ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
№ 18АП-15985/2024
г. Челябинск
21 февраля 2025 года
Дело № А47-479/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 12 февраля 2025 года.
Постановление изготовлено в полном объеме 21 февраля 2025 года.
Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Матвеевой С.В.,
судей Волковой И.В., Забутыриной Л.В.,
при ведении протокола секретарем судебного заседания Ромадановой М.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.10.2024 по делу № А47-479/2023.
В судебное заседание посредством вебконференц-связи явились:
представитель ФИО2 - ФИО3 (паспорт, доверенность);
представитель финансового управляющего ФИО4 - ФИО5 (паспорт, доверенность).
В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 (далее – ФИО6, должник) финансовый управляющий должника ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением к ФИО1 (г.Орск, Оренбургская область), ФИО2 (г.Сочи, Краснодарский край, Центральный район, СНТ «Бриз»):
о признании недействительной сделкой договор дарения доли земельного участка б/н от 25.06.2021, заключенный между ФИО6 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) в лице ФИО7, на основании которого 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201001:1565, адрес: <...> «Бриз» участок 70в) перешла к ФИО1;
о признании недействительной сделкой договор дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок б/н от 27.04.2015, заключенный между ФИО6 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) в лице ФИО7, на основании которого 3/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201001:1565, адрес: <...> «Бриз» участок 70в) перешла к ФИО1;
о признании недействительной сделкой договор дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок б/н от 27.04.2015, заключенный между ФИО6 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) в лице ФИО7, на основании которого 3/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201003:1190, адрес: <...> «Бриз» участок 48) перешла к ФИО1;
о признании недействительной сделкой договор дарения доли земельного участка б/н от 25.06.2021, заключенный между ФИО6 (даритель) и ФИО1 (одаряемый) в лице ФИО7, на основании которого 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201003:1190, адрес: <...> «Бриз» участок 48) перешла к ФИО1;
о признании недействительной сделку, на основании которой за ФИО1 зарегистрировано право собственности на жилой дом (кадастровый номер 23:49:0201003:3048, адрес: Краснодарский край г. Сочи Центральный район ул. Ландышевая СНТ «Бриз», участок 70в);
о признании недействительной сделкой договор купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023, заключенный между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель), на основании которого право собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201003:1190) перешло от ФИО1 к ФИО2;
о признании недействительной сделкой договор купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023, заключенный между ФИО1 (продавец) и ФИО2 (покупатель), на основании которого право собственности на жилой дом (кадастровый номер 23:49:0201003:3048) и земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201001:1565) перешло от ФИО1 к ФИО2;
и применении последствий недействительности сделок.
Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 09.10.2024 (резолютивная часть от 25.09.2024) заявленные финансовым управляющим требования удовлетворены частично:
признаны недействительными сделки: договор дарения доли земельного участка б/н от 25.06.2021, на основании которого 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201001:1565, адрес: <...> «Бриз» участок 70в) перешла к ФИО1; договор дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок б/н от 27.04.2015, на основании которого 3/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201001:1565, адрес: <...> «Бриз» участок 70в) перешла к ФИО1; договор дарения доли в праве общей долевой собственности на земельный участок б/н от 27.04.2015, на основании которого 3/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201003:1190, адрес: <...> «Бриз» участок 48) перешла к ФИО1; договор дарения доли земельного участка б/н от 25.06.2021, на основании которого 1/4 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201003:1190, адрес: <...> «Бриз» участок 48) перешла к ФИО1; сделка, на основании которой за ФИО1 было зарегистрировано право собственности на жилой дом (кадастровый номер 23:49:0201003:3048, адрес: Краснодарский край г. Сочи Центральный район ул. Ландышевая СНТ «Бриз», участок 70в);
применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу ФИО6 денежных средств в размере 17 000 000 руб.
Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просил обжалуемое определение суда отменить и принять по делу новый судебный акт.
Податель жалобы ссылается на отсутствие со своей стороны нарушения положений статьи 10 ГК РФ. Указывает, что в тот период времени, когда была совершена спорная сделка, у должника не было проблем по исполнению обязательств перед кредиторами. Сделка не является ничтожной. Должник исполнял свои обязательства надлежащим образом на протяжении длительного периода времени. Довод суда о том, что должник перезаключал кредитные договоры и дополнительные соглашения, не могут служить доказательством невозможности исполнения кредитных обязательств. Вся совокупность документов опровергает доводы финансового управляющего о том, что апеллянт фиктивно осуществил государственную регистрацию права. Суд первой инстанции формально подошел к рассмотрению настоящего спора. Суд фактически безапелляционно принял доводы финансового управляющего, чем грубо нарушил нормы процессуального права.
Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.12.2024 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 12.02.2025.
Судебное заседание проведено с использованием систем веб-конференции (часть 1 статьи 153.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).
Поступивший до начала судебного заседания через электронную систему «Мой Арбитр» от финансового управляющего ФИО4 отзыв на апелляционную жалобу с доказательствами направления его в адрес лиц, участвующих в деле, приобщен к материалам дела в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (вх.№5197 от 30.01.2025).
В судебное заседание представитель ФИО6 не явился, к участию путем использования системы веб-конференции не подключился, хотя суд удовлетворил соответствующее ходатайство.
В судебном заседании представители ФИО2, финансового управляющего ФИО4 возражали против удовлетворения апелляционной жалобы.
Иные лица, участвующие в деле, судом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена судом в их отсутствие в порядке статей 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Согласно материалам дела, определением суда от 03.03.2023 в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов.
Решением суда от 28.06.2023 должник признан несостоятельным (банкротом) с открытием процедуры реализации имущества сроком на шесть месяцев. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО4
В процессе осуществления мероприятий процедуры банкротства финансовым управляющим установлены сделки должника, подпадающие, по его мнению, под признаки оспоримых и ничтожных сделок. В частности должником отчуждены следующие объекты недвижимости: здание нежилое, кадастровый номер 56:43:0113006:224, адрес: <...> кадастровая стоимость 13 413 968,46 руб. (3/4 доли в праве общей долевой собственности продана ООО «МВ Маркет» 12.12.2017, 1/4 доли - подарена сыну ФИО1 18.06.2019); - Здание нежилое, кадастровый номер 56:43:0113006:217, адрес: <...> кадастровая стоимость 4 148 375,21 руб. (подарено сыну ФИО1 08.08.2017; в дальнейшем отчуждено по договору купли-продажи от 08.05.2018 в пользу ООО «13», затем по договору купли-продажи 12.12.2022 зарегистрировано за ООО «Спарта»); - Здание нежилое, кадастровый номер 56:43:0113006:164, адрес: <...> кадастровая стоимость 743 753,27 руб. (подарено сыну ФИО1 13.03.2018; в дальнейшем отчуждено по договору купли-продажи от 26.08.2022 в пользу ФИО8); - Земельный участок, кадастровый номер 56:09:0105001:29, адрес: Оренбургская область Гайский район СНТ «Губерля» участок 14, кадастровая стоимость 116 858,24 руб. (подарен сыну ФИО1 15.05.2018); - Земельный участок, кадастровый номер 56:43:0113006:87, адрес: <...> кадастровая стоимость 3 282 623,19 руб. (подарен сыну ФИО1 08.08.2017; в дальнейшем снят с кадастрового учета 21.05.2018 -преобразован в земельный участок с кадастровым номером 56:43:0113006:358); - Земельный участок, кадастровый номер 56:43:0113006:356, адрес: Оренбургская область г. Орск северо-западная часть кадастрового квартала, кадастровая стоимость 1 073 053,92 руб. (1/10 доли в праве общей долевой собственности продана ООО «МВ Маркет» 12.12.2017, 9/10 доли - подарено сыну ФИО1 18.06.2019); - Земельный участок, кадастровый номер 56:43:0113006:357, адрес: Оренбургская область г. Орск северо-западная часть квартала, кадастровая стоимость 298 309,80 руб. (подарен сыну ФИО1 13.03.2018; в дальнейшем отчужден по договору купли-продажи от 26.08.2022 в пользу ФИО8); - Здание жилое, кадастровый номер 56:09:0105001:243, адрес: Оренбургская область Гайский район СНТ «Губерля» участок 14, кадастровая стоимость 508 039,84 руб. (подарено сыну ФИО1 15.05.2018); - Помещение жилое, кадастровый номер 56:43:0201013:385, адрес: <...>, кадастровая стоимость 2 700 242,45 руб. (подарено сыну ФИО1 22.02.2018); 21 А47-479/2023 - Земельный участок, кадастровый номер 23:49:0201003:1190, адрес: <...> «Бриз» участок 48, кадастровая стоимость 2 791 663,14 руб. (подарен сыну ФИО1: 3/4 доли 07.05.2015, 1/4 доли 28.06.2021; в дальнейшем отчужден по договору купли_продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 в пользу ФИО2); - Земельный участок, кадастровый номер 23:49:0201001:1565, адрес: <...> «Бриз» участок 70В, кадастровая стоимость 3 090 402,00 руб. (подарен сыну: 3/4 доли 07.05.2015, 1/4 доли 28.06.2021; в дальнейшем отчужден по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 в пользу ФИО2).
Финансовый управляющий отметил, что ФИО6 уже после даты введения процедуры банкротства продолжил дальнейшее отчуждение имущества, зарегистрированное на аффилированных лиц, а именно: транспортное средство ТОНАР 83102 (тип ТС: прицеп легковой, VIN отсутствует, 1999 года выпуска, шасси № Х0001568, цвет серый), ранее отчужденное ФИО9, в соответствии с данными сервиса «проверка автомобиля» было отчуждено 23.03.2023; земельный участок с кадастровым номером 23:49:0201003:1190 (адрес: <...> «Бриз» участок 48), ранее подаренный сыну, по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 был отчужден в пользу ФИО2; земельный участок с кадастровым номером 23:49:0201001:1565 (адрес: <...> «Бриз» участок 70в), ранее подаренный сыну, по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 был отчужден в пользу ФИО2; жилой дом с кадастровым номером 23:49:0201003:3048 (адрес: <...> «Бриз» участок 70в), ранее оформленный на сына, по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 был отчужден в пользу ФИО2
Государственная регистрация перехода права собственности на земельный участок (кадастровый номер 23:49:0201003:1190) с должника на его сына была произведена формально, во избежание обращения взыскания на объект недвижимости, контроль должника за этим имуществом сохранился.
Сын должника выступал в качестве мнимого (номинального) собственника.
При этом, как указал управляющий, на дату совершения оспариваемых сделок у должника перед АКБ «Форштадт» (АО) имелись неисполненные денежные обязательства по кредитным договорам, за счет которых должник осуществлял свою предпринимательскую деятельность. При этом вместо погашения данной задолженности, должник приобретал объекты недвижимости и оформлял их на сына (либо сразу, либо посредством последующего дарения).
Удовлетворяя требования финансового управляющего частично, суд первой инстанции исходил из доказанности всех необходимых условий для признания части сделок по дарению ФИО1 недвижимого имущества ничтожными, отягощенными злоупотреблением правом (статья 10, 167, 170 ГК РФ). Также суд пришел к выводу о том, что иные оспариваемые договоры дарения между должником и сыном, а так же сделка по оформлению собственности на жилой дом совершены (25.06.2021, 25.06.2021 и 03.12.2021, соответственно) в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве (24.01.2023), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. С учетом исследования всех представленных доказательств, суд резюмировал, что договоры дарения, а так же действия по регистрации в упрощенном порядке собственности на сына должника следует признать как совершенные при отсутствии встречного исполнения.
В отношении последующих сделок с ФИО2 суд отметил, что признаки, характерные при совершении цепочек сделок на конечного мнимого держателя активов должника, не выявлены. Признаки неравноценности сделок не установлены. С учетом изложенного, в удовлетворении заявления в части оспаривания сделок с ФИО2 судом отказано.
Повторно исследовав и оценив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы должника, суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в силу следующего.
Частью 3 статьи 17 Конституции Российской Федерации установлено, что осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц.
Особенности банкротства гражданина установлены параграфом 1.1 главы X Закона о банкротстве.
Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона. В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.
На основании пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 N 154-ФЗ "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве применяются к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве.
В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.
В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление в иных формах.
Под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по реализации принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 ГК РФ пределов осуществления гражданских прав. При этом лицо совершает действия с незаконной целью или незаконными средствами, нарушая права и законные интересы других лиц и причиняя им вред или создавая соответствующие условия.
Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.
При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.
Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.
Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ предусмотрено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.
Таким образом, по делам о признании сделки недействительной по причине злоупотребления правом одной из сторон при ее совершении обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются:
- наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок;
- наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий;
- наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.
- наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.
Согласно пункту 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.
В рассматриваемом споре первоначально принадлежащее должнику недвижимое имущество было отчуждено в пользу ФИО1 по двум договорам дарения от 27.04.2015.
Таким образом, оспариваемые сделки (два договора дарения от 27.04.2015) совершены более чем за три года до принятия заявления о признании должника банкротом, то есть за пределами срока подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, соответственно, данные сделки не могут быть оспорены по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, но могут быть оспорены по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательство (в частности, по основаниям, предусмотренным ГК РФ).
В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указывал на то, что в результате совершения оспариваемых сделок произошло безвозмездное отчуждение принадлежащего должнику имущества.
При этом материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не опровергается, что спорные сделки совершены в отношении заинтересованного лица, поскольку ФИО1 является сыном должника.
Судом учтено, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами. Данное обстоятельство подтверждено материалами дела.
По утверждению финансового управляющего, сын должника ФИО1 зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, а также создал юридическое лицо по поручению своего отца в качестве дублирующего (резервного) варианта осуществления предпринимательской деятельности должника. Указанное подтверждается в частности и тем, что период времени, в котором ФИО1 зарегистрировался в качестве индивидуального предпринимателя, а также создал юридическое лицо, коррелирует с периодом времени в котором должник должен был возвратить сумму основного долга по кредитам, выданным АКБ «Форштадт».
Данные обстоятельства документально не опровергнуты сторонами.
По пункту 1 статьи 572 ГК РФ по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.
В силу правовой природы договора дарения, его фактических условий, не подразумевающих встречного предоставления одариваемым дарителя, должник никакого встречного исполнения по данной сделке не получил, таким образом, совершение сделки не имело для должника экономической выгоды.
Доказательства того, что на дату заключения договора дарения должник имел возможность погасить задолженность перед кредиторами, предъявившими свои требования, либо имеющихся у него денежных средств было достаточно для погашения долга, должник в материалы дела не представил.
Судом приняты пояснения управляющего об иных обстоятельствах дела о банкротстве ФИО6
В частности, отмечено, что после получения должником уведомления от АКБ «Форштадт» (АО) от 03.11.2021 (имеется в материалах дела) о досрочном расторжении кредитных договоров, на основании которых возникли кредиторские требования АКБ «Форштадт» (АО), осознавая недостаточность имущества находящегося в залоге банка для погашения кредиторских требований, ФИО6 предпринял ряд действий по выводу своего имущества из конкурсной массы и оформлению его на аффилированных лиц.
Так, ФИО9 были отчуждены транспортные средства, принадлежащие должнику (письмо РЭО ГИБДД МУ МВД России «Орское» от
14.03.2023 имеется в материалах дела): ГАЗ 3035AD акт приема-передачи транспортного средства от 20.01.2022; AUDI Q5 акт приема-передачи транспортного средства от 20.01.2022; ТОНАР 83102 акт приема-передачи транспортного средства от 27.12.2021; AUDI Q7 акт приема-передачи транспортного средства от 28.12.2021.
В соответствии с выписками из ЕГРН (имеются в материалах дела) отчуждены посредством дарения сыну, либо третьим лицам в период подозрительности (три года до возбуждения дела о банкротстве) объекты недвижимости: Земельный участок, кадастровый номер, 23:49:0201001:1565, адрес: <...> «Бриз» участок 70В – 3/4доли подарено сыну 07.05.2015; 1/4 доли подарена сыну 28.06.2021; Земельный участок, кадастровый номер 23:49:0201003:1190, адрес: <...> «Бриз» участок 48 – 3/4 доли подарено сыну 07.05.2015; 1/4 доли подарена сыну 28.06.2021 - в дальнейшем отчужден 06.03.2023 в пользу ФИО2; Здание нежилое, кадастровый номер 56:43:0113006:224, адрес: <...> – 1/4 доли подарена сыну18.06.2019;- Здание нежилое, кадастровый номер 56:43:0113006:164, адрес: <...> - подарен сыну 13.03.2018 - в дальнейшем отчужден 30.08.2022 в пользу ФИО8;- Земельный участок, кадастровый номер 56:09:0105001:29, адрес: Оренбургская область Гайский район СНТ «Губерля» участок 14 - подарен сыну 15.05.2018; - Земельный участок, кадастровый номер 56:43:0113006:356, адрес: Оренбургская область г. Орск северо-западная часть кадастрового квартала -9/10 доли подарено сыну 18.06.2019; - Земельный участок, кадастровый номер 56:43:0113006:357, адрес: Оренбургская область г. Орск северо-западная часть квартала - подарен сыну 13.03.2018 - в дальнейшем отчужден 30.08.2022 в пользу ФИО8; - Здание жилое, кадастровый номер 56:09:0105001:243, адрес: Оренбургская область Гайский район СНТ «Губерля» участок 14 - подарен сыну 15.05.2018; Помещение жилое, кадастровый номер 56:43:0201013:385, адрес: <...> - подарен сыну 22.02.2018.
Определением суда от 26.12.2023 (Обособленный спор № А47-479-21/2023) признан недействительным договор дарения от 05.03.2018, заключенный между ФИО6 и ФИО1. В удовлетворении заявления финансового управляющего должника к ФИО8 о признании сделки в отношении недвижимого имущества (здание нежилое, кадастровый номер 56:43:0113006:164, адрес: <...> и земельный участок, кадастровый номер 56:43:0113006:357) недействительной и применении последствий недействительности отказано. Доля в уставном капитале ООО МЦ «Стомакс-мед» принадлежащая ФИО6 была отчуждена ФИО10 по договору купли-продажи от 13.01.2022 (имеется в материалах дела).
При этом мебель, медицинское оборудование и оргтехника, принадлежащие ООО «СЦ Стомакс», были отчуждены также отчуждены по следующим сделкам: договор купли-продажи мебели и офисной техники б/н от 04.02.2022 (имеется в материалах дела), заключенный между ООО «СЦ СТОМАКС» / ФИО6 (продавец) и ООО МЦ «СТОМАКС-МЕД» (покупатель); соглашение об отступном б/н от 01.02.2022 (имеется в материалах
дела), заключенное между ООО «СЦ СТОМАКС» (должник) и ФИО11
Финансовый управляющий обращает внимание на последующее поведение должника: осознавая, что указанные выше сделки могут быть оспорены, а имущество возвращено в конкурсную массу, ФИО6 уже после даты введения процедуры банкротства продолжил дальнейшее отчуждение имущества, зарегистрированное на аффилированных лиц, а именно: транспортное средство ТОНАР 83102 (тип ТС: прицеп легковой, VIN отсутствует, 1999 года выпуска, шасси № Х0001568, цвет серый), ранее отчужденное ФИО9, в соответствии с данными сервиса «проверка автомобиля» было отчуждено 23.03.2023; земельный участок с кадастровым номером 23:49:0201003:1190 (адрес: <...> «Бриз» участок 48), ранее подаренный сыну, по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 был отчужден в пользу ФИО2; земельный участок с кадастровым номером 23:49:0201001:1565 (адрес: <...> «Бриз» участок 70в), ранее подаренный сыну, по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 был отчужден в пользу ФИО2; жилой дом с кадастровым номером 23:49:0201003:3048 (адрес: <...> «Бриз» участок 70в), ранее оформленный на сына, по договору купли-продажи объектов недвижимого имущества б/н от 21.02.2023 был отчужден в пользу ФИО2
При изложенных обстоятельствах, применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора, суд приходит к выводу, что в данном случае действия сторон следует расценивать как попытку вывести ликвидное имущество от возможного обращения на него взыскания, что причинило вред кредиторам должника, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы и в отсутствие реальной возможности получить удовлетворение своих требований к должнику за счет переданного по сделкам имущества, при этом, в силу одностороннего характера сделок должник никакого встречного исполнения по ним не получил, в данном случае безвозмездная передача имущества повлекла за собой уменьшение конкурсной массы должника, что является препятствием для осуществления расчетов с кредиторами и нарушает их права и охраняемые законом интересы, при этом, сын должника, его мать (представляющая интересы) не могли не знать о такого рода последствиях своих действий.
В данном случае основанием для оспаривания сделок, совершенных в 2015 году, являются доводы о злоупотреблении правом и положения статьи 10 ГК РФ, в связи с чем, вопреки доводам ответчика, установление признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества должника, как это требуется применительно к пункту 2 статье 61.2 Закона о банкротстве, не требуется.
Согласно позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 22.07.2019 N 308-ЭС19-4372 по делу N А53-15496/2017, согласно которой, с точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возникновение у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.
Таким образом, безвозмездная передача недвижимости в условиях неисполненных обязательств перед кредиторами причиняет вред имущественным интересам кредиторов, поскольку они лишаются возможности получить удовлетворение за счет переданной в дар недвижимости, что соответствует презумпции недействительности сделки по основаниям, предусмотренным ст. ст. 10, 168 ГК РФ.
На основании вышеперечисленного, суд пришел к правильному выводу о доказанности совокупности условий, позволяющих признать оспариваемые договоры дарения от 27.04.2015 недействительным (ничтожным) на основании статей 10, 168 ГК РФ, как совершенные в условиях злоупотребления правом.
В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.
В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.
Иные оспариваемые договоры дарения между должником и сыном, а так же сделка по оформлению собственности на жилой дом совершены (25.06.2021, 25.06.2021 и 03.12.2021, соответственно) в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве (24.01.2023), то есть в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.
Ответчик - сын должника, является заинтересованным лицом по отношению к должнику (ст. 19 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"). Осведомленность ответчика о финансовом состоянии отца в данном случае предполагается.
Таким образом, презумпция причинения вреда предполагается.
Доказательства, подтверждающие самостоятельное выполнение строительных работ (Договор выполнения работ (возмездного оказания услуг) от 26.06.2019, заключенного между ФИО12 (исполнитель) и ФИО1 (заказчик); расписка ФИО12 от 30.06.2020 о получении от ФИО1 денежных средств в размере 100 000,00 руб.; расписка ФИО12 от 24.04.2021 о получении от ФИО1 денежных средств в размере 600 000,00 руб.), суд обоснованно оценил критически.
Оригиналы указанных документов у ФИО1 отсутствуют, при этом в отношении данных документов было сделано заявление о фальсификации.
Каких-либо доказательств реальности выполнения работ ФИО12 в
дело не представлено.
Презумпция причинения вреда должником и ФИО1 не опровергнута.
С учетом изложенного, договоры дарения, а так же действия по регистрации в упрощенном порядке собственности на сына должника следует признать как совершенные при отсутствии встречного исполнения.
Возражений относительно выводов суда в части отказа в удовлетворении требований к ФИО2 апелляционная жалоба не содержит.
Поскольку имущество в настоящее время выбыло из владения ответчика, судом с учетом предъявленных требований и круга ответчиков, верно применены последствия недействительности сделки в виде стоимости отчужденного имущества, определенной по результатам проведенной экспертизы, результаты которой лицами, участвующими в деле не оспорены.
В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.
Как разъяснено в пункте 10 Постановления N 32, по требованию арбитражного управляющего или кредитора о признании недействительной сделки, совершенной со злоупотреблением правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) до или после возбуждения дела о банкротстве, исковая давность в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.
Исходя из приведенных правовых норм и разъяснений высшей судебной инстанции в данном случае право на оспаривание сделок должника возникло у ФИО4., и, соответственно, срок исковой давности подлежит исчислению в любом случае не ранее, чем с даты объявления арбитражным судом резолютивной части решения о введении процедуры реструктуризации долгов должника и утверждении ФИО4 финансовым управляющим, то есть с 27.02.2023. При этом ФИО4 обратился в суд с заявлением о признании спорных договоров недействительными (ничтожными) 30.03.2023, то есть в пределах общего трехлетнего срока исковой давности.
В соответствии с абзацем вторым пункта 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, указанным в статьях 61.2 или 61.3 названного Закона, возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статьях 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве оснований.
Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63), заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации). В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона.
Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце втором пункта 32 постановления N 63, разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры банкротства, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также об имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.
С учетом даты введения процедуры банкротства, утверждения финансового управляющего и даты подачи заявления об оспаривании сделок, годичный срок исковой давности ФИО4 также не пропущен.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.
В целом возражения ФИО1 выражают его несогласие с выводами суда первой инстанции об оценке установленных обстоятельств, не свидетельствуют о неправильном применении судом норм материального права, нарушении норм процессуального права.
Отчуждение имущества по сделке, которая в силу своей правовой природы не предполагает возмездности, безусловно допустимая конструкция правоотношений между физическими лицами.
Однако, соответствующие права не могут реализовываться с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах (ч. 3 ст. 17 Конституции Российской Федерации, ст. 10 ГК РФ).
Согласно части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.
Указанная норма АПК РФ закрепляет общее правило о бремени доказывания. Содержание данного правила определяется действием принципа состязательности в арбитражном процессе.
Последствием неисполнения этой юридической обязанности (непредставление доказательств) может стать принятие судебного акта, который не будет соответствовать интересам стороны, не представившей доказательства в полном объеме.
Суд апелляционной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судом первой инстанции установлены, все доказательства исследованы и оценены с учетом требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а итоговые выводы, основанные на конкретных фактических обстоятельствах дела, соответствуют подлежащим применению нормам материального права и разъяснениям практики их применения.
Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.
Определение арбитражного суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции
ПОСТАНОВИЛ:
определение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.10.2024 по делу № А47-479/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 - без удовлетворения.
Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий судья С.В. Матвеева
Судьи: И.В. Волкова
Л.В. Забутырина