ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
25 декабря 2025 года
Дело № А33-8148/2023к4
г. Красноярск
Резолютивная часть постановления объявлена «18» декабря 2025 года.
Полный текст постановления изготовлен «25» декабря 2025 года.
Третий арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего: Яковенко И.В.,
судей: Чубаровой Е.А., Шадчиной Е.А.,
при ведении протокола судебного заседания ФИО1,
при участии в судебном заседании, находясь в помещении Третьего арбитражного апелляционного суда:
должника - ФИО2, паспорт;
от ФИО3: ФИО4, представителя по доверенности
от 03.04.2024, паспорт,
при участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседания):
конкурсного кредитора - ФИО5, паспорт;
финансового управляющего ФИО6, паспорт,
рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО3 и ФИО2
на определение Арбитражного суда Красноярского края от «23» июля 2025 года по делу № А33-8148/2023к4,
установил:
1. Существо оспариваемого судебного акта и доводы апелляционных жалоб.
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее – должник) определением Арбитражного суда Красноярского края от 23.07.2025 удовлетворены требования финансового управляющего ФИО6, признаны недействительными сделками договор об определении долей в праве общей собственности на квартиру и дарения доли в квартире от 01.12.2015, заключенные между ФИО2 и ФИО3, в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 24:50:0100443:2354, площадь 110,1 кв.м., применены последствия недействительности сделок в виде возврата в конкурсную массу квартиры, расположенную по адресу: <...>, кадастровый номер 24:50:0100443:2354, площадь 110,1 кв.м., взысканы с ФИО3 в конкурсную массу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 9 000 рублей.
Не согласившись с данным судебным актом, ФИО3 и ФИО2 (далее – заявители апелляционных жалоб) обратились в Третий арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами.
ФИО3 в апелляционной жалобе просит отменить оспариваемое определение полностью и разрешить вопрос по существу.
В апелляционной жалобе ФИО3 выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о наличии в ее поведении признаков недобросовестности; указывает, что ФИО3 и ФИО2 в связи с фактическим прекращением брачных (семейных) отношений пришли к взаимному согласию о разделе совместно нажитого имущества в соответствии с нормами Семейного кодекса Российской Федерации (алее – СК РФ). Заявитель апелляционной жалобы указывает, что при разделе общего имущества бывшие супруги исходили из стоимости имущества по состоянию на декабрь 2015 года.
Согласно доводам апелляционной жалобы ни одно из представленных ФИО3 письменных доказательств не получило оценки при вынесении судебного акта (в частности, патент на право применения патентной системы налогообложения, налоговая декларация). Заявитель апелляционной жалобы указывает, что судом первой инстанции не был исследован вопрос исполнительского иммунитета в соответствии со ст. 446 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).
ФИО2 в апелляционной жалобе просит отменить оспариваемое определение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего имуществом ФИО2 о признании сделки недействительной, указав следующие доводы:
- суд первой инстанции нивелировал судебные акты Арбитражного суда Красноярского края, принятые по результатам изучения деятельности ООО «Кастор» (финансовые и бухгалтерские документы), в отсутствие документов в настоящем деле;
- в отсутствие новых (иных) доказательств, суд первой инстанции на основании документов, полученных из дела о банкротстве ООО «Кастор», неправомерно пришел к выводу о преднамеренном банкротстве ООО «Кастор» (процедура конкурсного производства с 29.06.2016 по 22.03.2023);
- судом первой инстанции не проведена оценка доказательств, исследование доказательств проведено ограниченно и посредственно;
- факт совершения сделок с целью исключения применения ст. 61.2 Закона о банкротстве при оспаривании сделок не подтвержден материалами дела.
В апелляционной жалобе ФИО2 также выражает несогласие с выводами суда первой инстанции о совместном проживании и ведении общего хозяйства бывшими супругами.
Со ссылкой на возражения финансового управляющего относительно проведения судебной экспертизы по установлению даты возведения объектов недвижимости в
д. Минино, а также на представленные в материалы дела доказательства - технические паспорта земельных участков, должник указывает, что объекты недвижимого имущества были построены в период после июля 2016 года.
Заявитель апелляционной жалобы указывает, что при рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции не устанавливал, чьи денежные средства находятся на расчетном счете (срочный банковский вклад «Лидер» открыт на имя ФИО3, дата заключения договора 19.02.2015), в то время как, в ходе судебного заседания ФИО2 сообщал суду о том, что денежные средства ему не принадлежали и не принадлежат, о данном счете он узнал в 2016 году.
Должник указывает, что выводы суда первой инстанции противоречат материалам дела. В частности, при выводе суда о заключении между должником и ответчиком 12.12.2015 договора дарения, данный договор в материалах дела отсутствует.
В дополнительно представленных в материалы дела пояснениях должник указывает, что судом первой инстанции не принят во внимание акт мониторинга от 25.03.2016, проигнорировано наличие оборота денежных средств по счету ООО «Кастор». Заявитель апелляционной жалобы полагает о нарушении судом первой инстанции правил судебного процесса, поскольку суд сделал вывод о недействительности всех до настоящего времени рассматриваемых сделок в рамках дела о банкротстве.
Согласно отзыву финансового управляющего ФИО6 апелляционные жалобы подлежат оставлению без удовлетворения.
Приложенные к отзыву финансового управляющего новые доказательства - копии выписок из ЕГРН в отношении ФИО7, ФИО8 приобщены судом апелляционной инстанции к материалам дела, поскольку содержат сведения о фактах, входящих в предмет доказывания по настоящему обособленному спору.
Согласно отзывам конкурсного кредитора ИП ФИО9, уполномоченного органа оспариваемое определение подлежит оставлению без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Кредитором и уполномоченным органом в своих отзывах и дополнительно представленных пояснениях заявлен довод о том, что раздел имущества без уведомления кредиторов – не имеет юридического значения для таких кредиторов, сделки по такому разделу – недействительны, так как противоречат закону и нарушают права третьих лиц (п. 2 ст. 168 ГК РФ).
Сторонами неоднократно представлялись дополнительные пояснения на доводы друг друга.
Определениями Третьего арбитражного апелляционного суда от 11.09.2025, от 17.09.2025 апелляционные жалобы приняты к производству, судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб назначено на 08.10.2025. В соответствии со ст. 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебное заседание по рассмотрению апелляционных жалоб неоднократно откладывалось.
В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016 № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.
Тексты определений о принятии к производству апелляционных жалоб от 11.09.2025, от 17.09.2025, подписанных судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликованы в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/).
Таким образом, лица, участвующие в деле, и не явившиеся в судебное заседание, извещены о дате и времени судебного заседания надлежащим образом в порядке главы 12 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Ходатайства об отложении судебного разбирательства по причине невозможности явиться в судебное заседание в материалы дела не поступили.
При изложенных обстоятельствах в силу статей 121 - 123, части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд апелляционной инстанции признает лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб и рассматривает жалобы в отсутствие их представителей.
В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.
Определениями Третьего арбитражного апелляционного суда от 10.11.2025, от 17.12.2025 в составе суда были произведены замены. Окончательно состав суда сформирован следующим образом: председательствующий – Яковенко И.В., судьи: Чубарова Е.А., Шадчина Е.А.
Апелляционные жалобы рассматриваются в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).
2. Обстоятельства дела и выводы суда первой инстанции.
В настоящем деле финансовым управляющим заявлено об оспаривании договора об определении долей в праве общей собственности на квартиру и дарения доли в квартиры от 01.12.2015 (далее – договор), заключенного между ФИО2 и ФИО3, в отношении жилого помещения (квартиры), расположенного по адресу: <...>, кадастровый номер 24:50:0100443:2354, площадью 110,1 кв.м.
В обоснование заявления указано, что договор заключен должником с супругой в преддверие банкротства подконтрольной должнику организации, его заключение фактически привело к невозможности рассчитаться перед кредиторами организации, а впоследствии – должника в настоящем деле как контролирующего лица.
В качестве оснований для признания сделки недействительной названы положения статьи 10, статьи 168 ГК РФ, устанавливающие запрет злоупотребления правом. Заявителем по делу о банкротстве также указано на наличие в оспариваемой сделке признаков ничтожной по статье 170 ГК РФ.
Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ, суд первой инстанции в оспариваемом определении пришел к следующим выводам, которые заявителями апелляционных жалоб не оспариваются:
- договор заключен за пределами годичного и трехлетнего периода подозрительности, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве и не может быть оспорен по данным основаниям;
- действия должника по заключению оспариваемого договора направлены на реальную передачу ликвидного имущества супруге и оформлении на ней данного имущества, при этом само по себе дарение между физическими лицами не запрещено, что исключает применение положений статьи 170 ГК РФ.
Также суд первой инстанции в оспариваемом определении пришел к следующим выводам, с которыми не согласны заявители апелляционных жалоб:
- с учетом особенностей дела о банкротстве ФИО2 и его действий в оспариваемый период, данные действия имеют признаки злоупотребления правом в нарушение положений статьи 10, статьи 168 ГК РФ;
- в период заключения оспариваемой сделки должником осуществлялась подготовка к банкротству общества «Кастор», оспариваемая сделка была совершена в целях недопущения обращения взыскания на личные активы должника по настоящему делу;
- несмотря на расторжение ФИО2 и ФИО3 брака 26.05.2016, из представленных финансовым управляющим доказательств следует последующее близкое взаимодействие супругов гораздо позднее дат, с которыми связано фактическое прекращение семейных отношений и ведение общего хозяйства;
- бывшие супруги ФИО10 продолжали совместное хозяйство и помогали друг другу при ведении бизнеса как минимум до августа 2021 года, факт работы ответчика в обществе «Кастор» и обществе «Поллукс» опровергает доводы о неосведомленности о незаконных действиях ответчика по выводу активов общества.
- целью деления имущества и передаче его в дар ответчику был не добросовестный раздел имущества между супругами, а передача супруге активов, которые находились под риском обращения взыскания по долгам кредиторов общества «Кастор» и ФИО2
3. Исковая давность применительно к требованиям о признании сделок недействительными.
Истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (абзац второй пункта 2 статьи 199 ГК РФ).
Если будет установлено, что сторона по делу пропустила срок исковой давности и не имеется уважительных причин для восстановления этого срока, то при наличии заявления надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в удовлетворении требования только по этим мотивам, без исследования иных обстоятельств дела (пункт 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности").
Как установлено статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.
В соответствии с пунктом 1 статьи 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Согласно действующей в настоящее время редакции пункта 1 статьи 181 ГК РФ при предъявлении иска лицом, не являющимся стороной сделки, течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. Десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК РФ (в редакции настоящего Федерального закона), начинают течь не ранее 1 сентября 2013 года.
При этом в пункте 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве закреплено, что заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе, при этом годичный срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривании сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом.
Законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно имело реальную возможность узнать о нарушении права.
Пункт 1 статьи 181 ГК РФ предусматривает два вида срока исковой давности: объективный - 10 лет, который исчисляется с момента исполнения сделки и субъективный (для лица, не являющегося стороной сделки) – 3 года, который исчисляется с момента, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения; статья 61.9 Закона о банкротстве предусматривает годичный срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.
По смыслу пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина у финансового управляющего возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.
Оспариваемый договор заключен 01.12.2015.
Руководствуясь вышеизложенным нормативно-правовым регулированием, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что объективный срок исковой давности подлежит исчислению с 01.12.2015 и истек 01.12.2025, т.е. объективный срок исковой давности финансовым управляющим не пропущен.
Как установлено судом первой и судом апелляционной инстанций, резолютивная часть определения о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов вынесена 06.07.2023, настоящее заявление направлено финансовым управляющим 09.11.2023 – в пределах годичного срока, следовательно, субъективный годичный срок исковой давности также не пропущен.
Обосновывая заявленные доводы о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности, должник и ответчик при рассмотрении настоящего спора в суде первой инстанции ссылались на невозможность оспаривания финансовым управляющим сделки по общегражданским основаниям, поскольку указанные заявителем обстоятельства охватываются диспозицией п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. В апелляционных жалобах какие-либо доводы о неверном выводе суд первой инстанции о соблюдении финансовым управляющим объективного и субъективного сроков исковой давности не содержится, в то же время ответчики повторно ссылаются на невозможность оспаривания договора в соответствии с положениями статей 10 и 168 ГК РФ. Указанные доводы должника и ответчика подлежат оценке судом апелляционной инстанции в настоящем постановлении.
Относительно же срока исковой давности применительно к требованию финансового управляющего о признании сделки недействительной, суд апелляционной инстанций пришел к выводу о том, что финансовый управляющий своевременно реализовал право на судебную защиту, ни объективный, ни субъективный сроки исковой давности финансовым управляющим в данном случае не пропущены.
4. Предмет доказывания по делу, проверка обоснованности заявления финансового управляющего.
Повторно исследовав представленные в материалы дела доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.
В силу частей 1, 2 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств в их взаимной связи и совокупности.
Согласно части 1 статьи 268 АПК РФ при рассмотрении дела в порядке апелляционного производства суд по имеющимся и дополнительно представленным доказательствам повторно рассматривает дело, что предполагает право апелляционного суда на переоценку доказательств по делу.
4.1. Нормативно-правовое регулирование недействительности сделок по общегражданским основаниям, возможность оспаривания спорного договора по заявленным финансовым управляющим основаниям, распределение бремени доказывания.
Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).
В силу части 1 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).
В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.
В рассматриваемом случае позиция финансового управляющего по существу сводилась к тому, что в условиях падения финансовых показателей общества «Кастор» и совершения ФИО2 в период с 05.01.2015 по 29.03.2016 целенаправленных действий по выводу активов общества, целью деления имущества и передаче его в дар ответчику был не добросовестный раздел имущества между супругами, а передача супруге активов, которые находились под риском обращения взыскания по долгам кредиторов общества «Кастор» и ФИО2
Как указал суд первой инстанции в оспариваемом определении, выбранная модель поведения позволила увеличить срок между заключением спорной сделки и возбуждением дела о банкротстве самого должника, поскольку дело о банкротстве ликвидируемого должника общества «Кастор», возбужденное по заявлению ФИО11 (ранее указывалось, что данное лицо с 29.02.2016 стало единственным участником общества «Лорем»), фактически завершено лишь в 2023 году, значительные активы, о которых указано ответчиком, так и не были обнаружены, дело завершено в отсутствие имущества и с непогашенным реестром требований кредиторов в размере более чем 400 млн. руб. В 2017 году обществом «Полукс» выкупаются права требования публичного акционерного общества «Сбербанк» к должнику как к поручителю по обязательствам более чем в 150 млн. руб.
В связи с вышеизложенным, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что возможность кредиторов обратиться с заявлением о банкротстве непосредственно ФИО2 на основании неисполнения судебного акта о привлечении к субсидиарной ответственности появилась уже после истечения всех сроков совершения подозрительных сделок, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве.
Согласно выводам суда первой инстанции, данные обстоятельства в совокупности с вышеизложенными незаконными действиями должника по выводу активов общества «Кастор» и личных, явно выходят за пределы диспозиции подозрительной сделки, описанной в статье 61.2 Закона о банкротстве.
Судебная коллегия поддерживает вышеуказанные выводы суда первой инстанции, на основании следующего.
Несмотря на то, что указанные пороки сделки формально укладываются в диспозицию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, судом первой инстанции верно установлено, что в условиях конкуренции норм о недействительности сделки, выявленные управляющим нарушения, выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
В пункте 1 статьи 10 ГК РФ предусмотрено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).
Для квалификации сделки в качестве ничтожной по основаниям, предусмотренным в статьях 10 и 168 ГК РФ, необходимо доказать либо сговор обоих участников сделки в целях совершения недобросовестных действий, либо осведомленность одной из сторон о недобросовестной цели сделки, имеющейся у другой стороны.
В пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 25) разъяснено, что, оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе, в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Из приведенных норм и разъяснений следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное на причинение вреда другому лицу или реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом добросовестных участников гражданского оборота.
Нарушение участниками гражданского оборота при заключении договора статьи 10 ГК РФ, выразившееся в злоупотреблении правом, отнесено законом к числу самостоятельных оснований для признания сделки недействительной.
По смыслу приведенных норм Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации для признания сделки недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.
Верховный Суд Российской Федерации в определении от 13.07.2018 по делу
№ А32-43610/2015 указал, что осуществляя проверку на фиктивность договорных отношений, суду следует исследовать, в том числе экономическую целесообразность заключения этих сделок.
Вывод активов должника путем оформления внешне правильно оформленных документов, происходит в случаях, когда у должника и ответчика имеется общий интерес обусловленный заинтересованностью по отношению друг к другу.
Согласно выработанной в судебной практике позиции аффилированность может носить не только юридический, но и фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475). Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.
В связи с чем, в деле о банкротстве должен быть применен более строгий стандарт доказывания, чем в обычном исковом производстве. При этом наличие в действиях стороны злоупотребления правом уже само по себе достаточно для удовлетворения сделки недействительной.
О недействительности сделки, по мнению финансового управляющего, свидетельствует то, что она совершена в обход закона, в целях аккумулирования имущества супругов исключительно на ФИО3 (далее – детях), тем самым, оставлении нажитого имущества в семье, исключая возможность для кредитора общества «Кастор» получить удовлетворение своих требований.
Учитывая степень вовлеченности в отношения, связанные со злоупотребление правом, и значительность причиненного оспариваемой сделкой вреда, принимая во внимание установленные далее в настоящем постановлении обстоятельства фиктивности прекращения семейных отношений, совершения сделки при наличии долгов у ФИО2, с противоправной целью, без уведомления кредиторов, которые следуют из представленных в материалы дела доказательств, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что совершение спорного договора было бы невозможно в отсутствие умысла должника и ответчика, а также совершения виновных действий в обход закона по выводу активов общества-банкрота.
На основании вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда первой инстанции о том, что в настоящем случае, спорный договор может быть признан недействительным по общегражданским основаниям в соответствии со ст. ст. 10, 168 ГК РФ, доводы должника и ответчика об обратном подлежат отклонению судебной коллегией.
Ссылка должника о неверном распределении судом первой инстанции бремени доказывания при рассмотрении настоящего обособленного спора не подлежит принятию судом апелляционной инстанции, поскольку в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 15.12.2014 по делу № 309-ЭС14-923 высказана позиция, по смыслу которой если лицо, оспаривающее совершенную со злоупотреблением правом сделку, представило достаточно серьезные доказательства и привело убедительные аргументы в пользу того, что стороны при ее заключении действовали недобросовестно, с намерением причинения вреда иным участникам оборота, на ответчиков переходит бремя доказывания того, что сделка совершена на обычных гражданско-правовых условиях, а не для причинения вреда кредитору путем воспрепятствования обращению взыскания на имущество и имущественные права по долгам.
При распределении бремени доказывания по настоящему спору суд апелляционной инстанции руководствуется разъяснениями, изложенными в абз. 3 пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 № 35 (ред. от 21.12.2017) «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», согласно которым предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.
Учитывая объективную сложность получения кредитором отсутствующих у него прямых доказательств дачи бенефициаром указаний относительно совершения тех или иных действий, направленных на выведение из оборота должника денежных средств, должны приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, анализ поведения вовлеченных в спорные отношения субъектов.
Поскольку при рассмотрении настоящего обособленного спора финансовым управляющим и кредитором, уполномоченным органом заявлены разумные сомнения и представлены убедительные доказательства для квалификации сделки как недействительной, то бремя опровержения указанных обстоятельств обосновано возложено судом первой инстанции на должника и ответчика.
4.2. Установление состава недействительности сделки в соответствии со ст. ст. 10, 168 ГК РФ.
Проверяя наличие оснований для признания сделки недействительной в соответствии с заявленными финансовым управляющим требованиями, судом первой, как и судом апелляционной инстанции, установлено следующее.
Должник ФИО2 и ответчик ФИО3 состояли в зарегистрированном браке с 19.04.1996, брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 64 в Октябрьском районе г. Красноярска по делу № 2-297/2016/69 от 21.04.2016 (вступило в силу 26.05.2016). Вступившим в законную силу судебным актом в качестве основания для расторжения брака указывается совместное заявление супругов, из решения следует, что общее хозяйство не ведется с 01.12.2015, брачные отношения фактически прекращены, причиной разрыва послужил межличностный конфликт. Также в судебном акте указано, что спора о разделе совместно нажитого имущества, иных возражений по расторжению брака не имеется.
На основании представленных Управлением Росреестра по Красноярскому краю материалов регистрационного дела, 01.12.2015 между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) заключен договор об определении долей в праве общей собственности на квартиру и дарения доля квартиры, в соответствии с пунктами 1, 4 которого определены доли в праве общей долевой собственности указанных лиц на квартиру, принадлежавшую им на праве общей собственности, со следующими характеристиками: <...>, с кадастровым номером: 24:50:010443:0000:04:401:002:000024240:0001:10074.
В соответствии с пунктами 6, 7 указанного договора ФИО2 безвозмездно передал в собственность ФИО3, а ФИО3 приняла принадлежащую ему на праве собственности ½ доли в праве общей долевой собственности на вышеуказанную квартиру.
Из ответа Управления Росреестра по Красноярскому краю следует, что с 10.12.2015 и по дату рассмотрения настоящего дела (28.11.2023 на основании определения о принятии обеспечительных мер внесена запись о запрете регистрации прав) права собственности в отношении спорного помещения зарегистрированы за ФИО3
Из документов, представленных финансовым управляющим, следует, что то же время в период с 01.12.2015 по 19.01.2016 аналогичным образом должник выделяет и передает в дар ответчику долю в праве общей собственности:
- на земельный участок с кадастровым номером: 24:11:0140401:502, пл. 1810 кв.м., расположенный по адресу: <...> уч. № 19;
- на земельный участок с кадастровым номером: 24:11:0140401:504, пл. 1811 кв.м., расположенный по адресу: <...>;
- на нежилое помещение (машиноместо) с кадастровым номером: 24:50:0100443:3062, пл. 22.10 кв.м., расположенное по адресу: <...>, бокс 39.
Впоследствии после приобретения права собственности на земельные участки ФИО3 оформляются права собственности на недвижимые объекты, возведенные на участках (30.09.2016 и 01.11.2016), в период с 04.12.2018 по 12.12.2018 гг. передаются в дар детям должника; реализуется супругой машиноместо (21.12.2020).
01.12.2015 должником также на счете ответчика размещается денежный вклад (по состоянию на 01.12.2015 сумма составила 1 396 671,94 руб.).
12.12.2015 между должником и ответчиком также заключается договор дарения автомобиля JEEP GRAND CHEROKEE LIMITED, 2013 г.в., бежевый 286 лс, VIN 1C4RJFBG0EC297116.
Кроме того, уже после расторжения брака в период с 29.10.2018 должник выделяет и передает в дар ответчику долю в праве собственности на квартиру с кадастровым номером: 24:50:0100231:1191, пл. 52,9 кв.м., расположенную по адресу: <...>, в которой проживал и был зарегистрирован длительное время.
При этом основанием для возбуждения настоящего дела о банкротстве и введения процедуры является привлечение ФИО2 к субсидиарной ответственности как лица, контролирующего деятельность юридического лица общества с ограниченной ответственностью «Кастор» (ИНН <***>, далее – общество «Кастор») определением от 26.12.2019 в деле № А33-7940-54/2016.
Определением от 19.07.2021 размер субсидиарной ответственности установлен в общей сумме 475 680 130,23 руб., произведена замена взыскателя-должника на уполномоченный орган по требованию о взыскании с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 42 261 765,26 руб., определением от 16.01.2023 произведена замена взыскателя-должника на ИП ФИО9 по требованию о взыскании с ФИО2 в порядке субсидиарной ответственности денежных средств в размере 433 418 364,97 руб. – заявителя по делу, в сумме 42 261 765,26 руб. – на ФНС России.
В настоящем деле из отчета финансового управляющего по состоянию на 05.11.2024 следует, что общий размер требований кредиторов третьей очереди ФИО2 составил 475 572 757,02 руб.
Как установлено в определениях от 13.07.2023 в деле А33-8148/2023, от 20.11.2023 в обособленном споре А33-8148-2/2023 требования ИП ФИО9, уполномоченного органа в общем размере 388 446 691,1 руб. – то есть, более чем 80 % включенных в реестр требований кредиторов, основаны на причинении должником как директором общества «Кастор» вреда его кредиторам.
ФИО2 в разные периоды являлся участником и руководителем общества «Кастор» (создано 27.01.1993), участником общества «Поллукс» (ИНН <***>), общества «Лорем» (ИНН <***>), которые были созданы 06.11.2014 ФИО2 (90%) совместно с ФИО7 (10%).
Однако 01.12.2015 – в дату заключения договора дарения, оспариваемого в рамках настоящего дела, проведено собрание участников ООО «Кастор», где были принято решение о распределении прибыли в размере 44 000 000 руб.: ФИО2 – 39 600 000 руб., ФИО7 – 4 400 000 руб.
16.12.2015 ФИО2 выходит из состава учредителей общества «Поллукс», 30.12.2015 из кассы общества «Кастор» ФИО2 выданы денежные средства в размере 34 450 000 руб., что установлено вышеназванным приговором по уголовному делу. 29.02.2016 ФИО2 выходит из состава учредителей общества «Лорем».
29.03.2016 ФИО2, как единственный учредитель общества «Кастор», принимает решение о ликвидации организации, 06.04.2016 в ЕГРЮЛ вносится запись о ликвидации в отношении общества «Кастор», 08.04.2016 в арбитражный суд подано заявление о банкротстве ликвидируемого юридического лица, заявитель – ФИО11 (ИНН <***>), который с 29.02.2016 стал единственным участником общества «Лорем». 04.05.2016 возбуждено производство по делу о банкротстве общества как ликвидируемого юридического лица, решением от 05.06.2016 открыто конкурсное производство, определением от 22.03.2023 процедура конкурсного производства завершена в отсутствие имущества, размер непогашенных требований кредиторов составил 469 695 039,77 руб., из проинвентаризированного имущества на сумму 220 208 581,23 руб. по факту обнаружено и реализовано на сумму 9 363 916,09 руб., денежные средства поступили в конкурсную массу не в полном объеме. 10.05.2023 в ЕГРЮЛ внесены сведения о прекращении деятельности юридического лица.
Как следует из материалов дела А33-7940/2016 процедура банкротства ООО Кастор была инициирована ФИО11 08.04.2016.
Вместе с тем, ФИО11 и ООО «КАСТОР» являлись аффилированными лицами. Единственным участником и ликвидатором ООО «КАСТОР» является ФИО2, который до 23.03.2016 являлся генеральным директором ООО «Лорем», где в свою очередь единственным участником является заявитель по настоящему делу - ФИО11 При этом ООО «Лорем» находится по адресу <...>, где ранее было зарегистрировано ООО «Кастор» (<...>). Основанием заявления ФИО11 о признании ООО «Кастор» банкротом являлась задолженность, подтвержденная решением Арбитражного суда Красноярского края от 23 ноября 2015 года по делу № А33-12966/2015, взысканная в пользу ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс». Впоследствии указанная задолженность была уступлена в пользу ФИО11, определением арбитражного суда от 11.03.2016 произведена замена ООО Управляющая компания Железнодорожного района г. Красноярска «Жилищно-коммунальный ресурс» на ФИО11 Заявителю по настоящему делу уступлены права требования к ООО «Кастор» в полном объеме, однако должник уже тогда находился в стадии ликвидации. Заявитель ходатайства считает, что цель получения экономической выгоды ФИО11 по указанной сделке отсутствует.
В дальнейшем заявитель по делу о банкротстве был заменен на правопреемника общество с ограниченной ответственностью «Сибирь-Мегасервис».
В ходе же рассмотрения дела о банкротстве общества «Кастор» вступившим в законную силу приговором Железнодорожного районного суда г. Красноярска от 14.08.2019 ФИО2 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 201 УК РФ «Злоупотребление полномочиями» (использование лицом, выполняющим управленческие функции в коммерческой или иной организации, своих полномочий вопреки законным интересам этой организации и в целях извлечения выгод и преимуществ для себя или других лиц либо нанесения вреда другим лицам, если это деяние повлекло причинение существенного вреда правам и законным интересам граждан или организаций либо охраняемым законом интересам общества или государства) с назначением наказания в виде штрафа в размере 200 000 руб.
Данным приговором установлено, что в период с 05.01.2015 по 29.03.2016 у директора ООО «Кастор» ФИО2, достоверно осведомленного о финансовом состоянии общества «Кастор» и наличии кредиторской задолженности перед поставщиками алкогольной продукции возник умысел на использование своих полномочий директора общества вопреки интересам общества «Кастор» в целях извлечения выгод и преимуществ для себя и третьих лиц, совершение действий по выводу активов общества «Кастор» посредством изъятия наличных и безналичных денежных средств из оборота общества и совершения ряда взаимосвязанных сделок при отсутствии намерений впоследствии осуществлять предпринимательскую деятельность от имени общества по реализации алкогольной продукции. Так, в результате действий ФИО2 при совершении в период с 05.01.2015 по 29.03.2016 ряда взаимосвязанных сделок, заключающихся в принятии решения о нерациональном и необоснованном распоряжении активами общества «Кастор», изъятия из оборота денежных средств под видом оформления в бухгалтерском учете общества операций по приобретению бумаги на сумму 77 899 746,20 руб., принятии необоснованного решения о распределении между участниками чистой прибыли общества на сумму 44 000 000 руб., отчуждении алкогольной продукции общества на сумму 286 930 106,07 руб., расчет за которую по состоянию на 05.07.2016 не произведен на сумму 86 596 327,39 руб., из оборота общества «Кастор» неправомерно были выведены активы, что вследствие утраты платежеспособности повлекло причинение существенного вреда в виде материального ущерба поставщикам алкогольной продукции – обществу «Виноконьячный Дом «Альянс-1892», обществу «Алкогольная Сибирская группа», обществу «КАМПАРИ РУС», обществу «Юпитер-С», обществу «Ликероводочный завод «Саранский», обществу «Ротор Хаус Брэнд Менеджмент Компани», обществу «Евротрейд», обществу «Коньячный Дом «Цитадель» ДКК на общую сумму 221 271 967,06 руб.
Согласно заключению экспертов от 04.05.2018 № 106, признанного судом обоснованным и сделанном на основании комплексного финансового-аналитического исследования деятельности общества «Кастор», по итогам коэффициентного анализа проведенного на основании бухгалтерской отчетности общества «Кастор» финансовое состояние, в том числе платежеспособность общества «Кастор» за период с 01.01.2013 по 01.01.2015 оценивается удовлетворительным, общество признается платежеспособным. Однако за период с 01.01.2016 по 01.01.2017 финансовое состояние, в том числе платежеспособность общества «Кастор» оценивается как неудовлетворительное, общество признается неплатежеспособным. Действия ФИО2 повлекли невозможность производства расчётов с кредиторами, ухудшили финансовое состояние и платежеспособность общества «Кастор», привели к необоснованному уменьшению активов. Причинение материального ущерба организациям-поставщикам алкогольной продукции в виде неоплаченной задолженности является следствием систематических умышленных действий подсудимого по выводу активов общества «Кастор». Изъятие значительной суммы денежных средств из оборота предприятия повлекло невозможность использования их для погашения кредиторской задолженности. Действия и решения ФИО2 обусловлены как извлечением выгоды для себя, ФИО7, так и уклонением от возмещения кредиторской задолженности перед организациями-потерпевшими, т.е. нанесением им прямого вреда в виде убытков.
Указанные обстоятельства какими-либо доказательствами заявителей апелляционных жалоб не опровергнуты.
С учетом вышеизложенного, принимая во внимание дату создания обществ «Полукс» и «Лорем» (06.11.2014), а также последовавший за этим ряд целенаправленных действий ФИО2 в период с 05.01.2015 по 29.03.2016 по выводу активов общества «Кастор», суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что в период заключения оспариваемой сделки должником осуществлялась подготовка к банкротству общества «Кастор», что также потребовало решения вопроса с укрытием от взыскания кредиторов имущества, принадлежащего самому должнику.
В оспариваемом определении суд первой инстанции верно отклонил доводы ответчика и должника о равноценности поделенного имущества, сославшись на отсутствие доказательств прекращения супругами ведения совместного хозяйства, а также на представленные финансовым управляющим сведений о быстром строительстве в период с 2014 по 2016 гг. на земельных участках, ранее являвшихся совместной собственностью супругов, домов.
Вывод суда первой инстанции о том, что в условиях отсутствия сведений о наличии у ответчика значительного дохода в спорный период, по существу денежные средства, полученные должником в качестве дивидендов могли быть направлены на строительство домов и иные нужды семьи (в браке должника и ответчика родились две дочери), какими-либо доказательствами заявителей апелляционных жалоб не опровергнут.
В оспариваемом судебном акте также обосновано отклонены доводы ответчика, повторно заявленные в апелляционной жалобе, о том, что раздел имущества производился в соответствии с нормами семейного и гражданского законодательства.
Так ответчик и должник в обоснование указанного довода ссылались на то, что стоимость ½ доли в праве собственности на все полученное в дар имущество не превысило размер ½ доли дивидендов – 17 226 000 руб. и стоимости доли в уставном капитале общества «Кастор».
Вместе с тем, как верно установлено судом первой инстанции в оспариваемом определении, с 05.01.2015 должником осуществлено уменьшение активов общества путем выдачи наличных денежных средств не в подотчет, занижения стоимости алкогольной продукции при ее быстрой реализации.
Параллельно ФИО2, как физическое лицо, осуществлял действия по выделу долей и передаче в дар ликвидного имущества, которое впоследствии дарится супруге, а от нее – детям.
Учитывая обстоятельства, установленные при рассмотрении дел №№ А33-7940-1/2016, А33-10424/2016, 2-4432/2017, суд первой инстанции обосновано констатировал, что все доводы о наличии у общества «Кастор» имущества на сумму более 400 млн. нивелируются не только установленными в деле о банкротстве данного общества обстоятельствами (из проинвентаризированного имущества на сумму 220 208 581,23 руб. по факту обнаружено и реализовано на сумму 9 363 916,09 руб.), а также установленными финансовым управляющим обстоятельствами реализации алкогольной продукции с общего склада иным дружественным компаниям, но и поведением самого ФИО2, который в спешке выходит из обществ, участником которого является, получает наличные денежные средства, движение которых сложно отследить, а недвижимое имущество и транспортное средство, которые, наоборот, первыми подлежали бы аресту и реализации в рамках принудительного исполнения определения о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности либо же в настоящем деле, за несколько месяцев безвозмездно передается супруге.
При этом судом первой инстанции обосновано отмечено, что в период с 14.06.2016 по 14.09.2017 в рамках договоров уступок и переходу к дружественному должнику обществу «Полукс» прав требования к ответчикам обществу «Кастор», ФИО2, ФИО7 разрешается вопрос с одним из главных кредиторов общества «Кастор», поскольку в настоящем деле требования Банка к ФИО2 как к поручителю не заявлены.
Указанные обстоятельства какими-либо доказательствами заявителей апелляционных жалоб не опровергнуты.
4.3. оценка действий сторон по использованию правовых механизмов семейного законодательства в своих интересах.
Судебная коллегия также поддерживает выводы суда первой инстанции относительно фиктивности прекращения семейных отношений, на основании следующего.
Как следует из представленных в материалы дела доказательств, с даты возбуждения уголовного дела 06.07.2017 по иску юридических лиц о причинении имущественного вреда на 179 170 906,60 руб., ФИО2 подписал подписку о невыезде и проживал по адресу: <...>, права на земельный участок по данному адресу переданы в дар ФИО3 в период с 01.12.2015 по 19.01.2016 гг.
В апелляционном постановлении Красноярского краевого суда от 02.08.2018 по делу №22к-4629/2018, на основании показаний допрошенных по делу свидетелей ФИО12 и ФИО13, соседей ФИО10 установлено, что ФИО2 и ФИО3 проживают совместно по адресу: <...>, продолжая вести совместное хозяйство (л.д. 159-166)
При рассмотрении вопроса о наложении ареста на имущество ФИО2 до завершения следствия по делу, ФИО3 давала пояснения, что в отношении автомобиля JEEP GRAND CHEROKEE LIMITED , 2013 г.в, VIN 1C4RJFBG0EC297116 арест заявлен неправомерно, так как данное имущество подарено ей ФИО2 12.12.2015, то есть до обращения следователей с ходатайством о наложении ареста.
При этом данное транспортное средство снято с учета ФИО2 17.02.2016, а согласно сведениям страховой компании «Ингосстрах» № 07-5632 от 20.02.2024 должник был указан лицом, допущенным к управлению транспортным средством и заключал договоры ОСАГО со сроком действия в общем с 17.02.2016 по 16.02.2020.
Ранее в материалы дела финансовым управляющим также представлены сведения в отношении магазина FLOS.
Согласно данным из ЕГРНИП, 25.01.2021 ФИО3 зарегистрирована в качестве индивидуального предпринимателя с присвоением ОГРНИП <***>, ОКВЭД: 47.76.1 Торговля розничная цветами и другими растениями, семенами и удобрениями в специализированных магазинах. При регистрации ИП, ответчиком указан эл адрес: flos.krsk@gmail.com.
В ходе рассмотрения дела финансовым управляющим представлены скриншоты с социальных сетей в отношении магазина «FLOS семейная студия цветов и подарков», адрес магазина: <...>.
На сайте-агрегаторе https://flowwow.com (ОО «ФЛАУВАУ», ИНН <***>), партнером которого является магазин «FLOS семейная студия цветов и подарков», имеется карточка магазина с указанием юридических данных: ИП ФИО3, ОГРНИП <***>.
Согласно описи документов от 22.10.2018, подаваемых ФИО3 в МФЦ на регистрацию 1/2 доли в квартире, кадастровый номер 24:50:0100231:1191, площадь 52,9 кв.м., <...>, был указан контактный номер 89048952090.
Согласно описи документов от 22.10.2018, подаваемых ФИО2 в МФЦ на регистрацию 1/2 доли в квартире, кадастровый номер 24:50:0100231:1191, площадь 52,9 кв.м., <...>, был указан контактный номер 89048952021.
В сети интернет по номеру телефона должника – 89048952021 – находятся ссылки на объявления о поиске грузчика, бухгалтера в магазин «Студия цветов и подарков FLOS», в том числе архивное объявление от 29.08.2021 в группе «работа в Красноярске» социальной сети «ВКонтакте» о поиске флориста в студию цветов и подарков FLOS. Внизу объявления указано: ФИО2 +7 (904) 8952021 +7 (904) 8952090 flos.krsk@gmail.com.
Заявителем по делу о банкротстве проанализированы сведения с расчетного счета должника, открытого в АО «Т-Банк», в период с 31.05.2021 по 18.10.2021, из представленных сведений арбитражным судом установлено, что должником осуществлялся регулярный расчет в магазинах «Командор», «Эльсити», в «У Аленкн», в аптеке «ЕнисейМед проф», оплата почты с почтового отделения №36, АЗС Газпромнефть №365.
При этом адрес данных магазинов - <...> либо близлежайшие дома (цветочный магазин «Студия цветов и подарков РЬОЗ», находится по адресу: <...>), заправка находится по адресу <...> (в настоящем деле оспаривается передача в дар ответчику квартиры по адресу <...>). При этом доказательств наличия у должника в рассматриваемый период автомобиля не имеется, ранее 12.12.2015 между должником и ответчиком заключается договор дарения автомобиля JEEP GRAND CHEROKEE LIMITED, 2013 г.в., бежевый 286 лс, VIN 1C4RJFBG0EC297116.
Из представленных уполномоченных органом справок 2-НДФЛ за 2016-2017 гг. следует, что ФИО3 была трудоустроена в обществе «Кастор» в январе, феврале, марте 2016 года, в 2016 году, а также в период с января по май 2017 года осуществляла трудовую деятельность в обществе «Поллукс».
Вышеизложенные обстоятельства верно установлены судом первой инстанции и изложены в оспариваемом судебном акте.
Выводы суда первой инстанции, сделанные в связи с наличием указанных обстоятельств, о том, что бывшие супруги ФИО10 продолжали совместное хозяйство и помогали друг другу при ведении бизнеса как минимум до августа 2021 года, доводами апелляционных жалоб не опровергаются, учитывая, что:
- при приобретении имущества в период брака, которое подлежало разделу между супругами согласно ст. 34 и 38 СК РФ, раздел имущества осуществлен во внесудебном порядке, не поровну, вопреки требованиям закона;
- в отношении земельных участков в д. Минино с кадастровыми номерами 24:11:0140401:504 и 24:11:0140401:502, принадлежащих ответчику с 14.12.2015 установлено, что после проведения кадастровых работ, 23.09.2016 вопросами регистрации прекращения прав собственности на данные земельные участки, с одновременной регистрацией вновь образованных земельных участков с кадастровыми номерами 24:11:0140401:1137 и 24:11:0140401:1138, занимался ФИО2, так как в соответствующих заявлениях в МФЦ ФИО3 вписала от руки телефон своего мужа;
- утверждение ФИО2 о проживании в загородной недвижимости в
д. Минино только в период с декабря 2016 по начало весны 2017 года опровергается следующими доказательствами: подпиской должника о невыезде, показаниями допрошенных по уголовному делу свидетелей ФИО12 и ФИО13, соседей ФИО10, анкетой-заявлением от 22.10.2020 на получение кредитной карты Тинькофф (подробные обстоятельства проживания должника в загородной недвижимости с декабря 2016 г. по 22.10.2020 изложены финансовым управляющим в отзыве на апелляционную жалобу, доводы финансового управляющего в указанной части принимаются судебной коллегией, поскольку какими-либо доказательствами заявителей апелляционных жалоб не опровергнуты);
- ответчиком не представлена копия налоговой декларации по налогу за 2022 год, содержащая сведения о признаке налогоплательщика, производящего выплаты и иные вознаграждения физическим лицам, позиция об отсутствии в 2021 году наемного персонала не подтверждена надлежащими доказательствами;
- ФИО3 не раскрыла суду источники дохода после расторжения брака, учитывая обстоятельства ускоренного строительства загородной недвижимости, отсутствия у ответчика постоянных источников дохода;
- как указал финансовый управляющий, три объекта недвижимости существовали на земельных участках не только по состоянию на 15.07.2015, но и значительно ранее – по состоянию на 03.04.2014. При этом, если бы супруги действительно развелись в силу прекращения семейных отношений, а не угрозы финансовых взысканий с должника в 2016 году, то в интересах ФИО3 было бы указать в договорах дарения земельных участков от 01.12.2015, что на них имеются строения и постройки, не поставленные на кадастр, которые также передаются в дар. Вместе с тем, обе стороны сочли скрыть наличие объектов недвижимости в договоре дарения от 01.12.2015.
Из представленных финансовым управляющий в материалы дела в суде апелляционной инстанции новых доказательств судебной коллегией установлено, что ФИО8, также как и должником по настоящему делу, отчуждено единственное жилое помещение в пользу бывшей супруги. За супругой ФИО7 - ФИО8 регистрировано четыре объекта недвижимости, в качестве основания государственной регистрации указано: соглашение о детях и разделе общего имущества супругов от 03.12.2015.
Следовательно, обоими деловыми партнерами по бизнесу ФИО7 и ФИО2 в декабре 2015 года осуществлен раздел всего общего имущества с супругами, таким образом, что все недвижимое имущество осталось в собственности у бывших супруг.
Разумные объяснения указанным обстоятельствам должником при рассмотрении настоящего обособленного спора не приведены.
4.4. оценка мотивации сторон в отношении существующих и будущих обязательств.
Апеллянты в своих жалобах утверждают, что не могли предвидеть возникновение обязательств в будущем при отсутствии договоров и соглашений, на основании которых могли возникнуть обязательства (например, договоры поручительства перед поставщиками).
Вместе с тем, указанные доводы опровергаются обстоятельствами, установленными в рамках дел № А33-10424/2016 (определение от 11.08.2016), № А33-7940/2016 (определение от 30.08.2016): по состоянию на 01.12.2015 ФИО2 имел действующие личные обязательства в виде поручительства с 17.03.2015 на всю сумму по кредитному договору <***> от 17.03.2015, с 05.06.2015 на всю сумму по кредитному договору №9653 от 05.06.2015, заключенных с ООО «Кастор».
Учитывая, что ФИО2 одновременно являлся контролирующим лицом ООО «Кастор», именно в сфере его контроля находилось то обстоятельство, будут ли своевременно исполнены платежи по графику по кредитным обязательствам ПАО «Сбербанк России», и когда начнутся первые просрочки (сначала должник осуществил вывод личного имущества, а после 31.03.2016 начались просрочки).
На основании вышеизложенного, судебная коллегия соглашается с доводами финансового управляющего о том, что ФИО2 вместе с деловым партнёром ФИО7, не только не предвидели, но и спланировали тот факт, что аффилированные контрагенты не будут производить оплату ООО «Кастор» в 2016 году (10 юридических лиц в размере 83 614 896,99 рублей, а ООО «Поллукс» в размере 86 596 327,39 рублей), а с учетом личных поручительств перед банком, приняли решение полностью вывести личные активы из-под угрозы взыскания.
Доводы апелляционной жалобы должника о том, что заявитель не представил суду наличие доказательств подготовки процедуры банкротства ООО «Кастор» с целью избежания обращения взыскания на имущество должника не принимаются судом апелляционной инстанции на основании следующего:
- процедура банкротства ООО «Кастор» возбуждена по заявлению заинтересованного лица по отношению к ФИО2 - ФИО11, указавшего кандидатуру конкурсного управляющего ФИО14;
- процедуру банкротства ООО «Кастор» от имени конкурсного управляющего ФИО14 вела та же самая группа юристов, что защищает интересы ответчика (юристы ФИО15 и ФИО4);
- в деле ООО «Кастор» конкурсный управляющий ФИО14, его привлеченные специалисты ФИО15 и ФИО4 не обнаружили наличие группы компаний «Кастор»;
- в деле ООО «Кастор» судами не исследовались финансовые показатели всей группы «Кастор», наглядно отражающих превращение ООО «Кастор» в «центр убытков», а компаний группы «Кастор» (ООО «Поллукс», и еще 10 юридических лиц) – в «центр доходов»;
- в деле ООО «Кастор» конкурсный управляющий ФИО14, его привлеченные специалисты не раскрывали суду сведения о трансформации всех запасов алкогольной продукции в дебиторскую задолженность к заинтересованным компаниям в период с 02.12.2015 по 29.03.2016;
- взыскание дебиторской задолженности через суд инициировано конкурсным управляющим ООО «Кастор» в 2-ом квартале 2017 года, несмотря на то, что вся необходимая бухгалтерская документация по деятельности общества была в распоряжении управляющего с 01.07.2016;
- требования активных кредиторов ООО «Кастор» - (ПАО Сбербанк имело личные поручительства бенефициаров группы Кастор и ООО «Поллукс») или кредиторов, являющихся крупнейшими поставщиками алкогольной продукции - выкупались ООО «Поллукс», обеспечивая продолжение бизнеса по оптовой реализации алкогольной продукции и ведение конкурсного производства «без жалоб на управляющего».
Указанные тезисы подтверждены представленными в материалы дела финансовым управляющим доказательствами, в частности: судебными актами арбитражного суда, материалами уголовного дела и дела о банкротстве ООО «Кастор», финансовыми показателями группы «Кастор» из системы CaseBook.
Также указанное следует и из представленных самим должником доказательств: копии акта проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «Кастор» за 9 месяцев 2015 года; копии заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства ООО «Кастор»; копии акта налоговой проверки № 15/11 от 15.05.2017.
Должник в своей апелляционной жалобе указывает, что суд первой инстанции, ссылаясь на факт реализации алкогольной продукции по заниженной стоимости не обосновал причин такого вывода в отсутствие в материалах дела сведений о стоимости аналогичной алкогольной продукции у иных поставщиков.
Вместе с тем, факт реализации алкогольной продукции по заниженной стоимости подтверждался следующими представленными в материалы дела доказательствами: копией ходатайства ООО «Виноконьячный Дом «Альянс-1892» от 23.06.2016 (направлена управляющим через «Мой Арбитр» 02.12.2024); копией акта проверки финансово-хозяйственной деятельности ООО «Кастор» за 9 месяцев 2015 года от 15.03.2016; устными пояснениями самого должника, полученными в судебных заседаниях. о причинах принятия решения о ликвидации ООО «Кастор» в марте 2016 года.
Таким образом, доводы должника в указанной части не подлежат принятию судебной коллегией, поскольку опровергаются материалами дела.
Как обосновано указал финансовый управляющий, конкурсным управляющим ООО «Кастор» не оспорена сделка – выплата дивидендов на 44 млн рублей, совершенная в течение 6 месяцев до принятия решения о ликвидации ООО «Кастор»; не оспаривались сделки ООО «Кастор» по отчуждению транспортных средств в пользу заинтересованных лиц (ФИО7 , ФИО16).
Во исполнение требований суда апелляционной инстанции должником в материалы дела 08.12.2025 представлены пояснения по обстоятельствам продажи ООО «Кастор» автомобилей, согласно которым транспортные средства IhfinitiFX 50, 2012 года выпуска, TOYOTA LANDCRUISER 200, 2013 года выпуска, принадлежащие ООО «Кастор», в хозяйственной деятельности ООО «Кастор» не использовались, приобретались по договорам лизинга с целью их использования ФИО2 и ФИО7 По итогам расчета по договорам лизинга и выходом из ООО «Кастор» ФИО7, последнем был приобретен у ООО «Кастор» TOYOTA LANDCRUISER 200. Денежные средства после продажи вышеуказанных транспортных средств поступили в кассу ООО «Кастор» и использовались в хозяйственной деятельности общества, что подтверждается установленными приговором Железнодорожного районного суда города Красноярска от 14.08.2019 обстоятельствами.
Таким образом, должник указывает, что действия по отчуждению автомобилей не были обусловлены целями извлечения выгод и преимуществ для себя и других лиц.
Вместе с тем, суд апелляционной инстанции критически относится к указанным доводам должника, принимая во внимание, что они опровергаются вышеизложенными доказательствами, представленными в материалы дела.
Как следует из оспариваемого судебного акта, судом первой инстанции были подробно изучены обстоятельства дела о банкротстве по итогам конкурсного производства ООО «Кастор» с учетом действий самого ФИО2 как в отрыве от деятельности ООО «Кастор», так и в совокупности. Судом апелляционной инстанции не установлены противоречия в выводах суда первой инстанции, касающихся как наличия признаков неплатежеспособности ООО «Кастор» на момент совершения оспариваемой в настоящем споре сделки (отклонены судом первой инстанции на стр. 10 оспариваемого определения), так и осуществления должником подготовки процедуры банкротства ООО «Кастор» с целью избежания обращения взыскания на имущество должника.
Доводы заявителя апелляционной жалобы о неверном выводе суде первой инстанции о преднамеренном банкротстве ООО «Кастор» опровергаются приведённой финансовым управляющим в дополнительных пояснениях от 08.12.2025 текстовой транскрипцией аудио протокола судебного заседания от 10.11.2025 (выдержки из протокола, где представитель ответчика давала пояснения относительно сделок, которые оспаривались в процедуре банкротства ООО «Кастор»).
Ссылка должника на отказ суда в признании недействительной сделки с ответчиком ООО «Поллукс» не принимается судом апелляционной инстанции, поскольку определение Арбитражного суда Красноярского края от 15.06.2017 по делу № А33-7940/2016 конкурным управляющим ООО «Кастор» не обжаловалось, выносилось без учета судебной практики, которая была сформирована позднее и вошла в Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц 20.01.2020. Оспариваемое же определение вынесено судом первой инстанции с учетом актуальной судебной практики, по результатам анализа банкротства ООО «Кастор», с учетом наличия группы компаний «Кастор», куда входило и ООО «Поллукс», возглавляемое ФИО7, и ООО «Арго», ООО «Порт, ООО «Рейд», ООО «Линкор», ООО «Гавань», возглавляемые ФИО16 – номинальным владельцем транспортного средства Infiniti FX50 VIN <***>, 2012 г.в.
4.5. доводы об исполнительском имммунитете
Доводы заявителей апелляционных жалоб о нарушении судом первой инстанции исполнительского иммунитета на единственное принадлежащее должнику жилое помещение не принимаются судом апелляционной инстанции, поскольку, во-первых, не представлены доказательства наличия у спорной квартиры статуса единственного жилья, во-вторых, вопрос о предоставлении имущественного иммунитета при оспаривании сделок с несколькими жилыми помещениями не подлежит исследованию в рамках оспаривания таких сделок, суд исключает жилье из конкурсной массы только после установления всех жилых помещения, которые принадлежат на праве собственности должнику.
Как следует из материалов дела о несостоятельности (банкроте) ФИО2 имеется три обособленных спора по требованиям о возврате в конкурную массу жилых помещений.
Таким образом, вопрос о распространении исполнительского иммунитета на спорную квартиру представляется суду апелляционной инстанции преждевременным.
Резюмируя вышеизложенное, учитывая, что договор об определении долей в праве общей собственности на квартиру и дарения доли в квартире от 01.12.2015 заключен между супругами, сделка безвозмездная, совершена в условиях, когда у ФИО2 уже возникли неисполнимые обязательства перед кредиторами, с противоправной целью вывода имущества у организации – банкротства, при наличии осведомленности сторон сделки о противоправной ее цели, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что недействительность заключенного между должником и ответчиком договора в соответствии со ст. ст. 10, 168 ГК РФ доказана финансовым управляющим. Доказательств иного из материалов дела не следует.
5. Общие выводы по результатам рассмотрения обособленного спора.
Изложенные в настоящем постановлении доводы заявителей жалоб судом апелляционной инстанции проверены и подлежат отклонению как несостоятельные, противоречащие материалам дела, установленным по делу фактическим обстоятельствам, направленные на переоценку выводов суда первой инстанции и не опровергающие законности принятого по делу судебного акта.
Иные доводы жалоб об отсутствии надлежащей оценки всех обстоятельств дела, о выборочном принятии судом доказательств, о безусловной принятии позиции финансового управляющего, суд апелляционной инстанции также находит несостоятельными, поскольку предметом исследования и оценки суда первой инстанции были все представленные заявителями документы, в выводах суда первой инстанции какие-либо противоречия судебной коллегией не установлены.
Суд первой инстанции обосновано признал недействительной сделку - договор об определении долей в праве общей собственности на квартиру и дарения доли в квартире от 01.12.2015, заключенный между ФИО2 и ФИО3, в отношении квартиры, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 24:50:0100443:2354, площадь 110,1 кв.м., в соответствии со ст. ст. 10, 168 ГК РФ, применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу квартиры, расположенной по адресу: <...>, кадастровый номер 24:50:0100443:2354, площадь 110,1 кв.м.
Ввиду изложенного, судебный акт первой инстанции принят при полном выяснении обстоятельств, имеющих значение для дела, нормы процессуального и материального права применены судом верно, с учетом конкретных обстоятельств дела, содержащиеся в нем выводы не противоречат установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся доказательствам, судом первой инстанции не нарушено единообразие в толковании и применении норм права.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ основаниями для безусловной отмены судебного акта, при рассмотрении дела судом апелляционной инстанции не установлено.
Государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы ответчика в порядке ст. 110 АПК РФ подлежит отнесению на ответчика. Должник в силу пп. 4 п. 1 ст. 333.37 НК РФ освобожден от уплаты государственной пошлины за рассмотрение настоящей апелляционной жалобы.
Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Красноярского края от 23 июля 2025 года по делу № А33-8148/2023к4 оставить без изменения, а апелляционные жалобы – без удовлетворения.
Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.
Председательствующий
И.В. Яковенко
Судьи:
Е.Д. Чубарова
Е.А. Шадчина