ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, <...>, тел. <***>, http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru
ПОСТАНОВЛЕНИЕ
апелляционной инстанции по проверке законности и
обоснованности определения арбитражного суда,
не вступившего в законную силу (11АП-2888/2025)
22 мая 2025 года Дело № А65-2179/2023
Резолютивная часть постановления объявлена 14 мая 2025 года Постановление в полном объеме изготовлено 22 мая 2025 года
Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:
председательствующего судьи Бондаревой Ю.А., судей Гольдштейна Д.К., Львова Я.А.,
при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Ильясовой Э.М.,
с участием в судебном заседании:
от ФИО1 - представитель ФИО2, по доверенности от 10.01.2025,
иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,
рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале № 2 апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 января 2025 года, вынесенное по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (ИНН <***>) ФИО3 о взыскании убытков с ФИО1 в размере 3 800 000 рублей с учетом уточнений (вх.25832),
УСТАНОВИЛ:
решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2023 общество с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (ИНН <***>) признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство.
Конкурсным управляющим общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (ИНН <***>) утвержден ФИО3, член Ассоциации «Краснодарская межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Единство».
В Арбитражный суд Республики Татарстан 05.04.2024 поступило заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (ИНН <***>) ФИО3 о взыскании убытков с ФИО1 (ИНН: <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» в размере 3 383 000 рублей, (вх. 25832).
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 12.04.2024 заявление принято к рассмотрению, назначено судебное заседание.
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2024 судом приняты уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в части размера убытков до 3 800 000 рублей.
Ответчик представил оригинал отчета, согласно которому стоимость транспортного средства на дату его продажи составляла 1 796 029 рублей.
Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.01.2025 заявление конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (ИНН <***>) ФИО3 (вх. № 25832) удовлетворено частично.
Взыскано с ФИО1 в пользу общества с ограниченной ответственностью СК «Промградстрой» (ИНН <***>) 1 736 029 рублей убытков.
В удовлетворении остальной части заявления отказано.
Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО1 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.01.2025 года по делу № А65-2179/2023 отменить и принять по делу новый судебный акт, которым отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника в полном объеме.
Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.03.2025 апелляционная жалоба оставлена без движения. Заявителю предложено устранить обстоятельства, послужившие основанием для оставления апелляционной жалобы без движения в срок до 04.04.2025.
Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.03.2025 апелляционная жалоба принята к производству. Назначено судебное заседание.
Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).
В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе.
Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.
Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены или изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции.
В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по
правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).
Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением в ходе изучения хозяйственной деятельности общества и ознакомления с его документацией конкурсным управляющим должника выявлено, что 11.11.2017 между ООО СК «Промградстрой» (продавец) в лице директора ФИО4 и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля. В соответствии с условиями указанного договора продавец обязуется передать автомобиль MERCEDES-BENZ CLS 350 D 4MATIC, VIN <***>, 2016 года выпуска, гос. номер А999ВО116RUS в собственность покупателя, а покупатель надлежащим образом принять и оплатить продавцу денежные средства в размере 60 000 руб.
К договору купли-продажи автомобиля от 11.11.2017 подписан акт приема-передачи. По акту продавец передал в собственность (полное хозяйственное ведение) и получил в полном объеме предусмотренную договором денежную сумму в размере 60 000 руб. согласно квитанции, а покупатель принял и оплатил за вышеуказанное транспортное средство.
Таким образом, конкурсный управляющий ООО СК «Промградстрой» полагал, что в результате совершенной сделки произведен вывод имущества из состава активов должника без предоставления равноценного встречного исполнения обязательств другой стороной сделки вследствие продажи автомобиля по заведомо заниженной цене, что привело к причинению вреда имущественным правам кредиторов.
Цена автомобиля, определенная в договоре купли-продажи автомобиля (60 000 руб.), не соответствует его действительной рыночной стоимости, в т.ч. поскольку в последующем спорное имущество отчуждено по договору купли-продажи за 3 383 000 руб.
По мнению заявителя, указанная сделка заключена аффилированными лицами и направлена исключительно на вывод ликвидных активов должника в предбанкротный период, без соразмерного встречного предоставления, что привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества, в связи с чем, последний посчитал возможным взыскание убытков с ФИО1 в размере 3 800 000 рублей с учетом уточнений согласно заключению № 297/1-24.
Рассмотрев заявление конкурсного управляющего, суд первой инстанции пришел к выводу об удовлетворении требований в части в силу следующего.
В соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества (в частности, директор) должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.
При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).
Следовательно, интерес субъектов, вступающих в какие-либо договорные отношения в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности, направлен на получение прибыли. По общему правилу, договорные отношения в предпринимательской сфере должны соответствовать рыночным условиям.
В пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается
доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, если он совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).
Также из содержания пункта 4 названного Постановления следует, что единоличный исполнительный орган отвечает перед юридическим лицом за убытки, если необходимой причиной их возникновения послужило недобросовестное и (или) неразумное осуществление руководителем возложенных на него полномочий (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).
В частности, при привлечении юридического лица к публичноправовой ответственности (налоговой, административной и т.д.) по причине недобросовестного и (или) неразумного поведения директора с такого руководителя могут быть взысканы понесенные юридическим лицом убытки.
Согласно изложенному в определении Верховного Суда Российской Федерации от 11.05.2018 № 301-ЭС17-20419 правовому подходу по делам о возмещении убытков их размер определяется по общим правилам пункта 2 статьи 15 ГК РФ (абзац первый пункта 6 Постановления № 62): юридическое лицо, чье право нарушено, вправе требовать возмещения в том числе расходов, которые оно произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права. Это означает, что в результате возмещения убытков хозяйственное общество должно быть поставлено в то положение, в котором оно находилось бы, если бы его право не было нарушено.
В силу пункта 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве, в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника.
Пункт 2 статьи 15 ГК РФ определяет убытки как расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).
Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать противоправность поведения ответчика, наличие и размер понесенных убытков, а также причинно-следственную связь между противоправностью поведения ответчика и наступившими убытками.
Согласно пункту 3 статьи 393 ГК РФ убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 данного Кодекса.
Возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом.
Пунктом 5 статьи 393 ГК РФ установлено, что размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности.
Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности.
В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.
Таким образом, по смыслу указанных норм, заявитель, обращаясь в арбитражный суд с настоящим заявлением, должен доказать противоправность поведения ответчика как причинителя вреда, наличие убытков и их размер, а также причинную связь между незаконными действиями ответчика и возникшими убытками.
Из разъяснений, указанных в пункте 1 Постановления № 62, следует, что, по общему правилу, бремя доказывания неразумности и недобросовестности действий генерального директора возлагается на истца, равно как и бремя доказывания причинения Обществу убытков.
В соответствии с определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 07.04.2023 по делу № А65-27491/2022 основанием для взыскания убытков в рамках настоящего спора с ответчика служит решение Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по РТ № 2.16-08/6-р от 26.04.2022 и решение Управления Федеральной налоговой службы № 2.7-18/030176@ от 19.09.2022 о привлечении к ответственности ООО СК «Промградстрой», где налоговым органом установлены факты использования ответчиком ФИО1 общества СК «Промградстрой» для вывода бюджетных денежных средств из хозяйственного оборота с целью их последующего присвоения и использования в личных целях.
Фактически решениями налогового органа о привлечении общества к ответственности установлен факт подконтрольности ООО СК «Промградстрой» ФИО1
В соответствии с решением Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Республике Татарстан № 2.16-08/6-р о привлечении к ответственности от 26.04.2022 в рамках выездной налоговой проверки ООО СК «Промградстрой» за период с 01.01.2017 по 31.12.2019 установлено умышленное применение схемы незаконной налоговой минимизации с целью завышения вычетов по НДС и расходов по налогу на прибыль организаций со стоимости работ, выполненных в адрес заказчиков и, как следствие, уменьшения налогов, подлежащих уплате в бюджет в ходе ведения строительного бизнеса проверяемым налогоплательщиком - ООО СК «Промградстрой» и подконтрольными ему организациями - ООО «КСК» (c 10.01.2019 ООО «СКС Вертикаль») и ООО «Бизнес-Строй» с привлечением официально нетрудоустроенных иностранных лиц и граждан Российской Федерации, не состоящих в трудовых отношениях с ООО СК «Промградстрой» либо ООО «КСК» и ООО «Бизнес-Строй» под непосредственным руководством ФИО1
Кроме того, в рамках дела № А65-27505/2022 установлено, что бывшим руководителем ООО СК «Промградстрой» ФИО4, в период действия полномочий которого как руководителя заключен указанный договор купли-продажи транспортного средства даны пояснения, в соответствии с которыми с момента регистрации ООО СК «Промградстрой» ФИО4 являлся номинальным руководителем.
После получения документов в налоговой ФИО4 сделал печать, штамп с оттиском подписи, а также открыл счета в нескольких банках, с получением удаленного доступа к этим счетам (банк клиент). После чего все штампы, печати и ключи ФИО4 передал ФИО1
ФИО4 договор купли-продажи автомобиля от 11.11.2017 не подписывал, что также подтвердили результаты проведенной почерковедческой экспертизы.
В результате заключения договора купли-продажи автомобиля от 11.11.2017 причинен вред имущественным правам кредитора Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 14 по Республике Татарстан, поскольку обе стороны сделки (ООО СК «Промградстрой» (Продавец) с бенефициаром ФИО1 (Покупатель) знали о неправомерной цели совершаемой сделки по выводу ликвидного имущества из конкурсной массы ООО СК «Промградстрой» в пользу ФИО1
При этом на дату заключения указанного договора должник не исполнял обязательства перед кредиторами, что свидетельствует о неплатежеспособности ООО СК «Промградстрой» и наличии у настоящего договора цели причинить вред имущественным правам кредиторов.
Таким образом, транспортное средство MERCEDES-BENZ CLS 350 D 4MATIC, VIN <***>, 2016 года выпуска, гос. номер А999ВО116RUS реализовано не по рыночной стоимости (за 60 000 руб.), спорная сделка совершена с заинтересованным лицом; с целью вывода активов и недопущения обращения на них взыскания, т.е. с целью причинения вреда интересам кредиторов.
Какой-либо экономической выгоды от сделки с ФИО1 должник не получил, напротив совершение указанной сделки повлекло выбытие его ликвидного актива (автомобиля), принимая во внимание, что, фактическая схема спорных отношений между должником и ответчиком представляла собой неравноценное исполнение, целью настоящей сделки являлся вывод активов должника в пользу заинтересованного лица ФИО1
Исходя из совокупности вышеизложенного, приведенных нормативных положений, суд первой инстанции усмотрел наличие оснований для привлечения ответчика к ответственности в виде взыскания убытков
Относительно размера убытков ФИО1 представлен отчет об оценке № 438/1/11/24 рыночной стоимости автомобиля на дату заключения договора купли-продажи от 11.11.2017. Данный отчет содержит необходимые сведения о методах, средствах и способах проведения исследования.
Заключение № 297/1-24 от 26.11.2024, представленное конкурсным управляющим, не отвечает признакам относимости и допустимости доказательств по смыслу статей 65, 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.
Ходатайств о проведении судебной экспертизы в рамках данного обособленного спора суду первой инстанции не представлено.
Кроме того, ФИО1 произведена оплата за автомобиль в размере 60 000 рублей согласно квитанции, что установлено судом в рамках спора о признании сделки недействительной по настоящему делу.
Доказательства, подтверждающие отсутствие оплаты по квитанции к приходному кассовому ордеру, конкурсным управляющим должника не представлены.
На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что выше указанными действиями ответчик причинил обществу убытки на сумму 1 736 029 рублей (1 796 029 рублей - 60 000 рублей).
Также судом первой инстанции отклонен довод ответчика о пропуске сроков исковой давности по следующим основаниям.
Пунктом 1 статьи 196 ГК РФ установлен общий срок исковой давности в три года.
Согласно статье 200 ГК РФ срок исковой давности исчисляется с момента нарушения права, в защиту которого последовало обращение в суд.
В пункте 68 Постановления Пленума Высшего Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что поскольку данное требование в силу прямого указания Закона о банкротстве подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности
директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.
При этом течение срока исковой давности не может начаться ранее дня, когда названные лица узнали или должны были узнать о том, кто является надлежащим ответчиком (например, фактическим директором) (статья 200 ГК РФ).
В силу указанной нормы данные сроки ограничены объективными обстоятельствами: они в любом случае не могут превышать трех лет со дня признания должника банкротом (прекращения производства по делу о банкротстве либо возврата уполномоченному органу заявления о признании должника банкротом) или со дня завершения конкурсного производства и десяти лет со дня совершения противоправных действий (бездействия).
Указанное также подтверждается разъяснениями, данным в пункте 10 Постановления № 62, согласно которому в случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора.
Закон о банкротстве не содержит правил об исчислении сроков исковой давности применительно к подаче заявления о взыскании с руководителей должника убытков, в связи с чем, следует руководствоваться общими нормами гражданского законодательства.
Вместе с тем, в рамках дела о банкротстве применяются ряд специфик о моменте, когда первоначальный конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для подачи заявления о взыскании убытков.
Сложившаяся судебная практика выработала требование о начале течения срока исковой давности - с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для подачи.
В рассматриваемом случае ФИО3 утвержден конкурсным управляющим должником решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2023 (резолютивная часть от 13.04.2023) и обратился в суд с рассматриваемым заявлением в течение года с момента введения процедуры банкротства в отношении ООО СК «Промградстрой».
Следовательно, судом первой инстанции сделан вывод, что предусмотренный пунктом 2 статьи 196 ГК РФ объективный десятилетний срок исковой давности не истек, поскольку согласно пункту 9 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» десятилетние сроки, предусмотренные пунктом 1 статьи 181, пунктом 2 статьи 196 и пунктом 2 статьи 200 ГК РФ, начинают течь не ранее 01.09.2013.
В соответствии с пунктом 1 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно.
Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами (пункт 2 указанной статьи).
Статьей 53.1 ГК РФ предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.
Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно.
В соответствии со статьей 15 ГК РФ под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). При рассмотрении споров о возмещении причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.
В соответствии с пунктом 2 Постановления № 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор, в том числе, знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица. Дата причинения убытков (т.е. дата совершения убыточных действий) имеет значение для применения срока объективной давности, предусмотренного п. 2 ст. 196 ГК РФ, при этом срок исковой давности не может превышать десяти лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен.
В данном случае убыточное действие произошло 11.11.2017.
Соответственно, объективный срок давности не истек на дату (05.04.2024) обращения конкурсного управляющего ФИО3
Обращаясь с апелляционной жалобой, заявитель ссылается на нарушение судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного акта норм ст.270 АПК РФ.
Апеллянт считает, что срок исковой давности пропущен.
По мнению апеллянта, срок исковой давности следует исчислять с даты, когда о факте реализации транспортного средства стала известно контролирующему лицу должника ФИО5 (участник должника), а не конкурсному управляющему.
Суд апелляционной инстанции отклоняет приведенные доводы в апелляционной жалобе, в силу следующего.
Согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 Кодекса.
В силу пункта 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.
В соответствии с пунктом 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.
В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце втором пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента
нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.
Поскольку требование о взыскании убытков подается от имени должника, срок исковой давности исчисляется с момента, когда должник, например, в лице нового директора, не связанного (прямо или опосредованно) с допустившим нарушение директором, или арбитражного управляющего, утвержденного после прекращения полномочий допустившего нарушение директора, получил реальную возможность узнать о допущенном бывшим директором нарушении либо когда о нарушении узнал или должен был узнать не связанный (прямо или опосредованно) с привлекаемым к ответственности директором участник (учредитель), имевший возможность прекратить полномочия директора, допустившего нарушение.
Из материалов дела следует и установлено судебными актами, что участник должника ФИО5 являлась лицом подконтрольным ответчику ФИО1
Довод ответчика, что указанное лицо имело возможность принимать самостоятельные решения и даже предприняло попытку оспорить настоящую сделку отклоняется судебной коллегией.
ФИО5 осуществляла деятельность при достоверной осведомленности о подконтрольности общества ФИО1, указанные обстоятельства исключают возможность считать ее неаффилированным лицом.
При этом, ФИО3 утвержден конкурсным управляющим должником решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 17.04.2023 (резолютивная часть от 13.04.2023). Конкурсный управляющий должника является следующим незаинтересованным руководителем.
На дату (05.04.2024) обращения конкурсного управляющего ФИО3 трехлетний срок давности не истек.
Иных доводов апелляционная жалоба не содержит.
Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.
Несогласие заявителя апелляционной жалобы с оценкой, установленных по делу обстоятельств, не может являться основанием для отмены судебного акта.
С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.
Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.
Таким образом, определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 января 2025 года по делу А65-2179/2023, следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд
ПОСТАНОВИЛ:
Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 30 января 2025 года о взыскании убытков по делу А65-2179/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.
Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный суд первой инстанции.
Председательствующий Ю.А. Бондарева
Судьи Д.К. Гольдштейн
Я.А. Львов