краю (место нахождения: 690012, г. Владивосток, ул. Пихтовая, 20)

к Гасюку Александру Викторовичу (ИНН 253713160426), о взыскании убытков в размере 58 430 422 руб. 77 коп.,

третьи лица: ООО «Гудман-ВЭД» (ИНН 2536212723), Межрайонная ИФНС России № 13 по Приморскому краю,

при участии:

от уполномоченного органа - Ковбель Н.А. по доверенности № 12-20-6502 от 22.12.2022, служебное удостоверение после перерыва 23.06.2023 и 27.06.2023 не явился;

от Межрайонной ИФНС № 13 по ПК - Соболева Ю.И. по доверенности № 22-06/13080 от 25.05.2023, служебное удостоверение; после перерыва 23.06.2023 и 27.06.2023 не явилась;

должник - лично Гасюк А.В., паспорт,

установил:

Федеральная налоговая служба России в лице Управления Федеральной налоговой службы России по Приморскому краю обратилась в Арбитражный суд Приморского края с иском о взыскании с Гасюка Александра Викторовича 58 430 422 руб. 77 коп. убытков.

Определением суда от 17.05.2022 исковое заявление принято к производству, назначено предварительное судебное заседание, в порядке статьи 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Гудман-ВЭД» (далее – ООО «Гудман-ВЭД», должник, общество); определением от 24.03.2023 привлечена Межрайонная ИФНС России № 13 по Приморскому краю.

Настаивая на заявлении, представитель налогового органа пояснил, что в период осуществления полномочий единоличного исполнительного органа в лице ФИО1 обществу причинены убытки, в результате получения налогоплательщиком Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями судей по делу № А51-7529/2022 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:

Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА).

необоснованной налоговой выгоды, поскольку представленные обществом документы в обоснование понесённых расходов для целей налогообложения прибыли и применения налоговых вычетов по НДС содержали недостоверные сведения; налогоплательщиком не проявлена должная осмотрительность при выборе контрагентов.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, ссылается на то, что налоговый орган неправомерно включил в размер спорной задолженности суммы, сверх тех, которые были заявлены уполномоченным органом при обращении в суд с заявлением о банкротстве ООО «Гудман-ВЭД» в рамках дела № А51-27062/2018; также сослался на пропуск срока исковой давности для предъявления требований к КДЛ по обязательствам общества за период с 2014-2016 годов.

Представители Межрайонной ИФНС России № 13 по Приморскому краю и УФНС России по Приморскому краю дали пояснения по сумме, указав только на сумму основного долга, пеней и штрафов.

В судебном заседании 22.06.2023 объявлялся перерыв в порядке статьи 163 АПК РФ до 23.06.2023 13 час. 30 мин. и далее до 27.06.2023 16 час. 00 мин., о чем сделано публичное объявление путем размещения информации о перерыве и продолжении судебного заседания на официальном сайте суда (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного суда РФ от 19.09.2006 года № 113 «О применении статьи 163 АПК РФ»). По окончании перерыва судебное заседание продолжено.

Выслушав доводы и возражения истца и ответчика, исследовав материалы дела, судом установлено следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Гудман-ВЭД» зарегистрировано в Едином государственном реестре юридических лиц 27.01.2009 за ГРН 1092536000402, учредителем и директором которого являлся и является на сегодняшний день ФИО1.

В настоящее время ООО «Гудман-ВЭД» является действующим юридическим лицом, полномочия директора ФИО1 не прекращены.

В связи с наличием непогашенной у ООО «Гудман –ВЭД» задолженности перед бюджетом по представленным декларациям в общем размере 7 383 558 руб. 83 коп., из которых 6 432 053 руб. 81 коп. основной долг, 940 045 руб. 62 коп. пени и 11 459 руб. 40 коп. штрафы, Федеральная налоговая служба России обратилась в Арбитражный суд Приморского края с заявлением о признании ООО «Гудман-ВЭД» несостоятельным (банкротом), делу присвоен номер А51-27062/2018.

Определением Арбитражного суда Приморского края от 17.05.2019 производство по делу № А51-27062/2018 по заявлению Федеральной налоговой службы России в лице ИФНС России по Ленинскому району г. Владивостока о признании ООО «Гудман- ВЭД» несостоятельным (банкротом) прекращено в связи с отсутствием финансирования процедур банкротства общества.

23.05.2019 в соответствии с решением заместителя начальника ИФНС России по Фрунзенскому району г. Владивостока от 23.05.2019 № 160 на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 59 НК РФ налоговая задолженность ООО «Гудман-ВЭД» на указанную сумму 7 383 558 руб. 83 коп. (в том числе 6 432 053 руб. 81 коп. недоимка, 940 045 руб. 62 коп. пени, 11 459 руб. 40 коп. штрафы) признана безнадежной к взысканию и списана.

Помимо прочего, за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 в отношении ООО «Гудман-ВЭД» по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налогов и сборов налоговым органом проведена выездная налоговая проверка.

По результатам рассмотрения материалов выездной налоговой проверки уполномоченным органом принято решение № 8/1 от 07.12.2018 о привлечении ООО «Гудман-ВЭД» за совершение налогового правонарушения.

В соответствии с указанным решением обществу начислены за период 2014-2016 гг. налог на добавленную стоимость в сумме 19 296 626 руб., налог на прибыль в сумме 12 022 974 руб., суммы приходящихся на эти начисления штрафов в общем размере 4 569 669руб. и пени в общей сумме 13 237 788руб.

Не согласившись с указанным решением ООО «Гудман-ВЭД» обратилось в Управление ФНС России по Приморскому краю с апелляционной жалобой, которая решением от 18.03.2019 № 13-09/08997@ оставлена без удовлетворения.

Также правомерность принятого налоговым органом решения № 8/1 подтиверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Приморского края от 28.05.2020 по делу № А51-12343/2019, которым в удовлетворении заявленных ООО «Гудман-ВЭД» (должником) требований о признании незаконным решения ИФНС России по Ленинскому району г. Владивостока от 07.12.2018 № 8/1 «о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения» в обжалуемой части в части начисления за период 2014-2016 гг. налога на добавленную стоимость в сумме 19 296 626 рублей, налога на прибыль в сумме 12 022 974 рублей, суммы приходящихся на эти начисления штрафов в общем размере 4 569 669 рублей и пени в общей сумме 13 237 788 рублей отказано.

ООО «Гудман-ВЭД» доначисленные по результатам выездной налоговой проверки суммы недоимки, пеней и штрафов не уплатило.

В целях взыскания доначисленной по результатам выездной налоговой проверки задолженности уполномоченный орган выставил требование № 21227 от 05.04.2019, принял решение о взыскании за счет денежных средств № 6739 от 09.05.2019 и постановление о взыскании задолженности за счет имущества должника № 10438 от 28.05.2019, которое направил в службу судебных приставов. Постановлением СПИ от 28.06.2019 исполнительное производство окончено в связи с фактическим исполнением требований.

Однако, как пояснил представитель уполномоченного органа, исполнительное производство было окончено по заявлению самого налогового органа; наличие задолженности не оспаривается ответчиком, в связи чем суд критически относится к указанному судебным приставом-исполнителем основанию прекращения исполнительного производства.

Таким образом, принятые налоговым органом меры принудительного взыскания не привели к погашению указанной задолженности.

В соответствии с решением заместителя начальника ИФНС России по Фрунзенскому району г. Владивостока от 13.06.2019 № 280 на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 59 НК РФ налоговая задолженность ООО «Гудман-ВЭД» на сумму 51 035 406 руб. 42 коп. (в том числе 31 183 237 руб. 29 коп. недоимка, 15 264 811 руб. 13 коп. пени, 4 587 358 руб. штрафы) признана безнадежной к взысканию и списана.

Кроме того, ООО «Гудман-ВЭД» привлечено к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 1 859 руб. 40 коп. на основании решения № 54373 от 27.07.2018.

Учитывая наличие налоговой задолженности, возникшей по результатам выездной и камеральной налоговых проверок, уполномоченный орган, не обращаясь вновь с заявлением о банкротстве ООО «Гудман-ВЭД», в связи с прекращением производства по делу о банкротстве ООО «Гудман-ВЭД» по иной указанной налоговой задолженности, при этом, ссылаясь на обстоятельства, установленные в рамках выездной налоговой проверки, на основании пункта 4 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее по тексту Закон о

банкротстве), обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании с Гасюка А.В. убытков в размере 58 430 422 рублей 77 копеек, представляющих собой сумму непогашенных ООО «Гудман-ВЭД» налогов и взносов, а также начисленных пеней и штрафов, в том числе: 37 636 348 руб. 62 коп. основной долг, 16 204 478 руб. 75 коп. пени, 4 589 217 руб. 40 коп. штрафы.

Согласно пункту 1 и подпункту второму пункта 3 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным главой III.2 данного Федерального закона.

Требование, предусмотренное пунктом 1 указанной статьи, также может быть предъявлено конкурсными кредиторами или уполномоченными органами в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В случае, предусмотренном пунктом 3 указанной статьи, лицо, заявление которого о банкротстве должника было возвращено, кредиторы в деле о банкротстве, производство по которому было прекращено в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, вправе обратиться с исковым заявлением о взыскании в свою пользу с указанных в пункте 1 названной статьи лиц убытков, причиненных по их вине должнику, в сумме, не превышающей размера требований такого кредитора к должнику (пункт 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве).

То есть, при рассмотрении заявления о привлечении к ответственности вне рамок дела о банкротстве взыскание производится судом в пользу предъявившего требование конкурсного кредитора в размере причиненных должнику убытков, но не более суммы требования кредитора, установленного в рамках прекращенного дела о банкротстве.

Аналогичная позиция содержится в абзаце 2 пункта 69 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве».

Задолженность, взысканная с юридического лица, может быть предъявлена к взысканию с контролирующих его лиц либо в порядке привлечения к субсидиарной ответственности (статья 61.19 Закона о банкротстве), либо в порядке взыскания убытков (статья 61.20 Закона о банкротстве).

В рамках настоящего дела уполномоченный орган обратился с заявлением о взыскании убытков с руководителя ООО «Гудман-ВЭД».

Положениями статьи 15 ГК РФ предусмотрено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пункте 3 статьи 53 ГК РФ установлено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Такую же обязанность несут члены коллегиальных органов юридического лица (наблюдательного или иного совета, правления и т.п.).

В соответствии с пунктом 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в абзацах втором-четвертом пункта 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

Согласно пункту 2 постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации;

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации;

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.) (пункт 3 постановления № 62).

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством. В связи с этим в случае привлечения юридического лица к публично-правовой ответственности (налоговой, административной и т.п.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора понесенные в результате этого убытки юридического лица могут быть взысканы с директора (пункт 4 постановления Пленума № 62).

Следовательно, обстоятельствами, подлежащими доказыванию в рамках заявленных требований и совокупность которых необходима для удовлетворения требования о взыскании убытков являются: факт причинения убытков, недобросовестное (неразумное) поведение руководителя общества при исполнении своих обязанностей, причинно-следственная связь между ненадлежащим исполнением обязанностей и причиненными убытками.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимной связи, судом установлено, что представленным в материалы дела вступившим в законную силу решением инспекции от 07.12.2018 № 8/1 за период с 01.01.2014 по 31.12.2016 установлены следующие факты в отношении хозяйственной деятельности ООО «Гудман-ВЭД»:

- завышения расходов на общую сумму 60 114 857 рублей 27 копеек (контрагент ООО «Таймекс-М» – 44 477 298 рублей 45 копеек, контрагент ООО «Лига» – 5 618 522 рубля

76 копеек, контрагент ООО «Транско» – 6 650 481 рубль 36 копеек, контрагент ООО «Гермес» – 3 368 554 рубля 70 копеек);

- неправомерного применения налоговых вычетов по НДС с использованием недобросовестных контрагентов за 1, 2, 3, 4 кварталы 2014 года в сумме 17 595 522 рубля (контрагент ООО «Таймекс-М» на сумму 7 777 100 рублей; контрагент ООО «Дельта» на сумму 8 440 720 рублей, контрагент ООО «Транско» на сумму 1 377 732 рубля, за 2, 3, 4 кварталы 2015 года в сумме 1 198 354 рубля (контрагент ООО «Таймекс-М» на сумму 228 814 рублей, контрагент ООО «Лига» на сумму 508 655 рублей, контрагент ООО «Гермес» на сумму 460 886 рублей), за 1 квартал 2016 года в сумме 502 719 рублей (контрагент ООО «Лига» на сумму 502 719 рублей);

- не перечисления в срок, предусмотренный пунктом 6 статьи 226 НК РФ, сумм НДФЛ, удержанного в 2015, 2016 годах, в нарушение подпункта 7 пункта 1 статьи 223 НК РФ;

- не удержания и (или) не перечисления налоговым агентом НДФЛ при получении налогоплательщиком дохода в виде материальной выгоды от экономии на процентах в сумме 67 295 рублей.

По результатам проведенных в отношении указанных контрагентов мероприятий налогового контроля налоговый орган установил, что сведения, указанные в первичных бухгалтерских документах, не содержат достоверной информации (подписи в первичных документах не принадлежат руководителю организации, сами руководители свою причастность к финансово-хозяйственной деятельности организации отрицают, организации по месту регистрации не находятся), по требованию налогового органа контрагенты заявителя документы не представляют, отчетность представлялась с минимальными показателями либо не представляется вовсе, расходная часть приближена к доходной, в штатах организаций сотрудники, получающие заработную плату, отсутствуют, имущество, необходимое для осуществления предпринимательской деятельности, в том числе и по спорным операциям, отсутствует, организации не несет реальных расходов на осуществление предпринимательской деятельности.

Учитывая изложенное, инспекция пришла к выводу, что сделки между ООО «Гудман-ВЭД» и ООО «Таймекс», ООО «Лига», ООО «Транско», ООО «Гермес», ООО «Дельта», носят формальный характер, данные организации не являлись поставщиками заявленных оборудования (иных товаров) и услуг.

Таким образом, в ходе проведения выездной налоговой проверки установлены обстоятельства совершения руководителем общества «Гудман-ВЭД» ФИО1 недобросовестных действий, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, по участию в схеме уклонения от налогообложения, а именно в завышении суммы налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость с использованием «фирмы-однодневки» с целью получения необоснованной налоговой выгоды.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что неуплата налогов должником стала следствием неправомерных действий ответчика, установленных вступившим в силу решением уполномоченного органа.

Вместе с тем, налоговый орган, установив невозможность принудительного взыскания данной задолженности, с заявлением о признании ООО «Гудман-ВЭД» банкротом по данной налоговой задолженности не обратился, как того требуют положения пункт 4 статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Возражая относительно необходимости обращения с заявлением о банкротстве общества по задолженности, возникшей в рамках проведения камеральной и выездной проверок, уполномоченный орган сослался на дело о банкротстве ООО «Гудман-ВЭД», возбужденное на основании задолженности по представленным налогоплательщиком декларациям и прекращенное в связи с отсутствием финансирования.

Кроме того, по мнению налогового органа, необходимость повторного возбуждения дела о банкротстве отсутствует, поскольку в случае введения процедуры

банкротства в отношении ООО «Гудман-ВЭД» задолженность подлежала бы включению в реестр требований кредиторов.

Вместе с тем, суд считает необходимым отметить следующее.

Согласно пункту 10 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016 (далее - Обзор от 20.12.2016), в случае предъявления уполномоченным органом требований в отношении обязательных платежей, суд проверяет, представлены ли в подтверждение этих требований достаточные доказательства наличия и размера задолженности по обязательным платежам.

Требование уполномоченного органа об установлении в деле о банкротстве задолженности по обязательным платежам признается судом необоснованным, если возможность принудительного взыскания этой задолженности к моменту введения первой процедуры банкротства утрачен (пункт Обзора от 20.12.2016).

Судебная практика признает, что регламентация сроков взыскания налогов, равно как и сроков проведения налоговых проверок, имеет общие итоговые цели, поскольку направлена на достижение равновесия интересов участников отношений, регулируемых законодательством о налогах и сборах, на обеспечение правовой определенности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2021 № 307-ЭС21- 2135).

Само по себе нахождение налогоплательщика в процедуре банкротства не отменяет установленных законодательством предельных сроков судебного взыскания задолженности (применительно к налогоплательщику-банкроту - сроков для признания требований обоснованными).

Как следует из материалов дела исполнительные производства по взысканию налоговой задолженности, возникшей по результатам камеральной и налоговой проверок, окончены судебным приставом-исполнителем постановлениями от 28.12.2018 и, соответственно, от 28.06.2019. Сведения о возобновлении исполнительных производств в материалы дела не представлены.

В соответствии с частью 6.1 статьи 21 Закона об исполнительном производстве оформленные в установленном порядке акты органов, осуществляющих контрольные функции, о взыскании денежных средств без приложения документов, указанных в части 6 настоящей статьи, могут быть предъявлены к исполнению в течение шести месяцев со дня их вынесения.

В силу части 1 статьи 46 Закона об исполнительном производстве, исполнительный документ, по которому взыскание не производилось или произведено частично, возвращается взыскателю в том числе, если у должника отсутствует имущество, на которое может быть обращено взыскание, и все принятые судебным приставом-исполнителем допустимые законом меры по отысканию его имущества оказались безрезультатными. Возвращение взыскателю исполнительного документа не является препятствием для повторного предъявления исполнительного документа к исполнению в пределах срока, установленного статьей 21 данного Закона.

То есть, по возвращении судебным приставом-исполнителем без исполнения постановлений о взыскании задолженности по обязательным платежам, страховых взносов за счет имущества налогоплательщика, уполномоченный орган в течение 6 месяцев должен был вновь направить эти постановления на исполнение судебному приставу. Непринятие таких мер влечет утрату уполномоченным органом права на принудительное взыскание налога и пени с налогоплательщика.

Таким образом, на момент обращения уполномоченного органа с настоящим заявлением возможность принудительного взыскания указанной налоговой задолженности была утрачена.

Кроме того, налоговый орган, признавая указанную задолженность безнадежной к взысканию произвел ее списание (с учетом дополнительно начисленных пеней) на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации, в соответствии с которым безнадежными к взысканию признаются недоимка, задолженность по пеням и штрафам, числящиеся за отдельными налогоплательщиками, плательщиками сборов и налоговыми агентами, уплата и (или) взыскание которых оказались невозможными в случае принятия судом акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, задолженности по пеням и штрафам в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе вынесения им определения об отказе в восстановлении пропущенного срока подачи заявления в суд о взыскании недоимки, задолженности по пеням и штрафам.

Согласно пункту 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» от 30.07.2013 № 57 (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 № 57) по смыслу положений статьи 44 Налогового кодекса Российской Федерации утрата налоговым органом возможности принудительного взыскания сумм налогов, пеней, штрафа, то есть непринятие им в установленные сроки надлежащих мер ко взысканию, сама по себе не является основанием для прекращения обязанности налогоплательщика по их уплате и, следовательно, для исключения соответствующих записей из его лицевого счета.

Согласно взаимосвязанному толкованию норм подпункта 5 пункта 3 статьи 44 и подпункта 4 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации исключение соответствующих записей из лицевого счета налогоплательщика возможно только на основании судебного акта, в соответствии с которым налоговый орган утрачивает возможность взыскания недоимки, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания, в том числе в случае отказа в восстановлении пропущенного срока подачи в суд заявления о взыскании этих сумм.

Вывод об утрате налоговым органом возможности взыскания налогов, пеней, штрафов в связи с истечением установленного срока их взыскания может содержаться в судебном акте по любому налоговому делу, в том числе и в мотивировочной части акта. Соответствующие записи должны быть исключены налоговым органом из лицевого счета налогоплательщика немедленно после вступления такого судебного акта в силу.

При толковании подпункта 4 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации судам необходимо исходить из того, что инициировать соответствующее судебное разбирательство вправе не только налоговый орган, но и налогоплательщик, в том числе путем подачи в суд заявления о признании сумм, возможность принудительного взыскания которых утрачена, безнадежными к взысканию и обязанности по их уплате прекращенной. Аналогичное мнение высказал Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 26.05.2016 N 1150-О.

Институт признания налоговой задолженности безнадежной к взысканию предполагает существование юридических или фактических препятствий к реальному исполнению обязанности по уплате налогов (пени, штрафов). Списание задолженности как безнадежной означает, что применение мер, направленных на принудительное исполнение налоговой обязанности является невозможным, в связи с чем задолженность исключается из лицевого счета налогоплательщика и более не может выступать предметом взыскания.

В силу подпункта 4.3 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации безнадежными к взысканию признаются недоимка, задолженность по пеням и штрафам, числящиеся за отдельными налогоплательщиками, плательщиками сборов, плательщиками страховых взносов и налоговыми агентами, уплата и (или) взыскание

которых оказались невозможными в случае принятия судом акта о возвращении заявления о признании должника банкротом или прекращении производства по делу о банкротстве в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве.

В Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 24.04.2019) разъяснено, что согласно подпункту 4.3 пункта 1 статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации принятие судом в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, определения о возвращении заявления уполномоченного органа о признании организации-должника банкротом или о прекращении производства по делу о банкротстве, возбужденному по заявлению уполномоченного органа, является самостоятельным основанием для признания недоимки, задолженности по пеням и штрафам безнадежными к взысканию. Для списания задолженности по указанному основанию не требуется устанавливать каких-либо дополнительных обстоятельств.

В пункте 32 постановления № 53 разъяснено, что списание кредитором задолженности в рамках своей учетной политики, например списание уполномоченным органом в порядке статьи 59 Налогового кодекса Российской Федерации задолженности должника по обязательным платежам в связи с его ликвидацией или исключением из государственного реестра, списание кредитной организацией безнадежной задолженности должника по ссудам, само по себе не является препятствием для последующей подачи заявления о привлечении лица, контролирующего должника, к ответственности по таким списанным обязательствам и не может служить единственным основанием для исключения списанной задолженности из общего размера ответственности контролирующего лица.

Как следует из разъяснений, содержащихся в Обзоре № 3 (2019) обязанность по уплате конкретного налога возлагается на налогоплательщика с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога, и по общему правилу прекращается с уплатой налога (подпункты 2 и 3 статьи 44 Налогового кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений указанных норм права и разъяснений по их применению, оценив доводы сторон и представленные в их обоснование доказательства, установив факт добровольного списания налоговым органом задолженности согласно справке о суммах недоимки и задолженности по пеням, штрафам и процентам, взыскание которых невозможно, суд пришел к выводу о невозможности признания заявленного уполномоченным органом требования в части налоговой задолженности по выездной и камеральной налоговым проверкам о включении в реестр требований кредиторов обоснованным, вопреки доводам уполномоченного органа.

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу о необходимости обращения уполномоченного органа арбитражный суд со вторым заявлением о банкротстве ООО «Гудман-ВЭД», при этом, возможность ненаправления налоговым органом исполнительного документа судебному приставу-исполнителю повторно возможно лишь при своевременном направлении в суд заявления о признании должника банкротом.

Как указал уполномоченный орган, в состав сумм налоговой задолженности по первому заявлению не вошли суммы недоимок, пеней и штрафов, начисленные по результатам проверок.

С учетом изложенного возможность применения налоговым органом трехгодичного срока исковой давности, исчисляемого с даты прекращения исполнительного производства или с даты обращения с первым заявлением о банкротстве общества, для обращения в суд с заявлением о взыскании с ФИО1

убытков, минуя процедуру обращения с заявлением о банкротстве общества, основано на неверном толковании норм права.

В соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации лицом, ответственным за неуплату налогов и сборов в бюджет, является, как правило, сам налогоплательщик, возложение каких-либо налоговых обязанностей или налоговой ответственности на иных лиц (например, налоговых агентов) возможно лишь в силу прямого указания закона. Применительно к налогоплательщику - организации это означает, что совершившей собственно налоговое правонарушение признается именно организация как юридическое лицо, которое может быть привлечено к ответственности, предусмотренной налоговым законодательством.

Что касается ответственности учредителей, руководителей, работников организации-налогоплательщика и иных лиц за неуплату организацией налогов и сборов, то Налоговый кодекс Российской Федерации не устанавливает ее в качестве общего правила: взыскание с указанных физических лиц налоговой недоимки и возложение на них ответственности по долгам юридического лица - налогоплательщика перед бюджетом допускаются лишь в случаях, специально предусмотренных налоговым и гражданским законодательством.

Такое законодательное решение обусловлено тем, что размер налоговой обязанности налогоплательщика - организации рассчитывается исходя из показателей ее предпринимательской деятельности, принадлежащего ей имущества, обособленного от имущества ее учредителей и участников, и тому подобное, переложение же налоговой обязанности организации на иных лиц без учета их причастности к хозяйственной деятельности данной организации и (или) влияния на ее действия неизбежно привело бы к нарушению принципов соразмерности, пропорциональности и равенства налогообложения и тем самым - к нарушению конституционного баланса частных и публичных интересов (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 08.12.2017 N 39-П).

Сумма недоимки обусловлена необходимостью исполнения юридическим лицом как налогоплательщиком обязанности по уплате налога, исчисленного в соответствии с законодательством о налогах и сборах; при этом возникновение обязанности по уплате налога не зависит от действий директора.

Таким образом, при наличии допущенных налогоплательщиком нарушений по уплате обязательных платежей ответственность несет хозяйствующий субъект, без права отнесения вины на единоличный исполнительный орган общества.

Аналогичный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 14.10.2020 № 306-ЭС20-14474, от 18.02.2021 № 306-ЭС20- 24052.

Учитывая изложенное, руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, суд полагает, что налоговая задолженность по представленным декларациям в общем размере 7 383 558 руб. 83 коп., из которых 6 432 053 руб. 81 коп. основной долг, 940 045 руб. 62 коп. пени и 11 459 руб. 40 коп. штрафы, не может расцениваться как убытки общества согласно смыслу дефиниции убытков по статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку при обычном течении хозяйственной деятельности обязанность по уплате соответствующих налогов возникла и была бы сохранена.

В части довода ответчика о пропуске налоговым органом срока исковой давности в части требования на сумму 7 383 558 руб. 83 коп. суд исходит из следующего.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» разъяснено, что согласно пункту 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется

только по заявлению стороны в споре, которая в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несет бремя доказывания обстоятельств, свидетельствующих об истечении срока исковой давности (пункт 10).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 21 Обзора судебной практики Верховного Суда РФ № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 04.07.2018 (далее – Обзор от 04.07.2018), согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ срок исковой давности по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности, по общему правилу, начинает течь с момента, когда кредитор, обладающий правом на подачу заявления, узнал или должен был узнать о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности – о совокупности следующих обстоятельств: о лице, контролирующем должника (имеющем фактическую возможность давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия), неправомерных действиях (бездействии) данного лица, причинивших вред кредиторам и влекущих за собой субсидиарную ответственность, и о недостаточности активов должника для проведения расчетов со всеми кредиторами. При этом в любом случае течение срока исковой давности не может начаться ранее возникновения права на подачу в суд заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, то есть не может начаться ранее введения процедуры конкурсного производства.

Аналогичные разъяснения изложены в пункте 59 Постановления № 53.

Законом № 488-ФЗ в пункт 5 статьи 10 Закона о банкротстве внесены изменения, согласно которым заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 статьи 10 Закона о банкротстве, может быть подано в течение трех лет со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Согласно статье 4 Закона № 488-ФЗ положения пунктов 5 – 5.4, 5.6 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции указанного Закона применяются к поданным после 01.07.2017 заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности или заявлениям о привлечении контролирующих должника лиц к ответственности в виде возмещения убытков.

Таким образом, вне зависимости от того, какое правовое основание для привлечения к субсидиарной ответственности подлежит установлению судом в данном споре (статья 10 либо статья 61.11 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), срок на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности составляет три года со дня, когда лицо, имеющее право на подачу такого заявления, узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Учитывая изложенное, рассмотрев все заявленные доводы и возражения на них, исследовав все представленные сторонами настоящего дела документы и доказательства в их взаимосвязи и совокупности, суд пришел к выводу, что налоговым органом не доказаны умышленные действия контролирующего должника лица, в результате которых общество не смогло оплатить налоговую задолженность по представленным налоговым декларациям.

Судебные расходы не распределяются, так как в силу подпункта 1.1 пункта 1 статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации уполномоченный орган освобожден от уплаты государственной пошлины.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

решил:

в иске Федеральной налоговой службы России о взыскании с ФИО1 убытков в размере 58 430 422 руб. 77 коп. отказать.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Е.А. Киричевская

Электронная подпись действительна.Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 09.06.2023 2:01:00

Кому выдана Киричевская Елена Анатольевна