АРБИТРАЖНЫЙ СУД
ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
город Тюмень Дело № А45-10933/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 10 декабря 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объёме 12 декабря 2025 года.
Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:
председательствующего Доронина С.А.,
судей Ишутиной О.В.,
ФИО1 -
рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием средств веб-конференций при ведении протокола помощником судьи Половниковой Ю.С. кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 03.06.2025 (судья Прибыткова М.С.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2025 (судьи Фролова Н.Н., Дубовик В.С., Сбитнев А.Ю.) по делу № А45-10933/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (ИНН <***>; далее - должник), принятые по заявлению ФИО3 (ИНН <***>) о процессуальном правопреемстве - замене кредитора Банка ЗЕНИТ (публичное акционерное общество) (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее - банк) его правопреемником.
В судебном заседании посредством использования системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн заседания) приняли участие: ФИО3, представители: ФИО2 – ФИО4 по доверенности от 14.09.2023, Банка ЗЕНИТ (публичное акционерное общество) – ФИО5 по доверенности от 09.10.2025.
Суд
установил:
в рамках дела о банкротстве ФИО2 ФИО3 обратилась в арбитражный суд с заявлением о процессуальной замене кредитора - банка его правопреемником - ФИО3
Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 03.06.2025 в порядке процессуального правопреемства произведена замена взыскателя кредитора (банка) на ФИО3 в правоотношении, установленном решением суда от 20.06.2023.
Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2025 определение суда от 03.06.2025 изменено в части суммы уступленного права требования с учётом частичного гашения требований в реестре требований кредиторов должника (далее – реестр).
В кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда от 03.06.2025 и постановление апелляционного суда от 19.09.2025 отменить, обособленный спор
направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Доводы, изложенные в кассационной жалобе должника, сводятся к тому, что судами не исследованы вопросы о совместном поручительстве по обязательствам банка, аффилированности правопреемника и сопоручителей.
По мнению кассатора, ФИО3 действует непосредственно в интересах семьи Д-вых, являющихся сопоручителями, в целях их ухода по погашению кредитных обязательств с переложением всего объёма долга на других сопоручителей.
Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе, дополнениях и отзывах на неё, выслушав объяснение лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) законность обжалуемых судебных актов, суд округа не находит оснований для их отмены.
Из материалов обособленного спора следует и судами установлено, что решением суда от 20.06.2023 в отношении ФИО2 введена реализация имущества гражданина, утверждён финансовый управляющий; признаны обоснованными, включены третью очередь реестра требования банка в сумме 17 053 593,43 руб. – основной долг и проценты, 1 976 042,27 рублей – неустойка.
Между банком (цедент) и ФИО3 (цессионарий) заключён договор уступки права требования (цессии) от 31.01.2025 № 162 (далее - договор уступки), по условиям которого цедент уступил цессионарию права (требования) по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Уралсиб» (ИНН <***>; исключён из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 12.04.2021; далее - заёмщик), вытекающим из кредитного договора от 14.07.2014 № 010/34/УРС, заключённого между цедентом и заёмщиком, поручителями которого являлись: общество с ограниченной ответственностью «Уралсиб-Нева» (ИНН <***>; исключён из ЕГРЮЛ 27.12.2021), ФИО6, ФИО7, ФИО2, ФИО8 по цене 4 000 000 руб.
Платёжным поручением от 31.01.2025 № 885349 ФИО3 в пользу банка произведена оплата в размере, предусмотренном договором уступки.
Ссылаясь на состоявшееся правопреемство в материальном правоотношении ФИО3 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.
Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции, установив факт произведённой оплаты за уступленное право, наличие финансовой возможности цессионария, пришёл к выводу о состоявшемся правопреемстве в материально-правовых отношениях сторон.
Апелляционный суд, изменяя определение суда первой инстанции, согласившись с выводами о наличии оснований для удовлетворения заявления о процессуальном правопреемстве, установил частичное погашение задолженности перед кредитором в ходе реализации имущества должника, а также в рамках дела № А45-6571/2023 о несостоятельности (банкротстве) ФИО8 (сопоручитель), в связи с чем пришёл к выводу о переходе к ФИО3 права требования к ФИО2 в сумме 16 486 880,34 руб.
Суд округа считает, что судами по существу приняты правильные судебные акты.
Положения статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не исключают замену конкурсного кредитора, требования которого включены в реестр требований кредиторов должника, в порядке процессуального правопреемства на основании статьи 48 АПК РФ.
Согласно части 1 статьи 48 АПК РФ в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (уступка требования и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны её правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.
В соответствии с положениями части 3 статьи 48 АПК РФ замена лица в материальном правоотношении влечёт за собой также правопреемство в реализованных первоначальным кредитором либо должником процессуальных правах.
Из указанной нормы следует, что процессуальное правопреемство означает переход процессуальных прав и обязанностей от одного субъекта соответствующего материального правоотношения к другому, что влечёт занятие правопреемником процессуального статуса правопредшественника.
Поскольку процессуальное правопреемство обусловлено правопреемством в материальном правоотношении, суд должен оценить доказательства, подтверждающие наличие оснований для правопреемства, на предмет их соответствия требованиям материального права.
В силу пунктов 1, 2 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона, и для перехода к другому лицу прав кредитора не требуется согласие должника, если иное не предусмотрено законом или договором.
Согласно пункту 1 статьи 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону или договору.
Если иное не предусмотрено законом (договором), право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объёме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, и другие связанные с требованием права, в том числе, право на неуплаченные проценты (статья 384 ГК РФ).
Замена выбывшей стороны её правопреемником в арбитражном судебном процессе возможна в том случае, если правопреемство произошло в материальном правоотношении, что необходимо подтвердить в соответствии со статьями 65, 67, 68 АПК РФ относимыми и допустимыми доказательствами лицу, заявившему о правопреемстве.
В данном случае право требования к должнику приобретено у независимого мажоритарного кредитора (банка), чьи требования включены в реестр требований кредиторов должника, не являющегося аффилированным с должником лицом
и обладающего правом требования к последнему на основании вступивших в законную силу судебного акта (решение суда от 20.06.2023).
Факт оплаты цессионарием приобретаемых прав требования в полном объёме подтверждён документально, уступка права произведена в соответствии с нормами действующего законодательства, договор уступки недействительным не признан (определением Арбитражного суда Новосибирской области 28.03.2025 по делу настоящему делу, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 02.06.2025, в удовлетворении заявления ФИО9 о признании недействительным договора уступки от 31.01.2025 № 162. отказано).
По общему правилу замена кредитора в реестре не влечёт нарушения прав и законных интересов участвующих в деле лиц, поскольку объём обязательств несостоятельного должника остаётся неизменным, что согласуется с приведённым в определении Верховного Суда Российской Федерации от 14.06.2016 № 306-ЭС16-299 правовым подходом, по смыслу которого требование о процессуальном правопреемстве не относится к требованиям по существу спора.
Исходя из разъяснений пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29.05.2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» суд не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчётности должника и т.д.
Кроме того, бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о пороках оплаты, в частности, погашении уступки за счёт иных сопоручителей, возлагается на лицо, возражающее против замены кредитора. В данном случае обозначенные должником предположения относимыми и допустимыми доказательствами не подтверждены.
Ясных и убедительных доказательств того, что ФИО3, выкупая право требования у банка действовала исключительно со злоупотребление правом, а не в собственных экономических интересах с целью получения имущественной выгоды (значительная разница в сумме права требования с ценой его приобретения), материалы дела не содержат.
В связи с доказанностью перехода субъективных прав и обязанностей в материальном правоотношении от банка к ФИО3 по основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (статья 48 АПК РФ), суды первой и апелляционной инстанций правомерно удовлетворили заявление ФИО3 о процессуальном правопреемстве.
Доводы кассатора о том, что ФИО3 действует непосредственно в интересах семьи Д-вых, являющихся сопоручителями по солидарным обязательствам перед банком по кредитному договору в целях ухода от долга
по кредитным обязательствам с переложением всего его объёма на других сопоручителей – семью В-вых, судом округа отклоняются.
Согласно статье 363 ГК РФ, с учётом разъяснений высшей судебной инстанции, приведённых в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве», основное обязательство может быть обеспечено поручительством одного или нескольких лиц.
Независимо от того, совместно или раздельно дано поручительство несколькими лицами, кредитор вправе требовать исполнения как от всех поручителей вместе, так и от любого из них в отдельности, притом, как полностью, так и в части долга, если иной порядок предъявления требования кредитором не установлен договорами поручительства (статья 323, пункт 1 статьи 363 ГК РФ).
Если из соглашения между со поручителями и кредитором не следует иное, поручители, давшие поручительство совместно и ограничившие свою ответственность перед кредитором, считаются обеспечившими основное обязательство каждый в своей части (пункт 3 статьи 363 ГК РФ).
По общему правилу, поручительство, данное несколькими лицами, является раздельным (пункт 14 Постановления № 45).
Если поручительство является раздельным, то в случае исполнения основного обязательства одним из лиц, раздельно давших поручительство, к нему в порядке суброгации переходят права кредитора, в том числе основанные на других поручительствах (пункт 1 статьи 365, пункт 2 статьи 367, статья 384 ГК РФ, абзац второй пункта 14 Постановления № 45). Суброгация является частным случаем перехода прав кредитора к другому лицу на основании закона (подпункт 3 пункта 1 статьи 387 ГК РФ).
Соответственно доводы должника о том, что ФИО3 приобрела право требование у банка исключительно с целью перераспределения обязательств семьи Д-вых на семью В-вых, являются несостоятельными, поскольку сведений об ограничении поручителей своей ответственности перед кредитором (определение доли каждого из сопоручителей) в материалы дела не представлено, следовательно, к исполнившему обязательства сопоручителю в порядке суброгации перейдут права кредитора.
Вопреки утверждениям кассатора, сама по себе аффилированность ФИО3 с семьёй Д-вых в условиях отсутствия доказательств оплаты цессии денежными средствами не цессионария не указывает на наличие оснований для отказа в процессуальном правопреемстве (определение Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593).
Довод должника о необходимости проведения процессуального правопреемства в сумме сложившейся из деления понесённых расходов ФИО3, связанных с исполнением обязательств по договору уступки (4 000 000 руб.) на количество поручителей (5) судом округа отклоняется, ввиду того, что в настоящем обособленном споре судами не разрешался вопрос включения требования в реестр соответственно правоприменительный подход, изложенный в определениях Судебной
коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2020 № 306-ЭС20-12066(1,2), от 09.06.2022 № 305-ЭС21-29686 и на которые кассатором указано в жалобе, не подлежит применению.
Ссылка должника на иную судебную практику также не может быть принята во внимание, поскольку она основана на обстоятельствах, отличных от обстоятельств настоящего обособленного спора.
В отсутствие в материалах дела достоверных и достаточных доказательств приобретения ФИО3 у банка права требования к должнику за счёт не цессионария, относимых и допустимых доказательств злоупотребления правом сторон договора уступки, отказ в замене кредитора может привести к необоснованному ограничению в распоряжении банком своим правом требования к ФИО2
Иные доводы подателя кассационной жалобы направлены на переоценку исследованных судами доказательств, установленных фактических обстоятельств, и сделанных на их основании выводов, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции (статья 286 АПК РФ).
Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом кассационной инстанции не установлено.
Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа
постановил:
определение Арбитражного суда Новосибирской области от 03.06.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2025 по делу № А45-10933/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО2 – без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Председательствующий С.А. Доронин
Судьи О.В. Ишутина
ФИО1