ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

22.01.2026

Дело № А40-285993/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 12.01.2026

Полный текст постановления изготовлен 22.01.2026

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Калининой Н.С.,

судей: Каменецкого Д.В., Трошиной Ю.В.

при участии в заседании:

от ФИО17Ю-Д.: ФИО1, дов. от 12.07.2023,

от ФИО2: ФИО1, дов. от 15.07.2025,

от ООО «Русалка»: ФИО1, дов. от 11.11.2024,

от ООО «Паритет»: ФИО1, дов. от 06.02.2023,

от ФИО3: ФИО4, дов. от 17.03.2025,

от конкурсного управляющего ООО «Марлин»: ФИО5, дов. от 12.01.2026,

от ПАО «Банк «ТРАСТ»: ФИО6, дов. от 28.09.2023,

от ФИО7: ФИО8, дов. от 18.03.2025,

от ФИО9: ФИО10, дов. от 02.06.2023,

рассмотрев 12 января 2026 года в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего ООО «Марлин»

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 08 октября 2025 года

по заявлению ПАО «Банк «ТРАСТ» о привлечении ООО «Приоритет», ФИО3, ФИО17 Юнь-Дзеновича, ФИО11, Международной коммерческой компании РЕФЕС ГРУП ИНК (Refes Group Inc), ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ООО «Русалка», ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Марлин»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 26.11.2021 общество с ограниченной ответственностью «Марлин» (далее – ООО «Марлин», должник) признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО16.

В Арбитражный суд города Москвы 18.05.2023 поступило заявление публичного акционерного общества Национальный банк «Траст» (далее - Банк «ТРАСТ» (ПАО)) о привлечении общества с ограниченной ответственностью «Приоритет» (далее – ООО «Приоритет»), ФИО3, ФИО17 Юнь-Дзеновича, ФИО11, Международной Коммерческой компании РЕФЕС ГРУП ИНК (Refes Group Inc), ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.10.2024 к участию в деле в качестве соответчика суд привлек общество с ограниченной ответственностью «Русалка» (далее – ООО «Русалка»).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2024 отказано в удовлетворении заявления Банка «ТРАСТ» (ПАО) о привлечении ООО «Приоритет», ФИО3, ФИО17 Юнь-Дзеновича, ФИО11, Международную Коммерческую компанию РЕФЕС ГРУП ИНК (Refes Group Inc), ФИО9, ФИО12, ФИО13, ФИО14, ФИО15, ООО «Русалка» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.04.2025 осуществлен переход к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в суде первой инстанции (в связи с рассмотрением арбитражным судом первой инстанции ходатайства о привлечении соответчика ФИО2 в форме протокольного определения, без удаления в совещательную комнату).

Суд апелляционной инстанции также установил факт надлежащего извещения ответчиков в обособленном споре: ООО «Приоритет», ФИО3, ФИО17, ООО «Русалка», ФИО9, ФИО2, ФИО11, ФИО15, ФИО12, ФИО14, ФИО13, Международной коммерческой компании Рефес Груп.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 09.10.2025 определение Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2024 отменено, в удовлетворении заявленных Банка «ТРАСТ» (ПАО) требований отказано.

Не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий ООО «Марлин» обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил обжалуемый судебный акт отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

В кассационной жалобе заявитель указывает на неправильное применение судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, на несоответствие выводов суда, изложенных в обжалуемом судебном акте фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В обоснование доводов заявитель ссылается на противоречивые выводы относительно даты и причин банкротства должника, не дана оценка заявленному основанию привлечения к субсидиарной ответственности. Апелляционный суд необоснованно признал причиной банкротства выдачу поручительств в 2013 году, проигнорировав вывод активов в 2016 году по заниженной стоимости. Неправильно истолкованы нормы о действии закона во времени и применен годичный срок исковой давности вместо трехлетнего. Незаконно отказано во взыскании убытков со ссылкой на недоказанность их точного размера, хотя суд обязан был определить размер убытков исходя из принципов справедливости и соразмерности на основании имеющихся в деле данных. Выводы о недоказанности статуса контролирующих лиц в отношении ООО «Русалка», ФИО9, ФИО12, ФИО13 противоречат доказательствам и сделаны при неправильном распределении бремени доказывания.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

До рассмотрения кассационной жалобы по существу в Арбитражный суд Московского округа от ФИО9 поступил отзыв на кассационную жалобу, от Банка «ТРАСТ» (ПАО) – письменные пояснения на отзыв ФИО9, от конкурсного управляющего должника – возражения на отзыв ФИО9, также от ФИО3, ООО «Русалка», ФИО2, ФИО17Ю-Д., ООО «Приоритет» поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам настоящего спора.

В судебном заседании конкурсным управляющим заявлено ходатайство об отложении разбирательства в связи с рассмотрением Верховным Судом Российской Федерации дела № А40-119257/2023 о взыскании неосновательного обогащения.

Рассмотрев заявленное ходатайство, суд кассационной инстанции не находит оснований для его удовлетворения по следующим основаниям.

Предмет спора в Верховном Суде (взыскание неосновательного обогащения) и предмет настоящей кассационной жалобы (проверка законности отказа в привлечении к субсидиарной ответственности) являются самостоятельными и регулируются разными правовыми нормами. Решение по другому делу не может опровергнуть ключевые выводы апелляционного суда, положенные в основу обжалуемого акта: пропуск специального срока исковой давности для субсидиарной ответственности и отсутствие причинно-следственной связи между сделкой 2016 года и банкротством должника. Эти выводы носят самостоятельный характер и не зависят от определения размера убытков или неосновательного обогащения в каком-либо ином процессе.

Удовлетворение ходатайства привело бы к необоснованному затягиванию рассмотрения кассационной жалобы, противоречащему принципам процессуальной экономии и правовой определенности. Оснований для отложения, предусмотренных статьей 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не имеется.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители конкурсного управляющего и Банка «ТРАСТ» (ПАО) поддержали доводы кассационной жалобы, представители ФИО17Ю-Д., ФИО2, ООО «Русалка», ООО «Паритет», ФИО3, ФИО7, ФИО9 по доводам кассационной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судом норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам, судебная коллегия кассационной инстанции пришла к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судом апелляционной инстанции и следует из материалов дела, 31.10.2016 между должником (ООО «Марлин») и ООО «Приоритет» заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (здания) по цене 172 000 000 руб. Указанный договор постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.12.2022 признан недействительной сделкой на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве с возвратом имущества в конкурсную массу.

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 10, 61.11 Закона о банкротстве в соответствующих редакциях, статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», установил следующее.

Стоимость активов должника по состоянию на 31.12.2019, по приблизительному расчету суда, составляла около 1 145 326 692 руб. Размер требований Банка «ТРАСТ» (ПАО) к основным заемщикам (ООО «Кондитерская фабрика «Богатырь» и ООО «Парадиз-Холдинг»), поручителем по обязательствам которых выступал должник, по состоянию на 26.10.2019 составлял 1 304 884 674,03 руб. Таким образом, стоимость активов должника была приблизительно на 159,5 млн. руб. меньше размера требований Банка.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что сохранение должником права собственности на спорное здание не обеспечило бы ему возможность погасить требования Банка-кредитора.

Причиной банкротства ООО «Марлин» является принятие на себя обязательств поручителя по кредитным договорам от 13.06.2013 №№ 561/К/В/13, 562/К/В/13, 563/К/В/13.

Соответственно, заключение договора купли-продажи от 31.10.2016 не может являться причиной банкротства должника, а также отсутствует причинно-следственная связь между этой сделкой и объективным банкротством.

Кроме того, апелляционный суд установил, что Банком пропущен годичный срок исковой давности для подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренный абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения оспариваемой сделки (31.10.2016). Данный срок подлежал исчислению с 19.11.2021 (дня, следующего за датой введения конкурсного производства) и истек 18.05.2022, тогда как заявление подано 18.05.2023.

Суд апелляционной инстанции также дал оценку статусу каждого из привлекаемых лиц, признав статус контролирующих лиц доказанным в отношении ФИО3, МКК Реферс Групп Инк, ФИО15, ООО «Приоритет», ФИО17, ФИО2, ФИО11, ФИО14

В отношении ООО «Русалка», ФИО9, ФИО12, ФИО13 суд пришел к выводу о недоказанности их статуса как контролирующих должника лиц или выгодоприобретателей по сделке, поскольку представленные доказательства (включая факт перечисления ООО «Приоритет» денежных средств ООО «Русалка») не свидетельствуют о получении последними выгоды, извлеченной именно из спорной сделки, а доля участия ФИО9 и ФИО12 в уставном капитале должника была незначительной, иных доказательств их влияния не представлено.

Судебная коллегия Арбитражного суда Московского округа соглашается с выводами суда апелляционной инстанции и считает, что оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется по следующим основаниям.

Довод заявителя о противоречивости выводов относительно причины банкротства является несостоятельным. Суд апелляционной инстанции не ограничился констатацией факта выдачи поручительства в 2013 году, а провел сравнительный анализ стоимости активов должника и размера предъявленных к нему требований кредитора на релевантную дату (октябрь 2019 года).

Установленный судом значительный (более 150 млн. руб.) разрыв между активами и обязательствами должника, возникший вследствие принятия на себя поручительств, объективно свидетельствует о том, что даже при сохранении спорного актива в полной собственности должник не смог бы рассчитаться с кредитором.

Данный вывод является мотивированным и основанным на документальных доказательствах, представленных в материалы дела. Утверждение же заявителя о том, что причиной банкротства стала именно сделка 2016 года не опровергает проведенных судом расчетов.

Довод о неправильном применении норм об исковой давности подлежит отклонению.

Суд апелляционной инстанции правомерно применил к спорным правоотношениям, возникшим из сделки, совершенной 31.10.2016, материальные нормы Закона о банкротстве в редакции, действовавшей на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, действовавшей на 31.10.2016), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пунктом 5 указанной статьи установлено, что заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом.

Таким образом, применяемая судом норма статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 134-ФЗ содержала указание на применение двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, и трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Соответственно, как правомерно заключил суд апелляционной инстанции, срок исковой давности на подачу заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям составляет один год, исчисляемый со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности.

Основания для привлечения к субсидиарной ответственности, содержащиеся в главе III.2 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона № 266-ФЗ, не подлежат применению к действиям контролирующих должника лиц, совершенным до 01.07.2017, в силу общего правила действия закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации), поскольку Федеральный закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании новой редакции Закона о банкротстве обратной силы.

Аналогичные разъяснения даны в пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», согласно которым положения Закона о банкротстве в редакции последующих федеральных законов о субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности, имели место после дня вступления в силу соответствующего изменяющего закона.

Суд апелляционной инстанции установил, что конкурсное производство в отношении должника введено 26.11.2021, а заявление о привлечении к субсидиарной ответственности подано 18.05.2023.

Таким образом, вывод суда о пропуске годичного субъективного срока исковой давности является правомерным и основанным на установленных по делу обстоятельствах.

Ссылки заявителя на необходимость применения трехлетнего срока по статье 61.14 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ) несостоятельны. Применение новой редакции норм об исковой давности, предусматривающей более длительный срок, недопустимо, если на дату вступления новой нормы в силу право на предъявление иска уже существовало, а срок давности по прежней норме истек или начал течь.

В данном случае на 30.07.2017 (дату вступления в силу новой редакции с трехлетним сроком) годичный срок исковой давности, предусмотренный действовавшей на момент совершения сделки (31.10.2016) редакцией статьи 10 Закона о банкротстве, не начал течь, поскольку право на подачу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности возникает только после введения процедуры банкротства, что произошло значительно позднее.

Нормы материального права, в том числе устанавливающие основания для привлечения к ответственности, должны определяться редакцией, действующей в период совершения лицом вменяемых ему деяний (деликта). Федеральный закон № 266-ФЗ не содержит норм о придании обратной силы новым положениям об ответственности. Следовательно, применению подлежит ранее действовавшая редакция закона с годичным сроком.

Довод кассационной жалобы о необходимости взыскания убытков подлежит отклонению как основанный на ошибочном толковании соотношения общих и специальных норм права. Попытка переквалификации требования о привлечении к субсидиарной ответственности, по которому пропущен установленный специальным законом срок исковой давности, в требование о взыскании убытков по общим нормам гражданского законодательства представляет собой недопустимый обход императивных положений закона. Суд апелляционной инстанции правомерно указал, что подобная квалификация, направленная на преодоление последствий пропуска специального срока, противоречит целям законодательного установления сокращенных сроков давности для дел о привлечении контролирующих лиц к ответственности при банкротстве и ведет к нивелированию специального правового регулирования. В этой связи отказ в удовлетворении требований о взыскании убытков суд кассационной инстанции считает правильным.

Довод жалобы, оспаривающий выводы в отношении отдельных лиц, направлен на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Распределение бремени доказывания в делах о привлечении к субсидиарной ответственности в соответствии с пунктом 7 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» предполагает, что лицо, извлекшее выгоду из действий руководителя, может признаваться контролирующим. Однако эта презумпция может быть опровергнута.

Суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства, включая данные о долях участия, протоколы собраний, пришел к обоснованному выводу, что в отношении ООО «Русалка», ФИО9, ФИО12 и ФИО13 представленных сведений недостаточно для вывода об извлечении ими выгоды именно от спорной недействительной сделки или об оказании определяющего влияния на должника.

Данная оценка доказательств является прерогативой судов первой и апелляционной инстанций и в отсутствие явных нарушений норм процессуального права пересмотру в кассационном порядке не подлежит.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами суда апелляционной инстанции, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права и установленным по делу фактическим обстоятельствам.

Доводы кассационной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных судом апелляционной инстанции, а также к переоценке доказательств, не могут служить основанием для отмены судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по доводам, приведенным в кассационной жалобе, не имеется.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 08 октября 2025 года по делу № А40-285993/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судья Н.С. Калинина

Судьи: Д.В. Каменецкий

Ю.В. Трошина