Решение по делу № А40-248381/2025 от 17.12.2025

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

г. Москва Дело № А40-248381/25-21-1816

17 декабря 2025 года

Резолютивная часть решения объявлена 16 декабря 2025 года

Решение в полном объеме изготовлено 17 декабря 2025 года

Арбитражный суд города Москвы в составе судьи – Гилаева Д.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ланцовой Д.А.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению ОБЩЕСТВА С ОГРАНИЧЕННОЙ ОТВЕТСТВЕННОСТЬЮ "ДОГУ" (111020, Г.МОСКВА, ВН.ТЕР.Г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ОКРУГ ЛЕФОРТОВО, УЛ 2-Я ФИО1, Д. 9А, СТР. 3, ЭТАЖ 4, ПОМЕЩЕНИЕ, КОМН. I, 2, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.02.2021, ИНН: <***>, КПП: 772201001)

к МОСКОВСКОЙ ТАМОЖНЕ (124498, Г.МОСКВА, Г. ЗЕЛЕНОГРАД, ПР-КТ ГЕОРГИЕВСКИЙ, Д. 9, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 03.11.2010, ИНН: <***>, КПП: 773501001)

об обязании вернуть излишне уплаченные таможенные платежи в размере 388 547 руб. 52 коп.

При участии представителей:

От заявителя: ФИО2 (паспорт, дов. от 07.10.2025

От ответчика: ФИО3 (паспорт, дов. от 18.12.2024)

УСТАНОВИЛ:

ООО "ДОГУ" (далее – заявитель, общество, декларант) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением к Московской таможне об обязании возвратить излишне уплаченные таможенные платежи в размере 388 547 руб. 52 коп.

Представитель заявителя поддержал заявленные требования с учетом письменных возражений на доводы ответчика.

Представитель ответчика представил отзыв, в удовлетворении заявленных требований просил отказать.

Исследовав материалы дела, выслушав доводы заявителя и ответчика, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд установил, что требования заявителя подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с ч.1 ст.198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, основаниями для принятия арбитражным судом решения о признании акта государственного органа и органа местного самоуправления недействительным (решения или действия - незаконным) являются одновременно как несоответствие акта закону или иному правовому акту (незаконность акта), так и нарушение актом гражданских прав и охраняемых законом интересов гражданина или юридического лица в сфере предпринимательской или иной экономической деятельности.

Учитывая изложенное, в круг обстоятельств, подлежащих установлению при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных актов, входят проверка соответствия оспариваемого акта закону или иному нормативному правовому акту и проверка факта нарушения оспариваемым актом прав и законных интересов заявителя.

Как следует из заявления, 16.02.2021 Общество заключило внешнеэкономический контракт № D-D 02/21 с компанией DOGU IKLIMLENDIRME SAN.VE TIC.A.S., Турция (далее – Продавец).

07.04.2025 Общество в рамках вышеуказанного контракта ввезло и задекларировало по ДТ № 10013160/070425/5146805 в соответствии с таможенной процедурой «выпуск для внутреннего потребления» товары, представляющие собой: части установок для кондиционирования воздуха, без встроенной холодильной установки, 7 шт. (товар № 1); установку для кондиционирования воздуха, без встроенной холодильной установки, 1 шт. (товар № 2).

Цена товаров согласована сторонами сделки в соответствии с пунктом 2.1 контракта № D-D 02/21 от 16.02.2021, отгрузочным инвойсом № IHR2025000000067 от 25.03.2025, производственными заказами (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024, № CT24-179307-R12 от 14.11.2024. Общая стоимость товаров составила 39837,81 евро.

В соответствии с курсом валют, установленным ЦБ РФ на дату декларирования (07.04.2025), 39837,81 евро составляли 3 704 338 рублей 68 копеек.

Стоимость транспортно-экспедиционных услуг по доставке до границы ЕАЭС рассматриваемой партии груза в соответствии с договором транспортной экспедиции при осуществлении перевозок автомобильным транспортом № 246 от 10.09.2024, заявкой № 2413 от 20.03.2025 к договору № 246 от 10.09.2024, счетом № 2413 от 20.03.2025, счетом-фактурой № 2413 от 09.04.2025 и актом сдачи-приемки выполненных работ № 2413 от 09.04.2025 составила 3270 долларов США.

В соответствии с курсом валют, установленным ЦБ РФ на дату декларирования (07.04.2025), 3270 долларов США составляли 275 587 рублей 10 копеек.

Общая таможенная стоимость товаров определена Обществом путем применения первого метода определения таможенной стоимости (в соответствии со статьей 39 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее ТК ЕАЭС) – по цене сделки с ввозимыми товарами и составила – 3 979 925 рублей 78 копеек (стоимость товаров + транспортно-экспедиционные услуги).

Для подтверждения таможенной стоимости Обществом предоставлены при таможенном декларировании в соответствии с Таможенным кодексом ЕАЭС необходимые документы, в том числе: контракт № D-D 02/21 от 16.02.2021; отгрузочный инвойс № IHR2025000000067 от 25.03.2025; производственный заказ (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024; производственный заказ (Order Confirmation form) № CT24-179307-R12 от 14.11.2024; международная товаротранспортная накладная (CMR) № 2413; договор транспортной экспедиции при осуществлении перевозок автомобильным транспортом № 246 от 10.09.2024; счет № 2413 от 20.03.2025 (за транспортно-экспедиционные услуги); описание товаров; иные документы, реквизиты которых указаны в гр. 44 ДТ № 10013160/070425/5146805.

08.04.2025 при осуществлении контроля таможенной стоимости товара, задекларированного в ДТ № 10013160/070425/5146805, должностным лицом Московского таможенного поста (ЦЭД) Московской таможни в соответствии с п.4 ст.325 ТК ЕАЭС в адрес Общества направлен запрос документов и (или) сведений.

В запросе документов и (или) сведений от 08.04.2025 Обществу указано на необходимость представления обеспечения уплаты таможенных пошлин, налогов для выпуска товаров и представления дополнительных документов, сведений и пояснений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости товаров, заявленных в ДТ № 10013160/070425/5146805.

После внесения Обществом обеспечения уплаты таможенных платежей в размере 388 547 рублей 52 копеек товары, задекларированные в ДТ № 10013160/070425/5146805, выпущены Московской таможней в соответствии с заявленной таможенной процедурой.

Во исполнение запроса документов и (или) сведений от 08.04.2025 Обществом письмом от 05.06.2025 были представлены в Московский таможенный пост (ЦЭД) Московской таможни запрошенные документы и пояснения, необходимые для подтверждения правильности определения таможенной стоимости товаров.

17.07.2025 должностным лицом Московского таможенного поста (ЦЭД) Московской таможни в соответствии с п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС в адрес Общества направлен запрос дополнительных документов и сведений.

Во исполнение запроса дополнительных документов и сведений от 17.07.2025 Обществом письмом от 25.07.2025 представлены дополнительные документы и сведения.

29.07.2025 должностным лицом Московского таможенного поста (ЦЭД) Московской таможни вынесено решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10013160/070425/5146805.

Согласно данному решению Обществу предписано определить таможенную стоимость товаров в соответствии со ст. 45 ТК ЕАЭС (метод № 6 определения таможенной стоимости товаров) в размере 5 922 663 рублей 39 копеек исходя из альтернативных источников ценовой информации: ДТ № 10013160/181024/5144002 (товар № 2); ДТ № 10317120/300924/3114736 (товар № 6).

Основываясь на выводах, указанных в решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, должностным лицом Московского таможенного поста (ЦЭД) Московской таможни заполнены декларация таможенной стоимости (форма ДТС-2), форма корректировки таможенной декларации (КТД), и в счет уплаты таможенных пошлин, налогов списаны денежные средства в размере 388 547 рублей 52 копеек.

В связи с указанными обстоятельствами Общество обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением на Московскую таможню обязанности по возврату излишне уплаченных таможенных платежей по декларации на товары № 10013160/070425/5146805 в размере 388 547 рублей 52 копеек.

Удовлетворяя требования заявителя, суд исходил из следующего.

Пунктом 2 статьи 38 ТК ЕАЭС определено, что таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, определяется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС.

Согласно пунктам 9, 10 статьи 38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к её определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

В соответствии с пунктом 11 статьи 38 ТК ЕАЭС процедуры определения таможенной стоимости товаров должны быть общеприменимыми, то есть не различаться в зависимости от источников поставки товаров, в том числе от происхождения товаров, вида товаров, участников сделки и других факторов.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой определения таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию ЕАЭС и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи.

Пунктом 3 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств.

Пунктом 2 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что в случае если хотя бы одно из условий, указанных в пункте 1 настоящей статьи, не выполняется, цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате, не является приемлемой для определения таможенной стоимости ввозимых товаров и первый метод (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) не применяется.

В постановлении Пленума Верховного суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу ТК ЕАЭС» содержатся следующие разъяснения.

Принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом (здесь и далее также –таможенный представитель) данных требований Таможенного кодекса судам следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе (часть 5 статьи 200 АПК РФ).

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Отличие заявленной декларантом стоимости сделки с ввозимыми товарами от ценовой информации, содержащейся в базах данных таможенных органов, по сделкам с идентичными или однородными товарами, ввезенными при сопоставимых условиях, а в случае отсутствия таких сделок – данных иных официальных и (или) общедоступных источников информации, включая сведения изготовителей и официальных распространителей товаров, а также товарно-ценовых каталогов, может рассматриваться в качестве одного из признаков недостоверного (не соответствующего действительной стоимости) определения таможенной стоимости, если такое отклонение является существенным.

Согласно пункту 2 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений проводится в целях проверки достоверности сведений, правильности заполнения и (или) оформления документов, соблюдения условий использования товаров в соответствии с таможенной процедурой, соблюдения ограничений по пользованию и (или) распоряжению товарами в связи с применением льгот по уплате таможенных пошлин, налогов, соблюдения порядка и условий использования товаров, которые установлены в отношении отдельных категорий товаров, не подлежащих в соответствии с ТК ЕАЭС помещению под таможенные процедуры, а также в иных целях обеспечения соблюдения международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов ЕАЭС о таможенном регулировании.

В силу пункта 8 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая до выпуска товаров, проводится в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях:

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или не подтверждают заявленные сведения;

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

В силу пункта 5 статьи 325 ТК ЕАЭС запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

В соответствии с пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с названной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений данного Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации.

Как разъяснено в пункте 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49, таможенный орган принимает решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации по результатам проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, если соответствие заявленной таможенной стоимости товаров их действительной стоимости не нашло своего подтверждения по результатам таможенного контроля, в том числе при сохранении признаков недостоверности заявленной таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля.

В связи с этим при разрешении споров, касающихся правильности определения таможенной стоимости ввозимых товаров, судам следует учитывать, какие признаки недостоверного определения таможенной стоимости были установлены таможенным органом и нашли свое подтверждение в ходе проведения таможенного контроля, в том числе с учетом документов (сведений), собранных таможенным органом и дополнительно предоставленных декларантом.

Непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

Вместе с тем при сохранении неполноты документального подтверждения таможенной стоимости и (или) сомнений в достоверности заявленной декларантом таможенной стоимости, не устраненных по результатам таможенного контроля, по смыслу пункта 17 статьи 325 Таможенного кодекса решение о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, может быть принято таможенным органом с учетом информации, имеющейся в его распоряжении и указывающей на подтверждение того, что таможенная стоимость ввозимых товаров не соответствует их действительной стоимости.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, чтотаможенным органом не надлежащим образом была соблюдена процедура проведения проверки таможенной стоимости товаров, так как Московский таможенный пост (ЦЭД) Московской таможни по результатам изучения документов, представленных Обществом в ответ на запрос документов и (или) сведений от 08.04.2025, не предоставил возможности Обществу устранить имеющиеся у таможенного органа сомнения в достоверности заявленной Обществом таможенной стоимости товаров.

Предоставление данной возможности закреплено в п.15 ст. 325 ТК ЕАЭС, а также в постановлении пленума Верховного суда РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (п.11) и письме ФТС России от 7 октября 2016 г. № 01-11/50874 «О применении пункта 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 12.05.2016 № 18».

Запросом о представлении дополнительных документов и сведений от 17.07.2025, направленном в соответствии с п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС, какие-либо пояснения, либо дополнительные документы по ряду обстоятельств, указанных в решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары от 29.07.2025, должностными лицами таможенного органа у Общества не запрашивались.

В п. 28 постановления пленума Верховного суда РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» разъяснено, что оспаривание решений (действий), принятых (совершенных) таможенными органами при взыскании таможенных пошлин и налогов в соответствии с положениями главы 12 Закона о таможенном регулировании, возможно в том числе по мотиву неправомерности начисления таможенных платежей. В этом случае суд дает оценку законности решения таможенного органа, во исполнение которого направлено соответствующее уведомление, приняты решения о взыскании задолженности и совершены действия по их исполнению.

Согласно п. 34 постановления пленума Верховного суда РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» обращение в суд с имущественным требованием о возврате таможенных платежей, поступивших в бюджет излишне, не предполагает необходимости соблюдения административной процедуры возврата. Заявленное требование должно быть рассмотрено судом по существу независимо от того, оспаривалось ли в отдельном судебном порядке решение таможенного органа, послужившее основанием для излишнего внесения таможенных платежей в бюджет.

В качестве оснований доначисления Обществу таможенных платежей в решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10013160/070425/5146805, от 29.07.2025 и в отзыве Московской таможни на исковое заявление приведены следующие обоснования принятого решения:

- таможенный орган указывает, что представленные декларантом инвойс № IHR2025000000067 от 25.03.2025 и производственные заказы (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024, № CT24-179307-R12 от 14.11.2024 не имеют отношения к поставке рассматриваемой товарной партии.

Данные доводы таможенного органа суд отклоняет в связи со следующим.

Товары, указанные в отгрузочном инвойсе № IHR2025000000067 от 25.03.2025, а также в производственных заказах (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024, № CT24-179307-R12 от 14.11.2024 (частично) ввезены Обществом в рамках рассматриваемой поставки и их можно идентифицировать, в том числе по артикулам.

Кроме того, Общество во исполнение запроса дополнительных документов и сведений от 17.07.2025 письмом от 25.07.2025 представило в Московскую таможню подробные пояснения и документы, касающиеся идентификации товаров.

Так, Общество пояснило, что подбор оборудования осуществляется в специальной программе расчета (подбора) оборудования. После согласования технического подбора с конечным покупателем продавцу отправляются технические паспорта подобранных систем. На основании этих паспортов продавец (поставщик) в своей инженерной программе формирует стоимость товара (идет расчет стоимости наполнения установок, расходуемых деталей и материалов). После согласования технических паспортов продавец (поставщик) предоставляет покупателю производственный заказ (Order Confirmation form) с общей стоимостью заказа и со стоимостью каждого изделия.

Согласно пункту 2.1 контракта № D-D 02/21 от 16.02.2021 стоимость определяется инвойсом на каждую отправленную партию товара.

Производственные заказы включают в себя совокупность деталей (механизмов, узлов, комплектующих) и работ, составляющих выполнения заказа. Детализация цен указана в коммерческом инвойсе на каждую отправленную партию товара.

В инвойсе № IHR2025000000067 от 25.03.2025 содержатся товары из двух производственных заказов: производственный заказ (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024; производственный заказ (Order Confirmation form) № CT24-179307-R12 от 14.11.2024.

Из производственного заказа № CT24-179238-R12 были отгружены: позиция № 5 «Приточно-вытяжная установка DKS-S10 248-186 (PV5C)», а именно: 1 часть из 4 частей этой установки (позиция № 6 согласно инвойсу), в связи с чем стоимость в отгрузочном инвойсе и производственном заказе отличаются. Продавец указывает в инвойсе стоимость отгружаемой части, которую рассчитывает в своей инженерной программе; позиция № 10 «Приточная установка DKS-S10 072-062 (PHCC)» отгружена полностью (позиция № 7 согласно инвойсу).

Из производственного заказа № CT24-179307-R12 были отгружены: позиция № 1 «Приточно-вытяжная установка DKS-S10 217-155 (PV1B)», а именно 1 часть из 4 частей этой установки (позиция № 1 согласно инвойсу); позиция № 2 «Приточно-вытяжная установка DKS-S10 217-155 (PV2B)», а именно 1 часть из 4 частей этой установки (позиция № 2 согласно инвойсу); позиция № 3 «Приточно-вытяжная установка DKS-S10 217-155 (PV3B)», а именно 1 часть из 4 частей этой установки (позиция № 3 согласно инвойсу); позиция № 4 «Приточно-вытяжная установка DKS-S10 248-186 (PV4B)», а именно 1 часть из 4 частей этой установки (позиция № 4 согласно инвойсу); позиция № 5 «Приточно-вытяжная установка DKS-S10 248-186 (PV5B)», а именно 1 часть из 4 частей этой установки (позиция № 5 согласно инвойсу); позиция № 9 «Приточная установка DKS-S10 062-062 (PHC1)», а именно 1 часть из 2 частей этой установки (позиция № 8 согласно инвойсу).

Так как данные установки отгружены частично, стоимость в отгрузочном инвойсе и производственном заказе отличаются. Продавец указывает в инвойсе стоимость отгружаемой части, которую рассчитывает в своей инженерной программе.

После полной отгрузки всех частей установок, их общая стоимость соответствует стоимости в производственном заказе.

В настоящее время установки, указанные в производственных заказах № CT24-179238-R12, № CT24-179307-R12, ввезены в полном объеме и задекларированы по следующим ДТ:

- ДТ № 10013160/040425/5143164;

- ДТ № 10013160/070425/5145377;

- ДТ № 10013160/070425/5146805;

- ДТ № 10013160/100425/5151806;

- ДТ № 10013160/140425/5158098;

- ДТ № 10013160/150425/5160750;

- ДТ № 10013160/150425/5160998;

- ДТ № 10013160/170325/5112822;

- ДТ № 10013160/190325/5117059;

- ДТ № 10013160/210425/5170063;

- ДТ № 10013160/240425/5175611;

- ДТ № 10013160/310325/5134042.

Все указанные ДТ с инвойсами и иными прилагаемыми документами были представлены в Московскую таможню и имелись в распоряжении таможенного органа.

Таким образом, доводы таможенного органа о том, что представленные декларантом отгрузочный инвойс № IHR2025000000067 от 25.03.2025 и производственные заказы (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024, № CT24-179307-R12 от 14.11.2024 не имеют отношения к поставке рассматриваемой товарной партии, являются необоснованными.

Кроме того таможенный орган полагает, что общество не подтвердило оплату ввезенных товаров.

Вместе с тем, утверждение таможенного органа не соответствует фактическим обстоятельствам, так как Общество во исполнение запроса дополнительных документов и сведений от 17.07.2025 письмом от 25.07.2025 представило подробные пояснения и документы, подтверждающие оплату товаров.

Общая стоимость товаров, указанных в производственных заказах № CT24-179238-R12, № CT24-179307-R12, составляет 442 625,92 евро.

Согласно пояснениям Общества и представленным документам данная сумма оплачена следующим образом:

1) Распоряжением на перевод № 9 от 23.12.2024 по производственному заказу № CT24-179238-R12 был переведен аванс в размере 50 000 евро (1 850 000 турецких лир).

Вторая часть суммы в размере 50 000 Евро (1 850 000 турецких лир) была переведена распоряжением на перевод № 9 от 23.12.2024 в качестве оплаты по другому производственному заказу (№ CT24-178147-R04).

Сведения об этом содержатся в графах 70 и 72 распоряжения на перевод. Также Общество пояснило, что банковская программа имеет ограниченное число символов в гр. 70, в связи с чем в гр. 72 Общество указывает те, заказы, которые не поместились в гр. 70.

2) Согласно соглашению об осуществлении расчетов № 3 от 29.04.2025, поручению № 2 от 29.04.2025 на осуществление платежа по Соглашению № 3 от 29.04.2025, отчету агента об исполнении поручения от 30.04.2025 и прилагаемому свифт-уведомлению по производственным заказам № CT24-179238-R12 и № CT24-179307-R12 был произведен платёж в размере 50 000 евро за каждый указанный заказ (всего 100 000 евро).

Другая часть суммы в размере 100 000 евро, оплаченная данным свифт-уведомлением, была переведена в качестве оплаты по 2 другим производственным заказам (№№ CT24-179240-R08, CT24-179275-R11).

Все указанные документы, содержащие сведения о том, какие заказы были оплачены на основании поручения № 2 от 29.04.2025, а также распределение суммы оплаты по заказам были представлены в Московскую таможню.

3) Согласно соглашению об осуществлении расчетов № 25/05-19 от 26.05.2025, поручению № 1 от 27.05.2025 на осуществление платежа по Соглашению № 25/05-19 от 26.05.2025, отчету агента об исполнении поручения от 28.05.2025 и прилагаемому свифт-уведомлению по производственному заказу № CT24-179307-R12 был произведен платёж в размере 172 178,54 евро.

Другая часть суммы в размере 23 895,08 евро, оплаченная данным свифт-уведомлением, была переведена в качестве оплаты по 4 другим производственным заказам (№№ CT23-174787-R08, CT24-187763-R02, CT25-192080-R02, ST24-179161-R01).

Все указанные документы, содержащие сведения о том, какие заказы были оплачены на основании поручения № 1 от 27.05.2025, а также распределение суммы оплаты по заказам были представлены в Московскую таможню.

4) Согласно соглашению об осуществлении расчетов № 25/05-19 от 26.05.2025, поручению № 2 от 24.06.2025 на осуществление платежа по Соглашению № 25/05-19 от 26.05.2025, отчету агента об исполнении поручения от 28.05.2025 и прилагаемому свифт-уведомлению по производственному заказу № CT24-179238-R12 был произведен платёж в размере 120 447,38 евро.

Другая часть суммы в размере 282 992,55 евро, оплаченная данным свифт-уведомлением, была переведена в качестве оплаты по 4 другим производственным заказам (№№ ET24-188118-R04, CT24-179240-R09, CT24-179275-R12, CT24-184606-R04).

Итого, сумма оплаты по производственным заказам № CT24-179238-R12, № CT24-179307-R12 составила:

50 000 + 100 000 + 172 178,54 + 120 447,38 = 442 625,92 евро, что соответствует общей стоимости товаров, указанной в производственных заказах № CT24-179238-R12, № CT24-179307-R12.

Таким образом, Общество оплатило поставленные товары в размере, определённом сторонами сделки в коммерческих документах.

Доказательств того, что Продавцу либо иному лицу, уполномоченному Продавцом, за поставленный товар был оплачен больший размер денежной суммы, чем указан в документах декларанта, таможней не представлено.

Доводы Московской таможни, касающиеся заполнения ведомости банковского контроля, являются несостоятельными и подлежат отклонению в связи с тем, что какие-либо пояснения по заполнению ведомости банковского контроля таможенный орган в рамках таможенного контроля у Общества не запрашивал, хотя располагал возможностью это сделать в соответствии п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС.

Кроме того, указание в разделе 3 (Сведения о подтверждающих документах) ведомости банковского контроля по ДТ № 10013160/070425/5146805 в графе «Признак поставки» цифры 5 является правомерным и обоснованным в связи со следующим:

Начиная с 01.04.2024 при поступлении в уполномоченный банк деклараций на товары и (или) статистических форм учета перемещения товаров и непредставлении резидентами справки о подтверждающих документах (далее - СПД) в соответствии с положением абзаца шестого пункта 8.8 Инструкции N 181-И <8> в графе 9 подраздела III.I раздела III ведомости банковского контроля (далее - ВБК) по контракту, по которому требование о репатриации не применяется, указывается признак поставки "5".

Абзацем шестым пункта 8.8 Инструкции № 181-И требование о представлении резидентом СПД отменено. При этом в случае представления резидентом в банк УК, например, СПД с указанием в ней информации об ожидаемых сроках репатриации денежных средств (или о сроках исполнения обязательств по договору) банк УК может принять такую СПД и внести соответствующие сведения в ВБК.

Указанная информация помимо прочего содержится в п.2 и п.6 письма Центрального банка РФ от 29.05.2024 № 12-4-2/3858, размещенного на официальном сайте Центрального банка РФ.

Таким образом, с 01.04.2024, с учетом внесения изменений в Инструкцию № 181-И, резидентом по общему правилу не направляются в банк справки о подтверждающих документах. После получения документов (деклараций на товары) от таможенных органов банки самостоятельно заносят информацию в ведомость банковского контроля и указывают признак поставки "5".

Таможенный орган полагает, что представленная Обществом экспортная декларация страны вывоза № 25350300EX00039966 не подтверждает заявленную Обществом таможенную стоимость товаров.

Данный довод Московской таможни касается документа, который Общество получило от своего контрагента и представило в таможенный орган.

Экспортная декларация является документом, оформляемым продавцом, следовательно, общество представило экспортную декларацию в том виде, в каком она была получена от иностранного партнера, в связи с чем возложение ответственности за отдельные недостатки в оформлении экспортной декларации на покупателя товара является неправомерным.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 8 постановления пленума Верховного суда РФ № 49 от 26.11.2019, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС следует исходить из презумпции достоверности информации (документов, сведений), представленной декларантом в ходе таможенного контроля, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

При этом выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 постановления пленума Верховного суда РФ № 49 от 26.11.2019).

В экспортной декларации страны отправления № 25350300EX00039966 указаны основные идентификационные признаки товаров и поставки, позволяющие соотнести представленную экспортную декларацию с рассматриваемой поставкой, в том числе наименование грузоотправителя и грузополучателя, номер транспортного средства, описание товаров, и иные необходимые сведения.

Сведения о стоимости товаров (39837,81 евро), указанные в ДТ № 10013160/070425/5146805, коммерческих документах и экспортной декларации Турции корреспондируют между собой.

В соответствии с пояснениями Общества и представленным письмом продавца товаров в экспортной декларации № 25350300EX00039966 от 25 марта 2025 года задекларирован товар, перемещаемый по инвойсу № IHR2025000000067. В графе 44 декларации указан номер электронной фактуры, который был автоматически присвоен таможенным органом Турецкой Республики при регистрации декларации.

В силу подпункта «в» пункта 8 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию Евразийского экономического союза, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 №42, при проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенным органом может быть запрошена (истребована) в том числе таможенная декларация страны отправления (происхождения, транзита) товаров, если заполнение такой таможенной декларации предусмотрено в стране отправления (происхождения, транзита) товаров.

При этом возможности декларанта по представлению такого документа обусловлены только волей его контрагента, поскольку экспортная декларация, являясь документом внутреннего таможенного контроля страны продавца, не входит в число документов, имеющих отношение к сделке с российским покупателем.

Экспортная декларация является документом, оформляемым продавцом, то есть иностранным контрагентом заявителя, и ответственность за непредставление данного документа не может быть переложена на российского резидента.

Кроме того, данный документ не является обязательным, поскольку не свидетельствует о согласовании сторонами контракта рассматриваемой партии товара, его цены, количества и общей стоимости, является только дополнительным документом, который может быть запрошен в ходе дополнительной проверки.

Следует отметить, что какие-либо пояснения по заполнению экспортной декларации страны отправления таможенный орган в рамках таможенного контроля у Общества не запрашивал, хотя располагал возможностью это сделать в соответствии п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС.

Кроме того, в случае сомнения в достоверности экспортной таможенной декларации и сведений, заявленных в ней, Московская таможня, располагала возможностью запросить таможенные органы Турции экспортную таможенную декларацию Турции и документы, на основании которых она заполнена, однако этого сделано таможенным органом не было.

В связи с изложенным, доводы таможенного органа, касающиеся представленной Обществом экспортной декларации Турции, подлежат отклонению.

В части довода таможенного органа о не предоставлении прайс-лист продавца и производителя товаров, являющийся публичной офертой, суд отмечает следующее.

Пунктом 7 ст. 325 ТК ЕЭАС установлено, что декларант направляет в таможенный орган запрошенные в соответствии с пунктом 4 настоящей статьи документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют.

Согласно пояснениям Общества, предоставить прайс-лист, который является публичной офертой, Общество не имело возможности, так как поставщик не оформляет прайс-листы, поскольку поставляемое оборудование является технически сложным и индивидуально разработанным. Указанные сведения Общество сообщило в таможенный орган письмом от 05.06.2025 (п.7) во исполнение запроса документов и (или) сведений от 08.04.2025.

Представление прайс-листа, не являющегося публичной офертой, не является каким-либо нарушением и не может свидетельствовать о недостоверности таможенной стоимости товаров, так как, если цена товаров согласовывается продавцом и покупателем, но не формируется из какого-либо публичного прайс-листа, то такой механизм согласования цены сторонами контракта не может расцениваться как наличие условия, влияние которого не может быть количественно определено, и каким-либо образом ограничить применение согласованной сторонами стоимости в таможенных целях.

Кроме того, прайс-лист является документом, оформляемым производителем, ответственность за оформление данного документа не может быть переложена на российского резидента.

В рассматриваемом случае взаимоотношения Общества с поставщиком не формируются из какого-либо прайс-листа, являющегося публичной офертой. Стоимость товаров, указанная в представленном при декларировании товаров отгрузочном инвойсе № IHR2025000000067 от 25.03.2025 соответствует стоимости товаров, указанной в производственных заказах (Order Confirmation form) № CT24-179238-R12 от 14.11.2024, № CT24-179307-R12 от 14.11.2024.

Таким образом, Общество надлежащим образом исполнило требования таможенного органа с учетом положений пункта 7 ст. 325 ТК ЕЭАС.

В части довода о не предоставлении дистрибьютерского соглашение на использование товарного знака «DOGU», судом установлено следующее.

Во исполнение запроса дополнительных документов и сведений от 17.07.2025 Общество в п.3 письма от 25.07.2025 сообщило, что помимо дополнительных начислений, включенных ранее в таможенную стоимость товаров, каких-либо иные дополнительные начисления к цене, уплаченной за ввозимые товары (в том числе лицензионные платежи), отсутствуют. Лицензионные и другие подобные договора между продавцом и покупателем не заключались.

В решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10013160/070425/5146805, от 29.07.2025, указано, что Общество не представило декларации на товары, в соответствии с которыми производилось таможенное декларирование однородных/идентичных товаров.

Данное утверждение таможенного органа не соответствует фактическим обстоятельствам, так как во исполнение запроса дополнительных документов и сведений от 17.07.2025 Общество письмом от 25.07.2025 представило следующие декларации на товары, в соответствии с которыми производилось таможенное декларирование однородных/идентичных товаров:

- ДТ № 10013160/040425/5143164;

- ДТ № 10013160/070425/5145377;

- ДТ № 10013160/070425/5146805;

- ДТ № 10013160/100425/5151806;

- ДТ № 10013160/140425/5158098;

- ДТ № 10013160/150425/5160750;

- ДТ № 10013160/150425/5160998;

- ДТ № 10013160/170325/5112822;

- ДТ № 10013160/190325/5117059;

- ДТ № 10013160/210425/5170063;

- ДТ № 10013160/240425/5175611;

- ДТ № 10013160/310325/5134042.

Вместе с тем, все указанные таможенные декларации были поданы Обществом в Московский таможенный пост (ЦЭД) Московской таможни и имелись в распоряжении таможенного органа.

Таможенный орган полагает, что общество не представило сведения о транспортных тарифах перевозчика.

Как следует из материалов дела, при ответе на запросы таможенного органа от 08.04.2025, 17.07.2025 Общество представило имеющиеся у него документы, подтверждающие стоимость транспортно-экспедиционных услуг, а именно:

- договор транспортной экспедиции при осуществлении перевозок автомобильным транспортом № 246 от 10.09.2024;

- заявку № 2413 от 20.03.2025 к договору № 246 от 10.09.2024;

- счет № 2413 от 20.03.2025;

- счет-фактуру № 2413 от 09.04.2025;

- акт сдачи-приемки выполненных работ № 2413 от 09.04.2025;

- международную товаротранспортную накладную (CMR) № 2413;

- платежное поручение № 239 от 28.04.2025;

- письмо ООО «Радогор Логистик» (экспедитора) от 05.05.2025 № б/н, содержащее пояснения, касающиеся оказания транспортно-экспедиционных услуг.

Сведения о транспортных тарифах перевозчика Общество не имело возможности представить, так как они являются коммерческой тайной экспедитора, и он отказался их предоставить. Указанная информация содержится в письме ООО «Радогор Логистик» (экспедитора) от 05.05.2025 № б/н, которое было направлено в таможенный орган.

Также Общество представило в п.2 письма от 25.07.2025 необходимые пояснения по оказанию транспортно-экспедиционных услуг.

Согласно заявке № 2413 от 20.03.2025 к договору № 246 от 10.09.2024, счету № 2413 от 20.03.2025, счету-фактуре № 2413 от 09.04.2025 и акту сдачи-приемки выполненных работ № 2413 от 09.04.2025 общая стоимость транспортно-экспедиционных услуг составила 6300 долларов США, из которых: стоимость транспортно-экспедиционных услуг до границы ЕАЭС (до МАПП Верхний Ларс) составила 3270 долларов США; стоимость транспортно-экспедиционных услуг по территории РФ составила 3030 долларов США.

Пунктом 5.3 договора транспортной экспедиции при осуществлении перевозок автомобильным транспортом № 246 от 10.09.2024 установлено, что в случае оплаты услуг в рублях, оплата осуществляется по курсу ЦБ РФ на дату оплаты.

По курсу ЦБ РФ на 28.04.2025 (1 доллар США = 82,6549 рублей) 6300 долларов США составляли 520 725 рублей 87 копеек.

Именно эта сумма и оплачена платежным поручением № 239 от 28.04.2025.

Реквизиты договора, заявки и счета содержатся в графе «Назначение платежа» данного платежного поручения.

Таким образом, Общество надлежащим образом подтвердило стоимость транспортно-экспедиционных услуг.

Доказательств того, что экспедитору либо иному лицу, уполномоченному экспедитором, за транспортно-экспедиционные услуги был оплачен больший размер денежной суммы, чем указан в документах декларанта, таможней не представлено и не могло быть представлено.

В связи с изложенным, таможенный орган не опроверг достоверность представленной Обществом информации. Изучив в совокупности представленные документы и сведения, суд приходит к выводу, что обоснования корректировки таможенной стоимости товаров, содержащиеся в соответствующем решении Московского таможенного поста (ЦЭД) Московской таможни и отзыве на исковое заявление, не могут являться надлежащим основанием для корректировки таможенной стоимости ввезенных Обществом товаров и доначисления таможенных платежей.

Общество при декларировании товаров, а также в ходе таможенного контроля предоставило имеющиеся в его распоряжении документы и сведения, в совокупности подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров по цене сделке.

Таможенный орган в оспариваемом решении о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, а также в отзыве не привел надлежащих доказательств недостоверности заявленной Обществом таможенной стоимости ввезенных товаров.

Кроме того, таможенная стоимость товара № 1, задекларированного Обществом в ДТ № 10013160/070425/5146805, скорректирована таможенным органом на основании таможенной стоимости товара № 2, задекларированного другим участником внешнеэкономической деятельности в ДТ № 10013160/181024/5144002.

В соответствии со статьёй 37 ТК ЕАЭС «однородные товары» - товары, не являющиеся идентичными во всех отношениях, но имеющие сходные характеристики и состоящие из схожих компонентов, произведённые из таких же материалов, что позволяет им выполнять те же функции, что и оцениваемые товары, и быть с ними коммерчески взаимозаменяемыми.

При определении, являются ли товары однородными, учитываются такие характеристики, как качество, репутация и наличие товарного знака.

Товары не считаются однородными, если они не произведены в той же стране, что и оцениваемые товары, или если в отношении этих товаров проектирование, разработка, инженерная, конструкторская работа, художественное оформление, разработка дизайна, эскизов и чертежей и иные аналогичные работы были выполнены на таможенной территории Союза. Понятие "произведённые" ("произведены") применительно к товарам имеет также значения "добытые", "выращенные", "изготовленные, в том числе путём монтажа, сборки или разборки товаров".

Однородные товары, произведённые иным лицом, чем производитель оцениваемых товаров, рассматриваются лишь в случае, когда не выявлены однородные товары того же производителя либо имеющаяся информация не считается приемлемой для использования.

Соответственно, сравнение цен декларируемых товаров и иных товаров, имеющими похожее наименование, является неправомерным, поскольку само по себе «схожесть наименования» ещё не является основанием для признания таких товаров однородными. Если характеристики оцениваемых товаров имеют принципиальные отличия (по качеству, назначению, габаритам, составу и т.п.) от сравниваемых товаров, то такой источник использовать неправомерно.

Так, в ДТ № 10013160/070425/5146805 Обществом задекларированы в качестве товара № 1 части (группы секций) воздухообрабатывающей установки, а именно:

- вентиляторы, 7 шт.;

- глушители, 6 шт.;

- нагревательный теплообменник, 1 шт.

В ДТ № 10013160/181024/5144002 в качестве товара № 2 другим участником внешнеэкономической деятельности задекларированы:

- медно-алюминиевые водяные нагреватели, 29 шт.;

- медно-алюминиевые нагреватели и испарители, 12 шт.;

- медно-алюминиевые пластинчатые охладители, 2 шт.

Вентиляторы, глушители (товары, ввезенные Обществом) и водяные нагреватели, нагреватели и испарители, охладители (источник ценовой информации таможенного органа) имеют разные характеристики, состоят из разных компонентов, имеют принципиальные отличия, в связи с чем они не могут быть коммерчески взаимозаменяемыми.

Таким образом, вентиляторы, глушители не являются однородными по отношению к водяным нагревателям, нагревателям и испарителям, охладителям, в связи с чем корректировка таможенной стоимости вентиляторов и глушителей на основании таможенной стоимости водяных нагревателей, нагревателей и испарителей, охладителей, не может быть признана законной и обоснованной.

Таможенная стоимость товара № 2, задекларированного Обществом в ДТ № 10013160/070425/5146805, скорректирована таможенным органом на основании таможенной стоимости товара № 6, задекларированного другим участником внешнеэкономической деятельности в ДТ № 10317120/300924/3114736.

Как следует из описания товаров, указанного в гр. 31 рассматриваемых таможенных декларациях, сравниваемые товары произведены разными изготовителями, имеют разные характеристики, состоят из разных компонентов, выполнены с учётом разных стандартов и имеют разные марки.

Кроме того, таможенным органом при корректировке таможенной стоимости товара № 2 нарушены положения пп.2 п.5 ст. 45 ТК ЕАЭС.

Так, пп.2 п.5 ст. 45 ТК ЕАЭС установлено, что в таможенная стоимость ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей не должна определяться на основе системы, предусматривающей принятие для таможенных целей более высокой из двух альтернативных стоимостей.

Однако в нарушение пп.2 п.5 ст. 45 ТК ЕАЭС таможенным органом для определения таможенной стоимости товара № 2, ввезенного Обществом, применена более высокая из двух альтернативных стоимостей (стоимость товара № 6, а не аналогичного товара № 7, также указанного в ДТ № 10317120/300924/3114736).

Согласно п.6 ст.45 ТК ЕАЭС в случае если таможенный орган определяет таможенную стоимость ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей на основе имеющихся у него сведений, он информирует в электронной или письменной форме декларанта об источниках таких сведений, а также о произведенных на их основе расчетах.

Однако в нарушение п.6 ст.45 ТК ЕАЭС до Общества была доведена только лишь информация об источнике сведений.

Ни решением о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, ни иным способом до декларанта не была доведена информация о том, каким образом была определена таможенная стоимость товаров по методу 6 (то есть конкретные расчеты), что существенно нарушает права Общества

Данные обстоятельства в совокупности указывают на то, что Московской таможней существенно нарушены процедура корректировки таможенной стоимости товаров, положения ТК ЕАЭС и права Общества.

Учитывая изложенное, требования заявителя являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Судом рассмотрены и проверены все доводы ответчика, однако они не опровергают установленные судом фактические обстоятельства и не могут служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

Согласно ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Вместе с тем, согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

В соответствии со ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 65, 71, 75, 167-170, 176, 181, 200, 201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Обязать Московскую таможню возвратить ООО «ДОГУ» излишне уплаченные таможенные платежи по декларации на товары № 10013160/070425/5146805 в размере 388 547 рублей 52 копеек.

Взыскать с Московской таможни в пользу ООО «ДОГУ» расходы по уплате государственной пошлины в размере 24 427 рублей.

Решение может быть обжаловано в Девятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия.

Судья:

Д.А. Гилаев