ЧЕТЫРНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Батюшкова, д.12, <...>

E-mail: 14ap.spravka@arbitr.ru, http://14aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

20 января 2026 года

г. Вологда

Дело № А13-9809/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 13 января 2026 года.

В полном объёме постановление изготовлено 20 января 2026 года.

Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего Писаревой О.Г., судей Корюкаевой Т.Г. и Марковой Н.Г.,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Вирячевой Е.Е.,

при участии от апеллянта Шамаева А.Н. по доверенности от 27.10.2025, конкурсного управляющего Должника Кузьменко А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 06.10.2025 по делу № А13-9809/2020,

установил:

ФИО3 обратилась в Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Вологодской области от 06.10.2025 о признании недействительными договора купли-продажи от 22.10.2019, заключенного обществом с ограниченной ответственностью «ЕвроПрофиль плюс» (ОГРН <***>, ИНН <***>; адрес: 160017, <...>; далее - Должник) со ФИО4, договора купли-продажи от 24.05.2021, заключенного ФИО4 с ФИО3, возложении обязанности на ФИО3 возвратить Должнику транспортное средство Toyota Land Cruiser 150 (Prado), VIN <***>, регистрационный знак Е 751 ХХ35.

К участию в настоящем обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, финансовый управляющий ФИО4 ФИО9.

В обоснование жалобы ссылается на незаконность и необоснованность принятого судебного акта, просит его отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований. По её мнению, правовые основания для удовлетворения заявленных требований отсутствуют, так как умысла на причинение вреда имущественным интересам кредиторов Должника у ФИО3 не имелось, срок исковой давности по ним пропущен.

Конкурсный управляющий Должника ФИО2 в отзыве на апелляционную жалобу и в судебном заседании апелляционной инстанции просил определение суда оставить без изменения.

Представитель подателя жалобы поддержал доводы, приведенные в жалобе.

Другие лица, участвующие в данном обособленном споре, надлежащим образом извещённые о времени и месте его рассмотрения, представителей в суд не направили, в связи с этим дело рассмотрено в их отсутствие в соответствии со статьями 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ).

Исследовав доказательства по делу, арбитражный суд апелляционной инстанции находит апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению.

Как следует из материалов дела, закрытое акционерное общество «Банк Вологжанин» (лизингодатель) (далее – Банк) и Должник (лизингополучатель) заключили 08.02.2018 договор лизинга № 2206, согласно которому лизингодатель обязуется приобрести на основании заявки лизингополучателя транспортное средство стоимостью 3 684 334 руб. 20 коп. и передать во временное владение и пользование на срок 36 месяцев до 28.01.2021.

Общая сумма платежей по договору лизинга составляет 4 629 873 руб. 68 коп. Внесение лизингополучателем лизинговых платежей по данному договору устанавливается в соответствии с графиком лизинговых платежей с учетом дополнительного соглашения к нему от 25.12.2018.

По окончании срока лизинга предмет лизинга переходит в собственность лизингополучателя на основании заключаемого сторонами договора купли-продажи по выкупной стоимости в сумме 23 979 руб. 40 коп.

Банком (продавец) и Должником (покупатель) заключен 17.10.2019 договор купли-продажи № В/2206, согласно которому продавец обязуется передать в собственность покупателя, а покупатель - принять и оплатить бывшее в эксплуатации у него же имущество – вышеупомянутое транспортное средство.

В соответствии с пунктом 3.1 договора стоимость транспортного средства, которая составляет 1 575 146 руб. 60 коп., оплачивается покупателем в следующем порядке: 1 262 858 руб. 45 коп. - путем перечисления денежных средств на счет продавца не позднее 3 рабочих дней после подписания договора; обязательства покупателя по оплате оставшейся стоимости имущества в размере 312 288 руб. 15 коп. прекращаются путем зачета аванса, подлежащего возврату продавцом в соответствии с пунктом 3 дополнительного соглашения от 18.10.2019 к договору лизинга.

Индивидуальный предприниматель ФИО4 (заимодавец) и Должник (заемщик) подписали договор займа от 17.10.2019, по условиям которого заимодавец передает заемщику денежные средства в сумме 1 400 000 руб. сроком до 31.12.2019 с уплатой процентов за пользование заемными денежными средства в размере 5 % годовых.

Денежные средства в сумме 1 400 000 руб. перечислены заимодавцем заемщику по платежному поручению от 17.10.2019 № 517.

В дальнейшем Должник (продавец) и индивидуальный предприниматель ФИО4 (покупатель) заключили 22.10.2019 договор купли-продажи вышеупомянутого автомобиля за 1 400 000 руб.

ФИО4 и Должник подписали соглашение от 22.10.2019, по условиям которого стороны производят зачет взаимных требований: погашаются обязательства Должника перед ФИО4 на сумму 1 400 000 руб. по договору займа от 17.10.2019 и ФИО4 перед Должником на эту же сумму по договору купли-продажи от 22.10.2019.

ФИО4 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключили 24.05.2021 договор купли-продажи спорного автомобиля за 1 400 000 руб.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 21.08.2020 по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО10 возбуждено дело о банкротстве Должника.

Определением суда от 16.12.2020 в отношении Должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО2.

Решением суда от 13.04.2021 Должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, который на основании статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) обратился в суд с заявлениями, объединенными в одно производство для совместного рассмотрения и уточненными в порядке статьи 49 АПК РФ, о признании недействительной цепочки сделок по отчуждению спорного автомобиля как единой сделки, заключенных Должником со ФИО4, а последней с ФИО3, ссылаясь на их мнимость, притворность и причинение вреда имущественным правам кредиторов Должника.

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 02.02.2024 заявление конкурсного управляющего о признании недействительным договора купли-продажи от 24.05.2021 оставлено без рассмотрения, в удовлетворении остальной части требований отказано.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2024 отменено определение Арбитражного суда Вологодской области от 02.02.2024, признаны недействительными договор купли-продажи от 22.10.2019, заключенный Должником со ФИО4, договор купли-продажи от 24.05.2021, заключенный ФИО4 с ФИО3, на ФИО3 возложена обязанность возвратить Должнику спорный автомобиль, признаны недействительными договор займа от 17.10.2019, соглашение о зачете взаимных требований от 22.10.2019, заключенные Должником со ФИО4, признана отсутствующей задолженность Должника перед ФИО4 по договору займа от 17.10.2019.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 26.12.2024 постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.08.2024 в части отмены определения Арбитражного суда Вологодской области от 02.02.2024 оставлено без изменения, в остальной части отменено и дело направлено в Арбитражный суд Вологодской области на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий Должника ФИО2 уточнил заявленные требования и просил признать недействительной цепочку взаимосвязанных сделок - договор купли-продажи от 22.10.2019, заключенный Должником и ФИО4, договор купли-продажи от 24.05.2021, заключенный ФИО4 с ФИО3, и применить последствия их недействительности в виде возврата ФИО3 в конкурсную массу Должника спорного транспортного средства; отказался от требования о признании недействительными договора займа от 17.10.2019 и соглашения о зачете от 22.10.2019.

Суд первой инстанции, рассмотрев заявленные требования в уточненной части, приняв во внимание указания суда кассационной инстанции, признал их обоснованными.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований не согласиться с принятым судебным актом.

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершённая должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определённую с учётом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Из разъяснений, изложенных в пункте 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.I Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63), следует, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки. В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент её заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота. На основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент её заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение.

Вместе с тем при отчуждении имущества должника в преддверии его банкротства и последующем оформлении передачи права собственности на данное имущество от первого приобретателя к иным лицам по цепочке сделок возможна ситуация, когда создается лишь видимость вовлечения имущества должника в гражданский оборот, иллюзия последовательного перехода права собственности на него от одного собственника другому (оформляются притворные сделки), а в действительности совершается одна единственная (прикрываемая) сделка - сделка по выводу активов во избежание обращения взыскания со стороны кредиторов. Имущество после отчуждения его должником все время находится под контролем бенефициара данной сделки, он принимает решения относительно данного имущества.

Таким образом, цепочкой последовательных притворных сделок купли-продажи с разным субъектным составом может прикрываться одна сделка, направленная на прямое отчуждение должником своего имущества в пользу бенефициара или связанного с ним лица. Такая цепочка прикрываемых притворных сделок является недействительной на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ, а прикрываемая сделка может быть признана недействительной как подозрительная на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Данный подход сформулирован Верховным Судом Российской Федерации в Обзоре судебной практики № 1 (2021), утвержденном Президиумом 07.04.2021 (пункт 22).

Следовательно, существенное значение для правильного рассмотрения данного обособленного спора исходя из заявленных оснований оспаривания сделок имели обстоятельства, касающиеся установления наличия (отсутствия) факта притворности последовательных сделок купли-продажи, реальности передачи фактического контроля над имуществом покупателям, для чего необходимо определить намерения сторон: соответствовала ли их воля волеизъявлению, выраженному во вне посредством оформления документов, формально свидетельствующих о совершении не одной, а нескольких сделок, а также установить заинтересованность лиц (выгодоприобретателя), вовлеченных в сделки.

Как неоднократно отмечал Верховный Суд Российской Федерации, судебное исследование обстоятельств заключения сделок юридического лица, признанного банкротом, должно отличаться большей глубиной и широтой по сравнению с обычным спором, тем более если на такие обстоятельства указывают лица, участвующие в деле. Для этого требуется исследование не только прямых, но и косвенных доказательств и их оценка на предмет согласованности между собой и позициями, занимаемыми сторонами спора.

При этом признание недействительной одной сделки из цепочки сделок не препятствует рассмотрению по существу требования о квалификации всей цепочки сделок как притворной и выявлению действительно совершенной (прикрываемой) сделки (определения Верховного Суда Российской Федерации от 02.07.2020 № 307-ЭС18598 (2), от 27.08.2020 № 306-ЭС17-11031 (6)).

В силу пункта 2 статьи 170 ГК РФ притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Из разъяснений, данных в абзаце первом пункта 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), следует, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 ГК РФ).

Как разъяснено в абзаце третьем пункта 86, абзаце первом пункта 87, абзаце первом пункта 88 Постановления № 25, притворная сделка может прикрывать сделку с иным субъектным составом; для прикрытия сделки может быть совершено несколько сделок; само по себе осуществление государственной регистрации перехода права собственности на имущество к промежуточным покупателям не препятствует квалификации данных сделок как ничтожных на основании пункта 2 статьи 170 ГК РФ.

При этом наличие доверительных отношений между формальными участниками притворных сделок позволяет отсрочить юридическое закрепление прав на имущество в государственном реестре, объясняет разрыв во времени между притворными сделками и поэтому само по себе не может рассматриваться как обстоятельство, исключающее ничтожность сделок.

Как усматривается в материалах дела, сделки, заключенные Должником со ФИО4, совершены в состоянии заинтересованности, поскольку ФИО11 (отец ФИО4) является единственным учредителем Должника.

Данный факт установлен в определении Арбитражного суда Вологодской области от 22.06.2022 по настоящему делу, которым признан недействительным договор купли-продажи от 22.10.2019, заключенный Должником со ФИО4 (покупатель) на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, по причине неравноценного встречного исполнения покупателем, так как согласно заключению по проведенной судебной экспертизе рыночная стоимость спорного автомобиля на дату отчуждения составила 2 485 010 руб., а цена продажи по этому договору – 1 400 000 руб.

ФИО4 реализовала спорный автомобиль ФИО3 также за 1 400 000 руб.

При этом ФИО3 является руководителем общества с ограниченной ответственностью «Экстрим», единственным учредителем которого являлся ФИО11

ФИО12 (мать ФИО4) и ФИО11 заключен брачный договор от 07.06.2018 о переходе к ФИО12 100 % уставного капитала этого общества.

Данный факт установлен определением Арбитражного суда Вологодской области от 13.04.2020 по делу № А13-2314/2020.

Сведения о ФИО12 как об учредителе данного общества 20.06.2018 внесены в Единый государственный реестр юридических лиц.

Помимо того, ФИО3, согласно представленной справке формы 2-НДФЛ за 2021 год, получала доход от ФИО12 (трудовые отношения (согласно табелю учета рабочего времени – заведующая отделом)).

С учетом вышеизложенного ответчики наряду с Должником являлись взаимозависимыми лицами.

При этом как после продажи спорного автомобиля Должником ФИО4, так и после продажи его ФИО3 фактически автомобиль находился в пользовании С-ных, что подтверждается представленными Российским Союзом автостраховщиков сведениями о лицах, допущенных к управлению данным автомобилем по выданным полисам страхования автогражданской ответственности. ФИО3 не указана среди таких лиц и не имеет водительского удостоверения.

То есть ФИО3 владеет автомобилем формально.

Таким образом, апелляционная инстанция считает верным вывод суда первой инстанции о том, что в рассматриваемом случае произведена последовательная цепочка сделок, направленная на отчуждение автомобиля с целью их вывода из конкурсной массы Должника.

При этом перед судом не раскрыты разумные экономические мотивы поведения при заключении договоров по отчуждению автомобиля с учетом того, что фактически ими пользуется прежний собственник (бенефициар ФИО11) и стоимость, уплаченная за него Должником с учетом внесения лизинговых платежей, более чем в два раза выше его продажной цены.

Таким образом, спорный автомобиль отчужден в результате спланированной схемы по выводу имущества из конкурсной массы Должника, что свидетельствует о наличии оснований для признания сделок недействительными в соответствии со статьей 170 ГК РФ, так как данные сделки купли-продажи являются цепочкой сделок, составляющих, по сути, единую сделку, совершенную с целью недопущения возможности обращения взыскания на автомобиль по требованиям кредиторов Должника.

По смыслу положений пункта 2 статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Поскольку сделки по отчуждению спорного автомобиля, совершенные заинтересованными лицами, являются единой сделкой на основании статьи 170 ГК РФ, в силу статьи 167 ГК РФ и пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве имущество, переданное по недействительной сделке, может быть возвращено законному собственнику путем применения последствий недействительности сделки.

Как установлено пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку спорное транспортное средство находится в собственности ФИО3, в качестве последствий недействительности сделок суд первой инстанции правильно возложил на ней обязанность возвратить Должнику данный автомобиль.

Ссылка апеллянта на пропуск срока исковой давности правильно отклонены судом первой инстанции, так как трехлетний срок давности по обжалованию цепочки вышеуказанных сделок как ничтожных не пропущен, поскольку заявление об оспаривании договоров направлено в арбитражный суд 01.11.2022.

При таких обстоятельствах, поскольку нормы материального права применены судом первой инстанции верно, нарушения процессуальных норм не допущено, оснований для отмены принятого судебного акта не имеется.

Расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела судом апелляционной инстанции, в силу статьи 110 АПК РФ, относятся на апеллянта, так как апелляционная жалоба признана необоснованной.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил :

определение Арбитражного суда Вологодской области от 06.10.2025 по делу № А13-9809/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в течение месяца со дня принятия.

Председательствующий

О.Г. Писарева

Судьи

Т.Г. Корюкаева

Н.Г. Маркова