Решение по делу № А63-22877/2024 от 24.09.2025 | АС Ставропольского края

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СТАВРОПОЛЬСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Ставрополь Дело № А63-22877/2024

24 сентября 2024 года.

Резолютивная часть решения объявлена 10 сентября 2025 года.

Решение изготовлено в полном объеме 24 сентября 2024 года.

Арбитражный суд Ставропольского края в составе судьи Подылиной Е.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Чеховой Е.Е. рассмотрев в судебном заседании заявление общества с ограниченной ответственностью «ПРОФТОРГ», ИНН <***>, ОГРН <***>, к Северо-Кавказской электронной таможне, ИНН <***>, ОГРН <***>, о признании недействительным решения о внесении изменений в сведения, заявленные в декларации на товары после выпуска товаров, и об обязании восстановить нарушенные права и законные интересы заявителя, третье лицо: Северо-Кавказское таможенное управление, ИНН <***>, при участии представителя заявителя – ФИО1 по доверенности от 30.10.2024, представителей заинтересованного лица – ФИО2 по доверенности от 26.12.2024, ФИО3 по доверенности от 25.03.2025, представителя третьего лица - ФИО2 по доверенности от 13.01.2025,

УСТАНОВИЛ:

ООО «ПРОФТОРГ» обратилось в Арбитражный суд Ставропольского края с заявлением к Северо-Кавказской электронной таможне о признании незаконным решения от 14.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10805010/130624/5008141, после выпуска товаров и об обязании восстановить нарушенные права и законные интересы заявителя путем возврата излишне уплаченных таможенных платежей в сумме 85 745,87 руб.

Суд привлек к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Северо-Кавказское таможенное управление, г. Минеральные воды.

Заявление мотивировано несогласием с решением таможенного органа о применении резервного метода (метод 6) определения таможенной стоимости. Декларант указывает на достаточность объема документации и сведений, представленных в ходе мероприятий таможенного контроля, для определения таможенной стоимости ввезенного товара путем применения первого метода определения таможенной стоимости. В обоснование заявленных требований общество указало об исполнении запросов таможенного органа в ходе таможенного контроля таможенной стоимости ввезенного товара, а также о несогласии с принятым по его результатам решением от 14.09.2024, согласно которому в декларацию на товары (далее – ДТ) внесены изменения в части таможенной стоимости, что привело к начислению дополнительных таможенных платежей, которые Общество полагает излишне взысканными.

Таможенный орган с заявленными требованиями не согласился, считает оспариваемые решения законными и обоснованными по основаниям, изложенным в отзыве и дополнениях к нему.

Исследовав материалы дела, суд считает требования заявителя подлежащими удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, в соответствии с договором поставки и купли-продажи сроком на три года 19/01/2024 по 17/01/2027 (далее: контракт б/н от 19.01.2024г.) ООО «ПРОФТОРГ» ввезло из Турции на территорию Российской федерации и произвело таможенное оформление по декларации на товары (ДТ) № 10805010/130624/5008141 хозяйственные товары: стиральный порошок, моющие средства, мыло и влажные салфетки, производства AKANSAN SAGLIK VE TEMIZLIK URUNLERI SAN. VE TIC. LTD.STI.

При подаче указанной ДТ, декларантом ООО «ПРОФТОРГ» в порядке, предусмотренном ст. 183 Таможенного кодекса Таможенного союза в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости представлены контракт б/н от 19.01.2024г., Дополнительное соглашение б/н от 15.05.2024г., Инвойс № ZLF2024000000004 от 06.06.2024г. (на английском языке), Инвойс № ZLF2024000000004 от 06.06.2024г. (на русском языке), Упаковочный лист № ZLF2024000000004 от 06.06.2024г., Прайс-лист б/н от 01.06.2024г., Проформа инвойса № PI010624 от 01.06.2024г., Платежное поручение по оплате товара № 5 от 21.06.2024г., СМR №20200210-001 от 06.06.2024г., Сертификат происхождения № 1264984 от 07.06.2024г.

Таможенный орган, посчитал предоставленные декларантом документы недостаточными для определения таможенной стоимости по стоимости сделки и предложили произвести корректировку таможенной стоимости товаров.

Не согласившись с повышением стоимости товаров, общество отказалось оформлять окончательную корректировку таможенной стоимости. Товары были выпущены под обеспечение уплаты таможенных пошлин, налогов.

В целях уточнения структуры таможенной стоимости товаров, оформленных по указанным ДТ, в соответствии с п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС таможенный орган запросил у декларанта дополнительные сведения и документы.

В ходе проведения дополнительной проверки, посчитав, что сведения о таможенной стоимости товаров по спорной ДТ должным образом не подтверждены, таможенный орган направил заявителю запросы документов и сведений, в которых декларанту предложено представить дополнительные документы и сведения, необходимые для определения таможенной стоимости.

По результатам анализа представленных документов, таможенный орган пришел к выводу о том, что декларантом не представлены все дополнительно запрошенные документы, а представленные к таможенному декларированию сведения о таможенной стоимости не явились достаточными, количественно определяемыми, документально подтвержденными, в связи с чем, приняло решение от 14.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары №10805010/130624/5008141. Основанием для вынесения решения, явился тот факт, что в документах, представленных заявителем, установлены расхождения и противоречия, которые не устранены декларантом в ходе дополнительных запросов.

Не согласившись с указанным решением, посчитав его необоснованными и не соответствующими действующему таможенному законодательству, заявитель обратился с настоящим заявлением в арбитражный суд.

Согласно п.4 ст.200 АПК РФ при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом согласно п.5 ст.200 АПК РФ с учетом п.1 ст.65 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

Согласно ст.13 ГК РФ ненормативный акт, не соответствующий закону или иным правовым актам и нарушающий гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина, может быть признан судом недействительным.

Согласно п.1 Постановления Пленума ВС РФ от 01.07.1996 г. № 6 и Пленума ВАС РФ № 8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если суд установит, что оспариваемый акт не соответствует закону или иным правовым актам и ограничивает гражданские права и охраняемые законом интересы гражданина или юридического лица, то в соответствии со ст.13 ГК он может признать такой акт недействительным.

Таким образом, из существа приведенных норм следует, что для признания недействительным обжалуемого заявителем решения таможенного органа необходимо наличие двух обязательных условий, а именно, несоответствие его закону и наличие нарушения им прав и охраняемых законом интересов заявителя.

Порядок определения таможенной стоимости осуществляется в соответствии с положениями главы 5 ТК ЕАЭС.

Порядок контроля таможенной стоимости товаров утвержден Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 2 марта 2018 г. № 42 «Об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза» (далее по тексту - Порядок контроля).

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 Кодекса).

В то же время с учетом положений пункта 1 статьи 38 Таможенного кодекса предъявляемые к декларанту требования по подтверждению таможенной стоимости должны быть совместимы с коммерческой практикой.

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые:

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС, ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 Кодекса, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 настоящего Кодекса (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 Кодекса).

По правилам пункта 2 названной статьи, в случае если в документах, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пункта 1 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

Пунктом 2 этой же статьи предусмотрено, что при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

Если подача таможенной декларации не сопровождалась представлением документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, таможенный орган вправе в отношении проверяемых сведений запросить у декларанта документы, сведения о которых указаны в таможенной декларации (пункт 1 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 4 указанной статьи, таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС, при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 настоящего Кодекса.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Из содержания пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, установленная Таможенным кодексом и основанная на статье VII Г АТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции, определяемой с использованием соответствующих методов таможенной оценки.

Правилами применения резервного метода (метод 6) при определении таможенной стоимости товаров установлено, что резервный метод определения ТС применяется в случае, если таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, не может быть определена в соответствии с другими способами определения ТС, установленных Кодексом, в связи с несоответствием обстоятельств ввоза оцениваемых товаров условиям применения каждого из методов, и (или) из-за отсутствия необходимой информации для их применения. В случае наличия возможности гибкого применения нескольких методов применения ТС необходимо придерживаться последовательности их применения. При этом согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

В то же время отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок - данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Согласно пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» основываясь на положениях пункта 13 статьи 38, пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Не предоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

Из материалов дела следует, что в целях документального подтверждения и количественного определения таможенной стоимости, заявителем таможенному органу вместе с таможенной декларацией и двумя ответами на запросы, были представлены следующие документы: внешнеторговый контракт б/н от 19.01.2024г., дополнительное соглашение б/н от 15.05.2024г., экспортная декларация № 24270100EX00042887 от 07.06.24 с отметками о проведении таможенного декларирования таможенными органами страны вывоза, официально заверенный перевод экспортной декларации № 24270100EX00042887 от 07.06.2024г., инвойс № ZLF2024000000004 от 06.06.2024г. на русском и английском языках, упаковочный лист № ZLF2024000000004 от 06.06.2024г., прайс-лист б/н от 01.06.2024г., счет-проформа № PI010624 от 01.06.2024г., СМR № 20200210-001 от 06.06.2024г., сертификат происхождения № 1264984 от 07.06.2024г., ведомость банковского контроля (ВБК) № 24020051/3311/0000/2/1, платежное поручение по оплате товара № 5 от 21.06.2024г., выписка из лицевого счета за период 01.05.2024г. до 31.07.2024г., письмо от поставщика б/н от 01.08.2024г., каталог производителя с фотографиями, пояснительная записка об отсутствии лицензионных соглашений, ценовой анализ-мониторинг сводных данных по импорту товара с кодами ТНВЭД 3402500000 и 3401110009 из Турции в РФ в разрезе таможенных органов по состоянию на текущую дату полученный из официального источника базы данных, приходный ордер по оприходовании рассматриваемой поставки № 25 от 13.06.2024г., договор реализации №16-05 от 16.05.2024г., товарная накладная № 712 от 09.08.2024г., счет-фактура 305 от 09.08.2024г.

Судом установлено, что заявитель представил доказательства заключения сделки, на основании цены, которой обществом определена таможенная стоимость. В совокупности предоставленные документы позволяют установить согласованные сторонами контракта условий об ассортименте, количестве и цене поставляемых в рамках данной поставки товаров, их доставку и оплату.

Довод таможенного органа о невозможности определить стоимость дополнительных расходов из-за отсутствия пункта доставки в представленной ЦМР № 202000210-0014 от 07.06.2024 и в экспортной декларации № 24270100EX00042887 от 07.06.2024 отклоняется судом по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что в представленной CMR в графе 3 указан пункт доставки «RUSYA FEDERASYONU», а в экспортной декларации в гр. 20 указано «CIF РОССИЯ» без уточнения пункта доставки.

Между тем, пунктом 4.6. контракта б/н от 19.01.2024г. предусмотрено, что доставка каждой партии товара при наземной перевозке будет осуществляться продавцом в соответствии с «Инкотермс 2010» на условиях CIF Самур или Владикавказ.

Согласно пункту 7.1. контракта б/н от 19.01.2024г., цены на заказанную продукцию устанавливаются в счете-проформе, отправленном продавцом покупателю.

В представленном счете-проформе № PI010624 от 01.06.2024г. указано, что итоговая сумма поставки составляет 24 988,41 доллар США на условиях CIF SAMUR. Таким образом, сторонами сделки согласована цена на условиях поставки CIF при доставке товара в пункт назначения – Самур.

Судом установлено, что партия товара, оформленного ДТ №10805010/130624/5008141 прошла границу и была доставлена в Самур, о чем свидетельствуют отметки и печати на CMR. Данное обстоятельство подтверждено так же транспортной накладной № 85 от 16.04.2024г., согласно которой, рассматриваемая партия товара была перегружена на транспорт ООО «ПРОФТОРГ» и перевезена на один из складов общества.

Факт доставки товара до п. Самур таможенным органом не опровергается. В представленной экспортной декларации № 24270100EX00042887 от 07.06.2024г. указаны контракт и инвойс, что позволяет соотнести ее с данной поставкой.

Изучив представленные обществом документы, суд пришел к выводу, что указание в CMR в графе 3 «RUSYA FEDERASYONU», так же как и в экспортной декларации «СIF Россия» вместо «СIF Самур» не может влиять на размер дополнительных расходов, так как они уже включены в стоимость товара, которая согласована сторонами в контракте б/н от 19.01.2024г. и проформе инвойса № PI010624 от 01.06.2024г. на условиях CIF Самур.

К тому же экспортная декларация является документом поставщика и общество не может повлиять на ее заполнение. Все остальные сведения, в экспортной декларации корреспондируются со сведениями, заявленными при таможенном оформлении, в связи с чем, данный документ подтверждает таможенную стоимость товара, заявленную обществом первым методом по цене сделки. Доказательств недействительности экспортных деклараций таможенным органом не представлено.

По смыслу статьи 325 ТК ЕАЭС, таможенный орган обязан рассматривать документы поставки в совокупности. Как разъяснено Верховным Судом Российской Федерации в Постановлении Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» выявление отдельных недостатков в оформление представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.), в соответствии с требованиями гражданского законодательства, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о нарушении требований пункта 10 ст.38 ТК ЕАЭС (п.9 Постановления).

К тому же экспортная декларация, являясь документом внутреннего таможенного контроля страны отправления товаров, не входит в число документов, имеющих непосредственное отношение к внешнеэкономической сделке, и является лишь документом, выданным официальным органом страны отправления товаров иностранному контрагенту.

Судом также отклоняется довод таможни, приведенный в качестве основания корректировки таможенной стоимости товаров, о расхождении в условиях поставки «CIF Самур» в коммерческих документах и «CIР Самур» в спорной ДТ.

Контрактом б/н от 19.01.2024г. в пунктах 4.5 и 4.6 предусмотрена как морская, так и наземная доставка товара, однако данная партия товара перевозилась автотранспортом.

Как пояснило общество, в связи с тем, что товар доставлялся не морским транспортом, а наземным, декларант при оформлении таможенной декларации посчитал более правильным указать «CIР Самур», а не «CIF Самур», так как данное изменение не влияет на определение таможенной стоимости товара.

Отличие между CIP и CIF заключается в том, что CIF (cost, insurance and freight) — «стоимость, страхование и фрахт» применяется только к морским перевозкам, а CIP(carriage and insurance paid to) – «перевозка и страхование оплачены до» может использоваться для любого вида транспорта. Для определения таможенной стоимости товаров в части дополнительных расходов эти условия поставок абсолютно идентичны.

Во всех документах поставки указаны условия поставки «CIF Самур» и только самим обществом в графе 20 ДТ №10805010/130624/5008141 указано «CIР Самур», что не влияет на определение размере таможенной стоимости товара и не может являться основанием для проведения ее корректировки.

Суд отклоняет аргумент Северо-Кавказской электронной таможни о различие цены одних и тех же товаров в разных поставках в рамках одного контракта б/н от 19.01.2024г.

Как установлено судом, по контракту б/н от 19.01.2024г. общество закупает несколько позиций одних и тех же товаров разного веса: влажные салфетки, стиральные порошки различной фасовки, моющие средства и т.д.

Так как стоимость транспортных расходов на условиях поставки СIР включается в стоимость товара, цена товара может незначительно отличаться в каждой поставке из-за распределения стоимости транспортных расходов на каждую единицу товара. При одинаковой стоимости доставки количество груза всегда разное.

Так, при большем количестве единиц легких товаров, транспортные расходы распределяются пропорционально каждой единице товара, что уменьшает транспортную надбавку к ее стоимости, и наоборот, при заказе тяжелого товара, так как вес контейнера ограничен, количество единиц товара меньше и стоимость перевозки добавляется в большем размере.

Обществом вместе с дополнением к иску от 27.06.2025г. предоставлены таблицы стоимости предыдущих партий товаров, на которые ссылается таможенный орган (инвойсы №ZLF2024000000004 от 06.06.24, № ZLF2024000000005 от 01.06.24, №ZLF2024000000003 от 03.05.24) в сравнении с рассматриваемой поставкой.

Из таблиц изменения цен по пяти откорректированным товарам, ввезенным по спорной и предыдущим поставкам следует, что разница в цене не является значительной, и соответствует распределению транспортных расходов.

Так же обществом даны пояснения, почему рассматриваемая партия товара стоит дороже предыдущих.

В таблице распределения транспортных расходов наглядно продемонстрировано, что спорная поставка является самой дорогостоящей из-за того, что по ней ввозился более легкий товар влажные салфетки в большем объеме, чем тяжелые порошки, в то время, как по предыдущим поставкам в большем объеме ввозился тяжелый стиральный порошок, чем легкие салфетки. При этом вес брутто всех поставок практически одинаковый из-за нормативных требований к автоперевозкам.

Исходя из представленных обществом пояснений и расчетов, судом установлено, что по оспариваемой поставке, оформленной инвойсом ZLF2024000000004 от 06.06.2024г. общество закупило больший суммарный объем легкой продукции, чем по сравниваемым поставкам, что при одинаковой стоимости доставки позволило незначительно снизить стоимость каждой единицы товара. При этом высокая стоимость поставки обусловлена более высокой ценой влажных салфеток из расчета на вес в сравнении со стиральными порошками.

Так же несостоятелен довод таможенного органа об отсутствии документального подтверждения страхования груза.

Как установлено судом, во время таможенной проверки обществом был запрошен и получен от поставщика страховой полис № 481021000498-5 от 06.06.2024г. с подробными расчетами страховой суммы и страхового вознаграждения. Обществом был сделан официальный перевод данного документа.

В представленном страховом полисе прописан маршрут: Турция Газиентеп – Дагестан Россия, указаны номера машины 47 AAL 900 / 42 PF 798 как в CMR, наименование страхователя – поставщика, наименование груза. Данные сведения позволяют однозначно идентифицировать данный полис с поставкой товаров, оформленных по ДТ № 10805010/130624/5008141.

Согласно Контракта б/н от 19.01.2024г. и условий поставки CIF Самур (СIP Самур) страхование полностью включено в таможенную стоимость товара и отдельно из стоимости товара не выделяется. Это же подтвердил и поставщик в своих письмах б/н от 01.08.2024г. и б/н от 04.09.2024г.

В ДТ № 10805010/130624/5008141 сумма страхования декларантом не выделялась и не заявлялась к оформлению, так как изначально включена поставщиком в стоимость товара и ее размер в документах не указан.

Таким образом, оформленный и представленный поставщиком страховой полис № 481021000498-5 от 06.06.2024г. по своей сути является лишь доказательством выполнения поставщиком своих обязательств по страхованию груза и не может влиять на определение таможенной стоимости ввезенного товара, так как проверить, какая сумма страховки включена в таможенную стоимость товара, не представляется возможным.

Контрактом, обязанность выделения сумы страховки из стоимости товара на поставщика не возложена, действующим законодательством не установлена.

Согласно подпункту «b» пункта А3. Инкотермс 2010, у продавца нет обязанности перед покупателем по заключению договора страхования. Однако продавец обязан предоставить покупателю, по его просьбе, на его риск и за его счет (при наличии расходов), информацию, необходимую покупателю для получения страхования. Таким образом, Инкотермс устанавливает лишь обязанность продавца предоставить информацию покупателю в случае, если покупатель будет самостоятельно осуществлять страхование груза. Обязанность продавца подтверждать стоимость страхования Инкотермс не установлена.

Судом учтено, что для устранения возникающих вопросов, уже после таможенного оформления спорного товара, стороны дополнительным соглашением к контракту № 2 от 12.05.2025г. внесли в контракт б/н от 19.01.2024г. пункт 7.7., согласно которого поставщик оставляет за собой право не выделять в коммерческих документах стоимость транспортных, страховых и иных расходов по отправке партий товаров покупателю, а так же не предоставлять подтверждающие документы, когда в соответствии с условиям поставки стоимость товара уже включает в себя данные расходы. Тем самым участники сделки подтвердили свою позицию о не выделении дополнительных расходов из стоимости товара когда условиями поставки это не предусмотрено.

Суд отклоняет аргумент Северо-Кавказской электронной таможни о расхождении условий поставки в формализованных и оригинальных документах.

Формализованные документы – это электронные формы документы, представленные в виде таблиц в утвержденных XML-форматах, которые декларант заполняет по установленной форме. То, что декларант указал в CMR условия поставки «CIР Самур» является обязательным условием заполнения графы 15 формализованной CMR. Так как в таможенной декларации указаны условия поставки «CIР Самур», они автоматически переносятся в гр. 15 электронной (формализованной) CMR и повлиять на это невозможно. Отсутствие в оригинальной транспортной накладной слов «CIР Самур» не влияет на достоверность представленных декларантом сведений, тем более, что CMR на бумажном носителе была предоставлена самим обществом вместе с таможенной декларацией.

Довод Северо-Кавказской электронной таможни о том, что заявленный индекс таможенной стоимости существенно отличается от стоимости товаров того же класса или вида при продаже на экспорт в Россию не может свидетельствовать о недостоверности заявленной таможенной стоимости.

Верховным Судом Российской Федерации также указано на то, что согласно пункту 15 статьи 38 Таможенного кодекса за основу определения таможенной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься стоимость сделки с ввозимыми товарами (первый метод определения таможенной стоимости).

Судом исследованы документы реализации, расчет стоимости товаров поштучно, предоставленный суду с дополнением от 27.06.2025г., и расчет стоимости закупки и реализации спорных товаров № 1 и № 3, направленный суду с дополнением от 17.06.2025г. Согласно данных документов цена ввезенного обществом товара соответствует обычному уровню рыночных цен, наценка при реализации является небольшой и соответствует обычаю делового оборота.

Пояснения о различие взятых за основу товаров и товаров, ввезенных обществом, были даны суду вместе с возражениями на отзывы от 20.01.2025г. и 13.05.2025г. В данных возражениях общество указало на взятые за основу товары торговой марки «ABS», которая входит в таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности под рег. номером 07224/13714-001/ТЗ-190325, и на товары торговых марок «PREDO» и «PREDO WET WIPES». Утверждение заинтересованного лица о том, что по взятым за основу поставкам лицензионные платежи заявлены не были, не опровергает факт их наличия.

Так же общество указало на существенные различия в условиях поставок и отдаленность таможенных постов, чья информация была взята за основу. Так, во взятой за основу ДТ 10013160/200324/3097682 условия поставки EXW GAZIANTER, таможенное оформление было произведено Московским областным таможенным постом. Во взятой за ценовую основу по товару № 2 ДТ 10805010/190224/3001179 условия поставки CIР Владикавказ, товар ввозился не из Турции, а из Грузии.

Таким образом, таможенным органом не были соблюдены условия (критерий) о сопоставимости идентичности и условий ввоза (приобретения) сравниваемых товаров в соответствии с требованиями статей 42, 45 ТК ЕАЭС.

Суд установил, что во время таможенного оформления обществом были предоставлены качественные характеристики товара, сертификаты, фотографии, а так же каталоги с подробным описанием характеристик товаров, влияющих на его цену.

Из представленных заинтересованным лицом сведений мониторинг-анализа, цены на товар № 1 влажные салфетки (Индекс таможенной стоимости – ИТС по графе 46) начинаются от 0,73 доллара США за кг., большое количество деклараций выпущены на тех же условиях поставки CIF, а так же на сопоставимых по расчету таможенной стоимости условиях CFR по цене 0,78 и 0,83 доллара США за кг. в г. Новороссийске. При этом обществом заявлена цена 1,13 долларов США за кг., что почти в два раза выше минимального уровня цен, имеющихся в базе таможенного органа.

Согласно мониторингу, ИТС по графе 46 на товар № 3 – стиральный порошок, ИТС начинается с 0,71 доллара США за кг. (ДТ № 10013160/010324/5011910, условия поставки CРТ – Махачкала). Общество заявило 0,80 долларов США за кг. При этом, товары с более низким ИТС выпущены первым методом.

Судом так же учтено, что размер корректировки по ДТ 10805010/130624/5008141, составил менее 7,5 % от заявленной стоимости товаров: сумма корректировка по двум товарам составила 85 745,87 руб., тогда как таможенная стоимость откорректированных товаров 1`174`139,75 руб. (товара № 1 – 228 153,84 руб., товара № 3 – 945 985,91 руб.)

Из размера корректировки и сведений мониторинг-анализа следует, что значительного отличии цены сделки от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными на таможенную территорию Российской Федерации при сопоставимых условиях нет. Заявленный обществом ИТС выше минимальных показателей ИТС на аналогичные товары, ввезенные в сопоставимый промежуток времени из Турции.

Таким образом, утверждение таможенного органа о том, что обществом покупался товар по значительно более низкой стоимости, чем продают иные импортеры аналогичного товара, не нашло подтверждения.

Суд не может согласиться с доводом таможенного органа о том, что заявленная в ДТ №10805010/130624/5008141 таможенная стоимость товаров и сведения, не основана на достоверной, количественно определяемой и документально подтверждённой информации, не основывается на действительной стоимости товаров, что является нарушением пункт а 10 статьи 38, пункта 2 статьи VII Генерального соглашения по тарифам и торговле 1994 года.

Таможенный орган откорректировал не все товары, оформленные обществом, а только 2 товара из трех. В отношении части поставки у Северо-Кавказской электронной таможни нет вопросов к документальному подтверждению сделки, что противоречит указанному выше утверждению таможенного органа.

Доводы Северо-Кавказской электронной таможни о том, что данные, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости, не подтверждены документально в полном объеме, опровергаются материалами дела. Документальные доказательства, подтверждающие недействительность документов, представленных заявителем в таможенный орган, заинтересованным лицом суду не представлены.

В силу пункта 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление) непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом Решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Исследование представленных сторонами доказательств показывает, что необходимые для подтверждения таможенной стоимости документы общество предоставило таможенному органу. Данные документы в своей совокупности содержат сведения, необходимые и достаточные для подтверждения заявленной таможенной стоимости товаров: выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, содержат соответствующие ссылки, содержат все необходимые сведения о наименовании товара и его стоимости. Сведения в данных документах также позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Сторонами согласованы существенные условия контракта, претензий по ассортименту, количеству, цене ввезенного товара у его участников не имеется. При таможенном оформлении товаров общество документально подтвердило совершение внешнеторговой сделки на условиях, задекларированных в таможенном органе.

Товар, поставляемый по ДТ № 10805010/130624/5008141, оплачен платежным поручением № 5 от 21.06.2024г. в размере, заявленном в таможенной декларации, счете-проформе № PI010624 от 01.06.2024г. и инвойсе № ZLF2024000000004 от 06.06.2024г. Оплата подтверждена выпиской с банковского счета и Ведомостью банковского контроля № 24020051/3311/0000/2/1.

Фактическое исполнение сделки полностью устраняет сомнения в достижении сторонами договорённости по всем существенным условиям поставки товара. Противоречий в предоставленных документах сведениям, заявленным в ДТ № 10805010/130624/5008141, не установлено. Условий, позволяющих исключить применение метода определения таможенной стоимости «по цене сделки» (пункт 1 статьи 39 ТК ЕАЭС), таможенный орган не доказал.

Обществом соблюдены условия пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС, согласно которым таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к её определению, должны основываться на количественно определяемой и документально подтвержденной достоверной информации. ООО «ПРОФТОРГ» руководствовалось Правилами применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1), утверждёнными Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 20 декабря 2012 года № 283 «О применении метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами (метод 1)». Ограничений по применению 1-го (основного) метода определения таможенной стоимости, исчерпывающий перечень которых изложен в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС, в данном случае не имеется.

Предоставленные таможенному органу документы и сведения, подтверждающие и поясняющие цену сделки и условия её совершения, в том числе представленные таможенном декларировании и в ходе дополнительной проверки, в своей совокупности достаточны для целей таможенной оценки и для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости. Осуществляя её корректировку, Северо-Кавказская электронная таможня не учла представленные обществом документы и информацию, доказывающие правильность выбранного им метода определения таможенной стоимости и достоверность заявленных сведений о ней.

Представленные обществом документы не имеют признаков недостоверности и являются достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенного товара. Противоречий между одними и теми же сведениями, содержащимися в представленных документах, нет.

В соответствии с этим, суд пришел к выводу о том, что данных документов достаточно для применения метода определения таможенной стоимости товаров по стоимости сделки с ввозимыми товарами.

При этом факт перемещения указанного в ДТ товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового договора таможенным органом не оспаривается. Доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможня не представила, равно как и не представила доказательства невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Таким образом, выводы таможенного органа, сделанные в оспариваемом акте, не основаны на относимых, допустимых, достоверных, а в совокупности достаточных доказательствах, которые влияют на формирование таможенной стоимости ввозимого товара.

При таких обстоятельствах, суд считает, что довод таможни о том, что Обществом не подтверждены структура импортной стоимости товара, является несостоятельным.

Принимая оспариваемое решение, таможенный орган фактически возложил на общество обязанность по уплате пошлин, налогов в большем размере, чем предусмотрено законодательством.

Рассматривая вопрос о восстановлении прав Общества, суд исходит из разъяснений, данных в пункте 33 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 №49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» о том, что в случае признания судом незаконным решения таможенного органа, влияющего на исчисление таможенных платежей, либо отказа (бездействия) таможенного органа во внесении изменений в декларацию на товар и (или) в возврате таможенных платежей, в целях полного восстановления прав плательщика на таможенные органы в судебном акте возлагается обязанность по возврату из бюджета излишне уплаченных (взысканных) платежей.

Северо-Кавказской электронной таможней и материалами дела, подтверждается уплата Обществом таможенных платежей в полном объёме по корректировке таможенной стоимости по спорной ДТ. Доказательства наличия у Общества недоимки по уплате таможенных платежей, таможенным органом в материалы дела не представлены.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что оснований для корректировки, заявленной обществом в ДТ № 10805010/130624/5008141 таможенной стоимости товара, у Северо-Кавказской электронной таможни не имелось.

В соответствии с частью 2 статьи 201 АПК РФ арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

При изложенных обстоятельствах суд пришел к выводу, что требования заявителя являются законными, обоснованными и подлежат удовлетворению.

Распределение судебных расходов между лицами, участвующими в деле, регламентировано статьей 110 АПК РФ.

В силу части 1 статьи 110 АПК РФ, судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Обществом при обращении уплачена государственная пошлина в размере 50 000 рублей, которая в силу названных норм подлежит взысканию таможенного органа в пользу заявителя.

В соответствии с пунктом 2 приказа ФТС России от 17.07.2019 № 1182, Северо-Кавказское таможенное управление наделено бюджетными полномочиями, в том числе, в отношении подчиненного таможенного органа - Северо-Кавказкой электронной таможни.

С учетом изложенного, исполнение судебного акта по взысканию судебных расходов должно осуществляться Северо-Кавказским таможенным управлением, как распорядителя бюджетных полномочий по отношению к нижестоящему таможенному органу - Северо-Кавказской электронной таможни.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

РЕШИЛ:

признать недействительным решение Северо-Кавказской электронной таможни от 14.09.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10805010/130624/5008141 после выпуска товаров.

Обязать Северо-Кавказскую электронную таможню, ИНН <***>, ОГРН <***>, устранить допущенные нарушения прав и законных интересов общества с ограниченной ответственностью «ПРОФТОРГ», ИНН <***>, ОГРН <***>, путем возврата излишне уплаченных таможенных платежей в размере 85 745,87 руб. на единый лицевой счет в соответствии с требованиями таможенного законодательства.

Взыскать с Северо-Кавказского таможенного управления, ИНН <***>, в пользу общества с ограниченной ответственностью «ПРОФТОРГ», ИНН <***>, ОГРН <***>, расходы по оплате государственной пошлины в сумме 50 000 руб.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Ставропольского края в Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия (изготовления в полном объеме) и в Арбитражный суд Северо – Кавказского округа в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу при условии, что решение было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья Е.В. Подылина